- -
- 100%
- +
– Хорошо… Так и скажи им. Хотя странные какие дела творятся вокруг тебя… Прямо странненькие!
После этого он, шмыгнув носом, деловито отправился на кухню заваривать себе чай.
– Да уж… А то я не вижу! – бросил я ему вслед и, поднявшись, натянул на себя одежду.
Чувствовал я себя по-прежнему крайне скверно. Предметы перед глазами время от времени начинали двоиться, а на спину и плечи давила невыносимая тяжесть.
«Как будто слона сверху положили», – почему-то подумалось мне.
Одевшись, я уселся за компьютер и, попивая приготовленный Фёдором чай, принялся бессмысленно двигать курсором по экрану, раз за разом прокручивая в голове события этой ночи. Так прошёл где-то час или немногим больше, пока трель дверного звонка не вырвала меня из пелены беспрерывной фрустрации. Поднявшись из-за стола и борясь с внутренним желанием во что бы то ни стало не открывать, я всё-таки побрёл к входной двери. Для меня было очевидно, что сейчас на лестничной клетке, в ожидании, томились агенты службы «Контроль».
Навесив на лицо выражение обречённой покорности, я, процедив сквозь зубы: «Входите!», открыл дверь. Они вошли. Это были всё те же двое, имён которых я не знал, да мне и не полагалось интересоваться такими вещами. Я жестом указал им в сторону комнаты, а сам бросил беглый взгляд на кухню, дверь в которую тут же закрылась. Фёдор, ровно как и я, явно не горел желанием лишний раз встречаться с этими типами. И, в отличие от меня, у него была такая возможность.
Пройдя в комнату, агенты тихо уселись на диван и взяли выжидательную паузу, после которой «лысый», не глядя на меня, произнёс:
– «Пульсатор» можно ваш?
В тот же момент его напарник, вынув сигарету, закурил. Спустя секунд десять он стал бегать растерянным взглядом по поверхности стола в попытках отыскать крышку, которую в прошлый раз я предоставил ему вместо пепельницы.
«Надо же, какой сегодня вежливый. Вчера ведь, не задумываясь, сразу на пол стряхивал», – подумал я, но вслух сказал лишь:
– Держите!
Взяв с подоконника ту самую крышку, я, не скрывая брезгливости, пододвинул её к нему. Курящий агент лишь криво ухмыльнулся. Поймав на себе вопросительный взгляд «лысого», я подошёл к сейфу и, небрежно вынув оттуда «пульсатор», передал его. Агент молча повертел устройство в руках, а затем, не поднимая глаз, спросил:
– «Мираж памяти» досмотрели?
Я попытался изобразить на лице максимальную беспечность и, начав зачем-то почесывать правую руку, ответил:
– Нет ещё, сегодня планировал.
«Лысый», продолжая вертеть в руках «пульсатор», какое-то время молча смотрел на меня, а затем, кашлянув, сказал:
– А и не надо смотреть! Нет там больше ничего интересного для вас! «Пульсатор» этот мы у вас заберём, а вам… ммм… вам выдадим новый. Так что собирайтесь, поедем в «Управление».
Я опешил. Вот куда-куда, а в «Управление» мне ехать совсем не хотелось. Да и в прошлом бывал я там крайне редко. Не того полёта птица, так сказать. Конечно, детство моё, если его можно было таковым назвать, прошло именно там, но на нижних подземных ярусах и при определённом доступе к некоторым зонам. Вдобавок после стольких лет проживания в четырёх стенах лишний раз возвращаться туда желания уж точно не возникало.
– Это обязательно? – я вопросительно посмотрел на них, сразу же получив в ответ два молчаливых кивка.
Обречённо вздохнув и ощутив, как апатия мгновенно захватывает меня в свои объятия, я начал неторопливо собираться. Как только со сборами было покончено, я, не глядя на агентов, проследовал в коридор. Бросив краткий взгляд на закрытую кухонную дверь и накинув куртку, я ухмыльнулся, представляя, как там томится сейчас Фёдор в ожидании момента, когда эти двое уберутся восвояси. Вот только, увы, вместе с ними придётся убраться и мне.
Оказавшись на лестничной клетке, я пропустил агентов вперёд себя и, закрыв дверь, стал спускаться следом за ними по лестнице.
На улице меня встретило солнечное, утратившее всю свою недавнюю серость, морозное утро. Ярко-синее небо украшали проседи плывущих куда-то вдаль облаков, а отражавшийся от свежих сугробов свет заставлял непрерывно жмуриться и прикрывать ладонью глаза.
Когда же я наконец сумел свыкнуться со слепящим меня светом, то увидел стоявшую чуть поодаль от подъезда чёрную машину, в тонированных стёклах которой отражалась часть нашего двора. На контрасте с белизной свежего утреннего снега её угловатый, украшенный хромированными молдингами кузов показался мне каким-то нереальным, словно бы специально нарисованным кем-то в пространстве. Двигатель машины не был заглушён. Нас ждали.
Я невольно улыбнулся от промелькнувшей мысли о том, насколько же это всё выглядит карикатурным: чёрная тонированная машина, два таинственных человека в строгой одежде и я, который под пристальными взглядами моих спутников сейчас усядется внутрь, скрывшись за чернотой стёкол. Непроизвольно фыркнув, я постарался сдержать накатывающий на меня приступ истерического смеха и, прикрыв рот ладонью, сел на заднее сиденье.
Слева и справа от меня с невозмутимым видом уселись агенты. Они оба как по команде одёрнули плащи и, одновременно хлопнув дверьми, сразу же уставились каждый в своё окно. Казалось, что о моём существовании они попросту забыли. Место водителя, как и соседнее от него сиденье, было отгорожено от нас скрывающим переднюю часть салона затемнённым стеклом. Все мои попытки разглядеть за ним хотя бы намёки на очертания того, кто был за рулём, оказались безуспешными.
Машина тронулась беззвучно и плавно, начав постепенно набирать скорость. Мы покатили сквозь заснеженные городские улицы в направлении места, о истинном назначении которого никто из проносящихся за машинными стёклами прохожих даже и не подозревал.
– Ваш отчёт по «Стражу» мы изучили и утвердили, – закуривая сигарету, произнёс напарник «лысого».
Молча кивнув в ответ, я вновь уставился в окно и продолжил наблюдать за проносящимися мимо заснеженными улицами, укутанными в цветные гирлянды деревьями и яркими витринами кафешек и магазинов. Я глядел на людей, которые, очнувшись от последствий новогодних торжеств и обновив календарь на ещё один год, начинали потихоньку заново жить свою суетливую жизнь.
– А ссадина откуда у вас? – услышал я голос «лысого».
Оторвавшись от созерцания улиц, я, растерявшись, посмотрел на него, кое-как сумев выдавить из себя:
– Ударился… об косяк…
Затем, чуть помедлив, уже более уверенным голосом добавил:
– Ночью дома темно было.
После чего снова уставился в окно.
– Об косяк, значит… – произнёс агент многозначительно и умолк.
Между тем проносящийся за окном яркий городской пейзаж успел уступить своё место невзрачной и унылой промзоне.
Быстро проехав вдоль бетонного забора, поверх которого в несколько рядов тянулась колючая проволока, машина замерла у ржавых ворот, створки которых, лязгая и дребезжа, разошлись в стороны.
Тихо въехав на огромную промышленную территорию, мы остановились перед бледно-серым зданием.
Глядя на его дышащие могильным холодом, поблескивающие от инея стены, я тяжело и обречённо вздохнул.
Пройдясь взглядом вдоль смотревших на нас тёмных оконных глазниц, я сместил фокус на ставни подъёмных ворот, через которые внутрь мог заезжать транспорт. Рядом с воротами находилась неприметная металлическая дверь – видимо, через неё мы должны были попасть внутрь.
«Промёрзшая шершавая бетонная коробка. Узнаю Управление… Во всей красе!» – саркастично произнёс я про себя.
Окружавшая здание заснеженная территория выглядела пустынной и заброшенной.
Лишь вдалеке, в отдельно огороженном сетчатым забором участке, можно было разглядеть торчащие из снега локаторы да небольшие вышки с горящими на них красными маячками.
Насколько мне было известно, для внешнего мира «Управление» значилось как заброшенная метеорологическая станция. Давно никому не нужная и бесконечно долго стоящая в очереди на списание. Но всё это, само собой, являлось ложной информацией, предназначенной для случайных глаз и ушей. На самом же деле внутри этой с виду мёртвой бетонной коробки, среди огромного количества подземных этажей, кипела жизнь, о которой мне мало что было известно. На самом деле я даже не знал, сколько всего там этих подземных этажей и каковы реальные размеры «Управления».
Не имея должного доступа, попасть в закрытые зоны для меня было попросту нереальной задачей.
Все двери требовали ключ-карту, а также последующее дополнительное подтверждение через сканирование сетчатки глаза. Вдобавок поговаривали, что самые важные секторы и вовсе охраняет патруль. Впрочем, сам я с ним ни разу не сталкивался.
«Выходите», – голос «лысого» врезался в мои воспоминания, словно нож в масло. Посмотрев на меня с явным недовольством, он мотнул головой в сторону и добавил: «Нечего здесь засиживаться!»
Оказалось, что оба агента уже какое-то время ожидали меня, стоя на улице, и это явно их раздражало.
Пролепетав что-то бессвязное в своё оправдание, я быстро выбрался наружу, захлопнув за собой дверь.
Встав в сторонке, я стал наблюдать за тем, что будет происходить дальше.
Напарник «лысого», как всегда, уже вовсю дымил очередной сигаретой. Лишь после того как от неё остался практически один фильтр, он бросил окурок в снег, затушив ботинком. После этого, повернувшись в сторону подъёмных ворот, он кратко кивнул.
Раздался лязгающий звук, и створка ворот, слегка дёрнувшись, с жужжанием поднялась вверх.
Мы пронаблюдали, как привезшая нас сюда машина, тихо шелестя шинами, скрылась внутри здания.
Когда створка ворот вновь опустилась, «лысый» бросил на меня краткий взгляд и, повернувшись, подошёл к металлической двери.
Я внимательно следил за ним. Мне было интересно, как он собирается действовать, ведь, как я уже подметил, никакой ручки у двери не имелось. Также я не заметил никаких намёков на дверной замок или замочную скважину. Абсолютно ровная, пусть и покрытая местами ржавчиной, металлическая поверхность.
Агент же, в свою очередь, немного потоптавшись у двери, засунул руку вглубь своего плаща и, повозившись, вынул из него белую пластиковую карту без каких-либо опознавательных знаков.
Повертев её в руках, словно выбирая нужную сторону, он приложил карту к левой нижней части двери и, подержав её так пару секунд, убрал обратно.
Я услышал глухой щелчок от срабатывания внутреннего механизма, после чего дверь, слегка выдвинувшись вперёд, бесшумно отъехала в сторону.
«Прошу», – произнёс «лысый», жестом приглашая меня пройти внутрь.
Я повиновался и сделал несколько шагов вперёд. Агенты последовали за мной, и дверь за нашими спинами закрылась.
Несколько десятков секунд мы стояли в полной тишине, окружённые непроглядной темнотой. Затем над нашими головами вспыхнул яркий, ослепляющий свет, и всё вокруг наполнилось громким механическим гулом.
Глава 3
От яркого света у меня тотчас же зарябило в глазах. Пришлось прикрыть их рукой и немного подождать, пока они привыкнут к освещению. Осторожно убрав ладонь от лица, я осмотрелся вокруг.
«Давненько меня здесь не было», – беззвучно прошептал я, кривя губы в кислой ухмылке.
Казалось, с последнего моего визита в это место никаких видимых изменений здесь не произошло.
Вдоль боковых стен, вперемешку с неизвестными мне механизмами, располагались «ракушки», через систему которых в «Управление» поступал воздух. На потолке ровным рядом под защитными плафонами висели люминесцентные лампы. Из-за плохого контакта они постоянно моргали, иногда угасая на несколько секунд.
Впереди, примерно в пятнадцати метрах от нас, находились двери лифта, рядом с которыми располагались массивная подъёмная платформа. Именно она некоторое
время назад отправила в недра «Управления» доставившую нас сюда машину.
Ощутив сбоку от себя движение, я увидел, что агенты, не сказав ни слова, направились в сторону лифта. Лишь «лысый» едва заметно повёл головой, явно приглашая меня следовать за ними.
Опустив голову, я подчинился и побрёл вперёд, глядя на плывущий под ногами матово-серый пол.
Как только мы подошли к дверям лифта, они тут же разошлись в стороны, выпустив наружу поток приглушённого жёлтого света.
Агенты выразительно посмотрели на меня, словно говоря: «Давай, заходи внутрь, не задерживайся».
Я покорно вошёл в кабину. Агенты последовали за мной.
«Лысый», окинув взглядом сенсорную панель сбоку, отточенными движениями ввёл на экране нужную команду. Двери лифта бесшумно сомкнулись, и кабина начала движение.
Хотя самого движения я не ощутил. Мне казалось, что кабина осталась стоять на месте, лишь заметно приглушив при этом свой свет. Но на самом деле мы уже давно спускались в самое «сердце» построенного «Управлением» муравейника.
Едва я успел задуматься, сколько времени займёт этот спуск, как двери лифта тут же разошлись в стороны.
«Мысли они мои читают, что ли?» – саркастически подумал я.
Перед нами открылся слабо освещённый коридор, вдоль которого по обе стороны располагались многочисленные двери. Все они выглядели абсолютно одинаково: толстый слой металла, выкрашенный в красный цвет, поверх которого трафаретным шрифтом были нанесены белые численно-буквенные комбинации, суть которых оставалась для меня совершенно непонятной.
«Надо же, ведь не в первый раз здесь нахожусь… А по ощущениям будто впервые. До чего же это место неприятное и гнетущее», – промелькнула в голове тревожная мысль, наполнив ноги предательской вялостью.
Мы вышли из кабины и молча зашагали вперёд, двигаясь друг за другом в тусклом свете дежурных ламп.
От царившей повсюду угнетающей атмосферы мне временами начинало казаться, что я нахожусь вовсе не в «Управлении», а блуждаю по очередному коридору Изнанки.
Пытаясь отогнать это наваждение, я то и дело незаметно тряс головой, будто надеялся, что что возникшие в ней образы разлетятся в разные стороны и исчезнут.
В результате я только сильнее запутался в своём восприятии реальности и в итоге не заметил замаячившую прямо по курсу дверь. Но за секунду до того, как мой лоб успел смачно приложиться о твёрдое, вцепившаяся в моё плечо рука стальной хваткой отдернула меня назад.
«Осторожнее, осторожнее!» – раздался за моей спиной голос «лысого».
Обойдя меня сбоку, агент встал перед дверью и начал рыться в глубине своего плаща, пока наконец не вытащил оттуда безликую пластиковую карту.
Как и в прошлый раз, он приложил её к поверхности двери и немного подержал. Затем склонился к установленной рядом чёрной стеклянной панели и почти вплотную поднёс к ней лицо. Постояв так несколько секунд, агент выпрямился и отступил в сторону.
Раздалось приглушённое жужжание механизма, и дверь плавно подалась назад.
«Лысый», шагнув вперёд, с лёгкостью сдвинул её вбок и коротким кивком пригласил меня войти.
Я прошёл в открывшийся проём, слыша, как следом за мной, словно тени, прошмыгнули агенты. Приглушённое жужжание раздалось вновь, и дверь за нами закрылась.
Оказалось, что мы вышли в ещё один, казавшийся бесконечным, коридор. Очередное пространство, убегающее далеко вперёд и скрывающее в себе множество ответвлений, закоулков и тупиков. А ведь это был только один из десятков, а может, и сотен этажей «Управления», катакомбы которого, разветвляясь словно артерии, могли привести порой в самые неожиданные места.
Многообразие комнат и кабинетов, подсобных помещений, заполненных всевозможным оборудованием, и засекреченные сектора, доступ к которым мне был закрыт, – всё это составляло собой «Управление».
По мере нашего продвижения окружающая нас обстановка начала постепенно меняться. Освещение стало заметно ярче, а количество дверей, встречавшихся на нашем пути, значительно уменьшилось. Гладкий бетонный пол под ногами заиграл отражением светящихся ламп, а вдоль зелёных матовых стен теперь тянулась жёлтая полоса.
И всё же меня не покидало гнетущее ощущение тайны этого места – неприятной и непонятной. Тайны, заставлявшей чувствовать себя в этих стенах абсолютно чужим.
Липкий и скребущий нутро дискомфорт – вот что я ощущал, идя по этим коридорам.
Спустя неопределённое количество времени, тянувшегося, словно жвачка, перед нами вновь появился лифт.
Шедший впереди меня «лысый» резко остановился и быстрым движением нажал на кнопку вызова.
Створки лифтовой кабины тут же разошлись в стороны. Мы зашли внутрь, и «морщинистый» агент выбрал на сенсорной панели нужный этаж. Кабина вновь понесла нас куда-то вниз.
На этот раз движение лифта было ощутимым, а до ушей доносился тихий низкочастотный гул.
Пробыв в движении всего пару десятков секунд, кабина издала шипящий звук и, остановившись, разомкнула двери.
«Ну надо же, быстро домчала на этот раз!» – удивлённо подумал я, ступая на пол очередного убегающего вдаль коридора.
Правда, теперь коридор уже не выглядел мрачным. Это было светлое и вполне приятное для глаз помещение, по которому время от времени проходили спешащие по своим делам молчаливые люди.
Конечно, нельзя было сказать, что плотность встречавшихся нам сотрудников «Управления» была высокой, но сейчас я был рад и этому.
Вот только что-то смущало меня при взгляде на эти проносившиеся мимо лица.
Я даже попытался разглядеть их внимательнее, но каждый раз просто не успевал. Слишком быстро проходивший мимо человек исчезал из поля зрения.
Так и не сумев понять, что именно настораживало меня в этих людях, я перестал об этом думать и решил сосредоточиться на интерьере.
После недавней гнетущей атмосферы пустых и неприветливых мест этот коридор казался мне невероятно живым и дружелюбным.
Покрывавшая пол цветная мозаика в виде замысловатых абстрактных узоров радовала глаз. Обшитые красным деревом стены украшали большие круглые светильники, а вдоль потолка тянулся причудливый барельеф.
Как ни странно, всё это оказывало на меня успокаивающее действие. Даже воздух здесь был пропитан сладковатым ароматом с нотками ванили.
Пройдя ещё несколько поворотов, мы наконец остановились у лишённой каких-либо опознавательных знаков двери.
Эта дверь была окрашена в светло-коричневый цвет и не имела ручки, из-за чего абсолютно не вписывалась в местное убранство. Она выглядела на общем фоне слишком неестественно и дёшево. Да что там говорить, она была попросту уродлива – словно её сняли с каких-то казематов, а затем притащили сюда и повесили.
Глядя на это «чудо» с нескрываемым изумлением, я заметил, что ровно посередине дверной поверхности находилось небольшое круглое отверстие. Догадаться, для каких целей оно могло быть нужно, было делом несложным.
«Похоже, кто-то любит подсматривать таким, эм-м, довольно устаревшим способом за теми, кто находится по ту сторону», – подумал я и ухмыльнулся.
Тем временем «лысый» агент вновь достал свою карту. Приложив её к установленной в стене серой матовой панели, он открыл дверь и, сделав краткий жест рукой, пригласил меня пройти внутрь.
Я сделал несколько шагов вперёд.
«Присаживайтесь. Ожидайте», – раздался за моей спиной голос «морщинистого».
Замерев на месте, я дождался, пока дверь позади меня снова закроется, и лишь затем решил осмотреться.
Комната, куда я попал, была небольшая – примерно семь на семь метров. В полутьме, царившей вокруг, я разглядел стоявший посередине массивный стол с задвинутым под него стулом. Видимо, за него мне и было предложено «присесть и ожидать».
«Ну что же, деваться всё равно больше некуда…» – полушёпотом произнёс я себе под нос и медленно подошёл к столу.
Некоторое время я стоял в нерешительности, держась за спинку стула и слабо его покачивая. Затем, ощутив внутри непонятно откуда взявшееся остервенение, я с шумом дёрнул стул на себя и с грохотом на него сел. Моё лицо медленно расползлось в нахальной ухмылке.
Я сидел и наслаждался созданным мною звуковым хаосом – так приятно нарушившим висящую в воздухе тишину.
Напротив меня, примерно в четырёх метрах, виднелись прямоугольные очертания – не то экрана, не то наблюдательного стекла. В такой полутьме понять наверняка, что же это было на самом деле, было непросто.
В верхних углах комнаты – в левом переднем и правом заднем – горели едва заметные огоньки красных диодов. Видимо, там находились камеры наблюдения. В остальном это было обыкновенное, ничем не примечательное помещение с голыми стенами и стоявшим в его середине столом для допросов. А в том, что эта комната была предназначена для различного рода «бесед», я не сомневался ни на секунду.
Ещё немного бесцельно побродив взглядом по комнате, я в итоге уставился в правый верхний угол, где в темноте мигала красная точка диода.
Так я просидел непонятно сколько времени, пока вдруг не услышал раздавшийся где-то под потолком громкий щелчок. После этого по комнате пронеслось звонкое жужжание.
Передо мной ярко-белым пятном вспыхнул тот самый непонятный прямоугольник. Несколько минут ничего не происходило, но затем я увидел, как по ту сторону белого прямоугольника появилась человеческая фигура. Она прошла к его центру и села напротив меня.
«Ясно», – подумал я. – «Значит, оградились от меня толщей стекла и сейчас будут мозг сверлить. Жаль, что лица находившегося по ту сторону я не могу видеть. В глаза бы ему взглянуть… В глазёнки…»
В том, что этот человек наблюдал за мной, я не сомневался ни на секунду.
«Смотрит наверняка, как на насекомое в банке. Упырь. Чёртово Управление, будь оно неладно!» – прошипел я про себя, но вслух лишь едва слышно кашлянул.
Какое-то время человек за стеклом сидел, не двигаясь. Затем я заметил, как его голова чуть подалась вперёд, а низкий, лишённый какой-либо эмоциональной окраски голос произнёс:
– Здравствуйте, объект номер 1–2.15–19.
– Здравствуйте, – сухо ответил я, наклонившись вперёд и подперев локтями стол.
Человек за стеклом выдержал паузу, а затем всё так же безэмоционально продолжил:
– В первую очередь хотелось бы поблагодарить вас за выполненную работу. Добытый вами «артефакт» оказался очень интересным, а главное, важным для нас.
Сперва мне даже показалось, что он и вовсе не ко мне обращается, а просто произносит заготовленные слова в пустоту. Причём делая это с нарочитым безразличием.
И всё таки что-то заставляло меня заворожённо смотреть перед собой, не отводя глаз от тёмного неподвижного силуэта, находящегося по ту сторону стекла.
Казалось, что в какой-то иной момент я бы, наверное, мог усомниться в происходящем. Мог задаться вопросом: «А действительно ли со мной общается кто-то живой? Может, всё происходящее является фикцией и дешёвым спектаклем?»
Конец ознакомительного фрагмента.
Текст предоставлен ООО «Литрес».
Прочитайте эту книгу целиком, купив полную легальную версию на Литрес.
Безопасно оплатить книгу можно банковской картой Visa, MasterCard, Maestro, со счета мобильного телефона, с платежного терминала, в салоне МТС или Связной, через PayPal, WebMoney, Яндекс.Деньги, QIWI Кошелек, бонусными картами или другим удобным Вам способом.