Детективное агентство «Чёрный лебедь»

– Большое спасибо! Вы очень мне помогли, – Матвей пожал руку подполковнику и отправился на поиски майора Зыкова.

Матвей был раздосадован тем, что почти полдня потратил впустую. Всё, что ему удалось узнать – это адрес, по которому Зыков возможно уже не живёт.

Он шёл от отдела полиции до того места, где оставил машину. Погруженный в свои мысли, он пару раз столкнулся с прохожими. "Хватит думать, нужно действовать!" – сказал он себе, садясь в машину.

Оказавшись у дома следователя Зыкова, Матвей долго не выходил из машины. Последняя надежда утекала от него, как песок сквозь пальцы и он боялся, что ничего не получится. Впервые он был не уверен в том, что делает. Просидев в машине ещё несколько минут, он, наконец, вышел. Холодный ноябрьский ветер заставил Матвея получше укутаться в шарф. Набрав номер квартиры на домофоне, он ждал, но ответа не последовало. У подъезда Матвей простоял какое-то время. Он успел продрогнуть до костей и собирался возвращаться к машине, как вдруг из подъезда вышла женщина. Она торопилась и не заметила Матвея, а он придержал дверь ногой и зашёл в дом.

Лифт остановился на восьмом этаже. Сыщик постучал в дверь Зыкова несколько раз, но похоже того всё-таки не было дома. Матвей постоял ещё пару минут, безнадежно вздыхая, а затем вызвал лифт. Но тут открылась дверь соседней квартиры и оттуда выглянула женщина. Она была в футболке и бриджах, с полотенцем на голове.

– Вы не ко мне стучали? – спросила она, – я просто голову мыла, не слышала.

– Нет. Я в соседнюю квартиру.

Матвей уже шагнул в лифт, но женщина окликнул его:

– Постойте. Вы знакомый Саши? Он редко бывает дома. Может, я могу ему что-то передать?

Это удивило Матвея. Он подошёл к незнакомке, она внимательно посмотрела на него и улыбнулась. Матвей достал бумажник и вытащил оттуда визитку.

– Передайте ему вот это. Не знаю, получится ли у меня встретиться с ним, но если нет, попросите его позвонить.

– Хорошо. Всего доброго!

– Спасибо, и вам!

Оказавшись снова в машине, Матвей забил в навигатор адрес одного из баров, где мог бы находиться Зыков и поехал туда. По барам Матвей ходил крайне редко, поэтому совсем не привык лицезреть пьяных орущих мужиков, которые ведут себя скорее как австралопитеки, нежели как люди. Это вызывало отвращение, и Матвей постоянно ловил себя на том, что начинает морщиться.

Бар, точнее даже не бар, а простая "пивнушка", пропахла вяленой рыбой и солёными орешками. Матвей стряхнул с барного стула крошки и сел.

– Здравствуйте! Я ищу одного человека, – начал Матвей, когда бармен подошёл к нему, – Александр Зыков. Не подскажете, был ли он сегодня здесь?

Бармен вгляделся в фотографию Зыкова, которую показал ему Матвей, пожал плечами и продолжил натирать стакан.

– Вы точно его не видели? А где я могу его найти?

– Понятия не имею. Я его впервые вижу, – неразборчиво буркнул бармен и скрылся на кухне.

Матвей пожал плечами и подумал: "Похоже, бармен лукавит. Ведь он не может не знать постоянного клиента. Хотя, есть вероятность, что бармен работает здесь первый день…" Но делать нечего, придется ехать в другие питейные заведения и искать майора Зыкова там.

Объехав оставшиеся четыре бара, Матвей решил, что всё это бесполезно. Ни один из барменов не выдал местонахождение Зыкова и все как один утверждали, что вообще не знают его. Похоже, они сговорились или что-то вроде того. Матвей уже не знал, куда податься и вернулся к дому Зыкова. Несколько часов он ждал в машине, но майор все никак не появлялся. Сыщику это надоело, и он вышел на улицу, подышать свежим воздухом и немного размяться. "Можно было бы не тратить деньги на гостиницу, а заночевать в машине", – с досадой подумал Матвей, пиная воздух, как вдруг кто-то приобнял его сзади за плечи – уверенным, панибратским жестом. То, что со стороны, скорее всего, выглядело, как дружеское объятие, на деле оказалось довольно крепким захватом.

– Не дергайся, – приказным тоном скомандовал незнакомец, ткнув Матвея дулом пистолета в бок.

Теперь всего каких-то несколько сантиметров одежды отделяли его сердце от пули. Он почувствовал, что не может вздохнуть. Его прошиб ледяной пот, а сердце заколотилось с бешеной скоростью. Вся жизнь пролетела перед глазами, и он успел пожалеть, что приехал. Хотелось сорваться с места и побежать, но одно неверное движение могло стоить жизни.

– Кто ты, нахрен, такой? Таскаешься за мной весь день, как собака. Вынюхиваешь что-то! Думаешь, мои друзья меня сдадут? Щас! Они мне по гроб жизни обязаны!

Матвей молчал. Мысли в голове путались, он не мог подобрать слов и всё думал и думал.

– Ты немой что ли или язык проглотил? Отвечай, когда я спрашиваю!

Получив ещё один толчок пистолетом, Матвей начал соображать, собрал мысли в кучу и понял, что сейчас с ним разговаривает тот самый майор Александр Зыков, которого он весь день искал.

– М-майор, я… – заикаясь, наконец, произнес Матвей, – Я частный сыщик. Уберите, пожалуйста, пистолет.

Наступила минутная пауза. Матвей не знал, чего ожидать и уже молился, чтобы всё это оказалось просто кошмаром.

– Удостоверение есть?

– В левом кармане, – едва слышно отозвался Матвей.

Зыков ловким движением достал из кармана сыщика документ, изучил его и сразу же убрал пистолет. Вернув удостоверение, он похлопал сыщика по плечу:

– Что ж ты сразу не сказал! Коллега, значит!

Матвей облегчённо выдохнул.

– А прикинь, если б я тебя вдруг убил? Ну, в порядке самозащиты, а? Вот прикол! – Зыков хлопнул себя по бедру и рассмеялся.

– Вы всех, кто хочет с вами поговорить, так встречаете? – спросил Матвей, поправляя воротник пальто. "Вероятно, придется снова посетить моего старого друга психолога", – подумал детектив.

– Извини, не хотел тебя напугать!

– Кто сказал, что я напуган?

– Твои дрожащие колени, сынок!

Матвей невольно посмотрел на свои ноги, но они не дрожали. Кажется этот майор – слегка прибабахнутый, как наверняка выразился бы Никита. Придя, наконец, в себя, Матвей смог рассмотреть Александра Зыкова. Это был худощавый мужчина лет сорока восьми, с седыми волосами, и кривым после старого перелома носом. Его большие зелёные глаза так и бегали из стороны в сторону, осматривая округу на предмет опасности. "Профессиональная деформация", – пришел к выводу Матвей. Зыков убрал пистолет в кобуру.

– Чего смотришь?

– А у вас есть разрешение на ношение оружия?

– Конечно, есть, – цокнул майор и закатил глаза, – Тебе чего надо? Меня дома ждёт шикарная женщина. Спрашивай, чего хотел и проваливай уже в свой Краснодар!

– Как вы? – удивился Матвей.

– Говор ваш мне не нравится! Вот так! – перебил его Зыков.

– Ладно, проехали. Я хотел поговорить с вами о деле Павла Бурова. Что вы знаете о пропавшем видео? Вы ведь расследовали это дело.

– Больно много знаешь, – майор сменил тон, принял серьезное выражение лица. Теперь из насмешливого и беззаботного его голос сделался холодным, как сталь – Да, я расследовал. С чего ты взял, что я что-то знаю? Улика пропала вот и всё.

Матвей начал ходить из стороны в сторону, потому что стал замерзать. Адреналиновая волна схлынула, сердце успокоилось, и холод снова пробрался под слишком тонкое для Московской осени пальто.

– Понимаете, я должен найти это видео. От него зависит жизнь моего клиента. Я знаю, это дело было последним в вашей карьере. Почему вы ушли?

– Ушёл… Потому что так захотел! – вспылил, было, майор, но потом немного успокоился, нацепив на себя маску невозмутимости, – Решил начать с чистого листа. Решил жениться. Решил, что с меня хватит… Какая тебе разница? Зачем все эти разговоры о жизни?

– Вы украли то видео. Или стёрли его. Надеюсь, что даже если всё-таки стёрли, сохранили копию, – предположил Матвей, – Почему вы? Да просто больше некому. Флешку приложили к делу, и её больше никто не проверял, пока адвокат Бурова не попросил предоставить видео на суде. Не так ли? – он остановился и заглянул в пустые глаза собеседника.

Зыков стал похож на статую, не шевелился и почти не дышал. Он понимал, что сыщик прав и преступление раскрыто, но ничего не мог сказать. Майор просто молчал, а затем, наконец, выдал:

– Во-первых, у тебя нет доказательств. Эту флешку трогали все, включая начальника отдела и даже судья. Во-вторых, мне плевать, что думаешь ты и твой клиент, потому что завтра меня здесь уже не будет. И никакой Буров или его люди не смогут добраться до меня!

– Я не прошу вас свидетельствовать против себя, просто скажите мне, где это видео. Никто не узнает о нашем разговоре, но вы сможете спасти две жизни.

– А что если я не хочу спасать жизни? – Зыков начал размахивать руками, – Что если мне это надоело? Я занимался этим двадцать с лишним лет – спасал жизни! Что ты будешь делать тогда? – он уставился на сыщика.

– Заберу у вас пистолет, приставлю к голове и заставлю признаться. Буду стрелять по рукам и ногам, пока не скажете где я могу найти это грёбаное видео, – выпалил Матвей.

Майор Зыков был слегка удивлён, хотя таких, как он, – Матвей знал – сложно чем-то удивить.

– А если без шуток, – устало продолжал Матвей, – Учтите, я найду это видео. Любой ценой.

– Ладно. Я тебя услышал. Приходи завтра утром. Как можно раньше, – с невозмутимым видом отозвался Зыков.

Матвей кивнул и сел в машину. Он подождал, когда Зыков скроется за дверью подъезда, а вырулил со двора на улицу. Уже стемнело. Матвей подъехал к гостинице, оставил машину на парковке и поднялся в номер. Он бросил портфель на пол, а сам упал на кровать и подумал: "Полежу пять минут, потом пойду в душ и переоденусь" и с этой мыслью уснул прямо поперек кровати. Проснулся он от будильника, который звонил уже в пятый раз.

– Да кто там звонит! Что вам надо?! – пробормотал Матвей, продирая сонные глаза.

Он с трудом сел на кровать, потому что отлежал себе всё, что можно, потом дотянулся до портфеля и достал пиликающий мобильник. Телефон надрывался, со всех сил стараясь разбудить хозяина.

– Вот же блин! – посмотрев на время, Матвей вспомнил, что обещал Зыкову приехать как можно раньше. На часах было уже восемь утра, – Нужно поторопиться!

До Матвея дошло, что уснул он прямо в верхней одежде. Пришлось срочно бежать в душ и переодеваться, чтобы не пахнуть как дальнобойщик. Чистота – залог здоровья, да и нарушать свой распорядок дня Матвей не привык. Завтракал он тоже на ходу, пока стоял в пробке.

Оставив машину на парковке, Матвей побежал к дому Зыкова, по пути размышляя об их вчерашнем разговоре. Он не заметил "скорую", стоявшую возле подъезда. Почему майор просил прийти как можно раньше? Что он хочет рассказать? Или может это очередная его шутка, и он будет смеяться, увидев заспанного и не бритого детектива? В лифте Матвей посмотрел на часы, было уже без пятнадцати десять. Долго же он добирался!

Выйдя из лифта, Матвей едва не столкнулся с санитарами, которые на носилках несли чьё-то тело. Покосившись на мертвеца, укрытого простыней, детектив протиснулся мимо них на лестничную площадку. Дверь в квартиру майора Зыкова была распахнута, возле нее, закрывая лицо руками и носовым платком, рыдала соседка. Рядом с ней стоял какой-то мужчина и пытался её успокоить, но она плакала так громко, что слов её утешителя было не разобрать. Матвея вдруг как молнией ударило, он внезапно понял, что на носилках лежал Зыков. Сыщик схватился за голову. Теперь он точно ничего не узнает, ведь последний свидетель мёртв.

– Что произошло? – неожиданно тихо спросил он, подойдя к мужчине, стоявшему у квартиры майора.

– Он… Он… – начал заикаться мужчина, но собрав волю в кулак, сказал, – Его больше нет. Он решил прервать свою жизнь…

Громко всхлипнула соседка, снова заливаясь плачем, и от неожиданности Матвей вздрогнул.

– Извините, что не вовремя, – сказал Матвей как можно мягче, – Но я всё-таки должен спросить, кем вы приходитесь Александру?

– Я его лучший друг. Работали вместе. Ну как вместе… Он следак, я – патологоанатом. Но мы были друзьями, – мужчина вздохнул и протянул Матвею руку, – Меня зовут Роман. А вы были знакомы с Сашей?

– Простите, совсем забыл представиться. Частный сыщик Матвей Лебедев. Я только вчера познакомился с вашим другом.

– А, так вы тот самый сыщик?

– Тот самый? – Матвей вскинул бровь.

– Его больше не-ет! – взвыла соседка и тихонько по стеночке, как тяжелобольная поплелась в свою квартиру.

– Ждите, я сейчас вернусь, – сказал Роман и скрылся за дверью.

Теперь Матвей остался один. Он пытался осознать произошедшее, но это всё просто не укладывалось у него в голове. Он запустил пальцы в волосы и прошептал: "Боже! Что здесь происходит?" Вопрос остался неотвеченным. Из квартиры, наконец, вышел Роман. Он держал в руках маленькую коробку, туго обмотанную скотчем.

– Он оставил предсмертную записку и эту коробку. Это вам.

– Мне?

Матвей взял коробку. Она была небольшой, размером примерно с ладонь. К ней сверху была приклеена визитка, которую Матвей вчера дал соседке и бумага с надписью: "НЕ ОТКРЫВАТЬ НИКОМУ! Передайте это частному сыщику Матвею Лебедеву. Позвоните ему, если он не приедет".

– Саша сегодня позвонил мне в пять утра. Я ничего не понял, он что-то говорил о том, что пора уходить и чтобы я приехал как можно скорее, ведь это вопрос жизни и смерти. Я пытался узнать, о чём идёт речь, но он не говорил толком. Сказал только, чтобы коробку я спрятал от полиции. Я сначала не понял, какую коробку, но когда приехал… В общем, я не знаю, что в ней, не знаю, что он хотел этим сказать, но он просил и умолял, чтобы эта коробка попала к вам в руки, Матвей. Я выполнил последнее желание друга, а теперь извините, мне пора вскрывать людей, потому что мне за это платят, – Роман кивнул на прощанье и ушёл, оставив Матвея с коробкой в руках.

Простояв ещё несколько минут на пустой лестничной площадке, Матвей пришел в себя. Он легонько потряс коробку, но никаких звуков не было. Что-то, что лежало в коробке, было хорошо защищено. Матвей положил коробку в портфель и поехал в гостиницу.

По пути он думал только о содержимом маленькой коробки. Что туда можно положить? Книгу? Письмо? Нет, для письма слишком тяжёлая, а для книги… Зачем там книга? Может какая-то улика? Может видео? Но зачем? Почему так сложно? Матвей потряс головой, отгоняя все мысли прочь. Сейчас нужно было возвращаться. Здесь ему больше делать нечего. И что бы ни было в коробке, безопаснее будет достать это в офисе.

Прямо с самолета Матвей поехал в офис и там застал напарника, спящего за своим рабочим столом. Он осторожно толкнул Никиту и тот зашевелился и проснулся.

– Боже, кажется, я отлежал лицо… – пробормотал Никита, протирая сонные глаза, – О, дружище! Ты здесь? Отлично.

– Чем занимаешься? – устало поинтересовался Матвей.

– Я что-то капец как устал, не заметил, как уснул… Чем занимаюсь? – Никита посмотрел на экран ноутбука, но поняв, что он в спящем режиме, перевёл взгляд на Матвея, – Пытался найти видео в интернете, ведь был шанс, что его кто-то слил, но нет. А ты что-то нашел?

– Нашел следователя, который занимался этим делом. Сегодня утром мы должны были встретиться.

– Ну и?

– Когда я приехал, оказалось, что он покончил с собой.

– Что? Твою ж за ногу! – возмутился Никита, – И это был наш последний свидетель? Не может быть!

– Но он оставил мне кое-что, – Матвей открыл ящик стола и достал канцелярский нож. Потом вытащил из своего портфеля коробку, которую получил от Зыкова и положил на стол.

– Вот. Это всё, что у нас есть.

– Всё или ничего. Коробка Шрёдингера какая-то, – Никита встал и поплелся к кофеварке.

– Ладно. Я открою, – Матвей разрезал скотч и открыл заветную коробку. Сверху лежала записка, а под ней слой картона. Сыщик развернул белый листок и прочел вслух: "Будь осторожен, ты открываешь «Ящик Пандоры». Мне уже ничего не грозит, а вот тебе стоит побеспокоиться о своей жизни и жизни близких тебе людей. Можешь просто сжечь эту коробку, но я буду благодарен, если ты откроешь её".

– Ты не передумал открывать? Что же там может быть? – поинтересовался Никита, наливая себе кофе.

– Вот сейчас и узнаем.

Матвей убрал кусок картона и обнаружил под ним жёсткий диск и провод-переходник.

– Серьезно? Жёсткий диск? Я уж подумал там и, правда, что-то страшное, – сказал Никита, заглянув в коробку.

– Думаю, всё самое страшное на этом диске, – ответил Матвей, доставая устройство.

– Надеюсь, это не какой-нибудь вирус. Достану запасной ноутбук.

Никита поставил стакан на стол, достал запасной ноутбук, который использовал для проверки всяких неизвестных носителей и подключил к нему жёсткий диск.

– Так, посмотрим… Здесь два каких-то видео. Смотрим?

– Спрашиваешь!

Никита открыл первый ролик. Видео, скорее всего, было записано на мобильный или камеру ноутбука, потому что качество оставляло желать лучшего. Никита, конечно, был не рад такому плохому качеству и цокнул от недовольства. На видео Зыков сидел в какой-то комнате, видимо, в спальне своей квартиры. Он начал монолог: "Так, запись пошла. Что ж, здравствуйте! Если вы смотрите этот ролик, скорее всего я уже мёртв… Лежу где-нибудь в райском гамаке с райским коктейлем на райском пляже… Что ж, теперь ближе к делу. Меня зовут Александр Васильевич Зыков, бывший старший следователь полиции, ушёл оттуда в звании майора. Наверняка вы знаете о деле Павла Бурова, которое я расследовал. Так получилось, что пропала важная улика, а Буров вышел сухим из воды. Этот ублюдок достоин смертной казни, ведь он убил невинного человека и хотел убить собственного сына! Таким мразям я бы сразу отрубал голову!", – он немного помедлил, успокаиваясь, а затем продолжил: "В моей смерти прошу винить Павла Бурова. Именно он, а точнее его доверенное лицо обратился ко мне с просьбой, а точнее, с приказом, украсть и уничтожить важную улику – видео. У меня не было семьи, детей, родителей. Он предложил мне кругленькую сумму и сказал, что если я не соглашусь, то скоро буду найден мертвым, вроде как пьяный выпал из окна. Я согласился на деньги, ведь моя никчёмная жизнь мне была всё ещё дорога. Как только я получил первую часть суммы, сразу же принялся за дело – убрал улику, удалил компрометирующее видео с флешки. Но я не дурак, я скопировал видео себе и убрал в надежное место. После суда я получил оставшуюся часть суммы. Там начались разборки, поиск пропавшего видео, обыск моего кабинета, квартиры, гаража… Это было неприятно, но душу грели деньги…" – он помолчал немного и задумчиво посмотрел в потолок, а затем сказал: "Я рассказываю всё это, потому что в один момент понял, что то, что я сделал – ужасно. Сначала я избавился от денег, потом излил душу в этом ролике. Надеюсь, моё видео поможет тому парню. Кажется, его звали Кирилл. Хоть бы было не поздно… Ниже вы можете найти то самое видео, о котором я говорил. Я сохранил его здесь. Всем спасибо и прощайте!"

– Что это сейчас было? Зыков признался в краже улики и получении взятки? – Никита отхлебнул кофе.

– Смотрим дальше.

Второй ролик был довольно длинным. Никита ускорил его в два раза. На записи было видно, как в кафе забежал раненный Кирилл, затем владелец спрятал его, потом пришел Павел Буров и двое его людей. Хозяин кафе отправил их в неправильном направлении, а сам проверил раненного парня. Потом снова вернулся Буров и его люди. Буров застрелил владельца кафе, затем нашел Кирилла, но тут приехала полиция. Буров стал прикрываться сыном, а его люди сложили оружие.

Матвей закрыл ноутбук.

– Всё точно, как говорил Кирилл. Господи… Как адвокату удалось отмазать этого ублюдка? Я не понимаю, как… Из-за жалкого видео он смог развалить всё дело!

Матвей сел за свой стол и потёр виски. Никита тяжело вздохнул.

– Так ты не рад? Мы, кажется, нашли то, что искали и теперь сможем помочь Кириллу и его матери.

– Зыков был прав, это долбаный ящик Пандоры… Надеюсь, мы действительно поможем, а не сделаем хуже.

– Приглашу их в офис? – предложил Никита.

– Да. Позвони, пусть подъедут. Скажи, мы нашли то, что им нужно.

– А ты?

– Пойду, прогуляюсь. У меня сейчас нет сил разговаривать с клиентами, справишься?

– Без проблем. Хотя разговоры – не мой конёк, но я постараюсь не сказать лишнего, – улыбнулся Никита.

Матвей кивнул и вышел из офиса. Он отправился на набережную к памятнику "Погибшим рыбакам". Это было то место, где Матвей мог спокойно подумать, слушая шум моря. Он стоял, укутавшись в шарф, и смотрел на горы, которые видел уже сто миллионов раз и они по-прежнему казались ему прекрасными. На горы медленно спускались густые облака, так называемая "борода". Это означало, что уже ночью похолодает и поднимется сильный ветер. На секунду он улыбнулся, вспомнив, как будучи еще мальчишками, они с Никитой шли домой из школы и возмущались: «Опять на горах борода! Завтра мама заставит шапку надеть!». Но счастливые моменты из детства сменились утренней картиной: санитары, носилки, тело… От этого по спине пробежали мурашки и Матвей поёжился.

Так Матвей простоял минут двадцать. Он думал о работе и о сегодняшнем утре: "Неужели моё появление стало для Зыкова последней каплей? Неужели, майору не хватило смелости на признание при жизни, но он смог покончить с собой? Как-то это не вяжется с жизнелюбивым человеком. Может, это было убийство?" Матвей присел на скамейку и закрыл глаза. Теперь он думал о Кирилле: "Как дальше жить этому парню? Что с ним будет? Смогут ли они с матерью добиться справедливости?" Больше Матвею не хотелось ничего делать, не хотелось вести дела. Есть ли смысл в его работе? Если смысл в этой помощи или они делаю людям только хуже? Может и не стоит заниматься частным сыском? Может лучше уехать куда-нибудь, жить как все и не думать о чужих проблемах? Матвей вдруг понял, что начал загонять себя. Он постарался не думать ни о чём, открыл глаза, встал и пошел в офис. Но вдруг кто-то окликнул его:

– Матвей Егорович!

Он обернулся и увидел Кирилла, а точнее Константина с матерью.

– Мы хотели поблагодарить вас, ваш коллега сказал, что мы можем найти вас здесь, – начала Роза Кирилловна.

– Спасибо! Спасибо огромное! Вы спасли мне жизнь, – вступил в разговор Кирилл, пожимая Матвею руку.

– Не стоит, ведь это моя работа, – ответил он, а сам подумал: "А спас ли? Или погубил? Ведь кто знает, что на уме у подонка Бурова".

– Я не знаю, как вы нашли это видео, – воскликнула Роза Кирилловна, но Матвей перебил её: "Лучше вам и не знать".

Тогда женщина сразу замолкла, забыв, о чем хотела сказать. Затем она улыбнулась и протянула руки, чтобы обнять сыщика.

– Не важно, как вы нашли это! Вы ведь спасли нас!

Матвей вздохнул, дав клиентке себя крепко обнять. Что ж, возможно он и, правда, помог, а все эти мысли о плохом лишь от переутомления. Нужно мыслить позитивно. Да, определенно…

Детектив попрощался с Кириллом и его матерью и вернулся в офис. Никита предложил ему кофе.

– Нет, спасибо. Ещё бессонницы мне не хватало. Нужно срочно домой и поспать.

– Давай, иди. Я всё закрою! – сказал Никита, толкая напарника к выходу.

– Могу смело сказать, что это было самое тяжёлое дело. Морально тяжёлое.

– Не забывай, что мы помогаем людям, дружище. И никто не говорил, что будет легко! А сейчас давай проваливай домой и хорошенько отоспись!

– Ты прав, никто не говорил, что будет легко… Ладно-ладно, уже ушёл.

Никита помахал напарнику на прощанье, а Матвей попытался улыбнуться. Ведь они и правда сделали хорошее дело – теперь преступник будет наказан и справедливость восторжествует.