Большая книга мифов Азии

Летающие огоньки

Множество легенд в Японии связано со светлячками. В древности считали, что это души павших воинов, которые летают над полями былых сражений. Была также версия, что это заблудившиеся звезды, добрые духи, которые могут насылать вещие сновидения… Светлячкам приписывали способность излечивать болезни, направлять мысли человека в правильное русло и так далее. А в некоторых регионах Японии по сей день существует обычай любоваться по ночам танцами светлячков по аналогии с традицией созерцания цветов.

Утагава Куниёси. Ловля светлячков. XIX в.

…В одной деревне жил глубоко верующий и добрый старый человек по имени Кансиро. Почти всю свою жизнь он провел в паломничествах по различным монастырям и святыням. Если ему удавалось что-то заработать, он большую часть собранных средств жертвовал храмам. А когда монахи спрашивали его, за кого он хотел бы помолиться, он просил упомянуть не только его, но и всех его односельчан. Поэтому соседи любили старика и всегда ему помогали.

И вот Кансиро состарился и понял, что задуманное им новое паломничество, скорее всего, станет последним в его жизни. Он долго готовился к нему, даже составил заранее маршрут, какие знаменитые святилища и монастыри нужно посетить. Соседи, узнав, что старик собирается в путь, понесли ему деньги и приношения, чтобы он от их имени передал все это в храмы.

Кансиро сложил все полученные ценности в мешочек, повесил его себе на шею и отправился в дорогу. Но через несколько недель он заболел и был вынужден остановиться на постоялом дворе. При этом старик сказал хозяину:

– Я чувствую, что несколько дней могу пролежать без памяти. Мне кажется, ты человек честный, поэтому прошу тебя, возьми на хранение вот этот мешочек. Когда я поправлюсь, заберу его и продолжу свой путь.

Хозяин постоялого двора, его звали Дзимпати, взял мешочек и заверил старого паломника, что обязательно сохранит его.

Старик несколько дней проболел, а когда он пришел в себя, поблагодарил хозяина, забрал мешочек с деньгами и продолжил паломничество. Но когда он добрался до очередного монастыря и развязал мешочек, чтобы сделать пожертвование, то увидел, что вместо ценностей там лежат камешки и всякий мусор. Дзимпати обманул старика и поживился его деньгами.

Кансиро вернулся на постоялый двор и обратился к владельцу:

– Пожалуйста, верни деньги! Они принадлежали не только мне, там было все, что собрали мои односельчане!

Но Дзимпати только посмеялся над этими просьбами и приказал слугам прогнать старика.

…Чтобы возместить все украденное бессовестным хозяином постоялого двора, выполнить поручения своих соседей и совершить задуманные пожертвования, Кансиро пришлось несколько лет просить милостыню и распродать все свое небогатое имущество. И когда наконец он смог завершить свое паломничество, он снова пришел на постоялый двор. Там Кансиро увидел, что Дзимпати возвел новые постройки, расширил свои владения и разбогател.

– Не боишься ли ты, что богатство, достигнутое путем обмана, не принесет счастья? – спросил его старик. – Возмездие за совершенное зло бывает очень неприятным и неожиданным!

– Убирайся отсюда! – завопил Дзимпати. – Долго ли ты будешь таскаться ко мне и надоедать своими просьбами и наставлениями? Не надо пугать меня сказками про возмездие, все у меня прекрасно и будет еще лучше!

Он приказал вышвырнуть старика на улицу, и слуги выполнили его распоряжение, попутно избив Кансиро так, что через несколько минут он умер прямо на дороге у ворот постоялого двора. Его подобрали монахи и с почестями похоронили на монастырском кладбище.

Фильм для всех на недетскую тему

В 1988 году в Японии вышел анимационный фильм «Могила светлячков», снятый режиссером Исао Такахата. Он повествует о судьбе двух японских детей в годы Второй мировой войны. Лента занимала 3-е место в списке лучших анимационных фильмов всех времен и неоднократно входила в перечни лучших фильмов о войне.

А вечером из кустов, которые росли на кладбище, вылетели тучи светлячков. Все они летели к дому Дзимпати и садились на москитные сетки, закрывавшие окна. Слуги не знали, что делать: сетки уже прогибались под напором тысяч светящихся насекомых, а некоторые из них уже прорвались в дом. И те, которым удалось это сделать, летели прямо к хозяину постоялого двора, который не поспевал отмахиваться от них.

Слуги начали шептаться о том, что, наверное, тот сумасшедший старик, который обвинял Дзимпати в краже денег, был прав, ведь неспроста светлячки как будто взбесились!

И в этот момент жучки прорвали все москитные сетки, тучами полетели к Дзимпати и забили ему уши, нос, рот и глаза. Жадный хозяин постоялого двора скончался в мучениях, а светлячки полетели на кладбище, где долго кружились над свежей могилой Кансиро. К утру они исчезли.

Хрупкая красота

Отношение к бабочкам в Японии на протяжении многих лет менялось. Их считали вестницами богов, воплощениями людей. Например, залетевшая в дом бабочка предвещала скорый визит гостей или рождение ребенка. Японцев, восприимчивых к прекрасному, восхищали невероятные узоры на крыльях бабочек и их нежность, которая воспринималась как символ недолговечности жизни.

Во времена междоусобных войн бабочек начали считать олицетворением грядущего горя: считалось, что, если насекомое кружится над головой воина, это предвещает ему скорую гибель. Но все же в большинстве случаев красота бабочек оказывалась сильнее всех дурных примет и предчувствий.

…Много лет назад рядом с неким кладбищем в маленьком домике жил одинокий старик. Был он человеком добрым и отзывчивым, но соседи считали его немного странным. Старик этот никогда не был женат, не имел детей, и никто не знал, есть ли у него родные.

Живые цветы

Сохранились упоминания о том, что во дворцах некоторых императоров бабочек использовали в качестве живых украшений. Во время праздников их выпускали из специальных бамбуковых садков, в которых насекомых выводили специально. Порхающие яркие насекомые придавали празднеству особый колорит.

Косон Охара. Глициния. 1920-е гг.

Прошло несколько лет, и старик серьезно заболел. Соседи спросили его, нет ли у него все же родственников, хотя бы дальних, чтобы они могли приехать ухаживать за ним. Может быть, он захочет завещать им свой домик и сад?

Старик сказал:

– В соседнем городе у меня есть сестра, а у нее – взрослый сын. Можно сообщить им.

И вот через несколько дней в домике старика появилась его старушка-сестра со своим сыном. Они сказали, что возьмут на себя уход за родственником.

Когда на следующий день молодой человек сидел у кровати своего больного дяди, в окно влетела большая белая бабочка и села на подушку старика. Племянник попробовал ее согнать, но бабочка, покружившись под потолком, каждый раз возвращалась на место.

– Какая ты назойливая! – сказал молодой человек, поймал бабочку полотенцем и вытряхнул ее за окно. И увидел, как она сразу полетела в сторону кладбища. Ему вдруг стало любопытно, кто похоронен на этом кладбище? Он ведь никогда там не был! И парень побежал за бабочкой.

Косон Охара. Лилии и бабочки. Нач. ХХ в.

Он увидел, что насекомое опустилось на старый могильный камень, на котором было написано женское имя Акико. А еще на камне была надпись, из которой можно было понять, что некая Акико умерла в возрасте восемнадцати лет. И камень, и растения вокруг него, и маленький пруд поблизости были чистыми и ухоженными.

Вернувшись домой, племянник старика увидел, что его дядя больше не дышит.

Молодой человек спросил свою мать:

– Не знаешь ли ты, кто такая Акико? На кладбище рядом с домом есть камень с ее именем, и именно оттуда прилетала сегодня белая бабочка.

– Знаю, – ответила та. – Когда твоему дяде было всего двадцать лет, он был влюблен в девушку по имени Акико и хотел жениться на ней. Но она внезапно заболела и умерла за несколько недель до свадьбы. После этого он дал обещание никогда не вступать в брак и всю жизнь ухаживал за ее могилой. Он мог уехать отсюда в город, но не захотел покидать кладбище, на котором похоронена его невеста, и бывал там каждый день. А когда он умер, душа Акико в образе белой бабочки прилетела попрощаться с ним.

Хризантемы и лотосы

Любовь к растениям и цветам в Японии возведена практически в религиозный культ. Цветок в японской культуре – это не просто уникальное творение природы, не просто способ украсить интерьер или сад. Икебана – составление цветочных композиций – в Стране восходящего солнца является древним и очень уважаемым искусством. Каждый оттенок, каждое сочетание цветов или соединение разных видов растений в букете имеет определенный смысл. Цветы украшают собой чайные церемонии и дипломатические приемы, используются в религиозных обрядах и светских празднествах.

Конечно, существует множество легенд о разнообразных растениях и цветах, и одним из любимейших была и остается хризантема.

Не только сакура

Японский обычай ханами – любования цветами – известен во всем мире. Многие считают, что он связан только с цветущей сакурой; но на самом деле существует ханами сирени, ханами ландышей, космеи и так далее. Просто сакура популярнее в массовой культуре.

…На одном лугу росли две хризантемы. Были они похожи друг на друга и различались только цветом: одна была желтая, а другая – белая. Они были хорошими подругами и целый день обсуждали друг с другом все, что происходит на лугу.

Но однажды мимо проходил садовник, который зарабатывал на жизнь выращиванием различных цветов. Он обратил внимание на желтую хризантему и сказал:

– Какая ты необычная и красивая! Я заберу тебя с собой, и в моем саду тебе будет хорошо. В твоем распоряжении будет самая лучшая еда, самая чистая вода и украшения!

Желтая хризантема согласилась, и старик забрал ее в свой сад.

Белой хризантеме стало очень обидно: получается, она некрасивая? Кроме того, она сразу начала скучать по своей подруге. И несколько дней подряд она проплакала.

Ну а желтая хризантема тем временем росла в довольстве и роскоши. Ее листья стали ярче и пышнее, а желтые лепестки сияли как настоящее золото. Она гордо смотрела на окружавшие ее цветы, и все они казались ей какими-то скромными и жалкими по сравнению с ней самой. А аромат желтой хризантемы разносился далеко за пределы сада, в котором она оказалась. Все, кто приходил к садовнику, считали своим долгом выразить свое восхищение прекрасным цветком.

Кацусика Хокусай. Пчела и хризантемы. 1820-е гг.

Сакаи Хоицу. Хризантемы и павловния. Кон. XVIII – нач. XIX в.

Однажды во владения старого садовника пришел слуга одного могущественного сёгуна[14], который хотел нарисовать на своем гербе хризантему. И ему нужен был цветок для образца.

– Мой господин хотел бы купить у тебя самую простую белую хризантему, – сказал слуга сёгуна. – Он человек суровый и роскоши не любит.

– Такой хризантемы, какую ты описал, у меня сейчас нет, – сказал садовник. – Но зато у меня есть прекрасная желтая хризантема. Хочешь посмотреть на нее?

Слуга отправился вместе с садовником посмотреть на предложенный цветок и остался недоволен.

– Нет, такая хризантема нам не нужна! – сказал он. – Уж больно вычурным и изысканным выглядит твой желтый цветок. Нужно что-то попроще.

И когда слуга сёгуна, покинув сад, направился домой, путь его пролегал через луг, на котором одиноко стояла и проливала слезы белая хризантема.

– Почему ты плачешь? – спросил ее слуга.

Белая хризантема рассказала о том, как ей предпочли желтую, а ее оставили в одиночестве.

– Не плачь, – сказал ей слуга. – Я видел твою подружку, она вовсе не так красива, как ты. Вся ее красота – в пышности и блеске. А твоя красота скромна и изысканна, и именно такой цветок нужен мне для изображения на гербе моего господина. Пойдем со мной!

И белая хризантема с радостью согласилась. Ее торжественно доставили во дворец сёгуна, нарисовали на гербе, и целые толпы поклонников приходили только затем, чтобы выразить свое восхищение простотой, совершенством линий и строгостью белого цветка. Белую хризантему изображали на веерах, шкатулках, ширмах, о ней писали стихи и слагали легенды.

Ну а что же желтая хризантема? Закончилось лето, и ее красота поблекла. Опустились сияющие лепестки, потемнели упругие зеленые листья. И поздней осенью она оказалась там же, где и большинство увядших растений, – в компостной куче. А красота и строгость простой белой хризантемы сохранились в веках.

Косон Охара. Лотосы. 1920-е гг.

Не менее чем хризантемы, почитались в Японии лотосы – они считаются священными цветами Будды. Округлая форма цветка напоминает о бесконечном круге перевоплощений человеческой души; более того, некоторые утверждают, что, если осторожно приоткрыть бутон лотоса, можно увидеть в нем крошечного младенца. Это новая душа, которая еще не воплотилась на земле. Ну а самое главное – лотосы отгоняют нечистую силу.

Лотос сравнивают с безгрешным человеком: он растет таким образом, что корни находятся в илистом дне, а нежный чистый венчик поднимается над водой, выйдя из мрака и грязи незапятнанным.

Кано Ясунобу. Птицы среди цветов лотоса. Ок. 1683 г.

Рассказывают, что однажды в городе Идзуми случилась жуткая эпидемия, из-за которой погибла половина жителей. Правитель, которого звали Корияма, лежал при смерти, как и вся его семья. Город задыхался от грязи, потому что убирать мусор было некому, и воды не хватало, потому что загрязнившиеся колодцы и каналы тоже никто не чистил.

И вот в полумертвый город однажды забрел странствующий монах. Осмотревшись, он направился во дворец и сказал правителю:

– Я знаю, почему ваш город постигла такая беда. Скорее всего ров, который окружал его и в котором росли лотосы, пересох, потому что за ним не следили, поэтому город лишился защиты от зла и началась эпидемия. Нужно снова заполнить ров и посадить лотосы, и мор закончится.

– Как ты себе это представляешь? – спросил еле живой Корияма. – Те, кто еще жив, просто не смогут работать на очистке рва, у людей не осталось сил!

– Думаю, что справлюсь с этим один, – сказал странный монах.

Градоначальник очень удивился, но все же приказал тем, кто может, помочь монаху расчистить ров и засадить его лотосами. И уже через несколько дней ров заполнился чистой водой, а над ней поднялись нежные венчики священных цветов. Эпидемия же завершилась, как будто ее и не было! А монах покинул город, так и не назвав никому своего имени.

С тех пор жители Идзуми внимательно наблюдали за тем, чтобы ров всегда был чистым и лотосы чувствовали себя хорошо.

Через несколько лет один молодой самурай, приехавший в Идзуми по делам, решил посидеть на берегу рва и полюбоваться лотосами. И вдруг он увидел, что по краю рва бегают два крошечных мальчика. Молодой человек огляделся, но не увидел нигде их родителей.

«Что же делать? – подумал он. – Дети могут утонуть!»

Он попытался приблизиться к малышам, но они внезапно нырнули в ров и скрылись под водой.

Изумленный самурай побежал к городскому начальству и рассказал о том, что видел. Стражники пришли ко рву и долго обшаривали его дно, но не нашли никаких детей.

Через некоторое время другой воин также оказался на берегу городского рва Идзуми и точно так же увидел у воды маленьких играющих детей. Он принял их за какую-то водяную нечисть и попробовал ударить мечом. Но детей и самого самурая вдруг окутало туманное облако, которое словно лишило его зрения, а когда оно рассеялось, воин увидел, что своим мечом он разрубил несколько цветущих лотосов. Самурай догадался, что те, кого он принял за детей, на самом деле добрые духи лотосов, которые некогда спасли город от моровой язвы. Ему стало так стыдно, что он прямо на берегу рва совершил харакири.

Деревья: большие и маленькие

Деревья в Японии не менее почитаемы, чем цветы. Существует множество легенд о том, как срубленное понапрасну дерево навлекало беду на голову рубщика, а человек, относившийся к деревьям с любовью и уважением, получал поддержку добрых духов природы.

Символом стойкости и долголетия в Японии считается сосна; также ей приписывают способность сохранять счастье в браке и приносить удачу в делах. Как покровители гармонии, любви и памяти почитаются криптомерия и гинкго.

Популярно в Японии древнее искусство бонсай (правда, происходит оно, вероятнее всего, из Китая) – выращивание миниатюрных деревьев. Первоначально такие карликовые растения, скорее всего, использовали для украшения храмов, а сейчас их применяют в ландшафтном и интерьерном дизайне.

«Каменная» гармония

Особый вид искусства на «философской» основе – сады камней. Они представляют собой зримое воплощение гармонии, равновесия, умиротворения, которые так ценятся в японской культуре. Из любой точки такого сада всегда видно одно и то же количество камней, сколько бы их ни было изначально. Подобные сады также иллюстрируют важный принцип японского искусства: красота и гармония заключены прежде всего в простоте.

…Рассказывают, что однажды сэссё[15] по имени Саймёдзи Токиёри устал слушать жалобы от местного населения на злоупотребления чиновников. И он решил пройти по своим владениям, переодевшись паломником, и своими глазами увидеть все нарушения. Способ оказался действенным, и Саймёдзи Токиёри впоследствии много раз им пользовался.

Хасимото Гахо. Правитель, путешествующий под видом странника. 2-я пол. XIX в.

И вот однажды он в костюме странника путешествовал по провинции Кодзукэ. Когда сэссё дошел до селения Сано, началась сильная метель, а поблизости не было ни одного постоялого двора. Токиёри уже начал опасаться, что замерзнет насмерть где-нибудь на обочине, как вдруг увидел неподалеку крошечную бедную избушку, покрытую соломой.

Хасигути Гоё. Под дождем. 1918 г.

Хозяева домика, пожилые супруги, встретили гостя приветливо и разместили его у горящего очага. Сэссё сразу увидел, что обстановка в жилище очень бедная, а когда супруги предложили ему поесть просяной каши на воде без масла, Токиёри понял, что они находятся на грани нищеты и не могут даже купить себе риса. «Но как же это замечательно, – подумал гость, – что люди, которым завтра, возможно, будет нечего есть, не отказали в приюте страннику и даже накормили его!»

Тем временем дрова в очаге прогорели, в домике становилось прохладно. Хозяин вышел в небольшой садик и вскоре вернулся оттуда, неся с собой три деревца-бонсай: сливу, сосну и вишню. Он быстро разломал их на части и бросил в огонь.

Сэссё понял, что дров в домике больше не было, и хозяин пожертвовал дорогими бонсай ради того, чтобы обогреть гостя, который долго шел по холоду.

– Зачем вы это сделали? – спросил Токиёри. – Ведь бонсай стоят очень дорого, чтобы вырастить их, нужно много времени и средств! И если мой вопрос не обидит вас, скажите, пожалуйста, откуда у вас такие драгоценные растения, если вы живете практически в нищете?

Хозяин ответил:

– Гостеприимство дороже любых деревьев и цветов. А эти бонсай оказались у меня во времена моего благоденствия. Некоторое время назад я был заслуженным и богатым самураем, мое настоящее имя – Сано Цунэё, и все те земли, которые вы сегодня прошли, когда-то были моими. Но потом меня лишили всего достояния и званий, так как один из моих дальних родственников оказался замешан в преступлении. И все, что мне осталось от прежней жизни, вот эти три деревца-бонсай, которые только что сгорели в очаге.

Хасигути Гоё. Снег. 1920 г.

– Но почему же вы не обратились к властям, чтобы восстановить свое доброе имя? – спросил сэссё.

– Насколько я знаю, наш справедливый сэссё Саймёдзи Токиёри недавно умер, – ответил бывший самурай. – А на других чиновников надежды нет. Но если что, я готов по-прежнему служить на благо государства и при необходимости взяться за оружие.

Сэссё не стал уточнять, почему старый воин решил, что его уже нет в живых. Просто еще раз отметил для себя, что нужно будет разобраться во всей этой истории.

Утром он поблагодарил хозяев за ужин и ночлег и снова отправился в путь, так и не назвав своего имени.

…На следующий год был объявлен военный сбор, и бывший самурай Сано Цунэё прибыл в Камакуру. Денег на хорошие доспехи у него не было, он взял старые, с трудом отчистив с них ржавчину, а лошадь, которую он смог приобрести, была еле жива. Некоторые молодые самураи позволяли себе смеяться над ним, но старый воин мужественно сносил все издевательства.

И тут он услышал, что сэссё желает видеть перед собой самурая в самых старых доспехах и с самым ветхим оружием.

– Иди, – смеясь, закричали Сано Цунэё другие воины, – наверняка это говорят о тебе!

Утагава Хиросигэ. Гравюра из серии «36 видов горы Фудзи». 1858 г.

Старый самурай отправился, куда приказали, и каково же было его изумление, когда он увидел сэссё, руководившего сбором войск. Он узнал в нем того самого странника, которого год назад принимал в своей нищей избушке и угощал просяной кашей.

Саймёдзи Токиёри приказал позвать чиновников, писаря и издал распоряжение, которое восстанавливало Сано Цунэё во всех правах. Ему вернули отобранные когда-то деревни и земельные владения, а в память о деревцах-бонсай, которые были сожжены в печи, сэссё приказал отписать воину три дополнительные деревни. Они назывались Умэда (Слива), Мацу-иду (Сосна) и Сакура (Вишня).