Замуж по контракту

Глава 11

Элина.

Имя вспыхивает яркой звездой, а ее голос всплывает в памяти. Да, это она… Точно она!

– Узнала? – девушка заполняет повисшую паузу сладким голосом.

Правда, на дне этого сахара отчетливо чувствуется яд. Она даже не пытается скрыть, что забавляется и говорит со мной насквозь фальшивыми ласковыми интонациями.

– Я с тобой не знакома, – произношу, с трудом заставляя себя успокоиться.

– Разве? Владик познакомил нас, не помнишь? Или он забыл представить меня? – Она снова усмехается, а на заднем фоне что-то переливается тонким звоном. – Он бывает забывчивым, упускает из виду самое главное.

Звон становится громче. Еще чуть, и она разобьет что-то хрупкое.

– Но тебя он точно представил, – добавляет Элина уже откровенно зловещим тоном. – Я запомнила.

– Я не понимаю, для чего этот звонок.

– Для того, чтобы вправить тебе мозги, – ее голос наливается стопроцентной ненавистью, нет в нем больше никаких эмоций, только опаляющая ненависть, которую я чувствую через динамик. – Послушай меня внимательно, девочка, ты не в сказку попала, а в ад. Ты вообще знаешь, кто я?

В горле пересыхает.

Мне хотелось бы быть смелее, только вот проблема в том, что я знаю, кто она. Друг Бестужева говорил с опаской об отце Элины, он назвал его бриллиантовым королем и пытался вправить Владу мозги. Если даже Владу нужно опасаться этой драгоценной семейки, то что говорить обо мне?

Тем более выходит так, что я уязвила ее. Против своей воли, но об этом она не знает. Избалованной высокомерной девушке из богатой семьи щелкнули по носу… И теперь она презирает меня.

– Знаешь, – она отвечает сама. – Я могу растоптать тебя, если захочу…

– Влад не позволит, – вырывается.

– Да? – Она шумно выдыхает, словно услышала невозможную глупость. – А ты с ним справишься? Ты никогда не видела таких мужиков, ты не потянешь его, глупышка. Он богатый, искалеченный и жестокий. Он сам растопчет тебя, если захочет. Его столько раз предавали еще в детстве, что он может доверять ровно две секунды. И твои две секунды скоро истекут.

– Как твои?

Я сбрасываю звонок и запоздало понимаю, что наш разговор вообще был лишним. Хотя, с другой стороны, не получится спрятать голову в песок. Всё это происходит вокруг меня, в моем мире теперь существуют Элина, ее отец и ее запутанная предсвадебная история с Владом. Я теперь участник всего этого бардака, и мне бы выбраться из него с наименьшими потерями.

Я подхватываю сумку с вещами и выхожу из квартиры, хлопая дверью на эмоциях. Нужно выдохнуть и вспомнить, где в моей голове находится отдел, отвечающий за логическое мышление. Ведь что-то я могу? Хоть что-то сделать правильно и помочь себе.

– Я нашла подходящий магазин, – выдает Анастасия, когда я появляюсь на улице.

Охранник забирает сумку, а водитель направляется к дверце, чтобы поухаживать за мной.

– Ехать минут сорок, – добавляет она, проверяя пробки в приложении. – Но там есть всё, поэтому до трех должны управиться.

– Мне звонила Элина Самохина.

– Что?!

Я внимательно смотрю на помощницу, считывая ее реакцию. Она выглядит шокированной и одновременно встревоженной, она даже бледнеет на пару тонов и порывисто кидается к сотовому. Она уже хочет кому-то звонить и экстренно решать проблему.

– Чего она хотела? – спрашивает Анастасия. – Она звонила на ваш номер?

– Да, ее служба безопасности работает не хуже, чем у Влада. Уверена, она уже знает не только мой номер.

Я сажусь в машину, чтобы не продолжать разговор на улице. Анастасия садится следом и дает сигнал водителю, подгоняя.

– О ее словах я буду говорить с Владом, – я качаю головой, не желая обсуждать детали с помощницей. – Он может освободиться раньше?

– Вряд ли. – Анастасия прикидывает, вспоминая расписание. – Нет, никак. Сегодня финальное согласование в головном офисе.

Я откидываюсь на спинку и прикрываю глаза. Я совершенно выбита из колеи, и дело не только в словах Элины, но и в ее тоне. Она говорила с давящей уверенностью, как человек, за которым стоит настоящая сила. И как выкинуть ее слова о Владе из головы? Они скребутся и раздаются в памяти снова и снова.

Она сказала, что он жестокий.

Искалеченный.

Я не последняя идиотка и понимаю, что обиженная соперница может наговорить что угодно. Но что делать с тем, что я сама успела почувствовать рядом с ним? Я уже знаю, что Бестужев способен на жесткие ненормальные поступки. Он заставил меня подписать брачный договор, сделал меня невестой почти что насильно и ведет игру, которую я не понимаю до конца.

Черт, Лена!

Выбрось слова этой девицы из головы!

Сейчас же!

– Сколько Элина была с Бестужевым? – Я поворачиваюсь к Анастасии, которая, как обычно, что-то записывает в сотовый. – Говори, Настя. Я ведь тоже могу сказать разное. Могу сказать Владу, что ты забыла предупредить меня о звонках. Пустила дело на самотек.

Возможный гнев босса отрезвляет ее моментально.

– Около четырех месяцев, – выдыхает Анастасия. – Они познакомились на аукционе ее отца, Самохин устраивал благотворительный вечер для европейских инвесторов.

– Кто из них богаче? Влад или Самохин?

– По бумагам – Бестужев. А так… я не знаю. Но в крайнем случае, Влад может обратиться за помощью к отцу.

– В крайнем? Они не общаются?

– Влад прекратил всё общение после смерти матери.

Машина сворачивает на подземную парковку торгового центра. Я обдумываю слова Анастасии, которая успела занервничать. Она явно боится, что наговорила лишнего о своем грозном боссе, хотя и бросила всего пару фраз.

– Вот и подкрепление, – устало произносит помощница. – Сейчас будет много вопросов.

Рядом с нашей машиной останавливаются сразу два квадратных черных внедорожника.

– Я сообщила о звонке Элины, – говорит Анастасия.

Она открывает дверцу и выходит на улицу. Я не хочу ни с кем разговаривать, пусть Анастасия и разбирается с охраной Бестужева, поднятой по тревоге. Я пару минут провожу в салоне, а потом вижу, как крепкий мужчина с наушником внутренней связи подходит к моей двери. Он коротко стучит по тонированному стеклу костяшкой указательного пальца и следом тянется в ручке.

Ну конечно. Отсидеться не выйдет.

Но ко мне не лезут с допросом, что меня удивляет и одновременно радует. Когда я покидаю машину, мне лишь протягивают новый телефон с надкушенным яблоком и просят отдать старый. Охранник называет его «засвеченным», что бы это ни значило. Я соглашаюсь на обмен при условии, что мне дадут скопировать важные контакты. Мне снова идут на уступки, хотя уже и скрипят зубами.

– Вы сейчас в здание? Планы не поменялись? – спрашивает глава охраны у Анастасии. – С вами пойдут двое моих парней.

Уже двое. Утром был один охранник.

Звонок Элины всех взбаламутил. Я вижу, как поменялось настроение бодигардов, парни напряжены и смотрятся чересчур воинственно. Даже верится, что такие и грудью закроют, и все выходы проверят, и не дадут Элине испортить мне жизнь. Я киваю помощнице, показывая, что готова идти. Планы и правда лучше не менять, так больше шансов отвлечься и дождаться встречи с Владом без лишней нервотрепки.

– Третий этаж, – помощница подсказывает охраннику, когда мы все вместе входим в лифт. – Бутик называется «Орхидея», там большая линейка европейских брендов. Надеюсь, вам понравится.

– Я тоже надеюсь, – отвечаю коротко.

Бутик производит приятное впечатление. Я с ходу замечаю десяток моделей, которые хочется примерить, зеленый джемпер и темно-коричневая джинсовая юбка вовсе похожи на те, которые есть в моем гардеробе. Фасон один в один, только сшиты лучше и смотрятся с большим лоском.

Анастасия оставляет меня с двумя девушками-консультантами. Первая предлагает мне варианты, а вторая относит в примерочные те, которые я одобрила. И никто не навязывает мне шокирующие вырезы, тугие корсеты и обтягивающие до скрипа брюки.

Удивительно. Всего день прошел, а разница огромная.

Надо двигаться в том же направлении. Учиться жить в мире Бестужева, коль я не могу вырваться из него по щелчку пальцев. Я кручу эти мысли, пока на автомате рассматриваю одну вещь за другой. Все же из меня никогда не выйдет достойного шопоголика, даже чужая кредитка не может разжечь мой азарт. Я смертельно устаю от дизайнерской фантазии уже через час и говорю, что хватит.

Потом иду в примерочную, которая поражает меня. Она не имеет ничего общего с тесными кабинками в обычных магазинах, тут для клиентов предоставляют целую комнату. Этакий кабинет с мягкой мебелью, напольными вешалками и зеркалами во всю стену. Уверена, что и шампанское принесут, стоит только намекнуть.

Я опускаюсь в низкое кресло. Энтузиазм иссякает полностью, а мысли снова возвращаются к Владу. В этот момент взгляд сам падает на новенький смартфон, который мне дал охранник и который я бросила на подлокотник.

А что, если…

Может, хоть что-то найдется?

Попытка не пытка.

Я беру телефон и открываю поиск. В голову приходит очевидный запрос – Влад Бестужев, на всякий случай я приписываю «миллиардер» и нажимаю «найти».

Первым делом на экран выпрыгивают его фотографии. Бестужев чертовски фотогеничен, камера его любит сумасшедшей любовью, Влад и так не обделен природой, но на снимках он сам дьявол. Заматеревший, поджарый, харизматичный дьявол, которому больше всего идут костюмы-тройки. Я не видела Влада при столь официальном дресс-коде раньше, а тут очень сложно отвести глаза. Он умеет носить костюмы, он как будто родился в них и чувствует себя предельно уверенно в строгой изысканной одежде.

– Ох, я угадала, – произношу, читая строчки статьи.

Бестужев родился в богатой семье. Его отец – крупнейший застройщик столицы, который создал свой бизнес еще в полукриминальную эпоху. На ранних фотографиях отец Влада, если честно, выглядит как браток. Потом дело обстоит лучше, но он все равно вызывает во мне дикую антипатию. Что-то на грани брезгливости даже.

Владу повезло, что внешность ему досталась исключительно по материнской линии. Я нахожу лишь один их общий снимок, где на фоне высоченной и богато украшенной елки Влад опирается на перила лестницы, а мать сидит на ступеньках. Она натужно улыбается, держа в ладони бокал с шампанским, и смотрит куда-то мимо камеры.

Владу там лет семнадцать, и он выглядит смертельно уставшим.

– Я могу войти?

Сотовый едва не выпадает из моих ладоней!

– Влад? – я издаю слишком высокий звук на нервах, я никак не ожидала, что он вдруг приедет.

– Это значит да? – Он приоткрывает дверь сильнее и делает шаг в комнату.

Глава 12

Влад бросает в мою сторону короткий взгляд, а когда понимает, что я одета, уверенно входит внутрь. Он прикрывает за собой дверь, а я зачем-то вскакиваю на ноги. Разглядываю его жадно, словно не видела вечность. Хотя в определенном смысле это действительно так, мы виделись с Владом за завтраком. А с тех пор я услышала странные слова о нем от Элины, потом Анастасия проговорилась, и обрывки информации из интернета как вишенка на торте.

Я по-прежнему не знаю его, но появляются легчайшие штрихи. Они начертаны неуверенной рукой, и приходится сильно напрягать зрение. Поэтому я жадно смотрю на него, справляюсь с нервозностью и не отступаю, когда Бестужев направляется ко мне.

Как ему удается так двигаться? Одновременно стремительно и расслабленно.

– Ты закончила? – Влад указывает на вешалки, которые завалены одеждой для примерки. – Теперь довольна?

– Я только начала, еще ничего не мерила.

– Значит, моя кредитка пока не пострадала, – он усмехается, подходя вплотную.

Жесткая улыбка покидает его губы, а по темным глазам становится ясно, что легкий разговор закончился. Сейчас он перейдет к делу.

– Элина угрожала тебе?

Да, точно. Я угадала.

Я все-таки начинаю чувствовать его?

– Она сказала, что может растоптать меня. Звучала она убедительно, если честно.

Я опускаю голову, чтобы спрятать нервную улыбку. Не хочу выглядеть испуганной девчонкой, которой хватило одного телефонного звонка для тика. Но Влад не дает спрятаться, он кладет пальцы на мой подбородок и заставляет запрокинуть голову. Он стоит так близко, что почти обнимает меня, я чувствую его тепло, запах, наплывы размеренного дыхания. И самое главное – я чувствую его силу.

– Что еще она сказала? – нажимает Бестужев.

Сказать ему всё?

Так же лучше?

– Еще назвала меня глупышкой, которая не понимает, куда попала. Она сказала, что мне стоит опасаться тебя, потому что ты жестокий.

Влад лишь кивает. Я замечаю, что ему, в отличие от меня, не надо опускать голову, чтобы спрятать эмоции. Он умеет надевать непроницаемую маску, в которой можно выигрывать самые престижные покерные турниры. Никто никогда не догадается, какая карта у него на руках, Влад может смотреть прямо в глаза и не давать ни единой подсказки.

– Это правда, Влад? Ты жестокий?

– Уверен, у нас разное представление о жестокости.

– Боже, Влад! С меня хватит загадок, – шумно выдыхаю я, заводясь вспышкой. – Мы можем нормально поговорить? Мне это нужно… Поговори со мной, небо не обрушится на землю, если ты расскажешь о себе хоть что-то!

Я привожу дыхание в порядок, запоздало понимая, что сорвалась. Я выплеснула на Влада эмоции, которые затронула во мне Элина. Они прорвались, хотя я думала, что справилась с ними.

– Я отменил сегодняшнюю встречу, тебе нужно отдохнуть.

– Это, по-твоему, разговор? Нет, Влад, ты только распоряжаешься и приказываешь…

– Я не считаю себя жестоким, Лена. Но я делал вещи, о которых не хочу вспоминать. Уверена, что тебе нужны подробности?

Он обжигает меня раздражением. Его крепкие ладони ложатся на мои плечи и с несправедливой легкостью прогибают. Я замираю, пугаясь, что спровоцировала его. Я вижу, как напрягаются его черты. Они становятся четче и острее, словно изморозь покрывает колючим слоем.

Но в то же время мне кажется, что Влад ищет равновесие. Он не хочет пугать меня и сдерживается.

Ведь так?

Ведь…

Я не знаю, что мной движет в следующее мгновение. Интуиция? Подсказка разума? Но я утыкаюсь лицом в его плечо. Легонько касаюсь белой рубашки, вдыхая свежий мужской аромат, а потом нажимаю сильнее. Ощущаю тугие налитые мышцы и дурманящее тепло сильного тела.

Как напоминание, что он живой.

Что его сердце бьется, хотя его владелец то и дело дышит холодом, а в его венах течет кровь.

– Что ты делаешь? – спрашивает Влад.

– Не знаю… Я не хочу ругаться с тобой.

– Я не собирался угрожать тебе.

– Я не об этом, – я не поворачиваю головы, почему-то вот так разговаривать легче, мне не видно его глаз, я лишь чувствую его близость и слышу мощные удары сердца. – Я просто не понимаю, почему ты не можешь ответить на несколько вопросов. В договоре вообще есть специальный пункт, что я не могу рассказывать о тебе посторонним. Всё в любом случае останется между нами.

Влад выдыхает с бранным отзвуком.

– Хорошо, – произносит он. – Что у тебя там за вопросы?

– Почему ты расстался с Элиной? Ты должен был ей подарить кольцо.

Я поддеваю пальцем обручальное кольцо, которое до сих пор смущает меня размером бриллианта.

– У меня не вышло уговорить себя. Мне был выгоден наш брак, я бы тогда смог выйти на новый рынок благодаря ее отцу. Но я всегда с трудом переносил Элину.

– Но переносил же?

– Переносил.

– Что-то стало последней каплей?

– Мне надоел секс с ней. Раньше хоть это спасало.

Я резко отстраняюсь от Бестужева, а в его глазах появляются насмешливые огоньки.

– Я думал, надо отвечать честно.

– Ты специально, да?

Он делает шаг ко мне, сокращая дистанцию, на которую я успела отпрянуть.

– Давай я отвезу тебя в дом. На сегодня хватит событий…

– Я еще не выбрала одежду.

– Возьми по несколько размеров, дома решишь.

– Тогда твоя кредитка очень сильно пострадает. – Я качаю головой, изображая беспокойство за его состояние. – Это дорогой магазин.

– Ничего, я переживу.

Десяток картонных пакетов ставят в машину. Охранники относят их в свой внедорожник, в котором предусмотрен вместительный багажник. Проблема с гардеробом выглядит решенной.

Так что я протягиваю кредитку обратно Бестужеву. Он садится рядом и смотрит на меня без капли понимания: переводит взгляд с моей ладони на лицо и выглядит так, словно я сделала что-то немыслимое.

– Оставь себе, – произносит он наконец.

Влад касается моих пальцев, складывая их так, что кредитка оказывается плотно зажатой. После он отвлекается на телефонный звонок, уходя в деловой разговор с невидимым собеседником. Я не понимаю доброй половины слов, которые он произносит, но мне нравится украдкой наблюдать за ним. Он явно на своем месте – ему безумно идет быть собранным и серьезным, отдавать короткие приказы и произносить цифры с шестью нулями.

И мне так легче освоиться. Я сижу рядом с ним, привыкаю к его присутствию, но не чувствую давления. Влад занят своим делом, а не моим характером, из которого вечно хочет сделать нечто покорное.

Я откидываюсь на спинку, подбирая под себя ноги, и смотрю в окно. Иногда на Бестужева, иногда на экран телевизора. Глубокий низкий тембр Влада действует умиротворяюще, что даже удивительно, а вот московские пробки выматывают.

В какой-то момент я сдаюсь и прикрываю глаза. Казалось, всего на мгновение… но когда я вновь прихожу в себя, оказываюсь в крепких руках. Влад забирает меня из машины и несет в дом. Я замираю, делая вид, что до сих пор сплю. Пусть сперва донесет, отойдет на безопасное расстояние, тогда и проснусь.

Хорошо, что идти недалеко. Влад вносит меня в гостиную и опускает на большой диван у камина. Я слышу, как он делает всего шаг в сторону и останавливается.

И что теперь?

Долго будет стоять над душой?

Вскоре доносится шелест ткани. Я слышу, как Влад снимает пиджак и бросает его рядом. Потом щелкает замок дальней двери.

– Оставьте на кухне, – кидает Влад, отдаляясь. – Тише.

Снова шаги и шуршание пакетов. Видимо, охрана принесла мои покупки из «Орхидеи».

– Я усилил смену, – произносит кто-то из охранников. – Мне бы потом поговорить с Еленой Станиславовной, нужно провести инструктаж.

– Поговори, только не пугай.

– Понял.

Влад возвращается в гостиную. Мне уже не хочется «просыпаться» из любопытства. Я уже выучила, каким упрямым и непробиваемым бывает Бестужев. Бойцы поднимают руки к голове, чтобы не пропустить удар, когда входят в клетку. Вот и Влад привык держать оборону каждую секунду. Он как будто не умеет иначе.

Но, может, он оттаивает, когда остается наедине с собой?

Поэтому я не шевелюсь, но жадно прислушиваюсь к шорохам. К его шагам, которые то отдаляются, то приближаются. А потом на мои плечи ложится покрывало.

Ох.

Влад расправляет ткань рывками, все-таки с деликатностью у него врожденная проблема, после чего затихает. Я чувствую, что он рядом, но не понимаю, что он делает. Наверное, снова отвлекся на дела, заглянув в сотовый.

Или вспомнил о проблемах.

Или догадался, что я не сплю?

Он вдруг садится рядом. Опускается на пол, опираясь спиной на диван, а головой откидывается на сиденье рядом с моей рукой. Я открываю глаза и поэтому вижу в деталях, как он устроился на полу.

И это так странно…

Вокруг огромный дом, тысяча комнат с самыми большими кроватями и самыми удобными креслами, а он не нашел места лучше.

Влад устало выдыхает. И в этом звуке есть что-то мучительное, словно его изводит тяжелая физическая боль. Я не выдерживаю и шевелюсь, провожу ладонью по мягкой обивке, перебирая ворсинки рядом с его черными волосами.

– Разбудил? – Влад запрокидывает голову, ловя мой взгляд в ловушку.

Он не выглядит смущенным или застигнутым врасплох. Хотя о чем это я? Влада невозможно застигнуть врасплох. Его можно поймать за ритуальными танцами вокруг трехметрового костра, он и бровью не поведет.

– Нет, – я качаю головой, – я вообще не поняла, как заснула. И как оказалась здесь.

– Я принес тебя. Можешь проверить, все пуговицы на твоей блузке застегнуты, как были.

– Спасибо. – Я улыбаюсь одними уголками губ. – Ты уверен, что тебе удобно?

– Я скоро поеду.

– Опять в город? По этим ужасным пробкам?

Я вдруг замечаю, что говорю с ним предельно мягким голосом. Сама собой происходит калибровка, я интуитивно чувствую, как это нужно ему сейчас.

– Нет, в соседний поселок. Там закрытый гольф-клуб…

– О нет! – я не могу сдержать эмоции и даже прикрываю рот рукой. – Только не говори, что ты играешь в гольф. Ты не можешь собрать все штампы богачей.

– Я там чаще выпиваю, чем пытаюсь попасть в лунку, – он усмехается и отодвигает манжет рубашки, проверяя время по наручным часам.

Бестужев становится серьезным за мгновение, вспоминая о чем-то нехорошем. Наверное, встреча в гольф-клубе предстоит не самая приятная. Мне безумно хочется спросить об этом, но я заставляю себя прикусить язык.

Какой смысл наталкиваться на стену?

С Владом нужно по-другому, и я только-только начинаю понимать, как избегать жесткой стороны его характера. Я догадываюсь, что передо мной всё тот же холодный и закрытый миллиардер Влад Бестужев, просто сегодня мне удалось пройти по минному полю, не задев спусковые крючки его тяжелого нрава.

– Не пей сегодня, ладно?

– Боишься?

– Да, – я честно киваю, – я не усну, если ты приедешь вечером выпивший. Мне будет неспокойно, Влад.

Глава 13

Остаток дня я провожу на свое усмотрение. Меня отвлекает лишь охранник, который приходит поговорить по делу. Оказывается, нужно знать правила, чтобы бодигарды могли защитить клиента. Это действительно напоминает инструктаж, охранник рассказывает мне, какой стороны держаться, как реагировать в критической ситуации, кого слушать и на что обращать внимание.

Я запоминаю, как послушный ученик, хотя в голове укладывается с трудом. Никогда бы не подумала, что в жизни богатых людей существуют подобные уроки. Заодно спрашиваю у охранника, можно ли позвонить родителям, и получаю утвердительный кивок.

Как хорошо! И воевать не пришлось.

Я тут же набираю маму и болтаю с ней о всяких глупостях почти час. Наши разговоры всегда такие: мы быстро обсуждаем здоровье и свежие проблемы, а потом мама долго и вдумчиво рассказывает мне, что готовила на обед, какая стоит погода и что сказал дядя Леша из Калининграда, которого я видела всего один раз за всю жизнь.

Впрочем, неважно, что она говорит. Я отдыхаю, когда слышу ее родной голос. Про себя молчу. Вернее, умалчиваю стремительную перемену в своей жизни, решив оставить новость до лучших времен. Зачем ей делать нервы? Да и папе тоже, тем более я не придумала, как меня угораздило познакомиться с Бестужевым. Надо или придумать достоверную легенду, как судьба меня столкнула с большим бизнесменом, или честно рассказать о договоре.

Хотя рассказывать же нельзя, это как раз записано в одном из пунктов…

Черт!

Сложное дело. Но что-нибудь придумаю.

– Елена, – меня окликает знакомый голос, когда я убираю телефон в карман пиджака. – Я оставлю журналы на столе.

Анастасия раскладывает глянец на столешнице. Я подхожу ближе и понимаю, что это свадебные журналы. Точно, она же говорила, что мне нужно выбрать платье, украшения и всё-всё-всё для церемонии.

– Некоторые модели, к сожалению, будет сложно достать. Слишком близкая дата свадьбы. – Она разводит руками. – Я пометила проблемные платья красными стикерами, но, если что-то сильно понравится, я сделаю всё возможное. Только без гарантий.

Я смотрю на красивые журналы, которые больше напоминают коллекционные издания. И там есть полоски ткани – тончайшее кружево с изысканными узорами выглядывает из-под страниц и буквально манит. Я провожу пальцами по нему, не в силах сдержать восхищенную улыбку, и на мгновение забываю, что брак мне, вообще-то, навязали.