Реки времен. Рождение ярости

Стоял ясный, летний день. Легкий ветер колыхал паруса небольшой галеры, которая мчалась к берегам города Вестерклов. Но в этом ветре почти не было необходимости, ведь всю работу делали рабы.

Могучие армарийские женщины работали как один большой механизм, молча гребя длинными веслами. Сильные и выносливые, эти женщины были кладом на рынке рабов. Предатель, дезертир, убийца – такое клеймо было у каждой рабыни, оставшись вечным отпечатком в виде татуировки кобры на правой щеке. Некогда гордые воительницы, теперь они были вынуждены сменить золотые браслеты на стальные кандалы. Мокрые больше от воды, чем от пота, их смуглые тела блестели и переливались в лучах полуденного солнца. Взгляды же были печально направлены куда-то в пустоту. Казалось, что каждая из этих женщин смерилась со своей судьбой, превратившись в послушную марионетку. И вместе они составляли прекрасный театр, единственными зрителями которого были двое человек, стоявшие на носу корабля.

– Какой же жестокий народ эти армарийцы. – взгляд капитана был устремлен на женщин. – Одна единственная оплошность, и ты уже изгнанница, опозорившая честь народа. Не кажется ли тебе это слишком жестоким, а Серра? – он перевел взгляд на девушку, стоявшую рядом.

– То есть убийство командира для тебя «оплошность»?

– Нужно быть более снисходительным.

– И это говорит капитан самой известной пиратской банды во всем северном море. – рассмеялась Серрара.

Обдуваемые морским бризом, ее алые волосы длинными локонами развивались из-под банданы, как рваный пиратский флаг, под сенью которого она вела свою жизнь. Довольно милое лицо было слегка покрыто веснушками. Но главной чертой Серрары были жемчужные глаза. Невероятно красивые, они были клеймом расы богорожденных. Одета же она была просто: белая блузка и кожаные штаны с высокими сапогами, вокруг талии повязан тканевый пояс, а на левом боку была прикреплена небольшая сумка и сабля.

– Иногда я поражаюсь как ты вообще смог стать капитаном пиратов со своей мягкотелостью. – она перевела взгляд на старика.

Черная кустистая борода совершенно не сочеталась с богатым, расшитым золотым узором, камзолом из синей ткани. Бриджи, такие же богатые, как и камзол, довольно нелепо смотрелись на его широких ногах. На поясе висел золотой кортик. Наверное, костюм когда-то принадлежал какому-нибудь полному лорду, решившему поплавать в одном из опаснейших морей, и наткнувшемуся на лихую компанию пиратов. И завершал образ капитана монокль, заменивший повязку на правом глазу, и который сейчас без надобности болтался у воротника. Своим видом капитан напоминал аристократа, который лет десять провел на необитаемом острове, ухаживая лишь за своим костюмом, и вот, через десять лет этот аристократ решил вернуться домой.

– Ну и дурацкий же у тебя вид, Хак. Кто выбирал тебе этот костюм? – улыбнулась Серрара.

– Мейс. А что? – морщины морского волка залила краска. – Неужто и правда нелепо?

– Ну, если ты считаешь хорошим решением дать выбор наряда тому, кто носит на голове чучело петуха…

– Да, но в остальном он довольно модно одевается.

– Скорее модно одевались те, кого он убил. В любом случае нам это только на руку. В таком виде тебя точно никто не узнает. – Серрара оценивающе взглянула на капитана. – Хотя я все равно не понимаю, зачем нужно было устраивать этот маскарад, ведь все и так знают, что ты отправился в Вестерклов. Тем более взял с собой меня – офицера «Серой Чешуи». Или ты надеялся, что я научилась менять цвет глаз?

Взгляд Хака потупился. Заметив это, Серрара пожалела о сказанных словах.

Капитан был для нее как отец, которого у нее никогда не было. Она знала, что он приютил ее из жалости к ее происхождению. Мало кто осмелится взять под свое крыло богорожденного. Все боятся и сторонятся людей с жемчужными глазами.

– Ты прекрасно знаешь, что мы приедем в город глубокой ночью, и этот наряд лишь подстраховка. – сказал Хак.

– Не стоит быть таким уверенным. – Серрара направила свой взгляд в сторону серых туч, которые только что, как громадная флотилия, выплыли с южной части горизонта.

– Черт побери, а ты права! Такими темпами мы попадем в шторм! – расширив глаза, засуетился Хак. – Хотя это даже лучше, до города мы в любом случае доберемся раньше этих туч, а гроза скроет нас лучше, чем тихая ночь.

Не прошло и пяти минут, как ветер настиг их корабль. Скорость увеличивалась с каждой минутой, и вот уже галера летела к городу подгоняемая ветром и усилиями дюжины воинов.

–Все! Хорош! Стоп! Суши весла! – громогласно заревел Хак.

Одновременно, словно подчиняясь одному общему разуму, армарийки подняли весла и втянули их внутрь галеры. Хоть и не сразу, но лодка начала терять скорость.

– Красота! Слушай, Серра, может мне их оставить себе, а вас выбросить за борт? Таких послушных рабов я еще не видел. – проговорил Хак, с улыбкой разглядывая армариек.

– Ага, и в первую же ночь эти "послушные" рабы перережут тебе горло. – Серрара взглянула на татуировку змеи, которая красовалась под правым глазом сидящей перед ней женщины. – Другое делом мы, не совсем послушные головорезы, но все же преданные тебе.

Хак улыбнулся. Что-что, но в преданности своей команды ему сомневаться не приходилось.

"Серая Чешуя" была одной из самых знаменитых пиратских банд во всем Северном море. В ней состояло семьдесят три человека, и все они были как родные дети Хаку. Такое название они получили из-за своего корабля – огромного, семимачтового парусника класса "Ной", под названием "Серая Чешуя", главной особенностью которого являлась обсидиановая обшивка в виде пластин. Эти пластины крепились друг на друга словно большие чешуйки, образуя непробиваемый панцирь. Очень часто бывало так, что завидев "Серую Чешую" торговые суда даже не пытались сопротивляться, предпочитая сдаться без боя и кровопролития.

Но хоть это и была пиратская банда, Хак постарался ввести хоть какую-то дисциплину, назначив семь офицеров (в подчинении которых было по девять человек), и два помощника капитана: Мейс и Иш-Таб. К тому же, кроме основной команды корабля, были еще пятнадцать банд, которые находились под покровительством "Серой Чешуи", но ходили и грабили на своих судах и под своими флагами, но при этом полностью подчиняясь офицерам "Серой Чешуи". В основном это были мелкие шайки, которые задолжали капитану, либо были взяты на абордаж, а потом отпущены с условием отдавать половину награбленного.

Серрара думала, что сейчас Хак скажет что-нибудь еще, но старый пират лишь молча улыбался. Ей вдруг стало невообразимо скучно, и она, взглянув на Хака, попыталась найти новый повод завязать беседу. Взгляд капитана был устремлен на женщин, и в нем читалось какое-то разочарование. Девушка знала, что Хак не одобряет работорговлю, но уж слишком ценный был товар, чтобы не поддаться искушению.

– Не стоит волноваться за них. – сказала Серрара.

– Что? – Хак, погруженный в свои мысли, похоже не сразу понял, о чем идет речь.

– Эти женщины. – Серрара указала на рабынь, – Не стоит о них волноваться. Армарийский народ славится своей воинственностью и хладнокровием. Скорее всего они станут охраной у какой-нибудь важной дамы или возглавят войско. Их же с детства учат военному ремеслу и стратегии. А мужчин обучают еще и ораторскому искусству.

– Ну, насчет "знатной дамы", ты промахнулась. А вот "возглавить войско"… Но Серра, я и не знал, что ты так много знаешь о армарийцах. – поднял густые брови Хак.

– Мне рассказала Айша. – проговорила Серрара.

Айша – это девочка одиннадцати лет, совсем недавно присоединившаяся к их команде. Она была немного застенчивая, и общалась только с Серрарой и Лией, канониром банды. Ее нашли в трюме одного торгового судна, когда пираты занимались своим повседневным промыслом. Как потом выяснилось, родители Айши продали ее какому-то вельможе из Лимминг Мун. Когда они брали на абордаж это судно, то потеряли одного товарища – неповоротливого толстяка по имени Кург, который по совместительству был еще и вторым коком. Единственным, кого расстроила смерть Курга, был Хак, так как остальной команде были совсем не по душе кулинарные изыски повара (один раз Серрара нашла у себя в супе ингредиент, подозрительно смахивающий на человеческое ухо).

Когда встал вопрос что делать с пленными (обычно их оставляли на дрейфующем судне, за исключением тех, за кого можно получить не плохой выкуп), Серрара предложила взять девочку за место мертвого повара. К счастью, второй повар, Ллейн, готовит хорошо, и сможет научить ее как правильно сварить похлебку. Хак был не против, но поручил Серраре взять девчонку в свой отряд, хотя мертвый кок был не из подопечных Серрары. Поэтому сейчас у нее в подчинении было не девять, а десять человек, или как говорит Мейс – девять с половиной. Такое решение капитана было связанно еще и с тем, что девушка сама побывала на месте Айши, вступив на корабль, когда ей было всего четырнадцать лет. Хотя в случае с Серрарой, было гораздо проще, ведь она лишь сменила окружение, заменив палубой корабля, одни из самых опасных трущоб города, к которому они сейчас направлялись.

– А она откуда знает? – удивленно проговорил Хак.

– Дурак, она же из Лиры. Она знает множество историй. – Серрара повернула голову в сторону Вестерклова. – Вот, например, этот город. Ты знаешь, чем он знаменит?

– Конечно. Это один из пяти главных городов империи, "западный столб". – Хак перевел взгляд на город.

До берега было еще пол дня пути, но даже с такого расстояния можно было увидеть огромный город, возвышавшийся над морем как титан, задевая своими длинными башнями облака и уходя высоко в небо, словно протыкая его насквозь. Он был настолько огромен, что казалось невероятным, что этот город построили люди.

Но это была лишь оптическая иллюзия. Все из-за того, что город был построен на возвышенности. Его улицы были построены ступенеобразно, напоминая огромный амфитеатр, ареной которого был залив. Со стороны моря в него можно было попасть только через узкий пролив, что делало город абсолютно неприступным для вражеского флота. Хотя бывалым пиратам и контрабандистам были известны секретные тоннели в скалах, которые позволяли незаметно попасть в город. По бокам, прямо в скалах, росли два исполинских дуба, соединяясь своими кронами, и образуя природную арку. В самом же городе почти все дома были сделаны из белого камня. И лишь с краю, среди всех этих белоснежных домов, возвышался черный, как сама ночь, замок. Он словно парил в небесах. Такое ощущение складывалось из-за того, что замок стоял на скалистом выступе, что придавало ему действительно вид замка, парящего в воздухе, удерживаемого лишь массивными цепями, которые свисали со скалы. Раньше, некоторые рабы, привезенные из бедных регионов, где они не могли видеть столь внушительных строений, сходили с ума и бросались в воду при взгляде на этот город-великан. Поэтому, некоторые пираты специально завязывали глаза рабам, чтобы они не смогли увидеть город, и их психика не подверглась бы еще большей нагрузке.

– И это все, что ты можешь рассказать про этот город? – жемчужные глаза были устремлены на старого пирата. – Что это "столб империи", и все?

– Ну, это большой город. Резиденция хранителя запада, короля Анастериана. – было видно, что Хаку стало стыдно из-за того, что он мало что может рассказать об одной из пяти столиц империи. Сам пират был из Туры, поселения находившегося за приделами империи и входившего в лигу старых городов.

– И зная это, ты едешь с кучей рабов прямо в резиденцию хранителя запада! – хлопнув старика по спине, Серрара звонко рассмеялась.

Хак, увидев радостную улыбку на лице Серрары, тоже заулыбался.

– Тебе-то хорошо говорить, ты в этом городе выросла.

– Когда живешь в трущобах, где тебе могут перерезать горло просто ради развлечения, особо не задумываешься об истории и мифах. – все еще смеясь сказала Серрара.

– Значит маленькая Айша знает больше о твоем родном городе, хотя в нем никогда и не бывала? – проговорил Хак, снова переводя взгляд на город.

– Я не говорила, что совсем ничего не знаю о нем. – уязвленно проговорила Серрара.

– Ну и что еще в этом городе такого особенного, если не брать в расчет то, что он просто огромен?

– У этого города много особенностей. – Серрара тоже перевела взгляд на город, – Например, его замок.

– А что, замок как замок. Вполне себе обычный. – фыркнул Хак.

– А тебя не удивляет что он весь черный? – Серрара сверкнула глазами.

– Возможно, это была просто задумка архитектора. – довольно скептическим тоном предположил Хак.

– Какого архитектора? – ухмыльнулась девушка, – Ты действительно полагаешь, что этот замок построили люди?

– Возможно, это дело рук человека, который плохо разбирался в искусстве. Может он тоже носил чучело петуха на голове. – улыбнулся Хак.

– При этом рассказывая всем, что это василиск, и что он убил его голыми руками. – съязвила Серрара.

Немного помолчав, Серрара продолжила:

– Говорят, этот замок когда-то принадлежал Жрице Зверя, и был привязан с помощью своих цепей к спине огромного демона. Сам замок был сделан из красного астрала, камня, который подавляет волю. Но во время Великой войны, кровь древних валькир, с которыми сражалась Жрица Зверя, пропитала стены замка, и они утратили свои свойства. – Серрара устремила взгляд на небо вокруг замка, пытаясь представить себе эту картину, состоящую из хаоса, огня и крылатых людей. – Но вскоре пламя и дым, выходившие из тела демона, закоптили пропитанные кровью стены, и они почернели. Жрице пришлось оставить этот замок. Потом его нашли люди и воздвигли вокруг него город, назвав его Вестерклов.

– Великая война? Это та, в конце которой образовалась империя Стеллария, и началось новое летоисчисление? Ты хочешь сказать, что этому замку, – Хак поднял голову к небу, стараясь вспомнить какой сейчас год, – около тысячи лет?

– Тысяча сто двадцать один. – поправила Серрара. – Неужели ты настолько стар, что уже забыл какой сейчас год?

– Мне достаточно помнить кто мне сколько должен. Чтобы напоминать, что я старый хрен, мне хватает тебя и Мейса. – Хак наклонился к походной сумке, которая лежала у его ног, и достал длинную курительную трубку.

Это было одно из его сокровищ. Трубка была сделана из лазурной кости в виде морского чудовища. Щупальца этого чудовища обвивались вокруг всего мундштука, а голова служила чашей для табака. Еще одной особенностью этой трубки было то, что дым выходил не из чаши, а из маленьких отверстий по всей трубке, на зло окружающим. При этом сама трубка издавала удивительные звуки, как будто дышит огромный великан. Материал, из которого была сделана трубка, назывался «лазурной костью» и был самым крепким материалом в мире. По виду он напоминал обычную, слоновую кость, но синего цвета. Этот ценный материал добывали в деревне, которая находится между двумя старыми городами – Армой и Эльрой. Лига старых городов очень рьяно охраняет это место, отправляя на защиту рудников лучших воинов Армы.

– Это все, что рассказала тебе маленькая Айша о Вестерклове? – спросил Хак, вытаскивая из кармана кисет с табаком.

– Нет, есть еще одна интересная история, правда ее мне рассказали еще в детстве. – проговорила Серрара, наблюдая как капитан засыпает в уродливую голову чудовища разноцветные травы из мешочка.

– И о чем же она? – из отверстий трубки повалил синий дымок, сопровождающийся сонным дыханием великана.

Улыбаясь, Серрара встала на цыпочки и вытянулась во весь рост, разминая затекшие конечности. Хоть капитан и сам был ростом немалым, все равно уступал на голову Серраре. В девушке было почти два метра роста – еще одна отличительная черта богорожденных.

– А вот про это. – все еще улыбаясь, она указала на трубку в руке капитана.

Хак наклонил голову и уставился на дымящееся чудище.

– Про лирийский табак или про мою трубку?

– Трубку. А точнее, про то, что на ней изображено. – Серрара облокотилась о борт галеры. – Ты знаешь кто это?

– Конечно знаю. – Хак выпустил струйку синего дыма из густой бороды – Моя бывшая жена, Дийша.

Серрара рассмеялась. Капитан часто шутил по поводу своей бывшей жены. Порой Серраре казалось, что именно эта женщина была причиной того, что капитан подался в пираты.

– В последний раз ты говорил, что твоя жена была похожа на кусок заплесневелого сыра, который нам подали в трактире Каркастла.

– Не напоминай мне об этом проклятом городе. Выпивка у них на вкус как козья моча. – Хак скорчил рожу. – Так что насчет чудовища? Кто это?

– Это кракен.

– Чушь, совершенно не похож на кракена. – тут же возразил Хак. – Я видел кракена своими глазами. Да я даже пробовал его в Лире!

Старик уже почти пол века вел пиратскую жизнь, и бывал во множестве удивительных морей и городов, зарабатывая себе репутацию злостного пирата. На самом же деле такую «хорошую» репутацию ему заработала его команда, некоторые члены которой порой выходили за рамки простого грабежа и разбоя. Во многом именно такое поведение его подчиненных и подвигло капитана к решению создать некое подобие ранговой системы, где более спокойные члены команды могли бы контролировать дикие желания буйных товарищей.

– Ага, а еще в Лире подают крылышки драконов и хвосты русалок. А в трактирах подешевле можно вкусить остатки еды с самого королевского стола, непонятно каким образом переместившиеся за сотни миль из королевских тарелок. – язвительным тоном отозвалась Серрара. – Скорее всего, то, что ты пробовал, был всего-навсего обычный кальмар со специями. Это же Лира, город лгунов и фокусников. Единственные настоящие вещи там – это вино и деньги.

– Так значит вот так на самом деле выглядит кракен? – Хак повертел трубку с таким видом, словно в первый раз обнаружил что на ней что-то изображено. – Ну и как же это чудище связано с Вестеркловом? – Хак сунул трубку в рот и уставился на девушку.

– А эта история уже произошла после Великой войны. Как раз в то время и появились четыре хранителя. – рассказывая, Серрара наблюдала за причудливыми завихрениями синего дыма выходившего из трубки капитана. – Вестерклов тогда еще не был резиденцией хранителя запада…

– М-м-м… – слушая Серрару, капитан уставился на город.

Серрара поняла, что капитан стал вспоминать историю о Великой войне и первых хранителях. Каждому, кто умел слушать, она была известна с детства.

Никто точно не знает, когда началась Великая война. Известно лишь то, что на тот момент было два могучих государства – Релимор и Ценебрия, которые вели войну друг с другом. Короли сменяли друг друга. Некоторые умирали от старости, другие же на поле боя, но при этом успев оставить наследника с жаждой мести за убитого родственника. Так война длилась множество столетий, пока в Ценебрии на трон не взошла королева, которую впоследствии стали называть Жрицей Зверя.

Настоящего ее имени никто с точностью сказать не может. Кто-то говорит, что ее звали Астрис, кто-то, что Халлибель. А кто-то произносит такое ломанное сочетание букв, что не ясно как вообще человеческий рот может произнести такие звуки. Говорят, что она была сумасшедшей с рождения и поклоняясь древнему богу, за что ее и прозвали Жрицей Зверя. Но при этом она была еще и выдающимся военным стратегом. Только за первый год своего правления она смогла захватить территории, которые никто из ее предшественников не мог заполучить в течении столетий. Еще ходят слухи что она обладала могущественной волей, и могла в одиночку противостоять целой армии. Утверждали, что такой силой ее одарил древний бог.

Но потом, неожиданно для всех, она исчезла, и силы Ценебрии, оказавшись без лидера, просто сдались. За считанные месяцы все королевство оказалось в руках короля Гелиоса Леонхарда, правителя Релимора. После этого и было принято решение объединить два королевства, образовав тем самым новую империю – Стелларию. Вместе с этим началось и новое летоисчисление, а Гелиос стал первым императором. Именно тогда и появились первые хранители империи: Арк Лайстунг, Лина де ла Игнис, Рейме Вермилион и Рудо Санд.

Они, как и сам император, обладали великой силой. Кто-то даже говорит, что это были четыре демона, другие же – что это были полководцы Жрицы Зверя. Оставшиеся без королевы, они были вынуждены сдаться. Но в основном принято полагать, что это были просто четыре очень сильных человека, которые решили присягнуть на верность императору. Гелиос, оценив их потенциал, наградил всех четверых королевскими титулами, и приказал защищать границы империи. И так Рудо стал хранителем севера, и отправился в город Поларвейн. Арк направился охранять южную часть империи, в город Эль-Хафа. Рейме, приняв титул хранителя востока, начал править городом Лимминг Мун. Лина же была единственной женщиной среди них, и став первой хранительницей запада, отправилась в город Вестерклов.

Но хоть они и были невероятно сильны, это не делало их бессмертными. Вскоре на их место пришли новые хранители. Тираны и герои сменяли друг друга. В основном, защитники назначались императорской семьей, кроме города Лимминг Мун, где и по сей день продолжают править потомки Рейме.

Но не все жители Ценебрии согласились стать гражданами новой империи. В мире еще остались множество семей и военных банд, которые были преданны Жрице Зверя, но были изгнаны за границы империи. А из-за того, что к концу Великой войны было много потерь со стороны Релимора, император принял решения отправить сильнейших людей на границы империи, где так кстати оказались столицы некогда воюющих королевств.

Эту историю знает каждый житель Стелларии, но такие люди как Хак скептически относятся к историям про старых богов. Хотя в последнее время Хак стал пересматривать свои взгляды, когда встретил настоящую богорожденную, которая сейчас с интересом рассказывала ему еще одну небылицу.

– Так вот, – продолжила Серрара, – до того, как Лина стала править Вестеркловом, на троне, в том черном замке, восседал молодой принц.

– Постой, какой еще принц? – перебил ее Хак. – Тут же не было никакого королевства, только небольшой городок.

– Ну это же выдумка! – нетерпеливо отозвалась Серрара – Я всего лишь рассказываю то, что услышала сама.

– Ладно, пускай будет принц.

– Ну вот, тот принц мечтал отправиться в путешествие, увидеть мир и найти себе жену. Но он не мог себе этого позволить, так как вся его семья погибла, и он остался единственным правителем в Вестерклове. Принц смирился со своей судьбой, и стал править городом. Он был очень добрым правителем, но жажда приключений все равно терзала его, и от нечего делать он начал исследовать замок. Местные жители любили юношу, и поэтому всячески помогали ему в исследовании: разгребали завалы, вскрывали запертые двери, искали потайные ходы и комнаты…

– А они были чем-то завалены? Принц был неряхой? – снова прервал Хак.

– Если еще раз меня перебьешь, я выброшу тебя за борт. – пригрозила Серрара.

– Молчу-молчу. – подняв руки, сказал Хак.

– В основном, ему помогали старики и дети, которые не были заняты повседневной работой. И однажды, в одном из подвальных помещений, они наткнулись на интересную дверь. Эта дверь отличалась от всех других тем, что сохранила свой натуральный цвет «красного астрала», и не была черной, как весь остальной замок…

Серрара краем глаза заметила, как дернулся уголок рта у пирата.

– При этом за дверью слышалась прекрасная, и в то же время грустная мелодия. Открыть ее не составило труда. У двери не было замка, была лишь ручка, потянув за которую принцу и его помощникам предстала такая картина: посередине круглой комнаты, цепями к полу, была прикована девушка. Ее длинные волосы спадали до самых ног, закрывая лицо. Весь пол комнаты был практически полностью наполнен водой, не считая маленького клочка суши к которому и была прикована пленница.

Как только принц увидел эту девушку он сразу влюбился, но не потому, что она была очень красивая, ее лица он не мог видеть. Он влюбился в пленительную мелодию, которую напевала девушка. Не раздумывая, он бросился к ней. Зайдя по пояс в воду, он шел, протягивая к ней руки. Но стоило ему выйти из воды, как все замерли в страхе: туловище принца уже не было человеческим. За место ног у него появились огромные щупальца. Так на свет и появился первый кракен. Вскоре после этого в Вестерклов прибила Лина, и жители рассказали ей об этом чудовище. Говорят, что она сражалась с ним прямо в море, а в качестве оружия использовала якорь от корабля, так как меч был слишком короткий.

– Это случайно не тот якорь, который стоит в южном порту Вестерклова? – хмуря брови, спросил Хак.

– Возможно. – пожала плечами Серрара. – Хотя не думаю, что кто-то способен поднять такой большой якорь. Разве что человек с сильной волей… В общем это глупая история для простаков.