Цветок Аида
- -
- 100%
- +
Но что бы ни произошло завтра, я знала точно: я нравлюсь этому непонятному крутому парню. И он нравится мне. Как никто прежде не нравился.
Губы по-прежнему горели, словно он продолжал меня целовать.
Утро началось с неприятной новости – Герман сегодня не приедет. Я перечитывала его короткое сообщение в «Ватсапе», пытаясь скрыть горькое разочарование от бабушки, которая стояла рядом и не сводила с меня глаз.
– Все хорошо, ба. У Германа свои дела сегодня, он не приедет. И завтра тоже его не будет. Так что мы с тобой вдвоем хозяйничаем.
Я попыталась улыбнуться, но получилось не очень искренне. Бабушка покачала головой и пошла готовить завтрак.
Сбежал? Или у него действительно какие-то важные дела? Я мучила себя вопросами, но не решалась задать их Герману, лишь написала ему короткое «Ок» и убрала телефон.
Но когда мобильный завибрировал новым сообщением, я рванула к нему с такой скоростью, что чуть не опрокинула табуретку. И снова разочарование.
Даниз. Я даже читать не стала, сразу же удалила, а когда он позвонил через несколько минут, вообще убрала звук. Герман молчал.
Ближе к обеду чуть не пропустила звонок от Гели – со мной хотел поговорить папа. И это очень важно.
Я давно смирилась, что он не любит меня, и это научило не жить ложными надеждами. Конечно, я его побаивалась, но между страхом перед ним и нашим с бабушкой будущим я выберу второе. Да я просто не имею права выйти замуж, если у меня дыхание перехватывает от одной только мысли о вчерашнем поцелуе с Германом.
– Садись, Каролина. – Папа бросил на меня тяжелый взгляд, явно не подозревая, что у меня на душе. Наверное, он вообще никогда не задумывался ни о моих чувствах, ни о мыслях.
– Слушаю тебя. – Я не отрываясь смотрела на толстую папку, лежащую на папином рабочем столе.
– Это твой брачный договор, дочка. – Он пододвинул ко мне папку. – Подписывай. Там все отлично, будешь как сыр в масле кататься, уж я позаботился. Отдельно прописали, чтобы тебе сад в их поместье разбили, будешь со своими цветочками и дальше нянчиться.
– Я хочу его взять домой и прочитать, – негромко сказала я, не поднимая глаз от блестящей деревянной поверхности стола.
– Зачем, Кора? – В голосе отца прозвучало едва скрываемое раздражение, но пока он еще держался.
Я обязана настоять на своем. Обязана. Ради себя и бабушки. И еще ради одного человека, даже если ему это и не нужно.
– Мне может что-то не понравиться там. Пап, Даниз Аракчеев – отвратительный парень, он… вряд ли будет со мной хорошо обращаться. – Я все же заставила себя поднять глаза на папу. – Я хочу быть защищена.
– Да ты же не поймешь ничего, девочка моя. – Он крепко сжал в руке карандаш, а затем резко бросил его на стол. – Я сказал, что о тебе позаботился. Поверь, у тебя будет намного больше, чем у твоей сестры. Эта дура залетела от сына какого-то клерка, так теперь сама жалеет.
Я удивилась новым интимным подробностям о жизни Аделины, хотя она и правда не выглядела особо счастливой на нашем обеде с Аракчеевыми. Но сейчас ее будущее меня не очень волновало. Я боролась за свое.
– Я все пойму, папа, а не пойму, так с юристами поговорю…
– С ума сошла! – рявкнул папа, но быстро взял себя в руки. – И сколько тебе нужно времени прочитать? Давай открывай, что тебе там непонятно.
Я покачала головой. Нужно выдержать, выстоять.
– Я домой возьму и прочитаю.
– Ты не выйдешь отсюда, пока не подпишешь, Кора! Что за истерика, мать твою?! Даниз этот уже все подписал. Ты хоть знаешь, сколько я времени и сил на тебя потратил?!
– Не на меня, – едва слышно проговорила я, – на себя.
В кабинете повисла пауза.
– Что ты сказала, Каролина? – так же тихо, но с угрозой в голосе переспросил папа. – Это тебя твоя Кира накрутила? Ты выйдешь замуж за этого пацана, ясно?!
Я не знаю, как у меня хватило духу сказать, глядя ему прямо в глаза:
– Мне нужно дедушкино наследство.
– Что? – Папа от неожиданности растерялся. – Какое наследство?
– Дедушка оставил своим внукам по пятьсот тысяч долларов, ты сам говорил.
– Верно, – изумленно протянул папа. – Не думал, что ты запомнишь.
– Мне нужна половина этой суммы. Сейчас же. И я тогда подпишу этот чертов договор.
Папа молча таращился на меня, его лицо опасно покраснело. Я ожидала взрыва, но он, развалившись на своем кресле, вдруг громко рассмеялся. Он хохотал до хрипа в горле, один раз так закашлялся, я испугалась, что задохнется. Но нет, отдышавшись, он весело посмотрел на меня.
– Не ожидал. Удивила отца. – Папа довольно похлопал широкой ладонью по столу. – Есть в тебе все-таки моя кровь. А Гелька, дура, считает, что ты блаженная у меня, ненормальная…
Я молча проглотила нелестные эпитеты. Мачеха никогда мне в лицо такого не говорила, в последние недели так вообще сама милота. Лишь бы я вышла замуж за Даниза.
– Это значит, ты согласен? – осторожно спросила я.
– Ты все получишь после того, как выйдешь замуж, – папа говорил уже спокойнее. – Зачем тебе половина сейчас?
– Я хочу, чтобы у меня были свои деньги, пап. Кто знает, что будет потом.
Он молчал, обдумывал, а я, затаив дыхание, ждала ответа.
– Я дам тебе половину, а ты подпишешь контракт без единого писка, поняла? И вторую часть денег не получишь уже. Муж будет тебя содержать, все прописано по пунктам, Кора.
Я молча кивнула, не веря, что получилось. Мне не нужны были остальные деньги, пусть себе оставит. Что там прописано по пунктам, меня тоже не волновало.
– Когда я их получу? – Голос выдал мое нетерпение.
Папа усмехнулся.
– Завтра… нет, через два дня. Потерпишь, Кора, раз решила мне условия выставлять. Какая, а!
Он снова засмеялся, но, резко оборвав смех, угрожающе посмотрел на меня.
– Только попробуй выкинуть какой-нибудь фортель. Пожалеешь!
Я кивнула и не помня себя вылетела из кабинета. Неужели удалось? Денег, конечно, пока нет, но он явно хочет, чтобы я подписала. И главное, даже будто обрадовался, что я ему условия выставила…
– Ай! Кора! – Я едва не сбила с ног Аделину, которая тоже выходила из дома. – Куда несешься?
Я смотрела, как сестра потирает ушибленное плечо, и чувствовала себя неуклюжим бегемотом.
– Прости, пожалуйста, не заметила.
Я собиралась проскочить мимо Аделины, но она меня остановила.
– Мы с тобой не виделись после обеда с Аракчеевыми. Ты сбежала от них. – Аделина поправила на груди кашемировый свитер, который придавал всему ее образу очень изысканный вид. А я в очередной раз удивилась, почему она не понравилась Данизу. Моя сестра очень эффектная, иногда даже выглядит старше меня и уж точно больше меня уверена в своей женственности.
– Да, сбежала.
– Мама сказала, что он подарил тебе кольцо. Ты его не носишь? – Аделина посмотрела на мои пальцы. – Тебе надо делать маникюр, не будешь же ты после замужества возиться с цветами.
– Еще как буду, – возразила я. – Кольцо не ношу, потому что… просто не ношу. Когда познакомишь с женихом?
Аделина махнула рукой, отошла от двери и уселась на диван, приглашая меня к себе.
– Да я даже не знаю, не все так просто, он… мне кажется, мы торопимся с ним.
– У вас же ребенок будет! У тебя уже какой срок? – Я наморщила лоб, пытаясь сосчитать недели.
– Не всегда нужно выходить замуж, если у тебя будет ребенок. – Аделина пожала плечами и тут же спохватилась. – Только не говори об этом маме, хорошо?
– Конечно, не скажу. Ты куда-то собралась? – Я заметила в руках Аделины брелок от ее «мерса».
– Да, маленький шопинг в центре. Поехали со мной. Тебе тоже надо развеяться.
– Нет, спасибо, я хотела бабушке помочь в саду.
– А как же твой садовник? Герман… красивое имя, кстати.
Я покраснела. Аделина улыбалась так, словно знала, что вчера произошло, но ведь это невозможно. Он бы никому не рассказал.
– У него сегодня выходной.
– Ну так завтра приедет и все сделает. Папа им очень доволен, говорит, послушный парень, хотя по виду не скажешь. Поехали, Кора.
Послушный парень? Герман? Не верю. Но, может, он поэтому…
– Поехали, Кора! Только за подружкой моей заедем, и все.
Аделина потянула меня к двери. А ведь она первый раз меня звала с собой. На душе стало тоскливо, несмотря на папино согласие дать мне денег. Сейчас пойду мимо оранжереи и…
– Поехали! Я только бабушку предупрежу.
– Конечно! – Сестра довольно захлопала в ладоши. – Садись в машину.
Всю дорогу она оживленно болтала о новом альбоме BTS и о том, почему Чимин ей нравится больше RM. Я лишь изредка что-то переспрашивала. Мои мысли все равно занимал Герман. За полдня ни одного сообщения. Где он? Что с ним происходит?
– Так… мы на месте вроде, – пробормотала Аделина.
– Где? – Я удивленно смотрела на жилой дом перед собой.
– Я же говорила, сначала к подруге. – Она остановила машину у подъезда. – Идем, она попросила подняться.
– Зачем? Я здесь вас подожду, ладно? Я же ее даже не знаю.
– Ну так познакомишься, – нетерпеливо проворчала Аделина. – Тебе надо больше общаться, у тебя даже своей компании нет. Иногда мне кажется, что тебе лет пять, не больше. Пойдем!
Я вздохнула и вылезла из машины.
– Как ее хоть зовут? – спросила я, когда сестра уже нажимала кнопки на домофоне. – Вы вместе учитесь?
– Ага, ее Дашей зовут. Так, четвертый этаж. Идем.
– А почему она сама к нам не спустилась?
Аделина вместо ответа лишь махнула рукой и нажала на кнопку дверного звонка.
Дверь тут же распахнулась. Перед нами стоял, ухмыляясь… Даниз Аракчеев.
Глава 18
Аид
Утренняя тренировка длилась дольше обычного. И не только потому, что пропустил последние две – работа в доме Солнцева давала необходимую физическую нагрузку, но очень мешала моей цели.
Кора мешала. Чем дальше я буду от юной невесты Даниза, тем лучше.
Спарринг с Артемом наконец заставил вспомнить, кто я есть.
– Решил превратить меня в грушу? – Голованов оказался на мате после того, как пропустил удар слева. – Или хочешь вернуться на ринг?
– Вставай! На сегодня хватит. – Я уже снимал бинты с ладоней. – Теряешь реакцию. Так не пойдет. Займись своей формой.
– Займусь. Что случилось, Аид?
Артем непонимающе смотрел на меня. Его верхняя губа была рассечена.
– Ничего. Защищайся лучше, аптечка в углу. Я в душ, через час жду у себя.
Уже стоя под холодными струями воды, я снова переживал подзабытые ощущения: голод, ярость и эйфорию. До прежних эмоций далеко, конечно, да и бой был не настоящий, но обратно на ринг не вернусь. То время прошло.
Хотя именно бои помогли выжить, удержаться на плаву, но они же чуть не отправили меня за решетку. Тогда я и познакомился со своим отцом. Мне было столько, сколько сейчас Коре. Но я уже прожил пять ее жизней.
Всеволод Аракчеев отмазал меня, сунул взятку следаку, который вел мое дело, отправил лечиться пацана, которого я покалечил, закрыл рот всем, кто только мог вякнуть. Взамен потребовал прекратить драться и продать свой подвал. Тогда мы первый раз схлестнулись, но не в последний.
Я лишь незадолго до его смерти узнал, что он два года за мной наблюдал, присматривался, решал, стоит ли признавать своим. Может, будь у Севы яйца, я бы еще гнил где-нибудь в колонии под Пензой или Саратовом, но старик правильно рассчитал. И все понял про меня намного раньше, чем я сам. Но чего пока не поняла глупышка Кора, раз не сбежала вчера.
Похоже, ее еще никто по-настоящему не целовал…
Артем уже ждал меня в кабинете – губа была заклеена пластырем, ссадины на скуле не кровоточили. И все же я перестарался. Моя злость не имеет к нему отношения. Виноват только я.
– Минаев из «Дельты» вне игры, Аид. – Голованов аккуратно положил на стол коричневый бумажный пакет. – Он не будет претендовать на ваш завод. Все сделали, как ты велел.
Я потянулся к пакету. По таким важным делам я всегда сам проверяю детали, но есть еще одна причина – Кора. Она не выходит из головы. А так быть не должно.
– Откаты за поставку оборудования, фальсификация отчета по безопасности перевозок… а вот это интересно.
– Минаев заказал уголовное дело против сына главного акционера завода пять лет назад, – сообщил Артем. – Такое не прощают. Отдать писакам? Они раздуют хороший скандал.
– Нет, без огласки. Минаев мне еще пригодится. Организуй мне с ним встречу на следующей неделе. Что с Арсением?
– Солнцеву объяснили, что у него только один шанс остаться при своих – это работа на Аракчеевых. Он у тебя в кармане, Аид.
– Пока я не получу полный контроль над заводом, расслабляться рано. Да и после тоже – Солнцев еще долго будет нужен, к сожалению. Да, еще, Артем, займись его дочерью.
– Каролиной? – Голованов удивился. – Невестой твоего брата?
– Младшей. Аделиной Солнцевой. Для будущей матери и жены она слишком интересуется другими мужчинами.
– Сделаю. Что еще?
– Даниз хлопот не доставляет?
– Тише воды ниже травы. Даже стриптизерш перестал заказывать. Но он все реже появляется в отцовском доме, Раиса разрешает ему зависать в городе. Присматривает квартиру для будущей семейной жизни.
– Слышал. – Перед глазами снова возникло возмущенное личико Коры. – Но не думаю, что ему понадобится отдельное жилье в Москве после свадьбы.
Я сам удивился внезапно возникшей идее.
– Хочешь, чтобы они жили с Раисой в доме?
– Я хочу их отправить подальше отсюда, например в Испанию или Италию. Хотя, нет, у нас Голландия вроде страна цветов? Коре там понравится.
Артем промолчал, в его обязанности не входило умение поддержать разговор. Да, пожалуй, главное – как можно меньше видеть Кору.
Она проклянет меня, когда узнает правду, но ей будет полезно избавиться от романтических иллюзий, повзрослеть и наконец увидеть жизнь такой, какая она есть. Даниз, конечно, не станет ей примерным мужем, но и не худшим, по крайней мере, он не одиночка и способен разделить свою жизнь с женщиной. Для слабовольного брата Кора наилучший вариант, она не даст ему скатиться на дно, сделает его менее эгоистичным. Она никогда не будет нуждаться в деньгах, ее бабушка получит лучшее лечение, какое только возможно. Арсений с его женой и дочерью исчезнут из ее жизни. Я позабочусь о том, чтобы у Коры было все, что она захочет. Значительно больше, чем у нее есть сейчас. А у меня будет моя империя, с этим НПЗ* я сделаю то, что не удалось отцу и что никогда не удастся моим братьям.
– Про младшую дочь Солнцева я все понял. С Минаевым встречу назначу. Что-то еще?
– Нет. Сегодня бои. Меня ни для кого нет, передай ребятам, когда будешь уходить. А вечером приезжай. Ставки уже сделал?
– Поставил на Шака.
– Верный выбор. Пока, Артем.
Едва за ним закрылась дверь, я откинулся на спинку кресла, прикрыв глаза. И тут же поплатился за это – Кора не отпускала. Маленькая наивная девочка, которая ни черта не понимает в жизни, но умеет разговаривать с цветами, улыбается так, что вокруг становится светло и уходят тучи. Вчера как приклеенный сидел в ее магазине, так и не смог уехать.
Добрая, нежная, невинная… Я до сих пор не могу забыть вкуса ее губ. Не нужно было ее целовать. Больше этого не повторится. И пора заканчивать представление.
К началу боев клуб был переполнен, я молча наблюдал сверху, как толкаются люди, как мои ребята расставляют дополнительные стулья. Все как всегда, но сегодня я не чувствовал прилива адреналина в крови, никакого азарта и предвкушения.
Что-то выбивалось из привычной схемы, что-то, чего я пока не мог понять, но уже ощущал неприятное жжение внутри.
– Главный бой месяца! – Рядом раздался голос Артема. – Я к тебе еле пробился.
– Лучший бой месяца. – Кивнул я. – Что нового?
– Начал работать по младшей Солнцевой и сразу же наткнулся на интересное.
– Потом расскажешь.
– Понял, но, возможно, этим заинтересуется и Сева.
– Чем именно? – Я не отрываясь смотрел на девчонок в купальниках, которые разогревали публику, но не видел ни одну из них. Одно сплошное красное пятно.
– Как раз сегодня девчонке упало на карту триста «штук» от Даниза. Я, может, так быстро и не выяснил бы, но ты велел отслеживать его траты…
– Когда они успели подружиться? – Я недовольно поморщился.
– Пока не знаю, но сегодня приятель Даниза устроил вечеринку, там появились обе Солнцевы, правда, младшая почти сразу уехала. А Каролина осталась.
Я сначала решил, что ослышался. Жжение внутри усилилось.
– Кора осталась на вечеринке с Данизом без сестры? Много там пацанов? Девчонки? Что за вечеринка?
– Человек пять парней, девок нет, – медленно протянул Артем. До него, кажется, начало доходить. – Ты же не думаешь…
– Поехали. – Я уже спускался вниз, расталкивая гудящую толпу. – Сколько нам ехать до этой хаты?
– Вообще, тут недалеко, но из-за пробок можем часа два простоять.
Артем уже вызванивал своих ребят, узнавал, кто есть поблизости. Я набрал Коре. Телефон не отвечал.
Глава 19
Кора
– Ну привет, почти жена! – развязно протянул Даниз.
Я, пошатнувшись, чуть не натолкнулась спиной на Аделину. Но она не дала мне отойти назад.
– Что тут… эй! – возмущенно воскликнула я, когда Аракчеев резко потянул меня на себя. Я, как пробка, полетела вперед, в квартиру. – Да пусти меня!
Но Даниз держал крепко. Я оглянулась на сестру. Аделина спокойно стояла, сложив на груди руки, ее лицо ровным счетом ничего не выражало: ни удивления, ни смущения, ни гнева. Вообще ничего.
– Что происходит? – спросила я у нее. – Ты куда меня привезла? А он тут что…
– Меня нельзя игнорировать, Каролина, – вместо нее ответил Даниз. – И когда я звоню, не надо сбрасывать звонки, поняла? Ты поняла меня?
– Да пусти меня… больно! – Я попыталась вырваться, но не смогла. – Аделина! Помоги мне.
Но сестра лишь развела руками.
– Кора, он твой жених! Это ваши дела, я не вмешиваюсь, но папа будет очень недоволен, если ты и дальше будешь избегать Даниза. В общем, я пошла.
У меня внутри все похолодело от страха: остаться наедине с этим дебилом! Аделина! Я еще надеялась, что она не бросит меня, но сестра, кивнув нам, уже захлопнула за собой входную дверь.
– Да пусти меня! – Я все же вырвала руку из захвата Даниза, но он толкнул меня в сторону от двери. Едва успела выставить ладони вперед, чтобы не врезаться в стену. – С ума сошел?!
Мы стояли друг напротив друга в большом коридоре. Аракчеев зло улыбался, он чувствовал себя хозяином положения, я же понятия не имела, что это за квартира, куда меня привезла Аделина.
Откуда-то из-за спины Даниза послышались шаги, открылась дверь, и я увидела высокого бритого парня лет двадцати пяти. На нем были полностью расстегнутая рубашка и джинсы. В руке он держал мобильный.
– Вы че так разорались? – Он недовольно посмотрел на нас.
– Знакомься, Вит! – Даниз ухмыльнулся. – Моя будущая жена. Ка-ро-ли-на.
Мое имя он манерно произнес по слогам. А потом как хлыстом ударил:
– Шлюха!
Я отшатнулась, парень непонимающе посмотрел на Даниза. Из двери появился белобрысый пацан, за ним еще один и еще. Да сколько их тут?! И все они с любопытством поглядывали на нас с Аракчеевым. У меня же в голове болью пульсировало брошенное Данизом оскорбление.
– Не смей так меня называть, – глядя в глаза мерзавцу, произнесла я. У меня от злости даже голос не дрожал.
– Храбрая малышка, – с усмешкой заметил блондин. – Ты на хрена ее притащил сюда, Даниз? Договорились же, что без телок.
Все парни выглядели старше Аракчеева. И не сказать, чтобы они были слишком приветливы. Их оценивающие взгляды заставляли краснеть, я чувствовала, что паника подступает к горлу, но старалась не показывать им своего страха.
– Это особый случай, Сань. Ее надо проучить. – Даниз шагнул ко мне и схватил за локоть, я попыталась вырваться, но он держал крепко. Ткань моей куртки затрещала, молния больно впилась в шею.
– Пусти, дебил!
– Тварь!
Даниз грубо стянул с меня куртку и бросил ее на пол. Я осталась в легкой блузке и светлых джинсах. Но ощущение было, что я почти обнажена.
– Меня заставляют жениться на этой сучке, – бросил Аракчеев своим друзьям, – а она ноги раздвигает перед каким-то отребьем.
– Ты что несешь?!
Он не ответил, толкнул меня на блондина. Тот поймал и сильно прижал к себе.
– Какая нехорошая девочка. – Он засмеялся. – Надо повоспитывать.
И толкнул меня к другому своему приятелю – я тут же почувствовала на себе чужие руки. Они бесстыдно лапали меня. Я изо всей силы влепила мерзавцу пощечину. И тут же полетела на пол.
– Брыкается, тварь! – Даниз смотрел на меня сверху вниз. Я видела его белые кроссовки у моей головы, боялась, что он сейчас ударит меня ногой, и инстинктивно прикрылась руками.
– Вставай! – Он грубо схватил меня за блузку, ткань затрещала, я попыталась вырваться, но получилось только хуже. Моя одежда превратилась в порванную тряпку и не скрывала белье.
– А ничего так.
Какой-то парень протянул ко мне руки, но не успел дотронуться – Даниз обхватил меня за живот. Я заколотила его по шее. Он снова толкнул меня к парням.
– Или со мной, или с ними со всеми, Каролина. Выбирай.
– Рехнулся? Выпусти меня! Мой отец тебя убьет! – крикнула я и отскочила к стене, у которой никого не было. Парни стояли рядом, лениво наблюдали, но не вмешивались.
– Это его Аид грохнет за порченый товар! – выплюнул Даниз. Он был не в себе. Я не узнавала его: тупой, эгоистичный, инфантильный мажор. А теперь настоящий зверь! – Твой папаша обещал, что ты целка, что у тебя никого не было. А тебя какой-то садовник распечатал.
У меня волосы на затылке зашевелились: откуда он узнал о Германе? Наверное, в моих глазах отразился ужас, потому что Аракчеев довольно засмеялся.
– Страшно стало?! И правильно. Я скажу Аиду, и он прикончит твоего любовника. Живого места на нем не оставит, поняла, тварь? Брат любит калечить людей.
– Это вашему Аиду надерут задницу! – прошипела я. – Пустое место ваш Аид!
Парни загоготали, им нравилось то, что они видели. Двое из них снимали все на камеры.
– Я тебе пришлю видос, как он ломает твоего садовника. – Даниз криво усмехнулся. – Ладно, я дал тебе выбор, ты им не воспользовалась. Тогда сначала со мной, потом с парнями. Пошли.
Я заколотила кулаками по его плечам, вырывалась из его рук, но Данизу помогли. Я ничего не могла сделать против пяти взрослых и сильных мужчин.
– Пусти! – Я задыхалась, но слез не было, только отчаянная борьба за себя.
– В комнату тащите, – приказал Аракчеев, чьи-то руки меня подняли и поволокли по коридору. Я упала на пол, отползла подальше от двери, но меня не преследовали.
– Пускай посидит пока, помучается, – донесся до меня голос ублюдка. – Потом ею займусь.
Дверь захлопнулась. Я тут же вскочила на ноги и бросилась к окну – высоко, а под окнами асфальт. Телефон остался в сумке, которая сейчас валялась в коридоре. Но что, если открыть окно и позвать на помощь? Паника не давала четко мыслить, руки дрожали. Я огляделась – кровать и встроенный шкаф. Больше ничего, нечем даже подпереть дверь. Кровать я точно не сдвину с места. Я бросилась к окну, стеклопакеты открывались легко, я уже почти распахнула окно, когда хлопнула дверь.
Глава 19.1
Кора
– Так, так! Птичка решила улететь? Не так быстро. – Чьи-то сильные руки зажали мне рот, а потом толкнули на кровать. Окно захлопнулось. – Сиди тут и не дергайся.
Я смотрела на блондина, который уселся рядом. Крыса. Мелкие заостренные черты лица, серые глазки, тонкие губы. Я теперь в страшном сне буду видеть его ухмылку.
– Даниз сейчас придет, принесет кое-что, чтобы ты посговорчивее была.
– Выпусти меня, – тихо проговорила я. – Я дам денег, очень много денег.
– Если б у тебя они были, тебя б не продали замуж, кукла! – Парень расхохотался. – Лучше сиди и молчи, пока рот не заняли.
Меня передернуло от его слов. Через пару минут в комнату зашел еще один – высокий худой парень. Они и караулили меня, пока не вернулся Аракчеев. Не знаю, сколько прошло времени – может, полчаса, может, час. На улице уже темнело.
– Соскучилась, Каролина? – Даниз сел на кровать и протянул мне таблетку. – Глотай. Поверь, тебе так лучше будет.
Я замотала головой. Зрачки у Даниза были неестественно расширенные, очень черные, на мгновение мне показалось, что передо мной Герман.
Герман. Он… Если бы мы только знали, против кого пошли…
– Что? Не хочешь? – Аракчеев заулыбался и повернулся к парням, которые снова все снимали на камеры. – Ну как знаешь.
Он потянулся ко мне, я еще сильнее прижалась к спинке кровати, понимая, что у меня нет и шанса выстоять. Боже…
Дверь снова открылась, и в комнату заглянул другой подонок, равнодушно посмотрел на меня и протянул Данизу мобильный.