Детективное агентство «Чёрный лебедь»

– Как его зовут?

– Михаил Добрый. Давайте номер его напишу, – предложила Ангелина.

Матвей пододвинул к ней чистый лист и ручку, и она записала номер.

– Спасибо. Вопросов больше нет.

– Надеюсь, вы найдете моего Жору, – сказала Ангелина и спешно удалилась, даже не попрощавшись.

Никита выждал заветные пять минут, закрыл ноутбук и сказал:

– Ну и тётка! Сама нам в матери годится, а смотрела на тебя так!

– Как? – удивился Матвей.

– А ты не заметил? Ну, в общем, неприлично как-то смотрела. А может, мне показалось, – пожал плечами Никита.

Матвей лишь усмехнулся в ответ.

– Зато я узнал, что её Жора не совсем тот, за кого себя выдаёт, – с важным видом выдал Никита.

– Ну, говори уже, у нас нет времени на выпендрёж, – Матвей сложил руки на груди.

– Дай хоть немного повыпендриваюсь! – улыбнулся Никита, – Не работал этот Жора нигде. Два года уже официально безработный. А друг его, между прочим, работает, в отличие от Жоры-тунеядца.

– А вот это уже интересно! Узнал адрес доброго друга? – спросил Матвей и улыбнулся получившемуся каламбуру.

– Да, узнал. Ну, что, по коням?

Михаил, друг пропавшего Георгия – грузный, но не болезненно толстый усатый дядечка, действительно был добрым и не только по фамилии. Михаил предложил детективам кофе и свои фирменные булочки с яблоками и корицей. Он держал маленькую булочную «Добрый хлеб» на первом этаже своего частного дома. Его круглое, мягкое лицо не покидала улыбка, и дежурная вежливость, по всей видимости, была здесь совершенно ни при чём.

– Вы – отличный пекарь! – признал Никита, блаженно жмурясь.

Матвей согласно кивнул, покручивая ополовиненную чашечку с латте за фигурную ручку.

– Спасибо за комплимент, – улыбнулся Михаил, а затем спросил, чуть понизив голос, – Так что вы говорили? Гера куда-то пропал?

– Да, что вы об этом знаете? – поинтересовался Матвей.

– Мы с Герой конечно лучшие друзья, но он не говорил мне, что собирается пропасть, – пожал массивными плечами Михаил, – Извините, я вам ничем помочь не могу.

– Может, расскажете, куда он мог податься? Любимые места у Георгия есть?

– Ну, он любил заходить ко мне. Я всегда угощал его чем-нибудь… Я ещё иногда, когда клиентов не было, я закрывал булочную, и мы шли в соседнюю пивнушку, пропускали там по стаканчику и болтали о жизни.

– И что же он вам рассказывал?

– Говорил, что мечтает вырваться, уехать куда-нибудь. Ещё жаловался, что Ангелина его достала, пилит каждый день… Рассуждал о бренности бытия и что упустил свои лучшие годы.

– А он не уточнял, с кем именно хотел уехать? С женой или может один? – подался вперед Матвей.

– Нет. Без подробностей. Гера говорил обобщенно, как будто не хотел посвящать меня в свои дела, – ответил Михаил.

– Мы предполагаем, что он мог спрятаться у вас.

– Нет, у меня его нет. Если хотите, можете посмотреть. У меня жена и трое детей, места в доме попросту нет. Да и незачем ему здесь прятаться, – развел руками Михаил.

Матвей поднялся с места, доставая кошелёк.

– Большое спасибо за угощение.

– Нет-нет, что вы! Всё за счёт заведения! – решительно запротестовал Михаил.

– Спасибо большое!

– Да, спасибо! Было очень вкусно! – с воодушевлением повторил Никита.

– Вы всех так бесплатно кормите? – как бы между делом поинтересовался Матвей.

– Только хороших людей, – пробасил Михаил и расплылся в широкой гостеприимной улыбке. Он гордился своим маленьким бизнесом и всегда был рад случаю похвастаться тем, как славно всё устроено в его доме, – Проходите, я вам всё покажу.

Детективы проследовали за Михаилом на кухню, где он и его старший сын и делали выпечку. Они остановились там ненадолго. Матвей заглянул в кладовку, а Никита – в каждый холодильник.

– Ты что там ищешь? Труп? – усмехнулся Матвей.

– Ну, мало ли, – пожал плечами Никита.

Из кухни в жилую часть дома вела уютная винтовая лестница. Под весом хозяина ступеньки тихонько поскрипывали. Михаил, а за ним и детективы поднялись на второй этаж. Когда он открыл дверь, оттуда сразу же вырвался запах горячих щей.

Детективы вошли в гостиную. Неожиданно в Матвея влетел мальчик, они встретились взглядами, малец удивленно посмотрел на незнакомца и с криком побежал за своей сестрой-двойняшкой. Сыщики профессиональным взглядом оценили обстановку. Гостиная была небольшой, минимум мебели, чтобы детям было где поиграть. В общем, ещё одного взрослого попросту некуда деть.

– Солнышко, у нас гости! – громко сказал Михаил. Его голос был сильным, раскатистым, но говорил он мягко.

В шкафу со стеклянными дверцами тихонько зазвенели рюмки, и из кухни вышла женщина: миловидная, лет тридцати пяти. Это была жена Михаила, одетая в домашнее платье и фартук, а на голове – аккуратный пучок. Женщина улыбнулась детективам, будто встретила своих старых друзей.

– Проходите, молодые люди! У меня тут щи поспели, – сказала она.

Матвей заметил голодный взгляд Никиты и сказал:

– Большое спасибо, но мы здесь по делу. Мы частные сыщики и разыскиваем Георгия Олеговича.

Никита горестно вздохнул, ему так хотелось предложенных щей, которые пахли просто головокружительно, но времени и, правда, не было.

– А что случилось? Почему он пропал? – забеспокоилась женщина.

– Катенька, всё хорошо. Они его как раз ищут. Ты же не против, если они осмотрят наш дом?

– Да, конечно! Если это нужно, – ответила Екатерина, а затем побежала на кухню со словами: «У меня же пирог!»

Михаил смотрел ей в след с умилением.

– Зайка моя, пытается для меня что-то печь! – тихонько порадовался он.

Михаил провел экскурсию по дому для детективов. На жилом этаже дома было целых четыре маленьких, но уютных спальни. В гостиной, которая была объединена с кухней-столовой, лежал огромных размеров ковёр, на стене висел телевизор, а напротив него стоял большой диван. Дом был хоть и тесным для такой большой семьи, но уютным. Детективы убедились, что прятаться там было просто негде.

– Спасибо за помощь и угощение, – сказал Матвей и дал Михаилу визитку, – Если что-то узнаете, позвоните нам.

– Да, конечно. Я надеюсь, с Герой всё в порядке.

Вернувшись в офис, сыщики занялись поисками всего, что могло бы привести их к Георгию. Так прошло несколько часов. Никита проверял, не угрожал ли кто пропавшему, шерстил его друзей, соцсети и мессенджеры, Матвей обзванивал бывших коллег, родственников и соседей. Все отзывались о Георгие только в положительном ключе и очень переживали по поводу его пропажи. Но никто ничего не знал.

Внезапно запищал телефон, прервав стук пальцев Никиты по клавиатуре.

– О, напоминалка, – сказал Матвей и засобирался куда-то.

Никита перестал печатать и посмотрел на Матвея с прищуром:

– Ты куда это?

– Мне нужно отойти на пару часиков. Скоро вернусь, – отозвался Матвей.

– Ну, можешь не рассказывать, мне совсем не интересно, – Никита снова уткнулся в ноутбук и ритмично защелкал мышкой.

Матвей вздохнул, наклонился и оперся о противоположный край стола Никиты:

– Записался к психологу. Теперь по понедельникам и средам с шести до восьми офис только твой, – Матвей улыбнулся уголком губ, а затем снова вздохнул, – Двадцать лет уже прошло, а я всё никак не могу отпустить Милу…

– Будь я моим отцом, сказал бы, что психология – лженаука, а психологам нужно идти работать на завод, чтобы приносить людям реальную пользу, – попытался пошутить Никита, но на самом деле, он даже не знал, что сказать. Он смутно помнил тот день, ведь ему, как и Матвею, было всего 6 лет. В голове всплыли лишь фрагменты, навсегда врезавшиеся в память: футбол, площадка, качели, Мила… И вот её уже нет… Тогда он просто не мог понять и спрашивал у мамы: "Как это, Милы больше нет?", а она в ответ лишь тяжело вздыхала.

– Не теряй надежды, может она сейчас где-то тоже ищет тебя, – как можно мягче и убедительнее сказал Никита.

– Всё не так просто… Меня стали мучить кошмары, я нормально не спал уже месяц, – Матвей потер лицо ладонями, будто пытаясь стереть усталость.

– Конечно, она ведь твоя сестра, – понимающе кивнул Никита, – Сколько тогда тебе было? Шесть? И что ты – дошколенок – мог сделать там, где ничего не смогли взрослые? Ты не виноват, ты же знаешь.

– Знаю, но только одного знания мало. Этими снами мой мозг хочет что-то мне сказать. Может, я просто схожу с ума, а может Мила действительно ещё жива? – Матвей вздохнул, затем сказал негромко, ровным голосом, устало и потеряно, – Я запутался, я не знаю. Я просто хочу отпустить её. Я так больше не могу…

Никита опустил глаза. Обычно он старался перевести всё в шутку, но сейчас шутить совсем не хотелось. Тогда он предложил:

– Может, расскажешь, что тебе снится и станет легче?

Матвей на секунду закрыл глаза. Никита заметил, как он вздрогнул, проигрывая тот ужасный сон в своей голове.

– Каждую ночь я вижу одну и ту же девушку, – начал Матвей, – Я не видел её раньше, но почему-то чувствую, что знаю её. Она бежит, оглядывается, улыбается. Я тоже улыбаюсь и бегу за ней. Кажется, всё хорошо. Я пытаюсь догнать её, но не могу. А потом… – он прижал ко лбу ладонь, словно пытаясь поддержать тяжелую от мыслей голову, и уставился в пол, – Потом земля проваливается под нашими ногами, и мы летим в пропасть… Я просыпаюсь, видя замерший страх в её глазах, и мне самому становится страшно…

– Думаю, всё наладится, – Никита похлопал друга по плечу. Этот дружеский жест внезапно показался ему глупым, неловким, но Матвей, казалось, немного оттаял. Опустил прижатую ко лбу ладонь, улыбнулся уголками губ:

– Я так давно ни с кем не говорил о ней. А сегодня вдруг сказал нашей клиентке, но так, будто ничего и не было… Будто я всё это выдумал…

– Просто знай, что я всегда готов тебя выслушать, для этого ведь и нужны друзья, – улыбнулся Никита.

– Спасибо, – Матвей улыбнулся в ответ.

– Иди уже, – посоветовал Никита, внутренне скривившись от того, как бодро это прозвучало, – а то опоздаешь!

В то время как Матвей изливал душу психологу, Никита просматривал денежные переводы с банковской карты Георгия и его жены. Не найдя там ничего, что указывало бы на местонахождение пропавшего, он ещё раз проверил соцсети, друзей и мессенджеры. Затем Никита позвонил Ангелине и попросил удаленный доступ к домашнему компьютеру. Проверив запросы в браузере, Никита пришел к выводу, что Георгий "чист" во всех смыслах этого слова.

– Так, где же ты можешь быть? – вслух спросил Никита.

Все что можно, Никита уже проверил. Искать Георгия было просто негде, он как сквозь землю провалился, не оставив никаких зацепок. Никита решил просто ждать.

Вскоре вернулся Матвей. Он был ещё более замученным и уставшим, чем до похода к психологу. Заметив состояние друга, Никита не стал ничего спрашивать.

– Я проверил всё, что мог. Георгия нигде нет. Никаких следов, – Никита развел руками, состроив подчеркнуто разочарованное лицо.

– Отлично. На сегодня всё, пора закрываться, – рассеянно отозвался Матвей, – К тому же, родители пригласили нас на ужин, у них годовщина свадьбы.

– Мои тоже будут?

– Твои тоже.

– Я не скажу им, – подмигнул Никита.

– Спасибо, – устало улыбнулся Матвей.

Разговор зашёл о работе.

– Расскажите нам, ребята, что у вас там? Как дела на работе? – пробасил Лев Степанович, когда были исчерпаны все привычные застольные темы.

– Да ладно пап, может, не будем о работе? – отмахнулся Никита.

– Нам интересно, – подтвердил Егор Остапович.

– Пап, а тебе на работе дела не надоели? – тон у Матвея был легкий, шутливый, и Никита подумал, что праздничные посиделки за столом хорошо подействовали на напарника.

– Я ведь всего лишь начальник отдела, – улыбнулся Егор Остапович, – Так что, дела мне не надоели. Наоборот, я по ним немного скучаю… Расследования, улики…

– Пропавшие люди, – вздохнул Матвей, вставая из-за стола, – Извините, что-то мне душно, пойду, подышу свежим воздухом.

Матвей вышел на балкон, открыл окно и вдохнул прохладный отдающий остывающей пылью и сигаретным дымом вечерний воздух. Под грузом тяжёлых воспоминаний, он толком не мог ни о чем думать. Хотелось забыться, отпустить Милу и жить обычной жизнью, но он не мог. Воспоминания были как пыль, которая долго еще висит в неподвижном жарком воздухе над дорогой, когда по ней проедет машина. От них першило в горле, они заставляли дыхание сбиваться, а глаза слезиться.

Он тяжело вздохнул, собираясь возвращаться, как вдруг почувствовал чьё-то нежное прикосновение.

– Мам? – Матвей обернулся.

Варвара Михайловна обняла сына, Матвей прижался к ней. От неё как и в детстве пахло сиренью и домашней едой.

– Я люблю тебя, Матюша, что бы ни случилось, знай, что мы с папой всегда готовы тебе помочь, – тепло шепнула она.

– Я тоже тебя люблю, мам. Спасибо… Спасибо, что ничего не спрашиваешь…

– А мне и не надо. Я понимаю, что ты тоскуешь по Миле. Я тоже. И твой папа. Но пойми, – начала Варвара.

Матвей решительно потряс головой: «Нет, не говори. Не говори, что её больше нет. Не говори мне об этом».

– Прости. Прости, я не буду.

Варвара снова обняла Матвея и осторожно потянула его в сторону двери:

– Пойдем за стол.

Вдвоем они вернулись на кухню.

– Всё нормально? – поинтересовалась Мария Фёдоровна.

– Не переживай, мам, просто дело у нас тяжёлое. Пропал мужик и не оставил никаких следов. Всё, что можно мы уже перерыли. Просто мозги кипят! – ответил Никита. Матвей кивнул, подтверждая его слова.

– Всё хорошо, Маш. Он просто устал, – сказала Варвара и легонько похлопала сына по плечу, – Работяга мой!

Матвей натянул улыбку.

***

Утром, когда Матвей пришёл в офис, там его уже ждал Никита. Напарник устроился за своим столом в компании двух высоких стаканчиков кофе. Вид у него был загадочный.

– Надо же, ты уже здесь!

– И тебе доброго утра. А ещё ты не поверишь, что я нашел! – воскликнул Никита.

– Чего там? – оживился Матвей.

Никита пододвинул Матвею его стакан и очень удивился, обнаружив, что там тоже пусто. «Я и его что ли выпил?» – подумал Никита и подвинул пустой стакан к себе, а затем продолжил:

– Я решил проверить ближайших друзей и знакомых пропавшего, мало ли что… Ну, там одна прога… В общем, наш добрый Добрый Михаил купил два билета на авиарейс. И знаешь куда?

– Куда же?

– На Кипр! Вылет через три часа. Думаю, вряд ли семейная пара с тремя детьми и бизнесом, требующим постоянного присмотра, вот так сорвалась бы куда-то на отдых.

– Что-то тут не чисто. Нужно срочно ехать к нему и всё выяснить.

Сыщики вновь оказались в уютной булочной. Со вчерашнего дня здесь ничего не изменилось: те же аккуратные столики, та же приятная негромкая музыка из спрятанных под прилавком колонок и тот же густой сладкий запах корицы, ванили и горячего хлеба.

Их встретила милая девушка лет двадцати трёх, в переднике и с блокнотом в руках. Коротко остриженные ногти без следа лака, волосы гладко зачесаны и стянуты в хвост – очевидно, помогает на кухне. "Официантка? Вчера её здесь не было", – мысленно удивился Матвей.

– Доброе утро! Что будете заказывать? – спросила девушка. Её голос прозвенел звонче колокольчиков на двери пекарни.

– Мы из детективного агентства, – Матвей показал удостоверение и чуть улыбнулся, пытаясь сгладить резкость тона, – Нам нужен Михаил. Где он?

– Он сейчас наверху, – смущённо и с ноткой недоумения ответила девушка, – А вам…

Но сыщики не стали слушать её, Никита деликатно потеснил растерянную девушку с дороги и они побежали наверх. На кухне кто-то из поваров попытался остановить их, но Матвей показал удостоверение и ему. Дверь в квартиру открыл Михаил, и, увидев знакомые лица, широко заулыбался.

– Доброе утро! Вы что-то хотели?

Сыщики внимательно осмотрели гостиную за спиной хозяина и, не обнаружив там чемоданов или других следов спешного сбора, снова сосредоточили внимание на Михаила. Он всё еще радушно улыбался, а одет был в домашнее и явно не собирался куда-то ехать.

– Да, скажите нам, Михаил, вы куда-то собираетесь?

– Собираюсь? – удивился Михаил.

– Для чего вы купили сегодня утром два билета на Кипр?

– На Кипр? – Михаил выпучил глаза.

– Именно, – подтвердил Никита, сложив руки на груди.

– Боже, да мы с женой только в Сочи ездим, – он поскрёб бороду, – Я даже не знаю. У меня и загранпаспорта-то нет.

– Загранпаспорта, говорите… – повторил Матвей, – А паспорт ваш на месте?

Михаил пожал плечами:

– А где же ему быть, если не на месте?

– Проверьте, если вас не затруднит.

Михаил скрылся за дверью, а Никита вопросительно посмотрел на Матвея:

– Ты что-то понял, да? Поделиться не хочешь?

– У меня есть одна теория и сейчас мы её проверим, – ответил Матвей, улыбнувшись уголком губ.

Из дома раздались торопливые тяжелые шаги, и пару секунд спустя выбежал Михаил. Он явно был взволнован и напуган происходящим.

– Что всё это значит? Где мой паспорт? Его украли?! – он нервно сжимал и разжимал пальцы.

– Не переживайте, похоже, мы нашли ваш паспорт и вашего друга, – ответил Матвей.

– А-а-а, – протянул Никита, – Всё ясно.

– Тогда поехали в аэропорт. Мы ещё успеем.

Никита согласно кивнул, поворачиваясь к лестнице.

– А паспорт? – проговорил Михаил.

– Вернём, как только всё выясним, – подмигнул Матвей.

– Спасибо! Заезжайте на обратном пути! – донеслось вдогонку торопливо спускающимся детективам.

По пути в аэропорт Матвей позвонил отцу:

– Пап, привет! Как можно скорее сообщи своим коллегам в Геленджике. Нужно задержать одного беглого муженька, который украл чужой паспорт. Фото и данные я тебе скинул. Да. Спасибо.

В аэропорту детективы быстро нашли Георгия, хоть он и старался слиться с толпой.

– Вот он, голубчик, – Никита первым заметил знакомое по многочисленным фотографиям лицо в очереди на регистрацию. Благодаря бороде Георгий был очень похож на своего друга Михаила, разве что худее. Матвей кивнул, и напарник, хищно улыбаясь, передвинулся, оказавшись между Георгием и ближайшим выходом.

– Георгий Сафронов? – окликнул его Матвей.

Георгий обернулся и, удачно изобразив недоумение, ответил:

– Вы меня с кем-то спутали.

– О ком это они, милый? – спросила симпатичная женщина с длинными, крашенными в ярко-рыжий цвет волосами и свеженьким личиком, державшая Георгия под руку.

– Не обращай внимания, Златочка, – ответил он, раздраженно и настороженно окидывая взглядом зал. Затем он быстрым шагом направился в противоположную от детективов сторону, легонько подталкивая свою спутницу. Но идти им пришлось не долго, путь перекрыли полицейские.

– Георгий Олегович Сафонов, вы арестованы по статье мошенничество. Пройдёмте с нами, – сказал один из полицейских.

Несколько человек, оказавшихся поблизости, заозирались с возбужденным и встревоженным видом.

– Вы меня с кем-то путаете! – воскликнул Георгий и рванул со всех ног, выронив объемистую сумку.

– Стоять! – поставив Георгию подножку, крикнул Никита.

Несчастный беглец растянулся на полу, на его руках защелкнулись наручники.

– Вы ошиблись! Вы меня с кем-то путаете! – кричал Георгий, морщась от боли.

– Миша, о чём они говорят? Какой ещё Георгий? – лепетала Злата, не отставая от полицейских.

– Мы раскрыли это дело. Дай пять! – ухмыльнулся Никита, поворачиваясь к напарнику.

– Жёстко ты его. Но молодец.

– Мы молодцы.

На обратном пути Матвей сообщил Ангелине, что её муж жив, здоров и сейчас находится в отделе полиции. Он терпеливо выслушал прерываемые душераздирающими всхлипами крики о том, что «Жора не мог так поступить! Это какая-то ошибка!..» и что «такого доброго и светлого человека, как Жора, любой негодяй может подставить!..», а в конце – поток сбивчивых благодарностей.

Они снова заехали в булочную Михаила, чтобы рассказать ему о судьбе друга. Маленький зал был практически пуст, и все трое устроились за угловым столиком.

– Что творится! – вздохнул Михаил.

– И что, дядю Геру теперь посадят? – поинтересовалась официантка. Ее ловкие маленькие руки, двигаясь плавно и точно, разливали по чашкам ароматный чай, расставляли тарелочки с выпечкой.

– Может, посадят, а может, заставят выплатить большой штраф. Полиция разберётся, – равнодушно сказал Никита.

"Она милая. А я ведь так и не узнал, как её зовут", – подумал Матвей, украдкой рассматривая официантку. Она была невысокой, рыженькой, со смешным маленьким носом и выразительными серыми глазами. Матвей решил узнать имя девушки, но, не найдя бейджика, спросил:

– Милая леди, мы с вами так и не познакомились при нашей первой встрече. Могу я узнать, как вас зовут?

– Соня, – улыбнулась «милая леди», выпрямляясь и убирая от лица упавшую вперед прядь волос.

– Софья Добрая – дочь моего двоюродного брата и сестры Гериной жены. Работает у меня, помогает в свободные от учебы дни, – пояснил Михаил, снова заулыбавшись.

– Да, вы вчера звонили моим родителям. Я очень переживала за дядю Геру. Он ведь хороший человек. Спокойный, добрый, – сказала Соня.

– А вы говорите, он был с какой-то женщиной? Не знаю, как такое могло произойти! Неужели Ангелина его настолько достала, – сокрушался Михаил, подперев кулаком подбородок.

– Похоже, Георгий просто устал от жены, – сказал Никита, а Матвей толкнул его локтем в бок.

– Как можно устать от жены? – искренне удивился Михаил.

– Михаил, думаю, вам стоит подумать о своих документах. По идее ваш паспорт – улика в деле и вам его вряд ли вернут, – сказал Матвей, переводя разговор в более официальную плоскость.

– О, не переживайте так. С этим я разберусь. Спасибо вам за всё. Я очень рад, что Гера нашелся и с ним всё в порядке, – ответил Михаил, погладив бороду.

– И вы нисколько не сердитесь на своего друга?

– Да что на него сердиться? – развел руками Михаил, – Думаю, он это всё не со зла.

Уходя из булочной, детективы ещё раз поблагодарили Михаила за гостеприимство. Прощаясь, Матвей дал Софье свою визитку и спросил:

– Соня, может, встретимся как-нибудь, сходим в кино или кафе?

– С радостью, – смущённо ответила Соня и улыбнулась.

– Похоже, теперь я буду частенько сворачивать сюда после работы, – с улыбкой произнес Никита, захлопывая пассажирскую дверцу.

Матвей согласно хмыкнул, заводя двигатель. Эти люди, и это место распространяли вокруг себя мирную, уютную атмосферу – именно то, чего сейчас ему так не хватало.