Фиктивная невеста. Как не вылететь из академии

Глава 7

Прошлое и настоящее

Дверь за девушкой давно закрылась, но он так и не смог отвернуться и приступить к своим обязанностям. Он взрослый мужчина, ректор главной академии империи, ардах, в конце концов, до сих пор стоял посреди комнаты, смотрел на закрытую дверь и прислушивался к звукам удаляющихся торопливых шагов одной маленькой, юркой адептки, сумевшей за столь короткое время прочно поселиться в его мыслях и, похоже, сердце.

Дверь закрылась и отрезала Ансгара от той, кого он желал и опасался встретить когда-нибудь в своей жизни. От своей судьбы.

Мужчина усмехнулся и недоверчиво качнул головой.

После обещания, данного самому себе еще несколько лет назад, этот «подарок», предоставленный «Сердцем дракона», выглядел как насмешка судьбы. Нелепая, неожиданная, маленькая, любопытная, смешная, красивая насмешка. А еще большая, просто огромная неразрешимая проблема, от которой теперь не отделаешься при всем желании. Но, к слову, такого желания и не возникало.

Ансгар был не против отношений – легких, не обременяющих, быстротечных. Без обязательств и без оглядки на будущее. До заключения союза он больше никогда не дойдет, но теперь он даже не знал, что должен делать.

Устало протер лицо и выдохнул, оборачиваясь к артефакту:

– Ну и натворил ты дел, дружище.

Золотой дракон, понятное дело, ничего не ответил, однако каждый артефакт истинности был наделен древними магическими силами и считался в некотором роде живым. Думающим. Поэтому чуть оскалился в ехидной ухмылке и, кажется, даже фыркнул.

А еще всегда считалось, что эти артефакты имели свой характер. Именно этот, как показала практика, оказался наглым, хитрым и к тому же своевольным. Ведь Ансгар убирал его в пространственный шкаф, ставил сильнейшую защиту, и какого шурха этот пройдоха оказался в его комнате?! И не просто оказался, а приманил адептку, буквально заставил до себя дотронуться и пробудился, даровав драгоценный подарок в виде связи истинности. Правда, пока не подтвержденной.

Шурх его раздери.

Вновь устало выдохнул и сел за стол, чтобы просто успокоиться, принять действительность и понять, что делать дальше.

Астрид. Смешная, растерянная девчонка, сумевшая три раза обойти сильнейшую защиту, проникнуть в личные покои, пробудить от спячки один из древнейших артефактов и неосознанно привязать себя к сильнейшему ардаху узами истинности. А ведь она даже не полноценный дракон и не почувствовала этой связи, в отличие от него самого. Когда прямо посреди урока на полигоне его запястье внезапно обожгло раскаленным огнем, а вокруг вспыхнули видимые только ему одному золотые искрящиеся нити, он растерялся. А затем взревел, даже не стараясь скрыть своей ярости. Ведь первой мыслью был обман и наглое желание какой-нибудь особо «одаренной» адептки привязать его к себе. Ведь таких охотниц было немало и в этой академии, даже несмотря на страшные байки, которыми его окружили адепты. Но реальность оказалась намного невероятнее.

Астрид не играла, а на самом деле ничего не знала об артефакте.

Злой умысел можно исключить сразу, стоит лишь вспомнить большие испуганные глаза и бешено колотящееся сердце при одном его приближении. Правилами академии проникновения даже в закрытые аудитории карались моментальным исключением, не то что в комнаты магистров, тогда почему же он ее сразу не исключил? Почему заменил на отработку? Ведь тогда, в первый раз, еще никакого притяжения не было.

Однако дракон Ансгара, Эреб, недовольно рыкнул, лишь подтверждая, что уже тогда понял, что девочка заинтересовала его сразу. С первого же мгновения, как дракон почувствовал ее ауру, приподнимая голову и принюхиваясь. Скорее всего, он уже чувствовал влечение пары, которое его человеческая часть так старательно от себя отгоняла. Только оставался вопрос, почему он не ощутил ее раньше? На него пока не мог ответить ни Ансгар, ни Эреб. Но они обязательно докопаются до сути.

Астрид.

И ведь сообразила, куда спрятаться – под кровать, наивно надеясь, что ее не заметят. Может, наложи она на себя еще и метальный щит, то ей бы и удалось выскользнуть незамеченной, но не догадалась, оттого и попалась.

Да, ей удалось его удивить.

Умная, смешная, безрассудная. Она заставила его улыбнуться своей наивностью и смелостью. Ее отец, Сигберт, в тот день на самом деле оказал ему немалую услугу, однако решение оставить девчонку в академии исходило отнюдь не из-за этого. А отчего? На это Ансгар пока и сам не мог ответить.

И что теперь делать? Пытаться ее привязать или отпустить свою пару?

Осложняло ситуацию еще то, что Астрид не чувствовала притяжения. Артефакт всегда ищет пару, опираясь на дракона, на его сущность, а у девочки его попросту не было. Именно поэтому не окрепла и магическая вязь, а ведь должна была сверкать серебристо-синими парными татуировками. И теперь он мог ее попросту отпустить. Ансгар давно дал себе клятву больше не связывать судьбу с девушками, не звать под венец, ведь однажды обжегся. Сейчас был прекрасный вариант пустить все на самотек и просто переждать этот год. После окончания академии девушка уедет и навсегда вычеркнет его из своей жизни. Но сможет ли он ее отпустить? Несмотря ни на что…

За этими раздумьями он не сразу заметил сверкающий переговорочный артефакт, который через мгновение явил ему магический образ императора.

– Ансгар, ты нужен в моем кабинете. Срочно.

Император никогда не выходил на связь по пустякам, а значит, случилось что-то серьезное.

– Вылетаю.

Отключил артефакт, снова убрал скалящегося в нахальной ухмылке дракона в пространственный шкаф от греха подальше и вышел через балкон, на ходу оборачиваясь в иссиня-черного дракона.

Подумать о девочке можно и позже.

В императорском дворце было тихо и спокойно. Впрочем, как и всегда.

Эревард не терпел суматохи и спешки, поэтому увидеть здесь куда-либо беспорядочно снующих слуг, посыльных, придворных или еще кого-либо было попросту невозможно. Если же кто-то спешил и бежал по коридорам, тогда про аудиенцию можно было забыть. Император такого «бегуна» просто не принимал и мог запросто отстранить от должности. Это правило распространялось на всех без исключения, так что даже если ты опаздывал на аудиенцию, иди быстрее обычного, но спокойно, иначе о своем вопросе можно забыть. А лучше всего было прибыть заранее, что Ансгар и сделал.

В кабинете ждали только его и Джерхолда, остальные ардахи уже были на месте. А как только последний ардах занял свое место, в небольшой зал для переговоров вошел император. Собранный, строгий и задумчивый, он остановился во главе стола и хмуро обвел собравшихся взглядом. Все тут же встали и склонили головы в знак приветствия.

– Я рад, что все вы прибыли по моему зову. Дело не терпит отлагательств, – начал он без предисловий, жестом позволяя им занять свои места. – Вы знаете, что ситуация с оборотом становится все серьезнее. С каждым годом драконов, неспособных слышать свою вторую ипостась, становится все больше. И вот теперь эта беда дошла и до моей семьи.

В зале на некоторое время воцарилась гнетущая тишина.

В Альхесе уже несколько десятков лет тяжелой грозовой тучей висит эта проблема. Никто не знает, как, из-за чего и по каким признакам маги не могли слышать свою вторую сущность. Рождались они такими или же на молодого мага что-то влияло, было неизвестно. Эта беда не щадила никого, не выбирала богатых или бедных. Ей одинаково были подвержены как простые горожане, так и высшая знать. И сейчас они услышали этому прямое доказательство.

– Мой сын Рондель так и не смог обернуться, как бы ни старался. А это означает только одно – напасть не жалеет никого.

Младший сын императора – еще совсем юный пятилетний дракон, несложно представить, что он почувствовал, когда не обнаружил в себе зова зверя. Для каждого молодого мага этот возраст особенный, значимый. Именно тогда он впервые слышит и чувствует своего дракона, учится договариваться с ним, совершает первый оборот, гордится и радуется, что теперь он сможет стать настоящим драконом. Это всегда происходит в пятилетнем возрасте, не раньше и не позже, а свой день рождения Рондель отметил уже месяц назад. Значит, дела действительно плохи.

– Мы все знаем, что лекарства от этого… недуга еще не изобретено, но бывали случаи, когда у мага получалось совершить обращение. Верно, Ансгар?

– Так точно, ваше величество.

– Ты сможешь связаться с той девушкой, которая приготовила снадобье для сына министра Шильсинмайнийского?

– Уже связался, – ответил он. – Но вы не хуже меня знаете, что зелье действует не на всех драконов и не каждого смогло пробудить.

– Сейчас мы будем пробовать все методы, – тихо заметил Эревард, не отводя взгляда. Ансгару не оставалось ничего иного, как кивнуть.

Все верно, в данном случае он не просто император, который волнуется за свой народ, он отец и готов сделать все для своего ребенка.

Несколько лет назад Ансгар работал в одной удаленной межмировой академии, где по случайности оказался и адепт с труднопроизносимой фамилией и такой же проблемой. Он не мог оборачиваться. Именно там, благодаря случайной ошибке одной адептки, он смог обернуться в дракона и теперь не уступает по силе и выносливости тем, кто произвел оборот еще в детстве. Этим адептом был Заву, его нынешняя головная боль в академии и очень хороший друг Астрид.

После прибытия в Альхес Ансгар много раз связывался с Анникой, живущей теперь в закрытом мире, с просьбой создать такое же зелье. И она делала, пересылала, а тут они уже пробовали давать его тем, кто не мог обратиться. Детям и взрослым, молодым и престарелым магам, простым горожанам и представителям знати. И оно действовало, помогая многим почувствовать своего зверя, совершить свой первый, такой значимый и долгожданный оборот. Правда, действовало не всегда и не на всех. Опять же, по каким критериям оно работало, никто не знал, но связываться с Анникой теперь приходилось регулярно. Именно ее зелье действовало всегда лучше, чем сваренное нашими зельеварами. Даже самыми лучшими в империи.

– Я рассчитываю на тебя, друг мой, – кивнул Эревард и после минутного молчания обратился уже ко всем: – Вы все сейчас занимаете главные посты в значимых местах империи: академиях, министерствах, ведомствах, белой и серой гильдии, в суде. Там собрано много информации, древней и малоизученной. Вполне возможно, что там вы сможете найти то, что прольет свет на происхождение этого недуга. Так что очень прошу – ищите все, что может вам показаться важным. Ничего не пропускайте, даже если знаете, что данный гримуар или свиток уже несколько раз изучали.

Ардахи слаженно кивнули. Да, все эти ведомства уже не один раз подвергались всевозможным и тщательным осмотрам, проверкам, обыскам, но даже опытные специалисты могли что-то упустить из виду. Так что они не искали ничего конкретного, просто доверившись времени и интуиции.

– Что по артефактам? – снова перешел к следующему вопросу император. – Брайан?

– Артефакт правды активирован, – ответил крепкий, хорошо сложенный мужчина. Он сейчас возглавлял императорский суд, и этот артефакт был там как нельзя кстати.

– Сэймур?

– «Колесо времени» тоже, – сказал нынешний глава серой гильдии, а следом свои ответы давали и остальные ардахи.

По странному стечению обстоятельств почти у каждого из нас оказался в руках один древний, малоизведанный артефакт, который они должны были изучить и по возможности активировать. Удалось это далеко не всем, из десяти артефактов, выданных или хранящихся в закромах ведомств, были активированы только пять, включая «Судьбу дракона».

– Ансгар?

– Активирован.

Он не сказал точно, кто его активировал и что именно у него произошло, однако император все понял и без слов. Еле заметно удивленно поднял брови и кивнул.

– Надеюсь, задача для каждого ясна, – не спрашивал, а утверждал он. – Спасибо, что прибыли, можете быть свободны. Ансгар, тебя я попрошу задержаться.

Ардахам не нужно повторять дважды, уже через несколько минут в зале они остались с императором одни. Эревард сделал приглашающий жест в сторону неприметной двери и первым направился к ней.

– Как я понимаю, Ансгар, твои дела в академии идут неплохо, – начал он издалека. – А помнится, ты так не хотел принимать должность ректора, жаждал снова отправиться к границе.

Не хотел. Да, мужчина и сейчас не горел желанием возглавлять имперскую академию, вот только уйти, по крайней мере, в ближайшее время не получится. Не после того, как император ждал новой информации из секретных секций библиотек и свежих данных по артефакту. С этой проблемой невозможности оборота нужно, наконец, разобраться. Ансгар уже давно чувствует, что упускает из виду какую-то небольшую, но очень важную деталь. Понять бы еще какую.

И теперь вдобавок истинность. Смешная, юркая маленькая девочка с целой кучей проблем. Как он может оставить ее одну?

Час от часу не легче.

– На границе спокойнее, – тем не менее ответил мужчина.

– Только истинный ардах может променять сытую, спокойную жизнь на вечный бой с врагом, – хохотнул император. – Но тебе нужно возвращаться в привычный мир. Ты живешь прошлым, Ансгар. Понимаю, что многолетняя служба на границе и случай после твоей отставки оставили неизгладимый след и неприятные воспоминания, но они должны были давно забыться. Однако ты вновь и вновь ворошить старые раны. Для чего? Разве для тебя это так важно? Ни за что не поверю, что Исабель до сих пор занимает место в твоем сердце.

Исабель…

Идеальная девушка, красивая, покладистая, чуткая, ранимая. Когда-то она действительно занимала все его сердце. Ровно до тех пор, пока не показала свое истинное отношение к нему. И пусть при воспоминании о ней сердце до сих пор болезненно сжималось, но уже не так, как прежде. А Эреб вообще был рад, что леди Соррейн теперь нет рядом. Дракон ее на дух не переносил и всякий раз бесился при появлении девушки.

Видимо, неспроста.

– Нет, ваше величество. Она давно в прошлом.

– Это хорошо, – улыбнулся Эревард, присаживаясь в глубокое кресло и кивая собеседнику на второе. – Прошлым жить – последнее дело, особенно когда перед тобой открыто такое интересное будущее.

По одному взмаху руки на столе тут же материализовались пара бокалов и коллекционная бутылка из личных императорских запасов. Нечасто Эревард так балует своих гостей. Значит, задумал что-то особенное. Тем более он опять говорит намеками и загадками. Так же, повинуясь взмаху, бокалы наполнились отменным напитком. Правитель дождался, пока Ансгар пригубит его, и продолжил:

– Я хочу спросить, кто же смог активировать такой непростой артефакт? Девушка? Или, может, он отреагировал на тебя, друг мой?

– В какой-то степени на меня, – усмехнулся Ансгар. – Но вы правы, его активировала девушка. Случайно.

Мужчина не стал юлить или утаивать информацию. Это бесполезно, ведь Эревард, ко всему прочему, прекрасно владел ментальной магией и мог спокойно считать все, что ему нужно. Но на свою семью и самых верных подчиненных старался не воздействовать, тем самым показывая свое доверие. Весь рассказ занял не более десяти минут. Ведь сколько артефакт ни изучали, сколько ни дотрагивались, ни пытались пробудить – он спал и ни на что не реагировал. А тут держите, распишитесь, сам вылез из пространственного шкафа, сам пробудился и тут же соединил двоих почти незнакомых людей. Так что теперь была важна каждая деталь, каждая мелочь, и Ансгар старался не упустить ничего.

– Интересно, – протянул Эревард с легкой улыбкой. – Девушка – непроявленный дракон и оказалась истинной парой ардаха, одного из сильнейших драконов империи. Очень интересно. Тебе не кажется это странным? Подстроенным?

– Была такая мысль, – кивнул неохотно, наблюдая за переливами цвета в бокале. – Но не думаю, что артефакт можно обмануть, так что эта версия маловероятна. Хотя проверить ее все же стоит.

– Проверь. И ты сказал, что «Судьба дракона» повел себя странно, словно только ее и ждал? Что ж, такое тоже может быть, так что за артефактом нужно наблюдать. Желательно как можно тщательнее. Если он один раз смог преодолеть завесу защиты, то вполне может сделать то же самое и второй раз, – задумчиво продолжил Эревард. – И вот еще что, ты думаешь, твоя пара сказала тебе правду по поводу сына четы Розетальс?

– Для чего ей врать?

– По разным причинам. Например, задобрить сурового ректора, чтобы он не отчислил бедную девушку. Или выставить себя в более выгодном свете. Может, она на самом деле собирается за него замуж? Ты ведь знаешь, друг мой, на что иногда готовы представительницы прекрасного пола для достижения своих целей.

Ансгар скривился.

Да уж, он знал. Причем не понаслышке. Сталкивался, благодаря своей бывшей невесте. Поэтому и от девушек старался держаться как можно дальше, не подпуская к себе и в особенности к своему сердцу. Но Астрид… она не могла врать. Кто угодно, только не она. Ансгар это чувствовал, и Эреб это подтвердил.

Отчего-то ей с самого начала хотелось помочь.

– Я ей верю, ваше величество, – уверенно сказал мужчина. – Она не врала. Это может подтвердить и Эреб. Он почувствовал эмоции своей пары. Они были разные, но вранья там не было. Скорее, отчаяние и надежда.

– Это хорошо, – улыбнулся правитель, откинувшись на спинку кресла. – Удивительно, что твой дракон вообще чувствует ее. Насколько я знаю, у непроявленных драконов нет влечения к своей паре, как не должно быть и у тебя. Ведь у Астрид нет дракона, и Эребу просто некого ощущать, но, как оказалось, тут еще одна загадка. И в этом случае мне интересно, как так получилось, что за все три года он так и не смог ее почувствовать?

– Ничего удивительного, ваше величество, – ответил спокойно. – Вы сами сказали, что случай уникальный. Если ранее связь и была, то очень слабая. Ни я, ни мой дракон ее не ощущали. Вы не хуже меня знаете, что для более крепкой связи нужно либо два дракона, либо подтвержденная метка истинности. Ни того ни другого у нас с Астрид нет. А вблизи с девушкой мы практически не находились даже на занятиях.

Правда, но только частичная.

Ведь на самом деле Ансгар ощущал связь. Очень слабую, практически неуловимую. Точнее, Эреб ее ощущал. Почувствовал отголоски еще в первый день, как только мужчина прибыл в академию. Но она была настолько тонкой, невидимой, что Ансгар отмахнулся от нее и больше старался не обращать внимания. Никаких отношений на работе.

По крайней мере, на тот момент он думал именно так.

Но после активации артефакта и вспыхнувших меток истинности игнорировать зов и влечение уже получалось довольно плохо.

– Я бы хотел встретиться с этой девушкой, – неожиданно выдал император. – Это не простое любопытство, как ты мог подумать. Я хочу понять, кто она и на что может быть способна. Ты не хуже меня знаешь, что у непроявленных драконов иногда скрывается довольно сильный магический потенциал, который они не могут вывести наружу. Она хочет работать в отделе по изучению оборотов? Вот как раз и посмотрим, насколько искренне ее желание и чем она сможет помочь. Если, конечно, ты не против.

Ансгар кивнул и усмехнулся. Правда, только про себя.

Даже если он будет против, отказывать императору выйдет себе дороже. Нет, он поймет и настаивать не станет, но его недовольство потом обязательно на чем-нибудь отразится. Неприятно так и в самый неподходящий момент. Эревард ценил мнение подчиненных, но чаще – когда оно совпадало с его собственным.

– Вот и хорошо, – улыбнулся мужчина. – Рад, что мы с тобой думаем в одном направлении. Ты ведь помнишь, что скоро День осеннего танца? Моя супруга каждый год организовывает торжество во дворце. В этом году из-за желания Рейнарда посетить ваш городок рядом с академией она перенесла торжество на день позже. Так вот, я жду вас двоих на нем.