Верните, где взяли, или Попаданка для дракона

Глава 5. Эльфы – не ослы, а молчание – золото!

– Почти приехали, – сообщил радостно Шуп, елозя на козлах. – Весь зад отсидел, – буркнул он. – Ой, прости меня, девчоночка. Ты-то, наверное, таких слов и не слышала.

– Я?! – я фыркнула и рассмеялась. – Да моя бабуля так завернет, уши вянут.

Шуп гортанно рассмеялся, хлопнув себя по ляжке.

– Люблю женщин с острым язычком. Я свою женушку, когда услышал, так пропал. Ух, она пастуха ругала. Ух! Овцы от стыда шерсть сбросили. Честное слово. Вот зря ты смеешься. Сбросили, тебе говорю.

– Может, они чем-то болели?

– Овцы-то? Не болеют они. Ни к чему им это. Болеют только девицы и травожуи ушастые.

– Ослы? – уточнила я, вызывая очередную волну хохота Шупа.

– Ослы… ой, не могу, – он начал с усердием лупить ляжку. – Надо нашим рассказать, как ты эльфов назвала. Точно прилипнет, – хихикал мужчина.

– Эльфов? – переспросила я.

Но Шуп не ответил. Воскликнул гордо:

– Добро пожаловать в Большие Дюди, девчоночка.

Лошадка вышла из подлеска, и я без труда увидела селение. Точно Дюди… даже словом другим назвать нельзя. Деревянные домишки в один этаж, низкие заборчики с сушившимися на них тряпками, грунтовая дорога, а по ней бегали туда-сюда куры, утки и чумазые дети.

– Деревню-то мой прапрапрапрадед основал, – похвалился Шуп. – А его Дюдей кликали. Это он первый приехал сюда с моей бабкой и осел. Ух, над ним смеялись. Но когда он жилу-то нашел, так сюда народ и потянулся. И теперь вот, – одной рукой он с гордостью демонстрировал достопримечательности. – У нас тут и портной, и лекарь, и пекарь, и брадобрей, и харчевня вторая открылась. Растем!

– Растем… – повторила я с отчаянием.

Ясно… я попала к староверам! Ну хоть что-то понятнее.

Почему я сразу не догадалась?.. Видно же, что Шуп отвергал все блага цивилизации. По внешнему виду было понятно, да и по запаху…

– Очень красиво, – я вежливо поддержала разговор.

– А я что говорил?! Живу и радуюсь, – мужчина вскидывал то одну руку, то другую, приветствуя не менее странных людей, чем он сам.

Надо бы спросить, что за руду они нашли. А то все как на подбор во-о-от такие в плечах: и мужчины, и женщины. И не задерживаться в Дюдях от греха подальше.

– А вот и моя кузница, – сказал Шуп с придыханием. – Моя гордость и кормилица.

Это, наверное, было единственное каменное здание в селении. На вид крепкое и основательное.

– Мой дед перестал спускаться в шахты и открыл кузню. Так и живем. Ты спрыгивай, пойдем тебя от пут освободим.

– Это я с удовольствием, – сказала я, неловко слезая с телеги.

Шуп оказался чуть ниже меня, только шире раза в три.

– Ишь ты какая, – ухмыльнулся он. – Дракониха?

И что вот ответить на этот вопрос?..

– Да нет, – буркнула настороженно. В груди неприятно кольнуло. А точно ли мне показался дракон в небе?..

– Ну ты не хмурь брови, девчоночка. Я вначале подумал, что ты из травожуев, но ушки у тебя нормальные. Вот и сказал про дракониху. Еще наряд у тебя дюже странный. Не видел никогда такого.

Я опустила взгляд на самые обычные черные спортивные легинсы и майку, а потом осмотрелась по сторонам. Ну да, я точно не вписывалась в местное население. Женщины носили длинные юбки с белыми передниками и закрытые блузы. А тут я. На меня поглядывали, перешептывались. Не очень приятное чувство.

– А вы мне хотели помочь с тросом, – напомнила я.

– Обещал-обещал. Идем, – он махнул в воздухе ладонью-лопатой. – Женушка моя матушку поехала навещать, да приберет ее Богиня земля по-скорому. Никакого терпения уже нет на эту гнусавую лосиху, – Шуп с удовольствием жаловался на тещу, не забывая при этом открыть кузню и углубиться в полумрак помещения в поисках какого-то инструмента. – Мы с женушкой уже сорок лет живем вместе, а это старая матрасина никак не успокоится. А вот же они, – он повернулся ко мне, держа в руках огромные ножницы.

– Никогда таких не видела, – призналась я, трусливо отступая. Да при желании ими голову можно чик! И все…

– Так больше ни у кого таких и нет. Это я выковал, когда надо было драконьи сети резать.

– Драконьи? – переспросила я.

Ну что за напасть с этими драконами. А может, это слово в Дюдях означает что-то другое. И у меня просто трудности перевода со староверского на современный русский?

– Угу. Было дело. Нашли мы как-то молодого дракона в сетях…

– Извините, – перебила я, пока мужчина не наговорил других странностей, и спросила: – А драконы – это такие животные огромные, с крыльями, хвостом, лапами, жуткими мордами и летают?

– Чего? – спросил Шуп и расхохотался. – Нет, конечно.

– Фух, вы меня успокоили. Аж от сердца отлегло, – пробормотала я, поворачиваясь так, чтобы он смог срезать с меня снаряжение. – Я так испугалась!

– Скажешь тоже, животные. Они разумная раса, – припечатал Шуп, с легкостью освобождая меня от троса. – А ты откудова такая, а, Стася? Как же можно не знать о том, кто тобой правит?

– Я?..

И что мне сейчас нужно ответить?

– Из-за воды прибыла?

– А?

– Большую воду пересекла? – уточнил он, недоверчиво сощурив глаза.

– Да! – ответила я без раздумий.

Большая вода – это же типа моря, океана, да?

– Во-о-о! – у Шупа аж глаза округлились. – Ты только никому об этом не говори. Говори, что приехала с краю гор. Так безопаснее будет. У нас хоть деревня и хорошая, но перед тайной канцелярией тоже любят выслужиться. А в подземелье разбираться не будут. Вшить – и голова с плеч.

Я мало что поняла, но вот поговорку вспомнила: молчание – золото!

Глава 6. Тот самый день

– Угу, буду говорить, что из-за гор, – пообещала я Шупу, прислушиваясь к его наставлениям.

– Это правильно, девчоночка. Нужно меньше к себе внимания привлекать, если ты, конечно, не девица на выданье, – захохотал он, щелкая огромными ножницами. – Или на выданье? – переспросил серьезно.

– Да нет, – я неопределенно пожала плечами. – Не то чтобы я торопилась замуж, но и не против браков. Тут же главное – найти своего человека.

– Это ты правильно говоришь. Очень правильно. Точно из знатных. Как бы проблем от тебя ни было, – он покачал головой.

– Не будет, – пообещала я. Меня здесь точно никто не знает.

Мужичок тяжело вздохнул.

– Ох-ох-ох. Доброта сведет меня в могилу. Отставь ножку, девчоночка, – попросил Шуп, и его лицо из ржаво-рыжего окрасилось в бордовый. – Слышала бы меня сейчас моя женушка, эх, скалкой бы меня отходила! – засмущался еще сильнее. – Ну все, снимай, – попросил, клацнув гигантскими ножницами в последний раз. – А что это за веревка такая диковинная? – он увлекся изучением троса.

– Честно говоря, я и сама не знаю. Трос.

– Вот бы нам такую. Я бы прыгунки детям сделал на площади. Вот радости у мелкотни будет. Эх, люблю детей. Сын-то уже давно вырос.

– Так берите, – сказала я. – Мне она совершенно не нужна.

– Точно? – Шуп прищурил один глаз и уставился на меня.

– Конечно.

– Вот спасибо, девчоночка. Так я вот завтра же и начну заниматься. Я такой веревки никогда не видал.

– Лучше бы и я не видела, – проворчала я. – Извините, Шуп, а можно у вас воды попросить? С утра ничего не пила, не считая, когда нахлебалась в озере.

– Да, конечно. Может, и перекусить хочешь? – мужичок оживился, любовно поглядывая на свое новое приобретение.

– Нет, только пить.

– Понял, жди. Сейчас освежимся, и я тебя отведу на площадь.

– Зачем? – спросила я с подозрением. Слова про тайную канцелярию еще были свежи в памяти.

– Тебе ж связь нужна была? А только там у нас связь и есть.

– А-а-а, – я понимающе протянула. – У нас тоже не везде вышки стоят и связь плохая, – я поделилась бедами родного городка.

Пока Шуп скрылся за массивной деревянной дверью и гремел, судя по звукам, посудой, я осмотрела кузницу. Обыкновенная такая кузница. Насколько я могла судить о ней по фильмам и книгам. Печь огромная, молоты неподъемные, один из них я даже попыталась сдвинуть с места.

– Держи, девчоночка. Холодненькая. М-м-м, хороша.

– А что это? – спросила я, принюхиваясь к содержимому глиняной кружки.

– Бражка.

То, что бражка была хороша, я определила по пене на усах Шупа и довольной улыбке.

– Да пей, не бойся. Ребятишек таким поим.

– М, квас, – ответила я, сделав глоток. Чуть сладкий и ядреный, как говорила моя бабуля. Я с жадностью выпила все до капли и вытерла проступившие на глазах слезы.

– Во, даешь, девчоночка, так даже моя женушка не могет!

– Очень пить хотела.

– А то и видно. Ну пойдем, весточку твоим отправим, что жива-здорова.

– Да, пойдемте. А… – я притормозила у двери. – А ничего не будет, если я вот в такой вот одежде пойду? – уточнила я на всякий случай. Мало ли какие правила у этих староверов.

Шуп отмахнулся ладонью.

– Боги с тобой. Сегодня тот самый день! – сказал он, выразительно стрельнув глазами. – Девки разоденутся так, что стыд возьмет. У тебя все спрятано. Хоть и в прилипку, – буркнул он, почесывая бороду. – Но, – он потер кончик носа, – тебе лучше сойти за местную. Было у женушки платье. Она в нем ходила еще девицей. Думаю, тебе подойдет. Жди меня тут, – он плотно закрыл входную дверь, а потом скрылся за второй, ведущей в жилую часть. – Выцвело, конечно. Апчхи! Сейчас вытрясу и наденешь. Апчхи!

– Да не страшно, – заверила я, наблюдая, как Шуп с остервенением трясет серую мешковину.

– Ну ты мне такую вещь в хозяйство, а я тебе что, платье не выбью? – спросил он и чихнул четыре раза. – Надевай. Бедное. Но целое, – все пытался извиниться.

– Все замечательно, – заверила я.

– Ты поверх своей одежи. Мало ли что.

Что именно “мало ли что”, я не поняла. Но не стала спорить. Нырнула в балахон.

– Ой! – пискнула, когда он свалился с меня на пол.

– М-да, – причмокнул Шуп. – Давай затяну потуже. До чего же тщедушная. Точно не дракониха?

– Точно, – буркнула я зло.

Ну сколько можно мне о них напоминать?! Я, может, слышать о них не хочу?!

– О, смотри, не падает. Ты только все равно придерживай.

– Обязательно, – пообещала я, отфыркиваясь от пыли и пытаясь удержать наряд на плечах.

– Я бы тебе что другое дал, но женушка раздобрела за последние лета. Там и поясом не справимся.

– Все хорошо, – ответила я, благодарно улыбаясь.

И почему бы не поблагодарить Шупа?.. Вот он не проехал мимо, избавил от снаряжения, напоил… Подумаешь, наряд пыльный. Сейчас позвоню Ленке, и она меня заберет из Дюдей.

– Ну все, пойдем, – скомандовал мой спаситель. Закрыл кузницу и ткнул огромным ключом в сторону. – Туды нам надо. Ты держись рядом. А то девицы тебя затопчут и не заметят.

– Не любят чужих? – уточнила я, разглядывая неказистые домишки.

– Да ну тебя, – расхохотался Шуп. – Тот самый день! Сегодня все неженехатые бабы, – он изобразил у виска характерный жест, который и мне был понятен, – умом тронулись.

– А-а-а. Тот самый день, – повторила я, многозначительно покивав.

– Он самый. Во, гляди, – хохотнул он и толкнул меня в бок, чуть не завалив в кусты. – Ой, прости, девчоночка. Силу не подсчитал. Говорю же, умом тронулись. Кто ж их потом сватать-то придет?

– Действительно, – пробормотала я.

Среди обыкновенно одетых девушек и женщин были те, что… скорее были раздеты. Даже по современным меркам это выглядело вызывающе. А тут староверы. Как бы какого старичка не хватил сердечный приступ. И грудь почти всю видно, и попу.

– Тот самый день… – сказал Шуп обреченно, покачивая головой. – Так и останутся в девках, дурехи.

– Не возьмут замуж, да? – поинтересовалась я из праздного любопытства. Когда я еще окажусь в подобной общине?

«Надеюсь, что никогда», – подсказывал мне внутренний голос.

– Уважающий себя мужчина не возьмет, – серьезно сказал Шуп. – Я бы не взял. Никакого достоинства, – все это он говорил вполголоса. – Будут ярмом на родительской шее висеть. Или вон, вся дорога в заведение в конце улицы.

– А что там? – я вытянулась в попытке разглядеть вывеску.

– Приличной девице знать не надобно, – буркнул на меня Шуп. – Нам сюда, – он дернул меня за локоть. – Любопытная какая. Раз уж я взялся тебе помогать, то нечего глазеть на непотребства.

Ну как не глазеть, когда вокруг праздник. Я всегда представляла староверов серыми, скучными, а на площади буйство красок, музыка, танцы, зазывалы привлекают клиентов к лоткам. Ничего общего с улочками при въезде.

– Тот самый день! Тот самый день! – орал долговязый дедок, размахивая помятой шляпой.

– А что за день-то? – спросила я Шупа.

– Тот самый, – ответил он и добавил: – Пришли.

– Куда? – поинтересовалась я, разглядывая множество плетеных клеток и птиц в них.

– На почту.

Так вот она какая – связь в Больших Дюдях. М-да-а-а.

– М? – протянула я, вскинув брови и все еще надеясь, что я сейчас не буду писать ма-а-аленькую записочку и привязывать ее к крохотной лапке птички, шепча: “Отнеси это Ленке”. – Почта?

– Да. Я заплачу. Ты не боись, – заверил меня Шуп.

– Куда отправлять будем? – поинтересовался голубятник… эм-м-м, хозяин голубей… да как правильно называть этого мужчину?

– У тебя есть тут кто поблизости? – шепотом поинтересовался Шуп.

Я отрицательно потрясла головой, рассматривая владельца птиц. У того были такие странные уши. Слишком длинные. Острые кончики торчали из-под волос. Руки так и чесались сделать “блым” и посмотреть, будут они дрожать, как холодечная желейка, или нет.

– К-хм, – заговорил еще тише Шуп. – Только за морем?

– За каким морем? А, да, – ответила я, вспомнив свою легенду.

Шуп причмокнул.

– Дорого ворон обойдется. Ох, дорого.

– Очень? – поинтересовалась я, не просто разглядывая вокруг людей, а еще и подмечая детали.

– Очень, – горестно выдохнул Шуп.

– Может, тогда не надо на меня тратиться? – спросила я, замечая, как из разреза на свободных штанах проходящего мимо нас мужчины выглядывает собачий хвост. Пушистый.

– Что значит не надо?!

Какие странные костюмы мужчин в “этот самый день”. Женщины хотя бы нарядные…

И вот одна из красавиц погладила владельца хвостика по руке и… и… шерстяной отросток завилял.

– Оу-у-у, Шуп. Шуп, смотрите! – я громко зашептала. – Смотрите, у него хвост как настоящий! – не знаю, почему этот факт привел меня в такой восторг, но я радовалась как ребенок.

– Ты что, никогда опрокидня не видела?

– Кого? – спросила я, но мой голос смешался с выкриком какого-то мужчины.

– Дорогие жители Больших Дюдей и их гости, пришло время!

От восторженного женского визга я зажала руками уши.

Сумасшедшие здесь все какие-то!

Нашла взглядом говорившего. Он стоял на небольшом постаменте у невзрачной арки и, судя по тому, что его рот открывался, рассказывал что-то еще, отчего толпа девушек двинулась ему навстречу.

А мужчина размахивал и размахивал руками, видимо, приглашая. Из центра серой арки появился луч света, стал шире и через пару мгновений заполнил все пространство, красиво переливаясь. Очень, очень красиво. Я бы так стояла и любовалась, если бы толпой меня не утягивало внутрь арки, через которую прошли первые разодетые жительницы Больших Дюдей.

Глава 7. Айзек Скалистый. Тот самый день

Из покоев короля первым делом я переместился в свой кабинет.

Быстро просмотрел корреспонденцию, проверил артефакты… ничего срочного. Все запланированное идет своим чередом.

В целом, так и должно быть. Мой отдел работал как часы. Незаметные, бесшумные… и имеющиеся в каждом доме.

Кивнув собственным мыслям, я подошел к небольшому зеркалу, висящему на стене в самом углу комнаты.

Его величество все же изъявил желание, чтобы я лично присутствовал на каждом из этапов отбора. И пусть я считал это излишней мерой предосторожности, исполнить приказ было необходимо. В основном буду прикрываться отводом глаз. Но нужно предусмотреть и вариант, что придется показаться на глаза достопочтеннейшей общественности.

Итак, в таком виде появляться нельзя. Стоит собравшимся увидеть меня, как отбор просто замрет. Девицы от страха забудут не только, как дышать, но и, скорее всего, изобразят массовый обморок. Да и наблюдатели напрягутся. Будут гадать, кто вызвал королевский гнев, что на отбор явился лично глава тайной канцелярии… Нет. Айзеку Скалистому там определенно делать нечего.

Мое настоящее лицо знают только члены семьи. Его я без надобности использовать не хочу.

Значит, придумаю что-то ненавязчивое.

Я вернул своему лицу настоящие черты, убрал шрамы. Затем сменил цвет волос на пепельный, увеличил нос, сделал губы тоньше, глаза посадил чуть выше, немного опустил скулы…

Результатом я был более чем доволен. Не броско, посредственно. Про такие лица говорят: «Не обременено интеллектом». То, что нужно, дабы не привлекать ненужного внимания. Осталось запомнить эту личину. И придумать ей легенду…

Взяв бланк с королевской печатью, я за минуту выписал себе документы и устроил выдуманную личность на работу. Младший помощник заместителя организатора королевского отбора четвертой степени. И должность, не требующая ума и вмешательства в процесс, и одновременно пропуск на все мероприятия. То, что нужно.

Сняв камзол с нашивками сыскной службы, я достал простенький плащ и накинул его себе на плечи. Готово. Осталось выбрать, с какого города начать проверку порталов. Они вот-вот должны были начать открываться.

Странно, но мой выбор пал на Большие Дюди, хотя городом их можно было назвать с натяжкой. Поселок, не более. Но тем не менее спустя несколько секунд я уже стоял в тени одного из одноэтажных деревянных зданий и осматривал толпу местных девиц.

Думал ли я о том, что это единственное поселение, расположенное в относительной близости к дому Артура Хворенького? Да.

Хотел ли я посмотреть, придет ли сюда его дочь? Да.

Глупо было отрицать очевидное. А я никогда не страдал самообманом.

Девушка меня чем-то зацепила. И чем больше я анализировал, тем четче осознавал необъяснимость этой странной тяги. Если бы не заверения Оракула, я решил бы, что у меня есть истинная. Но… не всем так везло. Или не везло. С какой стороны посмотреть. В моем случае даже просто жена была бы обременением.

Жена главы тайной канцелярии королевства…

Да ее охранять бы пришлось в разы больше, чем самого короля!

С другой же стороны, если я действительно однажды обзаведусь супругой, мне ничего не стоит скрывать от нее свою должность. Я столько лет скрываю это от собственной семьи, так что стоит и будущую избранницу держать в неведении.

Но тогда встанет другая проблема. Мне придется завести себе еще одну супругу для отвода глаз. Жену главы тайной канцелярии.

Даже для меня это выглядело верхом цинизма.

Нет, если уж и клясться кому-то перед ликом богини, то хотелось бы быть полностью уверенным в партнерше. И доверять ей уж если и не как себе, то хотя бы наполовину.

Рассуждая на тему брака, я мельком отмечал речь глашатого, пристально сканируя взглядом толпу.

Как ни старался, но юную прелестницу разглядеть так и не смог. Я не верил, что она в силу возраста не попытается пройти портал. Не зря же именно это озеро она выбрала для прогулки.

Но… ее не было. Среди собравшихся не было ни одного дракона. Только люди. В основном девушки. И все в настолько фривольных платьях, что позавидуют любые содержанки домов терпимости.

Драконицы себе подобного никогда не позволяли. Разве что перед супругом или… когда думали, что их никто не видит.

А я вдруг осознал, что даже имени не знаю той, которую никак не могу прогнать из мыслей. Это нужно срочно исправить. Сделав себе пометку отдать приказ на сбор информации про дочь Артура Хворенького, я без интереса продолжил осматривать девушек вокруг. И вдруг в буквальном смысле споткнулся взглядом об одну из них. И здесь действительно было на чем заострить внимание.

Брюнетка с взлохмаченной прической смотрела на открытие портала с таким священным ужасом во взгляде, что мне на мгновение стало смешно. Я же с не меньшим ужасом осматривал ее наряд.

Язык не поворачивался назвать этот пыльный мешок платьем. Возможно, лет сто назад так оно и было. Если приглядеться, то можно было рассмотреть даже очертания цветочков… а может, это просто застиранные места?

В любом случае девушка смотрелась весьма и весьма… запоминающейся. Словно ее изрядно поваляли где-то, затем притащили сюда, попутно запихнув в безразмерную тряпицу.

Мысленно припомнив список девиц, проживающих в Больших Дюдях, я вспомнил троих, которым суждено пройти портал и оказаться в тронном зале дворца. И я сильно сомневался, что она – одна из них.

Не знаю зачем, но я продолжал наблюдать за ней. Девушка вела себя странно и тем самым приковывала взгляд. Когда все двинулись в сторону портала, она словно пыталась… убежать в противоположную сторону. Более того, из толпы зевак ей активно начал что-то кричать один из гномов, руками показывая верное направление.

Отец?..

Возможно.

Не могу сказать, что дочь вняла советам отца, скорее всего, девица просто устала сопротивляться толпе и пытаться бежать против течения. И надо же, портал ее принял. Пройдя его под моим изумленным взглядом, она перенеслась в тронный зал, а не осталась здесь, как многие другие.

Глава 8. А вас, Стася, я попрошу остаться

Женский визг становился только выше, пронзительнее и противнее. Словно на глазах разодетых девушек минимум воскрес Элвис Пресли и тут же схватился за микрофон.

– Выпустите меня! Я не хочу участвовать в ваших играх! – кричала я. – Шу-у-уп! Шу-у-уп! Помоги!

Мужчина тоже что-то кричал мне в ответ, размахивал ручищами, прыгал на месте и показывал мне за спину пальцем-сарделькой.

– А?! Я не слышу! Обернуться?! – вдруг догадалась я и завизжала не хуже местных. Меня как раз подтащили к светящейся арке, с хлопком поглощающей девушек. – Ы-ы-ы! Ы-ы-ы… – я бежала на месте, активно борясь с неведомой мне силой, утягивающей внутрь света. – Не хочу-у-у… – прокричала я, зажмурив глаза.