- -
- 100%
- +
— Жду, когда ты домой заявишься, натешившись со своей шалавой! — я ткнула пальцем в Инессу.
— Сама ты шалава, — девица уперла руки в бока и с вызовом уставилась на меня, — еще раз на меня пасть разинешь, я тебе ебальник разобью.
— Чего?! — я рванула в прихожую, чтобы вцепиться это гадине в патлы.
Но дорогу мне преградил Витька и рявкнул:
— А ну, успокоилась! Прекрати орать!
— Ты охренел?! — я размахнулась и отвесила ему звонкую пощечину.
Это был первый случай рукоприкладства в нашей семье за все время нашего общения. На щеке мужа сразу начала проступать багровая пятерня, а он схватил меня за плечи, втолкал спиной вперед обратно в гостиную и толкнул спиной на диван:
— Сядь и слушай…
— Знаешь, что… — я попыталась встать на ноги, но получила новый толчок в грудь.
— Сиди и слушай, я сказал, — рыкнул Витька и обернулся к любовнице, — а ты посиди в кресле…
Все шло не по моему плану. Совсем не так, как я хотела. Сейчас муж мне нагоняй устраивает, а не я ему. Что пошло не так-то?!
Я достала из кармана его мобильник и открыла любовную переписку:
— Я все знаю, — крикнула я, — ты уже несколько месяцев спишь с этой девкой. Изменяешь мне, а сам корчишь из себя любящего мужа.
Витька выхватил телефон из моих рук и посмотрел на фото:
— Хм… А я думал, что посеял мобильник. А оказывается, ты его украла. Шарилась в моих карманах, в телефоне… И как тебе после этого доверять? Ты меня разочаровала.
— Это ты меня разочаровал! — если бы взглядом можно было убивать, то эти двое уже бы окочурились. — Я подаю на развод! Я все у тебя отсужу, что мне положено.
Муж уселся на второе кресло и посмотрел на меня с усмешкой. Он заговорил, а его голос был на удивление трезв и спокоен:
— И на хрена тебе это нужно? Лена, у тебя ничего нет. Тебе нечего у меня отсуживать. Это моя наследная квартира. Ты сюда пришла с тремя чемоданами…
— Машину отсужу, — рыкнула я, — мы купили ее в совместном браке.
— Наивная моя дурочка, — рассмеялся Витька, — ты настолько доверяла мне, что даже документы не смотрела. Она на моего отца оформлена. Инночка намного лучше тебя в документах разбирается, могла бы и тебя научить. Она вообще многому тебя может научить. Например, минет делать.
— Иди ты в жопу, — я вытаращила глаза на этого придурка, — еще я письки себе в рот не напихивала!
— В жопу я тоже хорошо даю, — хохотнула с кресла девица, которая даже не удосужилась разуться.
— Шлюха, — шикнула я в ее сторону.
— Бревно, — усмехнулась он в ответ.
Витька оглядел нас и примирительно произнес:
— Тихо, девочки, не ругайтесь… Я предлагаю компромисс.
— Какой, к черту, компромисс?! — я все же вскочила на ноги и встала, уперев руки в бока.
При этом пыхтела носом, как кипящий самовар. Чувствовала себя примерно так же. Даже уголком разума успела испугаться, что от нервного напряжения у меня сосудик в мозгу лопнет, и инсульт случится.
— Такой, — муж спокойно оглядел меня с головы до ног, — ты уже немолода. Тебе двадцать девять… А мне по статусу начальника положена молодая любовница, — он кивнул на Инессу, а она улыбнулась и помахала ему пальчиками, — Инна меня устраивает во всех смыслах. Ты, как жена, мне тоже подходишь… Предлагаю жить, как жили раньше. Ты, милая, занимаешься домом и рожаешь мне первого ребенка. Я тебя полностью обеспечиваю. Инессу ты не видишь, но она будет моей второй женщиной. Для статуса…
— Пошел ты на хер, отставной козы начальник, — психанула я, — ты вообще охренел, мне подобное предлагать?! Да чтоб вы со своей шмарой сдохли тут! Я подаю на развод!
— Тогда собирай свои манатки и уебывай на все четыре стороны, — усмехнулся муж, — и побыстрее. У нас с Инной есть свои планы на ночь.
— Сволочь, — рявкнула я и, гордо задрав голову, отправилась в спальню, где у нас лежали дорожные чемоданы и капроновые баулы со времен моего переезда к мужу… А ведь я хотела их выкинуть.
Достав все из шкафа, я начала распихивать вещи по сумкам. За два года у меня появилось некоторое количество обновок, но не много: из дома я нечасто выходила. В зале муж и его любовница чему-то смеялись, потом раздался хлопок бутылки шампанского и звук разливающегося напитка… У нас в квартире стояла только одна бутылка игристого — со дня нашей свадьбы. Ждала, перевязанная яркой ленточкой, пятилетнего юбилея семьи. Его Витька и распивал сейчас со своей шалавой.
Пока я паковала вещи в сумки, то больше злилась. Прямо кипела изнутри. Но при хлопке бутылки, меня словно обухом по голове огрели: я полностью осознала, что этот этап моей жизни окончен. Меня выставляют на улицу с вещами, променяв на молодую вульгарную девку. Денег у меня почти нет, тысяч двадцать на карте: я на этой недели сходила на маникюр-педикюр-массаж… Свои потратила, чтобы у мужа на женские радости не клянчить.
Умные женщины говорят, что всегда должна быть заначка жены на случай развода. Но еще вчера я разводиться не собиралась. Дура наивная, доверчивая.
Сдерживая слезы, чтобы не разреветься при этих двоих, я застегнула замки молний и вынесла два баула и чемодан на колесах в прихожую. Накинула куртку, надела кроссовки, которые специально не упаковала, и повесила сумочку через плечо.
Муж вышел ко мне и протянул руку ладонью вверх.
— Чего тебе? — буркнула я.
— Ключи от квартиры отдай, — хмыкнул Витька, — тебе они больше не понадобятся. Увидимся на разводе.
Я достала ключи из сумочки и швырнул связку на пол:
— Подавись, подонок.
Когда я вытаскивала сумки в подъезд, то за спиной раздалось:
— Витюша, пускай она мусор прихватит. Так прикольней будет.
Витька на это ничего не сказал, а молча захлопнул дверь за моей спиной и дважды провернул замок.
Я стояла на площадке с вещами и растерянно смотрела в темное окно подъезда: и куда мне податься в час ночи? Не к родителям же!
Я достала телефон из сумочки и открыла карту города…
Глава 6
Таксист вез меня на вокзал и расспрашивал:
— А чо? Далеко собрались? Надолго? Чо-то вещей много.
— На север собралась, — мрачно отвечала я, — на вахту. На год.
Мужик понимающе кивал:
— Тогда все ясно. Там холодно. Много теплых вещей надо… А кем устроились? Так-то туда мужики за длинным рублем едут. Бабам там тяжко. Чего копать собрались? Нефть или золото?
Вот же приставучий таксист. Зато он меня от грустных мыслей отвлекает, заставляет вранье придумывать.
— На нефть еду, — выдала я, — поварихой в столовой работать. Вахтовиков кормить.
— О-о-о, — обрадованно протянул мужик, — это дело доброе. У меня, знаешь, приятель, тоже на вахте в Уренгое был, так их так отвратно кормили, что они с язвами желудка оттедова возвертались. А ты хорошо готовишь?
— Хорошо, — кивнула я на заднем сидении и вспомнила Тосю Кислицину и фильма «Девчата». — Кулинарный техникум окончила. У меня по щам всегда пятерки были.
Таксист довольно зацокал языком:
— Повезло мужикам. Такая красавица для них готовить будет… да еще вкусно. Если ты холостая, то тебе там проходу не дадут. Каждый второй свататься будет.
— Эх, — вздохнула я, — в пень этих мужей. Буду холостой.
Таксист одобрительно хмыкнул:
— Правильно, девка! Мужики — они, конечно, нужны, но не всегда. Лучше уж одной, чем с плохим. На севере, говорят, мужики суровые, неприхотливые. Зато и бабы там, как кремень. Смотри, чтоб не обидели, если что, сразу в морду!
Я улыбнулась краешком губ. В морду, конечно, вряд ли смогу… Витьке и его шалаве не набила же.
До вокзала мы доехали быстро. Таксист помог выгрузить мои сумки и даже пожелал удачи. Расплатившись, я поплелась к зданию вокзала. Вокруг сновали люди, кто-то торопился, кто-то прощался, кто-то кого-то ждал. А я чувствовала себя маленьким корабликом, отплывающим в неизведанные воды. Ни дома, ни причала. Даже к родителям не сунуться.
В зале ожидания было полно народу. Я нашла свободное место и уселась в железное кресло. Достала телефон и машинально открыла соцсети. Лента пестрила фотографиями счастливых лиц, путешествий, вкусной еды… А я думала, где мне теперь жить. Все связи с подругами юности давно утрачены, самых близких только с праздниками и днюшками поздравляю. У них мужья, дети… К ним на постой не напросишься. В гостинице жить дорого… У меня на это денег мало. В хостеле тоже не хочу: постоянная смена соседей и никакого личного пространства.
Пошарив в сети, я зашла на сайт недвижимости и начала смотреть объявления об аренде дешевого жилья. Мне бы только где-нибудь с вещами приткнуться, а там я уже сама заработаю… Ноутбук я завернула в зимнюю куртку, мобильный роутер там же. Наберу побольше заказчиков и проживу до первых доходов.
На сайте предлагали подселение к студентам, сдачу койкомест, проживание со стариками, чтобы ухаживать за ними… Все это мне не подходило. Неожиданно глаза уперлись в объявление: «Сдается комната с мебелью в коммунальной квартире… 12 тысяч в месяц…». Судя по адресу, самая окраина города, возле кладбища… Прилагалось несколько фотографий самой комнаты, а также санузла и общей кухни.
По деньгам мне подходит. Двенадцать заплачу, а восемь на продукты и самое необходимое останется. А там и от заказчиков денежки капать начнут. Но что мне сейчас делать с баулами? Не поеду же я в незнакомую коммуналку с вещами. Может, ее вообще уже сдали. А звонить хозяину комнаты во втором часу ночи некультурно. Надо ждать утра.
Я закрыла глаза и откинулась на спинку кресла, пытаясь хоть немного расслабиться. В голове роились мысли, одна мрачнее другой. Не прогонят ли меня из этой комнаты, если я не смогу вовремя заплатить? А вдруг там тараканы или еще какая напасть? А если соседи на всю голову отбитые?
Внезапно кто-то тронул меня за плечо. Я вздрогнула и открыла глаза. Передо мной стояла женщина средних лет с усталым лицом и огромной клетчатой сумкой.
— Девушка, извините, — проговорила она хриплым голосом. — Вы не подскажете, где тут туалет? А то я уже совсем не могу терпеть.
Я указала в сторону коридора.
Женщина благодарно кивнула, поставила возле меня свою сумку и поспешила прочь, бросив на ходу:
— Присмотрите, пожалуйста…
Я снова погрузилась в свои невеселые думы. Мало мне проблем. Теперь еще за чужой сумкой надо смотреть. А если там наркотики или бомба? От такой мысли на меня такой страх напал, что я начала активно ерзать на сидении и оглядываться. А тут еще в зал ожидания трое полицейских вошли со служебной овчаркой.
Если собака сейчас остановится возле меня и начнет лаять на теткин баул, то посадят меня… Самое отличное завершение сегодняшнего дня! Если судьба взялась гадить, что станет делать это от души. Целую кучу навалит на долгую память.
Полицейские приближались, а я напряженно следила за овчаркой. Та совалась носом ко всем сумкам, обнюхивала сидящих людей и шустро двигалась дальше. Подойдя ко мне, собака быстро прошлась носом по моему багажу, а потом замерла возле баула женщины. Полицейский тоже насторожился и с прищуром посмотрел на меня… Неожиданно овчарка чихнула и отправилась дальше. Я облегченно выдохнула.
Через пару минут вернулась женщина. Теперь лицо у нее было спокойное:
— Спасибо, вам девушка, что приглядели. А то замучилась я это таскать… Килограмм сорок тут.
— Пожалуйста, — ответила я, — кирпичи, что ли, возите?
— Да прям, — тетка уселась на соседнее сиденье и принялась рассказывать, — сын у меня тут в институте учится. Сессия летняя у него, а продуктишки кончились. Если денег дать, то он их прогуляет. Вот я из деревни на электричке ему еду и везу: картошка, лук, зимние заготовки… А еще мясо и сало домашнее. Сама солила. Только в этот раз перца еще бахнула от души. А общага в шесть утра откроется, вот я и жду тут. Отвезу сыну продукты и обратно в деревню… Работа у меня там. Кстати, меня Валей зовут.
Так мы и просидели с ней до утра. Сначала она про деревню и сына рассказывала, а потом и я рассказала, почему на вокзале очутилась. Как-то само собой получилось, что я выговорилась. Вроде простая тетка, а словно на сеанс к психологу сходила. Только к эмоциональному. Валентина хоть и шепотом, но от всей своей народной души матюкала Витьку и его любовницу.
За окном рассвело. Вокзал постепенно оживал. Валя поднялась с кресла и сказала:
— Ты, Лена, послушай… Если в городе не устроишься, то приезжай к нам в деревню. Вижу, баба ты хорошая, честная. Я тебя как родную приму. Пиши адресок.
Чтобы не обижать мою вокзальную компаньонку, я записала ее сельский адрес в телефон. Хотя про себя решила, что не поеду. В городе привычно, да и чужим людям навязываться незачем.
Прождав еще пару часов, я купила в буфете сосиску в тесте, позавтракала и решила, что уже можно звонить по объявлению. В девять утра люди обычно уже на работе. Хотя сегодня суббота…
Я достала телефон и набрала номер, указанный в объявлении о сдаче комнаты. Гудки тянулись мучительно долго. Наконец, на другом конце провода раздался сонный мужской голос:
— Алло?
— Здравствуйте, — робко сказала я. — Я по объявлению о сдаче комнаты. Еще актуально?
********************************************
Друзья, представляю вам свою завершенную книгу "Измена. Не пытайся вернуть"Ох и досталось там нашей девочке, неопытной в жизненных вопросах…
Фея домашнего очага. Милая моя феечка… Так называл меня муж, когда мы были вместе. А оказалось, что у него есть еще и фея для постели.
Мне пришлось начинать новую жизнь с чужими людьми, когда любимый Ромка выкинул меня за дверь без вещей и денег… Зато с разбитой банкой соленых огурцов и мусорным пакетом в придачу.
Переходите по ссылке и читайте: https://litnet.com/shrt/9Mrw
Хорошего вам настроения и отличного дня!
Глава 7
— Двенадцать косарей, — ответил голос, — полная предоплата за месяц.
— А можно, сначала посмотреть жилье? Не кота в мешке беру.
— Можно. Езжай по адресу. Там спросишь дядю Колю, он комнату покажет. Скажешь, что от меня.
Мой собеседник сбросил звонок. Не попрощался и имени своего не сказал. А если там наркоманский или уголовный притон. Или еще какие-нибудь отрицательные элементы социума обитают?
Что-то мне страшно. Да еще и с тремя сумками тащиться.
Я огляделась и увидела вывеску «Камера хранения». Точно! Сдам свои сумки туда и метнусь в коммуналку налегке. Если что, без багажа будет легче ноги уносить.
В камере хранения меня встретила недовольная жизнью женщина с фиолетовыми тенями и засаленной косой. За символическую плату мои баулы обрели временный дом. Наконец-то я почувствовала себя легче, сбросив с плеч не только вес сумок, но и часть тревог.
Автобус тарахтел, как старый трактор, везя меня на край городской географии. За окном мелькали серые многоэтажки, заводы, какие-то склады. Потом и они закончились, уступив место покосившимся заборам и заброшенным огородам. Выйдя на нужной остановке, я сверилась с адресом. Впереди виднелось трехэтажное здание, облупленное и мрачное, как старый склеп. Вдалеке красовались ворота городского кладбища. Хорошее соседство.
Подойдя ближе, я заметила, что дом, в общем-то, не так уж и плох. Облупившаяся краска не скрывала добротной деревянной обшивки, а сквозь растущие вокруг березы на окна пробивался солнечный свет. Вокруг царила умиротворяющая тишина, нарушаемая лишь пением птиц и стрекотом кузнечиков. Утреннее летнее солнце, уже набравшее силу, ласково согревало кожу, а легкий ветерок доносил аромат свежескошенной травы. Атмосфера была вполне благоприятной, даже умиротворяющей. Не так уж и плохо, как я ожидала.
И все же, несмотря на эту идиллическую картину, тревога не отпускала меня. Каждый шаг к дому давался с трудом. Сердце колотилось, как пойманная птица в клетке, а в горле пересохло. В голове роились вопросы, на которые я хотела знать ответы. Что меня ждет за этими стенами? Кто живет в этом доме? Чем для меня кончится эта поездка?
Ноги, казалось, приросли к земле. Я стояла, не в силах сдвинуться с места, и смотрела на дом, как на неприступную крепость. В груди нарастало какое-то странное, сосущее чувство. Это была смесь страха, любопытства и какой-то болезненной надежды. Надежды на новую жизнь.
Сделав глубокий вдох, я заставила себя двинуться вперед.
«Добро пожаловать в новую жизнь», — саркастично подумала я, перекрестившись на всякий случай, и вошла в подъезд.
Поднявшись на третий этаж, я нашла нужную квартиру. На дверном косяке виднелось шесть кнопок звонков… Разного цвета. И на какую мне жать, чтобы попасть к неизвестному дяде Коле?
Понадеявшись на интуицию и любовь к зеленому цвету, я нажала на кнопку…
Дверь открыл опрятный мужчина лет шестидесяти с интеллигентным лицом и аккуратной седой бородкой. «Дядя Коля, собственной персоной», — пронеслось у меня в голове.
— Это вы по поводу комнаты? — спросил он, оглядывая меня с любопытством.
— Да, я от… — запнулась я, не зная имени хозяина.
— Да какая разница от кого, — махнул рукой дядя Коля. — Проходите, что уж там. Меня предупредили.
Он пропустил меня в коридор и указал на многоярусную обувную полку:
— Разуйтесь. Мы дальше прихожки в уличной обуви не ходим. Полы чистые. Сегодня Костя уже отдежурил.
Не знаю, кто такой Костя, но я сняла кроссовки и поставила их на свободное место средней полки.
— Ведите. Я готова.
Квартира оказалась типичной коммуналкой, но опрятной: длинный коридор с набором дверей по обе стороны, общая кухня, где витал запах жареной картошки и чего-то еще неопределенного. Я с удивлением указала на коридорную стену:
— А кто это нарисовал?
Между дверями стены были не просто окрашены, а красовались картинками из детских сказок. На одной старик со старухой и веселый, румяный Колобок. На второй: Курочка Ряба в компании стариков и мышки, Репка со всем семейством от деда до всей домашней живности. Даже Пушкинская белочка с золотыми орешками на нарисованной елке сидела… Я думала, что в общагах и коммуналках обшарпанные стены, потертый линолеум на полу и вечно пьяные жильцы. А тут чисто, мило и сказочки на стенах. Какой-то когнитивный диссонанс.
— Эта Таня для Даньки нарисовала. Вот ваша комната.
Он открыл ключом врезной замок и распахнул дверь. Заглянув в комнату, я выдала лишь одно слово:
— Офигеть!
*******************************************
Дорогие читатели, представляю вам самую веселую книгу об измене! Столько восторженных отзывов о предательстве мужа и приключениях обманутой жены, я еще не встречала))). Заходите на мой аккаунт, читайте «Измена. Доигрался, милый!»и смейтесь. https://litnet.com/shrt/9M7v
Хорошего вам настроения и отличного дня!
Глава 8
Прямо напротив двери на полу сидел гигантский белый медведь и таращился на меня искусственными глазами. Росту в нем было метра два!
Я обошла его и огляделась. Моя комната, на удивление, оказалась вполне уютной. Небольшая, примерно пятнадцать квадратных метров, но светлая, с большим окном во двор. Хоть не на кладбище буду любоваться. Старенький диван, кресло, стол, три стула к нему, шкаф — минимум необходимого. На стене висела картина с изображением березок, на подоконнике стоял горшок с искусственной геранью, а в углу открытой дверцей зиял холодильник. Не новый, но пригодный к использованию.
«Вполне приемлемо», — подумала я осматриваясь.
На стенах розовыми цветами красовались откровенно девчачьи обои, и я спросила:
— А кто тут раньше жил? И что мне с этим медведем делать?
— Студентка жила. Три дня назад свой институт закончила и уехала в родной город педагогом работать. А медведь… Это уж вы сами, девушка, решайте. Если останетесь.
Я еще раз обошла всю комнату, позаглядывала в углы, выискивая тараканов и мышиные норы, активно втягивала носом воздух, выискивая неприятные запахи, но ничего подобного не нашла.
— Ну что, нравится? — спросил дядя Коля, наблюдая за моей работой ищейки. — Не хоромы, конечно, но жить можно.
— Вполне, — ответила я, стараясь скрыть удивление. — Даже очень мило. А кто здесь еще живет?
— Кроме меня? Да тут всякие есть, — усмехнулся он, — еще пятеро. Но вы не переживайте, народ в основном тихий, мирный. Главное, в долги не влезайте и музыку после одиннадцати не слушайте. А то соседка напротив у меня, бывшая учительница, она вам тут такой концерт устроит, что в степи места мало будет.
— Поняла, — улыбнулась я. — Буду тише воды, ниже травы. Я вообще тихая.
— Вот и славно, — кивнул дядя Коля. — Ну, располагайтесь. Если что понадобится, обращайтесь. Я всегда тут. Главное, помните: «В гостях хорошо, а дома — коммуналка».
Я осталась одна, осматривая свое новое пристанище. Комната действительно оказалась куда лучше, чем я ожидала, судя по внешнему виду дома. Уютная клетка, где можно спрятаться от внешнего мира. Я присела на диван, ощущая пружины, впивающиеся в спину и попу, но это было неважно. Главное — у меня есть крыша над головой, и это уже немало. Надо ехать на вокзал за вещами. Но для начала я снова набрала хозяина комнаты и сказала:
— Это снова я… Комната мне подходит.
— Тогда переводи деньги по номеру, ключи от комнаты и квартиры возьмешь у дяди Коли. Задержишь выплату, выселю.
Он снова отключил связь без всякого прощания и предупреждения, а я вышла, взяла у нового соседа ключи и поехала на вокзал за своими пожитками.
***
Когда таксист довез меня от вокзала до дома, то я пожалела лишь об одном: в этом строении из прошлого века не было лифта. Тащить две огромные сумки и чемодан придется на своем горбу. Или в руках.
Я огляделась вокруг, надеясь найти помощников, но площадка возле дома пустовала. Понадеявшись на порядочность местных жителей, я решила поднимать первым чемодан. Там лежало все самое ценное: шубка, зимние сапоги, ноутбук, прочая аппаратура, и все мои документы, которые я хранила в отдельной коробочке.
Увидев, что я закатываю в квартиру сумку, дядя Коля вызвался помочь мне притащить остальное. Оставшиеся сумки мы принесли в один заход. Сердечно поблагодарив нового соседа за помощь, я заперлась в комнате и уставилась на медведя:
— Что же мне с тобой делать, белый великан? — спросила я его. — Ты же треть комнаты занимаешь.
Мишка смотрел на меня равнодушными глазами, улыбался и молчал. Немного подумав, я затащила его на кресло в углу, а сама принялась распаковывать свое имущество.
Через час, разложив вещи, я решила познакомиться с обитателями коммуналки. Раз выходной день, то большинство должны быть дома. Тем более несколько имен я уже слышала: Костя, Таня, Даня… Да и время обеда приближалось. А у меня ни посуды, ни продуктов. Узнаю, где у них ближайший продуктовый.
Я вышла в коридор и направилась к кухне, откуда доносились аппетитные запахи. За столом сидела полная, пожилая женщина в цветастом халате и с аппетитом уплетала жареную картошку. «Наверное, та самая соседка напротив», — подумала я, вспомнив слова дяди Коли.
— Здравствуйте, — робко произнесла я. — Я тут новенькая, в свободную комнату въехала.
Женщина оторвалась от еды и смерила меня оценивающим взглядом.
— Новенькая, значит? — протянула она. — Что ж, добро пожаловать. Только учтите, у нас тут порядок. После одиннадцати — тишина, в туалете за собой убирать, ершиком активно пользоваться и иметь свой стульчак и туалетную бумагу. И вообще, ведите себя прилично.
— Конечно, — заверила я. — Я постараюсь.
— Старайтесь, — буркнула соседка и снова принялась за еду. — А то шумные у нас тут долго не задерживаются.
— Почему? — не поняла я.
— Дохнут.
— Чего? — я уставилась на нее.
— Шутка, — хмыкнула она, — хозяин выселяет. Меня зовут Софья Егоровна.
— А я Лена, — представилась я. — Подскажите, а где ближайший продуктовый. А то я без всего приехала. Ни тарелок, ни кастрюль.
При этом я покосилась на ее жареную картошку.
Женщина поймала мой взгляд и спросила:
— Есть хочешь?
— Что вы, — мне стало неловко, что меня совсем за нищенку приняли, — я позавтракала… Просто прикидываю, сколько мне всего нужно купить…
— Составь смету и езжай в гипермаркет, там цены ниже. Овощи у нас на рынке выгодно брать, продуктовый справа от кладбища есть.
— А вы умеете экономить, — улыбнулась я.
— Я всю жизнь учителем по математике проработала. Сейчас на пенсии. Три раза в неделю репетиторством подрабатываю. С цифрами умею разбираться. Ты решила, куда медведя денешь?
— Нет, — вздохнула я, — об этом думать еще времени не было.
— Тогда продай через интернет, а лучше отдай бесплатно… Машка, что до тебя жила, так и не смогла его продать. Денег срубить хотела.