Эниа

к чему? к тайне? к чему-то экстремальному?

Сиймор продолжил:

– Мир устроен дуалистическим образом. Ин и Ян. Мужское и женское начало. Свет и тьма… Мы и они. Прежде и ныне… Я знаю, что ты понял, так что останови меня. Скажи, в последнее время ты не чувствовал себя странно?

– Да, болела голова. Я не мог сосредоточиться на своих ежедневных проблемах. И стал обретать чуть

гораздо

более детальные знания об окружающих меня предметах. А если вспомнить и о перестрелке… – они не были столь близки, чтобы сказать им о числах, он не посвятил в детали даже Мартина.

Сиймор и Ан переглянулись украдкой. Питер воспользовался моментом и посмотрел украдкой на нее.

– Сказав, что она в тебе не ошиблась, я имел ввиду то, что тебе известна этимология слова Кинг – любой, имеющий доступ к Гуглу, может узнать это.

Если ему это интересно, конечно.

– Что же во мне особенного? – вяло спросил Питер, пытаясь не показать свою надежду действительно вникнуть в суть. В контексте последних дней термины «реально», «ненормально» и «особенно» срочно нуждались в новом определении. Или хотя бы в еще одном мнении.

– Шипы. – небрежно сказал Сиймор и еще более небрежно глотнул чаю.

Шипы?

Питер вспомнил изображение или скорее чертеж тающих стальных шипов, «увиденных» незадолго до сна.

С этими глазами он, может, и вправду читает мысли? Но ведь шипы даже не были мыслью…

Чай в чашках из муранского стекла, но нехарактерной формы… Брось думать сейчас об этом!

Его застали врасплох, и он не знал, что ответить.

– Ты, наверное, слышал, что свет может вести себя и как волна, и как частица?

– Да-а-а? -

Новая тема?!

Питер представил себе, как он выглядит,

Шипы?!

сидя в кожаном кресле, следя за увлекательными объяснениями Моргана Фримана на предмет этой двоинственности. Задумался над тем, случайными ли бывают совпадения или все это

книги, бабушка Роуз, Мартин, компания, языки…

готовит нас к поворотному моменту в нашей жизни? Он был не очень верующим, но сказал бы: к чему-то вроде Откровения?

– Между прочим, волновая функция света отвергает господствующее ныне мнение науки, что межзвездное пространство пусто. Вакуум. Свет звезд доходит до нас, а волны нуждаются в носителе, в чем-то, что в состоянии «волноваться»?! Я верю, что в будущем окажется, что Тесла был прав, утверждая, что мы плаваем в океане энергии. Что космос полон неуловимой субстанции – эфира, электромагнитными проявлениями которого являются гравитация и магнетизм. И тогда даже пресловутое E=mc2 придется отредактировать… Я отвлекся… А ты слышал такую фразу: «То, что сверху, то и снизу»?

Гм, он, видите ли, отвлекся… Впервые.

– «Сверху», «снизу», снова дуализм – Питер пытался следить за направлением беседы, – и таков принцип герметиков. Как и «Все двоинственно».

– Я поражен. Хотя это тоже можно найти в Гугле. Как у физиков, так и герметиков имеются свои основания. Физики считают, что физика на субатомном уровне – иная, так как фотоны выступают двоинственными – бывают то волной, той частицей. Герметики утверждают, что то, что сверху, то и снизу. То есть, относящееся к большому относится и к маленькому. А физики и математики, занимающиеся квантовой механикой, замечают, что наблюдающий за экспериментом оказывает влияние на его результат. Но я спросил бы: почему только в микро-мире? Алхимики, поклонники и пламенные фанаты герметиков, считают, что можно получить золото из свинца. Первые приходили к ошибочным выводам о том, что микро- и макро-мир подчиняются разным правилам. И ошибочным образом наименовали наблюдателя. Вторые ошибались в том, что для трансформации необходима химическая реакция.

Питер чувствовал, что число его вопросов зашкаливает за здоровый максимум,

Шипы? Господи!

но он редко встречался с таким собеседником. Оставил его вести беседу, пропустил шипы и задал только два:

– А как назвать наблюдателя? И что необходимо, если не химическая реакция?

– Ответ на оба вопроса, – тут Сиймор снова глотнул чаю, он не был лишен драматического чутья – Творец.

Молчание.

– В смысле… Бог? – Питер был достаточно умен, чтобы догадаться, что его не уводят в этом направлении, но хотел услышать это собственными ушами.

– Не в общепринятом смысле. – пожилой мужчина элегантным жестом поставил чашку на столик

из красного дерева, сделанный хотя бы 150 лет тому назад, резной, в стиле… Не сейчас!

Сиймор чуть заметно вздрогнул, погладил столик, улыбнулся и продолжил:

– Так называемый Наблюдатель не просто влияет на результат эксперимента, он предопределяет его. Создает свет-волну или свет-частицу. В ходе эксперимента с кошкой Шредингера28 он создает живую или мертвую кошку. Становится Творцом. А алхимик, вместо того, чтобы бегать с пробирками и заклинаниями вокруг слитка свинца, должен только захотеть, чтобы это был слиток золота. Выступить в качестве Творца. И все. Согласно другому принципу – Гермеса Трисмегиста29: «Вселенная ментальна». Между прочим, в Книге сказано, что мы созданы по образу и подобию Бога. В каком плане? Выглядим, как Он? Возможно, он применил бы знакомый дизайн… Это соответствовало бы части «по образу». Но не скрывается ли смысл «подобия» в том, что мы в состоянии создавать миры своей мыслью?

Более длительное молчание.

Те двое смотрели на Питера с ожиданием, не мигая, будто вели его к напряженному финалу какого-то испытания. И если он пошевелится или скажет что-то не то, они моргнут, и он снова станет тем же Питером, который считает построение чисел частью бабушкиного фольклора?

Надо спросить его о числах! И о Шипах!

Про себя он одобрял ход мысли Сиймора.

Забудем на время то, что считаем нормальным.

Не хотелось вступать в спор с ним. Не хотелось выкладывать аргументы преобладающих научных мнений.

– И вы с Ан кто?… Герметики?

Он моргнул, она поправила прядь волос, а Питер не вернулся в ранчо бабушки Роуз.

– Нет, Питер. Мы с ней Творцы. Такие же, как и ты между прочим.

Он начинал привыкать к минимизации проявления удивления и паузам:

– И я создал что?…

– Шипы на металлических воротах новостройки. Делая первую попытку, бессознательно, конечно. Таким образом ты нейтрализовал одного нападающего. Ан нейтрализовала второго. Так ты оказался с нами, а не с ними.

Питер открыл рот, чтобы задать вопрос… И только вздохнул. Минимизация пропала.

В течение следующих часов разговор вилял по своим, редко посещаемым дорожкам. Питеру очень хотелось вернуть его в более недавние события, центром которых он стал, но решил играть по правилам Сиймора.

– А что тебе известно о Шумере?

– Все, что и всем. Цивилизация между Тигром и Эфратом, города, письменность, глиняные таблички…

– И всего?

– Ну, мои друзья

Мартин, отец и… обчелся.

описали бы меня в виде библиофила, так что я прочитал и все, написанное Закарией Ситчиным. Он предлагает интересную теорию происхождения человека. Что мы, якобы, созданы Анунаками. Между, прочим, я с нетерпением ждал выхода на экран фильма „1Anunnaki”, короткий трейлер которого некоторое время крутился в Интернете и начинался с утверждения, что Дарвин ошибался. И обещал продолжение в стиле Ситчина. Но… Видимо, что-то произошло, и фильм так и не был отснят.

– О нет, он был отснят, когда-нибудь я покажу его тебе. Но встретил яростный отпор со стороны церкви. А также со стороны дарвинистов и тех, кто подпитывает их заблуждения.

– Неужели, по-твоему, Дарвин действительно ошибался, а Ситчин был прав?!

– Гм… Будем считать, что оба ошибались.

Ошибались! И он это знает? Будто кто-то назначил его обладателем абсолютной истины, при том на полный рабочий день…

Он начинал задаваться вопросом, сможет ли разговор после восточного мистицизма, забытой мудрости Шумера и Древнего Египта, алхимии, квантовой механики и даже упоминания о Боге

Богах,

стать еще более замысловатым? Мог бы. Просочились темы о шаманизме, мифах о создании мира и наконец – о киоте и пирамидах. А в придачу – о вероятности существования теневого мирового правительства. Сиймор, видимо, хотел удостовериться, насколько Питер ознакомлен со всей этой материей, и насколько склонен воспринять… скажем так: иной взгляд на все перечисленное.

Питеру достойное партнерство уже не удавалось.

Кажется, Мартин с его интересом к древним загадкам и современной конспирации был бы более подходящим собеседником для Сиймора. Прав ли Сиймор, и не превратны ли наши представления о мире, благодаря тысячелетнему опыту цивилизации? Или, может, права наука, а огненные глаза Сиймора – это просто внешнее проявление его сумасшествия?

У Питера имелись аргументы и в обоих направления, он не в состоянии был решить. Время суток и вернувшаяся головная боль мешали ему сделать оценку.

Настенные часы из красного дерева с богатой резьбой и маятником, потрескавшимся из-за возраста, удивительно плотным аккордом объявили, что время – пять утра. Через боль пробило:

Фа диез доминирующей частотой 438 герц.

– На самом деле сейчас 4:38, дедушка никогда не сверяет их, но все равно довольно поздно. Не хотите ли уже…

– Ты права Ан, давайте ложиться, утро вечера мудренее. – Сиймор счел, что преподнес достаточное количество экстравагантной информации, несмотря на свои английские манеры потянулся, как ангорский кот и встал.

•◦••◦

Хмурое лицо Эмиля Зандера выглянуло из стены-голограммы. А за ним – его безупречный костюм, покрой которого безуспешно пытался сделать его более высоким и более худым. Вклад итальянских туфель был в пределах 2-3 сантиметров.

Эмиль подошел к притихшей группе и тихо обменялся несколькими словами со Ский 1. Осмотрел поближе повязки на зеленом берете на носилках и выслушал короткий отчет доктора. Раненый был без памяти. Наверное ему повезло, что в данный момент он был напичкан болеутоляющими.

КОМ глянул издали на бесформенный мешок в багажнике Мерседеса.

Бывший агент ЦРУ. Гм, теперь уже действительно бывший.

Пехотинец стоял в двух метрах от своего мертвого коллеги.

– С тобой поговорим потом! – плеснул в его сторону Эмиль.

– Сэр, там действительно были шипы, а до этого их не было, они… вывели Третьего из строя. А затем Питер воспользовался транспортом, и мы его упустили! Первый не оставил ключей на панели, и пока я обыскивал его, уже не за кем было гнаться!

Эмиль кольнул его взглядом:

– Первый и Третий, да? А ты кто такой? Второй что ли? И в последний не годишься! Господи, эта операция должна была быть самой обычной! Вашей целью был какой-то штатский, черт побери! Я требую полного письменного доклада! И доложу выше о твоем грандиозном провале! Фантомные шипы!

Этого, кажется, тоже сделаем бывшим.

– Сэр, вы осмотрите раны Третьего, я и вправду…

Эмиль Зандер сидел на корточках рядом с металлической створкой ворот новостройки и уже не слушал жалких оправданий пехотинца. Его внимание привлекли пятна на металлической трубе. Он прикоснулся к ним пальцами. Они были на расстоянии одной пяди друг от друга. Ни выпуклые, ни вогнутые. С кровью вокруг. И блестящие, нетронутые окружающей ржавчиной.

Пехотинец стоял молча. Не находил смысля продолжать объясняться. Смотрел в спину начальника.

Злюка! Не запустить ли тебе в затылок?! А до этого выковырять твои злючие глазенки?

•◦•••

Яичница-глазунья, ветчина, колбаски и тосты – английский завтрак. Как говорил Эркюль Пуаро: «У англичан нет кухни, у них есть пища». Но английский завтрак – другое дело, гурман в Питере не имел к нему никаких замечаний.

Он ел с аппетитом, конкурирующим вчерашнему вечернему, стараясь не выглядеть невоспитанным. Со стороны книжной лавки не было слышно шагов, видимо, его не открывали. Только тихие разговоры из соседнего кафе.

Сегодня воскресенье, поэтому.

– Теперь тебя не оставят в покое. – Сиймор небрежно поднял стакан с апельсиновым соком.

– Они? – воспоминание об агентах

из ФБР

вернулось, и Питер потерял аппетит.

– Да, ты же знаешь, мы, они… И ты между ними – аппетит Сиймора оставался на месте, он перекладывал ножом ломтик ветчины и немного яичного белка на свой последний тост. Ан уже кончила завтракать. И тихо стучала по ноутбуку у себя на коленях. Она могла узнать то, что ее интересовало, и без Интернета, но это напрягло бы ее, а затем и обессилило бы.

– Ну ладно, вы – Творцы. А они?

– Они – Фонд.

– Фонд?

– Так называются. И недовольны тем, что мы знаем о нем в деталях. И препятствуем их планам господствовать в мире. Мы противники спокон веков. С ними мы как свет и тьма, их спроси, они – свет… Между прочим, мне нравится мысль: Как быстро ни двигается свет, прибыв на место, он обнаруживает, что тьма его опередила. Это просто остроумие или же – явление, заслуживающее серьезного научного исследования? – улыбнулся Сиймор и аккуратно промокнул льняной салфеткой капельки сока с подбородка.

Трудно следить за мыслью этого человека!

– И что лежит в основе такого антагонизма?

– Мне нравиться твоя речь, Питер, недавно с твоего кресла меня спросили: «И чем же ваша каша отличаэтса, мээн?» – Сиймор засмеялся, а затем продолжил:

– В основе лежит Эниа. Или способ ее использования каждым в отдельности.

Питер переключился на полиглотский режим, не смог справиться с переводом и спросил:

– Что такое Эниа?

– На Йорубе означает «прозрение».

Йоруба был языком, о существовании которого Питер даже и не подозревал.

Откровение, Прозрение, Йоруба, Питер в стране чудес!

– Фонд называет его Прозрением, но это практически одно и то же. У тебя как получилось? – Сиймор приподнял правую бровь – мимика, более характерная для Питера. – Хакеры сновидений?30 Обладание осознанными сновидениями? Ты получил электрический удар?… Или построил числа, о которых тебе намекнула Роуз Бартон.

Я как раз решил, что смогу придерживаться темпа разговора без пауз!

Питер раскрыл род, успел выпалить только:

– Прости?

– Ты достиг Энии. Они это знают, мы это знаем и ты сам это знаешь. Головная боль, детальность твоих восприятий…

– Ты знал мою бабушку?!

– Энии можно достичь разными путями. Я перечислил лишь небольшую их часть. Йога тоже помогает. Я, например, таким родился

причем ужасно давно.

В детстве Ан получила огнестрельное ранение в голову во время неудачного грабежа. И потеряв тогда своих родителей… Выйдя из комы, она поняла, что может делать в уме математические вычисления и анализы.

Получила огнестрельное ранение?! Он ее вырастил! И это все с неупоминанием о числах.

– Я построил числа. Ты был знаком с Роуз!? – переспросил Питер.

– Да. Она была замечательным человеком, и я ее очень уважал! Она шла к Ении, я посоветовал ей отказаться, и она прожила свой век, будучи, гм… Фонд называет их вычислителями.

– Кого?

– За исключением нас обоих с Ан, нескольких сотен наших сподвижников в мире и половины Фонда, все остальные – вычислители. А теперь тебя тоже придется исключить. Таких, как ты, называют Игроками. Поскольку ты все еще не перешел на ничью сторону, – и Сиймор мудро почесал свой подбородок. С его осанкой, почеши он хоть свою задницу, все равно это выглядело бы мудро.

– Вычислители, Творцы, Игроки? Вы ведь понимаете, что все это для меня слишком?! – Питер потер виски, Ан перестала стучать по клавишам и для того, чтобы успокоить, поощрить его или и то, и другое, сказала:

– Почему же, ты справляешься неплохо!

Питер рассеяно посмотрел на нее поверх ноутбука.

Ноутбук. Компьютер! 192, 168, 10, 112, 80, 96. IP адрес: 192.168.10.112:8096. Мой адрес. Поставщик присвоил мне порт 8096 для http-протокола, вместо обычных 80 или 8080.

Не напишет Мартину по электронной почте, чтобы спросить у него о последних запомнившихся числах. Даже и не затем, чтобы похвастаться, что понял, что они из себя представляют. Не до этого было.

Ан О’Мали закрыла ноутбук и сказала:

– Дедушка, я не могу зайти в «Зандер Индустриз», они, наверное, обнаружили черный ход и ужестчили меры безопасности. Жаль.

Затем посмотрела на Питера:

– Но я знаю, каким образом они думают. И не зная точно, каковы их планы, могу догадаться, что Мартин в опасности. Твой отец тоже. Вероятность, что они попытаются добраться до тебя через них, очень большая.

Неужели эти люди знают обо мне все?

– Не могу позволить, чтобы из-за меня с ними что-нибудь случилось. Позвоню предупредить их.

– Не считаю это разумным, ты в розыске. И они очень упорны в этом плане. Могут проследить за любой твоей попыткой связаться, поэтому я выбросила твой мобильник вчера вечером…

– Ладно, тогда поговорю с Фондом. Посмотрим, чего они хотят.

Тут вмешался Сиймор.

– Ты решаешь, Питер, не могу тебе перечить. Но ты ведь заметил, что они привыкли сперва стрелять? Предпочитают тебя мертвым, а в крайнем случае – в их числе. Предлагаю следующее. Я позабочусь о безопасности Чарльза Бартона. Поскольку тебе не рекомендуется пользоваться телефонами, ты, Питер, позвони Мартину с предоплаченного телефона. Или через ноутбук Ан. Я не думаю, что за Мартином могли бы проследить. Предупреди его, чтобы он скрылся ненадолго. А Ан позаботиться о от твоей безопасности.

Питер задумался.

Они знают не все. Например, то, что с Мартином нельзя связаться по телефону.

Но отправить ему письмо с компьютера Ан, был идеей неплохой. Ему хотелось верить этим людям. И требовалось время, чтобы все обдумать. Кроме того, ему понравилась идея провести еще немного в компании Ан.

Ан О’Мали-Стрьом.

О’Мали – нормальное ирландское имя.. Его беспокоил дефис и «Стрьом».

Наверное, и мистер Стрьом где-то рядом.

– Вы уверены, что с папой все будет в порядке?

– Да.

– И… Если можно, не говори ему всего того, чего сказал мне. Он… скажем так: расстроится.

Примет всех нас за сумасшедших!

– Я вообще не собираюсь с ним разговаривать.

– Ты ведь в состоянии уберечь его, да? – переспросил Питер.

Огненные глаза уставились на Питера со всей серьезностью света:

– Даю слово.

Питер позволил себе немножко изменить план Сиймора. Ничего, что это могло бы помешать ему провести более длительное время наедине с Ан.

– ОК, но с Мартином тоже все должно быть в порядке. Я отправлю ему письмо, а кроме того, собираюсь повидаться с ним.

Сиймор и Ан переглянулись. Кажется, это их не удивило.

– Он в довольно надежном месте. Если останусь у него на некоторое время, я тоже буду в надежном месте.

Ан отреагировала первой.

– Хорошо. Отправь ему письмо. С моей почты. – и повернула ноутбук к нему. – Твою читают.

Питер набрал электронный адрес Мартина. В поиске подходящих слов на то, чтобы предупредить его, открыл новый таб в браузере. Гугл. «438 герц». Энтер. Написал сообщение Мартину и отправил его. Написал еще одно – Биллу Харкнесу: «Придется выйти в отпуск. Делай все, как договорились. Будем на связи. Питер». Вернулся к поисковику. После быстрого просмотра результатов у Питера сложилось впечатление, что 438 герц – это резонансная частота саркофага в большой пирамиде. Или всей камеры царя.

Почему это меня не удивляет?

Закрыл браузер и подвинул ноутбук к Ан.

– Видимо, Ан придется сопровождать тебя в… куда на самом деле? – спросил Сиймор.

– В Болгарию.

Большинство людей, которых Питер знал, сразу спрашивали, где это? Только не Сиймор Кинг. Или Ан Стрьом.

– Забронирую билеты – склонилась она над клавиатурой.

– Сиймор, по моем возвращении надо будет продолжить наш разговор. – улыбкой приукрасил свое предложение Питер.

– Обязательно, сынок, обязательно.

••◦◦◦

Колли в очередной раз оставил палку у ног Чарьза. Он улыбнулся и снова забросил ее на лужайку. Собака полетела за ней. Она только-что освоила эту игру. Обоим было весело. До тех пор, пока колли не встал как вкопанный, не добежав до палки. Он наклонил голову и оскалил зубы

как большая страшная собака

и залаял и зарычал на что-то по ту сторону мокрой от слюны игрушки. На пыльную дорогу.

– Колли! Давай, парень! Принеси палку.

Собака только повела одним ухом на Чарльза, но не отказалась.

– Что с тобой? Там нет ничего, принеси палку!

••◦◦•

В сером Mercedes G65 AMG сидело трое. Команда Гамма. Долгому путешествию подходил конец, и они зашевелились. Один из них не отрывал глаз от системы навигации, которая лежала у него на коленях. Водитель и второй рассматривали местность окрест. Тот с навигацией сказал:

– Поверни сюда!

– Ты уверен?

– Убежден!

Внедорожник покинул удобство асфальта и повернул на проселочную дорогу. Вскоре она тоже кончилась. В ничто. Все трое вышли и прошли метров десять вперед. Одни поля, кустарники и пыль, липнущая к ботинкам.

– Ты же был убежден?! Никакого ранчо тут нет!

Второй посмотрел на него обиженно и повернул к нему экран навигации. Там были отмечены координаты. И горела надпись: «Цель достигнута».

Третий, черты которого свидетельствовали о наличии индейской крови, сидел на корточках и рассматривал след собачьей лапы в пыли. Ему показалось, что слышен далекий злой лай. Он тряхнул головой и встал. Здесь действительно не было ничего. Все трое торчали среди акров сельскохозяйственных земель.

••◦•◦

Ан вернулась в комнату. Она несла с собой черный паспорт с орлом и звезочками на обложке.

А не черный Глок с глушителем. Ведь им предстояло лететь.

Питер уставился на паспорт и пробурчал что-то типа: «Черт побери!»

– А твой где? – она проследила за его взглядом.

– Дома.

– Тогда едем забирать его. Некогда оформлять новый. Да и вряд ли уместно заказывать паспорт.

– Разве меня там не ждут?

– Ждут. Но придумаем что-нибудь.

Они попрощались с Сиймором, и он поцеловал Ан в лоб

как заботливый дедушка,

Пожал руку Питеру и пожелал им ни пуха. Они пересекли безлюдную книжную лавку и вышли на улицу. Клиенты кафе почти перегородили своими стульями доступ к „Books & Knowledge”. Оба пробирались мимо них, не переставая вежливо улыбаться. Когда добрались до Тойоты Ан, события вчерашнего вечера всплыли в голове у Питера. Теперь он понял, что заднее стекло в целости и сохранности. Лишь для того, чтобы удостовериться, обошел машину и спереди. Отметил отсутствие следов столкновения с наемником. Фактов, способных удивить его, становились все меньше. Чуть приподняв правую бровь, он сел в машину.

В манере Ан водить машину не было и намека на ее вчерашнее темпераментное вождение. Она придерживалась ограничений скорости, дорожных знаков, даже пропускала более настойчивые автомобили, не имевшие преимущества.

Не то, чтобы знал, где именно находится, но Питер решил, что поездка будет долгой. Времени было достаточно, чтобы послушать ее версию, и он навел ее на тему:

– Создавать миры своей мыслью, да? Сиймор действительно верит в это? А ты?

– Верю. И я верю в это, так как могу… гм, ну не миры, но что-нибудь мелкое. И вычисляю. Ты тоже умеешь, вспомни про шипы.

– И что же ты создаешь?

– Главным образом траектории. Машин, предметов… Например траекторию пули. Она попадает туда, куда я захочу.

Что со мной было вчера вечером? Я ведь никогда не пропускаю!

Или после быстрого математического анализа могу перебежать через оживленную автотрассу бегом и не оглядываясь.

– Если считать, что я создал шипы, а твои пули попадают в желанную цель… Это… да, изумительные, но мелкие вещи… Не то что создавать миры.

– Дедушка всю жизнь изучал наследие своих предков. И пришел к выводу, что вселенная действительно ментальная. Люди поддерживают в ней порядок, благодаря своим мыслям. О том, что все вещи стоят и являются такими, какими мы их поставили. Что идея, осенившая одного, осеняет и другого или он ею делится и находит сторонников, а затем она превращается в реальность.

– Каким образом?

– Например, спор о том, кто открыл радио – Тесла, Маркони или Попов? Неважно, кто был первым, а то, что это случилось. Просто довольно много людей обрабатывали информацию, связанную с этой идеей, она созрела и материализовалась. То же самое происходит с машинами, зданиями, со вселенной. Они существуют, благодаря тому, что мы обрабатываем информацию о их характеристиках. И технологии, которые приводят к их созданию, именно таковы, какими мы их себе представляли. Причинно-следственные связи работают потому, что мы в них верим.