Сыщики с Пэлл Мэлл

Происшествие в отеле «Морисо»

– Хорошо, что мы сюда приехали, Кантвелл, – сказал я своему другу сидя в кресле нашего номера в «Морисо». -Нам с вами нужно немного отвлечься от преступников и головорезов. Из всех приморских городов Англии Сент Айвс для этого очень подходит. Ослепительное солнце, морские пейзажи, подводные гроты и белый песок, что ещё нужно для прекрасного отдыха, Кантвелл?

Кантвелл стоял около зеркала и ответственно выбирал себе галстук:

– Вы безусловно правы, Флетчер, нет ничего лучше для нашего с вами мозга, как перемена занятий, но я совершено не могу прожить долгое время без расследования какой-нибудь загадки.

– Полно вам, Кантвелл, – воскликнул я, – мы сюда приехали всего лишь на несколько дней. Не успеете оглянуться, как пройдет время. Отдыхайте, друг мой и наслаждайтесь воздухом! Тем более, сегодня намечается званый ужин, и я уверен, мы точно хорошо отдохнем.

Отель «Морисо» отличался своей фешенебельностью и роскошью, на всем побережье Корнуолла трудно было, сыскать столь великолепного и большого пятизвездочного отеля. В «Морисо» каждое воскресенье проходили званые ужины, то были шумные и масштабные вечеринки с обилием алкоголя, музыки и танцев. Вся территория этого отеля была просто огромная. Главное здание находилось в парке, усеянным множеством дорожек и скамеек, далее выходило на площадь с садом и фонтаном, где находились все бары и рестораны, а затем по живописной аллее можно было пройти на шикарный пляж с белым песком и двумя длинными пирсами, которые как тонкие лезвия уходили в море.

Через полчаса, я в новеньком фланелевом костюме и Кантвелл в смокинге вышли из здания, и сразу же оказались в людском водовороте. В воздухе слышался смех хорошо одетых англичан, в новеньких дорогих костюмах от Данхилла, англичанок, в пестрых платьях с обилием золотых драгоценностей. Тут и там сновали официанты во фраках и предлагали шампанское. В воздухе пахло деньгами и небывалой роскошью, в которую мы с моим другом окунулись впервые. Выйдя на площадь, мы увидели музыкантов с гобоями и тамбуринами, которые играли весьма хорошую музыку. Около бара толпились люди, некоторые молодые дамы танцевали со своими кавалерами, некоторые плясали поодиночке, кто-то просто разговаривал, а кто-то пел песни тяжелым басом. Мы с Кантвеллом никого не знали из этого огромного потока людей и, заказав десерт, присели за длинный стол, находящийся рядом с большим фонтаном.

Я уныло постучал костяшками пальцев по столу и спросил у Кантвелла, который в эту секунду потянулся за вторым бокалом шампанского:

– Как вам эта вечеринка, мой друг?

Сделав глоток из бокала, он ответил:

– Я не знаток вечеринок, Флетчер, поэтому не могу в должной мере оценить ее. Скажу лишь, что здесь отменный алкоголь с хорошей музыкой.

С утверждением моего друга сложно было поспорить, и я попросил у проходящего мимо официанта мартини. Чуть поодаль нас стояла группа людей с бокалами в руках, которые о чем-то громко беседовали и хохотали. Вдруг молодая девушка, стоявшая прямо напротив нас, отделилась от них и подошла к нашему столику. На ней было желтое платье со стразами, а каждое ее движение сопровождалось бряканьем всевозможных браслетов на ее руках. У этой весьма привлекательной особы были светлые волнистые волосы и милое, запудренное личико. Она оглядела нас вопросительно, и, спросив разрешения, присела рядом с нами.

– Джентльмены, меня зовут Бэрил Эллиот, а вот ваши лица кажутся мне знакомыми, – вежливо сказала она. – Вы напоминаете мне довольно известных лондонских сыщиков.

– Кого же, мадам? – улыбнулся Кантвелл.

– Итана Кантвелла и Даниеля Флетчера. Вы не слышали о таких людях?

– Что ж, – произнес я с улыбкой, – вы очень наблюдательны. Мы и есть те самые лондонские сыщики.

Девушка ахнула:

– В самом деле? И что же вас привело в эти края? Какое-нибудь новое расследование?

– Нет, мадам – сказал я, – мы с моим другом приехали сюда, чтобы отдохнуть.

– Ничего себе! Я не думала встретить здесь таких известных людей.

– Ну что вы, мадам, вы нам льстите, – ласково произнес Кантвелл.

– Нет, нет! – возразила она, – я сказала эти слова от чистого сердца и поверьте, они правдивы. Молва о ваших расследованиях дошла до нас, и то, что вы пишите, мистер Флетчер просто великолепно.

Я наклонил голову в знак признания, а издалека послышался голос, который, по-видимому, был обращен к мисс Эллиот. Та извинилась и робко поднялась со стула, а затем привела с собой всю компанию.

– Джентльмены, – обратилась она к нам. – Я думаю, вы бы хотели познакомиться с моими друзьями.

– Разуметься, – натянуто пробормотал Кантвелл.

За стол присели еще четыре человека. Мисс Элиот представила их нам. По правую сторону от меня сидел полный, маленький мужчина с яйцевидной головой, его костюм сидел на нем так тесно, что казалось, сейчас порвется. Он то и дело рассказывал всякие анекдоты, и сам смеялся с них, каждую секунду вытирая пот со лба салфеткой. Его звали Тадеуш Моравецки, в 1916 году он имигрировал в Англию из Польши. Рядом с ним сидел Джек Стокуэлл, низкий молодой мужчина с орлиными чертами лица. Около глаз у него были темные впадины, которые придавали его лицу некоторую мрачноватость. Он был помолвлен с Викторией Стокуэлл, сидящей рядом. Она была стройная девушка лет двадцати пяти, с черным каре и правильным лицом, его выразительность подчеркивал умелый макияж. На ней было короткое зеленое платье, а на шее был повязан платок. В руках она держала пестрый веер, которым то и дело обмахивалась. Рядом с Итаном Кантвеллом расположилась очаровательная брюнетка – Скарлетт Хилл. В отличие от всех она не была столь радостной, ее макияж был слегка поплывшим, видимо от слез и переживаний. В ушах девушки звенели длинные сережки, а на ней было маленькое красное платье с вырезом на плече. Мисс Элиот начала:

– Господа, представляете в «Морисо» пожаловали собственной персоной Итан Кантвелл и Даниель Флетчер!

– О, господа детективы рад вас видеть здесь. – Произнес мистер Стокуэлл, наливая себе шампанского.

– Бэрил, ваша настоящая поклонница, она прочитала все книги о ваших приключениях.

– И какая же ваша любимая? – поинтересовался я.

– Мистер Флетчер, – воскликнула Бэрил Эллиот, – я люблю все ваши рассказы, каждый из них по своему восхитителен и оригинален.

Таддеуш Моравецки засмеялся, а когда его приступ смеха окончился, вытер лоб салфеткой и сказал:

– Эта вечеринка просто великолепное место для какого-нибудь убийства. Алкоголь, танцы и криминал, просто потрясающее комбо.

– Мистер Моравецки, но убийство, это не повод для шуток. – С легким раздражением бросил Кантвелл.

Моравецки притих, а миссис Стокуэлл тихо обратилась к молчавшей Скарлетт Хилл:

– Скарлетт, хватит тебе дуться, лучше побеседуй с джентльменами.

Скарлетт Хилл подтерла пальцем поплывшую тушь и произнесла:

– Господа, извините меня пожалуйста, я веду себя немного невоспитанно, просто не очень хорошо себя чувствую, пожалуй, пойду, полюбуюсь морем, так будет лучше для всех нас.

– Я тебя провожу, Скарлетт, – сказала миссис Стокуэлл и две девушки встали из-за стола и направились к морю.

– Что случилось с мисс Хилл? – спросил я.

– Понятия не имею, – ответила мисс Эллиот. – Я встретила ее сегодня в таком настроении, может быть поссорилась со своим новым дружком, здешним уборщиком.

– Да, женщин понять трудно, – присвистнул Моравецки. – Возможно, у нее попросту не напудрен нос, или не прокрашены брови.

Моравецки и Стокуэлл засмеялись, а я спросил:

– Мистер Таддеуш, чем вы занимаетесь здесь, в Англии?

– Сначала я продавал акции и бумаги, но быстро разорился в этом деле, а потом устроился в пароходную компанию.

– А вы мистер Стокуэлл?

Тот ответил коротко:

– Я банкир.

Повисла пауза, Кантвелл закурил сигарету, а мисс Элиот произнесла:

– Вы когда-нибудь были в этом отеле?

– Нет, – ответил Кантвелл, – мы здесь впервые.

– Говорят, – продолжала она, – на вечеринки сюда приходят самые разные личности, начиная от преступников и заканчивая чиновниками. Здесь можно найти людей самых разных профессий. Большинство здесь даже не живут, а приходят на вечеринки, как например мистер Моравецки.

– «Морисо» одно из лучших мест в Англии, где можно хорошо провести время, – произнес Стокуэлл, вставая со стула. – Я вас на минуту оставлю, пойду, найду свою жену.

Джек Стокуэлл взял у официанта бокал шампанского и побрел к морю, а Моравецки нагнулся к нам:

– Джентльмены, в « Морисо» никогда не было преступников, мисс Элиот вас обманывает. Этот отель не запятан кровью, можете не бояться.

К нам подошел официант:

– Мистер Моравецки, с вами хочет поговорить капитан Ли.

Таддеуш Моравецки пожал нам руки и встал из-за стола, медленными покачивающимися движениями он направился за официантом, а через несколько минут пришла Виктория Стокуэлл.

– А где мой муж? – она вопросительно взглянула на нас.

– Он как раз ушел вас искать, мадам – ответил Кантвелл.

– Знаете, господа, – сказала миссис Стокуэлл усаживаясь, – завтра в час я приглашаю вас прокатиться на нашей яхте. Она будет ждать у местного причала. Вы окажете нам огромную услугу, если прокатитесь с нами.

– Ну что ж, – сказал Кантвелл, – думаю, мы с Флетчером составим вам компанию. Не так ли, мой друг?

– Все верно, – подтвердил я, – мы обязательно будем.

Вскоре толпы народа стали заметно редеть, музыканты уже прекратили играть, и большинство гостей стало расходиться по номерам. Некоторые покидали отель, другие допивали коктейль, а третьи танцевали последнее танго. Мы с Кантвеллом прощались с дамами, как вдруг, вдалеке увидели мистера Стокуэлла, который бежал с моря и размахивал руками. Лицо его было бледно и искажено гримасой ужаса. Подбежав к нам, он схватил Кантвелла за рукав и вскрикнул:

– Там, что-то случилось со Скарлетт Хилл!

Мы впятером бросились бежать по направлению к морю, Джек Стокуэлл вел нас на пляж, где не было ни души. Мы шли между рядами бесконечных шезлонгов и наконец, остановились. На одном из них лежала Скарлетт Хилл с зияющей кровавой раной на левом виске и с пистолетом в руке.

– О Боже! – миссис Стокуэлл вскрикнула и села на соседний шезлонг.

– Она мертва? – спросил мистер Стокуэлл.

Я дотронулся до ее руки. Она была ледяной.

– Да.– Ответил я.

– Самоубийство? О, Всемогущий, Скарлетт не могла этого сделать! – крикнула Бэрил Эллиот.

Тут Кантвелл серьезно сказал:

– Пожалуйста, покиньте место преступление и позвоните в полицию. Нам с Флетчером нужно осмотреть тело.

В минуту пляж опустел, и было слышно лишь шум волн и отголоски гобоя с вечеринки. Тело девушки застыло в самой обычной позе, со стороны можно было подумать, что она всего лишь заснула. Ее глаза были прикрыты, а брови опущены. Я отошел в сторону и наблюдал за Кантвеллом. Он внимательно осматривал тело, зрачки и губы девушки, затем встал на колени и подозвал меня:

– Флетчер, вы видите этот пистолет, который лежит у нее в руке? Он не кажется вам странным?

– Кажется, – ответил я. – Если я не ошибаюсь, это маленький, бесшумный дамский пистолет. Если бы это было самоубийство, то он бы при отдаче вылетел у нее из рук, а здесь он плотно зажат в ладони.

– Все верно, – пробормотал Кантвелл, вставая и отряхиваясь. – Я думаю, что здесь все далеко не так просто.

Тут мы услышали голоса и шарканье ног. К нам подходили несколько полицейских с носилками, а главный, полный маленький мужчина с усами, что шел впереди, отдавал какие-то поручения. Когда они приблизились, при свете фонаря я смог узнать его: то был наш старый знакомый – старший инспектор Эндерсон, пожилой служака Скотланд-Ярда.

– Очередное самоубийство! – воскликнул он и поднял на нас свои заплывшие жиром глазки. – Мистер Кантвелл, мистер Флетчер, что вы здесь делаете, черт вас возьми?

– Добрый вечер, старший инспектор, – сказал Кантвелл, – какими судьбами вас занесло в Корнуолл?

– Добрый вечер, очень добрый вечер, – передразнил он, – я оказался здесь по поводу другого дела и вдруг эта смерть в «Морисо». А вы то, что здесь забыли, господа?

– До недавнего времени мы были здесь как отдыхающие. Но, видите ли, преступления сами находят нас, инспектор, – сказал я.

– Ну что ж, – пробормотал он, подходя к трупу, – это дело поручено мне, а я не нуждаюсь в помощниках. Я конечно, очень признателен вам, вы помогали нам раскрыть многие случаи, но вот этот я раскрою самостоятельно.

Старший инспектор быстро оглядел труп и произнес:

– Хорошенькое дельце, самое обычное самоубийство.

– Неужели? – улыбнулся Кантвелл. А что вы скажете про этот пистолет, который лежит у нее в руке?

Эндерсон буркнул что-то неразборчивое, а затем произнес:

– Пистолет как пистолет. Ничего необычного.

– А вы не подумали, – произнес я, – что при самоубийстве этот пистолет бы вылетел у нее из рук, а здесь он неестественно лежит у нее в ладони.

– Гм, гм! Я даже не подумал об этом. Ну что ж, кто обнаружил тело?

– Мистер Джек Стокуэлл, – ответил я.

– Кто он?

– Знакомый этой девушки, – пробормотал я.

– Ну вот! – довольно воскликнул инспектор, я могу с большой вероятностью полагать, что он и есть возможный убийца.

Итан Кантвелл вздохнул и произнес:

– Какие у вас еще есть факты против него?

– Ну что ж, пока никаких. Но завтра, же я допрошу его и ловко затяну под него сеть. Ну, что скажете, господа?

– А что если убийца не мистер Стокуэлл?

Эндерсон хихикнул:

– А кто же?

– Ну, во-первых, убийце не составит труда замести следы, ведь под нашими ногами песок. Во-вторых, то должен быть кто-то знакомый, иначе бы она не лежала спокойно при приближении незнакомца, а знакомых у этой мадам было много.

– Ну что ж, пока вы строите свои теории, мистер Кантвелл, я займусь практикой, вы же знаете, что я человек действия. Вот увидите, как я метко заплету сеть вокруг этого Стокуэлла!

С этими словами старший инспектор приказал вынести труп и сам покинул место преступления, а мы еще немного побродили по морскому берегу и вернулись в номер. Утром следующего дня мы получили телеграмму от Эндерсона, который писал, что у Таддеуша Моравецки было неоспоримое алиби, а вот у мистера и миссис Стокуэлл его не было.

Ровно в час дня мы ступили на борт очаровательной яхты мистера и миссис Стокуэлл. Яхта была небольшая, но уютная. Внизу был капитанский отсек, а на изящном носу расположились маленькие синие диванчики, куда мы и присели. Миссис Стокуэлл накинула шаль и тихим, убаюкивающим голосом произнесла:

– Как это все ужасно, господа, смерть такой юной очаровательной особы. Этот случай просто шокировал нас с мужем. Из-за чего же она покончила с собой?

– Увы, мадам, ее убили, – сказал Кантвелл.

Миссис Стокуэлл в одно мгновение поменялась в лице и ее большие, темные глаза взглянули на нас с испугом, а Итан все время наблюдал за ней.

– Какой кошмар. Я никогда не думала, что эта ужасная участь ее постигнет, – прошептала она.

Мистер Стокуэлл в шляпе вышел из капитанского отсека и легкой походкой направился к нам:

– Может быть, вы хотите мартини? Виски, шерри, коньяк, шампанское? На нашем скромном суденышке имеется небольшой выбор алкоголя. Сегодня все к вашим услугам.

Мы с Кантвеллом попросили мартини и взглянули на море. Наш небольшой корабль гордо и быстро раздвигал морскую гладь, пуская по сторонам маленькие волны. Мы плыли вдоль побережья на расстоянии около двух миль. Я мог различить крохотные домишки, стоящие на берегу и более крупные, роскошные отели находящиеся чуть в стороне.

– Мы проплываем маленькую деревушку Карбис Бэй, господа, – произнес мистер Стокуэлл наливая нам мартини.

– А зачем вам эта прекрасная яхта, если не секрет? Чтобы совершать такие морские прогулки? – спросил я.

– Да, вы правы, – ответил Джек Стокуэлл. – Я купил эту маленькую посудину относительно недавно, Виктория попросила меня об этом.

– Да, – подтвердила она, – мне всегда очень хотелось совершать морские прогулки особенно по вечерам.

Джек Стокуэлл присел рядом с нами, налил себе чуть-чуть шерри и, глотнув его, произнес:

– Что ж, вчера произошло ужасно скверное событие, я уверен, газеты уже трещат о смерти юной Скарлетт Хилл.

– Вы хорошо знали ее? – спросил Кантвелл.

– Не особо. Я встречался с ней только на двух вечеринках, которые были в «Морисо». Мы живем в Фалмуте и часто приезжаем сюда отдыхать.

– А вы миссис Стокуэлл?

– Я знала ее довольно хорошо. Одно время она жила в Лондоне, но несколько лет тому назад переехала в Кардифф. Насколько я помню, она жила со своим дядей, других родственников у нее не было. Скарлетт очень любила посещать различные вечеринки, хотя была не особо богатой. Она очень любила шить и училась на модельера.

– А с кем она общалась? – спросил я.

– Вот здесь я не назову вам все ее окружение. Я знаю только, что у нее была подруга, Бэрил Эллиот. Она вчера была с нами, вы, разумеется, видели ее. Бэрил и моя знакомая, мы часто приглашали ее покататься с нами на яхте.

– А не было ли у мисс Хилл молодого человека?

– Нет, я думаю, не было. Она не посвящала нас в свои тайны.

– А где вы были, когда покинули наш стол? – спросил Кантвелл.

– Извините, – с легким раздражением пробормотал Джек Стокуэлл, но почему вы так интересуетесь этим вопросом, неужели мы снова должны пересказывать все, что произошло в этот ужасный вечер?

– Мы расследуем дело об убийстве Скарлетт Хилл и хотели бы узнать все из ваших уст.

– Но причем тут мы с моей женой?

– Полиция считает вас главными подозреваемыми. – Спокойно ответил мой друг, – а наша задача выслушать ваши показания и в случае чего доказать, что вы невиновны.

Мистер Стокуэлл побледнел, а Миссис Стокуэлл вскрикнула и закрыла лицо руками:

– Нет, нет, господа, – взмолилась она, – я не убивала Скарлетт и мой муж тоже, он никогда ни на кого не осмелился, бы поднять руку!

– Успокойтесь, мадам, – мягко произнес Кантвелл, – скажите нам, где вы были, когда покинули наш стол?

Виктория Стокуэлл ответила не сразу, ее глаза перебегали с Кантвелла на меня:

– Я проводила Скарлетт до пляжа, а затем пошла по тропинке в парк. У меня немного болела голова, поэтому я решила отойти от суматохи и прогуляться в тени деревьев.

– Вы заходили на сам пляж? – спросил я

– Нет. Я довела ее только до ступенек к нему.

– А вы можете назвать имя человека, который подтвердит информацию о том, что вы в это время были в парке?

Она вздохнула и поднесла платок к лицу:

– К сожалению не могу.

– Понятно. – Пробормотал Кантвелл. – А вы, мистер Стокуэлл?

Мужчина был очень бледен, я видел, как он напряжен и взволнован, но тот старался не показывать это и почти ровным, холодным голосом ответил:

– Я искал свою жену. Сначала я заглянул в бар, потом в еще один, но не найдя ее там решил прогуляться по тропинке которая ведет вдоль моря. Я прошел где-то шесть отелей и вернулся назад. Тут я увидел мисс Хилл, которая лежит и не двигается, я подошел к ней и увидел рану у нее на виске и сразу же бросился к вам.

– Так, вы гуляли по песку?

– Нет, по асвальтированой дорожке.

– Во сколько вы решили прогуляться вдоль берега?

– Тогда было около девяти, и я уверен, что мисс Хилл в то время была жива.

– Почему вы так думаете? – поинтересовался я.

– Когда я уходил, я увидел, что она помахала мне.

– А возвращаясь, вы не видели каких-нибудь странных людей? – спросил Кантвелл.

– Нет. Ничего такого я не видел.

На этом мы закончили тягостный допрос семейства Стокуэлл. Все оставшееся время мы мирно пили мартини и беседовали о пустяках. Мистер Стокуэлл был очень интересным собеседником и знал много в области философии и истории. В половину пятого мы попрощались с ними и покинули яхту.

– Что вы думаете об Стокуэллах, мой друг? – спросил меня Кантвелл, когда мы возвращались в отель.

– Мне кажется, что мистер Стокуэлл точно объяснил, где он был в то время, а вот миссис что-то явно не договаривает.

– Если слова мистера Стокуэлла правдивы, то мы знаем время убийства. Где-то между началом девяти и десяти.– Сказал Кантвелл.

– Но я не вижу мотива, по которому Стокуэллам нужно было убивать бедную мисс Хилл.

– Действительно, у них его нет, если они все верно изложили нам. Но Стокуэллы могли и соврать.

– Все становится запутаннее и запутаннее, в начале казалось, что все было так легко, что я смог бы разгадать эту тайну с первого раза, – сказал я.

Как только мы вошли в парадное здание « Морисо» нас тут же встретила Бэрил Эллиот. На ней было маленькое изящное черное платье и длинные прозрачные сережки. Она выглядела взволнованной.

– Мисс Эллиот, добрый день, – галантно сказал Кантвелл, снимая шляпу.

– Добрый день, – произнесла она. – Я бы хотела немного побеседовать с вами.

– Что ж, тогда пройдемте в наш номер.

Кантвелл указал рукой на массивную дубовую лестницу, которая вела вверх, и мы поднялись в свой номер на втором этаже. По просьбе Кантвелла я забронировал, чуть ли не самый большой номер, в котором было почти все: две спальни, гостиная, просторный кабинет для работы и ванная. Мы провели Бэрил Эллиот в нашу гостиную. Она была выполнена в красных тонах. Справа стоял угловой диван из красного бархата, рядом с ним искусно сделанный деревянный чайный столик с множеством деталей, на полу персидский ковер, чуть в стороне два кресла качалки. У противоположной стены маленький шкафчик, на котором стоял небольшой выбор белых вин. Стены, отделанные бордовыми обоями, украшали картины со здешними видами, а на потолке висела большая хрустальная люстра. Я вместе с мисс Эллиот присел на диван, а Кантвелл с видом истиной домашней хозяйки налил нам в бокалы белого вина, а затем сам уселся в кресло и закурил, мы последовали его примеру. Несколько минут стояло молчание, мы пускали в воздух колечки голубоватого дыма, а затем Кантвелл обратился к мисс Эллиот:

– Мисс Эллиот, я понял, что вы пришли к нам по поводу смерти своей подруги – Скарлетт Хилл, верно?

– Да. Я узнала из уст вашего коллеги, мистера Эндерсона, что Скарлетт убили. Это так?

– К сожалению, мадам это так. Вы не знаете, кто мог это сделать?

– Нет, по праву не знаю, но этот некто просто чудовище!

– Хорошо. Расскажите нам все, что вы знаете о Скарлетт Хилл, – попросил я, положив ногу на ногу.

– Да, конечно, я именно за этим и пришла к вам, джентльмены. Я расскажу вам о ней все, ничего не утаивая.

Бэрил Эллиот сделала затяжку и начала:

– Бэрил вместе со мной родилась в Лондоне, а познакомились мы в театральном кружке. Мы были очень дружны, даже поступили в один университет, но потом Скарлетт уехала в эти края. Мне очень сложно, далась с ней разлука, но я осталась в Лондоне. Скарлетт каждую неделю писала мне письма и недавно предложила встретиться здесь, в отеле « Морисо». У меня как раз был отпуск и я согласилась. Мы приехали сюда четыре дня назад. Она заказала двухкомнатный номер, но заходить мне туда не разрешила. Мол, у нее беспорядок, а Скарлетт всегда не любила, чтобы кто-то видел это, поэтому вчера, перед ужином я ждала ее в своем номере. Она немного опаздывала, но когда она все-же пришла, то выглядела очень расстроенной. Я спросила, что с ней случилось, но она лишь отмахнулась и мы пошли на вечеринку. Я думаю, что в тот вечер она поссорилась с Виктором.

– Кто такой Виктор? – поинтересовался я.

– Виктор, это уборщик этого отеля. Позавчера она подружилась с ним, и я полагаю, что он уже тогда был от нее без ума.– Улыбнулась Бэрил.

– А с кем общалась здесь ваша подруга?

– С очень многими людьми, я даже не знаю имен большинства. Во-первых это были Виктория и Джек Стокуэлл, мистер Моравецки, Виктор и еще несколько людей. Часто я видела ее в компании очень длинного и худого молодого человека, я даже подумала, что они давние знакомые, поэтому я спросила у нее о нем, но она лишь отмахнулась.

– Понятно. Была ли мисс Хилл богатой женщиной? – спросил Кантвелл.

– Нет.– Бэрил Эллиот подняла кверху свои голубые глаза. – Она была небогатой, и достаточно редко ездила на вечеринки, хотя очень любила их.