Умные женщины знают, когда сказать «нет»

Кажется, что она вполне уверена в себе, но за улыбкой, говорящей «Я работаю над этим», скрывается не очень счастливая женщина. Она полагает, что плохо справляется с жизненными испытаниями, и вот пришла ко мне на прием, чтобы выяснить почему.

Вот ее история. Она успешная жена и мать, и на работе у нее тоже все хорошо. Она занята, очень-очень занята. График у нее не менее напряженный, чем у президента страны. Ее дети занимаются во всевозможных развивающих кружках и спортивных секциях – а их же надо туда водить.

Муж? Ой, он тоже занят, даже еще больше, чем она. У него длиннющий рабочий день, домой он может прийти в половине восьмого, а может и около десяти вечера. Порой он приползает таким уставшим, что даже есть не хочет. Сил у него остается только рухнуть на диван и включить телевизор. Она, конечно, молчит, потому что, если она что-то скажет по этому поводу, он очень рассердится. «Но он же делает все это ради меня и девочек», – говорит она себе.

На первый взгляд у нее все в порядке. «Но почему же тогда, – спрашивает она, – я чувствую себя такой несчастной? Почему дети не слушаются меня? Почему я не могу сказать «нет»? Представляете, я даже поддаюсь на рекламу голосовых роботов, которые обзванивают людей, предлагая товары, и покупаю у них. Почему меня все используют? Я ведь так стараюсь угодить всем. Почему же все живут за мой счет?»

«Расскажите мне об этом поподробнее», – говорю я, уже зная, каким будет продолжение. Так и есть. Она не так уверена в себе, как это можно было предположить по ее безукоризненному костюму, великолепному макияжу, ухоженным ногтям и прекрасной прическе. Да, на работе у нее есть успехи, но она им не очень-то рада.

«Я сомневаюсь в себе, – произносит она с грустью. – Сомневаюсь в своих способностях, даже если я хорошо справилась с задачей и начальник похвалил меня. Мне кажется, что можно было сделать лучше. Я продумываю весь ход работы заново и в конце концов нахожу свою ошибку».

После работы бег с препятствиями продолжается. Женщина мчится к своей матери, куда дочери приходят после школы. И там ее атакуют сразу с двух стволов.

Мать очень озабочена ее здоровьем – ведь она так много работает! Ей нужно побольше отдыхать. Это же невозможно – и полноценно работать, и как следует заботиться о семье!

А вот дочерей проблема маминого отдыха волнует гораздо меньше. Девочки даже подгоняют ее – она такая медлительная. Почему она опять опоздала? А что будет на ужин? Можно ли посмотреть телевизор до девяти? Пойдут ли они в субботу в зоопарк? А она купила ткань, чтобы сшить костюмы для вечеринки?

«Иногда я чувствую, что на грани, – признается она. – Мне кажется, еще немного – и я сорвусь. Наверное, мама права. Думаю, что мне не хватает определенных качеств, которые необходимы для хорошего брака. Правда, у моих подруг ситуация не лучше. Такое впечатление, что все вокруг разводятся».

Я прошу ее рассказать о своем детстве. Она говорит, что стала самостоятельной в 10 лет, когда от них ушел отец.

«Мать выставила его, – вспоминает она. – Он любил меня, я знаю, что любил, но он не мог выносить ссор. А уж когда отец начал пить… Мама велела ему убираться, что он и сделал. Мы виделись всего несколько раз после этого. Он хотел прийти на мой выпускной, но у него там что-то случилось…»

Рассказ продолжается, постепенно вырисовывается схема. Она всегда получала хорошие оценки, приходила домой до наступления «комендантского часа». Старалась помогать матери, которая замуж больше не вышла. Но, что бы она ни делала, все выходило недостаточно хорошо.

«Мама всегда критиковала меня – мою одежду и внешность. Ей удавалось – тем или иным способом – дать мне понять, что рассчитывать мне особо не на что. Все, на что я могла надеяться в жизни, – это «подцепить» какого-нибудь парня, но и в этом случае не было уверенности, что он останется со мной надолго».

Она прилежно осваивала нужные приемы, чтобы выглядеть привлекательной, сексуальной, доступной. Это был ее единственный козырь: была надежда, что тогда ее полюбят. Ко мне же она пришла, потому что держать равновесие ей становилось все труднее. Она чувствовала себя все менее и менее уверенно. Кроме того, она начала подозревать, что частые сверхурочные работы ее мужа не всегда были вызваны производственной необходимостью.

Угодницы бывают разные

Женщина, которую я только что описал, – это собирательный портрет моих клиенток. Я называю их «угодницами», и они делятся на разные типы.

Угодницы бывают одинокими, замужними, разведенными. Они могут подумывать о повторном браке или уже состоять в нем – с тем же плачевным результатом. Некоторые навсегда отказались от присутствия мужчин в своей жизни и теперь, разъедаемые чувством горечи или обиды, уже сомневаются, что им удастся когда-либо стать счастливыми.

В какой бы жизненной ситуации эти женщины ни находились в данный момент, все они хотят знать, почему их искренние усилия быть полезными оставили недовольными всех, включая их самих.

«Ну почему мне достается от всех? Я так стараюсь угодить, а в ответ получаю только хамство – от детей, от собаки, от кассира в супермаркете. Да, и от мужа, конечно – когда он вдруг вспоминает, что можно бы и домой заглянуть после работы».

«Почему я не могу сказать «нет»? Я уступаю детям. Я собираю благотворительные взносы уже пять лет подряд, хотя знаю, что по соседству есть женщины, которые только тем и заняты целый день, что пьют кофе и смотрят сериалы. Всегда возглавляю родительский комитет или комитет церковных активистов. Покупаю по три упаковки ненужного мне печенья или конфет, которые продают скауты, чтобы чей-то школьный оркестр смог поехать на Гавайи».

«Я слишком сильно его люблю». Это любимая песня женщины, которую я называю «Марта Лютер»[2], потому что ее главная цель в жизни – реформировать мужчину. «Я знала Джима, когда его никак нельзя было назвать завидным женихом. Он пил, у него не было постоянной работы, он любил флиртовать – впрочем, и сейчас любит. Но я увидела в нем что-то хорошее, и мне хотелось, чтобы это хорошее как-то проявилось. Сейчас Джим невыносим, но я знаю, что однажды он изменится. Просто мне нужно как следует постараться…»

«Он спит с другой… и это после всего, что я для него сделала. Я дала ему завершить образование, вырастила четверых наших детей – одна, почти без помощи. Я разогреваю для него ужин поздно вечером, а утром делаю ему кофе, перед тем как он умчится на работу. Да, он прилежно трудится… Вот его рабочие объекты: Ирен, Алиса, Барбара, а теперь еще и Джерри».

«Я живу как на пороховой бочке. И дети тоже. Он может взорваться внезапно, в любой момент. Он кричит, ругается, ужасно обзывает нас. Конечно, не всегда так: он может быть очаровательным и даже нежным, но если на работе неприятности – его это очень раздражает. Думаю, что и я его раздражаю… Вообще-то мне с ним очень повезло, но ведь я могу его потерять…»

Угодница стоит на самой низшей ступеньке семейной иерархии; она в ловушке брака с женоненавистником. Он может мучить ее физически, но чаще подвергает таким словесным оскорблениям и унижениям, которые даже не поддаются описанию. И что же – его любезная супруга обижается на брань, которой он ее осыпает? Нет, она просто извиняется за то, что вот такая она «грязная неряха» и «эгоистичная сука», которая думает только о себе.

Характеристики угодниц

Как видно из приведенных выше эпизодов, проблемы угодниц могут различаться, но всех этих женщин объединяет нечто общее. Ниже приведу основные свойства личности угодницы.

1. Эти женщины научились угождать еще в детстве. Зачастую они – перфекционисты, которые выросли под сильным родительским давлением. Это давление могло быть активным и содержать критику («Никогда ничего толком не можешь сделать!») или пассивным и слегка высокомерным («Ничего, дорогая, я сделаю сама. А ты когда-нибудь научишься…»).

2. Многие угодницы выросли в несчастливых семьях, где получали от своих отцов крайне мало внимания, поддержки, любви. Случалось, что отец уходил из семьи, когда они были еще совсем маленькими, и они не научились здоровому, позитивному общению с мужчиной, а в дальнейшем их собственные браки тоже потерпели крах. В большинстве случаев отношения дочери с отцом имеют колоссальное значение. Я еще не раз повторю эту истину на страницах моей книги.

3. Угодница готова довольствоваться малым. Ведь ей нужно от жизни не так уж много. Отношение к ней окружающих раздражает ее, сердит и гнетет, но она мирится с этим, чтобы не было хуже. У нее же не такое отчаянное положение, как у жены соседа-алкоголика. У нее-то, по крайней мере, в жизни все «устроено». И, честно говоря, она и не заслуживает большего, правда же?

4. А теперь надо назвать главное свойство почти всех угодниц: низкая самооценка. Многие угодницы, особенно те, которые оказались в разнообразных негативных ситуациях, считают, что ценность их личности невелика и потому они не могут рассчитывать на то, чтобы их любили и ценили ради них самих. Они уверены, что должны заработать эту самую ценность, и поэтому всегда стараются угодить всем.

Другое следствие низкой самооценки – это перманентное чувство ответственности. Угодницы вечно извиняются – они же знают, что «это их вина». Вот если б они в тот раз поступили по-другому, если бы только они сказали правильные слова вместо того, что на самом деле сказали, тогда, вероятно, все были бы довольны.

5. Важное качество угодниц – стремление осчастливить всех. Искусно лавируя, они ведут свое суденышко по жизненному морю так, чтобы всем пассажирам было спокойно. Их девиз – «Мир любой ценой», и они дорого платят за его воплощение.

6. Угодницы обычно знают, что они хуже мужчин, или, по крайней мере, испытывают стремление быть «хорошими девочками» – чтобы добиться мужского одобрения. Как указывают в своей книге «Синдром хорошей девочки» Уильям Фецлер и Элеанор Филд, многие женщины воспитывались с сознанием того, что они – недостойные существа или по меньшей мере ниже по рангу, чем мужчины – «просто потому, что они женщины!»

«Хорошая девочка» прилагает все усилия, чтобы слушаться представителей власть имущих, особенно – мужчин. Она подчиняется, потому что «синдром хорошей девочки подсказывает ей, что большинство людей лучше нее. Это создает порочный круг фрустрации: женщина чувствует себя недостойной из-за того, что другие лучше, и верит, что другие лучше ее, потому что она недостойна».

Я называю начальников-мужчин «контроллерами»[3]. Мне приходилось консультировать множество угодниц, которые были замужем за контроллерами разного рода.

Разновидности контроллеров

Я уже упоминал о контроллере-женоненавистнике, который не столько контролирует женщину, сколько господствует над нею, постоянно используя насилие, вспышки раздражения и гнева. Как это ни парадоксально, он часто раскаивается в своих выходках, умоляет простить его и клянется в вечной любви. Нельзя сказать, что его жена-угодница принимает его мольбы и клятвы за чистую монету, но все же она убеждает себя: «Возможно, где-то там, глубоко внутри, он действительно верит в то, что говорит. Возможно, он еще изменится…»

Другую категорию мужей женщин-угодниц можно назвать «зависимый неудачник». Зависимые неудачники контролируют своих жен, используя их жалость и желание помогать. Они, как правило, женятся на женщинах типа «Марта Лютер», которые уверены, что им удастся реформировать своих мужей и извлечь на свет божий ту золотую жилу, которая спрятана где-то там, в глубине – они уверены в ее существовании.

Классические ситуации женщин, чьи мужья – женоненавистники и неудачники, рассматриваются в книгах «Женщины, которые любят слишком сильно» (Робин Норвуд) и «Мужчины, которые ненавидят женщин, и женщины, которые их любят» (Сьюзан Форвард и Джоан Торрес).

Женщины, которые любят слишком сильно, обычно страдают, так как все время сосредоточены на «нём». Они прощают его дурной характер, его безразличие и грубость, так как считают все это следствием несчастливого детства.

Они стараются стать его психотерапевтом. Они читают книжки из серии «Помоги себе сам» и подчеркивают для него главные мысли в надежде, что он обратит на них внимание.

Другие женщины замужем за контроллерами, которые издеваются над ними более тонко. Мощное оружие, применяемое многими мужьями, – финансовый контроль. В лучшем случае такие мужья прижимисты, в худшем – откровенно скупы. Иногда эта «бережливость» проявляется в весьма экзотических формах. Например, одна женщина рассказывала мне, что ее муж стучит в стену ванной комнаты, если она сама или их дочери используют слишком много воды, принимая душ.

Я бы выделил четыре категории угодниц, которые взаимодействуют с миром контроллеров. Мы рассмотрим все четыре, начиная с женщин, которые находятся в отчаянном положении и по-настоящему страдают, а завершим наш обзор теми, кто в некоторой степени осознает, что отдают они больше, чем получают, но мирятся с таким положением вещей, потому что «так устроен мир».

Вы подозреваете (или даже вполне уверены), что ваш муж – женоненавистник, который контролирует вас с помощью гнева, издевательств, оскорблений и равнодушия. Он редко прибегает к физическому насилию, но его словесные атаки бывают весьма едкими и даже злобными. Вы делаете все возможное, чтобы умиротворить его, сделать ему приятное, задобрить, но это не работает.

Чем больше вы извиняетесь и умоляете о прощении, чем ниже склоняетесь перед ним, тем больше он клеймит вас за эгоизм, черствость и глупость.

Он добился потрясающих высот в искусстве унижать вас, особенно в присутствии ваших друзей и близких. Такие отношения абсолютно негативны. Ситуация безысходная, и вы нуждаетесь в помощи специалиста.

Вы замужем за человеком, который управляет вами с помощью своих слабостей. Вы – прирожденная нянька и стараетесь создать в семье атмосферу любви и заботы, которой были лишены в детстве. Вы – Марта Лютер, призванная исправить «Билла Бэйли»[4].

В определенном смысле вас тоже можно отнести к классу контроллеров. Вы осуществляете контроль косвенно, стремясь испытать любовь и стабильность, которых вам не хватило в детские годы. Вы не заинтересованы в нормальном, здоровом человеке, который относился бы к вам с любовью и уважением – это было бы слишком скучно.

Вам гораздо интереснее иметь дело с человеком, до которого трудно достучаться и в котором вы совсем не уверены. Поэтому вы выбиваетесь из сил, вкладывая львиную долю энергии и времени в эти отношения. Не сказать, что вы получаете от этого удовольствие – напротив, испытываете озабоченность и тревогу, вы несчастливы. У вас ничего не получается, но вы зациклены на этом человеке, одержимы им. Возможно, вам удастся продержаться еще немного, но надолго вас не хватит. Если в ближайшее время вы не получите помощи, то сорветесь, поскольку почти весь ваш ресурс уже исчерпан.

Описанные выше отношения между угодницей и контроллером психотерапевты называют патогенными или, проще говоря, нездоровыми. Возможно, это совсем не ваш случай и вы сидите в другой лодке; лодка ваша еще не начала тонуть, но уже дала течь. Не исключено, что вы относитесь к одной из следующих категорий.

Ваше состояние хорошо описывает слово «выдохшаяся». Вы часто ощущаете страшную физическую усталость, иногда – психологическую. Ежедневный пик стресса обычно приходится на время между пятью и семью часами вечера, когда каждый член семьи хочет заполучить ваш «кусочек». Я называю это время «час пираньи». Конечно, вы бы хотели рассчитывать на большее уважение со стороны ваших домашних, а также близких знакомых. Но вас используют все: дети, муж, коллеги, продавцы, родительский комитет, церковная община и т. д., и т. п. Всем известно, что вы не в состоянии никому отказать и постоять за себя, даже если бы и хотели. Вы мечтаете научиться противостоять этому миру, но боитесь, что люди обидятся и сочтут вас агрессивной эгоисткой или еще кем-нибудь похуже. Вы чувствуете внутреннее напряжение и гнев, но вам почти всегда удается сохранять довольное выражение лица.

Возможно, вы являетесь угодницей, которая «в целом справляется», но все же ощущает легкое беспокойство. Вы осознаете, что с вами не всегда обращаются справедливо, и уже начинаете от этого немного уставать. Жизнь у вас не такая турбулентная, как у Выдохшейся Угодницы, но вам бы хотелось каких-то изменений. Вы заинтересованы в движении к личному росту и зрелости, хотите улучшить свою жизнь и жизнь своей семьи. Вы желаете изменений не только ради себя, но и для блага своих близких. На самом деле вам нравится роль воспитателя и опекуна, но вы бы хотели угождать более уверенно и позитивно, твердо зная, кто вы и какова ваша роль в современной «эмансипированной» культуре.

Позитивные Угодницы благополучно балансируют на своеобразном «гимнастическом бревне жизни». Им нравится их роль: они любят заботиться, холить и лелеять. Им удалось достичь устойчивого равновесия: они действительно угождают людям, получая взамен уважение и дружелюбие окружающих. Позитивная Угодница:

• может настоять на своем, не обижая собеседника;

• уверена в себе, но не заносчива;

• заботится о себе, но не эгоистична.

Я консультировал многих женщин, которые считали себя Позитивными Угодницами, но в процессе консультирования выяснялось, что их оценка неверна. Чтобы быть Позитивной Угодницей, нужно верно выстроить приоритеты. Ниже я привожу историю женщины, которая считала, что все делает правильно. Однако дело закончилось не только разочарованием и истощением, но и сильнейшим душевным потрясением.

Надин старалась изо всех сил, пока…

Надин, бодрая, привлекательная, немного полноватая брюнетка сорока трех лет – классический пример женщины старой школы: «Место женщины – дом, а дом мужчины – его крепость». Она прожила в этой крепости двадцать один год из двадцати двух лет своего замужества. На последнем, двадцать втором году, она съехалась с дочерью, чтобы пожить отдельно от мужа перед разводом.

Она похожа на многих моих пациенток, которые выросли с одной мыслью: «После окончания школы моя основная задача – выйти замуж. Закончить колледж было бы неплохо, но главное – это найти мужа».

И она нашла. Ричард идеально вписывался в ее концепцию. Он хотел, чтобы она сидела дома и воспитывала детей.

Надин отлично справилась с поставленной задачей. Она вырастила четверых детей и, подобно многим матерям, побывавшим в моем кабинете, отвела детям главное место в своей жизни, а мужа сместила на вторую позицию.

Начиналось все неплохо. Ричард и Надин, казалось бы, хорошо ладили и нормально общались, но, когда появились дети и Надин стала уделять им все больше времени и внимания, оказалось, что работа Ричарда тоже требует бо́льших временны́х затрат. Довольно скоро у Ричарда после рабочего дня стало оставаться все меньше сил, которые он мог бы посвятить семье.

Надин, разумеется, была супермамой. Она первой вызывалась участвовать в школьной ярмарке и в благотворительном марафоне. В церкви тоже всегда могли на нее положиться: она, конечно же, проведет уроки в воскресной школе.

Ричард и Надин отдалялись друг от друга, что было неизбежно. Они мало общались, однако для других женщин она оставалась примером: все хотели бы иметь «такую счастливую семью», как у Надин. Ее считали женщиной, у которой есть все. Надин тоже так думала о себе – пока не узнала о романах Ричарда, которые начались на шестом году их брака.

«Как это обычно бывает, я узнала последней, – сказала мне Надин. – Я ни о чем не подозревала, пока он совсем не обнаглел».

Когда она узнала правду (нечаянно подняв вторую трубку в то время, когда Ричард разговаривал с одной из своих «новых подруг»), то была раздавлена. Все эти годы Надин считала, что живет так, «как надо». Она выполняла свой долг, была очень ответственной, но и очень доверчивой. Если бы Ричард не перестал считать нужным скрывать свои похождения, она бы так и продолжала жить и думать, что у нее хороший брак.

К тому моменту, когда Надин обнаружила измену Ричарда, все четверо детей уже выросли и стали жить отдельно. Потрясение было слишком велико. Теперь, когда гнездо опустело, сохранять было нечего. Поэтому она тоже ушла. Когда Надин обратилась ко мне, она уже работала, получая минимальную зарплату, в офисе маленького магазинчика, где торговали всякой мелочью. После развода она не вышла замуж снова, да и Ричард тоже не женился.