Не скрывая чувств

Глава 3

Меган обернулась. Женщина, стоявшая за ее спиной, была крошечной, ее рост немногим превышал полтора метра.

Розанна Риос выглядела как фарфоровая куколка – с большими карими глазами и аккуратным носиком. Ни один волосок не торчал из безупречной прически, а губы были похожи на свежий бутон розы. В ней чувствовалась та хрупкость, которая пробуждает в мужчинах инстинкт защитника.

Последний раз, когда Меган видела эту маленькую брюнетку, на ее руке сверкало обручальное кольцо. Сейчас его не было…

– Я звонила тебе, но ты… – сказала Розанна мягким голосом и устремила пытливый взгляд на Эмилио, – занят.

У Меган свело живот, когда она увидела, как Эмилио поцеловал Розанну в щеку.

– Я даже и понятия не имела. – Розанна подарила Меган улыбку. – Я рада, что у тебя наконец-то все налаживается.

Ломая голову над сказанным, Меган ждала, пока Эмилио объяснит, в чем тут дело. Но вместо этого он просто спросил свою бывшую жену, должен ли ее кто-то встречать.

– Должен был, – Розанна пристально вглядывалась в толпу, – но, видимо, что-то его задержало.

– Мы можем подвести тебя.

Меган насупилась, услышав это вводящее в заблуждение «мы», а Розанна покачала головой:

– Спасибо, я лучше подожду.

Эмилио пожал плечами и аккуратно приобнял Меган, делая вид, что не заметил, как она вздрогнула.

– Ну, если ты уверена… – Меган метнула на него возмущенный взгляд, а Эмилио опустил голову и произнес шепотом ей на ухо: – Я согласен на твою цену.

– Я шутила, и ты знаешь это! – выпалила Меган.

– Не следует делать никаких предложений, если ты не собираешься держать свое слово, – проворчал он и добавил: – Извини, Розанна, мы ведем себя невежливо.

– Это ты ведешь себя невежливо, – процедила Меган сквозь зубы.

– Не нужно извинений. Вы прибыли вдвоем? Или отправляетесь в романтическое путешествие?

– Мы вообще-то не вместе! – запротестовала Меган, предприняв запоздалую попытку расставить все на свои места.

Эмилио поддел ее подбородок большим пальцем и неодобрительно посмотрел на нее. А в следующую секунду он позволил своей руке скользнуть вниз по спине Меган прямо к изгибу бедер.

– Меган собиралась лететь домой, но, кажется, она останется со мной подольше.

– Да уж, не повезло, – сочувственно произнесла Розанна. – К счастью, у меня был ранний рейс. Как долго вы?..

Меган попыталась изобразить радостную улыбку, специально для Розанны:

– Нет, мы не… это все… Он шутит!

Эмилио тут же пришел на помощь:

– Мы просто хорошие друзья. – Он коснулся пальцем ее губ. – Тсс, расслабься, Меган. – Его низкий хриплый голос заставлял ее дрожать от возбуждения. – Розанна все понимает и никому ничего не расскажет, – произнес он успокаивающим тоном, убирая выбившуюся прядь с ее щеки.

Меган нервно сглотнула и попыталась сохранить спокойное выражение лица.

Словно загипнотизированная, она смотрела на Эмилио. Он не убирал руку. Вместо этого Эмилио дотронулся до мочки ее уха, казалось только сейчас замечая янтарные гвоздики в золотой оправе. Его темные глаза с густыми ресницами наблюдали за ямкой у основания ее шеи, где по голубым венкам под бледной нежной кожей пульсировала кровь.

Меган стояла и не могла пошевелиться – ее накрыло волной вожделения, которое пугало своей мощью. Ненавидя это чувство абсолютной беспомощности, она продолжала повторять про себя: «Позже ты будешь смеяться над этим».

– Мне нравятся сережки, – сказал Эмилио, нежно прикасаясь к тонкой коже за ее ухом.

Меган вновь задрожала, осознав, что это эрогенная зона.

«Боже мой, у меня есть эрогенные зоны!»

Она все-таки подняла руку с твердым намерением оттолкнуть его. Но вместо этого ее пальцы легли поверх его руки и остались там, еще больше усиливая неловкость момента.

– Они принадлежали моей маме.

Меган спрятала глаза от его проницательного взгляда как раз в тот момент, когда они начали наполняться слезами. Сережки были частью малой горстки вещей, напоминающих Меган о матери, вместе с часами и потрепанной фотографией, хранившейся в ее кошельке, на которой она, еще маленькая, сидит на руках у молодой женщины.

– Они подходят к твоим глазам. У твоей мамы они были такие же золотистые?

– Да, такие же. Я… я похожа на нее.

– Тогда она должна была быть очень красивой женщиной.

Меган почувствовала, как предательски забилось сердце, и поспешила отвести взгляд. Эмилио выглядел искренним, но на самом деле искренности в нем было не больше, чем в политике во время предвыборной кампании. Глупо верить ему.

Перекручивая сережку, она обратилась к Розанне:

– Было приятно увидеться с вами, но я, честно говоря, опаздываю.

– Конечно-конечно! Я тоже была рада тебя увидеть, Меган, – тепло сказала она. – Филипп часто говорит о тебе.

– Вы общаетесь с Филиппом?

Испуг отразился на лице Розанны.

– Я… ну…

Эмилио вмешался:

– Не хочу перебивать вас, дамы, но, – он глянул на свои часы и многозначительно посмотрел на Меган, – опаздываем мы как раз потому, что ты слишком много болтаешь.

Он быстро поцеловал Розанну в щеку на прощание, взял Меган за руку и устремился к выходу, буквально таща ее за собой.

– Что ты делаешь? – возмутилась она.

– Спасаю тебя от неловкой ситуации.

– Неловкую ситуацию создаешь ты!

Он ухмыльнулся и протянул ей руку.

– Машина вон там.

Но Меган не двигалась с места.

– До свидания!

Он минуту изучал ее лицо, потом вздохнул:

– Послушай, мы можем стоять здесь и спорить до бесконечности, но в конце концов ты все же согласишься, чтобы я тебя подвез. – Эмилио кивнул в сторону длинной очереди около пустой стоянки такси. – К тому же я обещал твоему отцу, что позабочусь о тебе.

– А ты у нас человек слова?

– А ты сомневаешься? Как это неприятно…

Наступила напряженная тишина.

Эмилио смотрел, как Меган раздумывала.

– Ну, если по какой-то причине ты боишься садиться ко мне в машину… – начал было он.

Меган вздернула подбородок и усмехнулась:

– Конечно, я не боюсь!

Глава 4

Меган была зла на себя: она так легко позволила собой манипулировать! И даже согласилась, чтобы он ее подвез.

Неловкая тишина продолжалась, пока Эмилио не преодолел все пробки и они не выбрались, наконец, за территорию аэропорта.

– Думаю, ты должен извиниться передо мной.

– Серьезно? И за что? – поинтересовался Эмилио.

– Ты поцеловал меня! – К сожалению, у нее не получилось сказать эти слова не покраснев.

Оставалось надеяться, что он будет слишком занят дорогой и велосипедистами-самоубийцами и не заметит ее ярко вспыхнувшего румянца.

Эмилио удивленно приподнял бровь и ехидно усмехнулся:

– Ты думаешь, я стану извиняться за поцелуй?

Меган покачала головой:

– Нет. Я хочу, чтобы ты извинился за то, что использовал меня! Признайся, ты хотел заставить ревновать свою бывшую жену!

Эмилио очень удивился такому предположению:

– Ревновать?..

– Бедный! Столько стараний – и все напрасно! Смирись, Эмилио, ей все равно. Должна признать, я разочарована.

– Поцелуем?

– Я думала, ты имеешь власть над женщинами, эдакий Казанова, – кольнула его Меган.

– Кажется, ты проявляешь большой интерес к моей сексуальной жизни, – почти радостно отметил Эмилио.

Эта колкость вогнала Меган в еще большую краску.

– Сложно этого избежать – в прессе о тебе много пишут.

Он смутился на мгновение, но потом скривился и сказал:

– Проклятая статья! Как долго еще все эти чертовы слухи будут преследовать меня?

Выражение отвращения на его лице позабавило Меган.

– Преследовать? – сказала она, притворяясь недоуменной. – Я думала, это должно польстить тебе. Хочешь совет?

– Не спи с женщинами, которые разбалтывают интимные подробности желтой прессе? Не трать время.

Эмилио почти не интересовался тем, что о нем пишут: ни плохим, ни хорошим. Но он был действительно задет именно этой статьей – невероятно бестактной, и непристойной, и – более того – абсолютно лживой.

Он выиграл бы дело, если бы подал в суд на тот журнал. Но это подогрело бы общественный интерес к его персоне. Поэтому Эмилио предпочел подыграть им и не комментировал ничего, ожидая, пока все само утихнет.

– В любом случае, если ты и правда спал с девушкой, о которой идет речь… – Меган внимательно пригляделась к его лицу. – Но ты не спал, – поняла вдруг она. – А ведь эта особа сказала…

– А ты веришь всему, что пишут в проклятых второсортных журналах?

– Да не то чтобы… – засомневалась Меган.

– Значит, веришь только тому, что написано обо мне?

Меган наградила его убийственным взглядом. За мужчиной, о котором она так плохо думала, всегда оставалось последнее слово.

– Мне кажется, что целовать других девушек – не лучший способ вернуть жену, – сказала она.

Повисла долгая пауза.

– Ты правда думаешь, что именно поэтому я поцеловал тебя?

Она приподняла брови:

– А разве тобой овладела страсть, лишь только ты увидел меня?

– Люди часто целуются в аэропортах, – пожал плечами Эмилио.

– Но не так!

– А ты и не была особо против. – Эмилио пытался сосредоточиться на дороге, но в голове тут же всплыли воспоминания о мягких изгибах ее тела…

– Мне просто стало жаль тебя, – сказала она, абсолютно довольная объяснением, сорвавшимся с языка. – Следует забыть прошлое и жить новой жизнью. Абсолютно ясно: Розанна так и делает.

– Да, у нее новая жизнь. Думаю, скоро мы получим приглашения на ее свадьбу.

Эта информация, в конце концов, объясняла поведение Эмилио, особенно если он до сих пор влюблен в свою бывшую жену.

Эта новость объясняла, почему он так поступил, но в то же время не являлась оправданием для него.

– Свадьба очень даже возможна, но, судя по всему, все еще не окончательно решено. Ты кажешься удивленной?

– Так оно и есть.

Впрочем, Меган сейчас не так удивилась, как в тот день, когда услышала, что идеальная по всем параметрам пара Розанна и Эмилио расходятся. И вплоть до того момента, когда официально было объявлено о разводе, Меган ожидала любого театрального урегулирования разногласий. Но их развод прошел сдержанно и неестественно дружелюбно, основанный на обоюдном решении, как они сами говорили.

Но не было ли это обоюдное решение о цивилизованном разрыве всего лишь попыткой сохранить лицо? Как семья Риос вообще одобрила развод? Во многих отношениях они до сих пор придерживались средневековых традиций. Когда на кону была поставлена гордость семьи Риос, никто не думал о честности и справедливости.

А был ли этот развод действительно обоюдным решением? Или Эмилио принудили?

Меган бросила любопытный взгляд на его лицо, гадая: может, он тоже ожидал другого конца – страстного примирения?

– Я думала, после свадьбы и развода брак будет вызывать отвращение у Розанны. Это такая же загадка для меня, как и тот факт, что она вообще вышла за тебя замуж.

– Правда? Тебе не ясно почему? – сказал он, повернув голову, и уставился на ее губы.

Этот нахальный, испытующий взгляд заставил Меган беспокойно заерзать на сиденье. Он продолжал смотреть на ее губы до тех пор, пока она не закричала:

– Может, будешь следить за дорогой?!

И они вовремя остановились у светофора.

– Замуж не выходят только потому, что кто-то хорошо целуется, если ты на это намекаешь, – проворчала она.

– Я думал, ты не заметишь. Но все равно спасибо. На самом деле мои таланты простираются далеко за пределы хороших поцелуев.

Рука Меган судорожно дернулась к горлу. Возбуждение нахлынуло, и пульс участился.

– Мне следовало все-таки взять такси, – пробормотала она себе под нос, – черт знает, почему я села в машину с тобой.

– Может, потому, что надеялась на еще один хороший поцелуй?

Меган пожала тонкими плечами и усмехнулась:

– Здесь нет зрителей, так что я в безопасности.

– Я вообще-то не эксгибиционист, как тебе могло бы показаться. Без свидетелей у меня получается даже лучше.

Этот низкий, гортанный голос, растягивающий слова, отправил воображение Меган в свободный полет. Она начала судорожно ловить воздух ртом, чувствуя пламя, охватившее все тело.

– Только не со мной! – резко возразила она и нажала на кнопку, пытаясь открыть окно.

– Вообще-то здесь есть кондиционер.

Но Меган уже высунула голову из окна и глубоко вдохнула:

– Он не работает! – Она подозревала, что даже холодный душ сейчас не сработал бы, не то что кондиционер.

Та легкость, с которой Эмилио возбуждал ее физически, сбивала с толку и тревожила.

Эмилио переключил скорость, и мощный монстр, который он вел, дернулся вперед, тут же подчиняясь массе потока и прижимаясь к машине впереди.

– Никогда не говори «никогда». – Он покосился на ее вздымающуюся грудь. – И потом, весь твой внешний вид говорил о том, что ты наслаждалась поцелуем.

Ее ответ доставил ему удовольствие.

– Это не было поцелуем!

– Правда?

Меган капризно прикусила нижнюю губу и упрямо уставилась в окно.

– Это был… рефлекс, – протянула она раздраженно.

– Точно. Тогда могу заметить, что ты девушка с лучшими рефлексами из тех, кого я знаю.

– Я должна была сказать Розанне: мы далеки от того, чтобы называться парочкой! Хотя кто в это поверит…

– Думаешь, хорошая идея – позволить этому эпизоду стать личным?

Меган вновь уставилась на его аристократический профиль, не веря своим ушам. Может, он шутит?

– Это уже личное. Это стало личным, когда ты п… п… ты поцеловал меня!

– У меня тоже отличные рефлексы.

Поджав губы, она уставилась на свои кулаки: «Не поддавайся, Меган». Костяшки ее пальцев побледнели, и она огрызнулась:

– Бьюсь об заклад, так оно и есть! Неужели так сложно поверить в то, что я видеть тебя не могу!

– Верю, ты отнюдь не равнодушна ко мне, впрочем, как и я к тебе. Но вообще-то я имел в виду твой комментарий: «Хотя кто в это поверит». Думаешь, кто-то не сможет поверить в то, что мы любовники?

Меган бросила на него раздраженный взгляд:

– У меня есть голова на плечах, и я предпочитаю быть единственной. К тому же я не выгляжу как кукла Барби.

– Боже! Смотрю, ты просто воплощение сестринской солидарности! Тебе, правда, не следовало бы судить о людях по внешности, Меган.

– Ты прав, именно так я и поступаю.

«Нужно поскорее выбираться из машины! Одному богу известно, о чем я вообще думала, когда садилась к нему!»

«А то ты не знаешь!» – игнорируя язвительный голос в своей голове, Меган оборвала внутренний диалог и предложила:

– Может, высадишь меня около первой же гостиницы, если это не сложно?

– И даже не покормлю тебя? – спросил он с упреком, покачав головой.

– Нет необходимости. Я уже позавтракала, – блестяще соврала Меган, – а время обеда еще не наступило.

Она взглянула на часы – всего девять тридцать. А у нее такое ощущение, словно она провела в этой машине несколько часов!

Его темные брови сошлись на переносице.

– Как будто у тебя нет времени, – протянул он.

– А ты, наверное, единственный бизнесмен-миллиардер, у которого есть время и на обед, и на то, чтобы понаблюдать, как трава растет, – огрызнулась Меган.

– Да, я много работаю, но я же не раб режима.

– Мои поздравления такой независимой личности, но я все равно не голодна.

– Ты думаешь, лучше будет провести день в аэропорту, ожидая, пока самолеты снова не начнут летать? Ты застряла здесь, и я предлагаю извлечь из этого пользу. Мадрид – прекрасный город. Хотя, признаю, мое мнение может быть слегка предвзятым – я родился здесь, – признал он, медленно пожав плечами. – Тебе нравятся архитектура, история?

– А что? Ты предлагаешь себя в качестве гида? – Меган откинулась на спинку сиденья и расслабилась, подумав: «Попался! Интересно, сколько времени ему понадобится, чтобы вспомнить о своем забитом делами ежедневнике?»

– Конечно, а почему бы и нет?

Циничная улыбка тут же испарилась с губ Меган.

– Я же пошутила! Даже если бы я хотела посмотреть достопримечательности, к тому моменту, как я проверю электронную почту, отец наверняка найдет для меня парочку заданий.

– Тогда не проверяй почту!

Такая незамысловатая логика заставила Меган заморгать. Она уставилась на Эмилио так, будто он был с другой планеты.

– Может, ты сам себе босс, но я нет. Мой отец не любит бездельников.

– Ты же дочка своего босса. Это должно давать определенную свободу действий.

– Дочери босса всегда нужно доказывать: ты можешь больше, чем просто красить ногти. – Нахмурив брови, Меган с подозрением спросила: – Ты пытаешься вывести меня из себя?

Он усмехнулся:

– Неужели Армстронг уволит тебя, только чтобы доказать – для него все равны?

– Пока я работаю на него, в какой-то мере он контролирует мою жизнь…

За этим неполным объяснением последовала небольшая пауза.

– То есть если бы он уволил тебя, то потерял бы свою власть над тобой?

Меган кивнула:

– Точно.

Она повернула голову. Их глаза встретились, и тут до нее дошло, с кем она обсуждает важные для нее проблемы в семье!

– Теперь ты знаешь все о моей неблагополучной семье. Это не очень приятная тема для разговора, так, может, сменим ее? – Румянец сошел с ее щек, выражение лица стало суровым.

Но Эмилио знал о семье Меган намного больше.

Глава 5

Память услужливо напомнила Эмилио один их разговор с Филиппом.

– Почему ты рассматриваешь Меган в качестве владельца компании как шутку?

Филипп начал было смеяться, но быстро остановился:

– Ты серьезно?.. – На его лице отразилось что-то, похожее на раздражение.

– А почему бы и нет? Как я понимаю, твоей сестре однажды уготовано стать владелицей компании отца.

– Откуда тебе знать? Конечно, если ты тайно не следишь за ее успехами. – Филипп сам посмеялся над своей шуткой.

– Мы всегда следим за успехами наших будущих работников, ищем самых ярких и лучших. Это кадровая политика компании, – объяснил Эмилио.

– Ты думал предложить Меган работу?!

– Она как раз из тех кандидатов, которые нам бы подошли, – пожал плечами Эмилио.

– Меган? Наша Меган?!

– В настоящее время она лучшая в своей области, – убежденно заявил Эмилио.

Интересно, заметил ли это хоть кто-нибудь из ее семьи? Если кто-то и заметил, то один лишь Филипп – и сделал он это только что. Меган не особо выделялась в семье, сплошь состоящей из сильных личностей с громкими именами.

– Меган всегда была зубрилой, – вспомнил Филипп с нежной улыбкой.

– То же самое говорили обо мне, но я предпочитал называть это фокусировкой. Это как раз то качество, которое я считаю важнейшим.

– Ты хотел, чтобы Меган… Она отказалась?

– Мне дали понять, что сейчас она недоступна.

– Кто-то охотится за талантами нашей Меган… Надо же! Это сложно переварить. Нет, она яркая, просто я никогда не думал…

– Ну а твой отец, вероятно, думал, если он хочет отдать ей фирму…

– Нет, не хочет! – прервал его Филипп.

– Почему ты так уверен?

– Я знаю своего отца. Он, может, и сказал ей, что отдаст. Это в его стиле, – признал Филипп. – Но в действительности позволить Меган встать во главе компании?.. – Он покачал головой. – Ни за что и никогда!

– Почему нет?

– Хм, ну для начала, если ты вдруг забыл, она девчонка.

– Да, я заметил, что она женщина.

– Когда дело касается женщин, отец может говорить что угодно, но в душе так и останется шовинистом.

– Но ты намекал: он не был бы против, если бы Дженни проявила интерес.

– Да, Дженни всегда была его любимицей. Ты же знаешь, отец приютил Меган, когда ее мама умерла. В конце концов, она…

– Дочь служанки.

– Я так не считаю! – запротестовал Филипп, краснея. – Но отец – да. Ее мать служила у нас горничной, а затем забеременела.

Лицо Эмилио приобрело равнодушное выражение.

Надо отдать старшему Армстронгу должное – он осознал степень своей ответственности, пусть это и заняло двенадцать лет.

Меган перевела взгляд с длинных пальцев, нетерпеливо выстукивающих ритм на руле, на лицо Эмилио:

– Я тоже не люблю водить, когда дороги забиты. Ничего удивительного, что ты злишься.

Низкий бархатный голос Меган отвлек Эмилио от темных мыслей. Повернув голову, он почувствовал, как сдавило грудь, – в ее глазах читалось сочувствие. Он уже не пытался скрыть свой потаенный инстинкт защищать Меган.

– Я не чувствую злости по отношению к дороге, – сказал он. «Только по отношению к людям, которые обижали тебя». – Но ты все равно продолжаешь на него работать?

Ярость, с которой был задан этот вопрос, сбил Меган с толку. Она смущенно заморгала:

– На папу?.. А почему я не должна продолжать работать на него?

– Ты сама сказала: он пытается манипулировать тобой. И ты не возражаешь?

– «Манипулировать» – слишком сильное слово, – нарочито оптимистично возразила Меган.

По мнению Эмилио, это было слишком мягкое слово. Ясно, отец Меган абсолютно не заинтересован в раскрытии потенциала дочери. Он просто использовал ее для своих целей. Интересно, понимала ли она: ей никогда не получить той морковки, которой ее манит отец?

– Так зачем переживать, если он все равно тебя не уволит?

– Есть вещи и похуже, чем увольнение, – возразила Меган.

– Например? – не унимался он.

– Например, что-то подобающе унизительное – публичный выговор, понижение в должности, пусть даже только на бумаге. Но все равно я буду хорошей девочкой и отклоню твое чрезвычайно заманчивое приглашение на завтрак, – решила она, скрывая грустную правду за сарказмом. – И не притворяйся, что очень расстроен. Признай, есть множество лучших способов провести день, чем показывать мне туристические достопримечательности.

– Да, пожалуй, я могу придумать, как провести день лучше, – согласился Эмилио, устремляя свой взгляд на ее полные губы.

В голове его тут же появилось несколько идей. И все включали в себя постель и полное отсутствие одежды…

Загорелся зеленый сигнал светофора, и Эмилио вновь нажал на газ.

По крайней мере, они наконец закрыли тему. Меган смотрела на проносящиеся за окном пейзажи и уже начала немного расслабляться, как вдруг Эмилио задал вопрос: