Звездные духи. Дух Января

– Что тут рассказывать?! Не повезло мне с заклинателем! – Я тяжело вздохнула и стукнула кулаком по столу. Шикать на меня не стали. Опасно же.

– То есть? – на всякий случай уточнила Лиза. Соул чуть подтянулся, приготовившись слушать интересную историю.

– Новичок! Во всех смыслах! Даже не знает о том, что обладает силой призывать духов! О магии только понаслышке!..

– Но-но… Джин… – пытались успокоить ребята, у которых глаза вылезли на лоб от моей тирады.

– Что? Что?! Как вызвал? Само получилось! И если бы не мои навыки ориентации в пространстве, от моего неудавшегося хозяина остались бы только рожки да ножки!

– Э-э?

– Из передряги вытаскивать! Надо мне еще в пещеры таскаться и приводить его в чувство.

– Что?! – у Соула глаза окончательно стали кругляшками, а Лиза умудрилась нахмуриться на одну бровь, отчего немного окосела.

– Да, да! – наверное, у меня было очень страшное лицо, раз ребята так синхронно отшатнулись. – Мне попался беспризорник и попрошайка, зато обладающий исключительными магическими способностями!

Учитель стукнул по фортепиано кулаком, потер руку и в воцарившейся тишине продолжил выводить мелодию.

– Ведь это же хорошо… – начал было Соул и отшатнулся повторно. Не зли меня, дружок!

– Может, тебе с первого взгляда показалось? – осторожно, хмурясь уже на оба глаза, сказала Лиза.

– Что показалось? – недовольно уточнила я.

– Ну, передряга, это… бывает.

– Со мной – нет! – учитель шикнул на меня, но тише говорить я не собиралась. – Я лучшая в потоке, одна из лучших в школе, и какого духа мне попадается этот!..

– Погоди! – остановила меня Лиза и неуверенно оглянулась на Соула. – Почему ты все время говоришь… «он»…

Я на секунду зависла, а потом, подозрительно сузив глаза, уставилась на товарищей. До них наконец-то дошло!

– Что?! – воскликнули оба, но Соул с опозданием.

– Да, – начала я, и рявкнула: – У меня ПАРЕНЬ!

Весь класс подпрыгнул, и на этот раз даже учитель уделил мне немного тишины.

Ребята смотрели на меня испуганными глазами.

– У тебя появился парень, Джина? Поздравляю! – вякнул кто-то знакомый с середины рядов, но на этом желающие закончились.

– Что?! – глупо повторили мои узколобые друзья.

– Да! ДА! У меня в заклинателях мелкий пацан!

В тишине было слышно, как у кого-то упала ручка, но он не полез за ней под стол.

– Как?!

Я уставилась на Соула, окончательно примкнувшего к семье Камелопардалисов, выдала нечто нечленораздельное, очень схожее с ругательным, и отвернулась к окну. Все, ничего я объяснять им больше не буду!

Все же объяснить пришлось, хотя бы то, в каком состоянии я оставила своего заклинателя.

– Что будет, если он там умрет? – с ужасом восклицала Лиза, пока я мрачно шевелила ложкой в супе.

– Если это случится, то Джина останется без хозяина, и ждать ей до скончания века новую жертву, – утешил умница Соул.

Впрочем, я не очень-то обиделась. А я бываю страшна в гневе, я знаю.

– Думаю, что этот дохлик тот еще живчик, – заметила я, отправляя ложку супа в рот.

– Сколько ему лет? – поинтересовалась Лиза. Ну конечно, началась любимая ее тема.

– Не спрашивала, на вид – лет тринадцать, – подумала я. Ведь действительно, с какой мелюзгой мне придется иметь дело?

– Ну, хоть с договором у вас проблем не возникло, – успокоилась Лиза и приготовилась налечь на суп. Моя же ложка застыла на полпути ко рту. Ребята уставились на меня.

– Погодь-ка, – первым догадался Соул, – ты еще не подписала договор?

– М-м! – промычала я, что можно было расценить… однозначно.

– Джина, ты хоть понимаешь, что ты сделала? – Лизой, похоже, стало овладевать отчаяние за столь неразумную подругу. – Как ты его теперь найдешь?

– Только если он опять не окажется при смерти и случайно вызовет тебя, а не какого-либо другого звездного духа! – торжественно закончил Соул.

Я и правда не знала, что ответить. Признаюсь, в этом я сглупила. Любому духу известно, что пока договор не скреплен подписями, он не может явиться на помощь хозяину, за исключением экстренных случаев, когда «запах души» обостряется до предела. Я не вдавалась в подробности, какой именно запах я почувствовала в первый раз, все получилось спонтанно.

Но как быть теперь? Найти его сама я не могу – этому в школе не учат, да даже если бы я это умела, я еще не могла точно определить «запах». Слишком мало времени мы были знакомы с заклинателем.

– Может, обратимся к завучу? – переглянулась Лиза с Соулом.

Зам считалась у нас спецом по детектору душ, – правдоопределителю – и я припомнила, что несколько лет она проходила практику в судебном отделе Совета. Наверняка, у нее было какое-нибудь средство и на этот случай.

– Выбора нет, – согласился Соул, и, не спрашивая моего мнения, они оба потащили меня к кабинету заместителя.

Чему надо было действительно поучиться завучу, так это кулинарии. Вкус у зелья был отвратительным. Мне не было так противно, даже когда я перепутала в детстве круглый ластик со снежком. Зато мучения были потрачены не зря. Представив перед мысленным взором чумазое лицо мальчишки, я почувствовала, как меня тут же подхватывает ветер, и жутко закружилась голова.

Я неудачно стукнулась об пол, зашибив коленку. Не забыть напомнить нете Миле, чтобы она пересмотрела поваренную книжку – отвлекая себя этой мыслью, я огляделась.

Сначала мне показалось, что я снова очутилась в пещере, только уже освещенной. Только потом я сообразила, что стенками пещеры мне кажутся выщербленные стены помещения, заставленного всяким хламом.

Впрочем, при дальнейшем рассмотрении хлам оказался вполне нужными вещами, как то чайником, стулом, кроватью, мелкими бытовыми предметами и еще кучей всего, названия чему я просто не знала. Человеческой мирологией я интересовалась, но не до такой степени.

У кровати я заметила шевеление. Из-под нее, попыхивая успехом, вылез мой неудавшийся хозяин – он держал в руках какую-то металлическую вещицу, и был явно доволен собой. Увидев меня, мальчишка издал громкую смесь удивления и ужаса. По-моему, вещица была легкой – он даже не поморщился, когда предмет задел его по ноге. Небо его дери.

– Эй, парень, – я откашлялась, – мы в прошлый раз кое-что забыли сделать.

– Что? – казалось, еще бы чуть-чуть, и он бы вжался внутрь себя с завидной ловкостью.

– Договор заключить, – терпеливо пояснила я и потрясла свернутым свитком, перевязанным розовато-красной ленточкой. Мальчишку это движение испугало больше, чем я ожидала.

– Какой договор? – его лицо побелело, придав ему сходство с вампирской нацией.

– Не дьявольский, я не от их канцелярии, – успокоила я заклинателя, попутно показывая белоснежные зубки, – но если что пойдет не так, у меня есть оттуда пара знакомых.

Припомнила же я выражение, которым мы не пользуемся уже тысячу лун. Но эффект того стоил. Мальчишка, хоть и не приобрел здорового цвета лица, мигом заметался по комнате, приводя в порядок стол – то есть спихивая весь мусор на пол – и ища запасной «стул». Последним оказалась покосившаяся тумбочка с отваливающейся дверцей, которую заклинатель, хорошенько подумав, занял сам. Я брезгливо отряхнула с единственного стула пыль, утешая себя мыслью, что я ненадолго.

– Вот, – я развернула перед мальчишкой первый лист и указала на текст. – Зачитаю, если ты не против. «Сим документом заклинатель обязывается соблюдать правила вызова подписавшего соглашение духа. Количество вызовов ограничивается одной штукой в день, на время от двадцати минут, в зависимости от условий договора. Подписавший данное соглашение звездный дух обязывается приходить на каждый зов заклинателя, вне зависимости от каких-либо обстоятельств, и выполнять любые приказы, которые устроят заклинателя».

Во время зачитывания договора, я поглядывала на лицо мальчишки. Он стал серьезным, сдвинул брови и лишь мрачно кивал мне, когда ловил взгляд. Прочесть текст он мог, конечно, и сам – один из договоров составлялся на языке заклинателя, его я и читала. Как дух, которому предстояло быть в подчинении у мальчишки (что мне пока было сложновато осознавать), я понимала язык, будто всегда на нем разговаривала.

– Договор считается действительным с подписания обоими субъектами данного соглашения. Договор расторгается в случаях: 1) обоюдного согласия лиц на расторжение договора, вследствие чего договор разрывается и теряет силу; 2) жестокого обращения заклинателя с подчиненным духом и заявления последнего в судебные инстанции; 3) невыполнения духом приказов, тогда заклинатель вправе подать прошение в судебные инстанции о расторжении договора; 4) смерти заклинателя». Все понятно? – уточнила я, ядовито взглянув на парня.

Мелкий шрифт пусть сам читает.

Мальчишка взял документ, просмотрел его – медленно, отчего я несколько раз думала потерять терпение – и твердо кивнул.

– Тогда подпиши вот здесь, а я поставлю свою подпись здесь, – я указала на две расположенные напротив линии и протянула мальчишке самопишущее перо – гениальное изобретение магов, бесплатно выдававшееся именно на такой случай.

Заклинатель подтянул бумагу, но над документом замер.

– А что если умрет дух? – он поднял на меня глаза.

Я невольно улыбнулась. Для человека, который ни разу не слышал о звездных духах, он оказался очень прозорливым – потому что в договоре, насколько я знаю, этого не упоминалось.

– Духи не умирают, – терпеливо объяснила я. – Нас невозможно убить в мире людей, ведь мы ему не принадлежим. Да, нас могут ранить, мы можем израсходовать все силы, в таком случае мы просто возвращаемся на небо и там восстанавливаемся. Какое-то время после этого ты не сможешь меня вызвать.

– Ясно, – кивнул парень и, прикусив губу, оставил над черточкой заковыристую подпись. Очертания показались мне смутно знакомыми, и я подивилась, какие красивые буквы вышли из-под его испачканных рук. После я расписалась сама.

– Как тебя зовут? – спросила я. – Чтобы я знала, к кому буду приходить.

– Ко̀вен, – сказал он и зачем-то пожал плечами. – А тебя?

– Джина, – кивнула я. – Я звездный дух месяца январь. Мою силу ты уже видел в действии. И постарайся хорошенько запомнить мое имя, ты представить себе не можешь, с каким трудом я в этот раз разыскала тебя!

– Хорошо, я понял, – поспешно согласился Ковен, на всякий случай замахав перед собой руками. Я недовольно поглядела на его грязные ладони.

– Ты один живешь?

Мальчик опустил руки и обвел взглядом помещение.

– Угу, – сказал он и вздохнул.

– Тяжко небось, – «поддержала» я разговор.

Если бы мне так не хотелось на землю, я бы еще подумала, точно подумала. Да, правила есть правила, но отсутствие знаний – тоже аргумент! Вот и теперь мне все объяснять, выполнять приказы его… Мальчик, пожав плечами, устремился к горе хлама, по-видимому, именуемому кухней, а у меня впервые мелькнула мысль, что в следующий раз мне может повезти. И что если приблизить этот момент…

– Я привык, – услышала я голос. – Точнее, я другой жизни не знаю.

– Ты всегда жил один? – удивилась я, и даже на секунду забыла, о чем сейчас думала. Да и голос – такой приятный, немного девичий, хоть и говорил мальчик. Странно, что я заметила только сейчас.

– Нет, была мама, – сказал он. – Только ее уже как десять лет нету.

«Печально». Я помолчала. А потом произнесла вслух:

– А сколько тебе солнц?

– Чего? – не понял меня заклинатель.

Я лихорадочно соображала, какими единицами измерения пользуются люди. Придется привыкать. Как он там говорил?

– То есть весен? Лет?

– А, это. Пятнадцать.

Я скептично оглядела его.

– Выглядишь младше, – наконец объявила я результат своего осмотра.

– Знаю, – кивнул он и улыбнулся, – в этом есть свои плюсы. Больше денег подают.

– Значит, я не ошиблась, когда окрестила тебя попрошайкой, – скривилась я.

– Иногда «подрабатываю», – согласился Ковен, ничуть не обидевшись. Он закончил рыться на «кухне» и извлек оттуда две чашки – признаться, та, что он дал мне, была чище, – и налил в них кипятку. «Подожди» – и к кипятку добавились душистые щепотки трав. – «Морская джига», – объяснил он, – хотя никакой джиги я тут не чувствую.

Я глотнула и моментально обожгла себе нёбо. Но, честно говоря, как дух, выросший на одном млечном молоке, никогда не пробовала такой вкуснятины. Как там они это называют, чаем?

– Как ты все-таки угодил в передрягу? – заняла я вкусную паузу.

Ковен почесал в затылке и невероятно просто ответил:

– Я там спал.

– Чего?!

– Я спал в пещере. С вечера поднялся ужасный ветер, а до дома мне еще было далеко идти. Первой возникла пещера. Ну, я и спрятался там.

– Там же света нет! – не поверила я.

– Нет, – согласился мальчик, – но я хорошо вижу в темноте.

На эти слова я нездорово прищурилась. Ага, небось колдовством воспользовался, видит он! Хотя умеют ли заклинатели пользоваться магией, отличной от их? Надо поинтересоваться у Лизы.

– А тебе сколько лет?

Я перестала оценивать парня взглядом.

– Семнадцать месяцев, – Ковен чуть не вылил кипяток себе на коленки. – В смысле полных лун. Позавчера мне исполнилось семнадцать, а так как месяц стоит мой – январь – то я и утверждаю, что мне полных семнадцать месяцев. В остальные сезоны мы пользуемся лунами для исчисления сроков жизни.

– Ничего себе… – смог выговорить Ковен, утирая рот рукавом. – Только сейчас же не зима…

– Так я про небо, – невозмутимо ответила я и продолжила: – Парни считают месяцы по солнцам, собственно к ним так и обращаются. Если бы ты был духом, то тебя бы звали со̀ло Ковен.

– То есть, – попытался снова прервать он.

– А я лу̀на. Лу-на, – сделала я ударение на первом слоге и сощурилась: ну говори.

– То есть ты меня старше?

– Да, к сожалению, – вздохнула я, передумав добавлять во взгляд яду. – И что меня больше всего волнует, почему ты мальчик?

Ковен осмотрел себя.

– Во мне что-то не так? – не понял он.

– Да, ты парень! – ткнула я его в грудь. – А должен быть девушкой!

На заклинателя жалко было смотреть.

– Как правило, заклинатель мужского пола вызывает звездных духов того же пола. Следовательно, если я девушка, то и вызвать меня должна была девчонка. Вот я и спрашиваю, что с тобой не так?

– Да я раньше не замечал, что ущербен, – совсем уж испугался мальчик.

Я вздохнула, благосклонно разрешая ему не волноваться.

– Ладно, подписанного не воротишь. Я твой дух, ты мой хозяин. Так уж и быть. Но, – я угрожающе повысила голос, – не дай Юпитер ты вызовешь меня по пустяку! Договор разрываю сразу же!

– Хорошо, хорошо, Джина! – замахал он руками.

– Ну, хоть имя мое запомнил, – улыбнулась я. Получилось довольно благодушно.

Спустя не знаю сколько времени задушевных разговоров – много же я узнала о человеческом мире и о жизни моего заклинателя в частности! – я вернулась домой.

– Джина, ты пришла! – услышала я взволнованный голос мамы. Теперь-то что? – Как же ты долго отсутствовала!

– А сколько сейчас? – спросила я, припоминая, что в домике Ковена часов не было.

– Семь вечера!

Я ошарашено открыла рот. Сколько?!

– Ты отсутствовала пять с лишним часов!

Я смотрела на маму и, наверное, выглядела глупо… Какой же у меня сильный заклинатель! Он совсем не выглядел усталым, когда я уходила от него. А ведь обычный договор длится не более двадцати минут, на большее магии молодого заклинателя обычно не хватает!

И тут я только вспомнила, что мы забыли указать, на сколько я обязана приходить времени в день. Это было мелким шрифтом возле подписи, «нужное вписать или подчеркнуть»… Если так пойдет и дальше, то я смогу проводить в мире людей целые дни…

Обожаю своего заклинателя!

***

– Неси ее внутрь, что стоишь столбом! – закричала я на Ридена, подхватившего упавшую в обморок девушку. Матушки, какая она тощая.

– И это называется… как это вообще называется?!

– Владушка, я не…

– Владушка?!

– Яй-яй-яй, пойми меня, я тоже переживаю!

Ухо меня больше не интересовало – на кой черт мне сдалось это ослиное ухо! – но девушка, кажется, не собиралась сию же минуту завещать Господу свою душу. Бледная, худая, с костьми из-под кожи, но дыхание ровное, только жар. Сильный жар. И сильное… свечение.

– Миска на столе, полотенце рядом! – приказала я парню, слава матери, его не пришлось убеждать дважды.

Я приложила руку ко лбу. Горячий. Приложила руку к сердцу. Бьется. Свечение бьется. Окутывает девушку, как мириады крошечных бело-синих мотыльков, и идет из сердца, бьется из сердца. Я положила поверх вторую руку, попробовала приглушить сияние. Не получилось. Это было так отлично от того, что я видела прежде. Это было совершенно другое.

Риден действовал на удивление быстро, я намочила полотенце в отваре и положила девочке на лоб. Компресс, в первую очередь, а там посмотрим. Остролист, мята, хорошо, что не добавляла сосну, а то как отреагирует?.. чай, немного меда… Богиня-матерь, услышь, зачаруй, помоги… Ворожу во имя твое белое, во чудо твое красное, в милосердие твое веруя…

Пока я повторяла наговор, который уже делала на сам отвар, – матушка услышит – ястреб выметнулся в окно, выхватив из лап Зои высушенную тушку мыши. Вот и куда это животное смотрит? Только запретной любви мне не хватало. Зоя мечтательно проводила птицу глазами и исчезла, видимо, ловить себе такую же. Вот только мышь или птицу, я узнаю лишь завтра по запаху.

Придурок Риден стоял рядом и пытался словить выражение лица девочки, которое еще не поменялось с измученного на более живое. Я прикидывала. В городе было всего три ведьмы, но все они ниже меня. Магов нет. Значит, никто не заметит.

Но что будет, если вдруг здесь понадобится что-то другим? Балуга не такой уж незаметный на карте город, чтобы обходить его стороной. А когда занерестится форель, от судов не будет отбоя, а это уже в сентябре. До этого момента мне надо придумать, как скрыть это свечение или вообще убрать его. И как звезду вылечить.

– Болван! – накинулась я на Ридена, но он успел закрыться!

– Ай-яй-яй-яй…

– Болван! Какой же ты болван! Как же ты мог!..