Мелководье. Туристы против пришельцев

Илья обратил внимание на перемены, произошедшие с Эллой Рудольфовной и, чтобы усилить эффект, проводил ее к рыбной нарезке:

– Нарезка восхитительна, рекомендую. В этой склянке «рихаукуру» – рыбный паштет. Вон там «фихуну мас» – рыба, запеченная с соусом чили. Если предпочитаете поострее, могу порекомендовать «телули мае» – жареную рыбу с перцем и чесноком. Возле каждого блюда таблички, не перепутайте.

Поначалу Элла Рудольфовна направилась к жареной рыбе, украшенной нарезанными помидорами и стручками красного перца, но сразу же изменила маршрут, когда увидела блюдо с кальмарами. Положив их в пустую тарелку, туда же она добавила мидий и сосредоточилась на еде.

Девушки выбирали салаты. Кира объясняла Тае, почему карамельный соус нельзя добавлять к салату из фруктов; фрукты от карамели становятся слаще, а Кира сидит на диете.

Тая щелкнула пальцами, обращаясь к Илье, как к бармену:

– Посоветуйте нам алкоголь, будьте добры. Что-нибудь экзотическое – такое, чего бы мы ни разу не пробовали.

– Возьмите со стойки «гаа», – отозвался Илья. – Это перебродивший пальмовый сок, напоминает алкогольный коктейль. Закусить его рекомендую «бунди», сладкими трубочками из кокосов.

Вскоре к девушкам присоединился Викентий. Он принял из рук Таи бокал с «мартини», слегка пригубил его и поставил на столик.

– Вик, вы принципиально не пьете? – спросила Кира. – У вас диета?

– Скорее спортивный режим.

Сергей Антонович признался, что пьет редко и только под хорошую музыку. Илья покрутился возле музыкального центра, поколдовал над техникой, и из колонок грянул шансон. Несчастливцев пригласил на танец Наташу. Не заметив, что жена ушла танцевать, Олег уединился с Павловым с другой бутылкой «мартини». Выпив, Олег снова повеселел, начал сыпать остротами, над которыми Павлов тихо посмеивался.

Темляк с бокалом в руках расположился в плетеном кресле невдалеке от клиента. Он наблюдал за Олегом, который к этому времени был вдребезги пьян и вместо острот сыпал сальными шуточками. Хороший момент, чтобы исчезнуть: публика навеселе, и его уход останется незамеченным.

«Клиент достаточно выпил, – думал Темляк, – и если его подстрелить по дороге в бунгало, а потом зарыть в сарае вместе с оружием или выбросить в океан, то вряд ли Олега хватятся до утра. Наташа занята Несчастливцевым, их танцы продлятся как минимум пару часов. Если на берегу раскидать вещи Олега, подумают, что он утонул. Утром, на катере, можно будет вернуться в Мале. Отсижусь там какое-то время, дождусь обратного рейса».

Темляк оставил «мартини» нетронутым. Когда он вставал, чтобы незаметно пройти к выходу из ресторана, на его руке повисла подвыпившая Элла Рудольфовна.

– Я попросила Илью прекратить этот разврат, но он меня не послушал. Вам ведь тоже все это не нравится? Я же вижу, молодой человек, как вы ко всему равнодушны. Почему вы до сих пор не ушли? Проводите меня до бунгало.

– Я лучше останусь, – буркнул Темляк, пропустив остальное мимо ушей.

Возле панорамного окна на нетвердых ногах раскачивался Олег. Его ладонь была влажной, и на стекле появились едва заметные капли. Развернувшись с замахом, он сполз по стеклу и уже готов был вытянуть ноги, если бы его вовремя не подхватила Наташа.

От стойки с едой донесся голос Сергея Антоновича:

– Этот нахал будет указывать, как нужно есть устрицы? Пора вывести его на чистую воду. Да я эти устрицы ел, когда он под стол пешком ходил без штанов. Вот только не просите меня замолчать!

В ответ раздался такой же громкий голос Павлова:

– Ну, послушайте, успокойтесь. Вам нужно в номер, переодеться. Фу, вы весь грязный какой. Подождите. Выпейте… Вот…

Темляк догадался, что разговор шел о Викентии. Наверняка, Несчастливцев и Викентий что-то не поделили, вот Сергея Антоновича и понесло. Однако, как же его феерично несло, думал Темляк: «Сволочь он. Сволочь. Испортил мне хороший костюм. Ты бы о своих мальчиках так заботился, бо-ди-бил-дер».

Павлов отвел пострадавшего в сторону, достал из штанин платок, чтобы стереть с лацкана пиджака Несчастливцева остатки салата. Несчастливцев продолжал говорить резко и свысока, а Толик как будто лебезил перед ним, извинялся. Их разговор закончился бегством Несчастливцева к санузлам.

Рядом с подсобным помещением кто-то оставил тяжелый пакет с чистящим средством. Выходя, Несчастливцев ухватил его, потащил за собой, высыпая из едва заметной дыры порошок, который ложился на плитку извилистым следом. Перед дверями Несчастливцев остановился, икнул, дернул плечом. Двери разъехались в стороны, и он, шатаясь, вышел на воздух. Со стороны было заметно, что выпитое долго не задержится в желудке Сергея Антоновича.

Свернув за дверями, он направился по камням в обход окаймлявшего ресторан водоема. Возле мостика он поднял пакет с порошком и высыпал все содержимое в воду. Порошок белыми стрелами опустился на дно.

Исполнив в завершение танец вприсядку, Сергей Антонович бросился прочь от воды. Его рубашка мелькнула за пальмами, и он, никем не замеченный, скрылся.

Расходиться публика начала далеко за полночь. Викентий подхватил девушек под руки и вывел их на воздух к пустующему бассейну, где ему пришлось выслушать долгое признание Киры о ее романе с эстонским диджеем. Кира до этого много пила, но мужественно держалась, как будто могла выпить вслед за «гаа» еще и шампанского. Ее оставили в шезлонге под пальмами.

Как только Викентий и Тая ушли, к выходу из ресторана направились Наташа с Олегом. Олег упирался, жестикулировал, хватал жену сзади за талию.

Уходя, Наташа крикнула Павлову:

– Вы видели Сергея Антоновича? Передайте ему, что белый танец за мной.

Олег продолжал вырываться, но без энтузиазма, как будто ему не хватало сил до конца выкрутить руку. Когда же он, освободившись, все же скрылся за распашными дверями кухни, Наташа не стала его догонять.

Темляк вышел из помещения вслед за Наташей. Дальше их пути разошлись. Наташа побрела к надводным бунгало, Темляк отправился к корпусу администрации. Там, где заканчивался бассейн, за день ветер закидал плитку песком; граница между бассейном и пляжем пропала. Песок к полуночи заметно остыл, и снайпер предпочел идти босиком по нему, а не по петлявшей рядом тропинке. Пробравшись между кустами, он остановился в нескольких шагах от виллы Несчастливцева, чтобы понять, помешает ли ему кто-нибудь забрать из схрона оружие.

Возле стены звуки казались громче, и лившийся из ресторана шансон вызвал у Темляка тошноту. Послышался громкий голос Олега и следом за ним издалека недовольный голос Наташи. У пристани отчетливо заработал мотор, как будто кто-то из загулявших отправился на ночную прогулку. «Тая все-таки поддалась на уговоры Викентия», – подумал Темляк. Секундой позже раздался короткий отчаянный крик.

Темляк бегом добрался до берега. Катера не было ни возле швартовки, ни в океане. Только тишина и спокойствие, полный штиль на воде и свечение над горизонтом, где находился еще один остров-отель. Если крики доносились из ресторана, подумал он, стены могли исказить громкие звуки.

Там, куда он направлялся, царил полумрак. Тусклый свет исходил от низких светильников на солнечных батареях, которые тянулись вдоль края деревянного пирса. Левее и дальше, у возвышенности, переходившей в смотровую площадку, мерцал неяркий фонарь. Темляк бегом устремился к нему.

Возле пальмы с приколоченным к ней фонарем и фанерной табличкой с надписью «В песок окурки не тушить!» снайпер обнаружил кем-то откопанный схрон, в нем синтетический чехол от винтовки, рядом россыпь автоматных патронов – на вид старых, истертых. Эти патроны ему вряд ли сгодятся, если только где-нибудь не обнаружится АКМ. Самой винтовки не было ни в чехле, ни где-либо еще.

– Заказчик в сговоре с албанскими контрабандистами? – хмыкнул он зло.

Насчитав штук тридцать патронов, Темляк раскидал их по карманам, вернулся к чехлу, проверил его. В глубине, возле молнии, нашелся небольшой светодиодный фонарь – серебристый, с круглой эмблемой отеля. Снайпер сжал его между пальцами, включил, фонарь заработал.

Закончив, он быстрым шагом вышел на пляж. Там он поискал за кустами, раскидал лежаки, постоял по щиколотку в прибое – прошелся фонариком по мелководью, надеясь, что винтовка отыщется. Решив, что оружие забрал кто-то свой, Темляк избавился от фонарика, как от бесполезного груза, – зашвырнул его за кораллы.

Где обещанный карабин? Кто его взял? Если тот, кто шел за ним от ресторана, то когда этот человек успел его обогнать? Значит ли это, что оружие снова спрятано? Где? Как вычислить вора? Навестить туристов и узнать, кто ушел, а кто не успел?

Чертыхнувшись, он решил вернуться тем же маршрутом, но на полпути к пристани соскочил на тропу, которая вывела его к площадке с фонтаном. В лобби свет не горел. Над головой тянулись стропы с гирляндами мелких светильников, коптивших так тускло, что казалось, на стропах устроили ночлег светляки. Левее, в полсотне шагов, подсвечивался настил. Кусты отбрасывали замысловатые тени на подножие пальм. Все окна виллы ярко горели. Проникая сквозь щели, свет оставлял на дороге ровный штрихкод.

Темляк пошел дальше. За пределами виллы он начал различать громкие всхлипывания, как будто Несчастливцев включил телевизор. Чем ближе он подходил к ресторану, тем становилось яснее – плакала Тая.

Он свернул к мостику, прошел вдоль водоемчика. Туристы собрались возле Ильи и что-то горячо обсуждали. Миновав двери, Темляк заметил оружие, прислоненное Ильей к ножке стола. Он не мог не узнать чешский карабин старого образца со следами песка на ремне. Карабин где-то успел искупаться, раз возле приклада на полу образовалась едва заметная лужа. Да и одежда Ильи вымокла, покрылась темными пятнами вперемешку с песком, который облепил ему ноги.

Илья каким-то образом опередил его и увел карабин у него из-под носа? Тогда кто угнал катер? Викентий? Или Сергей Антонович, который по его расчетам спал сном праведника в номерах?

– Где вы были? – заговорила с ним Шацкая.

– Случилось что?

– Тут везде: на пляже, в бунгало, – очень опасно, – объяснила Тая, шмыгая носом. – Когда вы с Наташей ушли, мы с Виком были недалеко, стояли на мостике. Видели, как остальные выходили из ресторана. Олег был так пьян, что без помощи не мог и шага ступить. Если бы не Наташа…

– Мы услышали звуки мотора и крик, – перебил Таю Илья. – Первым выбежал Павлов, следом за ним я. Дернулись посмотреть, что происходит. Ближе к причалу ад. Какие-то существа опрокинули катер и схватили Сергея Антоновича.

– Зрелище то еще, – подхватил Толик. – Рычание, визги, кровь во все стороны!

Илья в подтверждение только развел руками.

– Достали фонарик, – продолжил рассказывать он. – Направили луч на тварей. Павлов закричал, я подхватил. Вдруг помутнение и следом страх – парализующий, сильный. Не знаю, как удалось заорать, чтобы Анатолий возвращался обратно. Рванул назад в ресторан за фонарем помощнее. Потом вспомнил, что в магазинчике хранятся сигнальные ракеты, метнулся туда. А времени-то на размышления нет! Хорошо, что в ящике администратора нашелся здоровенный фонарь. Вернулся на берег, и нос к носу с этими тварями. Рассмотрел их: мускулистые, с гибким телом, рост – повыше Викентия. И пугливые они. Испугались света от фонаря и ракет, скрылись в воде. Тело Несчастливцева прибило к берегу. Я его вытащил.

– Карабин откуда? – рявкнул Темляк.

– Ремнем за Несчастливцева зацепился.

– Катер в океан унесло, не достать? Уверен?

– Не сомневаюсь.

Воцарилась долгая пауза. Люди притихли, посматривая друг на друга с тревогой.

– Так вы и в полицию не сообщили? – возмутилась Элла Рудольфовна.

– Я пытался. Но у нас больше нет рации. Ее кто-то разбил.

– Как мы спасемся, если теперь и катера нет? – взвизгнула Кира.

– Невероятно, – прошептала Наташа, – мы все умрем.

Тая расплакалась, но Элла Рудольфовна взглядом оборвала ее плач, обратилась к Илье:

– Вы как-то странно говорите про гибель Сергея Антоновича. Что это за существа? Вы их придумали?

– Зачем нам кого-то обманывать? – вмешался Павлов. – Я тоже их видел.

– И кто это? Люди? Акулы?

– Акулы не встают в полный рост и не ходят вдоль берега.

– Значит, люди. Дайверы в специальных костюмах. Может, местная секта убийц?

– Книг начитались? – осадил ее Павлов. – Говорю вам, это не ряженые. Если бы в бога верил, подумал, что черти.

– А вы, Темляк? Где вы были все это время? – Шацкая переключилась на снайпера. – Разбитая рация – ваших рук дело?

– Тот, кто убил, может вернуться. Вы бы фонарем меньше светили, – посоветовал снайпер Илье, не обращая внимания на Шацкую.

– Мы его встретим! – пообещал Олег, неумело боксируя.

– Узнать бы еще, с кем дело имеем.

– Что тут думать, – вздохнула Шацкая, – здесь орудует банда пиратов.

– У них есть оружие? – прошептала Тая.

– Может, есть, – согласился Викентий. – Наверняка Несчастливцев владел навыками рукопашной борьбы, а защититься не смог.

Наташа спросила:

– Кто-нибудь видел, куда они отходили?

– Очевидно, что в океан. Хотя,.. – наморщил лоб Павлов, – в голове как-то мутно все. Не поручусь.

– Вы ни в чем не уверены, – заметила Шацкая. – Сговорились с бандитами?

– В каком-то штатовском фильме акулы превращались в людей, чтобы охотиться на берегу, – вспомнила Тая, все еще хлюпая носом.

– Может, это атланты? Атлантида затонула как раз возле Мальдив, – добавила Кира, но Тая поправила:

– Ой, нет. Далеко отсюда. За Гибралтарским проливом.

Илья усмехнулся:

– Мне интересно, где Сергей Антонович откопал это ружье?

Олег принял вертикальное положение. Показывая, что способен ровно стоять, колесом выгнул спину и попытался отобрать оружие у Ильи.

– Ш-ш-ш,.. – зашипела Наташа, встав между мужчинами. – Оружие сегодня не для тебя.

Общее возбуждение не передалось Темляку. Ему было плевать и на чужаков, и на Несчастливцева. Кем бы ни были животные, никто не помешает ему завладеть карабином и выполнить то, за что ему заплатили. То, что рации нет, Темляку только на руку. С землей без рации не связаться. Полицейский катер прибудет на следующий день, а скорее под вечер. Персонал может появиться и днем, но вряд ли раньше обеда. У него есть полдня, чтобы заняться Олегом. Плохо, что Илья не расстается с оружием, но и с этим Темляк разберется.

Илья предложил убедиться, что возле воды безопасно. Группа растянулась вдоль берега, опасливо поглядывая по сторонам. Шедшие первыми направились к трупу. Элла Рудольфовна скорбно вздохнула:

– Это чудовищно.

Куски человеческой плоти проглядывали сквозь истерзанную черную мантию. Кишечник отсутствовал. Пятна крови впитались в песок там, где в шаге от мертвеца валялась оторванная нога.

Кира заморгала часто и нервно, делая вид, что разглядывает верхушки деревьев. Если бы она могла прямо сейчас убраться подальше, то и денег не пожалела бы. Только бы доплыть до Мале.

– У меня руки дрожат, – тихо простонала она. – Я вообще-то на рыбок посмотреть хотела, на скатов. А здесь акулы… Как вернуться в Москву?

Другие молчали. Павлов стучал мыском о поребрик, выложенный вдоль пляжного стенда. Шацкая взглянула на него, и он неторопливо побрел к ресторану.

За спиной в зарослях щелкнуло, и звук напугал девушек. Вздрогнув, Наташа прижала руки к груди. К этим звукам добавились шорохи, скрип, взмахи крыльев, как будто крупное тело раскачивалось на рассохшейся ветке.

– Кокосы падают. Это отпугивает крыланов, – успокоил Наташу Илья.

Тая подавленно произнесла:

– На Несчастливцеве мантия. Думаю, надел он ее раньше, чем катер завелся.

Посовещавшись, группа решила, что Сергея Антоновича до приезда полиции никто трогать не станет. Достаточно отправиться на виллу к Несчастливцеву, чтобы поискать там разгадку. На этом настаивал протрезвевший Олег, который с четверть часа вел себя смирно.

Дверь в дом Несчастливцева оказалась не запертой, и Олег ее распахнул, приглашая войти остальных. Вилла являла собой улучшенный номер с большой квадратной гостиной, тихой спальней, выходящей во внутренний двор, в котором Темляк приметил тот самый бассейн. Вдоль забора тянулся узкий зеленый газон.

Кира с Таей остались в комнате, Темляк отправился бродить вдоль бассейна. Возле дома, на плитке, приютился лежак – такой же, как и у берега, но с полосатым матрасом. На низком табурете лежал черный камень размером с червонец. Темляк его подобрал, несколько раз подбросил повыше, хотел запустить им за забор, но передумал. Вернувшись, небрежно положил на столик в гостиной.

К этому времени туристы уже обнаружили чемодан Несчастливцева. На дне чемодана скомканными лежали футболка и плавки. В отделении на молнии отыскались бритвенные принадлежности. Рядом с чемоданом был брошен пиджак. Рубашка, брюки и галстук висели на стуле.

– Вот откуда Сергей Антонович вытащил мантию, – воскликнула Кира.

Олег добавил:

– Что характерно, ибо других чемоданов не видно.

Тая подошла к прикроватной тумбочке, взяла оставленный там планшет.

– Взгляните, что я нашла. Гаджет не разрядился, просто заснул.

Олег взял из рук Таи устройство, прикоснулся пальцем к поверхности. Девайс активировался, на экране появился проигрыватель, а в окошке лицо Несчастливцева – свежее, без однодневной щетины и красноты на щеках.

– Это что, запись? – спросил он. – Мужик когда ее сделал, месяц назад?

– Давайте посмотрим, – Кира нажала на «play».

Все с интересом прильнули к экрану.