- -
- 100%
- +
Джон отдал трубку Люси и стремглав кинулся к кабинету лейтенанта. Вошёл без стука.
– Господин лейтенант, разрешите доложить! По вашему приказанию я узнал, кто дежурил на КПП. Это были…
– Заткнись, – вовремя бросил Да-на, – пошёл вон.
– Слушаюсь, господин лейтенант, – ответил Джон и покинул кабинет и пошёл прогулочным шагом к выходу.
– Жандарм, можно вас на секундочку, – знакомый баритон. Джонни оглянулся – и рожа с козлиной бородкой соответствует. Ну а худой и длинный, видимо, обладатель баса. Он вопросительно посмотрел на парочку.
– Мы следователи департамента юстиции, – басом представился худой.
– Документы, – Джон положил ладонь на кобуру.
– Да-да, конечно, – мужчины судорожно зашарили во внутренних карманах, – вот, пожалуйста.
– Идите в жопу, – лениво ответил им Джон, рассмотрев удостоверения, – здесь территория временного ограничения прав, осуществляется прямое военное администрирование.
Карл успел просветить Джонни по этим вопросам.
– Но вы же здесь не навсегда, молодой человек, – улыбнулся тип с бородкой, – в будущем вам потребуются средства.
Джон изобразил на лице заинтересованность.
– Тысяча баксов всего лишь за имена, – тоном соблазнителя проговорил козлобородый.
– Десять тысяч, – внёс предложение Джон, – и забирайте их в натуре.
– Когда и где? – не стал ломаться длинный.
– Деньги с собой? – спросил Джон, – баксы вперёд или прощайте.
– Но как вы их… э… передадите? – сомневается козлобородый.
– Шепну сержанту, чтоб назначил субчиков на внешний КПП в ночь. – Равнодушно пояснил Джон, – так с собой бабки?
– Мы сможем привезти половину через два часа, – басом предложил длинный, – и ещё половину, когда…
– Когда жопа запоёт соловьём, – Джон на глазах терял интерес к разговору, – прощайте.
– Но, молодой человек, трудно верить людям, которые…, – начал длинный.
– Которые сдают своих? – усмехнулся Джон, – а у вас есть другой выход? И причём тут верить? Если я подставлю посторонних, что вы со мной сделаете?
– Но мы потеряем время…
– Не потеряете, я сам буду там присутствовать, – заверил Джон.
– Сделаем так, – решил козлобородый, – через два часа на внешнем КПП вы получите десять тысяч. И ещё пять при передаче негодяев. Идёт?
– Конечно! – Джон изобразил радость, – пятнадцать штук лучше десяти! Жду вас через два часа. И учтите – жду только десять минут.
Мужики посмотрели на часы, серьёзно разом кивнули и чуть ли не бегом припустили по делам. Джон проводил их насмешливым взглядом и спокойно направился к лейтенанту Да-на. Вежливо постучал.
***
– Входи, подонок, – разрешил командир.
Ну, раз начальник сам сказал, Джон зашёл, отрапортовал. – Господин лейтенант, капрал Джон Ха-ня по вашему приказанию явился!
– Что ты сделал по моему приказанию? – серьёзно спросил лейтенант, разглядывая его смеющимися глазами.
– Джип пригнал и так… поболтать зашёл, – буркнул Джон, – ещё мне нужно позвонить.
– А что ж к Люси не пошёл? – удивился Да-на.
– Командир, вы что! Как же можно идти к подружке раньше начальства? – делано удивился Джон.
– И как это тебя угораздило так вовремя ко мне вломиться? Значит, под дверями подслушивал? – скривился лейтенант, – фу! Ладно, докладывай, чего удумал.
– Ну, это… они ребятам угрожают, а кашу мы заварили, виноваты, – неуверенно начал Джон. Лейтенант одобрительно кивнул.
– Вот они мне денег дадут, ведь моим добровольцам жалование не идёт.
– Идёт шакалья ставка, в штабе округа вчера приказ подписан, – улыбнулся Да-на.
– Ага, пятьдесят баксов за службу в руинах, – Джон даже не улыбнулся. – И ответственности на миллион.
– Полтора миллиона, если что, – поправил его командир, – насчёт содержания решили так – ставка без изменений, но вот у меня новый приказ о призовых и трофейных выплатах. Товары с терминала обелим как трофейные, десятина ваша. И не делай такую морду, и так жрёте там в три горла с общей добычи!
«Ага, общей, – думал Джонни, демонстративно глядя в потолок, – попробуй, начальник, забрать у нас пряничек, коль солдатиков не жаль».
Лейтенант понял его правильно и сменил тон. – Вам нужны деньги? На снабжение личного состава выделяют именно деньги, улавливаешь?
– Ага, вы через штаб округа родной армии продадите её же консервы, – со скукой проговорил Джон. – Половина – без нашего бэмса, вообще, ничего бы не было.
– Четверть, и успокойся. Успокойся, я сказал! Есть ещё два пункта. Добровольцев принимаем на солдатский кошт, запомни и передай своим дезертирам – всё официально, и служба их будет считаться службой по призыву. – Командир серьёзен. – Они больше не дезертиры. А второй пунктик… э… ну, в штабе понимают, что вы делаете и чем рискуете на «своей» территории ещё до начала настоящей войны. Начальник среди служащих запустил подписку, и если кого из вас в бою… в общем, родным помогут. Начальник лично просматривает подписной лист, так что банк растёт.
– Не дай Бог сорвать этот банк, – пробурчал Джон, но по нему было видно, что он тронут. – Спасибо. И э… так я позвоню?
Лейтенант мотнул подбородком в сторону аппарата. Джон набрал короткий номер, выслушал пожелания дежурного и подумал, что им срочно нужен женский персонал для таких задач. – Ну, извини, родной, извини глупого командира, что побеспокоил… Алё! Ты живой там ещё? Да что ж ты так орёшь, оглашенный? Успокоился? Слушай, через час на внешний КПП пришли Слона, Чижика и Муху, пусть возьмут только пистолеты. Алё!
Джон отключил связь, улыбнувшись лейтенанту. – Охламоны. Снова трубку не положил, чудо заполошное.
– Зачем тебе бойцы? Что ты собираешься делать на КПП? – лейтенанту интересно.
– Да мне за слив ребят обещали привезти десять тысяч. Так пацаны подстрахуют, чтоб не увезли меня для разговора, – охотно объяснил Джон, – а слив ночью. Думаю, задержим бандитов до выяснения, авось это придержит на время господина Та-ну.
– Ну, допустим. А дальше? Война с целым кланом? Ты представляешь себе, что это такое? – лейтенант суров.
– Господин лейтенант, – вздохнул Джон, – раньше нужно было представлять, а сейчас уже не зачем – всё и так увидим.
***
Джон зашёл к Люси поболтать, но она была явно не в духе, разговор не клеился.
Передал привет от Эрхуфа, Люси равнодушно кивнула. – Ему тоже приветик.
Джон спросил, как дела в Джудии? Говорит, что не знает, давно там не была.
Джонни улыбнулся, – как малыш?
Люси сухо, – хорошо.
– Познакомишь? – Джон серьёзно.
– Конечно, – ответила Люси, не отвлекаясь от канцелярской работы.
– Так я зайду? – спросил Джон с надеждой.
– Буду рада, – пропела Люси ровным тоном.
– Ты прости меня, – решился сказать Джон.
– Хорошо, прощу, – проговорила рассеянно, и всё.
Как об стенку! Джон, посопев, развернулся и вышел, не оглядываясь. А зря – он не видел, каким взглядом проводила его Люси. Когда он ушёл, она долго смотрела на закрытую дверь опустевшими глазам, с щеки скатилась первая слеза…
Джонни неспешно прогулялся до КПП, внезапно остро захотелось побыть одному. Не то, что он себя жалел или хандрил. Джонни испытывал странное, новое чувство – и грусть, и ещё что-то, наверное, нежность. Чувство новое, но как будто забытое данным давно, и вот оно вернулось из поры счастливого детства.
Обрадовался ему, и удивился – уверен был, что жизнь давно выжгла в душе подобные чувства и воспоминания. Оказывается, он – сентиментальный подонок, кто бы мог подумать! Джонни повеселел от этой мысли и зашагал бодрее.
***
Жандармы на КПП ему искренне обрадовались. Давно не виделись, и слава Богу – их совсем не тянуло повидаться с Джоном в развалинах, а на КПП другое, даже милое дело. Зелёный этот достал вообще, никакой жизни с его уставщиной. И так был не сахар, а после лазарета стал просто какой-то контуженный, блин!
Парни знают, что сержант избегает встречаться с Джонни, так им интересно – Джон на минутку заскочил, или желает кофе с печеньем испить? Он охотно принял приглашение, пил кофе и с удовольствием слушал последние жандармские сплетни.
Наконец, с попутки спрыгнули бойцы отряда. Ребята присоединились к компании, оживлённо болтали с приятелями – большинство молодых жандармов знакомы со школы. Знают родителей друг друга, сестёр, братьев. Спрашивали, как дела, передавали приветы…
Джон скрипнул зубами. – Парни, нам тут нужно кое-кого подождать, мы за вас часок подежурим?
– Конечно, хоть до конца смены! – весело загомонили постовые.
***
Смешно, конечно, но Джон впервые по-настоящему стоял в наряде на КПП, не до того ему было. Всегда находились дела и важней, и интересней.
Простояв полчаса, Джон решил, что немного потерял, средненькое удовольствие. Будь он поэтом или писателем, тогда, конечно, самое оно, а для него время до подъезда «следователей» растянулось, как старая резинка на солдатских трусах.
Дождался знакомого «проша» и обрадовался, как родным – вытащил ствол и демонстративно передёрнул затвор. Муха навёл на машину станкач, Чижик положил на бруствер из мешков с песком ручник, Слон с пистолетами занял позицию сзади и сбоку от автомобиля.
Парочка в машине оживлённо закрутила головами, козлобородый уставился в окно на Джона. Он, радушно улыбаясь, поманил мужчину ладошкой.
Тот чуть замок не сломал, так ему захотелось наружу – стало совершенно ясно, что промедление может привести к печальным последствиям, вон господина Та-ню такие же пацаны из пулемёта расстреляли.
Наконец, у него получилось справиться с замком, вышел и, безуспешно пытаясь сохранить достоинство, на негнущихся ногах приблизился к Джонни. Он молча протянул руку, козлобородый, вновь запутавшись во внутреннем кармане пиджака, как вырвал пухлый конверт.
Джон принял конвертик и, не глядя, через плечо перебросил Чижику, – проверь!
– Десять тысяч, капрал, – крикнул пацан с небольшой задержкой.
– Ночная смена начинается в двадцать два, но раньше двадцати четырёх лучше не приезжайте – здесь бывает людно, – проговорил Джон, – до вечера… э… ещё пять тысяч?
– Само собой, – «следователь» попытался изобразить улыбку, – как и договаривались. До вечера?
– До вечера, – благодушно ответил Джон. Мужик, развернулся и, втянув голову в плечи, прошёл к машине, изо всех сил стараясь не сорваться на бег. Дошёл, хлопнула дверца, машина рванула с места с пробуксовкой в отчаянном развороте.
***
Немного отъехав, козлобородый с шумом выдохнул и влепил длинному подзатыльник. – Нафиг бабки отдавать!? Возьмём щенка и расспросим!? Сами всё сделаем, Жоржи??? Уф, как хорошо, что я тебя не послушал, взял эти сраные деньги!
– Ага, а теперь их пацаны на всех попилят, – обиженно пробасил худой, – я ж хотел, чтоб только нам, Алекс!
– Рули давай! – злился козлобородый, – пацанов придётся у босса просить, тут много ребят нужно… и с гранатами, пулемёты у них.
– Не гони, хватит обычных молотилок, – снисходительно ответил опытный Жоржи, – да и то – пугнуть. Это с нами они были герои, а как парней увидят, обделаются.
Глава 7
Джон с бойцами пожелали жандармам спокойного дежурства и на попутке поехали на гауптвахту навестить старину Зо-на. На саму губу машины шли редко, а попутчиков, даже жандармов, брали ещё реже, поэтому ребятам пришлось изрядно прогуляться от трассы.
В компании им было не скучно. Смеялись над бородатым, как у него ножки подламывались. Джонни пообещал, что ночью будет ещё веселее.
Лейтенанта Зо-на застали при исполнении и не в настроении, гонял по плацу жандармов, лишённых фантазии. Джонни и парням обрадовался, сразу начал брюзжать, что совсем стало на губе тоскливо, самые юморные ребята не вылезают из развалин.
Хоть навещают изредка, но могли бы заходить и почаще. В общем, отпустил бедолаг отдыхать, а сам сходил за травматическим оружием. Начал с разминки – со Слона. Когда ему хватило, за гематомами вышел Чижик, но и он выдержал недолго.
Муха держался молодцом, оттого и кличка такая у парня, даже заслужил похвалу лейтенанта, когда, чуть скособочившись и прихрамывая, уступил место Джону.
Джонни себе не льстил, ни на что не надеясь, собрался, успокоился, прочувствовал кожей оба пистолета, ощутил вес. Поиграв мышцами, настроился. Когда Зо-на пошёл на него, вдруг поймал его ритм, хотя никакого ритма там и быть не могло.
Но в полностью опустевшем сознании Джона нечто задавало его танец. Он не стрелял в ответ, в полной уверенности в своей неуязвимости, и что каждый его выстрел будет точным. Джонни, как издеваясь, двинулся навстречу лейтенанту.
– Стреляй! – не выдержал Зо-на, – стреляй, щенок, твою мать!
– Мать? Да пожалуйста!
Джонни принялся избивать офицера точными выстрелами… по ляжкам, как новобранца! Зо-на держался, скрипя зубами, не выдержав, рухнул на колено. Всё – он мишень, но офицер продолжил стрельбу.
Джонни двумя выстрелами «отсушил» плечи, предплечья. Руки Зо-на повисли плетьми, а с лица не сходило выражение злого азарта. Наконец, он как очнулся и захохотал во всё горло, запрокинув голову.
– Вот уж не думал, что доживу до такого! – воскликнул он. – Малыш, в тебя молния ударила?
«Нет, дури обширялся», – чуть не ляпнул Джон, но вовремя прикусил язык. Спокойно переспросил, – с чего вы взяли?
– Приходилось слышать про подобные чудеса, – Зо-на счастливо улыбался, – но видеть не доводилось. Спасибо, Джонни!
– За что же? – не сообразил Джон.
– Да я ж последний раз подобное испытывал лет десять назад, – усмехнулся лейтенант, – прямо как в молодость вернулся…
– Когда был, как они, – кивнул на ребят. Бойцы, не стесняясь, таращились с открытыми ртами.
«Ай да порошок»! – смекнул Джон. Себе он по-прежнему не льстил, всё своё он взял у Зо-на, но препарат действительно преумножает возможности.
– Ну, что застыл? Помоги подняться, стрелок, – заворчал начальник гауптвахты, – на сегодня игры закончены, пойдём обедать.
***
Обед накрыли в комнате отдыха, лейтенант радушно потчевал молодых жандармов. Джон счёл момент подходящим и закинул удочки насчёт филиала губы в развалинах. Дескать, там постоянная многоуровневая охрана, и, вообще, через развалины бегать психов не найдётся. Полно тяжёлой и опасной работы для арестантов, и возить их не нужно, пешком дойдут. Главное – бойцы отряда всегда готовы составить компанию в его упражнениях.
– Если ты про себя, я – пас! – лейтенант шутливо отгородился ладонями, но было видно, что предложение ему по душе.
– Само собой, офицерская доля в трофеях вдобавок к жалованию, – сделал Джон «контрольный выстрел».
– М-м-м? – приподнял бровь Зо-на.
– Немного, – сокрушённо признался Джон, – пока пятьсот.
– Ха-ха-ха! – внезапно расхохотался лейтенант, – Да-на прав – вы там в ноль оборзели! Сегодня же с ним переговорю, думаю, он не будет против. Вместе мы округ продавим, они там уже и не знают, как нас ещё наградить, чтоб с ними не забыли поделиться.
***
Джон не преминул воспользоваться хорошим настроением лейтенанта и выпросил джип. Следовало поторапливаться, по программе инъекции делались всё чаще. Курс начинался с одного укола в три дня и уже дошёл до двух в день.
Всё это он, конечно, Зо-на не объяснял, просто сослался на дела в отряде. Начальник, считая уже Джона своим, легко разрешил покататься на своей машине.
По пути заскочили в штаб жандармерии, Джонни договорился с командиром о доступе в оружейку и об «аренде» автофургона на ночь.
Решив текущие вопросы, вернулись на базу, где Джон получил новую дозу, и его неожиданно повело. Едва сумел дойти до койки и, засыпая в падении, услышал голос Эрхуфа, уже не понимая смысла слов:
– Говорили же тебе избегать волнений, благо, что не рубануло за рулём.
– А? – откликнулся Джонни спросонья.
– Я говорю, что, благо, не вырубился в бою, – улыбнулся Цербер, – угадай, сколько ты проспал?
– Проспал??? – Джон заполошно уставился на часы, – горбатая лошадка! Кто украл четыре часа?
– Что-нибудь снилось? Вообще ничего? Ага, заработал «Зов», твой организм принял отраву, – очень довольным тоном сказал Цербер.
– А если бы не принял? – угрюмо проговорил Джон.
– Малыш, в тебя уже залито четыре смертельные дозы, – без улыбки ответил Цербер, – сам-то как думаешь? Вот-вот. Рассказывай, что делал.
– Стреляли с Зо-на, это мой учитель огневого контакта, – Джонни аж зажмурился, смакуя поединок, – и ты прав – оно работает. Иначе я б его в жизни не уделал. Ну, инструктора уработал, как новобранца. И что ты скалишься?
Джон разозлился. – Вот он скоро к нам переедет, с ним повеселишься.
– Ладно-ладно, надеюсь больше ничего такого у тебя на сегодня не запланировано? – Цербер проявил заботу.
– Не-а, – честно ответил Джон, – стрелять не должны – пойдём с ребятами на танцы.
– Джонни, – Цербер строг, – до финальной серии никакого секса! Это важно!
– Да помню, – пробурчал Джонни, – а скоро она, эта серия?
– Послезавтра, – Цербер печален, – отменяй на двое суток все дела, ты не сможешь встать с койки.
– Он так действует? – немного испугался Джонни.
– Не-а, – передразнил его Цербер, – я тебя привяжу.
– Ладно, – Джонни не стал спорить, – привязывай, раз так надо. Ну, я пойду, позову ребят.
Цербер развеселился. – На губу не нахулиганьте!
***
Маневр с танцами Джон придумал из соображений конспирации. Мало ли какие у противника разведывательные возможности, бережёного Бог бережёт. Джонни весело провёл время в компании двух отделений «силовиков» и девчонок, конечно.
Оказывается, многие девушки ходят на танцы именно танцевать и знакомиться, а не как остальные… Джонни поймал себя на неприязни к «остальному», странно – он сам себе удивился. Но женское общество ему было приятно, как и прежде, и он списал ощущения на временную «побочку».
Ровно в двадцать один тридцать Джон пошёл «отлить», и, никого не дожидаясь, сразу направился в оружейку. Через две минуты подошёл первый боец, за ним ещё двое… в двадцать два все были в сборе.
Джон сходил за лейтенантом, Да-на решил не впутывать в дело посторонних. Ребята вооружились, офицер с Чижиком и Мухой на джипе поехали к КПП. Выждав четверть часа, бойцы залезли в поджидающий их фургон, Джонни сел за руль.
Да-на сменил наряд на КПП, ребята постовые радостно пошли в казарму. Лейтенант лично возглавил смену, встав у станкача, Чижик присел с ручным пулемётом за ограждением из мешков с песком, Муха как самый шустрый взял на себя роль проверяющего. Ну, не все ж подряд машины будут расстреливать. И, вообще, они – подстраховка, если у команды Джона что-то не получится.
Джонни, не останавливаясь у блокпоста, проехал около двухсот метров до выезда на трассу. Она пролегала вдоль брошенной промзоны, в этом месте разветвлялась, левый поворот как раз уводил к сборному мобилизационному пункту.
Джонни притормозил, ребята выпрыгнули из фургона. Джон задним ходом загнал грузовик на обочину. Немного проехал вперёд, вывернув руль, снова сдал назад, прикинув, куда светят фары, выключил всё освещение.
Бойцы расположились среди обломков за обочиной, один боец с рацией побежал вперёд – его дело предупредить. Джонни после утреннего шоу справедливо ожидал прибытие представительной делегации, и ему очень не хотелось устраивать сражение, он решил не дать противнику выйти из машин. Потянулось время ожидания…
Неприятель не разочаровал – кортеж из пяти машин летел на приличной бандитской скорости, лишь немного притормозив, с намерением лихо войти в поворот. А что перед таким маневром следует увеличить дистанцию, мамы придуркам не рассказывали – едва в гармошку не собрались.
Джонни врубил дальний свет прямо водителям в глаза и выпрыгнул из кабины. В этот момент на капотах рванули брошенные бойцами с обочины свето-шумовые гранаты. Машины, как шли цугом, так и вылетели с дороги в нагромождение обломков.
Джонни поморщился – считал машины уже своими. Бойцы выскочили из укрытий и заняли позиции у автомобилей с винтовками наизготовку.
Джон заорал. – Уткнули морды в колени, козлы! Прострелю любую башку, что увижу в окне!
Ну и саданул из револьвера по ближайшему автомобилю, осыпались простреленные стёкла.
Сами привыкшие лишать жизни, бандиты не питали иллюзий насчёт жандармов, тем более пацанов с винтовками. Ясно же, что они способны прострелить двери машин насквозь. Бандитские дисковые «молотилки» в этой ситуации были совершенно бесполезны – стрелять можно только в окна
– Ха, да это же знакомый «прош»! – обрадовался Джон, – Джеймс, подгоняй фургон! Начнём с этих!
«Этим» не пришлось повторять дважды – первым помогли вылезти козлобородому. Джон хищно улыбнулся. – Сука, говоришь, невинные пострадают?
Резкий удар в живот, мужик скорчился на земле в позе зародыша, заходясь воплем.
– Так можешь не беспокоиться.
Следующим вытащили худого и длинного.
– Бабки привёз? – на всякий случай спросил Джонни. – Нет??? Так вы меня хотели кинуть, уроды???
Повтор для длинного, тот аж ногами засучил, и штанишки потемнели.
Парни обошлись без лирики и лишних слов, строго по инструкции, ситуации и полицейской выучке. За четверть часа сосредоточили задержанных в фургоне фуры, вытолкнули на дорогу бандитские машины. Их слегка помяло, но все оказались на ходу, и кортеж, не останавливаясь на КПП, проследовал прямиком в развалины, лишь Джонни прогудел клаксоном победную трель.
***
На базе так же, избегая лишних глаз, выгрузили пленных, загнали в подвал «первого». Лишь «следователей» отдельно провели в «особняк». Джон взял телефонную трубку, стукнул по рычагам и очень вежливо попросил барышню дать связь с городом.
– Номер твоего босса, быстро, – обратился Джон к длинному.
– Да вы что творите, щенята легавые, в натуре попу…
Раздался выстрел, длинный упал с простреленным лбом. Джон вопросительно навёл ствол на козлобородого, протягивая телефонную трубку.
– А что говорить-то? – растерялся «следователь», накручивая номер.
– Да расскажи, как всё было. И передай, что если кто-нибудь из родных моих ребят просто подвернёт ногу…
– Ага, понял, – закивал бородатый и, преданно глядя на Джонни, заныл в трубку, – алё! Ну, алё же!!!
Глава 8
В кабинете босса в креслах расположились двое мужчин – оба высокие, спортивного сложения, в деловых костюмах. Короткая стрижка одного из них выдавала военного или полицейского, худощавое лицо с тонкими губами, впалыми щеками, высокий лоб, прорезанный морщинами делали его похожим на хищную птицу.
Его собеседник, сам босс, из-за вьющихся тёмных волос до плеч и мягких линий округлого лица производил обманчивое впечатление добродушия. Но обоих выдавали жёсткие взгляды холодных глаз, давно привыкших к смерти.
Господин Та-ну ценил профессионалов. Он, конечно, дал своим ребятам возможность выслужиться, прогнуться, но не рассчитывал на значительные успехи.
Пусть его архаровцы успели доложить, что вышли на какого-то стукачка, обещавшего сдать исполнителей, и босс даже не сомневался, что они кого-то притащат. Всё равно это не изменит его планов – он решил серьёзно проучить жандармов.
Дело, в общем-то, не в них. Господина Та-ну волновал вопрос – за что? Почему убили его сына? Господин располагал хорошими детективами, целой командой бывших полицейских, как раз предводитель сыщиков явился с докладом.
Он хотел сделать это утром, но позвонил босс, спросил, есть ли результаты? Услышав, что есть, потребовал немедленного доклада, всё равно плохо спал из-за всего случившегося.
– Итак, Грегори, ваше мнение? – Та-ну умеет быть вежливым.
– Лично моё мнение – его убили по ошибке, – развёл руками Грегори, – судите сами: ваш сын взял случайную машину, подсунуть её специально… я даже не представляю, как это можно сделать! Стрелок за пулемётом не мог разглядеть Эдварда. В спецзоне беспорядки, парнишке захотелось пострелять из большой пушки. Или на этой машине должен был ехать кто-то другой, кого паренёк очень хотел убить.
Господин Та-ну придавил сыщика тяжёлым взглядом, – это всё, что вы наработали?
– Это моё личное мнение, босс, – холодно повторил Грегори, – мы знали, что вы им не удовлетворитесь, и собрали всю информацию, какую только могли добыть. Я посмотрел полицейское дело на Эдварда – с виду чистый бред, но он основан на фактах. Полицейская версия – просто желание всё свалить на мертвеца. У него уже не спросишь, кстати, он с вами не делился проблемами?
– У него не было проблем, – глухо проговорил Та-ну.
– Увы, босс, вы заблуждаетесь, – мягко заговорил сыщик, – мы опросили его друзей по колледжу. Так вот – у него не было друзей… и подружек. Он был близок с одним мальчиком…
Та-ну резко наклонился вперёд, но лишь впился пальцами в край столешницы – их разделял стол. Повисла тягостная пауза, не проронив ни слова, он снова откинулся на спинку кресла. Сыщик счёл это разрешением продолжать.