Жена поневоле для греческого магната
- -
- 100%
- +
Только почему в сына не вложил ничего достойного?
На шее блондинки остались отпечатки толстых мясистых пальцев. Она обхватывает эти метки пальцами, словно стереть пытается.
– Вы не так поняли. Почему вы не со Стеллой?
– Ждал ее, заскучал. Не знал, что ходить по вашему дому небезопасно.
– Повторяю, это недоразумение.
– Возможно. Если вы, к примеру, «Отелло» репетировали. Наверное, на нашей со Стеллой свадьбе решили театральное шоу устроить? Интересный выбор. Оригинально.
Рыжий сереет, потом зеленеет. От него исходит сильный запах алкоголя. Очень хочется набить ему морду, кулаки так и чешутся. Парень шарахается в сторону, толкает стеллаж, книги сыплются на пол. Под этот грохот урод испаряется, девица же присаживается, чтобы собрать книги.
Я делаю то же самое.
– Вам лучше уйти. Стелла наверняка ждет, – произносит она едва слышно, когда наши пальцы слегка соприкасаются – мы потянулись за одной книгой.
– Она мне устроила приличное ожидание, теперь ее очередь.
– Я сама тут соберу.
– Ты кто? Я думал, у Крапивиных двое детей.
– Я приемная.
Немного обескураживает, что даже не пытается сказать спасибо. Что за странное семейство? Приемная дочь, о которой молчат, которую душит брат, втрое ее здоровее. Отвращение к Крапивиным все усиливается.
Нина
Понять не могу, как меня угораздило! И я имею в виду не Вадима, с ним все понятно. Я даже не удивилась, когда напал на меня в библиотеке. Даже страха не было, я надеялась, что присутствие в доме гостя, жениха Стеллы, заставит его вести себя более сдержанно.
Правда не ожидала, кода душить начал. Помимо воли паника растекалась по телу, я готова была закричать. Знала, что потом только мне хуже будет, что Крапивины никогда не поверят, что их сын садист. Вера будет плакать, потом сляжет с давлением, потом упрекать меня начнет. Так уже бывало.
Олег Николаевич, я видела, уехал куда-то. Наверное, вызвали в больницу.
Так вот, к чему я точно была не готова, так это что в момент, когда количество кислорода в моих легких станет критично минимальным, на сцене появится тот самый грек, который сестре столько времени покоя не дает!
Если бы не была так ошарашена, могла насладиться посеревшим лицом Вадима, бешено вращающего глазами. Словно так он мог справить с греком, напугать его.
Андреас поразил меня. Ни слова грубого, но при этом парой язвительных предложений раскатал братца буквально в мясо. Вадим убежал, поджав хвост.
Пальцы продолжают дрожать мелко. Мечтаю остаться одна, спокойно навести порядок в библиотеке. Это мое любимое место, мне тут всегда хорошо и спокойно. Очень люблю читать, погружаться в другие миры. Что может быть прекраснее?
Вот только грек не торопится уходить. Ждет благодарности, что поступил как герой?
Не выйдет.
Я не могу сама понять, что со мной. Упрямство или смущение? Но благодарить за счастливое спасение не собираюсь.
Испытываю мучительный стыд. Андреас увидел изнанку моей жизни. Маленькую затравленную девочку.
Ненавижу показывать слабость. Теперь у меня еще одна причина не любить жениха Стеллы, пусть даже это ужасно несправедливо.
Он помог мне.
Что поделать, иногда даже самые безобидные существа выпускают шипы.
– Вам действительно лучше уйти, Стелла, наверное, уже в панике, – вырывается у меня, когда наши пальцы слегка соприкасаются. Сразу отдергиваю руку.
– Что это было, объяснишь?
– Нет, это семейные вопросы.
– Я вроде как тоже семья, – усмехается грек.
Почему-то в этот момент чувствую острую жалость, что он действительно скоро станет игрушкой Стеллы.
Почему игрушкой?
Потому что моя сестра – избалованная принцесса. Привыкшая получать что пожелает. Что угодно. Даже этот сильный красивый мужчина не смог противостоять ее желаниям. Не так, но иначе, Стелла добилась желаемого.
Выпрямляюсь, начинаю расставлять собранные книги по полкам. Жду, когда греку надоест возиться со мной. Но он продолжает стоять рядом и рассматривать меня.
Подходит вплотную. Пытаюсь обойти – не дает. Вместо того чтобы попробовать пройти с другой стороны, я вдруг принимаю вызов. Замираю на месте, смотрю прямо ему в лицо.
Андреас прищуривается.
– Может хотя-бы скажешь как тебя зовут?
– Нина. Извините, мне нужно идти. Напоминаю, что вам тоже.
– Он часто так себя ведет?
– Не ваше дело!
Неожиданно вокруг запястья смыкаются сильные пальцы. Инстинктивно пытаюсь вырвать руку, но грек держит крепко. Накатывает паника. Как всегда, если чувствую беспомощность. Сердце сбивается с ритма, частит.
Андреас отпускает меня.
– Извини, не хотел пугать.
– Точно? А чего хотели?
– Точно не быть как твой урод братец.
Рука мужчины двигается как в замедленной съемке. Костяшки пальцев проходятся по моей скуле. Это буквально меня парализует.
Спустя секунду отмираю, толкаю Андреаса в грудь и убегаю прочь. Несусь сломя голову, едва не врезаюсь в Веру.
– Что такое с тобой? Ты куда так несешься?
– Да просто… в туалет.
– Хм, серьезно?
– Прости, мне правда нужно.
– Ты гостя нашего не видела? Куда он запропастился? Ох уж мне эта Стелла со своими психологическими штучками!
– Извини, нет.
Стыдно за вранье, но я не в состоянии сейчас объяснять, что грек в нашей библиотеке, где легкий погром из-за стычки с Вадимом. И что всему виной моя персона. Как это вышло? Я стараюсь быть тенью в этом доме!
В конце концов, сами пусть разбираются со своим женихом, справятся и без меня.
Больше всего мне сейчас хочется покинуть дом. Погулять, привести в порядок нервы. В ближайшие дни я поговорю с Верой и скажу ей, что съезжаю. Не могу я так больше, не могу видеть Вадима. Воротит от него.
Глава 5
Увы, покинуть дом незамеченной не выходит, хотя выжидаю около часа. В гостиной собралось все семейство, полным составом.
– Не могу поверить, что он свалил! Даже не дождался нашей встречи! – истерит Стелла.
– Дочка, я же говорила, не надо заставлять его ждать! – качает головой Вера.
– Ты поступила как идиотка, – злится Олег Николаевич.
– Это ты виноват, пап. Если бы не уехал, было бы иначе! Ты все испортил!
– Ну да, надо было плюнуть на пациента, пусть бы умер, так? Ты хоть понимаешь, что несешь, а?
– Может быть, наша сиротка знает где искать грека? – подает голос Вадим, заметив меня на лестнице. Я как раз подумывала подняться обратно, хотя уже договорилась с Идой встретиться в кафе.
– Разумеется нет, – отвечаю поспешно. Ничего не остается, как спуститься вниз, присоединиться к разбору полетов. Все происходящее, пожалуй, достойно пьесы Мольера. Полный абсурд в поведении каждого персонажа.
– Откуда ей знать? – заступается за меня Вера. – Нина просидела в своей комнате.
– Да ладно? Даже не интересно было на жениха посмотреть? – продолжает поддевать Вадим.
– Хватит, дети,– рявкает Крапивин. – У меня голова раскалывается. Завтра узнаем, что произошло. Я все выясню, ясно? Сегодня Андреасу звонить не буду. Слишком устал.
– Правильно, дорогой. Успокойся, пожалуйста, тебе нельзя нервничать. – Пойдем, я дам тебе лекарство. Потом сядем ужинать. Нина, пожалуйста, скажи Саре, чтобы через полчаса накрывала на стол.
– Хорошо, конечно. Можно я не буду ужинать? Надо встретиться с Идой, забрать лекции.
– Иди, только недолго, – кивает Вера.
Тороплюсь на встречу с подругой, радуясь, что вырвалась. Терпеть гнетущую атмосферу за ужином нет ни малейшего желания.
Ида снимает комнату в трех остановках от нашего дома. Если срезать путь, можно за десять минут добраться, на велосипеде.
Идем в маленькой кафе, одно из наших любимых мест. Заказываем по салату из морепродуктов. Отличная замена семейному ужину. Потом десерт и зеленый чай.
Делюсь с подругой событиями прошедшего дня. Рассказываю все в лицах, иногда пародируя Стеллу.
Ида смеется.
– Ну и семейство у тебя. Паноптикум. Прости, что так говорю. Но Стелла – это невероятно. Купить себе мужа! Она совсем с ума сошла.
– Знаешь, он очень приятный. Заступился за меня.
– О, ну ничего себе! Золушка нашла своего принца?
– Не говори ерунды!
– Почему? Ты – настоящая Золушка, разве нет? Сиротка, в богатом доме. Где вечно притесняют. Ох, ладно, прости, Нинуль. Я знаю, это не повод для шуток.
– Все в порядке. Соглашусь, есть много общего у меня с Золушкой, – усмехаюсь. – Только этот грек – точно не принц. Раз позволяет себя женить. Уж не знаю, чем его подкупили.
– Он же не остался. Ушел, не стал знакомиться с невестой.
– Завтра Крапивин притащит его обратно.
– Да уж. Ну и дела.
– Скорее бы все это закончилось. В доме настоящий хаос. Это очень утомительно.
– Так съезжай. Ты взрослая, зарабатываешь понемногу. Вместе справимся.
– Постараюсь в ближайшие дни поговорить с Верой, – киваю подруге.
Стычка с Вадимом стала последней каплей. Нет сил больше терпеть такое. Каждый раз прятаться, если приезжает к родителям. Трястись от страха. Вроде и понимаю, что сильного вреда не причинит. Для этого он слишком трусоват. Но при этом иногда захлестывает животный ужас. До сих пор передергивает, как вспомню его руки на своей шее. Чем бы все закончилось, если бы не появился Андреас?
Андреас
Будущий тесть приехал ко мне домой ранним утром. Пришлось подавить порыв оставить его топтаться под дверью моей холостяцкой берлоги.
– Почему ты не открываешь? Кто этот мужчина? – с тревогой спрашивает Делия, моя любовница. – Он кажется не собирается уходить?
Делия успела изучить гостя, прилипнув к дверному глазку.
– Хорошо, открой.
– Ты уверен? – теперь она сомневается.
– Да, это мой будущий родственник. Впусти его.
– Андреас, ты издеваешься надо мной? О чем ты вообще?
– Потом объясню. Давай же.
Делия отпирает дверь, Крапивин врывается в квартиру.
Да, наверное, это перебор – встречать его вот так, с любовницей. На Делии прозрачная длинная комбинация, черные волнистые волосы рассыпаны по спине. Олег Николаевич залипает на ней взглядом. Потом на меня зыркает.
– Я не ожидал, что ты будешь вести себя подобным образом. Отвратительно.
Отлично, учить морали меня собирается. Это с таким-то семейством? Где сын душит приемную дочь?
Почему-то я не чувствую сегодня ненависти к Крапивину. Скорее жалость.
Он выглядит уставшим, изможденным.
– У вас нет любовницы? И никогда не было? Кофе хотите? – интересуюсь лениво.
Олег Николаевич грузно опускается на стул.
– Да, выпью, пожалуй.
– Делия, поухаживай за гостем.
– Конечно, милый.
– Налей кофе и оставь нас наедине.
– Как скажешь.
– Почему ты уехал вчера, не дождался знакомства? – задает вопрос Крапивин, когда остаемся наедине. – Эта девушка знает, что у тебя скоро свадьба?
– Это не ваше дело, когда я скажу Делии то что захочу сказать. Что касается моего отъезда, скажем так, я увидел достаточно. Даже слишком.
– Твой отец дал мне слово.
– Я отлично об этом помню.
– Значит, все в силе? Мы можем поехать к нам прямо сейчас. Исправим вчерашние ошибки.
– Давайте еще раз проясним, Олег Николаевич. Вы с моим отцом договорились, что я возьму в жены вашу дочь, так?
– Да, все верно. Не понимаю к чему ты ведешь.
– Я вчера познакомился с вашей второй дочерью. Ее зовут Нина. Пожалуй, я выберу ее.
– Что ты несешь? Стелла уже заказала платье!
– Какой конфуз, заказывать платье до знакомства с женихом, не находите?
– Хватит надо мной издеваться! Ты совсем ополоумел!
– Так, еще раз. Я собираюсь выполнить обещание своего отца. Нина тоже ваша дочь, верно? Мы вчера познакомились, она мне очень понравилась.
– Это не совсем так, – мужчина бледнеет. – Нина приемная. Как вы могли познакомиться?
– Судьба. Разве не прекрасно? Я вчера рассказал все своему отцу. Он счастлив, что нам удалось найти общий язык, понравиться друг другу. Это ведь самое главное. Ощутить симпатию, влечение.
– Ты не видел Стеллу! Она гораздо красивее.
– Дело не только во внешности, Олег Николаевич.
– У тебя любовница тут, а ты мне в уши про симпатию льешь? Да ты просто моральный урод!
– Уверены, что я? С Делией я встречаюсь больше года. Мы отлично проводим вместе время. У меня случаются и более короткие романы. Жена мне не нужна по сути. Но вы с моим отцом придумали странный план. Я так и не понял, в чем ваш интерес. Вмешаться в чужую жизнь?
– Да как ты смеешь так говорить со мной! Подонок! Я не отдам за тебя дочь, даже если умолять будешь.
– Которую? Родную или приемную? Кстати, Нина по документам Крапивина?
– Да пошел ты…
– Послушайте, Олег Николаевич, успокойтесь. Я на самом деле глубоко благодарен вам за спасение отца. Он жаждет с вами породниться. Я уже дал ему свое обещание, нарушать которое не собираюсь. Хочу порадовать старика. Вот только не понимаю, почему меня изначально лишили права выбора.
– Я хотел отдать тебе лучшее. Стелла идеальна, роскошна. Нина – совсем простушка.
– Позвольте это мне решать. Я мужчина. Мне глубоко противна мысль, что меня дарят своей любимой дочке, как Кена на блюдечке. Чтобы дитятко порадовалось. Это так? Ваша дочь Стелла меня выбрала? В качестве приза? Игрушки?
– Конечно же нет, Андреас.
– Тогда я выбираю блондинку. Мне они больше нравятся.
– Я не торгую дочерьми!
– А я не торгую собой. Все что происходит мне отвратительно. Неужели вы не понимаете, что я буду весьма плохим мужем? Совсем не тем, что намечтала ваша дочь Стелла. Не собираюсь отказываться от любовниц, жизни в свое удовольствие. Раз уж было дано обещание, пусть будет свадьба. Жена для витрины. Вы сами не захотите Стелле такой радости.
– Как ты смеешь говорить мне такое?
– Я лишь хочу быть откровенным. Может вам и падчерицу станет жаль, и мы разойдемся, прекратив этот фарс?
– Так и сделаем, – кивает Крапивин. – Прощай, Кралидис. Ничего о тебе больше слышать не хочу, ясно?
Поднимается, идет к двери.
– Стойте! – мне не нравится его походка, мужчину словно пошатывает. – Я отвезу.
– Не надо! Оставь меня в покое. Ты мне омерзителен.
– Да ладно вам. Всего то не получили желаемую игрушку, и так расстроились? Пять минут, и я буду готов. Делия!
Появляется моментально, умничка.
– Что такое, дорогой?
– Налей воды нашему гостю. Займи беседой, я пока оденусь.
– Ты скоро вернешься?
– Да, думаю надолго не задержусь.
Глава 6
Всю дорогу Крапивин нервничает, ерзает на заднем сидении моего порше. На переднее сидение, рядом со мной, высокомерно отказался сесть. Устроился сзади.
Фарс, пожалуй, затягивается. Мне осточертела компания семейства Крапивиных, но я хочу довести ее до конца.
Идея с женой кажется теперь уже не такой отстойной.
Стелла – мне категорически не подходит. Бесила бы постоянно. Капризная, избалованная дура. Которая чуть что, будет бегать жаловаться к папочке.
Нина – другое дело. Похоже, она в положении приживалки. Будет счастлива свалить из дома противных родственничков. С ней будет легко поладить. Жена для витрины. Спокойная, невозмутимая. Без скандалов, ревности. Да и к Олегу Николаевичу вряд ли жаловаться побежит. Даже если захочет – уверен, Крапивину будет плевать, а вот за свою ненаглядную Стеллу – может попить мне крови.
Итак, паззл закончен.
Правда моя невестушка еще не в курсе, какое счастье ей уготовано.
Торможу возле знакомого особняка, обещая себе, что визит последний. Готов забрать Нину прямо сейчас. Она вряд ли будет против, захочет сбежать, чтобы сестре под горячую руку не попасться.
– Я не желаю никакой сделки, Кралидис. Убирайся отсюда, – заявляет Крапивин, вылезший из машины.
– Вы дали слово моему отцу. Заставили и его дать обещание. Сами виноваты. Отыграть назад не получится. И вообще, не понимаю, чего так упираетесь.
– Не хочу вражды между сестрами!
– А так они прямо обожают друг дружку, да?
– Прошу, поступи благородно, – теперь смотрит на меня умоляюще.
– Серьезно? Я дал обещание отцу, так что жена у меня будет. Иначе придется поделиться нашей с вами историей со своим приятелем. Он выпускает довольно популярное издание. Немного желтое, но это все субъективные оценки, как по мне.
– Ты мне угрожаешь, щенок?
– Лишь волнуюсь о вашей репутации. Сами кашу заварили. Хочу забрать свою невесту, немедленно. Один не уеду, – добавляю резко.
Да уж, сильно меня разозлило это семейство. Иначе как яростью не объяснить эту настойчивость. Ведь по сути, появился шанс одному отсюда убраться. Холостому. Так зачем все порчу? Почему перед глазами стоит испуганное личико блондинки из библиотеки? Ее огромные серо-зеленые глазищи – как два ядовитых омута. Затягивают глубже.
Она меня зацепила? Тем, что смотрела равнодушно?
Не пыталась понравиться.
Да, не привык я к такому. Обычно женщины смотрят на меня с интересом как минимум.
Эти сводные сестры – полные противоположности. Одна – капризная стерва, жаждет воткнуть меня себе в шляпку, как трофей. Нашла себе пластикового Кена. Сразу вызвала чувство глубокой неприязни. Ну уж нет, на такой точно не стал бы жениться, даже под страхом смерти.
Вторая… Какое впечатление можно составить за пару минут?
Пожалуй, Нина как нежное суфле. Вся такая тонкая, хрупкая, воздушная. Девушка в беде. Может быть это меня зацепило?
Проходим в дом. Иду следом за Крапивиным в его кабинет. Нам никто не попадается из домочадцев, видимо все еще спят.
Крапивин тяжело дыша падает в кресло. Весь лоск с него слетает – сейчас это несчастный перепуганный старик. Должен признать, это доставляет мне удовольствие. Приходится даже одернуть себя – в конце концов, этот человек спас жизнь моему отцу. Нельзя уж настолько злорадствовать.
– Нина… она не согласится, понимаешь? – произносит сдавленно.
– Вам придется сделать так, чтобы девушка приняла предложение. Меня тоже нелегко убедить, и тем не менее, я здесь.
– Ей будет крайне сложно, если она это сделает. Ты ее подставляешь!
– Это уже не ваша забота. Я смогу позаботиться о жене. Готов забрать ее прямо сейчас. У меня есть еще пара свободных часов. Больше чем нужно.
– Стелла…
Не договаривает, но все и так ясно. Родная дочка Крапивина – та еще стерва. Не оставит приемную в покое. Только почему меня это должно волновать?
– Тем более стоит поторопиться.
– Как это будет выглядеть? Привезешь ее в квартиру к любовнице?
– Это уже не ваше дело. Сниму номер в гостинице! Привезу в дом к своим родителям. Пусть собирает вещи. Что забудет – сможете привезти позже. Устроим свадьбу, и сразу уедем в свадебное путешествие.
На самом деле, в моих планах отправить женушку в провинцию. Есть у нас дом в небольшой деревушке. Хорошее место, перспективное, туризм там начинает развиваться. Пусть дом в порядок приводит, будет чем заняться. Так что путешествие будет, пожалуй, с Делией.
– Я выпью кофе неподалеку. У вас есть час на разговор, и еще один на сборы. Нину я заберу в любом случае.
Ухожу, не дождавшись ответа, чувствуя, как оставляю позади настоящие руины.
Нина
Собираюсь в универ, совершенно не подозревая, о том, что происходит в доме. Привычная чашка кофе, смотрю в окно, делаю себе сэндвич. Домашние еще спят. Мое любимое время в этом доме. Можно почувствовать себя полноценной хозяйкой.
Случайно замечаю, как мимо кухни промелькнула высокая фигура, направляясь к двери на улицу. Выглядываю и понимаю, что это вчерашний гость. Жених Стеллы.
Вчера она допоздна психовала, ругалась.
Значит, помирились?
– Доброе утро, – поворачиваюсь к лестнице. Олег Николаевич, лицо бледное, на лбу испарина.
– Доброе. Все в порядке? Ох, далась им эта свадьба. Нервы сплошные!
– Да, все хорошо. Ты не могла бы мне сделать чай? Ромашковый.
– Конечно.
Олег Николаевич терпеть не может травяные чаи. В крайне редких случаях просит заварить, если сильно перенервничал.
– Принесешь ко мне в кабинет?
– Да, я мигом.
Все занимает минут семь. Поднос, свежая выпечка от Сары уже готова. Сама она ушла на рынок за молоком и свежим творогом.
Толкаю дверь в кабинет.
Все же, сегодня какой-то странный день…
Олег Николаевич встречает меня странным цепким взглядом. Буквально дыру в моем лбу просверливает. Становится не по себе. Что я могла сделать, что произошло?
Ничего не понимаю.
Ставлю перед ним поднос с чаем.
Крапивин отводит взгляд, поворачивается к окну.
– Я пойду, а то на первую лекцию опоздаю…
– Погоди, дочка. Сядь. Нам нужно серьезно поговорить.
Предчувствие, похоже, не обмануло меня. Что-то случилось. Недоумеваю, что касается это именно меня. Ведь нутром чую, это связано со свадьбой Стеллы. Каким я тут боком…
Черт!
Неужели грек рассказал, что произошло в библиотеке? Он оказался свидетелем очень неприглядной сцены. Может быть он не так понял происходящее.
Меня начинает тошнить.
Я не готова обсуждать отношение Вадима ко мне. Тем более, что знаю – Крапивин сына обожает, меня же сделает крайней. Поэтому никогда не пыталась жаловаться на Вадима. Очень часто родительская любовь бывает абсолютно слепой…
– Мне правда нужно спешить, я не могу пропускать лекции. Мы можем поговорить вечером?
– Нет, не можем, – тон Олега Николаевича становится жестким. – Сядь.
Опускаюсь в кресло, ноги буквально подкашиваются.
– Мне нелегко говорить об этом, Нина. Я попал в крайне неприятную ситуацию.
– Что случилось? – еле ворочаю языком.
– Я пообещал выдать свою дочь за Андреаса Кралидиса. Мы все обговорили с его отцом, все решили. Андреас, как ты знаешь, приехал вчера, чтобы познакомиться с невестой… – Крапивин замолкает.
– Да, я знаю об этом.
– Андреас выбрал тебя.
– Что?! – подскакиваю. Мысли разбегаются как обезумевшие микробы. – Я не понимаю. Вы шутите?!
– Если бы, дочка. Этот разговор убивает меня.
– Это невозможно. Стелла влюблена в него…
– Я рад, что Стелла избежала брака с таким типом, – выдает мрачно и замирает, понимая, что сказал лишнее.
Но обратно слова не запихнешь.
Я всегда знала, что не стою в его глазах ничего. Приживалка, бродяжка. Любимые слова Вадима. Жестокие, обидные. Конечно, ни Крапивин, ни Вера, не позволяли себе подобного. Но и не торопились наказать сына за грубость, если становились ее свидетелями. Лишь для вида, мягко журили.
Это не новость для меня, но почему-то все равно больно.
– У меня безвыходное положение, Нина. Кралидис припер меня к стенке. Нанес чудовищную рану, от которой мне не оправиться. Я не знаю, что делать…
– Это не значит, что я должна стать пластырем, которым вы залепите рану! Я не имею к вашим делам никакого отношения! У меня свои планы на жизнь, свои интересы. Я всегда была здесь чужой, надо было давно уйти…
Выбегаю из кабинета, несусь к себе в комнату. Меня трясет, не могу успокоиться. Надо уйти немедленно из этого дома, и я начинаю лихорадочно собирать вещи. Заберу все необходимое, чтобы не возвращаться. Звоню подруге.
– Ты можешь пропустить первую пару, я к тебе с вещами приеду?
– Что случилось, Нин? Я проспала, так и так пропущу, мне бы на вторую успеть. Ты чего, из дома ушла? Поссорилась? С кем? Что у вас там…
– Я потом расскажу.
– Слушай, в любом случае, ключ запасной у соседки, Кира работает дома, скажу ей, что ты придешь. Потому что мне надо пораньше, лекции у Тео забрать…
– Хорошо, спасибо!
– Ты в порядке?
– Нет! Но буду, как только уберусь отсюда!
– Ну и дела. Ты держись там.
– Спасибо, – отбиваюсь.
Дверь в комнату открывается, на пороге стоит Вера. Смотрю на нее, понимая, что я опоздала. Дура, надо было наплевать на вещи. Теперь предстоит второй раунд. Вера всегда на стороне мужа.
– Я не хочу разговаривать, – буркаю, продолжая складывать рюкзак.
– Мне очень жаль, Нина, но ты должна меня выслушать, – вздыхает женщина.
Глава 7
Сжимая ручку своего рюкзака, медленно спускаюсь по лестнице. Внизу стоит мой будущий муж. От этой мысли невольно кривлюсь, с головы до ног пронзает ледяная дрожь.
Я правда на это согласилась?
Противостоять Вере, своей единственной настоящей родственнице по крови, той, кто хоть немного любил меня, заботился эти годы, я не смогла.
Осознание катастрофы было очень медленным.
Когда Вера начала повторять слова мужа, меня преследовало ощущение, что ударила наотмашь.
Говорила она долго, очень много. Умоляла, утешала. Внушала чувство вины. Ведь она столько для меня сделала. Как и вся ее семья.
– Олег в ужасном состоянии, Нина. Я так боюсь за его здоровье! Ты ведь знаешь, полгода назад он перенес сердечный приступ. Еще не до конца восстановился. Не представляю, во что выльется эта история для его самочувствия. Я и сама в шоке от происходящего. Только ты сейчас можешь нам помочь!