- -
- 100%
- +
Утром тридцать первого декабря зазвонил телефон. Подруга Надежды говорила не праздничным голосом, а сбивчиво и торопливо:
– Надя, у меня форс-мажор. Соседка моя, Елена Ивановна, умерла, у нее остались две кошки. Я не знаю, что мне делать. Она выбросит их…
– Кто она?
– Наследница квартиры, сестра соседки. Завтра, первого января, она прилетает из Стамбула. Сказала, что дает срок до первого. Приедет, ключи заберет, а кошек выкинет на улицу.
– Как на улицу? Зима ведь. И вообще, кошки же домашние…
– Да я ей все объяснила! И что зима, и что кошки домашние, и что они на улице наверняка погибнут. Понимаешь, она непрошибаемая, никак не реагирует. Говорит: «Вам надо – вы и забирайте их». Ну а ты же знаешь, у меня Рекс, ко мне невозможно… Я ей объясняю, а она: «Выпущу их на улицу, а там зоошизики какие-нибудь подберут». Надя, что делать?! Я уже всех обзвонила, никому дела нет, никто помогать не разбежался. Ты моя последняя надежда, Надя!
* * *
Однокомнатная квартира Елены Ивановны была заполнена книгами, аккуратно расставленными на полках книжных шкафов со стеклянными дверцами. Посередине комнаты стояла наряженная елка.
Надежду встретили две пары пронзительно-грустных кошачьих глаз.
– Ну что, будем знакомиться? – женщина хотела погладить то ли Мусю, то ли Бусю, однако та деликатно отстранилась, но не ушла, осталась там, где сидела. Вторая кошка запрыгнула на книжный шкаф и оттуда настороженно наблюдала за их общением. Что ж, имеет право, надо дать ей время привыкнуть.
Надежда устроилась в стареньком потертом кресле напротив елки: однотонные и расписные пластиковые шары, гирлянда-ниточка – все как у всех. Однако среди всех игрушек выделялась одна, совершенно необычная: очень старая картонная рыбка с рельефными чешуйками, плавниками и глазами. Когда-то эта рыбка, состоящая из нескольких склеенных слоев картона, была очень красивой, сияла своей серебристой чешуей, но теперь ей было больше девяноста лет, и все серебро с ее боков стерлось, игрушка стала тусклой и невзрачной. Удивительно, что висела она на самом видном месте, поближе к елкиной макушке. Надежда была уверена, что этой игрушке действительно столько лет: таких рыбок производили в 30-е годы прошлого века, у нее самой где-то в коробке под газетами лежала такая же, доставшаяся от бабушки и дорогая с самого детства.
Даже когда Надежда была еще ребенком, рыбка уже считалась старой. Во время украшения елки ее вешали пониже, а лучшие места отдавали игрушкам поновее.
Захотелось взять эту рыбку в руки, потрогать, рассмотреть, вспомнить. И может быть, забрать ее с собой, в приданое Мусе и Бусе из родного дома. Но подруга, отдавая ключи, дала строгое напутствие:
– Ради бога, ничего там не трогай! Она ведь в прошлый раз все в квартире переписала, каждую мелочь, что где стоит. Приедет – обязательно проверит.
Кошки внимательно присматривались к Надежде, но пока оставались на своих местах. «Интересное совпадение с этими рыбками», – подумала Надежда. Хотя ничего удивительного: со временем стеклянные игрушки разбивались, а картонные рыбки оставались невредимыми. Надежде захотелось найти свою рыбку, она помнила, что где-то на антресолях стояла коробка с памятными вещами. Обычно такое старье выбрасывают, но эта рыбка бабушкина, а бабушкины вещи Надежда хранила.
Конец ознакомительного фрагмента.
Текст предоставлен ООО «Литрес».
Прочитайте эту книгу целиком, купив полную легальную версию на Литрес.
Безопасно оплатить книгу можно банковской картой Visa, MasterCard, Maestro, со счета мобильного телефона, с платежного терминала, в салоне МТС или Связной, через PayPal, WebMoney, Яндекс.Деньги, QIWI Кошелек, бонусными картами или другим удобным Вам способом.