- -
- 100%
- +
– Что?! – переспрашиваю я. Может, я выпила слишком много кофе и у меня слуховые галлюцинации?
– Я говорю, – громко выговаривает он слова по слогам, – в моей компании должны быть прекрасные феи, которые порхают по кабинетам. Желательно, стройные молодые брюнетки, не старше двадцати пяти.
– А вы их варить собрались?
– Нет, конечно. Лишь создаю своим сотрудникам комфортные условия.
А? Я не ослышалась?
Сижу и хлопаю беззвучно ртом.
Допустим, фей я ему найду…
Поторопилась я с выводами о том, что все пройдет быстро и без проблем. Смирнов же смотрит на меня так доброжелательно, как будто и не издевается.
– Что-то еще? – спрашиваю я.
– Да!
– Сантехники, охрана? Они также не удовлетворяют вашим требованиям?
– О-о-о, нет. Я не по этой части, – улыбается Смирнов, – пусть остаются.
– Спасибо, – я язвительно отвечаю.
– Да, не за что, – отмахивается Смирнов, как будто я сказала какую-то глупость. – Еще я заметил, что в туалетах белая бумага.
– И-и-и? – не верю своим ушам.
– Хочу, чтобы в женских была – розовая, а в мужских – голубая.
– Это тоже как-то влияет на психологический комфорт ваших сотрудников?
– Не думаю. Я так хочу.
– Могу предложить вам и третий вариант – радужный, вы же толерантная компания? – интересуюсь я с самым невинным видом.
– Это лишнее, – огрызается мужчина.
Я лишь пожимаю плечами. Хозяин барин.
– Что-то еще? – интересуюсь я в очередной раз с улыбкой, напоминая себе работника общепита.
– Да. Хочу, чтобы ты завтра принесла мне исправленный вариант договора и кофе. Я пью черный без сахара.
О-о-о, боги, дайте мне терпения. Я встаю из-за стола, не прощаясь, покидаю кабинет.
– Чтоб ты сдох, Ярослав Витальевич, – шиплю сквозь зубы.
– Что, Мария?
Ты смотри, у него еще и слух идеальный.
– Цветок засох, Ярослав Витальевич, – указывая на огромный фикус у выхода.
И на что я рассчитывала, когда шла к Смирнову?
Честно говоря, я даже фантазировала об извинениях, хотя бы самых скупых. Глупая Маша… он всего лишь продолжил свою игру, только руки держал при себе.
По традиции Смирнов нагнал меня около лифта.
– Кофе захотел, – пояснил. Двери лифта открылись. – Проходи, – пропуская вперед, посторонился мой персональный мучитель.
– Спасибо, я пешком, – развернувшись, я зашагала к лестнице.
– Не глупи, тут семь этажей, – услышала я за спиной.
***
В среду, взяв обновленный экземпляр договора и не забыв про кофе, щедро сдобренного семью ложками сахара, я гордо шагала в кабинет «Его мучительства».
В приемной Наталья сочувственно улыбнулась и сообщила, что меня уже ждут.
– Доброе утро, Ярослав Витальевич, ваш кофе, – звякнула я о стол чашкой.
– Доброе, Мария, – улыбался Смирнов.
Э-э-э, нет. По части искренних улыбок меня не победить – опыт. Широко улыбаюсь в ответ и присаживаюсь на тот же стул, что и всегда.
Протягиваю договор, и пока его изучают, слежу за реакцией. Ярослав Витальевич потягивает кофе. Надо отдать должное его силе воли, моя детская выходка не проняла. Жаль.
– Я бы хотел добавить еще пару пунктов.
– О, пожалуйста. – Я открываю ежедневник. – Готова записывать.
– Два раза в год нам нужен конференц-зал. Хочу проводить тренинги для своих сотрудников. – Я понимающе покачала головой, наконец-то адекватная просьба. – И в ближайшее время пусть проведут мероприятие на тему: «Женская агрессия, насилие в семье и на работе. Бесправие мужчин».
Вот как! То есть, это я на него напала?
– Я бы осмелилась предложить курс и для женщин, у вас их все же большинство в штате компании. «Мужчина насильник и агрессор. Профилактика и борьба», – парирую.
– Резонно, – допивая кофе, соглашается Смирнов. – И второе, хотел бы, чтобы на наших этажах около лифта прикрепили памятки, запрещающие входить в лифт с незнакомками.
– Вы хотели сказать, с незнакомцами?
– Нет! – издевательски поправляет. – Незнакомками! По опыту знаю, они опасны.
– Возможно, вы ее чем-то напугали? Или оскорбили?
– Не думаю. Скорее всего, дело в ней, – лениво протянул он слова.
– Да вы что?! – я искренне удивляюсь. – И что же с ней не так?
– Она боится признать, что ей понравилось. Себя обманывает и меня заодно.
М-да, от скромности не умрет.
– А вас никогда не посещала мысль, что нужна взаимная симпатия? – я делаю ударение на слове «взаимная».
– Я уверен, что она взаимна. – Не отрываясь, Смирнов смотрит на меня.
И зачем так смотреть? Вот чего он ждет? Что я сейчас признаюсь в том, как меня завел его поцелуй?! Или наброшусь на него, срывая с себя одежду, прямо в прыжке?
– Вам показалось. А, как известно, когда кажется, креститься надо.
Что за чушь я несу?
– Это какая-то местная традиция или общее провинциальное веяние? – издевается Смирнов.
Последняя фраза задела за живое.
Высокомерие, сколько его в нем?
– Как можно быть таким невыносимым?! Это риторический вопрос, можете не отвечать, – я рычу, направляясь к выходу. – Ярослав Витальевич, у вас тут цветок засох, опять! – Выхожу из кабинета, не прощаясь.
Слышу за спиной шаги.
Смирнов ровняется со мной.
– Решил прогуляться. Как я понимаю, ты больше любишь пешие прогулки, поэтому не приглашаю. – Останавливается около шахты лифта.
Мне же осталось горделиво вскинуть голову и проследовать к лестнице, проклиная тот день, когда встретилась с ним.
Здравствуй, четвертый день хождения по мукам!
Я плелась в офис Смирного со скоростью черепахи. Что спешить, если ничего не изменится? Всю ночь, наверное, выдумывал глупые дополнения.
Вот я сейчас приду, он наговорит мне колкостей, я не останусь в долгу – отвечу и покину этот проклятый кабинет ни с чем. Прохожу мимо Натальи. Безразлично взмахиваю рукой, в которой держу ежедневник, в знак приветствия и вваливаюсь в кабинет.
Подмигиваю моему другу фикусу, сажусь за стол, открываю ежедневник и, не здороваясь, говорю:
– Диктуйте.
На лице «Его мучительства» на пару секунд отразилось удивление. Да чему удивляетесь, господин Смирнов, никогда апатию не видели?
– Доброе утро, а где договор?
– А есть смысл его приносить, разве не будет новых пунктов? – отзываюсь с безразличием.
Мой телефон призывно звонит.
– Извините, мне нужно ответить. Я могу выйти, чтобы не мешать.
– Не стоит, говори тут.
– Да, Леонтий Борисович. Как ваши дела? Что? Опять? Я вас поняла, прошу прощения за предоставленные неудобства. Сейчас же переговорю. Да, я тоже иду в среду на торжество. Обязательно с вами станцую. До свидания, Леонтий Борисович.
– Все хорошо? Мы можем продолжить…
– Нет, не хорошо, – не даю договорить и бесцеремонно прерываю. – Мне нужно позвонить. – Набираю номер, не дожидаясь согласия. – Артем, я тебя предупреждала и не раз! Если не можешь контролировать своих клиентов… Да, опять, Кацман. Я понимаю, что вы все закрасите. Это последнее предупреждение! У меня много желающих на вашу площадь. – Отключаю звонок и понимаю, что мечусь по кабинету, как тигр в клетке.
На вопрошающий взгляд отвечаю:
– Опять раскрасили дверь психотерапевта Кацмана. Ничего умнее, чем нарисовать мужские гениталии вместо носа на профиле Фрейда, не придумали… – Апатия сменилась раздражением. – Сегодня будут дополнения, Ярослав Витальевич?
Смирнов ловит меня и аккуратно усаживает на стул.
– Не мельтеши.
Легко сказать, да нелегко сделать. За последние несколько дней моя нервная система сдала позиции. Где та самая стрессоустойчивость, которую я так расхваливала на собеседовании?
Одной ногой я отбарабаниваю ритм «Здравствуй, нервный срыв» и нервно кручу ручку в руках. Передо мной ставят стакан воды. Я непонимающе поднимаю глаза.
– Попей, что-то ты сегодня не в форме. Тебе надо отдохнуть, расслабиться.
Да он просто издевается!
– Мое предложение провести вместе вечер в силе: погуляем, поужинаем. Только ужин, на большем я не настаиваю, если сама не захочешь.
Я лишь закатила глаза, отпила воды, с шумом выдохнула и поднялась из-за стола.
– Если это все, я пойду. До завтра, господин Смирнов.
Глава 5
Мария
***
В пятницу утром я проснулась с решительным настроем, пора уже заканчивать весь этот фарс с договором. Голова шла кругом от глупейших требований, выдвигаемых Смирновым за последнюю неделю.
Юридический отдел просто насмехался надо мной, когда я в очередной раз приходила к ним с новыми пунктами. Да еще Герасимов делал недвусмысленные намеки, что мне нужна помощь или замена, если я не могу справиться с такой «элементарной задачей». Но раз мой мучитель просит вечер, я соглашусь, только на своих условиях.
Не дожидаясь того, чтобы добраться до работы, я набрала СМС Смирнову.
«Я согласна на вечер, место выберу сама».
Сделав последний глоток кофе, нажала «Отправить».
Ответ пришел через пару минут: «Ок, в обед зайду к тебе, обговорим».
Ну нет, еще и мой законный перерыв решил занять.
«Я сама поднимусь», – отправляю в ответ.
«Нет, буду в час».
Он просто невыносим! Даже иллюзии выбора не дает.
***
Ровно в час дверь моего кабинета распахнулась, покорно впуская Смирнова внутрь. В руках он держал кофе и бумажный пакет из местной пекарни. Признаться честно, сдоба – это моя слабость. Я втянула носом запах выпечки, пытаясь понять, что же скрывается за упаковкой.
– День добрый, Мария, кушать будешь?
Если он надеется, что я откажусь, то ошибается, со вчерашнего утра ничего не ела.
– Буду! – Беру один из стаканов с кофе и по-хозяйски исследую содержимое пакета. – Спасибо.
– На здоровье. – Он улыбается и буквально падает в кресло напротив моего стола.
Несколько минут мы проводим в молчании, поглощая обед.
Ярослав, довольный, потягивается и вытягивает ноги.
– Ну? – вопрошающе смотрит на меня.
– Что – ну?
– Почему ты изменила свое решение и приняла мое приглашение?
– Устала, – честно ответила я. Действительно устала за прошедшую неделю. – И, формально, приглашение будешь принимать ты. Если откажешься, я пойму и не останусь в обиде, – лучезарно улыбнулась.
– Хорошая попытка, – рассмеялся Смирнов. – Но хочу тебя огорчить: я приму твое приглашение, даже если ты меня позовешь в гей-клуб.
А вот это серьезная заявка.
– Ты мне только что подал идею, – я не сдержала смешок.
Последовав примеру Смирнова, я удобнее села в кресле, чуть сползла и откинулась на спинку.
Хам смотрел на меня с интересом.
– Ты же желала, чтобы я сдох.
– Всего пару раз, – сказала я со всем безразличием.
Несмотря на всю странность разговора, я не чувствовала напряжения.
– Учти, в конце следующей недели, я уезжаю. Так что, надеюсь, ты не станешь откладывать нашу встречу? – Смирнов сверлит меня взглядом.
– Нет, не стану. Я обещаю тебе свой вечер среды.
Лишь на секунду на меня нахлынуло ощущение потери, но я быстро его задушила на корню. Нашла о ком скучать! Забыла, как скакала по этажам с глупыми поручениями?!
– Что? Среда? Это не тогда ли, когда будут чествовать бизнес достижения Герасимова?
– Угу, – я согласно кивнула, – ты все правильно понял.
– Но… я надеялся провести с тобой вечер… не в толпе.
– Об этом уговора не было. Я напоминаю, что ты всегда можешь отказаться, Ярослав… – Чуть помедлив, я добавила: – Витальевич.
– А я напоминаю, что не собираюсь отказываться, Мария, – упрямился мужчина.
– Ты подпишешь договор? – спросила я с надеждой.
– Утром подписал. Не волнуйся, тех глупых дополнений в нем нет, можешь не искать «фей», – ухмыльнулся Смирнов.
– Глупых?! Ты все же признаешь, что они идиотские? – засмеялась я.
– Не такой уж я и самодур, как ты думаешь.
– Наверное, – я кокетливо вскинула бровь.
Стоп, а что происходит? Почему я флиртую?
Мы погрузились в молчание, и неловкая пауза слишком затягивалась. Чувство комфорта пропало. Все стало не так. Кресло стало неудобным, ерзая, я пыталась найти то самое положение, которое было утеряно минуту назад; волосы лезли в лицо; ворот блузки врезался в шею.
Смирнов не отводил от меня взгляд, а я лихорадочно пыталась придумать отвлеченную тему для разговора, но мозг отключился.
От неловкости спас телефонный звонок.
Ярослав бросил короткий взгляд на экран смартфона.
Я приняла вызов.
– Алло. А, Макс, привет!..
Звонил младший брат. Мы договорились о совместной поездке за город, и я сбросила вызов, вернулась взглядом к Смирнову. Его лицо выражало легкую насмешку.
– Мне пора, – произнес он. Оттолкнулся от подлокотников кресла, одернул манжеты рубашки и, не прощаясь, поспешил уйти.
– И что это было? – уставилась я на дверь.
***
С Леркой мы провели отличные выходные у родных. Мне действительно повезло с ними. Смотрю на своих друзей и знакомых, и мало кто из них, мог похвастаться по-настоящему теплыми и трепетными отношениями в семье. А мы практически каждые выходные собирались у папы Саши с мамой Леной. Андрей с семьей бывал чаще у родителей, чем у себя дома, даже Макс, заядлый холостяк, старался к нам присоединиться, если позволяла работа.
Понедельник – день тяжелый, началась активная подготовка к торжеству. На первом этаже конференц-зал превращался в зал для торжеств. Убирали лишние стулья, нашли место для небольшой сцены, расставляли столы. Гостей должно быть немного: семья, друзья Герасимова, партнеры и, конечно, ключевые арендаторы, куда же без них.
В свой кабинет я добралась почти под конец рабочего дня, сразу же скинула туфли и растянулась на диванчике. Ноги жутко гудели, а живот сводило голодным спазмом. Завтра я точно надену домашние тапки или кроссовки, и пусть хоть кто-нибудь заикнется о неподобающем внешнем виде!
Мой взгляд зацепился за бумажный пакет на журнальном столе.
Хм. Я пересилила свою усталость, села и заглянула внутрь. М-м-м, булочки, пирожки с яблоками – все то, что я выбрала в пятницу из пакета Смирнова. Неужели сам господин Хам позаботился обо мне?..
Сейчас проверю.
«Большое спасибо, но не стоило беспокоиться», – недолго думая, я отправила СМС.
– Стоило, тебе же понравилось. Приятного аппетита, – прочла вслух уже через минуту.
Ну ничего себе… Кажется, пришло время признать, что я совсем ничего не понимаю в мужчинах, вот честное слово! Либо я ничего не понимаю именно в этом мужчине.
Забота безусловно приятна, но полярные смены настроения Смирнова пугали. Что ему вообще от меня нужно?
Во вторник и среду история повторялась: Смирнов, как храбрый, но незримый рыцарь спасал меня от голодной смерти и оставлял выпечку на столике. И кажется, меня приручали простейшим из способов – через угощения. Ни для кого же не секрет, что мы, девочки, очень любим вкусности, особенно те, что вредны для фигуры.
Завершив последние приготовления и убедившись, что все более-менее в порядке, я отправилась домой освежиться к вечеру. Приняла прохладный душ и позволила себя пять минуток поваляться, задрав ноги на стену.
Решив не повторять прошлой ошибки, в этот раз я выбрала легкое струящееся, а, главное, расклешенное от бедер платье. Очень нежного цвета, с v-образным вырезом, короткими рукавами, широким поясом и самой приличной длины до середины икры. Фасон наряда был максимально благочестивым, но при движении, материя красиво облегала фигуру и будоражила фантазию. Туфли на высоком, но устойчивом каблуке завершали мой образ.
Я готова к свиданию, господин Смирнов.
Глава 6
Мария
***
То время, пока я буду вынуждена развлекать «Его мучительство», Лёлька обещала присмотреть за моей непоседой. Как и полагается настоящей подруге, Болотова пришла пораньше, помогла сделать макияж и при этом не забывала кидать пошленькие намеки, довольно хихикая, словно ребенок, который первый раз сказал слово «попа».
Я запланировала вернуться домой к полуночи и перестраховалась. Попросила Лёльку позвонить мне в половине двенадцатого. Подготовила стратегический план отступления на тот случай, если у меня не получится раньше освободиться от гнета столичного хама.
Со Смирновым мы договорились встретиться на торжестве. Он, как и все гости, был приглашен к восьми. Я же в семь была на месте и, резво бегая от музыкантов к официантам и ведущему, проверяла их боеспособность.
Гости начали прибывать минут за двадцать до назначенного срока, в основном те, кто работал в здании и поленился ехать домой, дабы не тратить время и силы.
Павел Петрович со своей женой – Элеонорой Александровной – вопреки традиции, по которой виновник торжества прибывает с опозданием, пришли заранее и принимали с немалым удовольствием лестные поздравления в адрес не только Павла Петровича, но и Элеоноры Александровны.
Я постаралась самоустраниться и быть максимально незаметной на этом празднике жизни. Прихватив бокал с шампанским, выбрала самый непримечательный угол зала, с удовольствием потягивала напиток и рассматривала входящих.
Гости яркими группами, как рыбки в аквариуме, проходили вглубь, обмениваясь приветствиями с теми, кто прибыл раньше и терялись среди приглашенных. Допив бокал, я почувствовала небольшую легкость во всем теле, настроение улучшилось, улыбка беспричинно озарило мое лицо.
Смирнов опаздывал, чем радовал меня еще больше. Пусть прогуливает вечер – мне меньше хлопот. Повеселев от этой мысли и бокала шипучки, решила пробраться к компании знакомых девушек с четвертого этажа. Они все были владельцами небольших, но вполне стабильным компаний. Я покинула свое убежище и направилась в их сторону, по пути прихватив еще бокальчик.
– Вечер добрый, Машенька, – поприветствовала меня Инга, владелица турагентства. – Мы с девочками сплетничаем, ты видела Сергеева? Его новая прическа произвела фурор!
Девушки заливисто засмеялись, поглядывая на молодого мужчину, который разговаривал с Павлом Петровичем.
– Добрый вечер, – произнесла я с улыбкой.
Действительно, прическа Сергеева представляла собой что-то ультрамодное и не поддающееся пониманию простого смертного. Несколько дней назад он носил длинные волосы до плеч, сегодня же были выбриты виски, а оставшиеся волосы на темечке собраны резинками в несколько колец, представляя собой своеобразный ирокез.
Я присоединилась к всеобщему веселью, за что получила строгий взгляд Герасимова. Мило улыбнувшись, я повернулась к Павлу Петровичу спиной, едва сдерживая себя и пытаясь не хрюкнуть от смеха.
«Думаю, на сегодня достаточной алкоголя», – я приняла волевое решение и отставила полупустой бокал.
Смех сменился на восхищенный возглас.
– Обалдеть! – синхронно воскликнули девушки.
– Так, блондин мой! Брюнета делите как хотите, – соблазнительно пропела Инга. – Я серьезно, девочки. Тот шикарный экземпляр – мой.
На что Марина и Лена понимающе закивали.
Я же никак не могла понять, из-за чего они так всполошились, развернулась ко входу. Ах, вот кто сразил красавиц четвертого этажа наповал. В зал вошел Смирнов в сопровождении того самого брюнета, шкуру которого приготовились поделить неудачливые охотницы.
– Хотите, я вас познакомлю с блондином? – предложила я.
– Ты еще спрашиваешь?! Я неделю пыталась завязать с ним разговор, он же ни в какую… – поделилась Инга.
– Да, – сочувственно подтвердила Марина. – Я тоже пару раз с ним сталкивалась в лифте.
Удивительно, а я думала, что Смирнов не против знакомств.
И тут Лена выдала фальшивым фальцетом:
– Он идет в нашу сторону.
Господи, такое ощущение, что я попала на школьную дискотеку. И нас заметил самый популярный мальчик.
Девушки приняли соблазнительные позы, выпятив все богатства, которыми щедро наградила природа, а некоторых и не она, а квалифицированные врачи клиники «Афродита». Приосанились и бросали призывные взгляды. Меня же разобрал смех, и я сдавленно хрюкнула, прячась за новым бокалом с шампанским.
Уверенная походка Смирнова приковала взгляды троицы.
Но надо признать, хам был непростительно хорош.
– Прости, опоздал. Встречал коллегу. – Ярослав притянул меня к боку и поцеловал в висок.
От удивления, единственное, что я смогла выдавить из себя, было:
– Ничего страшного.
А страшно тут было все. Во-первых, мои недавние подруги во главе с Ингой смотрели на меня так, словно готовы сожрать заживо. Во-вторых, мне не нравилась собственная реакция на происходящее – вместо того чтобы отстраниться, я теснее прижалась к мужскому боку, всем своим видом показывая, кто тут самая удачливая охотница.
«Во всем виноват алкоголь!» – нашла я причину и вернула бокал официанту.
Выдержав паузу, я произнесла:
– Инга Воронина, Елена Сорокина и Марина Ливнева, – представила девушек.
– Смирнов Ярослав, – он кивнул в знак приветствия. – Идем, милая, я хочу тебя познакомить со своим коллегой. – Развернул меня в сторону брюнета. – Извините нас, нам пора, – обратился к девушкам.
А вот после этой фразы ни с одной из них мне лучше не встречаться в лифте.
Я выдержала секунду, повисла на руке и грозно зашипела:
– Что за показательные выступления устроил, милый?
– Решил себя обезопасить, – спокойно ответил Ярослав. – Думаешь, я не видел, какие взгляды они на меня бросали.
– Шикарный экземпляр… – я довольно хихикнула. – Надо было оставить вас, господин Смирнов, на растерзание и поругание.
– Сколько?
– Что сколько? – я вопросительно вскинула брови. – Девушек было трое…
– Сколько бокалов шампанского ты выпила?
– Нисколько, – огрызнулась я. – И хватит меня лапать, уже достаточно далеко отошли.
Смирнов делано удивился:
– А я думал, это ты меня лапаешь.
Я наградила мужчину насмешливым взглядом.
– Я вот думаю, раз я тебя спасла, мне же полагается награда…– Договорить не удалось, мы подошли к коллеге Смирнова.
– Леонид, это Мария. К ней можешь обращаться по любым вопросам, – представил меня хам.
Что значит по любым? Ничего не по любым, только по рабочим!
– Мария, это Леонид Киселев. Он остается вместо меня, в пятницу я уезжаю, – пояснил Ярослав. – Надеюсь, ты не откажешь в помощи, если у Леонида возникнут проблемы.
– Добрый вечер, Мария. Рад знакомству, – здоровается со мной брюнет.
– Взаимно, – ответила я и, повернувшись к Смирнову, добавила: – Надеюсь, Леонид не будет злоупотреблять «любыми вопросами».
Ответить Ярославу на мой выпад не удалось – подошел Герасимов и слезно попросил произнести небольшую речь как «самому дорогому гостю». Из присутствующих гость и правда был самым дорогим. Отказать Смирнов не смог и проследовал на импровизированную сцену за Павлом Петровичем. Я же развернулась к Леониду и поинтересовалась:
– И надолго вас сослали к нам? Чем же вы так не угодили шефу?
На удивление собеседник не обиделся, лишь засмеялся.
– Я сам еще не знаю, только сегодня прилетел. Как смогу наладить работу, так меня вернут из изгнания.
– А хотите, я вас познакомлю кое с кем, раз вы у нас задерживаетесь? – невинно спросила я, а у самой созрел план, как избавиться от Леонида.
– Да, конечно.
Взяв под руку мужчину, я направилась в сторону террариума с Ингой, Мариной и Леной. Девушки оживились, заметив наше приближение – все же решили довольствоваться брюнетом за неимением блондина.
Сдав Леонида в три пары заботливых женских рук, я ретировалась ближе к выходу из зала. Смирнов закончил речь, после которой его захлестнула волна желающих быть представленными лично. Никто не хотел упустить возможность столь выгодного знакомства.
Прислонившись к колонне, я блаженно наблюдала, как рвали на части «Его мучительство», переводя от одной компании к другой. Для полного счастья мне не хватало тех милых закусок, красовавшихся на столе и бокальчика чего-то освежающего.
Набрав малюсеньких бутербродиков (даже для канапе они были непростительно крошечными) и прихватив бокал сока, я продолжила любоваться мучениями Ярослава Витальевича.
Он же кидал на меня умоляющие взгляды.
Сам справится, большой мальчик. Как-то я раньше не замечала, чтобы он стушевался перед кем-либо. Отсалютовав бокалом, я доела содержимое тарелки, отметив прискорбный факт – наесться, хоть самую малость, не удалось. Сок оказался персиковым, что меня расстроило еще больше и, поменяв его на бокал вина, я направилась спасать Смирнова. Вдруг где-то во Вселенной мне зачтется второе доброе дело за вечер? Плюс десять к карме – кто же откажется?
Втиснувшись между пышногрудой дамой и Смирновым, я с самым серьезным произнесла:
– Прошу прощения, Ярослав Витальевич, у нас ЧП! Срочно нужна ваша помощь! – Схватила его за руку и потащила к выходу.
Мужчина не сопротивлялся, и через пару шагов это не я его волокла за собой, а он – меня.