- -
- 100%
- +
– Я тоже, пожалуй, пойду, – зевая, Рэй все же покидает мою кровать, а затем и комнату.
– Пока! – кричу подругам вслед, все‑таки поднимаясь с постели и разминая затекшие конечности.
* * *
Стук каблуков звонко отражается от стен столовой. В дверном проеме появляется женщина настолько шокирующей внешности для этого места, что мой рот сам собой приоткрывается. Темные волосы собраны в довольно строгую прическу. Оттенок лица до такой степени светлый, что вполне способен посоперничать с кожей самой Белоснежки. Ярко‑красные губы кажутся невероятно большими, когда она растягивает их в улыбке. Глаза – это, пожалуй, самое необычное в этой женщине – они змеиные. Да, как у самой настоящей змеи! Светло‑зеленые, с вертикальным зрачком, сейчас они скользят по всем находящимся в столовой.
– А вот и Леонора, – тихо шепчет Сид на ухо, чтобы услышала только я.
– Девочки, за мной! – командует демоница, стремительно развернувшись на огромных шпильках.
Все встают по первому зову и беспрекословно следуют за ней.
– Сегодня я нашла довольно интересный экземпляр! – хохочет Леонора, хлопая в ладоши. – Уверена, вам понравится.
Она шагает вперед, возглавляя процессию. При каждом движении по лестнице красная юбка подчеркивает ее точеную фигуру, выделяя особенно аппетитные участки.
Мы выходим из здания, направляясь к лесу. Ранее мне не доводилось ходить сюда, да и зачем, тут нет ничего кроме густой растительности. Остановившись среди деревьев, Леонора указывает на землю.
– Рэй, не будешь ли так любезна?
Кивнув, одаренная опускается на колени, расчищая поверхность земли от листьев и иголок, укрывающих ее, благодаря чему скрытый ранее люк теперь отчетливо видно. Рэй с легкостью дергает его, открывая проход.
– Спасибо, – говорит демоница, начиная спускаться в темноту.
– Что это за место? – тихо спрашиваю Сидни.
– Что‑то вроде тюрьмы, – ответив, она следует за всеми вниз.
В темнице пахнет сыростью от влажной почвы, окружающей лестничный проем. Из стен тут и там торчат корни деревьев, а также свисают с потолка, точно лианы. Спускаскаясь, придерживаюсь рукой, и пальцами попадаю в паутину, поежившись от отвращения.
Ступив на плоскую землю, все останавливаются напротив железной решетки. Внизу горит единственный источник света в виде одинокой лампочки, находящийся под потолком. С ее помощью удается разглядеть, что по правой стене расположены три камеры, и одна из них сейчас занята.
– Привет, Шейн, – произносит Леонора, прошипев его имя.
– Леонора, какого черта я здесь? – демон с синей кожей свирепо бросается на клетку.
– Ты нарушил условия сделки.
Демон в камере ревет, все сильнее раскачивая железные прутья. Его бешеный взгляд мечется по нам.
– Одаренные, будьте аккуратны, он может создавать иллюзии в вашем сознании. Этот демон разжег не одну войну. Да, Шейн?
Рев становится оглушительным, зажимаю уши, и в ту же секунду в моем сознании всплывает образ Лилит. Она жива и смеется мне в лицо, тогда как ее подданные терзают и рвут мое тело на части. Задыхаясь, я кричу от боли, а смех превращается в карканье ворон.
– Стелла, милая, прошу, – слышу где‑то рядом с собой.
Но сознание находится, словно, в двух местах одновременно. Вижу действия одаренной, в то время как крик Адриа возвращает старые воспоминания о ее смерти.
Стелла подходит к клетке демона, ее глаза тотчас начинают светиться.
Тогда как грудь Адриа перестает вздыматься, последний вздох срывается с губ подруги. По ее телу все еще бегают разряды, а туман медленно стекает вниз, расстилаясь по земле.
Пронзающий визг синего демона, падающего на колени.
Эван сидит у тела Адри, слезы струятся по его лицу, пока он тщетно пытается отыскать пульс на шее.
Шейн падает навзничь, смотря пустыми глазами в мою сторону.
– Молодец, – восторгается Леонора. – А теперь верни.
«Верни? Что это значит?»
Стелла опускается на колени к трупу демона. Прошептав что‑то, с ненавистью одаренная касается его рукой, а ее глаза еще раз вспыхивают и мгновенно гаснут. Шейн внезапно вскакивает, немало испугав стоящих слишком близко к клетке.
– Что это за демоны? – верещит он, спешно отходя как можно дальше вглубь камеры.
Хищная улыбка расплывается на красных губах.
– Это будущее, Шейн. И твоя смерть, – намеренно сделав небольшую паузу, демоница продолжает. – Следующая.
– Нет! – взвизгивает Шейн. – Передай ему, я сделаю все! Все, что он хочет!
– Тебе ли не знать? Он не прощает. Никогда! – отвечает Леонора, уже поворачиваясь к нам. – Лои, кажется… Ты следующая.
Поднимаюсь с колен, даже не понимая, как оказалась в таком положении. Подойдя к клетке, обращаюсь к Леонор:
– Что мне нужно делать? – сглатываю ком неприятных ощущений. Сила демона вновь начинает давить.
– Отыщи нить жизни и потяни за нее. Останови его сердце, но не втягивай полностью.
Я уже видела нечто подобное с Даниэлем, когда заставила его говорить против воли. Но ангела больше нет со мной. Он благородно пожертвовал собой, отдав мне душу ради того, чтобы высвободить из плена владыку ада.
Вернув взгляд на Шейна, пытаюсь представить те светящиеся нити, но получается увидеть лишь слегка мерцающие лески. Вкладываюсь сильнее, вот только ничего не выходит. Противный смех демона заполняет помещение.
– И это твое будущее? – сплюнув, он резко подскакивает к решетке, тем самым заставив меня отпрянуть.
– Пробуй еще раз! – зло произносит Леонора, оказавшаяся позади.
Выпрямившись, я закрываю глаза и погружаюсь внутрь себя, однако вокруг тишина, сила молчит, она не откликается как обычно. Всплывает новая картинка посланная Шейном, момент в котором Адриа лишилась жизни. И я рычу, глаза ярко вспыхивают, тут же погаснув, как перегоревшая лампочка. От злости, вырастаю прямо перед демоном, пытаясь вытянуть душу, но сила внутри не просыпается, как всегда было раньше, что крайне сбивает с толку.
– Пробуй еще раз! – ревет разъяренная Леонора.
– У меня не получается! – срываюсь в ответ.
– Тогда будешь делать это еще и еще, пока не получится! – шипит она, встав почти вплотную ко мне.
Но как исполнить ее просьбу, ума не приложу, ведь дар как будто исчез, его нет. Бешусь так сильно, что не сдерживаюсь хоть и знаю, насколько глупо это выглядит со стороны.
– Извините! – бросаю я и спешно покидаю темницу.
Мчусь в комнату, не разбирая дороги, словно побег может помочь в сложившейся ситуации. Не понимаю, почему дар молчит. Это всегда работало именно так – близость и злость всегда подталкивали открыть глаза то неведомое существо, которое было со мной с рождения. Любые сильные эмоции заставляли его выйти наружу, взглянуть хоть одним глазком. Почему сейчас оно безмолвно, почему я больше его не чувствую?
Вихрем проношусь по холлу здания. А вылетев на лестницу, врезаюсь прямо в Трикса.
– Лои, эй, тише! Что произошло?
Пытаюсь вырваться из сильной хватки тренера, в то время как первые слезы отчаяния уже катятся по щекам.
– Отпусти меня, – прошу, не желая с ним бороться.
– Прекрати. Эй. Все, успокойся! – Я оседаю в его объятиях, устав от бесполезных попыток.
Трикс поднимает меня на руки, двигаясь вверх по лестнице. Даже не слежу за дорогой, уткнувшись в крепкую мужскую грудь и обвив его шею руками.
– Пришли, – Трикс ногой захлопывает дверь и вместе со мной усаживается на диван. – Отпустишь меня? Тогда мы сможем поговорить.
Не произнося ни единого слова, мотаю головой, все еще шмыгая носом.
– Хорошо. Эта футболка все равно не входила в число моих любимых.
Его высказывание вызывает смешок. Я еще крепче стискиваю в кулаке черную материю, боясь, что он все‑таки оторвет меня от себя. Но Трикс не делает ничего подобного, только ласково поглаживает по спине.
Лишь когда все слезы высыхают, решаюсь поднять на него взгляд. Голубые глаза изучают мое лицо, пытаясь прочитать ответы. Наспех вытерев нос, пытаюсь отстраниться.
– Прости, – выдавливаю я.
– Нет, Лои. В этот раз не получится просто сбежать, – отвечает он, поймав и притянув обратно. – Что случилось?
– У меня больше нет дара! Я всегда его ненавидела! С ним я делала плохие вещи! Мои близкие чуть не погибли из‑за него! А теперь его просто нет, – глаза опять застилают непрошеные слезы.
– Эй, все хорошо! Он там, но, возможно, ты сама его в себе заглушила? – говорит Трикс, стирая пальцами первые капли, что стекают по щекам.
– Я так не думаю.
– Почему? – он сдвигает брови, и между ними появляется небольшая складочка.
– Возможно, ты слышал о том, что происходило в твоем мире еще совсем недавно? – прочистив горло, уточняю я.
– Каждый демон об этом знает. К чему ты это спрашиваешь? – негодует Трикс.
– Та, что вызволила вашего повелителя – это я, а точнее – мои духи.
Читаю искреннее непонимание в его взгляде, кажется, Трикс анализирует услышанное.
– Нам была предоставлена иная информация – что его освободил один из падших, – слышу нотки недоверия в голосе тренера.
– Так и есть, но не лично он, скорее его дух, – отворачиваюсь, пряча глаза.
– Лои, я верю тебе, просто не понимаю, как, – Трикс аккуратно тянет меня за подбородок, заставляя смотреть на него. Пожимаю плечами, ответив:
– Мой дар так сработал, лишая жизни всех и каждого, на кого я указывала пальцем.
– Даже людей… Поэтому ты удивилась тогда в лесу? – Киваю в знак подтверждения его догадки. – Я правильно расслышал, что ты лишила души ангела, а он в свою очередь освободил владыку ада?
– Да, так и есть, но в тот день были выпущены все, кого я когда‑либо “поглотила”, так сказать, – говорю я, скривившись, будто съела что‑то кислое.
– Хорошо. И много их было? – уточняет Трикс.
– Достаточно, чтобы возненавидеть себя, – опять опускаю невидящий взгляд в пол, вспоминая картинки прошлого, преследующие и по сей день.
– Ты должна понять, дар не выбирают, скорее, он выбрал тебя! Это величайшая особенность. Почему винить себя проще, чем принять?
Вновь пожимаю плечами, чувствуя, что на них осел непосильный груз вины.
– Теперь я так и не думаю. Мне хочется бороться наравне с одаренными, хочется его вернуть, но не знаю, как.
– Возможно, он сам проявится. Просто подожди и не требуй от себя слишком многого.
Киваю, чуть успокоившись.
– Лои? – рука Трикса в очередной раз ложится на мою скулу, нежно поглаживая большим пальцем.
Смотрю в небесно‑чистые глаза демона, и все вдруг меняется вокруг: легкие завихрения появляются в воздухе, когда он притягивает меня к себе, накрывая губы нежным поцелуем. По комнате разливается сладость, Трикс чуть более напористо подается вперед, и нечто твердое упирается в мое бедро. Я сижу на нем боком, что кажется сейчас совсем неудобным, мне хочется большего, распирает от желания чувствовать все, мечтаю освободиться от всего ненужного между нами. «Черт! Черт! Черт!»
– Трикс, какого хрена? – кричу я и, соскочив с него, пытаюсь выровнять дыхание, борясь с адской потребностью продолжить начатое. – Сейчас же прекрати!
– Лои, прости! Я всегда держу это под контролем, но с тобой… Что‑то не так, не могу контролировать! Прости, я, правда, не хотел! – его пальцы впиваются в корни светлых волос, а в глазах застывает отчаяние.
– Ничего, ладно, только втяни свою силу, а то мне как‑то не по себе.
Вздыхаю, обращая взгляд к потолку. Сжав бедра, вновь вспоминаю переливающиеся радужки. Черт бы их побрал!
– Трикс, ты замечательный, просто, я не готова к новым отношениям. Если позволишь, то мне бы очень хотелось стать твоим другом?! – говорю, отбросив все непрошеные мысли.
– Пожалуй, ты права, так будет лучше. Но знай, что я не против большего, как только разберешься в себе, – улыбается он.
– Спасибо.
Его сила уходит, оставив после себя приятное послевкусие. Кто бы мог подумать, что этот демон инкуб. Но ему нашли иное применение, так как он не мог и не хотел использовать свою сущность на других. Мы болтаем до поздней ночи, я выкладываю все в мельчайших подробностях, как поглотила первую жертву и последующие. О чувствах, что стали для меня желаннее своих собственных, и которые помогли пережить гибель родителей и предательство близкого человека. Они затмили боль своей жаждой власти, похотью и нескончаемой агрессией.
Трикс в свою очередь рассказывает немного о себе. Он покинул дом, как только Лилит появилась в их обители. Уже тогда стало очевидно, насколько демоница была одержима властью. Инкуб, будучи юным представителем своего рода, заинтересовал новую жену повелителя, и дабы больше не попадать в ее руки, обратился за помощью к одному из королей ада. Тем самым выторговав свободу, которую обязан отрабатывать по сей день.
– Разве тебя не бесят условия этой сделки? – удивляюсь я.
– Бесят? Нисколько! Как ты не понимаешь, теперь это не просто Лилит, Лои. Это война. Победивший останется только один, и жертв будет много. Слишком много, боюсь даже с обеих сторон, – от слов Трикса по спине пробегает холодок.
– Но Лилит… – пытаюсь опровергнуть сказанное им.
– Лилит уже пройденный этап. С чего ты решила, что хозяин ада допустит существование кого‑то, подобного тебе, угрожающего такому, как он сам.
– Я не думала об этом, – а, действительно, почему мои мысли сводились к тому, что все кончено?!
Разговор с Триксом въедается в сознание острыми когтями, и, вернувшись уже ближе к утру, я продолжаю вертеться в своей постели. Значит, он ищет нас? Зачем? Чтобы убить? Почему мы не можем сосуществовать вместе? Следить за порядком на земле и в аду? Зачем убивать невинных… Сотни вопросов крутятся в моей голове, пока солнце не отбрасывает яркие лучи на противоположную стену. Только тогда мои глаза закрываются, а мысли перестают роиться словно тысячи пчел.
Глава 6. Сам ад пришел на землю
– Лои, ну, сколько можно! – звучит уже, кажется, не первое ругательство Сид.
– Сидни, выхожу, секунду, – отвечаю я, зашнуровывая бесконечно длинные шнурки на ботинках.
– Ты словно черепаха собираешься! – отчитывает она меня.
Хлопнув за собой дверью, поворачиваюсь к Сид, услышав очередное восклицание:
– Господи, ты видела свое лицо? На нем вся карта мира твоей подушки!
Я морщусь от такого сравнения. Но поспать мне удалось не больше двух часов – даже столь позднее возвращение от Трикса не помогло унять беспокойные мысли.
– Все так скверно?
– Ну, тут и параллели, и меридианы, а впрочем, нет! Плохая ночь? – интересуется Сидни.
– Не то, что бы… Слишком много думала.
– Это как‑то связано с убийством?
Оглянувшись по сторонам, я шикаю в ответ.
– Ничего, если я позже к тебе присоединюсь? – уточняю, вместо объяснений.
– Конечно, а куда ты?
– Хочу прогуляться.
И пока Сидни не успела закидать меня очередным списком вопросов, торопливо сбегаю по лестнице.
Выскочив на улицу, озираюсь, отметив про себя, что слежки нет. Тогда спешу к кромке леса, чтобы деревья смогли меня укрыть от посторонних глаз. Сердце стучит, как бешеное, когда достигаю первых зеленых стражников. Под кронами деревьев нахожу то самое место и поднимаю люк. Затхлый запах бьет в лицо, но я уверенно спускаюсь вниз.
Демон сидит в углу клетки, его синяя кожа выглядит немного бледнее, чем при нашей первой встрече. Шейн даже не поднимает на меня взгляд, когда заговаривает:
– И зачем ты здесь?
– Для своих целей, – отвечаю ему и, пока не передумала, тянусь к силе.
Она вибрирует, но ощущается так далеко, словно на дне колодца. Все мгновенно обрывается, внося в мое сознание порцию новых воспоминаний.
Даниэль подо мной, его зеленые глаза смотрят так ласково, он знает, что умрет сейчас.
Первая слезинка бежит по щеке. Но картинка мигает, как при потере связи. Пытаюсь в очередной раз, сильнее взывая к себе, глубже, еще и еще. Противный смех демона раздается поблизости.
– Кажется, мы вдвоем теперь поломаны.
– Я – нет, уж поверь, – грубо бросаю в ответ.
Шейн подскакивает к железным прутьям, хватая меня за запястье.
– Мне ничего не стоит прямо сейчас свернуть твою маленькую шейку, – выкрикивает демон, облокотившись лицом о прутья.
Закрываю глаза и прислоняюсь к решетке, губами касаясь синей кожи. Но… ничего не происходит. Кроме очаровательной реакции демона, который смутившись, отпрыгивает от меня. А потом его атаки становятся сильнее и безжалостнее. Голову начинает рвать от всплывающих одно за другим воспоминаний, правдивые вперемешку с иллюзией. Они сбивают с толку, ведь кажутся настоящими.
– Что здесь происходит? – звучит яростный голос Леоноры. – Какого черта ты тут делаешь?!
Она с легкостью поднимает меня с земли и оттаскивает в сторону выхода.
– А тебе, поверь, это с рук не сойдет, – обращается демоница к пленнику.
– Она сама сюда пришла! – его слова и натужный смех доносятся из глубин подвала.
Лишь вновь оказавшись на поверхности, вдыхаю полной грудью, все еще ощущая пульсирующую головную боль.
– Что ты там делала, Лои? – продолжает кричать Леонора. – Ты даже не представляешь, с кем столкнулась! Он может внушить такое… Ты перережешь всех до единого в этом лагере и даже глазом не моргнешь.
– Мне жаль, я лишь хотела понять, что не так с моей силой.
Упираясь руками о землю, я чувствую, как демоница до сих пор нависает надо мной, прожигая взглядом.
– Что не так с твоим даром? – спрашивает она, чуть успокоившись.
– Не знаю, последний раз… – и тут я замолкаю, не зная, следует ли так сразу доверять ей, и случай с Ментисом прямое тому доказательство.
– Ну, – нетерпеливо стонет Леонора.
– Не уверена, стоит ли рассказывать, – правдиво озвучиваю свои мысли.
– Тогда разбирайся сама, но к демону не лезь! – зло бросает она зашагав в сторону штаба.
– Леонора! – останавливаю ее я и демоница нехотя оборачивается на зов. – Я готова, помогите мне.
Не смогу простить себе, если кто‑то из девочек пострадает из‑за моего упрямства. Леонора еще с секунду разглядывает меня, после чего кивает:
– Давай выбираться отсюда.
Я поднимаюсь с земли и следую за ней. Оказавшись у первых построек, демоница останавливается.
– Завтра у меня в кабинете начнем работу над твоим даром, а сейчас, кажется, тебя ждут! – кивком головы она указывает в сторону поля, заставляя прислушаться.
Срываюсь на бег, спеша на звук лопастей. Возле вертолета собрались одаренные во главе с Триксом и Маркосом. Вооруженные до зубов и в полной боевой готовности они слушают инструктаж. Сидни оглядывается и, увидев меня, расплывается в улыбке.
– Ты пришла, – говорит Сид.
– Мне жаль, что я не смогу выполнить обещание, – обняв, шепчу ей в волосы.
– Я все понимаю, тем более что вряд ли это последний раз.
– Пора, – командует Маркос.
Подхожу к Рэй и пожимаю руку. Стелла, в свою очередь, фыркнув, забирается в кабину. Трикс, как всегда, улыбается мне.
– Удачи, – притягиваю его за шею и чмокаю в щеку. – Приглядывай за ней вместо меня, – тихо шепчу, чтобы больше никто не услышал.
– Ауч, теперь я точно вернусь, – подмигивает тренер и добавляет так же тихо, только для меня, – можешь быть уверена, я позабочусь о них.
Через несколько минут вертолет покидает площадку, унося одаренных. Чувствую себя отвратительно, я должна быть там, прикрывать их спины, но в итоге остаюсь в этом, Богом забытом, месте. Без силы и недостаточно подготовленная по их меркам.
Проводив его взглядом, иду в соседнее здание, граничащее с нашим жилищем. На втором этаже, по словам Трикса, расположен госпиталь. Но на самом деле – это настоящая больница со всевозможным оборудованием и далеко не одним медицинским сотрудником.
Миловидная девушка что‑то сосредоточенно вбивает на компьютере, когда я подхожу к стойке напротив входа.
– Здравствуйте, хочу навестить Шейлу, – говорю ей.
– Да, конечно! Двести двадцать третья палата. Идите прямо, и после лестничного пролета она будет справа от вас, – с улыбкой произносит медсестра.
– Спасибо, – кидаю через плечо, уже двигаясь по ее указке.
Двести девятнадцать, двести двадцать один, вот – двести двадцать три. Стучу и, слегка надавив на ручку, приоткрываю дверь. На стерильно белой постели лежит одаренная, чьи черные волосы раскинулись по подушке, а красивое лицо “украшают” уже практически зажившие синяки. Тихонько прокрадываюсь внутрь, стараясь не шуметь. Шейла кажется мирно спящей. Но, подходя чуть ближе, наступаю на отошедшую доску, и та издает недовольный скрип.
– Зачем ты здесь? – сразу же задает вопрос одаренная, и я перевожу извиняющийся взгляд на ее лицо.
Раскосые зеленые глаза с подозрением следят за мной.
– Точно, не убить! – пытаюсь разрядить обстановку, подняв руки вверх, на что Шейла фыркает в ответ. – Хотела поговорить с тобой, – честно признаюсь я. – Тебе известно что‑то о заданиях?
– Почему ты спрашиваешь? – ее глаза сужаются до размера зрачков.
– Вертолет с одаренными покинул базу.
– Черт! Я должна быть с ними! – Шейла пытается подняться, но опершись на больную руку истошно мычит.
– Больно? Позвать кого‑нибудь?
– Нет! Она успела зажить неправильно, пришлось вправлять повторно, но уже завтра я буду в норме.
Пожалуй, это один из полезных бонусов быть в числе одаренных – восстанавливаемся мы очень быстро. На что у обычных людей уходят недели, у нас занимает всего лишь два‑три дня.
– Почему ты осталась на базе? – недовольно произносит она и поджимает губы.
– Посчитали мою подготовку недостаточно хорошей.
Хмыкнув, Шейла вновь обращает взгляд ко мне.
– Так и есть, – зло отчеканивает она.
Не найдя, чем ответить на ее колкость, решаю уйти. Но уже у двери голос одаренной вынуждает меня остановиться.
– Нам лишь говорили, что наша миссия состоит в уничтожении демонов, которые причиняют вред людям. Видно, пришло время, либо произошли какие‑то изменения. Поскольку раньше нас еще ни разу не вывозили с базы.
– Кто командует этим штабом? Ты раньше видела его? – от моего вопроса Шейла издает смешок.
– Видела? Ну, конечно! Он периодически появляется тут, как и его очаровательные приближенные.
Хмурю брови, когда дверь в палату Шейлы распахивается, и входит медсестра.
– Что вы тут делаете? Вам пора. Пациентке нужен отдых, – удивившись, произносит девушка в белом халате.
– Но мне нужна еще пара минут, – спорю с ней, пытаясь выторговать хоть немного времени, но та продолжает стоять на своем, выпроваживая меня из палаты.
– Я уже сказала, вам пора. Все вопросы вы сможете задать завтра, когда пациентке станет лучше! – Сдавшись, плетусь в коридор, желая Шейле скорейшего выздоровления.
Весь оставшийся вечер просто не нахожу себе места, я одна, везде и повсюду. Куда бы ни шла, за мной по пятам следует безмолвие. Это угнетает и не дает покоя.
В зале та же оглушительная тишина, лишь звук стали от моего тренажера побуждает еще сильнее натянуться и без того уже расшатанные нервы.
Что‑то не так, однозначно, не так! Вернувшись в комнату и приняв душ, пытаюсь уснуть, но эти чертовы мысли сводят с ума. Уже под утро, подняв голову с подушки, первым делом бегу искать Леонору. Не хочу оставаться в стороне ни сейчас, и никогда больше. Я должна получить доступ к своей силе!
Постучав в дверь, еще какое‑то время прислушиваюсь, но так и не дождавшись ответа, дергаю ручку и заглядываю внутрь – кабинет оказывается пуст. Набравшись храбрости, ступаю внутрь, как можно тише прикрывая за собой дверь.
Интерьер практически идентичен кабинету Ментиса. Тяжелые шторы заслоняют окно, оставив лишь небольшую полоску света, струящегося внутрь через пыльное стекло и освещающего массивный стол перед ним. Два таких же непримечательных потертых стула стоят по бокам от него. Слева что‑то вроде деревянного стеллажа растянулось во всю стену. Сверху – открытые полки, но ни книг, ни иного декора на них нет, если не считать несколько запылившихся тетрадей и странного вида фигурок. Нижняя же его часть сплошь состоит из небольших дверок с отверстиями для ключа.
Дергаю за торчащие круглые ручки, они не поддаются, поэтому я встаю, отряхивая ладони от осевшей пыли. Справа от входа замечаю еще одну дверь, довольно броскую для здешних стен. Ее ярко‑красный оттенок, подобно губам Леоноры, так и притягивает своей загадочностью на фоне оливковой краски на стенах. Но та также оказывается запертой.
– Что‑то ищешь? – раздается позади шипящий голос.
Подпрыгнув от неожиданности, я резко разворачиваюсь. В проеме стоит демоница, сверкая змеиными глазами, которые светятся в полумраке помещения, словно жидкое золото.
– Простите, дверь была открыта.
– А ты везде суешь свой нос, где незаперто? – Леонора проходит к столу, поочередно проверяя содержимое в ящиках.
– Нет, я… – пытаюсь оправдаться, но она и слова не дает вставить, отмахнувшись рукой.