Гектар счастья

Все герои и события в этой книге – плод воображения автора. Любые совпадения с реальными людьми, местами или событиями случайны.

Пролог

Москва. Август. Вечер, пахнущий горячим асфальтом и усталостью большого города.

Анна шла быстро, почти на цыпочках, лавируя между людьми в подземном переходе у Тверской. Впрочем, из-за туфель на тонком каблуке это больше походило на стремительное цоканье, а не на бег.

На ней был яркий малиново-красный брючный костюм – строгий, но дерзкий, подчеркивающий загар на ее коже. Белая шелковая блуза чуть светилась в свете рекламных экранов. У Анны были длинные, прямые светло-русые волосы, собранные в аккуратный хвост, и большие зеленые глаза с легким прищуром женщины, которая давно поняла, что в этом городе выживает только тот, кто держит спину прямо и телефон заряженным.

Ей было тридцать пять. Стройная, с осанкой танцовщицы и лицом, на котором часто отражались усталость и жажда новой высоты одновременно.

Сегодня она мечтала лишь об одном – упасть лицом в подушку. Но впереди был ужин. И звонок.

Телефон загудел в руке, высветив имя: Артем.

– Аня, ты долго еще? Я заказал тебе буррату и белое.

Она улыбнулась. Голос мужа всегда действовал на нее, как бальзам.

– Почти пришла, – сказала она. – Слушай, а у тебя нет завала на работе? Смог бы поехать со мной на Камчатку? Мне, кажется, понадобятся твои сильные руки для чемоданов… и моральная поддержка.

На том конце провода послышался смешок:

– Для тебя всегда найду время.

Артем сидел на летней веранде ресторана, чуть откинувшись на стуле. Его темно-русые волосы были коротко подстрижены, но всегда чуть взъерошены, словно он только что снял строительную каску. Высокий, под метр девяносто, с атлетичным телом человека, который много работает руками, но и спортом не пренебрегает.

У Артема были светло-карие глаза, в которых отражалась ирония и безмятежность. Он носил простую серую футболку, подчеркивающую широкие плечи, и темные джинсы. В нем было что-то цельное и надежное, как в хорошей архитектурной конструкции – все продумано, но без лишней вычурности.

Он поднял глаза и увидел Анну, стремительно приближающуюся к столику.

– Ты похожа на женщину, которая хочет сбежать от мира, – сказал он, вставая ей навстречу.

– Я похожа на женщину, которой остался один шаг до партнерства в агентстве.

– И до срыва, – усмехнулся он, кивая на ее руку, все еще сжимающую смартфон.

Анна села, скинула пиджак на спинку стула и сделала глоток вина.

– На Камчатке, кстати, всего +16.

– Отлично. Меньше духоты, больше свежего воздуха. Я уже мечтаю.

Они оба рассмеялись, еще не зная, что через несколько недель будут стоять на берегу океана, вглядываясь в горизонт, где вулканы касаются облаков. И что там, на краю света, начнется их совершенно другая жизнь.

Глава 1.

Самолет заскрипел шасси о бетонную полосу, и Анна едва заметно вздрогнула. Не от страха – от усталости и напряжения последних недель. За восемь часов перелета она чувствовала себя так, словно готовила не презентацию, а грузила контейнеры с красной икрой.

Она провела ладонью по лицу, делая глубокий вдох. Артем, сидевший у иллюминатора, повернулся к ней, глаза горели, как у ребенка:

– Смотри, вулканы! – сказал он шепотом, полным восторга.

Анна взглянула в окно. Сквозь прорехи в облаках виднелись вулканы – огромные, черно-серые, со снежными пятнами, словно седина на висках. Они казались величественными и чуть пугающими, как стражи у края земли.

– Красиво, – сказала она устало. – Но на вид уже холодно.

– Холодно – это хорошо, – отозвался Артем. – Здесь хотя бы никто не толкается локтями.

Они сошли по трапу, и прохладный воздух обдал их свежестью и легкой сыростью. На электронном табло над выходом мерцали цифры: +13°С. После московской жары августовская Камчатка ощущалась почти как поздняя осень.

Анна подняла воротник пальто, оглядываясь.

Аэропорт Елизово встречал их пространством, в котором хотелось говорить шепотом. Высокие стеклянные стены, много воздуха и света, бетонные поверхности с теплым серым отливом. Все казалось минималистичным, сдержанным, и в то же время – величественным. Ни одной лишней детали.

– Офигеть… – прошептал Артем, останавливаясь посреди зала. – Посмотри, какая геометрия. Какая простота. Это же Сильвестрин во всей красе.

Он провел рукой по гладкой бетонной стене.

– Тут все как будто сделано, чтобы человек чувствовал себя частью природы, а не в клетке. Эти материалы, свет… Это словно камень, который шлифовали ветром и дождем тысячи лет.

Анна крутила головой, отмечая про себя детали.

– Похоже на музей современного искусства, – сказала она. Она вдохнула. В воздухе витал едва уловимый запах моря, соли и чего-то свежего, будто утренний бриз.

– Это пахнет приключением, – усмехнулся Артем.

Они шли по коридору к зоне выдачи багажа. Артем все рассматривал с профессиональным интересом – светильники, текстуры стен, даже навигационные таблички.

Анна молчала. В голове у нее крутился список дел: последние штрихи к презентации, встреча с заказчиками, ужин с командой. И – главное – та самая беседа, которая должна была состояться после проекта. Обещание о партнерстве, которое держало ее в этой бешеной гонке все последние месяцы.

Она нахмурилась.

– Только бы все прошло идеально… – пробормотала она.

– Пройдет, – спокойно сказал Артем. – Ты же лучшая в том, что делаешь.

Анна лишь кивнула. Не хотелось говорить о страхах вслух – особенно здесь, где даже стены, казалось, призывали к молчанию и покою.

Они подошли к ленте багажа. Чемоданы выехали почти сразу – два черных кофра, которые казались слишком большими для пары, летящей всего на неделю. Артем легко снял их с ленты, и Анна поймала себя на том, что снова испытывает к нему благодарность за его молчаливую надежность.

– Все, пошли, – сказал он. – Я хочу увидеть вулканы поближе. И океан. И медведя. Хотя бы одного.

Они вышли из здания аэропорта, и холодный ветер тронул волосы Анны. Над серой равниной, в просветах облаков, маячили вулканы – как черные клыки в свинцовом небе. Воздух пах океаном, сыростью и свободой.

Анна остановилась, вглядываясь в горизонт, и глубоко вдохнула.

– Если бы мне полгода назад сказали, что я окажусь здесь… я бы рассмеялась.

Артем положил руку ей на спину.

– Иногда самые лучшие перемены приходят неожиданно.

Он смотрел вдаль, туда, где под клубами облаков дремали вулканы. И именно там начиналась их новая история, о которой они еще даже не догадывались.

Глава 2.

Таксист, невысокий мужчина в темной бейсболке, бросил их чемоданы в багажник с ловкостью фокусника и включил в салоне «Радио Камчатка». Из динамиков тихо начал петь женский голос.

Анна втиснулась на заднее сиденье и тут же достала ноутбук.

– Я должна успеть дочистить презентацию, – пробормотала она, даже не взглянув в окно. – И еще проверить медиаплан. И тексты. И все остальное.

Она быстро застучала пальцами по клавишам. Экран светился диаграммами, графиками и слоганами про «икру премиум-класса, рожденную Камчаткой».

Артем сел рядом, вытянул шею, прижимаясь к стеклу. Машина выехала из аэропорта и сразу нырнула в мир вулканов и низкого неба.

С одной стороны тянулись леса, мокрые после дождя, темно-зеленые, почти черные. С другой, за поворотами шоссе, открывались серо-стальные волны океана. На горизонте стояли вулканы – коронованные шапками снега, с отвесными склонами, над которыми крутились белые облака.

– Боже… – выдохнул Артем. – Тут же все другое. Даже воздух другой.

Анна не оторвала взгляда от ноутбука:

– Пожалуйста, не разговаривай со мной сейчас. Мне надо сосредоточиться.

– Но посмотри хотя бы на океан. Ты только посмотри, какие волны…

Анна моргнула, мельком взглянула в окно – серый, хмурый океан вздымал валы, подгоняемый ветром, будто дышал глубоко и тяжело. Но через секунду снова вернулась к экрану.

– Океан подождет. А презентация – нет.

Такси въехало в город. Петропавловск-Камчатский встречал их невысокими домами, рекламой рыболовных компаний, узкими улочками. Все выглядело словно игрушечным на фоне гигантских вулканов за спиной.

Отель, куда они направились, стоял прямо на первой линии Авачинской бухты. Назывался он «Камчатский Берег» – небольшой, светлый, всего в четыре этажа.

Фасад был из светлого дерева и стекла. Внутри пахло свежим кофе, еловой смолой и морским ветром, который залетал через автоматические двери. В лобби стояли кресла, обтянутые бежевой тканью, горела каминная имитация. На стенах висели большие фотографии Камчатки: вулканы, медведи, рассветы над океаном.

На ресепшн их встретила девушка в ярко-синем жакете.

– Добро пожаловать! Ваш номер с видом на бухту.

Артем засиял:

– Вид на бухту – это прекрасно.

Анна лишь вежливо кивнула и подписала бумаги. В голове у нее гудели цифры, сроки, имена менеджеров.

Номер оказался просторным, с большими окнами во всю стену. С балкона открывался вид на воду: стальные волны накатывали на берег, на горизонте маячили рыбацкие суда, над водой висели тучи, иногда расползаясь, впуская полоски солнца. Вдалеке поднимались вулканы, словно исполины из другого мира.

Артем распахнул балконную дверь, вдохнул воздух и сказал:

– Вот за этим стоило лететь полмира.

Анна поставила чемодан у стены и вытащила ноутбук.

– У меня завтра презентация. Я останусь работать. И, пожалуйста, не мешай мне… хотя бы пару часов.

– Хорошо, – сказал Артем. – Я схожу прогуляюсь. Но потом ты обязана хотя бы немного это увидеть.

Анна махнула рукой, уже полностью поглощенная таблицами и слайдами.

Артем вышел из отеля в свежий ветер.

Слева шумел океан. Волны били в камни с тяжелым рокотом. На горизонте плыли белые кораблики – рыболовецкие траулеры, будто детские игрушки в гигантском аквариуме.

Воздух пах солью, йодом, водорослями. Легкая морось висела в воздухе, ложась прохладными каплями на лицо.

Артем шел вдоль берега, не сводя глаз с вулканов. Они стояли недвижимые, как древние титаны. Их склоны были черные и серые, со снежными шапками. Сквозь облака иногда пробивались солнечные лучи, выхватывая кусочки леса или освещая воду серебряным светом.

Ветер то стихал, то снова налетал порывами, хлестал одежду, трепал волосы.

Артем остановился на пирсе, положил руки на холодные перила и просто смотрел. Океан казался бесконечным, и в шуме прибоя было что-то успокаивающее и могущественное.

Он достал телефон, сделал несколько фото, но почти сразу убрал его обратно. Все казалось слишком живым, чтобы запереть это в кадре.

Он закрыл глаза и вдохнул полной грудью.

И в этот миг вдруг понял: он хотел бы остаться здесь подольше. Пусть даже ненадолго. Пусть даже просто, чтобы смотреть, как дышит океан.

Глава 3.

Артем вернулся в номер поздно вечером, пропитанный запахом соли и ветра. Он тихо открыл дверь и остановился на пороге, улыбнувшись.

Анна спала прямо на кровати, в одежде, с ноутбуком в объятиях. Вокруг нее на одеяле были раскиданы листы бумаги: распечатки с диаграммами, тезисы речи, сметы. На экране ноутбука мерцали цифры и заголовок презентации: “Икра премиум-класса. Камчатка как бренд.”

Артем осторожно снял с нее ноутбук, положил его на столик, собрал бумаги в аккуратную стопку и накрыл Анну пледом. Она сонно вздохнула и свернулась клубком, спрятав лицо в подушку.

Артем с минуту смотрел на нее – ее лицо, утомленное, но по-своему прекрасное, и светлые волосы, упавшие на щеку. Потом медленно отошел к дивану.

– Спи. Завтра твой день, – прошептал он.

Он лег на диван, стараясь не шуметь. Ветер с бухты шумел за стеклом, в ночи перекликались чайки. Камчатка дышала рядом – могучая, суровая, и в то же время манящая какой-то непонятной свободой.

Артем проснулся с рассветом. Небо за окном горело мягкими розово-фиолетовыми красками. Легкая дымка стелилась над водой. Он встал тихо, заказал завтрак в номер – у Анны был аппетит, но только тогда, когда она вспоминала, что надо есть. Он ткнул пальцем в меню в приложении отеля: омлет с икрой, тосты, сырники, кофе, фрукты. Пусть будет всего понемногу – вдруг ей захочется хоть чего-то.

Сам он надел спортивные штаны, накинул ветровку и выскользнул из номера.

Он бежал вдоль бухты. Ветер хлестал лицо, но воздух был свежий и бодрящий. Вода блестела, словно жидкое серебро, солнце медленно поднималось над вулканами. Каждую минуту небо меняло цвет – от фиолетового до золотого.

Он чувствовал себя частью этого пространства. Его шаги глухо отбивались от деревянных досок пирса. Иногда ветер приносил крики чаек и запах рыбы от рыбацких судов.

Он пробежал пару километров и остановился на берегу. Стоял, тяжело дыша, и смотрел, как солнечные лучи режут пенные валы океана. Вдали вулканы мерцали в легкой дымке, словно нарисованные.

– Как же красиво, – сказал он себе. – Как будто находишься внутри открытки.

Когда Артем вернулся, в номере пахло горячим кофе и теплыми сырниками. Анна уже сидела за столиком у окна, держа вилку в одной руке, а в другой телефон. У нее было сосредоточенное, почти грозное лицо.

– Ты куда убегал? – спросила она, даже не поднимая глаз.

– На пробежку, – сказал Артем, снимая ветровку. – Тут такой рассвет был! Вулкан весь в розовом свете, как торт со взбитыми сливками. А в бухте море сияет, будто зеркало…

Анна отмахнулась:

– Мне бы твои метафоры. У меня сегодня презентация. На кону – моя жизнь.

Она сделала глоток кофе, и только тогда чуть смягчилась.

– Спасибо за завтрак. Хотя бы об этом я не думаю.

Артем присел напротив.

– Все пройдет идеально. Они сойдут с ума от твоей презентации.

Анна нервно убрала волосы за ухо.

– Знаешь, Артем… Я так этого хочу. Стать партнером. Хватит работать за всех и оставаться в тени. Я хочу доказать, что могу сама все вытащить.

– Ты и так все вытащишь.

Она только усмехнулась, но в глазах мелькнуло тепло.

Через полчаса они стояли у входа в зал местного бизнес-центра – небольшого, но стильного здания в центре города, со стеклянным фасадом и видом на бухту.

Внутри пахло свежим деревом и кофе. По периметру зала были расставлены стенды с фотографиями рыбных заводов, банками икры, картами Камчатки. На экране мерцала заставка: “Камчатка – сердце премиум-продукта.”

Анна быстро осмотрела сцену, проверила микрофон, слайды. В ее движениях чувствовалась энергия, граничащая с нервозностью. Артем стоял чуть в стороне, наблюдая, как она включается в работу, как ее голос становится уверенным и звонким.

Презентация началась.

Анна вышла на сцену в ярком костюме, под свет софитов. Заговорила так, что в зале повисла тишина. Ее голос был твердый, энергичный.

– Камчатка – это не просто география. Это вкус, который знает весь мир. Это история, качество и гордость. Наш проект делает акцент на том, чтобы превратить камчатскую икру в уникальный бренд. Чтобы на мировом рынке говорили: “Это икра с Камчатки – значит, лучше быть не может.”

Она показывала слайды с цифрами, диаграммами, фотографиями вулканов и красной икры, стекающей с ложки. Говорила о стратегии продвижения, о рынке Японии и Кореи, о премиум-упаковке.

Каждое ее слово было как выстрел – четкое, продуманное, уверенное.

Артем видел, как глаза в зале начинали блестеть – представители компании кивали, делали пометки, перешептывались.

Когда Анна закончила, зал взорвался аплодисментами.

После презентации к Анне стали подходить сотрудники компании – мужчины в строгих костюмах и женщины в деловых платьях, с аккуратно уложенными волосами и визитками наготове. Их манеры были подчеркнуто деловымы.

– Вы говорите так, будто сами выросли на Камчатке, – сказал мужчина в темно-синем пиджаке, с густыми темными бровями. – Ваша подача – просто высший класс. Это было очень профессионально.

– Вы прямо душу нашего края передали, – добавила женщина в сером брючном костюме, с тонкой золотой цепочкой на шее. – Мы рады, что вы работаете с нами.

Анна улыбалась, благодарила, пожимала руки. Она чувствовала себя на гребне волны. Все шло идеально.

И тут к ней подошел Григорий Степанович. Высокий, в идеально сидящем черном костюме, с чуть прищуренными глазами и легкой полуулыбкой. Он слушал всю ее презентацию, стоя у стены, скрестив руки на груди.

– Ну что, Анна, – сказал он, чуть коснувшись ее локтя. – Блестяще. Просто блестяще.

Она улыбнулась шире. Сердце заколотилось.

– Спасибо, Григорий Степанович. Я старалась. Для меня это проект года.

Он кивнул, но в голосе его вдруг появилась другая интонация – чуть лениво-скептическая, как будто он вел неофициальный допрос.

– Знаешь, что мне особенно понравилось? Твой спич про Камчатку как бренд. Очень свежо. Но, – он сделал паузу и взглянул на нее чуть сверху вниз, – ты ведь понимаешь, что большие клиенты – это всегда командная работа. Ты умеешь работать в команде, Анна?

– Конечно, умею. – Она улыбнулась, но улыбка чуть задрожала.

– Вот и отлично, – сказал он, похлопав ее по плечу. – Главное – не забывай, что ты часть компании. У нас ведь никто не вырывается вперед в одиночку, правда? И помни: новые лица в команде – это всегда благо. Нужна свежая кровь. Для будущего агентства.

Он сказал это очень мягко. Слишком мягко.

Анна почувствовала, как внутри все сжимается. Она не понимала, откуда взялся этот холодок. Все ведь прошло прекрасно. Но в его словах была скрытая угроза – как будто ее заслуги уже начали обесценивать.

Григорий Степанович чуть склонил голову.

– Ладно. Иди отдыхай. Завтра будем обсуждать дальнейшие шаги. Я тобой доволен. – Он кивнул ей и ушел прочь, уже разговаривая с каким-то молодым человеком в темном костюме.

Анна проводила их взглядом. Внутри у нее вдруг зазвенел тревожный колокольчик.

Вечером Артем настоял на ужине в ресторане.

– Ты заслужила праздник, – сказал он, открывая перед Анной дверь небольшого заведения с панорамными окнами, выходящими прямо на Авачинскую бухту.

Темные стены, мягкий свет ламп, стеклянные люстры, от которых на белых скатертях танцевали блики. За окнами медленно темнело небо, а вода все еще мерцала отблесками последних лучей солнца.

Они сели у окна. Артем заказал красную рыбу, морские гребешки и бокалы белого сухого. Анна почти не притронулась к еде. Она вертела вилку в пальцах, то и дело поглядывая в бокал.

Артем не унимался:

– Все были в восторге, ты это видела? Ты их сразила. Даже я, хотя все это слушал десять раз дома, – он улыбнулся. – Ты там стояла, вся такая яркая, дерзкая. И зал просто ловил каждое слово.

Анна попыталась улыбнуться, но взгляд ее был устремлен куда-то мимо него.

– Все прошло хорошо. Но… – Она чуть опустила голос. – У Григория Степановича был странный тон. Как будто он… предупреждал меня.

Артем поднял брови.

– В смысле?

Анна поколебалась.

– Сказал, что никто не вырывается вперед в одиночку. Что “новые лица” – это благо. Как будто намекал, что на мое место уже есть кто-то другой.

Артем отмахнулся:

– Да брось. Просто начальники любят говорить туманные фразы. Чтобы чувствовать себя важными. Ты все сделала идеально.

Анна пожала плечами. Она хотела бы в это верить. Но тревожный колокольчик внутри все звенел и звенел.

После ужина они решили вернуться в отель пешком.

Город медленно засыпал. Ветер с бухты был прохладный, пахло водорослями. Луна поднималась над вершинами вулканов, вырезая их контуры на темном небе. Свет фонарей отражался в мокром асфальте, как в зеркале.

Артем шел рядом, заглядывая в лица прохожих, в витрины маленьких магазинчиков, где за стеклом мерцали сувениры с изображениями медведей, вулканов и красной икры.

Анна почти молчала. Она замечала красоту вокруг, но все казалось отдаленным, нереальным – как декорация к чужому фильму.

Шум прибоя перекликался с криками чаек. На горизонте мерцали огоньки рыболовецких судов. Где-то вдали дымились вулканы, как гигантские исполины, которые наблюдают за городом с бесконечным терпением.

– Слушай… – вдруг сказал Артем. – Может, останемся здесь подольше? Возьмем машину, поездим по полуострову. Тут же красота неимоверная.

Анна едва заметно улыбнулась.

– Посмотрим, – сказала она тихо.

В номере Анна долго не могла уснуть. Она сидела в кресле у окна, завернувшись в плед.

Артем уже спал, размеренно дыша.

Анна смотрела в темноту, за которой едва угадывались огоньки бухты. В голове все время крутился разговор с Григорием Степановичем. Его мягкий голос. Его взгляд чуть сверху вниз. И особенно – та фраза: “Новые лица в команде – это всегда благо.”

Она попыталась вспомнить молодого человека в темном костюме, к которому тот подошел сразу после разговора с ней. Высокий, с коротко стриженными темными волосами, уверенный, с блеском в глазах.

И тут до нее дошло. Холодным, ледяным уколом.

Это же был его сын.

Всплыл тот самый разговор, еще в Москве. Григорий Степанович за закрытой дверью говорил о том, что хочет “постепенно вводить в агентство людей, которым доверяет лично”. Тогда Анна не придала значения. А теперь все встало на свои места.

Она поняла, почему его слова звучали как угроза. Почему в его взгляде сквозила снисходительность.

Анна встала, прошлась по номеру туда-сюда, зацепив ногой стул.

Партнерство ей не светит. Никогда.

Все, ради чего она пахала без выходных, оставалась допоздна, спасала проекты, не спала ночами – все это вдруг показалось бессмысленным. Ей захотелось закричать, но она лишь сжала губы и закрыла глаза.

И в той тишине, среди далекого шума прибоя, Анна впервые за долгое время почувствовала, что устала до самой глубины души.

Глава 4.

Утро началось как всегда. Солнечные лучи пробивались сквозь плотные шторы, воздух пах морем и свежестью, и даже ветер стих, словно давал городу немного передышки.

Анна сидела за ноутбуком в ресторане при отеле, где звенели ложки о чашки и официанты мелькали между столами. Ее пальцы быстро стучали по клавишам. Она дописывала финальные заметки к проекту, внося правки в отчеты и медиапланы, словно в этом упорстве могла удержать привычный порядок своей жизни.

Артем принес ей кофе.

– Может, сделаем сегодня себе выходной? – спросил он осторожно. – Поедем на вулканы или в горячие источники?

Анна даже не подняла глаз.

– Я должна быть на созвоне. Григорий Степанович сказал, что свяжется утром. Все решится сегодня.

Артем вздохнул и отошел к окну.

Звонок поступил в одиннадцать.

Григорий Степанович говорил с той самой мягкой вежливостью, которая всегда казалась Анне сигналом опасности.

– Анна, привет. Отлично выступила вчера. Мы все в агентстве гордимся тобой. Ты настоящий профессионал.

– Спасибо, Григорий Степанович. – Она села ровнее, сжав пальцы в кулак под столом.

– Слушай… – Он сделал короткую паузу. – Мы тут с коллегами долго обсуждали твои успехи и в целом развитие агентства. Проект на Камчатке получился громкий, мы много о нем говорим. И это здорово.

Анна кивнула, хотя он не мог ее видеть. В груди колотилось сердце.

– Но мы приняли решение. Партнером агентства в этом сезоне станет Александр Григорьевич.

Анна замерла. Удар был неожиданным, хоть она и готовила себя к плохим новостям всю ночь.

– Александр… Григорьевич? – переспросила она, чувствуя, как холод подступает к коже.

– Да, – подтвердил Григорий Степанович. – Он отлично себя показал на последних проектах. Молодой, энергичный.

Анна попыталась что-то сказать, но язык словно прирос к небу.

– Но ты не переживай, – продолжал он ровным тоном. – Мы рассчитываем на тебя. Ты по-прежнему ведущий специалист. Просто в этот раз партнерство – это стратегический шаг. Ничего личного.

Ничего личного.

Эти слова ударили сильнее всего.

– Я… – Анна услышала собственный голос, глухой и чужой. – Но ведь я вела проект. С нуля. Я все вытянула одна. Я…

– Анна, ты прекрасно работаешь. Но не все решает один человек. Агентство – это система. А партнерство – это про доверие. Ты же понимаешь?

Она молчала.

Григорий Степанович вздохнул:

– Отдохни пока пару дней, и выходи на работу, как прилетишь в Москву. У нас на подходе новые клиенты.

Он повесил трубку.

Анна сидела, уставившись в стол. В шуме ресторана все звучало приглушенно, словно она смотрела на мир через толстое стекло.

Артем вернулся и увидел ее лицо.