- -
- 100%
- +
Для безупречной репутации достаточно удалить из своей жизни всех свидетелей твоих похождений.
С.Г.
Пусть Творец творит с любовью, а Мастер мастерит с материей.
А.М.
Глава 0. Без названия
Когда тебе по жизни благоволит удача, может показаться, что твои возможности безграничны. Но стоит появиться проблемам – не одной или двум, а так чтобы по-взрослому, чтобы со всех сторон, чтобы захлёбываться в них – тогда становится понятно, какой ты можешь быть и чего стоишь. И за эту смешную цену можно оказаться никому не нужной – по причине того, в кого ты превращаешься.
Я поднималась по грязной, прокуренной лестнице. На душе было так же. Мне было противно всё вокруг. Мне была противна я сама. Со всем этим хотелось побыстрее закончить. Самой. Но моя слабость уже сковала волю и больше, чем на тупое передвижение ног меня не хватало.
Я вошла в квартиру и тихо закрыла дверь. Звуков не было. Даже телевизоры уже смолкли. Тёмный коридор не разрезали полоски света из-под соседских дверей. Почти на ощупь, на цыпочках я прошла до своей комнаты. Сейчас я её ощущала, как одиночную камеру. Карцер. Не с кем словом обмолвиться. Никого не обнять. Некому улыбнуться. Мне опять предстояла битва с тоской и одиночеством. Одиночеством выходного дня. Такое повторялось почти каждое воскресенье.
Зайдя в свою комнату, я закрыла дверь на защёлку, но свет включать не стала. Пакет выпал из моих рук. Я сбросила пуховик и сползла по двери на пол. Силы покидали меня. Глаза закрылись сами.
Хотелось скрыться от всех и вся. Как в свою скорлупу, в раковину. Или я уже заползла в нору зализывать раны?
Пролетевшая под окнами скорая с воем сиреной, заставила меня невольно приоткрыть глаза. На стенах и потолке играли отблески рекламы алко-маркета в доме напротив. При этом тень от люстры рисовала на потолке бесконечный бег паучьих лап. Я снова закрыла глаза в попытке подавить приступ арахнофобии. Меня даже передёрнуло от отвращения.
Сквозь веки я увидела, что мелькание за окном внезапно прекратилось. Который же час? Неужели уже так поздно, что все страждущие беспамятства закончились и магазин закрылся? Прищурившись, я увидела, что в комнату едва пробивается холодный свет от далёких фонарей.
Паук на потолке замер. Словно приготовился сделать рывок к своей жертве. А может он почувствовал охотника посильнее его самого?
Я невольно напряглась. Моё ослеплённое темнотой зрение стало бесполезно. Страх сковал тело.
Две, давно мне знакомые сущности, снова приближались ко мне, едва различимые в темноте. Пришло их обычное время. Настал их час. Я не двигалась. Я снова надеялась, что они сгинут сами, покружив вокруг меня. Как обычно и бывало. Но в этот раз что-то было не так.
Внезапно я почувствовала, как моих лодыжек коснулось что-то мягкое. Словно змеи начали обвиваться вокруг моих ног. Меня хватает лишь на то, чтобы зажмуриться и заскулить. Я, как сбитая машиной бездомная собака, которой не повезло и она, переломанная, не сдохла сразу. А гуманный водитель оттащил её помирать в кусты. Подальше с глаз. Где она на удачу захлебнётся кровью и отпустит свою пустую, но уверенно уходящую жизнь.
Холодная плоть обездвижила мои ноги. А на плечи и спину наползала вторая из тварей. Её щупальцы обвили шею. Они начали меня душить. Я чуть приподнимаю руки, чтобы попробовать защититься, но… увидев их, кричу… Они усеяны пауками и другими копошащимися тварями. И я будто слышу клацанье по полу сотен маленьких лапок, приближающихся ко мне.
Краем глаза я вижу на своём плече жирную, перебирающую сотней ног многоножку. Это уже выше моих сил!
Я пытаюсь приподняться, но ватные ноги не слушаются и беспомощно подкашиваются. Тогда я катаюсь на полу, стараясь если не раздавить всех гадов, то хотя бы сбросить их с себя. Я машу руками и ногами! Извиваюсь, как змея. Я сшибаю стулья и бьюсь о ножки стола, пытаясь сорвать удушающие щупальца со своего горла. Я впиваюсь в них ногтями, раздираю плоть. Огонь пронзает мои плечи и шею. Сущность не сдаётся. Дышать становится всё тяжелее. Удушье захлёстывает меня. Силы явно неравны.
Задыхаясь от борьбы, я переворачиваюсь лицом вниз и ползу к столу. Не знаю, почему туда. Это что-то рефлекторное. Там я как-то встаю на четвереньки. Закидываю одну руку на стол и не глядя шарю…
Найти что-то твёрдое! Острое! Режущее!
Ладонь натыкается на холодный металл. Пальцы мгновенно хватают добычу. Я принимаюсь рубить ею разбегающихся тварей, как ножом. А присосавшихся просто срезаю со своих ног. В агонии они отваливаются с кусками моей плоти, оставляя многочисленные кровавые ранки.
Удар! Ещё удар!
Мои ноги в кровавых зазубринах… Но ни один гад не уцелеет!
Удушье начало отступать. Тварь теряла силу. Но я не остановлюсь! Последнее щупальце на моей шее слабеет и начинает сползать на спину. Я поднимаюсь на колени. Дышать ещё тяжело… пытаюсь колоть куда-то сзади. Тварь уворачивается, стараясь снова обвить мне горло. Острая боль иглами пронзает верх спины. Я слабею. Моё сознание затуманивается. Меня бросает в сторону и внезапный удар в лицо опрокидывает меня на пол.
Свет фонарей за окном померк.
Глава 1. Вместо пролога
Не знаю, у кого как, а у меня, сознание точно не определяло моё бытие. До последнего времени.
Особенность ли это возраста или моего характера – я без понятия. Возможно, это у меня был такой жизненный этап. Я просто плыла по течению и подстраивалась под разные обстоятельства, ситуации.
Впрочем, оглядываясь назад, можно сказать, я никогда особо сильно и не влияла на свою жизнь. В основном это были окружающие меня люди – родные, близкие, друзья, подруги.
Хотя, я думаю, что каждый может повлиять на свою жизнь достаточно сильно при должном желании и активности. Но Его Величество Случай может её просто перевернуть. Он перевернёт тебя вверх ногами и встряхнёт так, что наружу высыпется всё твоё содержимое. Хорошее и сомнительное, светлое и тёмное. Мысли, которых ты даже сама стесняешься. Воспоминания, которые ты хотела бы запихнуть поглубже под покрывало прошлого. Потаённые желания, от которых ты сама покрываешься нешуточным румянцем, а в животе могут встрепенуться твои лёгкие на крыло бабочки. Те самые, на чьих крылышках можно унестись навстречу приключениям и с головой нырнуть в пучину страстей. До кучи поставить рекорд по скорости и глубине ухода от окружающей действительности и здравого смысла. Без кислорода, на одном вдохе, с закрытыми глазами и ушами. Разве что без камня на шее.
Такая своего рода депривация от внешнего мира: ты ничего не видишь и не слышишь. А если видишь и слышишь, то не воспринимаешь и не понимаешь. Да и не хочешь, что самое интересное. Тебе просто не нужно. В твоём поле ощущений не остаётся ничего и никого. Кроме одного человека. Но он твоё всё. Он твой ориентир, твой маяк. Путеводная звезда, если угодно.
Ты ему открываешься, вверяешь себя всецело и безраздельно. Ты растворяешься в нём. Ты им дышишь. Ты видишь мир его глазами. Ты буквально ощущаешь окружающую реальность через призму его ощущений. А он – через тебя. Вы начинаете одинаково думать и чувствовать. Вы вместе двигаетесь и одновременно останавливаетесь, замираете. Ваши сердца бьются в унисон. Просто потому, что у вас становится одно сердце на двоих. И оно замирает, когда вы в разлуке и бешено пляшет лишь стоить вам увидеть друг друга. А в моменты страсти вы в каком-то смысле просто мастурбируете, наслаждаясь собой. Потому что вы одно целое. Вы единый организм. Вы одна нервная система, которая искрит с удвоенной силой, потому что у вас есть два набора эрогенных зон. Ведь одновременно есть два набора половых органов с целой россыпью волшебных точек внутри и снаружи. И поэтому (о, счастье!) вы можете кончить дважды! Не одновременно, а именно дважды. Ведь этот единый организм испытает, как минимум два оргазма! Кто может таким похвастаться?! И нет пределов наслаждениям! В двойном количестве, с двойной яркостью, с двойной силой, с двойной страстью и фантазией!
И не это ли то самое счастье, когда вы можете слиться воедино? Во всех возможных смыслах. Не только дополнить друг друга, но и улучшить, усилить, обострить ощущения, силу удовольствия и яркость восприятия.
Я за то, что такое надо испытать. Я за то, что такой опыт должен быть у каждого. Хотя бы раз в жизни. Хотя бы на какое-то время, но быть! Чтобы потом банально было что вспомнить. Вспомнить и, может быть, даже рассказать.
Или предостеречь.
Глава 2. Разбить разбитое
В последнее время мне стало казаться, что у меня развилась способность к предвидению. Или предчувствию. Правда, она касалась по большей части неприятных событий, не несущих мне ничего хорошего. И, даже более того, имеющих откровенно печальные последствия.
Вот и сегодня, весь день проведя на работе, в относительном спокойствии, я наивно рассчитывала на этой же волне провести и остаток вечера. Но нет. Одна оригинальная идея оригинального человека и мои нехитрые планы и надежды были порваны на мелкие кусочки. Словно никому уже не нужный стикер-напоминалка.
В целом так и вышло. Мой муж решил совершить романтический акт по уделению мне внимания. Под конец рабочего дня он пришёл за мной на работу. Сашка захотел вдвоём прогуляться до дома. К счастью, такие порывы от него исходили редко. Но мне хватало. Как говорится, редко, но метко. Так обещало быть и в этот раз.
Когда он заявился, покупателей в салоне уже не было и приезжать тоже никто не собирался. Поэтому я со спокойной душой сразу стала сворачивать работу и закрываться. Ну не хотелось мне зависать здесь "тет-а-тет" с мужем. Не хотелось обсуждать работу. Ни "как-бы-нашу", не мою, не его. Да-да, именно так. Наш бизнес – это небольшой магазин одежды. Его можно было бы назвать "нашим" или семейным. Но у меня язык не повернётся. Потому что в салоне работаю я. И львиную долю работы, так или иначе, делаю я одна. А он – по остаточному принципу. Что-то необходимое на складе он делал только после своего хобби. Увлекался он реставрацией мебели. И под это дело устроил мини-мастерскую прямо в нашем складском помещении. Что, как и когда он делал по складским делам, я даже не интересовалась особо. А он и не отчитывался. Что-то делалось, клиенты оставались довольны – ну и ладно.
– Ну, привет, жёнушка! – будучи уже "под пивком", громогласно отчеканил Сашка, заходя в салон.
***
Мой Саша достаточно видный и харизматичный молодой мужчина. Ростом выше среднего, крепкий. С крупными чертами лица. С бородой и длинными, до лопаток, слегка вьющимися волосами, обычно перетянутыми резинкой или собранными во что-то непонятное на затылке. Три года назад он так зацепил меня своей неформальностью, что я фактически просто сбежала от предыдущего парня. Общие компании, похоже, таят немало сюрпризов. Особенно в делах романтических.
Сашкины немного хипповатые взгляды и образ жизни, свободные от современных и городских, сильно удивили меня. Тогда наши круги общения пересеклись, когда мы случайно встретились на очередной вечеринке. Но этого мне хватило, чтобы буквально почувствовать что-то общее с ним. В то время я тоже немного хипповала: дреды, травка и все подобные атрибуты молодёжной беззаботности. Так что мы как будто притянулись друг к другу. К тому моменту я как раз только окончила институт. Вернее, вымучила. Поскольку не бросила только из-за родителей. Их финансовые вливания в мою учёбу не оставляли мне шансов на какую-нибудь свободу выбора. Всё было решено без меня. Поэтому в знак протеста, моя самостоятельная жизнь началась сразу, как только я попала в институт. Вернее, меня туда "поступил" папа.
Как бы там ни было, к моменту знакомства с Сашкой я была свободна от каких-либо режимов учебных или рабочих. Работу толком найти я ещё не успела, а готовность к приключениям, особенно любовным, у меня зашкаливала. Очередной виток в моём "росте" точно назревал.
Вот и наши с Сашкой отношения тогда казались приключением, игрой. Они шли вразрез с общепринятыми в наше или ещё недавнее время. Схема жизни "школа, институт, работа, семья, дети" у меня сломалась сразу после второго пункта. Но я в этом проблемы не видела. Работа "с 9 до 18, 5/2" в то время меня не привлекала. После завершения родительского проекта "высшее образование дочери" моя совесть ощущалась абсолютно чистой. Поэтому дальнейшую свою жизнь я видела исключительно под своим управлением. И я полностью и окончательно ускользнула из-под родительского присмотра. Но неужели романтические отношения открытой всему миру девушки могли заставить себя долго ждать?! Это был явно не мой случай.
Вообще, приключения как будто были у меня в природе. Или шило в попе… или ещё что-то где-то. Ведь уже через пару-тройку месяцев после начала учёбы в институте я съехала из общаги к своему первому мужчине. С которым меня, естественно, было всё серьёзно. С работой же тогда я не парилась. Он нормально зарабатывал и хватало на нас обоих. Ну, я и занималась исключительно учёбой. Как уж могла. А в свободное время…
Хм… А вспомнить-то что-то конкретное, оказывается, сложно. Было, так сказать, всё. Была жизнь во всех её многогранностях. Яркая, весёлая, лёгкая жизнь. Жизнь уже созревшей девушки. Умеющей получить желаемое и имеющая что предложить взамен. И это не только обезоруживающая улыбка. Возможно, всё было бессознательно, на инстинктах. Всё складывалось как-то само. Но надо признаться, складывалось благополучно. Что-то, словно вело меня. По-моему, даже по теории вероятностей неприятности должны были быть. А их не было. Как будто что-то направляло и порой, оберегало меня. А оберегать было от чего. Это я сейчас вижу, спустя годы. Чего стоит хотя бы один переезд автостопом через полстраны к Чёрному морю и обратно.
В общем, было всякое: вечеринки, гулянки, мужчины, страсть, друзья, подруги, путешествия. А порой что-то из этого в самых непредсказуемых сочетаниях. Иногда неожиданных даже для меня.
Но вот появился мужчина, который предложил мне «пойти с ним». И в свои неполные двадцать три года я согласилась. Это было неожиданно в какой-то степени даже для меня самой. Я уж молчу про моих знакомых. И тем более родных. Они были в шоке. Только папа воспринял это, как хорошую новость. Мне кажется, он видел в моём замужестве одно – что я хоть как-то буду под присмотром. А не порхать по жизни, как бабочка.
Моя спокойная жизнь с Сашкой, теперь уже мужем, продлилась недолго. Ровно до того момента, как после очередной серии роликов в интернете ему пришли идея и уверенность в своих силах построить дом своими руками. Вдали от города. В деревне. То есть в глуши. Почти в лесу. Я слабо представляла себе всё это, поэтому не сильно сопротивлялась. Точнее, никак не представляла и никак не сопротивлялась. Да и как я могу – "муж и жена – одна сатана". И мы поехали. Так началась наша "робинзонада". Продлившаяся, правда, лишь тёплую часть года – до осени. Но мне хватило с лихвой. Хватило жизни в палатке, готовки на костре, мытья посуды и себя в тазике водой из речки, комаров и других бесконечных насекомых.
А-а! Фу! Как вспомню, так вздрогну! Всё-таки деревенская эстетика далека от меня. Или я от неё. В общем, я не помню, жаловалась ли я, но папа принял меры по вызволению меня из лесов. В целом даже успешно – я живу не в беспросветной, непроходимой глуши, а в большом городе. Почти столичном. В Питере. Я бывала здесь и раньше. Чисто с экскурсионными целями. Мне и тогда здесь нравилось, но я никак не предполагала, что буду жить и работать в этом городе. Спасибо папе, конечно. Искренне.
Каким-то чудом, связями и в долги, но он, скажем так, подарил нам с Сашкой свой семейный бизнес. И мы были единственными представителями фабрики средней известности во всём городе. Всю папину многоходовочку я изначально не осознавала. Тем более, официальная версия была – съездить, подзаработать денег на дальнейшее строительство своего дома. Ключевые слова-приманки прозвучали. Муж на них клюнул. И мы поехали в Петербург за длинным рублём. Куда, как, с чем мы едем, на тот момент было не столь важно. По крайней мере, мне. Я же с мужем. Пусть он и организовывает всё. Снимает, ремонтирует, закупает, отгружает, подготавливает. Или что там ещё надо? А я помогу чем смогу. Ведь я вообще не представляла, что означает открыть свой магазин.
Но потихоньку дело пошло. Нашли помещение, сделали ремонт. Своими руками. Закупили всё, что было необходимо, запустили минимальную рекламу и открылись. При этом сразу разделили фронт работ – я в салоне работаю с покупателями. А Сашка на складе организует отгрузки и вообще складскую работу. Плюс он ещё со своим хобби там же обосновался. Ну а я если так можно выразиться, в свободное время от работы на работе занималась своим любимым делом. Я делала мозаики из высушенных листочков разных цветов и оттенков. И если всё будет складываться, то можно было даже продавать даже. Несколько работ я уже продала знакомым, как декор в кафешки. Так что приятное с полезным удавалось совмещать.
И вот, мы здесь уже пять месяцев. Варимся в собственном соку. Работаем, как можем и умеем. Правда, вопросов пока было больше, чем ответов. Особенно у папы. Впрочем, у него вопрос почти всегда один – "где прибыль?". Мы типа работаем в минус. Ну а я не знаю где. Я делаю что могу. Покупатели есть. Продажи худо-бедно идут. Скажите, что делать по-другому, мы будем делать по-другому. Но нет же. Не говорил. И обычно подобные разговоры заканчивались ободряющим "Давайте, ребятки! Вы молодцы! Работайте! Всё у вас получится!". И мы работали. И работали вместе.
До поры до времени.
Я не знаю, когда и где, между нами, с мужем пробежала кошка. Всё же было нормально, как до переезда. Но что-то изменилось. В нас обоих. Большой город, что ли, начал на нас влиять? Море огней и людей, новых знакомств и возможностей. Совершенно другой ритм жизни. Всё это не могло не повлиять на нас. Да, вероятно, мы менялись. Но почему менялось отношение между нами? Может, потому что мы стали замечать других людей? Кого-то кроме друг друга? Кого-то нового и тоже интересного? Не знаю. Не могу сказать, что круг наших знакомых как-то увеличился. Но безусловно, разница с жизнью в лесу была огромной. И по сути, и психологически. Даже просто гуляя вечером, я видела на сколько мы с мужем отличаемся от окружающих. И внешне, и по поведению. Стоит же рот открыть, так вообще пропасть. А Сашка, как будто ничего этого не замечал. Или не придавал этому никакого значения. Он словно продолжал жить в своём мирке. С одной той единственной мыслью-целью – подзаработать денег и вернуться в деревню.
А я-то уже отведала столичной жизни. Хоть и чуть-чуть, но всё же. Пусть и на съёмных комнатах и квартирах, но в Питере. И я поняла, что я больше не хочу возвращаться не только в деревню на стройку, но и в родной городок.
***
– Привет! Я уже закончила… сейчас только вещи возьму и пойдём, – я старалась делать всё быстро, правильно и без поводов для его недовольства.
Порой мне казалось, что я его боюсь. Особенно когда он навеселе. Ну разве это нормально?! Ведь Саша мой муж! Любимый… Некогда любимый.
– О, как ты быстро… А где покупатели?
– Сегодня уже не будет никого. Так что можно закрываться…
– Ммм… Точно! Давай закроемся тут вдвоём… Я только "за"!
С довольным выражением лица, явно в недвусмысленном предвкушении он бросил пакет с банками на диван и направился ко мне.
– Саш, пойдём лучше… А дома уже… – прекрасно понимая к чему всё идёт, я попробовала ухватиться за последний шанс… Но…
– Одно другому не мешает… Ты же меня знаешь… – горделиво заявил он, подойдя ко мне вплотную.
Особо не церемонясь, но всё же достаточно осторожно, его ладони обхватили мою голову. Саша пристально посмотрел мне в глаза. Как будто хотел разглядеть в них что-то новое. Но разглядела я. Пивная поволока затуманивала его взгляд. И это предопределяло тональность всему вечеру. Ничего хорошего не светит.
Его ожидаемый поцелуй не достиг цели. Я успела увернуться, и он пришёлся в щеку.
– Пойдём домой… пожалуйста… – выдавила я из себя.
– Конечно, пойдём… – прошептал он мне на ухо, оттесняя к стене и кладя руки мнена талию, – но, я смотрю, меня тут заждались две восхитительные малышки!
Он запустил мне под футболку свои ручищи.
– Ай, ну, пожалуйста… Не надо! – я извивалась и пыталась уворачиваться от его поцелуев.
– Мм… мне нравится эта игра… – он прижал меня к себе и попробовал запустить руку мне в джинсы.
– Какая игра на фиг?! Прекрати! Пойдём домой уже!
Каким-то чудом мне удалось извернуться и высвободиться из его лапищ. Я даже начала злиться:
– Давай уж чтобы это доставляло обоим удовольствие! Ты же не шлюху снял для игры в одни ворота!
– Эй, всё, всё! Притормози, дорогая! Я понял тебя… – он даже слегка опешил от неожиданности.
Но потом заулыбался и добавил:
– Но дома ты уж не ускользнёшь от удовольствия!
– Да, да… бери свои вещи. Я закрываюсь, – буркнула я и пошла закрывать витрину.
Стоит ли говорить, что домой мне идти вообще не хотелось? Подобные моменты у нас случались редко. Но испортить вечер Сашка мог и любым другим способом. И их у него становилось всё больше и больше. Он становился очень нервным. Легко выходил из себя. А потом начинался домашний трэш. Нет, он на меня руку не поднимал, конечно. Но ведь и словесно можно создать такую напряжённую обстановку, что хочется бежать. Или закрыться в ванной на несколько часов и забыться. К этому способу я начала прибегать всё чаще и чаще.
Вот, видимо, всё это и поломало наши с ним отношения. И я чувствую, что предел где-то близко. Мой запас прочности на исходе.
***
Наконец собравшись, мы вышли из салона. На внутренней территории бизнес-центра не было ни души.
– Ну, чего ты, как неродная? Невесёлая… – поинтересовался Сашка, заглядывая мне в глаза.
Я не знала, что ответить. Повисла пауза. Он прижал меня к себе, обняв за плечи и немного потряс. При этом всё вышло как-то грубо. Как будто я кукла.
– А какое, к чёрту, веселье, когда лезут в трусы?! Даже если я говорю, что не хочу и не надо?! Я же тебе не игрушка! Захотел – трахнул. Не захотел – не трахнул! – не выдержала я и разом выплеснула всё своё недовольство.
– Обороты сбавь-ка, однако… – серьёзным голосом сказал он. Но почти сразу добавил: – Да, не парься ты! Ну, пошутил я. Прям катастрофа великая. Раньше тебе это нравилось.
– Раньше нравилось?! А ты меня спрашивал? – негодовала я.
– Если что-то не так, ты и сама можешь сказать. Неужели надо спрашивать? – явно риторически заключил муж.
Пройдя через служебную проходную, я поставила магазин на сигнализацию.
– Пока, Серёж! – думая о своём, машинально сказала я охраннику.
– Пока! До завтречка! – ответил он, не отрываясь от игры на телефоне.
И тут я буквально сжалась в комок. Будто в ожидании некого удара. И он не заставил себя долго ждать.
– Это что сейчас было?! Какое на хер "Пока, Серёж"?! – спросил, начиная заводиться Сашка, когда мы вышли на улицу.
– Просто попрощалась. Он здесь тоже работает. Это называется вежливость, – испуганно ответила я.
– Да ты охренела?!
Он резким движением за плечо развернул меня к себе лицом.
– В этом бизнес-центре работает не одна сотня людей! Ты со всеми вежливо здороваешься и прощаешься?
– Нет, конечно. Не со всеми, – ответила я и пошла дальше.
– А с кем? По какому принципу? – муж распалялся всё сильнее. – Кто помоложе, позадорнее?
– Придурок! – я огрызнулась и ускорила шаг, гадая, что мне сейчас прилетит вдогонку.
– Это ты дура, если вообще не понимаешь как, где и с кем разговаривать?! Ты здесь работаешь! И никаких "Пока-серёж" быть не может!
Я молчала. Хоть он и шёл чуть позади меня, я всё равно услышала характерный звук открывающейся банки пива. Было ясно, что спектакль будет развиваться по нарастающей.
– Ну чего ты завёлся? Это же просто вежливость, – я попыталась смягчить обстановку и чуть успокоить его.
– Я повторяю – знай меру! Вежливая какая нашлась! Сегодня ты с ним здороваешься, а завтра ты ему дашь? Чисто по знакомству… из вежливости. – Сашка разошёлся не на шутку.
– Как ты мне надоел со своими подозрениями! – пространно сказала я. – Давай уж тогда сразу сойдёмся на том, что я уже всем дала, куда только можно! Окей?
– Ты, мать твою, специально меня злишь?!
Позади меня с силой грохнулась банка с пивом. У меня внутри всё аж похолодело от страха. Что же ждёт меня сегодня дома?
На мою удачу нас обогнал автобус и нам надо было пробежать метров тридцать, чтобы успеть.
– Давай быстрее! Подъедем до дома, – выпалила я и припустила бегом к остановке, не дожидаясь реакции мужа.
В автобусе он выяснять отношения не будет. Это хорошо. Хоть остынет немного. Запрыгнув в заднюю дверь, мы плюхнулись на ближайшее сиденье. Я полезла в свой мешок в поисках кошелька, чтобы заплатить за проезд. При этом же нащупала сигареты. Даже резко захотелось затянуться. Да, и, вообще забыться как-нибудь. Хорошо, что не забыла их на работе в суматохе сборов.