Тринадцать мужчин, которые изменили мир

Из-за собственных проблем в браке, она убеждала его, что брак – это тюрьма, а девушки распутны и аморальны. Она постоянно изменяла свое отношение к нему и говорила, что у него должны быть прекрасные минуты после того, как она его побьет. Вряд ли она знала, что создает одного из самых неисправимых любителей женщин в Америке, человека, который посвятит жизнь распутству, которое будет предметом зависти Эррола Флинна. Личность Лира сформировалась в таких условиях, что еще в раннем детстве в не было заложено такое гиперактивное либидо, которое можно насытить только неконтролируемым стремлением к созиданию. Его страсть изобретать и творить, явно была обусловлена подавлением в юные годы психосексуальной энергии.

Билл любил заниматься техническим творчеством, но не получил специализированного официального образования. У него было сильное желание познать все, что связано с электроникой, но школа его сильно разочаровала и в девятом классе Лир ее бросил. Билл любил летать и проводил много времени, слоняясь по чикагским аэродромам. Тирания со стороны матери продолжалась и, в конце концов, не выдержав постоянного давления, в семнадцать лет он убежал из дома для того, чтобы найти себя в Голливуде. Это ему не удалось. В 1920 году Лир оказался в Денвере, разочарованный и одинокий, и, скрыв свой возраст, поступил в морской флот. В армии он познакомился с беспроволочной связью и радиотехнологиями. Там же, в армии, он нашел применение своим навыкам технического конструирования в области радиокоммуникаций. Это стало его вступлением в мир электронной передачи, который был его судьбой на протяжении следующих двух десятилетий.

Бизнес и личное выживание

Лир создал “Лир Джет” в той же манере, в какой прожил свою жизнь. Он отверг все обычаи, устаревшие традиции и методологии. “Лир Джет” превзошел все сертификационные параметры Управления Авиации США (“Эф-Эй-Эй”), потому что Лир учел все, что когда-либо ставилось объектом разработок, финансируемых государством и “Эф-Эй-Эй” и даже больше. Согласно Стенли Грину, инженеру и юристу “Эф-Эй-Эй”: “Это просто поразило воображение всех. Буквально каждый в “Эф-Эй-Эй” придумывал новые правила для того, чтобы усилить его безопасность и улучшить работу”.

Лир всегда творил в области неизвестного, и потому оставался одинок и уязвим. Харизма и шарм спасали его. Примером могут служить предъявляемые им к “Лир Джет” критерии, которые разрушали все традиционные догмы того времени. Его подвергали остракизму традиционалисты, но Лир всегда находил веский аргумент для доказательства своей правоты. Критики говорили, что он потеряет рынок, потому что самолет не отвечает требованиям и забракован экспертами.

Эти эксперты говорили, что скорость “Лир Джет” чрезмерна и сверхубийственна для небольших корпоративных покупателей. Ответ Лира был резким и выразительным: “Руководители используют ДС-8, развивающий скорость 500 миль в час, почему бы им не использовать самолет с эквивалентной скоростью”. Эксперты считали, что необходима кабина, где можно свободно двигаться. Лир отвечал им: “Вы не можете стоять в кадиллаке”. Эксперты говорили, что обогревательная и охладительная системы – излишний балласт. Лир отвечал: “Было бы смешно, если бы важный чиновник, приехав в аэропорт в оснащенном кондиционером и стоящим 5000 дол. автомобиле пересел в стоящий 500000 дол. самолет, который, прежде чем оторваться от земли, был столь же комфортабелен, как сауна”. Эксперты говорили, что необходима ванная комната. Лир отвечал: “Комнаты отдыха – это признание того, что вы проводите слишком много времени в пути к месту назначения” (Рэшк, 1985). Лир всегда имел меткий ответ на критику и не был особо деликатен в выражении своих чувств.

Творчество и финансовая безопасность

В конце 1966 года у Лира несколько раз возникали серьезные финансовые проблемы, причиной которых был его беспокойный изобретательный ум (вспомните Бушнеля). Это заставило его продать “Лир Джет” в апреле 1967 года Гейтсу Рабберу. Лир потерял в 1966 году 12 миллионов, в основном, из-за того, что не мог контролировать свою страсть к изобретениям и инновациям и не фокусировался на производстве “Лир Джет”, который пользовался огромным спросом. Он принялся за разработку трех новых самолетов в то время, когда еще не завершил производственный цикл чрезвычайно популярного “Лир Джет”.

Лир воспринимал эту гонку – изобретать, изобретать, изобретать – как способ доказать, чего он стоит. Его гениальность стала его проклятьем. Он создал самый популярный в мире коммерческий реактивный самолет, но оказался неспособен довести до конца его производственный цикл, бросившись в совершенно новое предприятие. Он не хотел или не мог иметь дело с более земными аспектами – внедрением и коммерциализацией продукта. Он просто подчинялся своему стремлению изобретать. Его психика требовала восполнения не доставшейся ему любви, и он оставил сферу бизнеса для других, более склонных к обстоятельности, людей.

Гейтс Роббер заплатил 11,89 дол. за акцию “Лир Джет”, что принесло Лиру 21 млн. дол. плюс еще 3,5 млн. по долговым обязательствам. Он вновь, как Феникс, поднялся из пепла, и устремился к новым приключениям. Он был очень богат и в шестьдесят пять лет предполагал удалиться от дел и насладиться плодами своей изобретательности. Но снова, еще раз доказывая азартную натуру истинного инноватора, Лир вложил большую часть дохода от “Лир Джет” в новую компанию, основанную им в Рено, Невада, и занимавшуюся разработкой новой эксплуатируемой на газовом топливе машины. Потратив пять лет и 17 млн. дол., в 1976 году Лир сконструировал новый винтовой реактивный двигатель. Он вложил еще 10 млн. в это предприятие, тогда Лиру было семьдесят четыре года. Еще раз, как и в трех предыдущих случаях, Лир преодолел все преграды. В год его смерти (1978) его состояние составляло меньше миллиона.

Характеристика поведения

Билл Лир принадлежал к экстравертному интуитивно-мыслящему типу, который Юнг называл типом настоящих изобретательных промышленных магнатов. Лир соответствовал всем критериям Юнга и даже больше. Он был очень общителен, был завсегдатаем вечеринок голливудской элиты и обедал с президентами. Его хороший друг. Боб Каммингс, согласился сыграть его роль в кинофильме “Честь и слава”. Этот фильм никогда не был выпущен потому, что между студией “Колумбия” и Лиром произошел конфликт – “Колумбия” настаивала на включение в фильм сцены авиакатастрофы с непременным участием его автопилота, но Лир воспротивился. Это был еще один случай, когда он, не сумев обуздать свой перфекционизм, помешал осуществлению того, чего очень хотел.

Лир получал энергию из внешнего мира. Он любил “полную картину” мира и рассматривал вещи с точки зрения макровидения. Он никогда бы не позволил себе заниматься “мелочами жизни”. Это свидетельствует об интуитивных способностях, которые он использовал схоластически. Его решения были основаны на объективном анализе проблемы и не зависели от популярных мнений о данном предмете. Одним из примеров его иконоборческого нонконформизма является данное им дочери имя Шенда – он продумал, что она будет зваться “Шенда Лир”.

Лир посвятил свою жизнь созиданию и действовал, независимо оттого, прав он был или не прав. Он любил завершенность и полноту во всех вещах. К примеру, Лир подписал свое предсмертное завещание, не читая его. Журнал “Флайинг” в сентябре 1989 года назвал Лира “Мистер Билл” и описывал его как безумного, неразборчивого и чрезвычайно самоуверенного индивидуалиста:

Его уверенность, более чем какое-либо другое качество, выделяла его; это была абсолютная уверенность, подобная уверенности в том, что солнце появится из-за туч, непоколебимая уверенность, которая заражала и убеждала окружающих.

Либидо, присущее Лиру, поистине не имело себе равных. У него было семеро детей от четырех браков и еще один от долгой любовной связи с женщиной, известной под псевдонимом Скарлетт А. У него были любовницы в Чикаго, Дейоне, Нью-Йорке, Санта-Монике, и, практически везде, где он хотя бы ненадолго останавливался. Чарлин, которая была его любовницей много лет, встречалась с ним, когда его жена уезжала навестить детей или оставалась в одном из многочисленных загородных домов. У него была одна любовница в течение двадцати лет в Санта-Монике и Швейцарии. Ее кодовое имя было “генерал”. Его жена, Мойа, в попытке обрести моральное равновесие, вышивала имена его любовниц на полотне (только тех, о которых она знала) и ее список включал: Кэсвди, Маргарет, Этель, Мадлен, Нина, Кэти, Диди, Скарлетт, Джплл, Эйлин, Джеки, Бесс и ее “наказание” Чарлчн (Рэшк, 1985). Лир даже приглашал своих сыновей Джона и Дэвида на множество вечеринок с этими женщинами.

Лир был инноватором в бизнесе и ренегатом в личной жизни. Однажды он увидел истребитель военно-воздушных сил, который пригнали для сравнения и качественного анализа его самолета. Тогда Лир посадил в кресло пилота своего трехлетнего сына, а сам спрятался сзади. В “Эф-Эй-Эй” поступило подробное описание его действий, а Лир, ни секунды не колеблясь, отправил письмо прямо президенту Никсону, рекомендуя упразднить “Эф-Эй-Эй”. Его дочь Петти рассказывала, что до шестнадцати лет жила в двадцати разных домах, а до двенадцати – сменила двенадцать школ.

. Его нетерпение и ишолерантность по отношению к, служащим стали легендой. Веря Бенфер, инженер, участвовавший в создании его автопилота, описывал Лира в следующих эпитетах: “подвижный, подавляющий, умеющий увлечь, привлекательный и мазохистсккй”. Тридцатишестилетняя жена Мойа стала для него как бы приемной матерью, согласно биографу Рэшку: “Она понимала все самые темные страхи Билла – не быть любимым, быть одним из худших, быть брошенным. Она стала для него всем, чем не была его настоящая мать”.

Талант Билла Лира представлял собой смесь новаторской креативности с жаром и яркостью настоящего искателя приключений. Он обладал харизмой змея-искусителя и азартом Эйвела Кневела. Непобедимая страсть и стремление были его силой. В биографии “Бурный Гений” (1985) и в прессе Лир предстает как неистовый инноватор, который, разрабатывая концепцию, мог работать двадцать четыре – тридцать часов без перерыва. Когда менее целеустремленные служащие оказывались не способны выдерживать его неистовый темп, он нервничал, выходил из себя и разражался бранью. У Рэшка представлено описание, которое дали Лиру швейцарцы незадолго до того, как он приступил к проекту “Лир Джет”:

Чудак, который заражает людей своим энтузиазмом; гений, который стремится дать жизнь новым идеям любой ценой – жертвуя семьей, друзьями, бизнесом; предвидение, осознание и уверенность в своем месте в истории; предприниматель, благословленный даром создавать, и идеи, и деньги и обремененный la folie de grandeur.

Лир мог давать указания любому служащему любой компании, считая, в присущей практически всем гениальным инноваторам (вспомните Стива Джобса) автократической манере, что имеет на это полное право. Он предъявлял требования и осуществлял контроль на всех этапах деятельности свои предприятий. Когда его спрашивали о логике такого стиля руководства, он отвечал: “А могли пятьсот человека расписать Сикстинскую капеллу?” Еще одно подтверждение бурной натуры Билла Лира было дано его другом, до которого дошли слухи, что пепел Лира был развеян с самолета над Тихим океаном близ побережья Лос-Анджелеса:

Я не мог приближаться к океану около месяца. Он приобрел такую значительность и буйство, что казалось, поглотит все (Рэшк, 1985).

Склонность к риску

Лир заработал и потерял миллионы, но он вступил в игру ради созидания и решения проблем – не жажда денег вела его к вершинам. Он известен тем, что шел на риск ради удовольствия, приносимого решением проблемы, которую другие считали неразрешимой. Когда основатель “Ампекс” Александр Понтитов сказал ему, что восьмидорожечный приемник для автомобилей создать невозможно, Лир загорелся желанием сделать это. Когда его изматывала очередная дилемма или не поддавалась проблема, он брался за лыжи или совершал несколько кругов на своем самолете (нелегальный маневр согласно “Эф-Эй-Эй”), для того чтобы обрести нормальное психологическое состояние. Билл Лир обладал духом Горацио Альджера, был искателем приключений, не имевшим себе равных, а его система убеждений поразила бы даже ум Нормана Винсента Пиэйла. Рэшк дал оценку его позитивному стремлению в “Бурном Гении” и привел высказывание Лира: “Они говорили, что я никогда не смогу построить свой самолет. Но я его сделал. Они говорили, что мой самолет никогда не будет летать. Но он полетел. Они говорили, что мы не добьемся успеха. Но мы и это сделали”.

В своем отношении к риску Лир подобен Теду Тернеру. Он рисковал всем, что имел, ради воплощения каждой новой идеи, до самого конца. Совет директоров “Лир Инк” не ратифицировал идею создания “Лир Джет” в 1961 году. Они были убеждены, что самолет никогда не будет построен, ну, а в противном случае, не будет пользоваться спросом. Лир был разочарован, но непоколебим. Он моментально начал договариваться о продаже фирмы, которая была его детищем (и к тому времени приносила годовой доход в размере 100 млн. дол.). 8 февраля 1962 года он продал фирму “Сейглер Инк”. Его личная доля вырученных от продажи денег составляла 14,3 млн. дол. Все эти деньги были вложены в развитие проекта реактивного самолета Лира. В течение двух лет они были истрачены. Сам Лир был в больших долгах, практически обанкротился. Он заложил свое имение “Ле Ранч” в Швейцарии, дом в Вичите, новые дома в Греции и Палм-Сприигс, и картины Рубенса, принадлежавшие жене, для того чтобы продержаться до завершения проекта “Лир Джет”. (Это напоминает, как Хонда заложил украшения своей жены, для того чтобы финансировать деятельность фирмы “Хонда”.) Все это Лир сделал в ожидании сертификации “Эф-Эй-Эй”, на которую нельзя было особенно надеяться после того, как он потряс их своим революционным самолетом.

Лир был настолько стеснен в средствах в середине 1960-х, что продал испытательную модель “Лир Джет”, который не был защищен авторским правом, поскольку еще не получил сертификации “Эф-Эй-Эй”, своему другу пополнить запас наличных.

Если взглянуть на вещи прямо, то ему повезло. Кажется, Леди Удача всегда на стороне таких величайших оптимистов, каким был Билл Лир. Однажды, когда над его повой фирмой сгустились тучи, вмешалась судьба, и один из его испытательных самолетов упал и сгорел. Полученной страховой премии оказалось достаточно, чтобы компания продержалась до сертификации. Но, получив сертификат, необходимо было налаживать производство, и, вновь потребовались деньги. Он встал перед дилеммой – акционировать фирму или увидеть, как все рушится. Не лишенный способностей коммерсанта, Билл к ноябрю 1964 года получил 5,5 млн. дол., продав 40 процентов акций, по 10 дол. за акцию. В течение двенадцати месяцев “Лир Джет” стал самым популярным коммерческим реактивным самолетом в истории.

Билл Лир потерпел крушение во время своего первого полета, будучи подростком, а затем на протяжении жизни разбил еще два самолета. Он постоянно нарушал правила поведения в воздухе и при посадке, установленные “Эф-Эй-Эй”. Он прославился случаем, когда вместе с новой подругой пролетая над озером Мичиган, сделал ей предложение, от которого она не могла отказаться, – присоединиться к его “клубу высоты”. Абсолютно нормальным для него было установить самолет на автопилот и, повернувшись назад, скрепить новые отношения объятиями. Эти романтические интерлюдии происходили в 40-х и 50-х, когда такое поведение считалось проявлением силы и щегольства. Еще один маневр Лира заключался в том, что он игнорировал воздушных диспетчеров и приземлялся при нулевой видимости. Он летал так же, как и жил – с полной непринужденностью.

Билл Лир свободно общался со звездами Голливуда, особами королевской крови, и политиками. В 1963 году, будучи сильно увлечен созданием восьмидорожечного стереозапнсывающего устройства, он позвонил создателю идеи и отцу промышленности магнитной записи (“Ампекс”). Лир задумал сконструировать стерео, которое бы умещалось в предусмотренном для радиоприемника отверстии его самолета. Ограниченное пространство и проблемы электропитания стали во главу угла. Понтптову он позвонил, когда зашел в тупик. Изобретатель магнитной записи оказался бессилен помочь и сказал Биллу: “Не пытайся нанести восемь дорожек на четвертьдюймовую пленку. Ты не сможешь этого сделать. Невозможно втиснуть столько информации на эту пленку”. Это все, что нужно было услышать Биллу Лиру. Совет Понтитова был вывернут наизнанку и превратился в мотивацию.

Разработкой восьмидорожечной пленки Лир занимался одновременно с развитием своего проекта “Лир Джет”. Возможно, это была не самая рациональная стратегия, но таков стиль Лира. Он страстно увлекся идеей и не мог откладывать ее решение на потом. Инженерные аспекты проекта “Лир Джет” уже были завершены (оставалось внедрение), и он поставил себе новую цель. В 1963 – 64 гг, он день и ночь занимался восьмидорожечной пленкой. В итоге все затруднения были разрешены, и к концу 1964 года Лир представил рабочую модель “Лир Стерео Эйт”.

Этим изобретением он на много лет опередил промышленных лидеров этой сферы. Он продал “Лир Стерео Эйт” Форду, который, в свою очередь, оснастил ей новую модель автомобиля 1966 года, а затем убедил фирму “Моторолла” производить и распространять этот продукт. Кроме того, он договорился с “Эр-Си-Эй” о производстве гибкой записывающей ленты для своего устройства. Эта революционная разработка создала новый рынок, годовой доход которого достиг 4,5 млрд. дол. к 1975 году. Изобретательный ум Лира создал еще один революционный продукт мирового масштаба. Он вновь не проявил интереса к торговле или участию в его долгосрочной коммерциализации.

Успех одержимости

Экземпляры реактивного самолета Лира находятся в “Музее авиации и космоса Смитсона” в Вашингтоне. Согласно “Смитсониан Бук он Флайт” (Книге Смитсона о полетах), “данный реактивный самолет произвел революцию в мире… Он является памятником Уильяму Лиру, который совершил эту революцию. Наперекор всем советам и предсказаниям”.

Билл Лир за свою жизнь получил много похвал. Этот человек, неокончивший девятый класс, получил самую высокую награду авиации – “Коллиер Трофи” от президента Гарри Трумэна во время ланча в Белом Доме в 1950. Эта дань уважения была оказана гениальности Лира за изобретение автопилота, который стал ключевой системой реактивных самолетов военно-воздушных сил “Ф-5”. Он получил почетную докторскую степень в области техники от Университета Мичигана в 1951, а в 1954 – награду Горацио Альджера, которой был достоин более чем кто-либо. Пять других университетов также удостоили Лира почетных докторских званий, самыми престижными из которых были Нотр-Дам и Карнеги-Меллон. Лир увековечен в Зале Славы Авиации и награжден Медалью Тайлена в 1960.

Билл Лир был инновационным гением высшего класса. Его страстное стремление к совершенству не имело себе равных. Его чутье и интуиция преодолели все попытки контроля со стороны истеблишмента и четырех жен. Он прожил жизнь, до последнего дня ставя все, что имел, на свое видение будущего. Лир никогда не бросал свои идеи и, даже умирая в Рено, оставил последнюю волю, из которой явно следовало, что этот человек вынашивал планы нового винтового реактивного двигателя. Его состояние к моменту смерти составляло менее миллиона долларов, но у него оставались мечты о новых и лучших способах летать и жить. То, что сказал Лир о причинах своего успеха, должен взять на вооружение любой инноватор: “Если бы я проводил исследования рынка, как это делают они для уже известных продуктов , самолет никогда не был бы сконструирован… Прислушивайтесь только к себе”.