- -
- 100%
- +
– Передам. Обязательно. Когда приготовлю новую партию, – пора заканчивать этот обмен вежливостью. – Мне пора вернуться к работе.
Мадам де Грасс чувствовала неловкость после отказа и, чтобы утешить меня, добавила:
– Твоя личность для него тоже скрыта. Я сказала, что работаю с проверенным и опытным зельеваром. Он ни в коем случае не должен знать, сколько тебе лет, и что ты адептка академии.
Да уж, утешила. Плюс намекнула, что мне неплохо бы пока оставаться под её крылышком – для солидности.
Я скрыла усмешку.
– Не переживайте. У меня всего лишь профессиональный интерес, – отмахнулась я.
– Ах, да, чуть не забыла! – профессор де Грасс выудила из сумки увесистый мешочек с монетами. – Здесь двести десять золотых. Зелье действует и Э… пациент чувствует себя прекрасно!
– Рада быть полезной, профессор, – кивнула я, убрала мешочек к себе и вернулась к работе.
Теперь у меня времени до утра. Завтра четверг, и я нагло прогуляю занятия. Вот вернусь в комнату после завтрака и залягу спать на весь день до пятницы.
Увы и ах! Кое у кого оказались совсем другие планы на меня.
______________
***
Я сонной поступью плыла от учебного корпуса к себе в комнату – спать. Даже есть не хотелось. Пока варила зелье-убийцу тьмы, натрескалась сырного крекера, который заботливо подложил мне в сумку Ромери.
Нет, я вовсе не боюсь, что печенье отравлено или приворожено. Во-первых, у меня на руке браслет-артефакт, который на раз-два распознает любое магическое воздействие на пищу. Во-вторых, крекер этот Ромери вручил мне на виду у всей моей группы, поэтому, случись что, из академии попрут именно его.
После нашего громкого воссоединения Ромери вёл себя, как зайка-лапушка: встречал-провожал, сидел рядом со мной в столовой, дарил милые безделушки и вообще всячески проявлял заботу. Ну, прям образцово-показательный ухажёр, если не принимать во внимание его малодушные измены.
Есть вещи, которые не прощаются, хоть ты в ногах ползай. Но всё же ухаживания я принимала с удовольствием, а Ромери читал в моих довольных улыбках шанс на возврат к прежним всамделишным отношениям.
Пусть думает, что хочет. Пока что нас обоих всё устраивает.
Я, вот, например, всю ночь чувствовала себя всемогущей богиней. Потому что я люблю варить зелья, а травки-склянки-порошки любят меня. Вот она взаимность и счастье!
Ещё печенюшки скрасили моё и без того прекрасное времяпрепровождение.
Опустевший бумажный пакет от крекера сгорел в камине, а я спаслась от голода. Спасибо моему заботливому бывшему.
Ночка у меня выдалась бурной и прогрессивно успешной.
Новое зелье готово! Точнее, я его сварила, дала мышам, и тьма в них отступила, скрылась так, что кажется, будто её и в помине нет и никогда не было. Все зверюшки бодры и веселы, жизненные показатели в норме. Красота!
Впереди ещё блок тестов и испытаний, но это будет уже шлифовка рецепта зелья. Основная работа сделана.
Я даже прислушалась к пожеланиям клиента и добавила мяты в чёрное, похожее на свежий берёзовый дёготь, пахучее варево. Ядрёный горький запах смягчился. Всё-таки мята – хорошая трава.
Ну, неизвестный чувачок, не судьба тебе помереть. Будешь жить, пока платишь мне за зелье. Я прям чувствую себя героиней-спасительницей.
– Лия! – короткий оклик сзади.
Ах, да, я не только спасительница, но и девушка Ромери.
– Привет, – он догнал меня и, обняв за талию, притянул к себе. Поцеловал коротко, нехотя оторвался от моих губ, чтобы я не сочла это за приставание. – Я искал тебя вчера, но Кэт сказала, что ты в лаборатории и что тебя ни в коем случае нельзя беспокоить.
– Верно сказала, – кивнула я. – Что-то случилось?
– Я хотел зайти к тебе, но увидел, что туда направляется профессор де Грасс. Не успел тебя предупредить.
– Всё в порядке, Ромери.
– Да? Я подумал, что ночью ты варишь что-нибудь запрещённое… – выглядел он и в самом деле взволнованным.
Ещё как запрещённое! Даже невозможное!
– Не переживай. Профессор просто проверила мою индивидуальную работу по зельеварению и всё.
– Значит, она не станет тебя исключать? – Ромери слегка отстранился, а его рука скользнула по моей сумке, висящей через плечо. Предательские монеты в мешочке недвусмысленно брякнули. – О, что это? Деньги? – он через ткань сумки нащупал увесистую мошну. – О, богиня! Это же целое состояние! Откуда у тебя столько? Ты, что, украла?
Кажется, я уже начинаю жалеть, что в качестве ширмы выбрала Ромери…
Спать хочется дико, а тут ещё приходится напрягать мозг, чтобы правдоподобно выкрутиться.
– Это не мои деньги. И вообще: нечего ощупывать мою сумку. Профессор де Грасс дала мне их, чтобы я купила ингредиенты для зелий.
– Почему именно тебе? – недоверчиво прищурил глаза Ромери. – Для этого есть специальный человек.
– А сам как думаешь, почему? Потому что я гений зельеварения! Я лучше любого лаборанта отличу качественный синецвет от залежавшегося и окислившегося.
– Ладно, понял, – он заметно расстроился, узнав, что деньги не мои. – Просто я думал, что профессор тебя недолюбливает. Только глухой не слышал, каким голосом она вызывает тебя на ковёр.
Уж что-что, а развивать эту тему мне не хотелось. Даже есть не хотелось – лишь бы скорее доползти до мягкой постельки!
– Проводи меня до комнаты. Я просто валюсь с ног, – и я пошатнулась для наглядности.
– У меня есть идея получше, – и он, блеснув молочно-белой зубастой улыбкой, от которой я когда-то была без ума, подхватил меня на руки и понёс.
А я? Устало уткнулась ему в ключицу и задремала.
Знала бы я, что это будет единственный мой сон за сегодня…
Глава 9. Страшная книга и голая девица
Лидия
Под дверью моей комнаты Ромери поставил меня на ноги и придержал за талию, чтобы я, сонная, не улеглась спать прямо на полу.
Я даже позволила ему ступить следом за собой на порог, как вдруг…
Сон сняло, как будильником по башке.
– А-а-а! Это что, блин, такое? – в ужасе завизжала я.
Пол, стены и потолок нашей с Кэт погружённой в полумрак комнаты облепили огромные чёрные жуки-короеды. Точнее, будь они мелкими, я бы абсолютно точно опознала в этих продолговатых тварюшках короедов. Теперь же это были громадины размером с мой кулак.
Они сожрали в комнате всё: шкаф вместе с одеждой, кровати, обои, стол, стул, книги с тетрадями…
Продуктами их жизнедеятельности было заляпано всё, даже оконное стекло, держащееся на остатках недоеденной рамы. Скоро и оно…
«Дзынь кх-х-х!» – как бы подтверждая мою мысль, разбилось оно, впуская в комнату солнечный свет и январский мороз.
И тут я увидела…
– Катарина! – вскрикнула я и хотела броситься к лежащей без чувств обнажённой подруге, но жуки облепили мои ботинки и принялись их грызть.
Сперва надо разобраться с тварями. Нельзя их выпускать из комнаты. Но как? Магию под угрозой исключения из академии использовать нельзя.
А, пофиг!
Насекомые физически и энергетически устроены гораздо проще, чем животные. Поэтому, чтобы их убить, можно воспользоваться простым, но достаточно энергозатратным заклинанием. Оно универсальное и для растений, и для насекомых. Я пользовалась им, чтобы избавить картофельное поле от жуков-вредителей и сорняков.
– Лия, тебя же исключат! – завопил Ромери, когда понял, что я собралась магичить.
– Заткнись и не мешай! – велела ему. Видимо, мой тон сработал, и мой спутник застыл столбом.
Стоило мне пустить магию в ход, оглушающе завыла сирена. Даже стены вздрогнули и завибрировали.
Но я была бы не я, если б не довела дело до конца. Жуки попадали с потолка и стен, сложили лапки в молитвенном жесте и перевернулись на спины.
Фух!
Я скинула с себя пальто, завернула в него еле живую, изрядно покусанную, Кэт и собиралась скомандовать Ромери, чтобы бегом отнёс её в лазарет, как прямо перед нами вышел из портала ректор нашей альма-матер Юнери де Кастеляврест.
Мужчина быстро сориентировался, просканировал ауру пострадавшей и снова исчез в портале вместе с Кэт, однако спустя пару минут вернулся злющий:
– Адептка Ферб, адепт де Кальди, потрудитесь объяснить, что здесь происходит?
– Мы сами только что пришли, – заявила я. – Сегодняшнюю ночь я с разрешения профессора де Грасс провела в лаборатории зельеварения. Утром Ромери встретил меня на крыльце учебного корпуса и проводил до комнаты. Когда мы открыли дверь, я увидела там вот этих ужасных жуков и Кэт без сознания. Жуки заползли мне на ботинки и принялись их грызть, а другие хотели вылезти в коридор! Мне пришлось применить магию, чтобы спасти подругу и обезопасить остальных адептов от опасных тварей.
– Де Кальди, вам есть что добавить? – грозно зыркнул на Ромери ректор.
– Всё было именно так, как сказала Лия, – отчитался тот.
Уф, суровый мужик этот наш ректор! Вроде бы старик стариком, но энергетикой своей задавит кого угодно! Даже мне стало не по себе. Хотя, казалось бы, куда уж больше.
– Вечно с вашими семейками одни проблемы. Сплошная головная боль… – проворчал ректор, который прекрасно знаком с моими родителями, и он же подписал разрешение, чтобы папуля каждое утро порталом забирал меня на тренировку.
– Господин ректор, – назвала его по должности, чтобы не ошибиться ненароком в произношении длинной фамилии, – Могу я навестить Катарину аль Тикси?
– Нет, не можете, – очень и очень грозно ответили мне.
Ректор отправил кому-то магический маячок, а сам принялся осматривать комнату, не брезгуя наступать в чёрную слизь жучьих фекалий.
– Хм. Артефактная магия, – сделал он заключение. – Однако, странные плетения… Много и… Хаос подери! Сам чёрт ногу сломит!
– Возможно, Катарина всё объяснит, когда придёт в себя? Я могу помочь в лечении. У меня ведь…
– Тихо! – гаркнул магистр де Кастеляврест. – Я и без вас разберусь, что и как делать! Стойте на месте! Я вас пока никуда не отпускаю.
Дальше он опросил соседок, которые, оказывается, слышали ночью крики из нашей комнаты, но не забили тревогу – подумали, что кому-то снится страшный сон.
Потом прибыла целая магическая комиссия, и нас спрашивали об одном и том же на разные лады. Я раз десять воспроизвела свои действия от и до, в том числе заклинание, которым убила жуков.
После процессия переместилась в кабинет ректора, и уже там комиссия решала, исключать нас с Кэт или нет. Ромери тоже попал под раздачу, но отделался выговором за то, что оказался не в том месте не в то время. Так сказать, не помешал мне нарушить правила заведения.
До обеда мы проходили допрос и писали объяснительные, а после в ректорат привели заплаканную Катарину в чужом мешковатом платье.
Информацию из моей подруги выковыривали безжалостно, не давая поблажек в связи с её состоянием.
Кэт, глотая слёзы и дрожа всем телом, рассказала всё как на духу: и про книгу с искусственным интеллектом, и про то, что в качестве умного артефакта опрометчиво выбран сборник природно-бытовых заклинаний, и про то, что книга «ожила», призвала ночью в комнату жуков-короедов и наслала на Кэт паралич.
Самое интересное, что Катарина, в отличие от меня, не нарушала правил академии. Артефактная магия в общежитии разрешена. Ибо почти у каждого адепта есть при себе артефакт.
После допроса с пристрастием нас троих выставили в коридор – ждать приговора.
– Лия, ты не говорила, что твои родители тоже учились в академии, – задал свой полувопрос Ромери.
– Учились, – не стала упираться я.
– Тогда почему вы живёте в деревне? – удивился он. – С дипломом магакадемии можно жить, ни в чём себе не отказывая.
– Мои мама с папой не закончили её, – вздохнула тяжко. Голова гудела от недосыпа и переизбытка информации. – Их отчислили.
– Вот и моего дядю отчислили со второго курса, – кивнул Ромери. – Иначе моя семья не жила бы сейчас так бедно.
– И мой папа тоже учился здесь, – эхом отозвалась Кэт, уныло опустившая голову вниз. – Он получил диплом, а я – не получу, – она всхлипнула. – Я опозорила его…
– Не говори ерунды. Никого сегодня не отчислят! – фыркнула я. – Максимум назначат штраф и отработку.
– Мы ведь теперь вообще без вещей… – напомнила она. – Мне целительница из лазарета одолжила платье и ботинки.
– И у меня нет белья на замену, – тут уж я печально покивала. До зуда хотелось сходить в душ и надеть свежее бельё. – Неприятно это, конечно, но шмотки мы купим. А вот тетради…
С учебниками и лекционными тетрадями вышла засада. Тут уж никакая магия не поможет их восстановить.
– О-ох… – простонала подруга. – Лия, прости! Я так тебя подвела!
– Не оставлять же тебя на съедение жукам, – не слишком-то обольстилась я. – А то ко мне подселили бы Никки, а её титулованную персону я привыкла строго дозировать.
– Лия виртуозно убила всех жуков, – поделился воспоминаниями Ромери. – Очень быстро, – тут на его лице отразилась бурная мыслительная деятельность. – Лия, а… – снова пауза на раздумья. – Насколько я знаю, это энергозатратное бытовое заклинание. У тебя, что, настолько большой резерв?
– Ты многого обо мне не знаешь, пупсик, – игриво подмигнула ему. – Я – сплошной сюрприз!
Ромери как-то печально улыбнулся, поняв, что отныне мои секреты ему так просто не раскроются. Доверие потеряно безвозвратно.
Вскоре нас снова запустили в ректорат. Магистр Юнери де Кастеляврест зачитал нам всем по очереди приговор. Начал с главной звезды – меня:
– Лия Ферб: штраф двести десять золотых, чтобы компенсировать безвозвратно испорченное имущество Магической академии имени Максимилиана де Таура… – начал объявлять он, а мне в голову закрались подозрения: когда этот хрыч успел обшарить мою сумку на предмет гонорара за зелье против тьмы? Я, конечно, рассчитывала на штраф в десять злотней, но ведь не в двести десять! Что за грабёж?
Ромери икнул от удивления и вытаращил глаза.
Катарине поплохело, и она закрыла ладонью нижнюю половину лица.
– …также вам назначена отработка в лаборатории зельеварения по будням сроком в два месяца, – продолжил ректор. – Сумму необходимо выплатить в течение двух недель, а отработку начать с понедельника следующей недели.
Фух! За две недели я заработаю денег, и нам с Кэт хватит на новый гардероб. А отработка в лаборатории зельеварения – это вообще не наказание, а смех на палочке. Профессор де Грасс нарисует мне максимальное количество часов отработки. Правда, что-то не смешно после двухсот десяти золотых, которые приятным грузом оттягивают сумку.
– Катарина аль Тикси: штраф десять золотых, отработка на кухне по будням в течение месяца. Начнёте с понедельника следующей недели, – и пояснил: – Наказание назначено вам за то, что вы не соблюли технику безопасности и принесли нестабильный вредоносный артефакт в жилое помещение. Штраф – за порчу казённого имущества.
– Ромери де Кальди: мытьё полов в тренировочном зале по будням после ужина в течение месяца.
Ромери мрачно кивнул, но я заметила, как он вздохнул с облегчением, что ему штраф не назначили.
– Пока ваша комната непригодна к проживанию, вас расселят по комнатам, где есть свободные места, – добил ректор. – Одежду и писчие принадлежности на первое время вам выдадут из гуманитарного фонда академии. Приобрести всё необходимое вы сможете в эти выходные.
Отлично. Значит, завтра будем ходить в тряпье, похожем на картофельный мешок.
– Магистр де Кастеляврест, – подала голос Кэт. – Простите, а что стало с книгой?
– Полагаю, её уничтожили жуки, – ответил тот и вдруг нахмурился. – Почему вы спрашиваете?
– Книга парализовала меня, чтобы я не смогла её обезвредить. Отогнать жуков ей ничего не стоило… – трясясь от страха, поведала Катарина.
– Какой энергетический резерв вы встроили в артефакт?
– Примерно десять моих потенциалов.
Да, Кэт долго корпела над своим детищем. А ещё ей помогала я.
– Считайте, что после всех манипуляций у неё осталось не более двадцати процентов мощности, – пожал плечами ректор.
– Если только она не нашла, где можно подзарядиться…
Ректора словно припечатали сзади раскалённым докрасна клеймом. Он резко вскочил, выпучил на нас глазищи, затем открыл портал и торопливо скомандовал:
– Ферб, Тикси, за мной!
__________________
***
Портал привёл нас троих в читальный зал библиотеки, где, на первый взгляд, всё было обыденно и мрачно.
За одинокими столиками сидели немногочисленные адепты и лаборанты, которые вяло встретили взглядами наше появление и снова уткнулись в свои ботанические дела.
– Вон она! – указала пальцем Кэт.
В магической секции среди справочников со встроенными в них автоматическими поисковиками скромно притулилась наша беглянка. Единственный коричневый с чёрными пятнами корешок среди однотонно-серых.
И заряжалась, зараза!
Книженция с искусственным интеллектом безошибочно нашла, где пополнить резерв. Вероятно, она пролежала на полке-зарядке несколько часов, пока нашу троицу допрашивали.
Ой, кажется, что-то будет…
Конец ознакомительного фрагмента.
Текст предоставлен ООО «Литрес».
Прочитайте эту книгу целиком, купив полную легальную версию на Литрес.
Безопасно оплатить книгу можно банковской картой Visa, MasterCard, Maestro, со счета мобильного телефона, с платежного терминала, в салоне МТС или Связной, через PayPal, WebMoney, Яндекс.Деньги, QIWI Кошелек, бонусными картами или другим удобным Вам способом.
Примечания
1
Ромери де Кальди – родной племянник Гвидо де Кальди, которого мы уже встречали в книге «Демоника и её Голубоглазка».
2
Зот – город, в котором находится Магическая академия де Таура.
3
Эмиль – сын принца Тернариэля и принцессы Беатрис. Также Эмиль – родной дядя Лидии и моложе её на полгода.
Тернариэль – эльфийский принц, родной брат императора Ардантариэля (Арда), неродной дедушка Лидии.
Беатрис – мать Доминики де Фиарби, родная бабушка Лидии.
4
Подробнее о Сантане де Грет и родителях Лидии можно прочитать в дилогии «Демоника».
5
Амавертиэль – старший сын императора Ардантариэля аль Дельнаири и его супруги Эвелин. 27 лет, не женат.
6
Отец Эмиля и император Оросской империи – родные братья. Мать Эмиля – родная тётя императрицы Эвелин. Получается, что Амавертиэль, Кламириэлла и Азалин – двоюродные брат и сёстры Эмиля с обеих сторон.
7
Не путать с цветком циннией. Это разные растения.