Семицветик-2. Звёздный рейд
- -
- 100%
- +
Рори почувствовал смену настроения и предложил пока «осмотреться в отсеках», типа ещё не насмотрелись. Командор стал прямо выпроваживать посторонних из каюты, пожелав приятного отдыха после славной работы где-нибудь подальше «от них с сыном». Его неожиданно поддержал Барро, идите, мол, пожалуйста, а то они все за себя почти не отвечают!
Бас переглянулся с Диком – всему виной «слёзы тьмы», «разрядники», «шептуны», да и Лан всё ещё таскал сидор Орхи, полный артефактов! Странная штука – пираты, оказывается, не из принципа, не только из-за того, что не верили высоколобым, не допускали в свои модули эти чудесные штучки. Они не переносили их присутствия… они их чувствовали!
Это тем более удивительно, что гости станции в отсеках внешнего контура не замечали ничего необычного… или успешно делали вид? Лан отчего-то вспомнил, что никогда не видел в салуне ни одного вполне трезвого звёздного сталкера, а вне салуна встречались лишь ныне покойные наркоманы Зича. В этом, несомненно, крылось что-то интересное.
В целом ребята согласились – пора устраиваться по-хозяйски. Пио так и сказал, что пока он везде здесь хозяин. В смысле пока его вахта – отныне в центральных модулях постоянно будет находиться кто-нибудь из цветиков, контролировать киберсистему. Ковбой выразил надежду, что никого не придётся убеждать в том, что каждый из них в любую секунду способен предать мучительной смерти всех обитателей, просто отдав электронике нужные команды. Судя по злым пиратским мордам, ему поверили на слово.
Парни учтиво покинули уже занятое помещение, Пио, ведомый чутьём «вундеркинда», побрёл вглубь станции в поисках серверной, а остальные приступили к квартирному вопросу – через пси-поле позвали девчонок в «зону отдыха».
***На месте поделили территорию. Дик и Хриз остались в старом кубрике – кто-то же должен приглядывать за внешним контуром, особенно за Зичем Шуи.
«Перламутровый зал» с прилегающими каютами забрали Орхи с Ланом.
«Бирюзовый» понравился Оди, и, по её убеждению, там должно понравиться Пио.
Джин наотрез отказалась перебираться в места недавнего разнузданного разврата, так и осталась в своей «чёрной» vip-комнатке, только вместе с Басом выкинула дохлых пиратов.
Вообще, её настроение резко испортилось, и Дима был вынужден отправиться по старому адресу в административный модуль внешнего контура. Лишь, наконец-то, вернувшись из борделя в конуру, он с досады хлопнул себя по лбу – Джин тоже, как парни Барро, реагирует на артефакты, ведь и она почти не поддавалась его пси-воздействию, что-то есть у них общее. Бас хотел обсудить это с ребятами, но все были заняты.
Бас уже подумывал, чем бы заняться, на его удачу Пио попросил помочь в центральных модулях – обнаружились новые интересные моменты. Дима просто по пути и чтоб не идти с пустыми руками, навестил Зича Шуи, он как раз общался с Орхи, забрал весь кофе и пошёл помогать Лёше. Ну и заодно передать Рори гостинец, чтоб загладить грубость по отношению к его сынку.
***Орхи, как девушка военная, без уговоров сразу сама занялась практическими вопросами. Первым делом с облегчением перевела своих дуболомов в штатный режим службы – рабочих велела выпустить и озадачила уборкой с мелким ремонтом.
Оценила перспективы колонии – пока, не смотря на реформы, кризисы им не грозили. То есть смягчение нравов в отношении к пленным, неизбежная отмена рабства, не должно привести к остановке белковых рециклеров – сырья намолотили впрок, его уборкой и утилизацией рабочие занялись в первую очередь.
Ещё прибывали гости, только не нужно воображать себе лишних ужасов, никто не собирался отправлять всех злодеев без разбору сразу в мясорубку. Орхи навестила Зича Шуи с допросом на тему, что дальше с ним и другими злодеями делать?
Просто разговаривала, даже не ругалась, но учёного настолько потрясли сделанные открытия, что он почти не отреагировал на беззастенчивое разграбление заглянувшим на минуточку Басом – потерявши офис глупо плакать из-за кофеварки и кофе.
Речь шла скорее о потере офисного центра в двадцать этажей. Так часто бывало на Земле – сидит себе директор предприятия в своём кабинете, к нему без стука входит молодой, деловой, в очках и с портфелем, или с бейсбольной битой, и сообщает, что ничего нового не произошло, всё как всегда, то есть, не надо нервничать – предприятие и офис давно уже не директора. Не нужно звать охрану, он охранникам и вообще никому никакой не директор, и звать его никак.
Разница была лишь в том, что разговор происходил не на Земле, а чёрт знает, где в космосе, и у Орхи остался к бывшему руководителю один чисто технический вопрос. Что же её удерживает от того, чтобы прям здесь и сейчас отвернуть старому Зичу учёную голову?
Старая сволочь Шуи считался таковой не из-за одного лишь почтенного возраста, он сволочь с детства и никогда не терялся в острых ситуациях. Да и что теряться-то? Девочке хочется поговорить – ну и пожалуйста, ему не жалко, никого. Зич спокойно заявил, что без него ребяткам в управлении станцией не разобраться и сразу принялся всерьёз посвящать Орхи в непростую пиратскую экономику.
***Станция богатела не только от продажи энергии, кстати, энергия являлась всеобщим универсальным торговым эквивалентом, в отличие от по галактическим меркам местечковых чикосов. Основным источником благосостояния станции являлась спекуляция всем, на что только способна пиратская фантазия, а вот она упиралась в чикосы, несмотря на всю их ограниченность ближайшими, парсеков в сто, окрестностями.
Просто запасти энергию впрок можно лишь в определённых количествах, а счета на «камнях правды» ничем не ограничены. Эти создания представляют собой разновидность «шептунов» в естественной, не паразитной форме.
Их невозможно обмануть или заставить кого-то обмануть любыми угрозами. У них общая память, они при встрече чувствуют друг друга и свободно обмениваются между собой информацией, но камни твёрдо хранят тайну вкладов.
Правда, усиленно распускаются слухи, что вся информация доступна клану Чикота, эмитенту кристаллов, но это больше похоже на простое запугивание – технически получить информацию от артефакта, даже при его согласии, человек может лишь при помощи непростого устройства, считывателя.
За что их особенно ценят, ни один «камень правды» не передаст ни на бит сведений и ни единого чикоса денег, если его владелец считает сделку нечестной. Кстати, стать владельцем такого камня можно только «купив» его у представителя клана, «нулевого хозяина», за довольно-таки приличное количество любого универсального товара – энергии или рабов.
– Вот такие, что ли? – небрежно спросила Орхи, положив на стол прям под нос Зичу их общий камень правды, изъятый из бордельного считывателя. Шуи и впрямь едва ли не носом уткнулся в артефакт, и дело было не в близорукости и утрате очков. – Откуда? То есть как???
Он взял камень и тряскими пальцами вставил в считыватель своего кабинета, уставился в голоэкран и промычал в прострации. – Ашизеть! Ты им ещё и пользовалась! Выиграла по ставке в сто на «отдерёт» против десяти тысяч на «оторвёт»!
– Я выиграла? – нахмурилась Орхи и воскликнула зло, – это Лан, поганец, опять тишком поигрывает! Обещал же, что всё в прошлом, заверял, что не игрок!
– Как Лан? – не понял Шуи, – но камень вот только что ответил считывателю с твоего согласия!
– Общий он у нас, – пояснила Орхи, – только один пока смогли стырить, Лан и притащил.
– Как??? – вернулся Зич к главному вопросу.
– Ну, как-как? Андрюшке не повезло уродиться таким хорошеньким, вечно влипает в истории из-за этого, – смутилась Орхи, – и тут, на вашей помойке, то же самое. Пристал к нему один бродяга, мол, давно ищет напарника, второго пилота и компаньона, зазвал к себе на посудину…
– И что? – очумел Зич.
– Посудина отправилась в лом, придурок в рециклер, а камешек вот он, – пожала плечами Орхи, – что тут непонятного?
– Я повторяю, камни – почти те же «шептуны», ими невозможно управлять, – сурово заговорил Зич и осёкся. – Космическая ёпера!!! Вы управляете камнями правды, значит, вы можете командовать и пси-паразитами!
– И что? – девушка поджала губы, ей стало надоедать обсуждение тривиальных для неё вещей.
– Да ничего! Всё сильно упрощается! – воскликнул чем-то очень довольный старый мошенник, – но без меня вам всё равно не обойтись. Давайте по-честному, без клятв или угроз, просто без лишних слов – сотня чикосов в стандартные сутки повремянки и полставки заведующего лабораторией…
– За что? – удивилась Орхи.
– За консультации, конечно, – уверенно улыбнулся Зич Шуи.
***Гости избежали огульного перемалывания на аминокислоты. Космонавты, как и прежде, сбывали хабар, веселились в салуне и в борделе, и только перед самым предполагаемым отбытием уже в лаборатории у них, прежде всего, выясняли, откуда товар. Если поставщик не ломался, спокойно сообщал, кого ограбил, сведения не являлись секретными, сразу переходили ко второму вопросу – сколько у него, вообще, денег?
Цветики могли присвоить только их камни правды, но не деньги – принципиальные неорганические заразы обнулялись, а чикосы даже цветиками были признанны ценным ресурсом. Что-нибудь при случае купить всегда проще, чем отнять.
У «камней правды» на всё есть своё собственное мнение вдобавок к твердокаменной упёртости – они наотрез отказывались производить оплату за то, чтоб не били и не съели. Это с их нечеловеческой точки зрения не могло считаться честной сделкой, а было простым вымогательством.
Сделкой, в их понимании, ещё мог считаться выкуп за реальное обретение свободы. Вот на самом деле приходилось укладывать потерпевших в киберкапсулы в режиме «замедленной физиологии», грузить в настоящие корабли и отправлять на автопилоте с досветовой скоростью ко всем известной, популярной в кругах галактических проходимцев звёздной системе, где им лет через десять-двадцать предстояло ещё разок откупиться от возможных спасителей и начинать жизнь заново.
В оправдание цветикам замечу, что такая система сложилась не сразу, и была просто вынужденной – иначе станции вскоре могли реально угрожать перенаселение и голод – почти все отсеки оказались бы плотненько забиты «пока лишними людьми».
Глава 7
Люди являлись и главным достоянием, и главной трудностью. Вот взять тех же бордельных работниц – как им объяснить, что произошло на станции? Главное – зачем? Цветики без обсуждений решили оставить во многом всё, как было.
Однако парням даже совместно с наёмниками никаких сил бы не хватило загрузить персонал борделя работой в прежних объёмах. Решение нашли сразу – раз у них тут пиратская база Чикота, для представителей клана обслуживание оставили на том же уровне.
Тем более, в отличие от вольных космических бродяг, гангстеры свободным ещё изолированным от галактической цивилизации мирам не угрожали. Они их попросту не искали – сильно заняты были грабежом уже найденных.
С этим пока объективно поделать было нечего – уничтожить галактический гангстерский синдикат не хватало сил, это не одна какая-то заправка. Начинать войну без внятных перспектив глупо, оставалось только сотрудничать, скупать у пиратов за чикосы всё, что ни предложат, ну и салун с борделем предоставить к их услугам, само собой, чисто для маскировки.
К чести цветиков следует заметить, что они ни секунды не собирались мириться с космическим бандитизмом, сразу принялись искать способы борьбы с этим явление, начали, конечно, с его изучения.
Так уж сложилось само собой – команде удалось наладить кое-какие отношения с отдельными представителями галактической организованной преступности – их формально для этого самого бандитизма наняли владелец станции Рори Грюи с сынком Фанком, управляющим клана.
Лан посчитал, что бестактно напрямую спрашивать, как Зича Шуи, почему их не нужно убивать, Рори точно не потерпит подобного тона. И очень его заинтересовали фотографии в кабинете командора. Вздумалось Лану, что с Рори Грюи нужно строить тёплые, доверительные отношения.
В общем-то, решение было верным, Грюи и в самом деле оказался человеком с душой и чувствами, только их, чувства, стоило бы научиться уважать, особенно Басу. Начало отношений он испортил, казалось бы, непоправимо, а дело было так.
Лан созвал всех свободных цветиков навестить командора просто поболтать. Андрей был уверен, что ему есть, что рассказать о станции, как недавно Зичу Шуи, только с другого боку. Отозвались все, даже Оди с Пио отвлеклись от трофеев, только Бас сослался на неотложные дела.
Пусть сознание у них общее, ребята научились и тактичному, бережному отношению друг к другу – занят и ладно, решили все. Собрались у Грюи, он в тот раз даже не обиделся, что вошли без приглашения – так его огорчил Фанк.
Старик пожаловался, что просто хотел ему что-то объяснить. Что не его это вина – не знал он про сына, и про маму его не помнит ничего. И что он, то есть они вместе, обязательно найдут его маму и всех братьев и сестёр и мам их тоже, а Фанк обозвал его выжившим из ума козлом и убежал.
Цветики притихли, Рори смущённо попытался замять неловкость. – Кэт, сделай нам кофе.
Повисла пауза, красавица Кэт не спешила заполнить её своим очарованием.
– Кэт, кофе, пожалуйста! – раздражённо и немного удивлённо повторил Рори – ему приходится повторять!
Уже по одному лишь этому факту ребята оценили отношение викинга к девушке. Но сама девушка не бросилась, спотыкаясь и запыхавшись, на повторный зов, Рори поднялся с кресла, постоял в недоумении, виновато буркнул, – да что ж с ней случилось-то?
Прошёл к стене, надавил на одну из фотографий, потайная дверца раскрылась… и тут же закрылась, а Рори, казалось, сейчас хватит удар. Пио сидел к нему ближе всех и первым ринулся на выручку – нажал на стене ту же фотку, дверца открылась…
– Дежавю, – машинально проговорил он, – хотя это сегодня точно уже было. Значит, просто традиция.
– Да что там такое? – Оди не сдержала любопытства.
– Бас учит Катеньку варить кофе, – Пио попытался смягчить ситуацию, – уже штаны надевает, сейчас извиняться придёт.
– Не нужны мне его извинения, – опустив голову, спокойно сказал Рори, – просто уходите и забирайте его… и её тоже.
***Ребята скромно удалились, прихватив смущённого Баса и перепуганную Кэт. Бас не знал, куда прятать глаза, Пио с Диком веселились, девушки пытались успокоить Катеньку и особенно Джин, Лан решил, что, раз уж команда собралась, нужно срочно предложить другую какую-нибудь тему. Хриз и Орхи пока ничем новым порадовать не могли, оставались надежды только на Оди, и она их, как всегда, с блеском оправдала.
Тему она подняла самую важную – их, цветиков, особые возможности. Ребята и сами понимали ту очевидную истину, что их главное преимущество – это не то, что они умнее, сильнее, быстрее противника, пусть даже пока это так – им просто везёт. Главный козырь – способности работать с пси-энергиями, поэтому требуется как можно быстрей и тщательней разобраться с пси-полем.
Теоретически получалось, что большинство людей не ощущали слабые пси-поля, а сильные действовали на них негативно, таких в этом смысле условно можно назвать слепоглухими.
Малая часть человечества, не более одного процента, образно говоря, различали силуэты и слышали громкие звуки – и космические сталкеры, и боевики Шуи, чувствовали искажения пси-поля, потому им и требовалось принимать наркотики при работе с артефактами. Джин и наёмники Барро не только чувствовали энергию, они обладали методами воздействия и защиты в традициях своих миров, но «ни петь, ни рисовать» не могли.
Цветики же просто живут в обобщённом пси-поле, причём сами по себе, по своей неизвестной пока природе – им для этого не нужны даже «шептуны».
Оди не потребовалось так много слов для простенькой, в общем-то, темы, всё это она, конечно, не говорила. Так же лишним посчитала рассказывать, что заинтересовалась этим совсем недавно и случайно, благодаря забывчивости Пио.
Он, не дождавшись Баса, сдался на уговоры Оди – пришёл в лабораторию взглянуть на трофейные образцы. В принципе, смотреть, кроме как на азартно раскрасневшееся личико подружки, там особенно было не на что – один же пень не понятен принцип действия амуниции и оружия наёмников.
Подумаешь – ткань скафандров не живая, но и не мёртвая – регенерирует, нарушает законы термодинамики и настроена на владельца, будто настоящая вторая кожа. Скафандры без застёжек, легко «расходятся» и «срастаются», куда там молниям и липучкам, и они же невероятно устойчивы к любому внешнему воздействию. А от мощных пси-разрядов застывают, превращаются для владельцев в смирительные рубашки, хотя и надёжно защищают.
Но эту информацию он уже получил от неё через пси, зачем, спрашивается, было заставлять его тащиться через всю станцию? К тому ж оставив без надзора центральные модули – Пио отчего-то не очень надеялся на помощь Баса.
К счастью высказать Оди неудовольствие помешал Лан, позвала цветиков навестить командора. Оди, вздохнув, с трудом оторвалась от трофеев и рассеянно велела Лёше пока оставить все артефакты в лаборатории, а то люди их боятся. Тот покладисто подчинился, вывернул карманы и контейнеры скафандра, последним вынув из разъёма «шептуна»…
– Это что такое? – Оди вытаращила глазки на обычный девайс.
– Э… это? – растерялся Пио, – блин! «Шептуна» же я спрятал во внутренний кармашек, чтоб не потерять! Сейчас, лапочка, достану…
– Лёша, – потерянно сказала Оди, – Лёшенька! А как мы с тобой через всю станцию разговаривали?
Пио мысленно воспроизвёл одну из матерных вариаций дяди Коли.
– И не ругайся так! – воскликнула девушка, – я тебя серьёзно спрашиваю!
Лёша счёл за лучшее присесть на стульчик. – Юленька, пожалуйста, вынь и ты «шептуна».
Оди послушно отключила артефакт.
– Ты меня слышишь? – донёсся до неё голос Пио, не открывавшего рта – она это точно видела!
– А так понимаешь? – он запустил в сознании запись музыки пси-поля. Оди на мгновенье замерла и вдруг радостно улыбнулась. – Давай ребятам пока ничего не расскажем? Устроим сюрприз!
Оди, насколько хватало её невеликого терпения, с таинственным видом хранила важное молчание, к тому же то одно отвлекало, то другое. Однако уже после визита к Рори Грюи, вернувшись к себе, в «перламутровом зале», как только успокоили Кэт…
То есть сперва оттащили от неё Джин, потом Бас успокаивал смуглянку, пока Хриз её удерживала в ласковых объятиях экзоскафандра, а Орхи убеждала Кэт, что можно вылезать из-под дивана, и что убивать её тут никому не позволят.
Вот, как только всё более-менее улеглось, Лан воспользовался тем, что все и так в сборе, и попросил Оди не темнить и выкладывать, что за секрет её распирает.
– Сильно заметно? – вслух спросила Оди и загадочно улыбнулась, озорно подумав, – ага, беременная я!
– Да ну на …! – Пио сразу не понял, что это шутка.
– И давно? – нахмурилась Хриз.
– Лёха! – проворчал Бас, – ну ты мог быть осторожнее???
– Блин, кто бы говорил! – справедливости ради заметил Дик.
– И что в этом случае делать? – Орхи заинтересовала практическая сторона вопроса.
– Ничего не делать – врёт она всё, – один Лан не купился на подначку. – Уж поверьте психологу – таким тоном об этом не говорят. Кстати, только я не слышал, как она об этом сказала?
Оди весело рассмеялась, цветики уставились на неё с открытыми ртами. Сюрприз, конечно же, удался – они целую вечность, почти минуту, наслаждались радостным, таким сладостным, почти забытым чувством полного офигевания. Всё-таки грустно жить слишком умным, когда человека уже трудно чем-то удивить.
Лан не только за собой давно заметил «странности», но и по поведению ребят понял, что и они чего-то не договаривают или стесняются. И тут всем такое облегчение – они не одни «с приветом», то есть они такие все вместе!
***То есть не то чтобы с приветом, в принципе, почти как все, кто подключён к колонии «шептунов», только без «шептунов».
Цветики первым делом пустились в эксперименты – всем стало очень интересно, на что же они способны сами по себе, без диковинных созданий. И сразу выяснили, что никуда от «шептунов» не деться, и ничего они совсем без них не могут, кроме того, что им для подключения к общему разуму кристаллов эти самые кристаллы больше не требуется вставлять в разъёмы.
Цветики стали одними из них, почти такими же, во всяком случае «шептуны» в пси-поле воспринимали их именно как соплеменников. Это обстоятельство, с первого взгляда, не сулило ребятам ничего хорошего, ведь раньше, чтоб никто не лез в голову, им было достаточно отключить пси-паразита.
Выкрутились, представив себя в виде кристаллов с «условным» носителем, или наоборот, людьми с виртуальными кристаллами. Неважно это, главное – отделили «кристаллическую» часть сознания, часть общего разума колонии от закрытого сознания «носителя». Так что им уже стало не нужно физически вытаскивать «шептуна» из разъёма для того, чтобы, например, спокойно сходить в туалет. Достаточно сделать это мысленно.
Второй практический результат – семь освободившихся чудесных кристаллов, невообразимое богатство для большинства звёздных бродяг. «Шептунов» требовалось немедленно использовать, причём из сугубо моральных соображений – бедняжки, надолго оставшись без носителей, впадали в летаргию, совсем как земные клопы.
Раньше злодеи Зича Шуи вживляли пси-паразитов пленникам «втёмную» – ещё лежащим в капсулах, пока те не пришли в себя, и заодно подгружали им в сознания «день сурка». Зато теперь цветики сначала придирчиво оценивали кандидатуры, задавали счастливчикам позитивный настрой, погружали в сон или просто вырубали пси-ударом, по обстоятельствам.
Настоящий гуманизм совсем без шуток – большинство людей, с точки зрения цветиков, слепоглухие, ущербные, инвалиды, а так им открывался мир во всей полноте… э… в разумных, заботливо заданных границах.
Главное отличие от пиратского изуверства – подключённые сохраняли разумность, кристаллы в компании «Семицветика» или новый общий разум команды бережно относился к хрупким сознаниям, тем более слишком хрупкие и не подключали, отбраковывали.
Люди, и старые носители, и вновь подключённые, действительно многое обрели – чувство семьи, общности, собственной нужности, даже важности, и почти ничего не потеряли – сохранили свободу мысли и совести, если они вообще были, видимость свободы воли.
И не беда, что только видимость свободы, ведь ощущение её было полным!
Глава 8
Таким образом, подключение человека к пси-полю из рутинной пиратской операции доросло до очень серьёзного решения – всем без разбору «шептунов» подсаживать стало глупо и расточительно, хотя и очень порой хотелось.
Вскоре в апартаменты начали возвращаться прежние хозяйки, держать их в бараках под арестом бессмысленно – не за что, и там отсутствовали элементарные условия. Возвращение беженки отметили по женской традиции визгливым высказыванием претензий, Орхи так просто набила одной скандалистке физиономию – девоньки не сразу поняли, кто тут отныне хозяин.
Большей частью девушки не были ангелочками – многих в родных мирах открыто завербовали для работы по обслуживанию закрытых мужских коллективов. Правда, не уточняя, что это за коллективы, где, и что возвращения и оплаты не будет, но они сознательно на это соглашались!
Многих реально похитили, чтобы измываться – нравилось некоторым подонкам ломать волю и гордость, топтать достоинство, превращать нежные создания в безотказные секс-игрушки, чтобы сломленных и сломанных заменить свежими.
Эти жертвы пиратского беспредела очень нуждались в сочувствии, цветики приложили массу сил, внимания, такта, чтобы помочь несчастным успокоиться, обрести, наконец, какую-то уверенность в себе, в жизни, и вместе с цветиками попытаться понять – что же им с этими безмозглыми перепуганными курицами делать-то сейчас???
Их ведь даже в рабочие команды нельзя включать – гарантированный гормональный сбой! Благо, штурмовики Барро проявили сочувствие – забрали к себе в центральные модули желающих, сами они по определению космического бродяги желали всех и сразу.
Дольше всех пришлось утешать Джин. К ней как землянке отнеслись особенно душевно – подключение «шептуна» не рассматривалось даже гипотетически.
Бедняжка никак не могла себе уяснить, где на самом деле находится. В результате Хриз возненавидела ни в чём неповинных сочинителей девичьей фантастики только за то, что сама она некогда с удовольствием читала всякую ерунду.
Например, как несчастные, но прекрасные, или наоборот – прекрасные, но несчастные молодые землянки приходили в сознание после авто-авиа-корабле, вело- или самакатокрушения на борту космического корабля, и брутальные, романтические, или умные, лысые и в очках инопланетяне посвящали их в галактические тайны – что вот это медицинский отсек, а всё вокруг – космический корабль, летящий в космосе…