Дублер мужа

Глава 11

Олег подходит к нашему столику одновременно с официантом, который приносит заказ. Муж отодвигает стул и молча наблюдает, как худощавый паренек в черном фартуке раскладывает приборы и ставит тарелки на стол.

– Вам что-нибудь принести? – спрашивает официант у Олега и протягивает ему меню.

– Только кофе, – муж отмахивается. – Черный.

– Хорошо.

Парень уходит и повисает звонкая пауза, которая длится вечность. Я поднимаю глаза на Олега и смотрю на похудевшее лицо, его черты заострились до режущего предела и кажутся чужими. Я едва узнаю мужа при хорошем освещении. В нашей квартире, где горела лишь подсветка, а за окном стоял поздний вечер, я ни черта не видела его. Я сейчас понимаю, что дорисовывала родное лицо по памяти, хотя все же заметила, что он сильно изменился.

Внутри тут же полыхают брошенные им в сердцах фразы. “Я не на увеселительной прогулке был! Я еле выкарабкался!”

– Добрый вечер, – цедит Олег и холодно улыбается. – Роман? Я правильно запомнил?

– Правильно, – Рома кивает и обводит силуэт Олега цепким взглядом, словно сканирует уровень угрозы.

– Подрабатываешь охранником? – Олег усмехается. – На полставки или в основу взяли?

– Олег, я прошу тебя, – подаю голос и встречаюсь глазами с мужем.

Он зависает на мгновение, будто мой взгляд парализует его, и смотрит так глубоко, что мне становится не по себе. Я с трудом выдерживаю его металлический напор и вижу, как Олег стирает противную улыбочку с губ, а потом обводит языком кромку верхних зубов.

Простой обыденный жест, но я залипаю и чувствую, как по спине идет холодок. Он всегда так делал, его извечная привычка, о которой я вдруг вспоминаю и не могу оторвать жадный взгляд от его тонких жестких губ. Глупость, но мне хочется, чтобы он повторил. Олег столько раз меня грязновато дразнил в постели и после распаляющих комплиментов обводил языком кромку зубов, а потом подвигался ближе и начинал водить языком уже по моему телу…

Я увожу взгляд на свои ладони и пытаюсь спрятать судорожный выдох.

– Молчу, – Олег неожиданно легко соглашается и я слышу, как он опускается на стул. – Вы не стесняйтесь, ешьте. Я не голоден… Да и приехал рано, думал жена будет одна, а женщины не должны ждать мужчин.

Он специально?

Женщины не должны ждать мужчин!

Пятнадцать минут не должны, а пару лет запросто!

Не могу ничего поделать со своими реакциями и снова впиваюсь в него глазами. Он готов и смотрит на меня, чуть склонив голову вбок. Да, он точно специально. Расшатывает меня и подначивает. И мне сложно бороться с ним, потому что я-то не изменилась, он знает меня до полутонов и явно собирается использовать это против меня же.

– Точнее, женщины не умеют ждать, – добавляет он, чтобы развеять всякие сомнения, что он не просто так завел разговор о пунктуальности. – Да, маленькая?

– Я ждала, Олег.

– Сколько? Мне просто интересно, – Олег откидывается на спинку стула и следом обращается к Роману. – Ты не против? У меня все-таки есть несколько личных вопросов к супруге.

– Я здесь, чтобы ты не распускал руки.

Рома удивительно спокоен, нагловатый вальяжный тон Олега нисколько его не задевает. Я замечаю, что Рома с интересом рассматривает Олега, подмечает детали и ничем не выдает выводы, к которым приходит. Он сидит рядом со мной, задевая локтем мой локоть, а в правой руке зажимает чайную ложку. Его ровное дыхание напоминает успокаивающую мелодию, которую включают перед сном, я настраиваюсь на нее и тоже выдыхаю, вспоминая, что я не один на один с Олегом.

– Но пусть лучше Леся выбирает, о чем мы будем разговаривать.

– Леся, – хрипловато повторяет Олег и растирает широкой ладонью подбородок. – Хорошо, пусть. О чем мы будем разговаривать, Леся?

– Я не вернусь к тебе, Олег.

– Вернешься.

– Что?

– Мы оба знаем, что ты вернешься.

Я шумно выдыхаю и, сама того не замечая, прогибаюсь под его уверенностью. Как в Роме нет ни капли нервозности, так в Олеге – ни капли сомнения. Она сидят друга напротив друга и делают вид, что ведут спокойную достойную беседы. Только я с каждой секундой всё отчетливее вижу жестокую драку, что зреет прямо на моих глазах. Их сдерживаю лишь я, мое присутствие и мои слезы, которые случатся, если они пошлют к черту контроль. Ведь мужской разговор короткий и отдается хлесткими ударами, а не фразочками.

– Ты реально боишься меня? – Олег нажимает твердым голосом. – Лесь, нам же нужно поговорить наедине. Объясниться, черт возьми! Что это за цирк…

– Полегче, – Рома реагирует в ту же секунду, как Олег срывается и повышает голос, а я вздрагиваю от его злых интонаций.

– Зачем ты его притащила? Еще разок потоптаться на мне?

– Нет, я хочу попасть в свою квартиру.

– Блять, в квартиру, – он качает головой, словно я сморозила глупость, а потом лезет в карман и достает связку ключей, которую бросает на стол. – Вот! Я больше там не появляюсь, можно было просто сообщение кинуть. Что еще, Лесь? Приказывай, строй меня.

– Я ничего не хочу, Олег. Уже поздно.

И он так много вчера сказал, что у меня в голове до сих пор шумно. Я стараюсь не вспоминать его слова, чтобы не сжимать кулаки под столом.

Как компенсацию.

– Да? А выглядит так, будто ты компенсацию выбиваешь. Или наказываешь меня? За то, что не смог послать весточку? Да, я сам себя уже сто раз наказал! Не утруждайся…

Он невпопад и нервно смеется, а потом до скрипа ткани сжимает белоснежную салфетку, не зная, куда еще выплеснуть вскипевшие эмоции. Он никак не может найти точку равновесия. Я вижу, что муж контролирует себя лучше, чем вчера, но до нормы ему очень далеко. И он выпускает напряжение через колкости, смачно выплевывает их мне прямо в лицо, а по темным глазам прекрасно видно, что сам понимает, что делает хуже. Понимает, а остановиться не может.

– Сколько мне на него еще смотреть? – заключает Олег. – На его холеную рожу и то, как он крутится вокруг тебя? Может, он тебя еще поцелует или прямо на моих глазах разложит? Тебе полегчает тогда? Муж наказан, да?

Он устало выдыхает и выцветает на глазах.

– Закончил? – Рома подается вперед и упирается локтями в стол. – А теперь послушай меня.

Олег отвечает Роме легкой усмешкой. Муж раскатывает ее по жестким губам и делает резкий скачок от злости к веселью. Его начинает забавлять абсурд ситуации и он даже не старается скрыть этого, он смотрит на Рому, как на занимательного статиста, которого осталось потерпеть совсем чуть и можно будет вернуться к нормальному разговору.

– Мне плевать, что Леся твоя жена, – холодно произносит Рома. – Тем более по бумагам. Для меня они ничего не значат, я впервые увидел ее с кольцом на пальце и меня это не остановило. А потом, когда я узнал твою увлекательную историю, все вопросы отпали. Два года – это до хера. Хотя она могла с чистой совестью сразу найти другого, чтобы выбраться из того дерьма, что ты оставил после себя.

– С каких пор тебя заводят проповеди? – Олег бросает ироничную шуточку в мою сторону и закидывает нога на ногу.

– С каких пор мужские проблемы перебрасывают на женские плечи? – Рома повторяет насмехающийся тон мужа и заостряет взгляд. – Куда ты лезешь? Спохватился, да? Вспомнил, что где-то есть теплый угол?

– Я не забывал.

Олег наклоняется вперед и подцепляет чашку кофе. Я пропустила момент, когда она появилась на столе. Пульсирующий и трещащий по эмоциональным швам разговор завладел всем моим вниманием и я проглядела, как появился официант и поставил чашку перед Олегом.

– Ты даже не позвонил, – отзываюсь, наблюдая, как муж делает тягучий глоток. – Ничего за всё время, Олег… Ты понимаешь, каково мне было? Впрочем, неважно, – я резко отмахиваюсь, не желая уводить разговор в разочаровавшее меня прошлое. – Я вижу, что ты злишься. Из последних сил глушишь агрессию, так что мы не будем затягивать встречу. Я не хочу испытывать судьбу во второй раз. До меня уже дошло, что я ошиблась, когда согласилась выйти за тебя, а остальное можно решить в суде.

– Так быстро? – Олег вскидывает брови и поворачивается корпусом в мою сторону. – И что нам делать в суде?

– Нужно подать документы…

– На развод? Я не дам его.

– Отлично, – я качаю головой, не веря в то, что он говорит.

Я чувствую взгляд мужа на себе, но не отвечаю ему тем же, устав от немых пререканий. И с каждым разом ему удается забраться глубже, еще чуть и я начну чувствовать его под кожей. В собственных мыслях… а ведь он был там хозяином столько лет! Я по-настоящему любила его и он знает об этом, и нащупывает нужные струны, когда наши глаза встречаются и на мгновение становятся бездонным эхом друг друга.

– Ты больше не смотришь на меня, – Олег замечает мое бегство и не считает нужным промолчать.

– Я не на экзамене, Олег, твои оценочки меня не трогают.

– Почему тогда хочешь уколоть? – он неожиданно понижает голос и начинает звучать ласково и вкрадчиво, да так, что можно подумать, что мы остались наедине. – Господи, Лесь, да посмотри на меня!

– Ты можешь не повышать голос больше десяти секунд? – отзывается Рома.

– Радуйся, ублюдок. Это твои последние дни, я заберу ее у тебя любой ценой.

– Не можешь, – сухо подытоживает Рома.

– Блять, это же ебанный анекдот… Ты себя в зеркале видел? Ты же не слепой, приятель, и понимаешь, что происходит.

Олег проводит четкую линию над столом, указывая то на себя, то на Рому.

– Она тебя моим именем не зовет? – Олег коротко смеется и делает последний глоток из чашки. – Знаешь, Лесь, будь он другим, я бы еще засомневался. Но это… Ты скучала по мне и завела чертового дублера. Только в нем нет никакой нужды теперь, потому что я вернулся.

Он поднимает с места и упирается указательным пальцем в стол.

– Я дома, маленькая, – добавляет муж. – Нам нужно поговорить без посторонних и всё решить. Между собой. Я не буду унижаться перед левым мужиком и раскрывать душу, да и ты видишь же меня.

Он вдруг перегибается через стол и стремительно приближается ко мне. Рома на инстинктах реагирует на его выпад и привстает, оттесняя его.

– Ты же видишь, как мне херово, – Олег не обращает на него никакого внимания и продолжает сверлить меня жадным взглядом над плечом Ромы. – Я приехал сразу, как смог. Я пытался раньше, рвался домой… Да на хуй!

Он затыкает сам себя, словно вспоминая о том самом левом мужике, и отшатывается в сторону. Я угадываю, что он хватается за остатки благоразумия и ищет безопасную дистанцию с соперником, чтобы не устроить кровавую драку, поддавшись полыхнувшим эмоциям.

– Ты реально охранник, – Олег кивает и мажет презрительным взглядом по силуэту Ромы. – Я тебя даже понимаю, таких баб не упускают.

Он кривится, как от физической боли, и разворачивается в следующее мгновение, чтобы уверенной походкой пройти через весь зал и скрыться за стеклянными дверьми. После него остается горькая тишина и странное ощущение, в котором я боюсь разобраться. Разложить произошедшее по полочкам и полюбоваться на порядок.

В голове гудят злые и уставшие фразы мужа, которые накладываются одна на другую и кажутся невыносимым хором. Я смотрю на Рому, чтобы выдохнуть, и замечаю, как напряженно он вглядывается в меня.

– Я в порядке, – успокаиваю его мягким тоном, который дается мне с трудом. – Я думала, что будет хуже.

– Я думал наоборот. Он одержим тобой, и он опасен, малышка.

Глава 12

Я кручу слова Ромы в голове, пока сижу в машине. Он снова за рулем и пытается растормошить меня, бросая реплики. Но я лишь киваю на его замечания и думаю о том, что Олег одержим мной.

Так сказал Рома.

Значит так выглядело со стороны?

Я бы не бросалась столь громкими словами, но меня не отпускает плохое предчувствие. А еще ощущение недоговоренности, потому что после встречи в моей голове больше вопросов, чем до нее. Мне не по себе от того, как выглядел Олег. Каким взвинченным и уставшим был, и как смачно вспыхивал резкими интонациями. Ловил больной кураж и говорил лишнее, от чего сам же страдал. Он вообще-то умеет держать себя в руках, нужно пробить не один слой защиты, чтобы докопаться до его нутра. Да, если это сделать, последует ослепительная вспышка агрессии и лютой силы, но это еще нужно постараться.

Очень сильно постараться и нарваться.

А тут он как будто был обнажен. Ослаблен и поэтому реагировал на малейший чужой выпад. Иногда собирался с силами и начинал расслабленно улыбаться, но чаще смотрел воспаленным взглядом и блуждал им по моему лицу, словно пытался сказать самое главное без слов.

Господи, он же искал отклик на моем лице… Подсказку, что я тоже сомневаюсь и только играю в злую решимость, чтобы проучить его. Он так смотрел, буквально проваливался в меня, пока Рома говорил, и мне мерещилось, что Олег даже становится ближе. Словно подвигается вплотную, а я начинаю чувствовать тепло его крепкого сильного тела.

Как отогнать этот мираж?

Я закрываю лицо ладонями и пытаюсь успокоиться. Вдох-выдох, вдох-выдох… Ну почему так трудно дышать? Так невыносимо трудно сделать малейший глоток воздуха?

– Леся? – встревоженный голос Ромы падает сверху. – Ты как?

– Просто устала… Не бери в голову.

Я чудом справляюсь с голосом и отвечаю ему ровным тоном. Провожу пальцами по лицу, стирая сухие слезы. Надо успокоиться и взять себя в руки, иначе Рома тоже начнет нервничать и включит режим “опекуна”. Мы с ним много общались по рабочим вопросам, хотя чаще по телефону, и я успела заучить, что он заботливый и предупредительный мужчина.

С женщинами.

А так он действительно похож на Олега. Там настоящий металл под мягкой кожей.

– Рома, – разгибаюсь и откидываюсь на кожаную спинку. – Я бы хотела побыть одна. Прости, но мне нужно собраться с мыслями…

– Тебе не нужно извиняться.

– Спасибо, – я протягиваю ладонь и сжимаю его локоть. – Я не поеду в квартиру, тоже сниму гостиницу. Лучше пока так.

– Тебе ничего не надо забрать из квартиры?

– Пока терпит, а завтра посмотрим. Хотя он отдал ключи и сказал, что не появится там больше.

– Ты ему веришь?

– Я хочу ему верить.

Я отворачиваюсь к окну и не могу понять, почему всё становится только запутаннее. Я же, наоборот, ищу порядок! Хочу долгожданной определенности в жизни, я безумно устала быть подвешенной в воздухе, когда день за днем ждешь того, что не происходит. Я ведь ждала мужа. Каждый день я думала о нем, переживала, искала, решала проблемы, оставшиеся после его исчезновения, и молилась.

И вот, когда я захотела перевернуть пожелтевшую страничку, и нашла другого мужчину, он вернулся. Именно в тот момент, когда у меня появился шанс на счастье. На сегодняшнее счастье, которое не нужно ждать и вымаливать у судьбы. Вот он, только протянуть руку и взять. Ведь Рома совсем рядом, я слышу его горячее дыхание…

Но не могу не думать о муже.

“Ты же видишь, как мне херово. Я приехал сразу, как смог. Я пытался раньше, рвался домой!”

– Спасибо, – я благодарю Рому снова, когда он привозит меня в другой отель. – Я позвоню тебе завтра.

– Хорошо, я… Леся, я же не чужой тебе?

– Что?

– Дело в проклятом времени, – он хмурится и шумно выдыхает. – Мы слишком мало времени провели вместе. Тебе было бы проще, если он появился позже. Ты бы доверяла мне по-настоящему и не сомневалась…

– Рома, я благодарна тебе. От всего сердца, честно.

– А я влюблен в тебя.

Он не дает мне отреагировать и тянется ко мне, накрывая жарким поцелуем. Рома с легкостью продавливает меня, заставляя поддаться мужской мощи и выдохнуть со смазанным стоном. Он ласкает меня умелым языком и раскатывает сумасшедшей лаской, от которой все сомнения вылетают из головы экспрессом. Я ощущаю привкус ментоловой жвачки и сталкиваюсь с ним языками, углубляя поцелуй.

– Я с первой встречи захотел тебя себе, – произносит он вполголоса, уходя влажной дорожкой к моему виску. – Со мной впервые такое. Никогда прежде, малышка, но ты что-то сделала со мной. Появилась и всё перевернула внутри.

– Я не специально.

– Да-да, рассказывай, – он смеется и проводит ладонью по моей щеке. – В тебе нет ни капли милосердия. Помнишь, как улыбалась, когда нас представили друг другу?

Помню. Я обомлела от его великолепия и впервые за долгое время захотела понравиться мужчине.

– И ты закусила губу, когда уронила ручку.

– Боже, какие мелочи ты помнишь!

– Мелочи? Я чуть инфаркт не схватил от такой мелочи.

Я тянусь ему, млея от добрых искренних слов, и утыкаюсь лицом в его мягкий пиджак.

– Мне так хорошо с тобой, – трусь лицом и вдыхаю его солоноватый запах.

– До сих пор хочешь побыть одна? Хочешь я заберу тебя?

– Рома…

– Я серьезно! Ближайший рейс и мы улетим. Мм?

У Ромы всё так просто, что я беззаботно улыбаюсь на его предложение.

– Я знаю, что ты сейчас скажешь. Что у тебя работа и обязательства.

– Да, верно.

– И никаких вариантов вырваться хотя бы на недельку?

– У меня две сделки, Рома.

– На три дня? Два?

– Они что-то изменят? – улыбаюсь ярче, тая от его напора. – Или ты уже разработал коварный план?

– Конечно, – он уверенно кивает и подхватывает мою игру в глупые фразочки влюбленных. – Я собирался взять тебя на вертолетную площадку. Чтобы ты тоже потеряла голову, пусть не от меня, но от высоты наверняка. Ты же в курсе, что я горный пилот?

– В курсе, в курсе.

– У меня есть допуск на высоту пять тысяч.

– А это высоко?

Он аж рот раскрывает от моей наглости. Я прячу счастливый смех в пальцы и мотаю головой, когда он решает взять с меня извинения поцелуями.

– Издеваться решила? – Рома ведет горячими губами по моему лицу и так быстро находит мои губы, что я замираю от удовольствия. – До сих пор сомневаешься высоко это или нет? Или появились догадки?

– Нет, ни одной, – тянусь к нему сама и обнимаю руками шею. – Я ничего не понимаю в этом, вот совершенно… тебе придется рассказать мне о своем деле, а кое-что даже показать.

– Да? Любопытство проснулось?

Рома ведет широкой ладонью по моему бедру, собирая тонкую ткань платья.

– Горный пилот – это безумно сексуально, Рома.

– С допуском на пять тысяч.

– С допуском на пять тысяч, – киваю и накрываю его ладонь пальцами, чувствуя, что еще чуть и мне станет на все плевать и повторится наше бурное знакомство в машине, как уже случилось на первом свидании. – Черт, а вдруг мой номер на последнем этаже?

Я указываю на отель с квадратными окнами и большим черным козырьком.

– Да, высоковато, – Рома усмехается, понимая, к чему я клоню. – Проводить?

– Именно. Я даю тебе допуск на пятый этаж.

Мне снова хорошо и спокойно, я забываю обо всем лишнем и вспоминаю, что у меня только завязываются отношения с прекрасным мужчиной. Я выхожу из машины и ловлю его крепкую ладонь, оглядываюсь по сторонам и глубоко вдыхаю вечерний приятный воздух. Рома берет всё на себя и я сама не замечаю, как оказываюсь в светлом номере, он даже лучше предыдущего и радует лаконичным современным дизайном.

Я сажусь на первый же стул и снимаю с уставших ног туфли. Смотрю на Рому, который тоже снимает ботинки, а следом темный пиджак, и вдруг признаюсь себе, что уже привыкла к его присутствию. Он рядом, и мне хорошо. Я помню, что хотела побыть одной, но он убедил меня самым сладким способом. Зацеловал и заласкал, и я оказалась не в силах отказаться от того, чего не было в моей жизни долгих два года.

– Пойдем в душ вместе, – я поднимаюсь со стула и нащупываю застежку платья.

Рома жадно следит за тем, как я распускаю молнию, а потом перешагиваю через ткань. Он молчит, а я и без его слов вижу, что он снял пиджак, но не стал трогать рубашку.

– Иди ко мне, – протягиваю ему ладонь и произношу его фразу, после которой случилась наша первая близость. – Я покажу тебе дорогу.

– Там мало приятного…

– Замолчи. Никогда не говори мне такого.

Я сама подхожу к нему и кладу ладони на его пресс. Рома на рефлексах отступает, когда я слишком напираю, но все же заставляет себя остаться на месте. Я же нахожу сероватые пуговицы и начинаю их расстегивать.

– Зачем оно тебе, малышка?

– Малышка, – повторяю за ним и на мгновение останавливаюсь. – Ты же слышал, что он называет меня “маленькой”. Не надо, Ром, придумай другое обращение.

– Я все-таки напоминаю тебе его?

– Нет.

Я вру.

И возвращаюсь к пуговицам, которые вот-вот пустят меня к его изувеченному телу.

– Ты не готова к такому, – Рома вдруг поднимает ладонь и зажимает мой подбородок, заставляя посмотреть в его потемневшие глаза. – Я пойму, если тебе станет не по себе. Это нормально.

Я отбрасываю полы его рубашки, смотря в его глаза, и на ощупь нахожу ладонью его живот. Вздрагиваю от ощущений, к которым действительно оказываюсь совершенно не готова. Я знаю, что с ним случилось благодаря короткой записи в карточке компании, но я не смогла найти фотографий. Ничего и нигде, как страшная тайна. И теперь я ощущаю ее под подушечками пальцев – глубокие рытвины и жестокие шрамы, которых так много, что они наталкиваются друг на друга. На нем нет живого места.

Я закусываю нижнюю губу, чтобы сдержать выдох, и встряхиваю головой, чтобы Рома уже отпустил мое лицо и позволил опустить на него взгляд. Но он все равно сомневается, и в эту секунду я отчетливо понимаю почему.

– Боишься моей жалости? – я произношу это вслух. – Что я увижу твою слабость? Особенно, когда мне нужна защита от мужа.

Уголки его губ дергаются, Рома то ли хочет усмехнуться, то ли ловит в последний момент нервную улыбку. Но я точно понимаю, что попала в цель. Ему не по себе от одной мысли, что я могу увидеть в нем калеку и разочароваться. Ему легче спрятаться от меня и успеть делами доказать, что может защитить и спасти, а уж потом говорить о своем прошлом, которое оставило столь изуверские следы.

– Пожалуйста, разожми пальцы. Я не сомневаюсь в тебе, и ты не сомневайся во мне.

Он медлит еще секунду, но потом убирает пальцы с моего подбородка. А я увожу взгляд вниз и веду пальцами по его прессу, чувствуя, как полыхает на кончиках фантомная боль. На это на самом деле тяжело смотреть.