- -
- 100%
- +
Открыв комнату гостиницы, Андрей обнаружил скромную, но чистую жилплощадь обставленную мебелью, наверняка, из местных мебельных магазинов. Воспоминания о событиях с блондинкой-шлюхой навевала сон у него, но Ковалев знал, что сейчас пришло время разрубить петлю жизни по-своему и избавиться от своих поработителей и врагов. Он знал, что должен избавиться от долговых обязательств и гнета финансового бремени. Закрыв дверь на ключ, молодой человек поставил табуретку посередине комнаты, снял люстру с крючка, осторожно положил ее на двуспальную кровать. Затем достал из пакета канатную веревку, надежно обкрутил ее за тот крюк, сделал петлю. Немного промедлив, Ковалев, подумал о близких людях. Что же с ними будет? После недолгих колебаний пришел к выводу, что они просто поплачут и переживут эту потерю, за то им их жизням ничего не будет угрожать уже. Бандиты требовали именно с него денег, после смерти их компаньона, грехи отпускались уже: материальные, денежные, моральные.
Надев на шею канат, Ковалев отодвинул табурет ногой, оставаясь еще на краюшке стула. Долго не решался сделать это. Роковое движение и он бы был на виселице. За дверью раздались чьи-то голоса, потом в дверь постучали. Ковалев затаился, тяжело дышал, сердце стучало как бешеное в этот миг. Он знал, нельзя выдать свое присутствие иначе перехода в другой мир не будет. Потом послышались шаги, неизвестные люди удалялись от двери. Возможно, это была горничная, либо кто-то с охраны. Молодой человек вспомнил опять про ту шлюху, которая в этом же комнате в прошлый раз делала подарки любви за деньги, отдавалась ему полностью и без остатка. Тогда он страдал от одиночества и искал только любви, Ковалев был лишь студент, у него в прошлом было гораздо меньше проблем. Даже иллюзия любви была спасением от грозовых облаков несчастья одиноко идущих вдаль людей.
«Пронесло», – подумал Андрей, услышав, что шаги стихли, ощутил, что как вдруг на его глазах появились непроизвольные слезы. Теплые они текли по щекам, а молодой человек молча глотал слюну и думал о прошлой жизни. Потом вдруг что-то щелкнуло в его голове, и Ковалев рывком оттолкнул свой стул, что удерживал его от гибели. Парень ощутил, как петля смертельной хваткой начала удушать шею, рот раскрылся от спазма. Он думал, что умрет сразу, но ошибался. Мучительно долго Андрей висел в пустой комнате, чувствуя, как воздуха катастрофически не хватает и как тухнет его мозг и ломался позвоночник на шее, распухал язык, приобретая синюшный цвет, словно вываливаясь изо рта. Мысли еще шебуршались в голове. Доводы за жизнь и смерть сменялись у него в голове, но это было бесполезно, он не мог ничего сделать в этот момент. Руками Ковалев попытался ослабить хватку каната, но получилось только еще хуже. Страшный хрип вырвался из его груди, что Андрей сам испугался этого странного гласа. Это казалось, нереальным! Он вдруг понял, что это конец. В дверь вдруг опять застучали, на этот раз настойчиво.
В этот момент Ковалев вдруг вспомнил про своего деда по отцу, ведь тоже также закончил свою жизнь. Его нашли мертвым повешенным в туалете. Свою жизнь он закончил сам, загнавшись в тупик жизни.
Кто-то опять застучал сильнее в дверь, прерывая воспоминания о своем покойном деде. Ковалев молчал, просто хрипел, ощущая, как тьма вылезает из уголков гостиничного номера. Потом стало полностью темно. Во мраке парень шагал в измерении без света и даже клочьев света, внизу же было липко и сыро, а сверху было напротив жарко и сухо. Уже не было гостиничного номера с простой обстановкой. Это была новая псевдореальность, Ковалев в таких местах еще не бывал. Луч далекого света пронзил темноту. С трудом ему удалось понять, что Андрей находится в каком-то месте похожим на подземную канализацию. Альтернатив не было, потому Андрей шел на свет, что пучком светил издали синюшно-белесым сиянием издали.
Свет был теплым… По мере приближения ощущал Ковалев его тепло. В то же время, где-то со стороны Андрей слышал, что кто-то еще стучится в дверь. Однако гостиница канула в небытие, в забвенье прошлой жизни. Ковалев знал, что еще находится между мирами, совершает переход из одного измерения в другой. Потом с горечью вспомнил про брата и маму. Еще что вызывало у него грусть, это девушки, которых он любил. Тоннельная «Канализация» закончилась, за светом была беспредельная даль, это трудно объяснить, но там не было привычного горизонта или что-то вроде того. Не было ни солнца, ни луны, ни звезд. Не было тут деревьев, травы, не было птиц, животных и людей. Там была лишь пестрая картинка, сотканная из разных цветов и света. Сигналы полились в глаза Ковалева, он принимал странную информацию, ощутил, как весьма ограниченный человеческий мозг раздвинул границы многократно, он был подобен сейчас вселенскому разуму. Тайны жизни, вселенной, тайны людей, физические, химические явления, понятие смерти стали понятны, как шаги противника на шахматной доске.
«Как же я не понимал этого очевидного раньше?» – удивился Андрей, слегка улыбаясь, глядя на себя, он понимал, что у него уже нет своего тела, человек был какой-то субстанцией, погружающийся в мир мозаике со сложной структурой бытия. Тихое счастье охватило Ковалева. Было спокойно на душе. Он плыл как парусник навстречу новой реальности, новым измерениям и новым тайнам…
Псевдореальность седьмая: Замерзший в руинах
Следующая реальность пришлась опять на десятое декабря двухтысячного четырнадцатого года. В собственный день рождение у Андрея опять было отвратительное настроение, с трудом доработав, он поехал домой. С личной жизнью никаких просветов не было. У него уже не было и желания никакого что-либо делать. Машину новую Ковалев тоже решил не покупать новую, так как доходы такого не позволяли, хотя Николай и Костик настаивали на том, чтобы Ковалев начал солидно выглядеть и купил бы себе машину класса кроссовер, так он их член подпольного сообщества. Последняя любовь у Андрея была только осенью к Марии Лелман, но она ушла, оставила в сердце лишь пепелища сгоревшей любви, обратившись со временем в тихую ненависть за ее предательство. Да он ее уже не любил, что-то в нем уже потухло навсегда, как и любовь к жизни угасла.
По дороге домой, Ковалеву позвонил Костик, сказал, что есть задание. Нужно было ехать в промышленный сектор города забрать из тайника кое-что, Андрей свернул с привычного маршрута пути домой. Брат написал смс, что поздравляет его с днем рождения, сказал, чтобы он нашел себе девушку и жил хорошо и счастливо, не переживал так сильно из неудачи в любви. Это не считая того, что с утра молодого человека еще поздравили с днем рождения мать и брат. Еще они сообщили, что вечером хотят приготовить что-то особенное в честь дня рождения. Ковалев же остался безразличен к этим вкусностям и радостям празднования дня рождения, хотя и был несколько благодарен им за это.
Сейчас он гнал свой авто во тьму зимнего вечера, рассекая фарами декабрьский сумрак. Ехал в промышленный район, к руинам заброшек. Ехать становилось все труднее и труднее, опель Ковалева буквально тонул в тоннах снега, истошно выл довольно мощным мотором. Потом Андрей решил бросить свою машину и идти дальше пешком. Руины здания реяли в расстоянии двух ста метров. Накинув блестящий черный капюшон, парень, уходил все дальше и дальше, матерясь и утопая в снегу, шел по навигатору к указанному месту. Кирпичные забытые руины ждали его. Он пробрался внутрь заброшенного предприятия, тут все после гибели советской империи так и умерло навсегда. Тихий беззвучный снег падал сверху на Андрея, было довольно тепло. Ледяные стены казалось источали также холод и были частью бесконечной сибирской зимы.
Ковалев начал искать тайник, это было сразу за разрушенной лестницей ведущей на второй этаж. Разгребал снег лопатой, которую нашел тут же. Тщетные поиски ни к чему не приводили, тогда Андрей присел в углу, расположился на комоде. Позвонил Костику и сказал, что не нашел тайника оружия:
– Как ты ничего не нашел там?
– Вот так не нашел там… Пусто, только битый кирпич и замерзшая земля. – Констатировал Андрей своему поручителю задания.
– Жди нас, мы приедем.
Ковалев долго выжидал свои коллег, ожидая появления друзей. Сначала было просто ощущения нестерпимого холода, минуты тянулись очень долго. Под курткой у Андрея Ковалева была лишь олимпийка, и штаны были летние. В какой-то момент Андрей почувствовал, как его тело начинает пробирать дрожь. Зубы застучали сами. Пытался согреться, Ковалев разминал свое тело. Позвонил еще раз Костику, тот сказал, чтобы никуда не уходил, потому что менты могли потом проверить место и разорить тайник.
Зазвонил телефон. Это был брат. Он спросил, где Ковалев находится, почему не едет домой. Андрей даже не знал, что ответить. Коротко и сумбурно объяснил, что не может сейчас вернуться домой, так как есть работа.
– С кем ты проводишь свой день рождения там? С девушкой что ли? – спрашивал брат в трубку Ковалева.
– Не с девушкой, работаю, – отвечал Андрей Ковалев, пересиливая ощущения нарастающего холода. Озноб вызывал сейчас даже судороги.
Потом брат передал трубку маме.
– Сынок, возвращайся домой, мы же день рождение хотели отметить.
– Прости, я не могу сейчас вернуться, ближе к ночи, наверное, приеду, – Суховато ответил Ковалев в конце и бросил трубку. Моментально телефон опять завибрировал, начал утопать в снегу от движения. Андрей уже не брал трубку. Чувствовал, что его тело перестает дрожать, приятное тепло вдруг полилось по венам. Исчез холод и скомкалась ледяная стужа, не было уже столь нестерпимого холода и этой бесконечной зимы над руинами советской мастерской. Андрей ежился в углу, опустив голову на колени. Какое-то время сидел так без движения, ощущая, как становится даже жарковато ему. Почувствовал дыхание теплого ветра. Ветер дул свежестью и даже жаром.
За руинами рупор начал говорить: «Всем, всем, кто нас слышит, выходите братцы защищать свою Родину! Не дадим гадине фашисткой захватить нашу землю! Очистим землю от иноземцев и врагов интервентов!» В небе тревожно звучала сирена противовоздушной обороны. Земля сотряслась от ударов и бомбовых снарядов. Ковалев испугался, не понял вообще, что происходит кругом, поднял голову, озираясь по сторонам. Вот совсем недавно он сидел в руинах, замерзая от холода, а теперь Андрей опять в тех же руинах снега, но кругом какая-то непонятная война.
– Боец, хватит сидеть в углу! Ты контужен что ли или ранен? – спросил Ковалева какой-то мужик с усами в советской военной форме.
– Я не боец. – Ответил молодой человек, разминая свои онемевшие конечности.
– Да что ты говоришь? – громогласно сказал Андрею командир красной армии, – посмотри на себя, у тебя военная форма, в руках наган, а на поясе две гранаты. Ты обязан сражаться или я тебя расстреляю на месте за трусость.
Тогда Ковалев посмотрел на себя, и действительно он сейчас был в военной одежде, на голове была шапка-ушанка с красной звездой, а на ногах были солдатские сапоги.
– Так точно командир, – крикнул бодро Андрей, поняв, что попал в новый мир. Это была очередная псевдореальность, которая захватила сознание его сразу же после смерти в реальном мире.
За руинами предприятия Ковалев заметил фигурки немцев, они стремительно бежали вперед, поливая из огнеметов все прорехи развалин. В сером небе мелькали самолеты, истребители носились с громкими тарахтением, сбрасывали на это предприятие бомбы. В душе вдруг родилась такая неистовая ненависть к этим фигурам в касках. Ковалев снял гранату с пояса, сорвал чеку и швырнул в эту толпу. Послышались вопли на отрывистом немецком языке, все разбегались в разные стороны, а потом граната рванула. Куски тел полетели в разные стороны. По Андрею начали стрелять из автоматов, он побежал назад, прячась в кирпичных руинах мастерской. Временами парень проваливался в глубокий снег, утыкался прямо лицом в эту ледяную поверхность. Жгучая боль пронзила его левую ногу. Не было холодно, жар обдувал лицо и тело человека. Однако, когда Ковалев оглянулся, понял, что нога простреляна. Снег стал красным. Андрей не мог уходить от погони, слышал лишь, как командир кричал ему:
– Боец, в укрытие. Немедленно в укрытие! Мы тебя прикроем.
Немцев было слишком много, молодой человек понял, что никуда не сможет от них уйти. Развернувшись на спину, новоиспеченный боец перезарядил свой наган, начал стрелять по ним, чтобы нанести как можно больше урона врагу перед смертью. Фашисты с автомата изрешетили тело раненного солдата, что Ковалев лишь тяжело вздохнул, глядя на зимнее небо.
– Боец в укрытие… – еще продолжал кричать кто-то из руин.
– Ему уже не поможешь. – Констатировал второй русский солдат.
Глядя в небо, Андрей чувствовал, как его жизнь уходит из тела. Серое низкое небо приближалось к нему. Нет, он не летел, просто небо спускалось к человеку. Потом все стало как в тумане, когда облака достигли земли. Ковалев не мог шевелиться, только устало вращал глазами по сторонам. Кто-то из тумана пришел к русскому бойцу. Странные фигурки схватили Андрея осторожно и потащили куда-то в неизвестность.
– Кто вы? Куда вы меня тащите?!
– Мы тащим тебя к свету, ты не должен сгинуть в этой реальности… – сказал один в противогазе. На всех них были странные комбинезоны и противогазы.
Ковалев вдруг услышал, как зазвонил его телефон, знакомая мелодия звучала совсем рядом. Он подумал, что это звонит кто-то из его близких людей или Николай. Андрей попытался найти телефон, но двигаться не было сил. Может все это еще был сон или что-то другое? Андрей этого не знал… знал лишь одно, что надо определиться либо возвращаться назад в свой мир или уйти с этими людьми в тумане.
Во мраке щелкали пули, раздавались проклятья на русском и немецком. Что-то там взрывалось рядом с ними, но люди в масках тащили его упорно на свет, который уже прорезал этот густой смог. Потом Ковалев увидел, что свет исходит из какой-то раскрытой двери. Люди в противогазах немного грубовато вытолкали молодого человека за нее и закрыли. Андрей открыл глаза, увидел, что лежит на золотистом песке, рядом с ним бурлило море. На нем не было советской уже формы, он опять в фиолетовой олимпийке и спортивных штанах.
– Что же это за мир?
Телефон лежал рядом с Андреем на песке, он завибрировал. Ковалев включил его, там была смс:
– Это твой новый мир. Тропический рай… Посмотри на восток, там тебя ждет любимая девушка.
Парень мгновенно глянул на восток, там, где пляж переходил в густые джунгли, он увидел гибкий силуэт девушки. Ковалев не мог понять, кто там идет, ведь за свою жизнь он много кого любил.
– Кто же там?
Смс пришла мгновенно:
– Там та, которую ты пожелаешь. Это может быть Юля Молчанова, это может быть Екатерина Питова, Мира Зайцева, а может быть Мария Лелман или Юля Шуминина. Там может быть любая твоя девушка, которую ты любил или которая тебе нравилась. Твоя цель главное выбрать какую именно ты увидишь сейчас на берегу.
Андрей задумался немного, потом решил, что хочет увидеть все же сейчас опять Марию Лелман, так как это наиболее свежее чувство любви, которое еще не остыло в нем.
– Пусть это будет Мария Лелман.
Желание сбывались, Ковалев увидел ее, она улыбалась ему, слегка щурилась от солнца, шла к парню. Когда она оказалась вплотную с Андреем, он обнял ее крепко и поцеловал в губы. Сказал ей:
– Как же я тебя долго ждал… Я так надеялся, что ты ко мне вернешься вновь.
Она улыбалась страннику миров.
– Все хорошо, я передумала расставаться с тобой. Как у тебя дела?!
– Все хорошо. Ты не злишься на меня больше? А у тебя?
– Ну, все замечательно, – ответила она Андрею своей коронной фразой. Взяв ее за руку, молодой человек пошел с ней по песку навстречу солнцу и морю. Соленый ветер дул в лицо, волны смывали телефон Ковалева в океан.
Псевдореальность восьмая: Атлантида
Циклы времени повторялись вновь и вновь. Из мира тропического рая, в котором Ковалев гулял за руку со своей любимой девушкой, он опять вернулся назад в декабрьскую стужу своего сибирского города. Восьмое декабря сибирского утра встретило Ковалева густым туманом и леденящим холодом. По дороге домой Андрей, как обычно проезжал через сосновый бор, но машин на трассе не было. Асфальт был так чист, что если хорошо всмотреться, можно было различить ледяные кромки льда на дороге. В остальном здесь был лишь сплошной туман. Анализируя свои прошлые псевдореальности, которые все печально закончились для Андрея Ковалева, ему вдруг показалось, что он уже никогда, не выберется из этого цикла жизни, пока кто-то сверху не решит прекратить этот эксперимент над ним. После первой смерти все реальности искажались, трансформировались, и все время обретали все новые и новые очертания. Интерпретации были каждый раз разными.
На этот раз судьба решила заставить заблудиться Андрея Ковалева в своем же городе в густом сплошном тумане. Фары машины Ковалева с трудом разгоняли эту пустоту, он же мчался вперед по обычному маршруту, но путь перестал быть таким, впереди дорога вдруг круто начала поворачивать налево. Городские пределы обернулись для него многокилометровыми расстояниями тайги. Потому Андрей ехал и ехал отмеряя сотни километров в своем пути. Не зная, даже где он находится, Ковалев мчался вырваться из своих тупиков и преград, чтобы получить свое счастье и любовь.
Потом трасса привела его к берегу пресного моря, а таблица оповещала, что это было Обском море. Это было странно, учитывая, что он жил в сибирском городе, и вокруг никаких морей не было. Снег лежал на берегу холодного моря, а оно плескалось и набегало на берег. Туман рассеивался, небо было в прорехах небесной эмали и белесых облаков. Остановив свой «опель», молодой человек вышел из машины, прошелся по снегу. Тут не было ни души, были лишь море и Ковалев, смотрящий в предел горизонта. Вот Ковалев никогда не был на море, а это Обское море увидел впервые. Хотя нет, это была очередная псевдореальность. Сам Ковалев не мог сказать точно, можно было бы считать эти реальности действительностью. Он подвергал сомнению сейчас любую информацию и с недоверием относился ко всем людям и обстоятельства сваливающимся на его голову.
Вглядываясь в эту стихию синеватой дали, где грань моря и неба сливалась в единую суспензию, Андрей вдруг заметил, как из воды что-то выплывает. Это был какой-то подводный аппарат, каких на земле еще не изобретали. Из лодки вышли два человека, что по мелководью они подошли к нему.
– Здравствуйте, Солнечный ветер! – сказал Ковалеву один из незнакомцев.
– Кто вы? – спросил Андрей, теряясь в догадках, откуда кто-то мог знать его один из псевдонимов. – И почему вы называете меня Солнечный Ветер?
– Мы многое о тебе знаем… Твое имя в наших сказаниях, как Солнечный Ветер, – многозначительно сказал второй мужчина. Выглядел он как норвежец, с рыжей густой бородой и со скандинавской внешностью.
– Надо плыть… Пора. – Произнес первый подводник.
– Куда плыть?!
– В Атлантиду. Она ждет нас. Меня зовут Ронн. —незнакомец продолжил отвечать на вопросы.
И они пошли к морю. Хлюпали по воде, приближались к рубке подводного аппарата, что возвышался из воды. В этот момент Ковалев не чувствовал всей безнадеги своей жизни, забыл о личной жизни, о финансовых проблемах и обязательствах, которые он нес как бремя, дабы обеспечить мир и спокойствие себе и своим близким.
– Ты ведь никогда не был на море? Верно, Солнечный ветер? – улыбаясь, спросил Андрея Ронн.
– Да, так и есть. Я мечтал увидеть его, но так и не довелось. Не позволила судьба мне такой роскоши.
– Даже на небе рассказывают о море, и тех, кто живет в глубинах океанских и морских измерений. В городе же под водой говорят о шуме прибоя, что это вечная песня, которую подарила нам вселенная. Если слушать шум моря, можно услышать послания других миров. В Атлантиде об этом давно уже знали о тебе, там умели передавать послания другим мирам… – говорил молодому человеку второй спутник – Адрий.
– Это удивительно… – последний раз посмотрел на море, Андрей начал залазить в люк подлодки. Внутри было тесно, но уютно. Экипаж встречал Ковалева, как почетного гостя. Кажется, что они знали из прошлого будущего, даже раньше, чем сам Андрей Ковалев.
– Это тот самый Солнечный ветер, который на слуху у многих. О нем наслышаны многие уже. Его знают в лицо. Вот он теперь с нами здесь. Новая псевдореальность привела его к нам! – Говорил торжественно командир, и вся команда разглядывала Андрея как какой-то диковинный экспонат в музее. Для них он был человеком из будущего и из другой реальности совсем.
– Куда поплывем, командир? – спросил Ковалев, когда знакомство было завершено.
– Мы плывем в Атлантиду, – с улыбкой на лице сообщил ему Ронн.
Лодка начала погружаться под воду, через иллюминатор Андрей видел удивительно красивый подводный мир. Какие-то огромные рыбы со светящимися частями тела медленно рассекали темные воды моря. Их глазницы источали сияние, словно, фары машин во мгле. Морские чудовища с черными змеиными телами кружились вокруг этой подлодки, когда они совершали это удивительное путешествие в город, о котором никто так и не узнал правды.
– Как вы скрываетесь от остальных? – поинтересовался Ковалев у членов команды, хотя обращался больше к Ронну, чем к другим сотрудникам подлодки.
– Наши технологии опережают земные. У нас разработаны технологии бессмертия, технологии путешествия во времени, технологии репликации пространств, технологии невидимости и перемещения в пространстве на невероятные расстояния, которые просто недоступны людям.
– То, что, я оказался в тумане один на дороге и приехал к вам в итоге, результат технологии репликации пространств? – поинтересовался Андрей, желая знать правду.
– Совершенно верно. Ты не заметил просто, где твоя реальность перетекла в нашу реальность. Все было сделано с ювелирной точностью, так что ты даже не понял ничего.
– Кто формирует все эти псевдореальности? Это уже не первый случай, когда я попадаю в другие измерения и реальности.
Ронн посмотрел на командира, встретившись с ним взглядом. Тот подал какой-то ему молчаливый знак.
– Всего этого даже мы не знаем, скажу лишь одно, над тобой идет вселенский эксперимент просто. Так что наберись терпения, предстоит еще много тебе пережить, прежде чем истина прояснится. Вечный Отец избрал тебя в качестве нового архитектора вселенной. Ты будущий преемник Вечного Отца. За всеми процессами стоят могучие противоборствующие силы и невероятные технологии, которые просто формируют для тебя этот цикл реальностей. Чего им от тебя надо я не знаю даже, – честно признался Ронн, озадачено почесав затылок.
Ответов на вопросы Ковалев так и не получил. Все оставалось неясным и непонятным. Глянув в иллюминатор, он увидел уже сам город Атлантиду. Это был вовсе не погибший, утонувший под водой мегаполис, это был наполненный жизнью подводный город, который манил его множеством огней.
Лодка заплыла в какую-то подводную бухту. Потом вода слилась вся, люки раскрылись, командир повел всех за собой. Ковалев шел рядом с Ронном вышагивая с ним на одном уровне. Он рассказывал, что сделано было в этом удивительном городе за последнее время, рассказал, как Атлантида перемещается в пространстве, смущая и терзая умы людей от самой древности до далекого будущего. Атлантида была неуловима, дрейфовала в водах Атлантики еще в античности, потом вдруг всплывала однажды, переносилась в далекое время первой мировой, где человечество устроило бойню. Это не был один город, это была система подводных жизнеобеспечения для своих жильцов. Лишь челноки научились засекать люди в двадцатом веке, списывая это на пришельцев, которые интересуются жизнью людей на земле. Люди были большого мнения о себе, думая, что кому-то есть дело до их маленькой планеты, которую они загаживали и губили постепенно. Другие цивилизации хранили это место как заповедник, в котором развивалась отсталая цивилизация людей. Только на земле были такие ужасные войны, люди были просто невыносимы. Потому другие миры, молча, созерцали эту картину, их поражал эгоизм и дух войны, живущий в людях.
Что касается жителей Атлантиды, то это были вовсе не люди, это были схожие очень по внешней физиологии существа, белокурые гуманоиды, которые жили задолго на Земле, до рождения человеческих цивилизаций. Люди Атлантиды никогда не вмешивались в жизнь землян, тщательно скрывали свое присутствие от них.
– Пошли во дворец Артемиды, – говорил Ронн, зовя Ковалева осмотреть достопримечательность подводного города. Странный свет разгорался в глубине храма, светловолосые гуманоиды смотрели на молодого человека и улыбались, приглашая войти внутрь этого странного сооружения.
– Древние греки, имели с нами контакт давно. Именно отсюда они взяли все имена своих языческих богов. Зевс, Посейдон, Артемида, Афина. Все это обыватели нашего города.
Величественный гул катился по храму, музыка волновала сознание и душу Андрея, он чувствовал, что находится на грани понимания чего-то запредельного, новые тайны раскрывались ему из глубин дворца Артемиды. Дивный свет вещал человеку секреты жизни, счастья и бытия. В какой-то момент Ковалев перестал быть человеком, превратился в солнечный ветер, несущийся навстречу откровениям подводного города.