Метод римской комнаты

Ардов осматривал столик перед зеркалом через стекло складной лупы в серебряной оправе.

– Возмездие меня не беспокоит, – сухо произнесла хозяйка шляпного салона, наблюдая за возней юного чиновника полиции. – Я бы хотела получить обратно свои булавки. Между прочим, мне поднесли их в качестве приза на Неделе парижской моды! Я представляла там новую коллекцию шляп «Морской бриз».

Мадам Дефонтель указала на головные уборы в витрине, украшенные чучелами рыб и морских гадов.

– Попробуйте найти в столице второй такой же салон, и я собственноручно отрежу себе нос, но, уверяю вас, – никогда! Никогда вы не сумеете повторить вот этой, к примеру, композиции!

Шляпница ткнула в главный экспонат коллекции – песочного цвета шляпу с широкими полями, на которой среди художественно уложенных искусственных лилий застыли три маленькие черепашки.

– «Странствующие черепахи господина Юя»! На их карапаксах размещены таинственные письмена, имеющие сакральное значение. Сам премьер-министр Франции предлагал мне за нее целое состояние!

Приблизившись к Ардову, мадам Дефонтель вдруг произнесла, интимно понизив голос:

– Думаю, я знаю, кто совершил преступление.

Ардов едва не поперхнулся.

– И кто же?

Пузыри продолжали вылетать изо рта шляпницы и лопались у самого ее носа, что здорово отвлекало сыщика – ему все время хотелось разогнать их рукой.

– Воров подослала мадам Сиклер.

Мадам Дефонтель сделала паузу, чтобы оценить реакцию Ардова. Тот остался невозмутим.

– И у вас есть доказательства?

– Да сколько угодно! Она именует себя «французской искусницей», но то позорище, которое выставлено у нее в салоне, ничего, кроме горького смеха, у приличного человека вызвать не может. Третьего дня она говорила мадам Сегино, что я деру втридорога.

– Простите, но что это доказывает?

– Как что? Если вы еще не поняли, мой салон для приличных людей! Не всякий может выложить двадцать пять рублей за самую простую вещицу.

– При чем здесь мадам Сиклер?

– Так… Я вижу, вы не горите желанием задержать преступника.

В этот момент звякнул дверной колокольчик и в салон вплыл похожий на камбалу господин в белом жилете с золотыми цветочками.

– Виктор Иудович! – всплеснула руками хозяйка и двинулась навстречу.

Ардов облегченно вздохнул, извлек из колбочки пилюльку и бросил себе в рот: вкус тины слегка рассосался.

– Виктор Иудович, голубчик! – принялась ворковать шляпница. – Все готово! Велите доставить по адресу?

– Мое почтение, мадам Дефонтель! – произнес господин, шумно отдуваясь. – Спасибо, сам заберу.

Получив шляпную коробку, мужчина хотел было откланяться, но хозяйка салона не делала пауз в монологе.

– Вы представляете, украли мой приз. Помните? Те булавки? Лежали вот здесь! Я привезла их с Недели парижской моды. Можете себе вообразить? Сегодня открываю шкатулку – а там пусто! Ничего нет!.. Кто бы мог подумать! Ведь приличные же люди…

Ардов заметил за ширмой скромно одетую девушку. Он подошел. Это оказалась помощница мадам Дефонтель, Василиса.

– Можете описать утренних посетителей?

Василиса пожала плечами, продолжая разбирать заготовки шляп.

– Господин Чептокральский заходили.

– Он кто?

– Газетчик.

– Репортер?

Василиса кивнула.

– Они изволят делать описание парижских мод и расспрашивали мадам о новых фасонах.

– Долго был?

– Часа три, целый самовар выдул.

Девушка кивнула на самовар.

– Так, хорошо… – Ардов сделал какие-то пометки в книжечке, которую извлек из жилетного кармана. – В это время кто-то еще заходил?

– Касьян Демьяныч Костоглот, основательный мужчина. Для него была эгретка с перьями.

Ардов продолжил делать пометки.

– Еще кто?

– Мальчик от княгини Чердановой.

– Посыльный?

– Угу… Забрал шантеклер для ее сиятельства.

– К зеркалу подходил?

– Нет, я ему к двери вынесла.

– Потом?

– Потом был доктор Бессонов с дочерью. Барышня долго выбирала.

– Какую выбрала?

– Вот эту.

Василиса раскрыла французский журнал мод и ткнула пальцем в картинку. На ней была изображена милая шляпка с васильками и бабочками.

Тем временем мадам Дефонтель проводила клиента и вернулась к Ардову с решительным настроем.

– Послушайте… – она запнулась, припоминая имя.

– Ардов.

– Да, господин Ардов! Это были очень дорогие, редкие булавки…

В голосе женщины чувствовалась угроза.

– Я уже рассказала об этом происшествии Полине Елизаровне, если вам что-то говорит это имя. Ее супруг, господин тайный советник Немировский, был крайне удивлен той нерасторопностью, с которой полиция приступила к расследованию!

– Как они выглядели?

– Золотые! – выкрикнула шляпница. – С жемчужиной сверху!

– Понимаю… – Ардов захлопнул свою книжечку. – Общая картина мне представляется понятной…

Он поежился под взглядом мадам.

– Господин сыщик, – тихо произнесла шляпница, – булавок здесь нет. Не хотите поискать в другом месте?

Илье Алексеевичу показалось, что мадам Дефонтель намеревается укусить его за шею. Он кивнул и поспешил к выходу, задевая болванки со шляпками.

Выйдя из салона на Садовую, Ардов некоторое время глотал ртом воздух, словно вынырнул из набитого тиной безвоздушного аквариума. Неподалеку у тумбы какой-то хромой с гнутым носом и цветком в петлице отчитывал растерянного господина сипловатым, слегка гундосым голосом. Со слов хромого выходило, будто прохожий только что налетел на него самым беспардонным образом и выбил из рук коробку с чайным сервизом из двадцати четырех предметов. Скособоченная коробка в лентах и с картинкой роскошной посуды, отмеченной скрещенными синими мечами – знаменитой эмблемой Мейсенской мануфактуры с двухсотлетней историей, – лежала тут же, у ног хромого. Для пущей убедительности он пнул ее ногой, и та отозвалась жалобным звуком битого фарфора. Напор гундосого был столь решителен, а душевные страдания столь убедительны, что остановленный им прохожий в конце концов с извинениями вытащил портмоне и протянул желтоватую «катеньку»[6]…

Придя в себя, Ардов обнаружил в собственных руках раскрытую записную книжку. В накрученных каракулях можно было различить кое-какие слова:

короб. – зерк. столъ

черепахи Юя

Викт. Іуд.

1. Рѣп-ръ Чептокрал.

2. Костоглотъ – эгретка

3. Мальчикъ – Черданова – шантеклеръ

4. Безсоновъ + дочь. Журналъ

Ардов вздохнул и сунул книжку в карман. Подняв взгляд, он заметил господина, за минуту до этого покинувшего шляпный салон. Он стоял, прислонившись спиной к фонарному столбу и опустив голову на грудь. Рука сжимала ленту шляпной коробки. Илья Алексеевич подошел.

– Виктор Иудович?..

Господин никак не реагировал. Казалось, он глубоко задумался.

– Прошу простить за беспокойство, я всего лишь хотел…

Ардов деликатно коснулся локтя мужчины: грузное тело утратило равновесие и рухнуло на мостовую в пятно просыпанной малярами гашеной извести. В это же мгновение раздался полуденный выстрел из Петропавловской пушки.

Примечания