Сердце с перцем

Намек был понят правильно. Трагически вздыхая, шеф расписался и еще некоторое время цепко держал заявление, словно надеясь, что у Леры не хватит сил выдрать бумажку из крепких начальственных лап, и вопрос как-нибудь сам собой решится без всяких отпусков.

– Владимир Константинович, документик отдайте, – хихикнула Лера. – Вернусь же, никуда не денусь.

– Да уж вернись, – уныло попросил босс. – Надеюсь, ты не в свадебное путешествие собралась?

– Чур меня! – совершенно искренне испугалась Лерочка. – Типун вам на язык.

– Вот и умница, – повеселел шеф. – Семья – это жуть, поверь на слово. Сплошные обязательства и напряги: дети в соплях, жена в слезах, теща в климаксе. В общем, любовь любовью, а свобода превыше всего.

– Спасибо за инструктаж. Не волнуйтесь, – фыркнула Лера, прикрывая за собой дверь.

– Не волнуйтесь, – пробормотал Владимир Константинович, кисло уставившись в ежедневник. – Знаю я вас. Свадьба, декрет, а мне снова главбуха искать. Мужика надо было брать.

Великая вещь – Интернет. И непредсказуемая.

Валерия опасливо, как начинающий сапер, пробиралась к цели. Целью было море: теплое, ласковое и бесшабашное. Хотелось оторваться там, где ее никто не знает, где она никому ничего не должна и где все располагает к романтике.

Романтику курортных романов Лерочка представляла весьма смутно. Первая ассоциация, которая приходила в голову: пачка контрацептивов и мешок презервативов. Она вообще не понимала, как кому-то может вскружить голову неизвестный мужик без справки от врача. Все ж таки СПИД и прочие неприятности никто не отменял.

– Мозг выключи, – посоветовала Оля, пришедшая от Лериной идеи в восторг. – А то все испортишь и деньги зря потратишь.

– Отличная мысль. Но мне почему-то кажется, что после процедуры отключения мозга непременно потекут слюни, – съязвила Лерочка. Ей было страшно. Она никогда не ездила за границу. Она вообще никуда еще не ездила одна. Услужливый интернет-поиск настойчиво сводил все варианты к одному – Египет. В этой точке сходились все Лерины требования, предъявляемые к запланированному мероприятию: невысокая стоимость, вечное лето и свободные мужчины. Судя по отзывам в Сети, именно за любовью и ехали туда скучающие дамы. Правда, отзывы эти были весьма противоречивыми и иногда смущали откровенно злобными выпадами в адрес местных жителей, но Лера-то понимала, что руками хватаются за тех, кто позволяет. Она тоже планировала позволить, но не всем.

– Африка, – мечтательно закатывала глаза Ольга. – Жаль, денег нет, а то бы я тоже с тобой съездила. Кстати, вдвоем дешевле.

Что-то подсказывало Лерочке, что в этом случае бюджетный отдых превратился бы в каторгу.

– Да уж, жаль, – соглашалась она. Легко соглашаться и сочувствовать, когда знаешь, что тебе ничего не угрожает.

– Они там такие все загорелые, горячие, эх, – страдала Крышкина. – Дикие, брутальные. Любовь в пустыне! Пирамиды, скорпионы, Маугли с Тарзанами… Везет же тебе!

Именно в тот момент Лерочка и поняла, что лучше «ехать в Тулу со своим самоваром». Она, конечно, хотела экстрима, но не до такой степени.

– Найди попутчика в Сети. Это ж запросто. Не хочешь местного колорита – бери нашего. Хотя зря ты так. Это все равно как пойти в суши-бар и не попробовать рыбу. Вот я бы…

– Оль, а вдруг на маньяка нарвусь? Как-то страшно с незнакомым человеком ехать.

– Несчастная ты баба, – развеселилась Крышкина. – Сплошные фобии. Это в нашем лесопарке на маньяка напороться – не фиг делать, а там народ весь едет за тем же, за чем и ты.

– И зачем?

– Две недели секса. Без обязательств и претензий.

– Да я не за этим!

– Ага, конечно. А зачем? – не поверила Ольга.

– Ну, отдохнуть просто. Развеяться.

– Вот я и говорю – развеяться. Или мы это слово по-разному понимаем? Мне-то врать не надо. Так вот, по теме: маньяки ловят всяких дур тут, а не в Африке. Сама подумай, какой резон тащиться в такую даль? Тем более что за тебя отвечает турагентство. Вы же не тет-а-тет полетите, там целый самолет народа, потом гостиница. Все на виду. Чего ты проблемы на ровном месте выдумываешь?

– А вдруг он мне не понравится?

– Все ж таки «он»? – расхохоталась Оля. – Ханжа ты, Харитонова! Надо быть честной и перед собой, и перед людьми. Небось напишешь в объявлении: «Хочу спокойного отдыха с интеллигентным мужчиной».

– А что? – покраснела Лера.

– А ничего. Поедешь с каким-нибудь тощим очкариком-импотентом, на котором майка как флаг на флагштоке болтается, и будете две недели кроссворды разгадывать и по экскурсиям мотаться.

– Почему это? Можно подумать…

– Харитонова, а ты думай поменьше! Много будешь думать – мозги быстро сотрутся. Амортизация, знаешь ли! На дискотеки хочешь?

– Хочу.

– Секс на пляже хочешь?

– Ну…

– Красивую любовь хочешь?

– Ее нет!

– Харитонова, она есть! Просто ты неверно толкуешь термин. Любовь и красивая любовь – это разные вещи. Любовь – это надолго. А красивая – это как концентрированный сахарозаменитель вместо сахара: быстро и сразу без последствий в виде детей, семьи и совместных праздников с чужими родственниками. Две недели – именно тот срок, на который у мужика хватит фантазии, терпения и запаса красивых жестов. Не надо строить из себя не пойми что, будь проще. Твои подтексты никому не понятны. Интернет – среда демократичная. Там что думают, то и говорят.

– Если я напишу, что думаю, это будет похоже на объявление ночной бабочки, – призналась Лера.

– Тогда не пиши, если тебе, такой порядочной, это претит, – пожала плечами Крышкина. – Просто ищи подходящее объявление от мужика. Хотя – шансов будет меньше. Так исторически сложилось, что не мы выбираем, а нас. Мужчины более зажаты в проявлении эмоций.

– Я смотрю, ты прям специалист-психолог, – фыркнула Лерочка.

– Я вообще умная, когда других касается, – согласилась Крышкина. – И объективно могу и консультировать, и советы давать. Только, понимаешь, уж очень я влюбчивая.

– Я в курсе, – кивнула Лера. – Ладно, поищу сама.

Заниматься поиском пары на работе она постеснялась. Мало ли, останется информация, потом позора не оберешься. Да и некогда там. Поэтому поиск кавалера был перенесен на дом.

Интернет пестрел фривольными объявлениями и фотографиями. Похоже, никого, кроме Леры, комплексы не глодали. Мужчины выбирали дам словно в салоне эскорт-услуг. Более того, предлагали оплатить отдых и «все остальное». Как девушка, имеющая дело с финансами, Лерочка моментально просчитала, что это взаимовыгодный обмен. Слабая половина человечества экономит на путевке, а сильная – на оплате услуг, поскольку профессионалка на столь длительный срок стоит дороже. Беда в том, что Лера не планировала экономить. Ей нужно было элементарное приключение, легкая встряска и небольшое разнообразие в личной жизни, которая так скоропостижно оборвалась.

Если задуматься, то Ольга права: не так уж весело было с Игорем. С ним было никак – ни хорошо ни плохо. Он играл роль теплой шапки, которая мешает, портит прическу, но, безусловно, является вещью нужной для здоровья. Нужна не нужна, а всегда под рукой. Поэтому и внезапный уход кавалера воспринимался как восстание бессловесного головного убора – с недоумением и обидой. Вроде и морозов особых нет, а вдруг будут? А шапочка-то – тю-тю…

Лера вздохнула и вернулась к чтению объявлений. Сама виновата: придумала теорию, а потом начала за уши притягивать под нее обстоятельства. Раз теория оказалась мифом, то и обстоятельства надо менять.

– Скучно я жила, – сообщила в пустоту мадемуазель Харитонова и ткнула в первую попавшуюся анкету.

Юности свойственен максимализм и умение впадать в крайности. Лера твердо решила наверстать упущенное, поэтому с интересом принялась изучать весьма недвусмысленное предложение.

«Состоятельный во всех смыслах тридцатилетний мужчина желает весело провести время в обществе раскрепощенной девушки до 25 лет».

Отключить мозг полностью, как советовала Оля, не получалось. Поэтому Лерочка в первую очередь подумала, что финансовая «состоятельность» претендента довольно относительна, так как попутчицу он искал не на Сейшелы и не на Мальдивы, а в Египет. Более того, фотография отсутствовала, а это означало, что похвастаться особо нечем. Хотя, вполне возможно, у туриста имелась ревнивая жена, поэтому лишний раз рисковать он побоялся. Имя будущий путешественник тоже не написал, скромно назвавшись Знойным Мачо. Под анкетой шла вереница комментариев. Анонимный мачо пользовался удивительной популярностью, на право поехать с ним к морю претендовало возмутительное количество девушек чрезвычайно юного возраста с не менее откровенными намерениями. Лера приуныла, но рано. Как выяснилось, читать переписку следовало с конца. Предпоследнее сообщение порадовало краткостью и емкостью информации:

«Деффки, с ним ехать за свой счет».

Последнее, наоборот, оказалось весьма пространным письмом от дамы запредельно бальзаковского возраста. Она оказалась единственной, кого не напугала перспектива оплачивать вояж самостоятельно.

На этом фоне Лера смотрелась вполне выигрышно.

Ответ на ее письмо пришел почти мгновенно. Немудрено – сроки поездки поджимали. Знойный Мачо сообщал дату вылета, рейс, гостиницу и просил фото.

«Ишь ты, – хмыкнула Лерочка. – Сам фотку не шлет, а ему подавай».

Порассуждав некоторое время на тему мужского эгоизма, она все же соблаговолила отослать фото. Оставалась всего неделя.

«Что ни делается – все к лучшему. Горящий тур еще и дешевле будет!» – нашла повод порадоваться Лера.

На следующий день она уже сидела в офисе турфирмы с пачкой денег и планами на феерический отдых.

Ни на кого в этой жизни нельзя рассчитывать. Иногда даже на себя. Но в данном случае беда пришла с совершенно неожиданной стороны. Интернет-провайдер «Фурбина», позиционировавший себя как чрезвычайно надежного партнера, лишил Лерочку связи с внешним миром. Письмо от Мачо, пришедшее на специально созданный для отпускной авантюры ящик, получить не было никакой возможности. И даже не проверить – было ли то письмо! На работе за ее компьютером уже сидела Юля, поэтому Лера оказалась отрезанной от своего Мачо окончательно и бесповоротно. Времени доехать до ближайшего интернет-кафе не было совершенно, к тому же оставалась надежда, что подлый провайдер вспомнит о правах потребителей и собственных обязанностях.

Ситуация с каждым днем становилась все более катастрофической. Лерочка звонила в техническую поддержку, слушала обещания из серии «в ближайшее время проблема будет решена» и страстно мечтала о том, чтобы учредители «Фурбины» разорились и пошли по миру. Звонки провайдеру оказались равносильны лечению гриппа путем измерения температуры: вроде и делаешь что-то, а толку – ноль.

Сначала девушка с приятным голосом пыталась ее запутать мудреными терминами и рассказом о том, что оборудование не отвечает.

– И дальше что? – мрачно поторопила ее Лера.

– Его надо перенастроить. Завтра до трех часов ночи неполадки будут устранены, – убежденно доложила барышня.

Но ни завтра, ни послезавтра чуда не случилось. Когда обозленная Лера позвонила снова, новый оператор выдал новую версию стихийного бедствия:

– Кабель у вас украли! И вас там много! Поэтому сделаем срочно, не волнуйтесь!

Чемодан был забит пляжными тряпочками, косметикой, кремами для и от загара, таблетками на все случаи жизни и четырьмя новыми купальниками. Не волноваться в этой ситуации было просто невозможно. Ради чего все это, если придется ехать одной?!

Видимо, у понятия «срочно» было еще какое-то значение, неизвестное Лерочке, поскольку и на следующий день связь отсутствовала.

– Вы мне можете честно сказать реальные сроки? – простонала она, в очередной раз услышав новую версию отсутствия связи и странную фразу о конце работ к трем часам ночи. Представить себе, что ночью неведомые техники, днем-то не нашедшие времени «зайти на огонек», будут что-то чинить у нее на чердаке, у Лерочки не получалось. Перебив оператора, вдохновенно вравшего про причины, она рявкнула:

– Я плачу деньги. И мне неинтересно, почему связи нет. Мне надо, чтобы была.

– Будет, – кротко вякнул закаленный в боях с клиентами оператор. Судя по резвости реакции и многообразию вариантов ответов, недовольных клиентов у «надежного» провайдера была туча.

– Вчера днем вы говорили, что бригада работает, – вредным голосом продолжила допрос Лера, интуитивно почувствовав, что юноша на том конце провода спит и видит, чтобы она повесила трубку.

– Вероятно, не уложились за день, – все так же вежливо пояснил собеседник.

– Ужас. И что, так и сидят там на чердаке? Может, мне к ним сходить, а? А что? Собрать всех жильцов, имевших несчастье с вами связаться, и сходить.

– Срок устранения работ два-три дня, – дежурно отозвался юноша, не найдя в своем богатом арсенале ответа на провокационный вопрос. – Но вы можете подать заявку на компенсацию.

– И вы мне номер заявки дадите? – злобно уточнила Лера, за истекшую неделю получившая уже четыре многозначных номера, создававших иллюзию диалога. Такую великолепную идею стоило запатентовать. Взбешенный клиент звонит, чтобы выяснить, почему за свои кровные деньги вместо услуг он получает сплошной геморрой, а ему в ответ сопереживают и диктуют вереницу цифр, действующих на сознание потребителя, как шаманский заговор на малограмотного чукчу. С ощущением, что жалоба принята и все рванули устранять неполадки, клиент на некоторое время затихает в дупле и покорно ждет. Чего ждут техники, было вообще неясно. Наверное, они надеялись, что кабель отрастет сам.

– Конечно, записывайте номер, – наивно обрадовался оператор.

– У меня их уже коллекция! – взревела Лерочка. – Это нарушение закона о правах потребителя! А кто мне компенсирует моральный ущерб и упущенную выгоду?!

– Пишите заявку…

Цели своей оператор достиг. Лера в бессильном бешенстве швырнула трубку.

– Доченька, что случилось? – побелела мама, увидев перекошенную физиономию единственного чада. – Агентство обмануло? Я так и знала!

– Мам, все нормально. Просто Интернета нет. Чайник горячий?

– Горячий. А ты свитер с собой положила? Мне Раиса рассказывала, они туда в прошлом году на Новый год летали, так холодина была.

– Врет твоя Раиса, – отозвался папа, отгородившийся от дам газетой. – Она вообще всегда врет, стерва.

Соседку Раису он невзлюбил с тех пор, как та доложила маме о странной встрече отца семейства с некой рыжеволосой дамой. Мама с Лерой тогда ездили к престарелой родственнице, раз в год собиравшей родных для прощания. У старушки был перспективный участок в области, поэтому мама из последних сил пыталась дружить со вздорной теткой, наслаждавшейся подковерной борьбой родни за полгектара земли в пригороде. Александру Борисовичу претил подхалимаж, поэтому он оставался дома. После одной из таких поездок Рая и доложила о папенькином проступке. После страшнейшего скандала сошлись на том, что рыжая была коллегой по работе, доставившей срочные документы для доработки. Но Раиса с тех пор старалась с соседом на лестнице не пересекаться.

– Врет не врет, а теплые вещи не помешают. Не в руках тащить, чемодан на колесах. Лера, возьми, пожалуйста.

– Кстати, можно подключить другой Интернет. Альтернативный. – Папа пошуршал стопкой прессы. Александр Борисович был далек от темы провайдеров, как мамонт от балета, тем не менее ему очень хотелось оставаться в глазах окружающих всесторонне подкованным человеком, поэтому он при каждом удобном случае демонстрировал близость к достижениям технического прогресса. – Вон нам сегодня в ящик рекламку положили. Я ознакомился и остался доволен. Очень неплохое предложение.

Он наконец выудил глянцевую листовку.

Лера яростно всхрапнула, увидев знакомое название. Ненавистная «Фурбина», похоже, издевалась и желала взять клиентку измором.

– Очень ты нервная стала, – благодушно прогудел Лере вслед отец. – Валерьянки попей. Подумаешь, мужик бросил. Вот если б тебя с работы уволили…

Дальше Лера уже не слушала.

Чтобы окончательно вычеркнуть из памяти обиду, нанесенную Игорем, нужно было осуществить задуманное. В конце концов, у Знойного Мачо есть ее фотография. Если что – сам найдет. Не так уж много в самолете народа.

Вылет переносили дважды, меняли рейсы, и в результате накануне отъезда выяснилось, что летят они ранним утром.

В час ночи аэропорт гудел, как пчелиный улей погожим летним днем. Взбудораженный народ сновал с чемоданами, с гиканьем и топотом носились дети, заполошно вскрикивали озабоченные мамашки, вальяжно прохаживались мужчины, щебетали, стреляя глазами, юные барышни. Лере стало не по себе. Особенно когда вся толпа выстроилась на регистрацию именно ее рейса.

«Это ж на чем мы полетим? – тоскливо подумалось новоиспеченной туристке. – На поезде, что ли?»

– …ни с кем никуда не ходи, – в сотый раз перечисляла мама, – деньги оставь, где я зашила, ешь только в ресторане, водой из-под крана зубы не чисти.

Пачку долларов «на черный день», несмотря на возражения дочери, Елена Станиславовна зашила в трусы и проследила, чтобы именно в них Лера и поехала.

– Мало ли что! Все украдут, а деньги останутся. Кредитку дома оставь. Какие там, в Африке, кредитки? Мне Рая рассказывала…

Папа снисходительно посмеивался и подмигивал дочери:

– Презервативы взяла?

– Шурик!

– Лена! Мы ее не в пионерский лагерь провожаем. Здоровая девка. Чем ей там на море еще заниматься?

– Шурик! Перестань!

– Мам, пап, вы идите, а? – умоляюще попросила Лера. Она опасалась, что из-за родителей найденный попутчик не сможет ее идентифицировать. Ведь в письме она указала, что летит одна.

– Лера, береги это! – с надрывом крикнула мама, обернувшись в дверях, и многозначительно похлопала себя по интересному месту.

Густо покраснев, Лера закатила глаза. Мать была в своем репертуаре. Оставалось надеяться, что никто этого напутствия не заметил.

– Хорошо, когда есть что беречь, – опровергла ее надежды хорошенькая блондинка, маявшаяся в очереди сзади, и прыснула.

Лера вежливо улыбнулась и пожала плечами.

Мужчин вокруг было много, любой из них мог оказаться тем самым, но… К приятному крепышу подошла тощая вертлявая девица и требовательно дернула за рукав, что-то выговаривая, к высокому блондину подбежала толстая взволнованная тетка и утянула его в соседнюю очередь. Даже к темноволосому атлету, который с интересом поглядывал на приободрившуюся Лерочку, с воплем «Пап, там чипсы продают!» подлетел лохматый подросток.

Как в такой толпе найти попутчика из Интернета, Лера не представляла.

Было до слез обидно, но оставалась крохотная надежда: он улетел другим рейсом и найдет ее в гостинице, благо название отеля Мачо предусмотрительно дал, а Лерочка послушно купила тур туда же. Или он летит этим же рейсом, и они смогут опознать друг друга в процессе поселения. Надежда умирает последней.

Любой пассажир мог оказаться тем самым, которого Лера так ждала. Более того, Мачо вполне мог занять соседнее кресло. Когда Лерочка поднималась на борт, сердце от волнения билось в горле, словно проглоченная живность, из последних сил отстаивающая свою свободу. Вероятно, так волновались девицы на выданье в стародавние времена.

«Глупо! – разозлилась Лера. – Не этот, так другой, вон полный самолет мужиков. Да еще на пляже сколько их будет! А мне и нужен-то всего один. И то не факт, что нужен. Может, мне вполне хватит моря и рыбок».

Врать самой себе сложно, поскольку от себя мало что скроешь – все как на ладони. Лерочке требовалось совершить некий сумасбродный поступок, чтобы доказать…

Что именно доказать и кому, она так и не смогла сформулировать, но потребность имела место быть. Ей приспичило после правильной и размеренной жизни с Игорем пережить приключение, рискнуть и не эмпирическим, а опытным путем выяснить, что именно ей нужно в жизни и от жизни. С работой все ясно: главбух она незаменимый, талантливый и перспективный, а вот с личным счастьем все оказалось не так просто. Будучи поставленной перед необходимостью осмыслить свои действия в этом направлении, Валерия Харитонова с удивлением поняла, что мыслительная деятельность застопорилась на самом основном: что есть это мифическое счастье и нужно ли оно вообще. Судя по рассказам Крышкиной, попробовать стоило. Хотя бы для того, чтобы потом презрительно морщиться и снисходительно махать ручкой: плавали, знаем.