Офицер 1812 года

День четырнадцатый

Проснулся Андрей, когда в избе едва ли засинели светом окна. Снаружи светало. В доме же пока было темно и тихо. Все спали. Адвентов подумал о том, что произошло за эти дни. Он вспоминал вчерашний день, как ехал в повозке в неизвестную даль, что затерялась где-то между Калугой и Москвой. Русский офицер помнил также разговор с кучером Йя. Ему хотелось вернуться иногда в прошлое, тогда, когда он не был одинок, и когда рядом с ним была его невеста Катерина. Однако все прошлое кануло в пустоту. Сейчас была война, и Наполеон не собирался оставлять Россию, потому Андрею необходимо было также принять участие в сражениях в обороне за Москву. Потом в мысли к Андрею пришла Мила, она осветила его душу светом. Что-то радостное и счастливое ворвалось в его сознание, когда он нарисовал в своем мысленном воображении эту девушку.

Так Андрей лежал некоторое время, пока в доме не начали просыпаться хозяева. Мила проснулась первой. Потому она начала готовить завтрак всем гостям, а также членам своей семьи.

– Доброго утра, – произнес первым Андрей, когда девушка оказалась в непосредственной близости от его кровати.

– Ах, это вы… – девушка смущенно заулыбалась, – да, доброе утро и вам.

Затем начали просыпаться остальные. Кажется, что сегодня Андрей еще больше привязался к этой девушке, расположение веяло от ее облика. Однако он также помнил о том, что у него есть невеста. Потому Адвентов сдерживал свои чувства, и не пытался заигрывать с этой приветливой хозяюшкой дома.

После обеда они должны были ехать в Москву. Йя занялся лошадьми, покормил их. Андрей же достал из ранца свое обмундирование. Он почистил свои сапоги, проверил свое личное оружие. И просто морально, кажется, был уже готов опять начать воевать против французов.

Больше всего не хотелось Андрею Адвентову покидать этот дом, так как Мила вызывала у него теплые чувства, что возникают у юных людей, когда они влюбились с первого взгляда друг в друга. Однако Адвентов не был юн, однако был молод и статен.

Лучи солнца сначала едва ли коснулись верхушки деревьев и крыш домов. Алое светило поднималось все выше и выше, пока не пожелтело, и не стало приторно сверкать в осеннем небе. Рудня была теперь лишь в воспоминаниях Андрея, сейчас под Москвой выживший после комы он думал не о прошлом, а будущем. Искренний патриотизм горел в нем, и сам офицер желал защищать свою страну в любом случае. Он думал иногда о смерти, но не боялся ее. «Не всем же жить нам вечно, когда помирать придется» – так размышлял Адвентов о смысле жизни и том, что будет потом. Одинокое пребывание в коме, сделали молодого человека более зрелым по разуму. Воодушевление и радость наполняли сейчас душу Андрея, так как он вернулся назад в свой мир из грез и забытых реальностей комы.

Андрею чудилось, что он видел где-то раньше это, так как весь этот эпизод жизни напоминал ему дежа-вю. Невероятно сильные чувства вторгались в его душу, так как он, кажется, был влюблен сейчас. Далекие и смутные воспоминания приходили к нему на ум, каждый раз, когда он сталкивался зрительно глазами с Милой. Луч тайного счастья заливал душу светом от которого у молодого человека становилось радостно и волнующе. Кажется, что в такие мгновения душа Андрея превращалась в бесконечный заповедный край, который не был еще открыт людьми. В том краю жил мир комы, воспоминания Адвентова, а также свет новой любви в лице Милы.

Девушка вышла в сени, а затем во двор. Андрей, чуть помедлив, решил последовать за ней. Словно ненароком он прикоснулся к ней. Мила не отстранилась, а лишь залилась пунцовой краской на лице и опустила свои глаза, не смея посмотреть на Андрея.

Офицер поцеловал ее, обняв за талию. Андрей улавливал тот приятный девичий аромат, что источала Мила. Она была для него сейчас, как запретный плод, который нельзя было не сорвать. Девушка вздыхала в объятьях Адвентова, а потом отстранилась от него, чтобы не показаться доступной.

– Я тебя… – начал произносить медленно Андрей.

– Ничего не говори, – девушка приложила палец к губам русского офицера и зорко глянула на Адвентова.

Мила поспешила в хлев, гость следовал за ней. Там было свежо, в воздухе висел запах свежего сена. Еще здесь ощущался запах дерева и чего-то еще, что Андрей не мог определить сразу. Девушка, кажется, просто хотела отклониться от преследования молодого мужчины, и заняться своими делами, чтобы покормить в коровнике скот. Однако Адвентов опять уверенно и сильно взял ее за плечики, что девушка чуть затрепетала даже перед ним. Он же подвел ее к сеновалу, что источал воспоминания ушедшего лета. В этих ароматах лета они предались любви. Сказка исполнялась здесь наяву. Андрею чудилось же, что он уже не в амбаре, а где-то в бесконечных полях среди лета и жаркого лета. Парню казалось, что Милу он знал всегда и раньше, и сейчас и даже в будущем. В настоящем же времени не было никого кроме нее.

Ветер незримый и далекий приносил сюда воспоминания о лете, а русский русоволосый и мужественный офицер с силой наваливался на красивую Милу, стараясь доставить ей, максимум удовольствия и счастья в мире, где реальность стиралась и заменялась жарким полуденным забвеньем любви. Мила начала слегка стонать, по ее телу побежали мурашки. Андрей слегка улыбаясь, разглядывал ее, видел, как волосики на девичьи руках, начали топорщиться от волнения, словно, ей было очень холодно и она замерзла. Крестьянская девушка извивалась под ним и отдавалась напору и силе Адвентова. На уровне рефлекса Мила старалась синхронизировать свои действия с Андреем.

Бесконечный мир с полуденным солнцем в зените на лазурном небосводе не исчезал в сознании Андрея. Он почти явственно видел сочные зеленые долины, и речку, что издали, прорезала эти насыщенные цвета бескрайних долин тепла, лета и солнца. Еще молодой человек в этой сказке испытывал счастье и приливы любви, которые подобно нежному ветру набегали издали, чтобы освежить лицо человека.

Финал был довольно прозаичным. Девушка начала содрогаться от не то истомы, не то от судорог, крича от счастья, к которым привел ее Андрей Адвентов. Мила молилась шепча, и просила офицера на некоторое время отстраниться от нее. Потом благодарила его, целуя нежно в губы. Русский офицер стоял и смотрел на этот хлев, который был пропитан воспоминаниями о лете и лесе. В стоге сена лежала обнаженная Мила с легкой улыбкой на лице. Ножкой она чуть подрыгивала, глядя на Андрея, лицо выглядело умиротворенным и довольным.

– Спасибо, милый… – шепнула девушка на ухо; она вдруг ощутила, что ей позволительно было уже трогать Андрея своими руками и шептать ему на ухо всякие глупости, как самому родному человеку на земле.

– Мой, мой… – дотрагиваясь до офицера произнесла Мила.

Андрей слегка улыбался, гладил ее по щеке и волосам. Целовал ее иногда в изящную тонкую шею девушке, и рассказывал ей про будущее в котором он должен был принять участие. Он должен был воевать против Наполеона и вражеской армии, что стремительно наступал на Россию, все глубже и глубже проникая в пределы этой бескрайней страны.

День пятнадцатый

25 августа (6 сентября)

Самые любезнейшие заверенья произнес Андрей Адвентов напоследок Миле, обещая ей бракосочетание в Калуге, когда они прощались в селе. Однако война, иногда обманывает возлюбленных. Ведь он шел на войну, а она по-прежнему оставалась в Тарутино. Небо мелькнуло перед глазами солдата, а также те нестройные березы, что тянулись милями от села до самого Бородина, где и должно было начаться генеральное сражение русской и французской армии.

Сейчас Адвентов был в седле, и поспешно пытался успеть до начала сражений. Однако он опоздал. Зловещие выстрелы и канонада артиллерии гулом летела над Бородинским полем. Клубы дыма и картечи висели над равниной облаком плотной пелены. Возможно, что это была величайшая битва народов в истории, ибо никогда раньше не было столь кровавых столкновений. Андрей был без мундира, однако, это никак не помешало ему вступить в бой. И даже те раны пошли ему на пользу. Офицер прицелился и выстрелил в бегущие отряды французов, что эшелоном шли насупротив русских бойцов. Кутузов был отличный полководец, впрочем, и Наполеон был силен и полон решимости завоевать Россию и Москву. Что-то фаталистическое и неизбежное развертывалось тут.

Находясь, как бы в сторонке от основных сил сражающихся, Андрей Адвентов отстреливался завоевателей, что шли полками среди лесов и изумрудных долин. Шумливые березы шептали песни ветра, когда лавины ветра прилетали сюда из глубин пределов.

Истерзанные и без того длительными столкновениями с неприятелем русские начинали отступать. Бородино было для них, как эпопея их поражения, где под бесконечным небом гибли те, кто должны были жить. Безжизненными и даже как бы остекленевшими глазами мертвецы взирали в небесные хоромы будущих домов, где должна была начаться новая жизнь солдатов.

Андрей слонялся до самой ночи в этом измерении среди груд убиенных на поле сражения, надеясь примкнуть к какому-либо полку или партизанскому отряду. Ночь поглотила все: истерзанные пулями и картечью тела людей, пологий далекий лес, забытые деревушки и неизменное стабильное небо, что реяло над столь неспокойной землей.

В часу одиннадцатом, когда небо помрачнело от темноты и сплошной гряды облачных масс, что пришли издали потаенного мира, Андрей Адвентов уезжал с поля битвы на скрипучей телеге, где крестьяне подбирали раненных и выживших. Кони низкорослые влачили на оглоблях повозку, где был кучер-крестьянин, четверо раненных солдат в мундирах и Андрей, с тоской глядящий в темноту Бородинских окрестностей.

Конец ознакомительного фрагмента.

Текст предоставлен ООО «Литрес».

Прочитайте эту книгу целиком, купив полную легальную версию на Литрес.

Безопасно оплатить книгу можно банковской картой Visa, MasterCard, Maestro, со счета мобильного телефона, с платежного терминала, в салоне МТС или Связной, через PayPal, WebMoney, Яндекс.Деньги, QIWI Кошелек, бонусными картами или другим удобным Вам способом.