Печать демона
- -
- 100%
- +
- Это освящённая роса, собранная на рассвете Дня Света. Пусть он напоминает тебе о моих чувствах и убережёт на полях сражений. Я прошу только об одном: если вернёшься, дай знать, можно ли мне рассчитывать на взаимность. Я буду ждать.
Эрэгинд в этот волшебный момент не мог не поддаться чарам красотки. Он потянулся к ней, как страждущий в зной путник к водам прохладного ручья. Сладкий аромат ванили и розового масла её духов пробудили неиспытанное доселе ощущение чувственного томления. Неискушённый в амурных делах эльф впервые готовился поцеловать девушку, её накрашенные малиновой помадой губы стали вдруг до боли желанными, он уже ощутил на коже её горячее дыхание…
- ЭЛДАНУОЛ! ОТСТАВИТЬ! Проклятый дезертир, почему ты до сих пор не на сборном пункте!
Эрэгинду показалось, что в один неразличимо кратккий миг он из небесных чертогов альвов рухнул в холодную тьму Бездны. Чья-то сильная рука с железным хватом ухватила его за локоть, словно железными клещами, и как следует встряхнула.
- Но… Моя девушка пришла проститься со мной.
Кнориас Элларн с перекошенным от злобы лицом погнал его на площадь, будто вора, пойманного на месте преступления.
- Будешь целовать девок, если вернёшься с войны. И не в гробу. – Зло прошипел королевский страж на ухо смятённому парню.
- НЕТ! Подождите! Ради всех альвов! Прошу, умоляю! НЕ-Е-ЕТ!!! - Замфирэль забилась в истерике, пытаясь пробиться сквозь толпу к любимому.
Но идущий следом конвоир безжалостно оттолкнул её в сторону древком квэордэ.
- ЭРЭГИНД!
Новобранец только раз обернулся и поймал взгляд той единственной, которая смогла пробудить в нём возвышенные чувства.
Суждено ли сбыться их счастью? Кто знает. Вопреки всему, они будут верить, надеяться и ждать.
***
- Вы пойдёте со мной, юноша.
Янтарно-жёлтые глаза незнакомца под капюшоном синей мантии без остатка заполнили сознание. Гипнотический взгляд полностью погасил волю.
Тэлс с ужасом осознал, что выпускает из объятий всё ещё спящую Наинлит и осторожно укладывает её на скамью.
Любимая лишь слабо пошевелилась.
Сердце уколола ледяная игла.
- «Ну, вот и всё. Злой рок неумолим».
Парень сразу всё понял и не пытался сопротивляться, на прощание нежно поцеловав в губы.
- «Прощай, любимая. Видимо, не суждено сбыться нашему счастью. Но мы всё равно будем вместе. В вечности».
В горле стоял ком, глаза заволокли слёзы.
Таэлнас душераздирающим усилием воли запретил себе думать, что последний раз видит девушку, любовь к которой стала смыслом его жизни.
- Прощай. - Едва слышно прошептал юноша, прежде чем проследовать за магом.
***
Площадь перед Залом Собраний, до отказа забитая перепуганными, растерянными рекрутами, гудела, как потревоженный улей.
Королевские стражники, словно сторожевые псы вокруг стада овец, тумаками и пинками сгоняли новобранцев ближе к возвышению, наспех собранному из подручных материалов, где стоял грозный шрамоликий офицер. В руках он держал развёрнутый свиток с именами призывников.
Через некоторое время на помост взошёл маг в синей мантии. Он что-то коротко сообщил офицеру, тот довольно кивнул и выкрикнул приказ.
Над площадью разнёсся чистый звон медного гонга. Удары, ритмично повторяясь, стихли, только когда толпа прекратила галдеть.
В этот момент раздался зычный голас комиссара, слышимый далеко окрест:
- Внимание! ВНИМАНИЕ! Верные подданные Его Величества короля Дэлостриана Мильвэннола! Семь дней назад проклятый Малкорат вновь атаковал Думэолот. Наши доблестные пограничные стражи истекают кровью в неравном бою, но сражаются, не щадя жизни, без числа истребляя орочью нечисть.
Офицер-рекрутёр пустил в ход откровенную пропаганду, но отчаянные времена требовали отчаянных решений. Эльфы, хоть и жили долго, но, в отличие от орков, размножались очень-очень плохо. Большинство эльфиек за свою жизнь рожали максимум двух детей, и потеря хотя бы одного из них была невосполнимой утратой.
Набор рекрутов в Саороланте всегда проводился очень медленно, поэтому легендарный король Эувэльфаст Оркобоец ввёл строго обязательный призыв самых сильных и выносливых юношей. И такой подход полностью оправдал себя. Несмотря на многочисленные акты саботажа и даже вооружённого неповиновения, с чудовищной жестокостью усмирённого королевской стражей, местные общины в конце концов смирились с обязательной мобилизацией, уклониться от которой, благодаря привлечению магов, стало невозможно. На категории призывников распределяли при достижении подросткового возраста, когда тело юноши уже окрепло и сформировались личные качества. Поэтому списки рекрутов составлялись заранее и раз в пять лет на специальных сборах проводились смотры.
Мобилизационный комиссар долго и пафосно вещал народу о тяжелом положении на фронте, апеллировал к исторической памяти, напоминая о героических деяниях легендарных королей, от Аксэрлида Беглого Клинка до Инвэктиола Стратега, взывал к свободолюбивому духу, чести и гордости эльфийской расы, а также, бессовестно искажая факты, утверждал, что «победа близко», «ещё немного – и орки побегут в свои грязные норы зализывать раны», что сама «Мать Вэнтола заповедала оборонять священную родную землю» (очередное враньё – эльфийские племена, заселившие Лландион семнадцать веков назад, были изгнаны альвой Вэнтолой из острова Альвингэофт, легендарной райской земли на восточной стороне Моря Радужных Бликов, за категорическое нежелание смириться с участью смертных).
Все эти жалкие потуги, естественно, были безуспешны: толпа встретила речь рекрутёра гробовым молчанием. Хотя ход боевых действий был строжайше оберегаемой государственной тайной, интуитивно люди понимали: дела плохи, рано или поздно орки их добьют.
Внезапно офицер умолк и отдал команду помощнику. Тот передал её солдатам.
Толпа затравленных рекрутов пришла в движение. Их, словно скот в загон, оттесняли за постамент, освобождая свободное место. Вновь заголосили женщины, поднялся шум и гам, быстро погашенный аккордами гонга. Когда «пятачок» перед помостом наконец зачистили, его заполнил взвод стражников с квэорде наперевес, и комиссар начал зачитывать фамилии новобранцев.
Их вызывали по одному и выстраивали колонной в центре площади, лицом к помосту с комиссаром. В списке значилось сто шестьдесят восемь имён.
Как только сбор был закончен, солдаты разогнали толпу с прилегающего к тракту переулка, где на обочине дороги, обрамлённой со всех сторон высокими липами, стояли повозки-омнибусы. Рекрутов сразу же погнали к ним. Погрузку завершили быстро. В каждом фургоне разместилось по десять новобранцев, которых охраняли по два солдата: один на козлах рядом с возницей, второй сзади, на запятках. Последними покинули площадь офицеры во главе с комиссаром и маги.
Кортеж повозок без промедления тронулся в путь.
Всё произошло слишком быстро, жители Бафорта просто не успели оправиться от шока.
Но вот от толпы отделилось несколько эльфиек, потом ещё и ещё. Они бежали за фургонами, выкрикивая имена родных и близких, пытаясь увидеть их ещё хоть раз.
И ещё раз попрощаться. Может быть, навсегда.
***
Наинлит переживала худший день в своей жизни.
Даже ночь в проклятом лесу, битва с волками и видение Чёрного Всадника теперь казались полузабытыми кошмарами по сравнению с грядущим расставанием.
Душу томило слепое желание ещё раз увидеть Тэлса, заглянуть в его глаза, обнять и поцеловать, повторить стократно произнесённые клятвы любви и верности.
Она бежала в веренице таких же, как сама, безутешно скорбящих.
Крики, вопли, стоны, всхлипы.
Перегруженные омнибусы, даже по мощёному камнем тракту, тащились медленно, легконогии эльфийки настигли их быстро.
Некоторые рекруты, услышав знакомые голоса, высовывались в проём между бортами и парусиновой крышей, но королевские стражи не дремали, заталкивая их обратно древками глеф. Самым смелым и отчаянным эльфийкам удавалось прорываться к экипажам и даже касаться рук родных и любимых, которые тянулись навстречу. Но королевские стражи не знали жалости и сострадания, отталкивая их древками глеф.
- ТЭЛС! ТЭЛС!
Наинлит бежала со скоростью лани, спасающейся от пожара. Она проверила уже пять повозок, но любимый пока не отзывался. Девушка пыталась не замечать ни страданий других женщин, ни бездушной жестокости солдат.
- ТЭЛС!
- НАЛИ! Я здесь!
Мир вокруг замер и остановился, а кровь в сердце закипела.
Она бросилась к ближайшей повозке. Прямо перед её лицом древко квэордэ с громким хрустом сломало нос молоденькому эльфу с густыми светло-бурыми волосами, слишком далеко высунувшемуся навстречу даме сердца. Капли брызнувшей крови Наинлит ощутила левой щекой. Несчастный громко вскрикнул, и завалился внутрь.
- НАЛИ!
- Дорогой, я здесь!
Ни мига не колеблясь, эльфийка дикой кошкой прыгнула на повозку, ухватившись за бортовые поручни. И тут же увидела прямо перед собой его печальные глаза, затмившиеся от безнадёжной тоски. Он обхватил её плечи. Уста влюблённых слились в поцелуе, полном нежной страсти. Слова излишни, мгновение не превратить в вечность. Боковым зрением увидев палку, опускающуюся ей на спину, девушка спрыгнула на землю. Уста любимого оставили горькое послевкусие разлуки.
Тэлс слегка высунулся за борт - и их взгляды встретились. Сердце подсказывало Нали, что она видит его в последний раз. То же самое она прочитала в его глазах, полных неизбывной грусти.
Но вопреки всему, их лица сияли счастьем. Любящие сердца умеют надеяться, верить и ждать.
+Они знали, что всё равно будут вместе. Если не в земной жизни, то после.
ГЛАВА 5.В СЕТЯХ ПАУТИНЫ ТЬМЫ
Королевство светлых эльфов Саороланта. Великий лес Аргэлином. Манор Бафлорт.
В комнате стоял тошнотворно-сладковатый запах разложения.
- «Она мертва по меньшей мере сутки». – Думал мракоборец, со смесью ужаса и отвращения разглядывая окровавленный труп.
Лэксиас Двэллилт, маг-инквизитор Гильдии магов, демонолог-мракоборец, многое повидавший на своём веку, впервые в карьере сталкивался со столь ужасным и невероятным преступлением.
Давно, очень давно не гибли хранители.
- «Да, демон побери… Что всё это значит? Загадка, завёрнутая в тайну. Неужели Ваэртильгвэн втайне изучала тёмные искусства? Нет, полный бред! Уж кто-кто, но только не она»!
Инквизитор буквально силком заставил себя ещё раз посмотреть на труп.
На первый взгляд, неясно: она сражалась до конца или… или превосходящая сила заставила её совершить самоубийство? Все улики указывали именно на это: в её глазах отчётливо отпечатались безнадёжное отчаяние и чёрный ужас.
Лэксиас тяжело вздохнул, закрыл глаза и легонько прикоснулся подушечками пальцев к медальону, висевшему на груди, поверх мантии вишнёвого цвета.
На расписанной разноцветной эмалью динамичной композиции аликорн, расправив крылья в стремительном полёте, неотразимым ударом рога повергал чёрного дракона, бьющегося в предсмертной агонии. Именно этот символ стал гербом Ордена мракоборцев, вот уже тысячу лет ведущим беспощадную борьбу с приспешниками Тьмы.
Эмалированный металл отозвался едва различимым покалыванием в пальцах, распространяя далее по всему телу волну мягко обволакивающего тепла.
- «И что такого особенного в этом захолустном маноре? Похоже, Силы Тьмы просто готовят нечто поистине ужасное, а это – всего лишь пустая демонстрация, отвлекающий манёвр. А Хранительница… просто не рассчитала силы и героически погибла, не дожидаясь подмоги». - Шестое чувство мракоборца указывало именно на этот вариант.
- Лэкс, они ждут нас.
Лэксиас резко обернулся. Россэон Никларс, напарник по миссии, невысокий худощавый мракоборец-неофит с длинными чёрными волосами, возник внезапно.
- Твоя очередь, Росс. Что скажешь? Понимаю, ты ещё новичок, но настаиваю: расскажи мне, что ты видишь.
Он долго и напряжённо осматривал место преступления. Затем закрыл глаза и стал проделывать над трупом круговые пассы, шепча короткие заклинания.
- Всё, что я могу сказать: это не самоубийство. Кто-то невероятно могучий заставил её покончить с собой. Выражение глаз. Бездна отчаяния, она до последнего не верила, что погибнет. Вдобавок бесследно исчез посох.
- Именно так. Молодец!
- Тогда в чём секрет?
- Убийца мастерски замёл следы. Ни малейших эманаций чёрной магии, ни капли отзвука заклятий, а они были мощными, очень мощными. Да, Ваэртильгвэн обладала слабой маной, но искусством плетения чар владела в совершенстве. Как-никак, ученица самой Иннэиль Омэлунас.
- Думаешь, это какая-то хитрая уловка тёмных и нас ждёт засада?
- Дело будет жарким. Не думаю, что из ряда вон, и не такое видели, но… недооценивать ситуацию нельзя. Неизвестность опаснее любого врага. Не знаешь, какая тварь прячется в западне. Надо проверить амулеты, установить сторожевые заклятья и подготовить запас маны. Активируй вооружение.
- Ты уверен? - Глаза Росса удивлённо округлились.
- Абсолютно.
- Думаешь, убийца ещё здесь?
- С наибольшей долей вероятности. Всё, пойдём. Хотя это лесная деревенщина, не стоит так уж явно третировать их. Они и так до смерти перепуганы.
Инквизиторы покинули обитель погибшей волшебницы и, негромко беседуя, отправились на встречу с начальством манора.
Лэксиас максимально надвинул капюшон на лицо, закрыл глаза и отрешился от окружающего мира. При этом он не снижал скорости хода и продолжал идти в заданном направлении, магическим осязанием ориентируясь среди улочек и лесных троп Бафлорта.
Во внутреннем кармане левой полы мантии демонолог нащупал холодный гладкий шар магического артефакта и сжал его в ладони. Произнеся в уме формулу активизации, он всем свои естеством потянулся к заключенной в талисмане силе.
И Глаз Дракона отозвался.
Лэксиаса словно ударило молнией. Внутренний взор пронзила вспышка ослепительного света. Мракоборец освободил свой разум, его магическое зрение слилось со стихией потоков силы, пронизывающих всё сущее, и стало способносным видеть ауры (или, выражаясь языком теории магии, «фоновые отражения энергетических проекций материальных объектов»).
Когда маг открыл глаза, привычный мир форм и красок исчез.
Предметы, живые существа и явления природы предстали в своей истинной ипостаси. Дома и мостовая стали расплывчатыми тёмно-дымчатыми тенями, эльфы – фигурными сгустками золотого света разной степени интенсивности, деревья и травы – серебристыми, словно иней, силуэтами, а небо – бесконечным призрачным пространством.
Ауры эльфов, переживавших бурные всплески эмоций, исходили разноцветной рябью. Гнев отражался в красных тонах, страх – в серых, сомнение – в фиолетовых, любовь – в розово-малиновых. Динамика ощущалась с замедлением, словно во сне. Но теперь маг мог узнать многое, если не всё, о местных жителях и их истинных сущностях.
Любая маска становилась бессильной перед могуществом этого древнего артефакта.
Только чародей высочайшего могущества, обладающий амулетами колоссальной силы, мог закрыться от Ока Дракона.
***
Таверна «Гнездо белки» заслуженно считалась лучшим гостинным двором Бафлорта.
Но сегодня в её просторном зале, всегда благоухающем ароматом свежей хвои, почти никого не было. Даже прислуги. Только странная компания из пятерых эльфов тихо переговаривалась за крайним столом в дальнем углу.
- Извините, ваша честь, вы обвиняете нас в опоздании? Напрасно! Мы прибыли, как только получили вызов, по одному из тайных порталов. Подготовка к выступлению заняла не более доли небосвода. Я бы на вашем месте воздержался от упрёков в адрес Ордена Мракоборцев. - Голос Россэона только казался холодным и спокойным.
Рядом, с низко надвинутым на глаза капюшоном, скрывавшим верхнюю половину лица, сидел Лэксиас.
Напротив - бейлиф Элуриал Ардалон и супруги Спэллонт. Все трое – в траурных тёмно-синих одеждах, с опустошённо-потрясёнными лицами. Особенно плохо выглядел староста, опухшее лицо которого откровенно выдавало, что он намедни перебрал со спиртным.
- Извините, ваше могущество, милорд мастер, у меня и в мыслях не было в чём-либо упрекнуть вас! Просто… Сначала пропало трое юнцов, а когда вернулись, один из них, Элдануол-младший, тронулся умом, мать родную не узнавал. Потом мобилизация. А затем… Милорд, простите… До сих пор не могу поверить, что это не страшный сон, что всё это по-настоящему происходит с нашим манором… - Элуриал в смятении закрыл лицо ладонями.
- Наша община словно переживает своё собственное Затмение. После битвы с демоном я была уверена, что победа за нами. Но… Гвэн не стало. - Урфитэя едва сдержалась, чтобы не всплакнуть. - Моя жизнь больше никогда не будет прежней. - Эльфийка вытерла глаза белоснежным кружевным платком.
- Смерть хранительницы стала своеобразным водоразделом наших судеб, разделяя их на «до» и «после». Даже не представляю, как жить дальше, где взять силы, чтобы пережить всё это. - Мастер-наставник выглядел заметно постаревшим: мутный взгляд, отчётливо проступившие морщины, заострившиеся черты лица.
- Извинения приняты, уважаемые. - Росс слегка кивнул и тут же перешёл на «мыслеречь» для тайного общения с напарником:
- «Ну что»?
- «Пока всё чисто. Но шестое чувство бьёт тревогу. Инстинкты словно сошли с ума. Это скверно! Интуиция никогда ещё меня не подводила. Либо на нас готовится нападение, либо… кто-то из этой троицы тёмный эльф, который, скорее всего, и убил хранительницу».
– «А, может, двое, например, господаСпэллонт? Или даже все трое»?
- «Сам понимаешь, тёмные силы никогда и ни при каких обстоятельствах не смогли бы завладеть жрицей Вэнтолы. Разве что убить и принять её облик. Дедуктивно судить об этом сейчас рано. Теоретически, и бейлиф, и учитель могут быть тёмными, отличная маскировка. Пока следует осмотреть место экзорцизма, а ещё лучше покопаться в архивах и выяснитьих подноготную. Точно можно будет узнать, если злодей сам себя выдаст… или попадёт к нам в руки без сознания и защиты. Очевидно, это крайне маловероятно. Так что пока инициатива на стороне противника».
- «Не могу не согласиться. Но что нам делать»?
- «Для начала необходимо узнать побольше об экзорцизме Ваэртильгвэн. Точнее, был ли он на самом деле, и всё это не мистификация».
- «У меня складывается впечатление, что мы сами себя запутываем. Может, всё гораздо проще»?
- «Возможно. А если действительно произошло нечто по-настоящему ужасное, и мы пребываем на пороге новых тёмных времён»?
- «Лэкс, ты ведь понимаешь, что тогда нам грозит»? - Даже ментальный канал не смог скрыть нотки потрясения в его «мыслеречи».
- «Естественно. Нам предстоит принять на себя первый удар врага. Не бойся, я знаю, что делаю! Всё, хватит. Ты слишком увлёкся телепатией. Не теряй ход беседы. Сосредоточься»!
- … пришла в себя. И сразу наотрез отказалась продолжать допрос. В ультимативной форме потребовала, чтобы Палладиэльф и Аэрдоннэ явились к ней домой для частной беседы, хотя это было вопиющим нарушением устава о допросах. Мои отчаянные протесты Ваэртильгвэн категорически отклонила. Было… Нечто… В её взгляде. Я не рискнул ей перечить. Уверен, она нашла в памяти мальчишки нечто потрясающее. Это было написано у неё на лице.
- Спасибо, ваша честь. У меня больше нет к вам вопросов. Остальное мы выясним на месте. Милорд и миледи Спэллонт, вы пойдёте со мной.
Россэон по-змеиному смотрел на супругов тяжёлым немигающим взглядом, будто пытаясь загипнотизировать.
- Как вам будет угодно, ваше могущество. Не сочтите за дерзость… А что с вашим коллегой? - Священница не удержалась и всё-таки спросила об этом.
Из-за присутствия мага, замершего немым истуканом со скрытым капюшоном лицом, бафлортцы чувствовали себя, как на иголках.
- Не беспокойтесь, ваше преосвященство, с ним всё в порядке. Мой старший напарник Лэксиас Двэллилт целиком погружён в работу. Выслеживает убийцу. - Зловеще улыбнулся Росс и передал мысленную команду:
- «Лэкс, твой выход»!
Демонолог резко отбросил капюшон.
Элуриал, Урфитэя и Аэллэртан изумлённо ахнули.
- Я полностью уверен, что убийца хранительницы - один из местных. Не исключаю даже, что он находится в этой комнате. - Нарочитым, мрачно-торжественным тоном возвестил Лэксиас, словно играя роль судьи, зачитывающего приговор.
Вместо белков и радужины его глаза заполняла пёстрая, серо-зелёная роговица с вертикальным зрачком, как у рептилии.
- Даю вам слово мракоборца, мы обязательно найдём его, обезвредим и доставим в Анорнэлиндэ – живым или мёртвым.
***
- Извините, ваша мудрость, я не понимаю, откуда у вас такие познания в ритуалах высшей магии? Это тайное знание, доступным только посвящённым. Где вы могли этому научиться?
Россэон пристально смотрел прямо в загадочные бежевые глаза мастера-наставника, но не видел в них ничего, кроме пустоты и отрешённости.
- Всё очень просто, ваше могущество. Магия – мечта всей моей жизни. От рождения лишённый дара Силы, я всю сознательную жизнь изучал историю и теорию магии.
Аэллэртан горько вздохнул и опустил взгляд. Но тут же улыбнулся.
- И не без успехов, как видите.
- «Ты был бы идеальным пособником тёмных сил! Тебя было бы легко соблазнить обещанием пробудить магический дар». –Размышлял Лэксиас, слушая их.
- «Враг притаился и выжидает. Поэтому мы ударим первыми».
Решение пришло спонтанно, а вместе с ним пробудился боевой азарт.
Когда-то Лэксиас славился умением терпеливо загонять добычу в угол, за что и заслужил прозвище «Гончий», но без малого два века славных триумфов давно лишили его осторожности и сделали тщеславным.
- Спасибо, господа, у меня больше нет к вам вопросов. Вы свободны.
Супруги низко поклонились и покинули храм. Когда смолк отзвук закрывшихся врат, Лэксиас резко обернулся к коллеге:
- Начинаем немедленно.
- Что ты чувствуешь? - Взгляд Россэона излучал тревогу.
- Онздесь.
Лэкс достал из-за пазухи огромный каплевидный рубин. Алый кристалл ощутимо подрагивал, внутри него плескались кровавые отблески.
Видя недоуменный взгляд Росса, Лэкс пояснил:
- Демон. Кровавая Слеза никогда не ошибается.
- Я не брал боевых артефактов. С собой только кинжал.
- Беги со всех ног! Принеси мне Годриалон, а себе возьми Хлыст Химеры и Эндалюмэ.
- Лэкс, извини, но у меня есть вопросы. Что нам мешает спокойно осмотреться? Зачем безоглядно прыгать в омут? Я полностью доверяю твоему опыту и мастерству, демон побери, но пойми меня правильно!
- Как ты думаешь, почему меня считают лучшим мракоборцем и называют Гончим Гильдии?
- За твои выдающиеся успехи.
- Верно. А догадайся, Росс, как я всего этого добился?
- Знания, мастерство, бойцовские качества и бесстрашие, умноженные на удачу и интуицию.
- Совершенно верно! Теперь ты понимаешь, почему я решил именно так, а не иначе? Вызвать демона – не котёнка освежевать, это редкое событие. Далеко не каждый, пусть даже очень одарённый колдун-самоучка способен на такое.
- Конечно. Ты полагаешься на чутьё. Способ действий тебе подсказывают инстинкты и интуиция. Извини, я мигом. – Отбросив остатки сомнений, Росс понимающе кивнул.
- И ещё. Обязательно свяжись с Орденом. Если мы не выйдем на связь в ближайшее время, пусть отправят в Бафлорт усиленный отряд.
Росс выскочил из храма, будто за ним гналась орда демонов.
Лэксиас твёрдо решил идти напролом. Он отчётливо ощущал, что пора отбросить в сторону тактические комбинации и конспиративные ухищрения. Бывают моменты, когда стянутый тугим клубком узел нужно разрубить, а не распутать.
И это именно тот случай.
Но хватит ли силы и могущества?
Мракоборец ещё раз внимательно осмотрел начертанные на полу магические фигуры и расставленные на них артефакты.
Сомнений не было – ритуал экзорцизма действительно прошёл. С помощью специального кристалла-детектора, по эманациям маны, он проследил ход битвы с демоном.
Результаты вызывали смесь страха и облегчения: Ваэртильгвэн не была замешана в сговоре с тёмными силами.
Хранительница совершила героический подвиг и с помощью Урфитэи одолела демона, который вселился в мальчишку.
Но ей не удалось уничтожить порождение Тьмы. Он даже не был развоплощён и изгнат в Хаос. Нечисть не получила серьёзных ранений и благополучно набиралась сил в постаменте, словно змеиное яйцо в гнезде.
- Я уже здесь!
Глаза Россэона горели, словно угли в жаровне. Несмотря на молодость (шестьдесят три года для боевого мага – детский возраст), он обладал могучей волей, преданностью делу торжества Сил Света и мощным магическим даром. Командор Ордена отправил его к нему набираться опыта и, главное, учиться побеждать.