Как приручить одинокого волка

Глава 8

Вот так удивила меня Светлана Всеволодовна. На шее у неё красовалась Звезда Лады – символ, который издавна носили волчицы нашей стаи. Еле сдержался, чтоб среагировать относительно спокойно и не выдать свой шок. Ювелирные магазины пестрели всеми видами кулонов, медальонов, крестов и ладанок, а вот символы старых богов нужно было поискать в связи с небольшим спросом на них. Тем более интересно, что она носит именно этот кулон, а не самый популярный Алатырь или Коловрат. Судьбу свою женскую зазывает? Тогда непонятна её холодность по отношению ко всем мужчинам. Даже я получил от ворот поворот, не смотря на то, что вёл себя как школьник в гостях у одноклассницы. Нет уж, хорошая моя, теперь уж я точно должен взять эту крепость.

В процессе разговора я дважды врубал свой мужской магнетизм на полную мощность, но поведение Светы не менялось никак, так же как её пульс и запах. Женщин-загадка… Соседство с бесом, кстати, она тоже на удивление нормально переносила целых 2 года. Зачастую эти ребята «выпивали» жертв гораздо быстрее: склонных к алкоголизму доводили до доски гробовой, агрессивных до тюрьмы, отчаявшихся… понятно до чего, в общем разрушали жизни как могли. А тут только три заявления в полицию и плохое настроение.

Природу соседа я понял сразу же, когда увидел его, тот мою тоже раскусил и пытался дать дёру. Но я впечатал ему в лоб Звезду Сварога, что висит на цепочке на моей груди, и вопрос был решён. Сразу наш буйный сосед Володя присмирел и спокойно последовал в «отделение», а на самом деле в лабораторию, в которой как раз не хватало объекта для одного исследования…

Как так получилось, что я зашёл попрощаться и остался до самого вечера, я и сам не понял. Просто мне нравилась обстановка, разговор, да даже напиток с запахом дерева и шоколада ввёл меня в какое-то состояние транса. А очнулся я уже, когда Света ежеминутно косилась в сторону часов. И это меня совершенно не обидело, я понимаю, сколько у неё дел, и хочется отдохнуть. Меня задело иное: её предупреждение, что ничего не будет. На какой-то миг захотелось ей рассказать, что в магазине был просто секундный порыв, а потом научный интерес и не более, но затем я почувствовал в себе что-то такое, чего испугался и начал прямо из машины звонить Кате, которая требовала называть её дурацким прозвищем Катёнок.

Диана со своими накладными частями тела отправилась в отставку, а Катя нашлась на заправке, где она заправляла свой Мини Купер. Длинные ноги, шикарный зад и копна смоляных волос – конечно, я не смог пройти мимо. А когда развернулась ко мне своей высокой грудью и смазливой мордашкой, то вариантов у неё больше не было.

Но сейчас, лёжа в постели и принимая её ласки, я почему-то убеждал себя, что она красивее Светы, без проблем в виде тотальной загруженности, бежит ко мне по первому зову, дело даже не в моих звериных феромонах, да и тараканов в голове пока выявлено немного.

– Я позвоню, – сказал я, закрывая за ней дверь.

Я никому не позволял ночевать в своей постели. Всё ограничивалось взаимным удовольствием, а большее было ни к чему. Мне нравилась моя свобода, а еще я был уверен в своей защищённости. Самое уязвимое место волка – его сердце, а не шея, как говорят. Я знаю это, потому что так я остался сиротой. И поэтому я выбрал для себя жизнь одиночки без стаи, без пары.

Я растянулся на кровати, подложив руки под голову. Атласная постель холодила разгоряченную кожу, в голове роилась куча мыслей, но почему-то все они приводили к тому, как благодарно Света на меня посмотрела в тот момент, когда я повторно вошёл в её квартиру, угомонив беса.

Я долго ворочался с боку на бок, уже смирившись с тем, что этой ночью мне не заснуть…

***

Утро еще не расправилось с темнотой на улицах, но предрассветная серость уже давала о себе знать. Неожиданный стук в дверь прервал мои метания по кровати, и я был даже этому рад. Но мне было совершенно непонятно, кто мог заявиться ко мне в такую рань.

А увидев гостя, точнее гостью, я просто не поверил своим глазам.

– А где Вадик? – первым делом спросил я. На что Света лишь таинственно улыбнулась, отбросив волнистые волосы цвета капучино, что виднелись из-под красного берета, который ей очень шел, и прошла без приглашения в гостиную.

– Не переживай, товарищ майор. Он сегодня ночует у двоюродного брата.

– Тогда я спокоен, – я проследовал за ней, глубоко заинтригованный.

– А что же не спишь, если спокоен? – она подошла к барной стойке и, ловко запрыгнув на нее, уселась, закинув ногу на ногу.

На ней был знакомый серый плащ, а под ним виднелась чёрная не то юбка, не то платье с разрезом впереди. Светлана медленно стянула с себя шарф, открывая провокационное декольте чёрного платья.

– Предчувствие, наверное… – я улыбнулся одной стороной рта.

Я обошел стойку и помог стянуть с рук плащ, сразу взяв Свету за плечи.

– Ты понимаешь, что ты сама пришла в логово к голодному волку, Красная Шапочка? – выдохнул я ей в шею.

– Так уж к голодному? – она засмеялась и попыталась спрыгнуть со стойки, но я удержал её, прижимая к себе спиной.

Я давно не испытывал подобного волнения в общении с женщинами. Да, мои руки были умелыми, движения уверенными, но сердце колотилось как у зайца, когда я чувствовал ладонями тело этой женщины сквозь тонкую ткань платья.

– Что-то будешь? – я всё же отошел от неё, чтоб подойти к бару.

– Да, я сегодня смелая, давай на твой вкус.

– Хм, очень смелая… Хорошо…

Она всё же спрыгнула со стойки и подошла ко мне. Было очень странно наблюдать такое перевоплощение мышки в кошку, поэтому я не отрывал взгляда от предрассветной гостьи. Светлана подошла ко мне, взяла из моих рук стакан с напитком, и, пригубив его, сама потянулась ко мне за поцелуем. Вкус рома на её губах опьянил меня в ту же секунду, я взял её под ягодицы и усадил обратно на кухонную стойку. Обняв меня ногами, она обнажила кружевные резинки своих черных чулок, и все мои предохранители перегорели сразу.

– Бешеный, – шептала она в ухо, когда я оголял её плечи и грудь, чтоб покрыть поцелуями, а затем прикусила мочку зубами.

Я рукой заскользил по её длинной ноге и дошёл уже до сводящих меня с ума кружев, когда резко запищал будильник.

***

Я моргнул и подскочил в пустой постели. Чёрт, кажется у меня проблемы.

Глава 9

Этой ночью мне очень плохо спалось. Сначала мне не давали покоя события прошедшего дня. Я боялась, что сосед вернётся и станет еще хуже. Ведь его уже однажды увозили в райотдел после того, как он замахнулся на соседку в присутствии полицейских. А после всю ночь дом содрогался от ударов в стены и трёхэтажных матов вперемешку с проклятиями этого полоумного.

Я зашла в интернет и попыталась найти данные о Глебе Никитовиче Лесном. Пустота полнейшая. Но я особо и не надеялась на результат, всё же сотрудник правоохранительных органов.

Забавно всё повернулось всё же. Сначала я его определила в маньяки, а оказывается всё совсем наоборот, да еще и с соседом помог проблему решить. Вспомнился отвратительный случай с участковым, когда на мои мольбы о помощи он начал грязно намекать, что мог бы быть моим покровителем. После этого я перестала искать помощи у МВД и смирилась с тем, что дома приходилось передвигаться буквально на цыпочках и после каждого раза, когда сын что-то ронял или падал сам, на мою голову сыпались все возможные оскорбления и проклятия, а иногда это случалось и безо всякого повода. Я от этого защищалась как могла. Когда-то бабушка учила меня простенькой фразе «Твои речи – тебе в плечи», которую я повторяла как мантру, держа на руках сына и воображая себя в светящемся коконе.

Но вот явился Глеб и, играючи, свернул двухлетнюю эпопею с усмирением сумасшедшего агрессивного алкоголика. Лилька пришла бы в неистовый восторг.

С тех пор, как я ей позвонила рассказать о том, что никакой Глеб не курьер, мы с ней не общались. Это было странно и обидно. Мы дружили давно и очень близко, Вадик считал её родной тётей, мне казалось, что у нас на самом деле сестринские отношения, и эта мысль приятно грела душу. Все женские тяготы мы стойко переносили благодаря поддержке друг друга: я вытирала слёзы ей каждый раз, когда она расставалась с очередным «тем самым», она поддерживала меня, когда я осталась одна беременная безо всякой помощи отца Вадика.

Я зашла на свою страницу в соцсети и увидела, что подруга сейчас онлайн. Черкнула ей несколько фраз, как обычно. Огонёк с надписью «в сети» сразу потух, и моё сообщение осталось непрочитанным.

Я повернулась и посмотрела на сына. Он тихонько сопел в своей кроватке, обнимая плюшевого кота с круглыми смешными глазами. Что ж, завтра предстоит разговор, и что-то мне подсказывает, что отнюдь не радостным он будет. Странно было даже думать, что это всё из-за «курьера», который ей отказал даже не из-за меня. Или из-за меня? В любом случае я ему никакой надежды не давала.

Сегодня вечером в прихожей я ясно дала понять, что ничего между нами быть не может, хотя он этого и не просил. И отреагировал совершенно спокойно, видимо, на самом деле у него просто свои личные мотивы поддержать моего сына. А вот я почувствовала лёгкий укол недовольства, когда майор это мне сказал. Я-то уже увидела в себе роковую неприступную леди, которую пытается впечатлить красавчик в погонах.

***

За окном в ноябрьском небе всё так же горели звёзды в просветах между тучами, а до рассвета оставалось не так уж далеко. Я пошла на кухню, чтоб выпить воды, потому что отлёживать бока в постели я уже устала. И тут на телефоне «пиликнула» смс.

«Не спишь?» И сразу следующая «Это я – Глеб». Он что, следит за мной что ли? Я написала «А ты откуда занешь?». Ответ: «Выгляни в окно». Я подошла к окну и увидела напротив машину, которая помигала мне фарами. Собравшись с духом и глубоко вдохнув и выдохнув, я набрала: «Лапачо будешь?». Ответ: «Если только с оладушками».

Спустя минуту Глеб заходил в открытые двери, а я прислонила к губам палец, чтобы он шуршал как можно тише.

Я всё еще не понимала, что происходит, и зачем я впустила посреди ночи малознакомого мужчину в свою квартиру. Я будто наблюдала за своими действиями со стороны: смотрела фильм, или, скорее, читала книгу, когда представляешь себя на месте главных героев и испытываешь эмоции вместе с ними. Вот и сейчас, когда от Глеба повеяло холодом ноябрьской ночи, я ощутила это своей кожей. А, когда мои руки скользнули к его плечам, к шее, а затем пальцы зарылись в волосах на затылке, то этого я от себя никак не ожидала, но удары своего сердца слышала громко. Оно будто пыталось пробить в грудной клетке дыру – настолько, бедное, отвыкло от любовных переживаний.

Глеб огладил теплой рукой моё лицо и, немного потеревшись носом, припал поцелуем, который целомудренным был всего первые две секунды. Быть может виной тому было то, что я потянула с него его куртку, и он расценил это по-своему. Либо он сразу пришёл ко мне не просто носом потереться. Я отшатнулась от него, испугавшись реакции своего организма, но противостоять притяжению уже не могла. Молча толкнула мужчину на кухню, а сама зашла в комнату проверить крепко ли спит сын. Закрыла дверь и, на секунду замешкавшись, пошла к Глебу.

Он смотрел на меня, снова улыбаясь краешком рта, который невыносимо захотелось поцеловать, но сначала очертить его пальцем, наслаждаясь объятиями большого надёжного мужчины. Глаб взял мою руку, поцеловал ладонь и положил её к себе на плечо. Тонкий джемпер обрисовывал бугры мышц, сбивая моё дыхание, но тут же окунул в прорубь осознания, что на мне видавшая виды трикотажная пижама с отдутыми коленками.

***

Я в ужасе подпрыгнула в своей одинокой постели. Первой мыслью было выбросить к черту эту любимую, но уже потерявшую товарный вид пижаму. А второй был шок от содержания сна. Нет-нет-нет, никаких влюблённостей и привязанностей!

Глава 10

Я метался загнанным зверем по офису. Какого демона происходит?! Эта женщина мне совершенно не понравилась в магазине, просто запах сквозь пелену духов заинтересовал, необычный! И дёрнуло же меня попробовать её привлечь! Вот, держи теперь, волк-одиночка!

Паша прибыл сюда же, не смотря на свой выходной, чтоб я мог внятно изъясняться, потому что первая попытка разговора была по телефону, и я начинал материться на чём свет сразу, как только взгляд цеплялся за барную стойку в моей гостиной. Я теперь не мог спокойно на неё смотреть, сразу в памяти всплывал разрез платья, красный берет и кружево чулок. Чёрт побери! Да я же не видел её никогда такой! Хотя в юбках она на работе появлялась часто, вполне вероятно, что носила чулки. А зачем она носила чулки, при том, что у них половина коллектива – мужики в полном расцвете сил?!.

Меня захлестнула волна ревности как раз тогда, когда Паша появился на пороге кабинета с двумя стаканами кофе в руках.

– Что-то ты хреново выглядишь, дружище! – сразу обласкал меня он.

– Спасибо, и тебе доброго утра!

– Да уже желал. Забыл? В 5 утра, когда ты сразу маты гнуть в трубку начал… Оригинальное пробуждение у меня было, ничего не могу сказать!.. – в отличие от моего угрюмо-отчаянного настроения, Пашкина душа явно пела и плясала. Он аж сиял вместо солнца, которое было закрыто свинцовыми тучами.

– Только не говори, что ты нашёл ту самую… – нахмурился я.

– Кажется, да. И предлагаю тебе не страдать хернёй, а смириться с тем, что ты не волк-одиночка, точнее, волк-побл***дун, а вполне нормальный моногамный зверюга, который просто был в поиске… ну вот как я, – друг с таким наслаждением выпил кофе, что я решил последовать его примеру. Но перед этим бросил:

– Да иди ты со своей моногамностью…

– Дружить семьями будем.

– Паша! Иди к чёрту!

– Ладно, не психуй. Я правда счастлив. Впервые за долгое время. Так что там у тебя стряслось?

– Мне приснилась Света, – когда я говорил это, мне казалось, что признание царапает горло.

– И? – но Паша оказался не впечатлён.

– Что и? Это не входит в мои планы! Ритку я в каких только позах не имел, а ни разу не приснилась! Катёнок, тьфу ты, Катя – красотка, просто идеал, не снится! – я так жестикулировал руками, показывая глубину клоаки, в которую катилась моя жизнь, что чуть не расплескал весь кофе.

– Ну… Что конкретно тебе не понятно? Ты встретил свою женщину, природа тебе намекает, что вот твоё, бери. Не Ритка, не котята там всякие…

– Прекрати! Боже мой, ты как моя бабушка! – вскричал я.

– Зачем ты меня позвал?! – Паша тоже начал заводиться. – Придумал себе трагедию и мозги клепаешь и себе, и людям. Не хочешь, отвали от неё, хватит прикрываться своими исследованиями. Анализ её волос не дал ничего, гены у неё обычной женщины. Кровь ты как брать у неё собрался? Кровопийц натравить или лаборантов подкупить?

– О! Кстати…

– Да ну тебя! Отцепись от неё, она сейчас тоже почувствует к тебе притяжение, а ты ведешь себя как мудак!

– Паша, за базаром следи!

– Ничего, переживёшь! Обидно? Можешь попробовать мне в морду дать, но я скажу… Ты придумал, что женщин можно покупать, что ими можно пользоваться и получать от них удовольствие или выгоду, и думаешь, что теперь твоя жизнь прекрасна и удивительна, а это не так. Женщины наш воздух, без них у нас нет продолжения, без них нет смысла и нет радости. Вот у тебя каждую ночь в койке кто-то кувыркается, и как? Сильно ты счастлив? И даже, если ты не осознаёшь это, если стал моральным инвалидом, то прошу, пожалей Свету, её и так жизнь не балует, чтоб терпеть еще выходки какого-то зарвавшегося дурака. И её сына не нужно к себе приучать, он вообще ни в чём не виноват.

Практически выплюнув мне это всё в лицо, Паша развернулся и ушёл. Я услышал движение двери лифта и позже звук отъезжающей машины за окном. Его монолог был правдой от начала до конца.

Мои родители были парой, и это сгубило жизнь им и мне. Отец погиб в разборках между стаями, так случалось часто во времена моего детства. Мать не вынесла тоски по мужу и сошла с ума, а позже умерла. Я остался совсем один в приюте. Ну кому принесла радость их любовь? Я, будучи мелким и слабым волчонком, регулярно терпел нападки и побои со стороны других воспитанников приюта. Они старались жить по законам стаи. И тогда, в очередной раз зализывая раны, я твёрдо для себя решил, никакой стаи, никакой пары, борьба только за свою жизнь, при чём борьба либо до победы, либо до смерти. Так у меня появилась цель: я тренировался сутки напролёт, отрабатывал приёмы боя в регулярных драках, я перестал испытывать страх и жалость, поэтому ко мне перестали цепляться и начали даже опасаться, а вот женская половина нашей детдомовской стаи почувствовала во мне силу и начала проявлять интерес. Там я узнал женскую ласку, не самую умелую, но что я сам мог предложить своей даме? В 18 лет меня вызвали в Стаю, и я должен был сразиться в поединке, чтоб мне присвоили статус. Я послал всех к чёрту и объявил себя одиночкой. С тех пор так и жил, сражаясь насмерть и принимая все лавры победителя.

Пашка не разделял моих взглядов. Он был мягкосердечен и романтичен. Из Стаи ушёл, когда его родители, которые парой не были, пытались его женить на дочке одного из приближённых Вожака. Мы много спорили с ним, моим аргументом было, что его родители живы, и он не рос в приюте, а его, что рос он в семье, где все друг друга ненавидят. Чёрт его знает, кто из нас прав, но каждый сделал выбор.

Я тяжело сел в кресло и взял мобильный. Нужно было уйти красиво, чтоб не тревожить маленькое сердце сына Светы. Ему еще много предстоит пройти в этом мире, и я не хочу быть тем, кто первым предаст его ожидания… А Света, она сильная, и, думаю, еще ничего не испытывает ко мне.

Я дал указания своему сотруднику отнести подарок мальчишке, а его маме сказать, что меня отправили в долгосрочную командировку. Сейчас это ни у кого вопросов не вызовет, горячих точек, где такие, как я, могут пригодиться, сейчас более, чем достаточно.

Глава 11

Снова заснуть у меня уже не вышло, этот сон выбил меня из колеи надолго, и я никак не могла собраться утром и понять, что же мне надо делать. Вадик что-то восторженно щебетал, что нам нужно быстрее в парк, что там нас будет ждать дядя. А у меня от воспоминаний об этом дяде начинало ныть где-то в области сердца и желудка. Долбаные бабочки! Ни разу еще моя влюбленность не приносила мне радости, это всегда были какие-то сплошные драмы, либо трагедии, либо комедии, иногда всё вместе. А после отношений с отцом Вадима я зареклась связываться с кем-то, тем более соглашаться выйти замуж.

Я всё же немного пришла в себя и взяла мобильный. И сразу меня бросило в жар от воспоминаний о переписке во сне. К сожалению или к счастью, сейчас экран был девственно пуст от уведомлений. Я набрала номер Лили. Ведь это не дело, что мы вот так играем в молчанку не пойми по какому поводу. Спустя несколько гудков, подруга всё же ответила:

– Да? – она куда-то спешила, это было слышно по цокоту каблуков по асфальту и по сбившемуся дыханию.

– Привет, подружка! Что-то ты меня игноришь! – мы никогда не ходили вокруг да около, не стала я этого делать и сейчас.

– Да ну, забегалась просто. Не поверишь, дел невпроворот!

– Хороших, я надеюсь? – я мешала в кружке кофе и поглядывала на Вадика, который впервые взялся сам натягивать на себя колготы.

– Я тоже так надеюсь. Ты извини, я сейчас не могу говорить уже… Позже наберу! Пока! – и подружка отбила звонок.

Я задумчиво отложила смартфон. По интонации вроде бы и ничего, но чем-то Лилия явно занята. Ну что ж, конфликта нет, и это уже хорошо. Залпом выпив свой кофе, я поплелась помогать одеться сыну, а затем быстро нырнуть в джинсы и свитер самой.

Мы никогда еще так быстро не приходили в парк, Вадик меня буквально тащил, но в растерянности остановился, когда побродив по дорожкам туда-сюда, не нашёл того, кого искал. Я тоже почувствовала некоторое чувство досады за себя, но всеми силами старалась отвлечь сына играми, потому что моё материнское сердце не могло видеть эту печаль в глазах ребенка.

Через какое-то время к нам подошёл мужчина.

– Здравствуйте! Светлана?

– Да, я.

– Меня попросил Глеб Никитович передать Вам это и извиниться, что сегодня не придёт, как обещал. Он срочно уехал в командировку, и это надолго.

Тревога кольнула в солнечное сплетение.

– Поняла… Спасибо, – я не знала, что еще сказать и надо ли. Мужчина попрощался и быстро ушёл, а мой малыш стоял с краснеющим носиком и блестящими глазами.

– Сынок, думаю это тебе дядя Глеб передал, – я развернула обёрточную бумагу и увидела фигурку полицейского.

Было странно осознавать, что мой сын, который видел этого мужчину всего лишь дважды, так расстроен сейчас. И не менее меня удивляла собственная реакция. Меня терзало какое-то тягостное чувство, что всё неправильно и не так, что он должен был прийти. Да что происходит-то? Это посторонний малознакомый человек, которого высшие силы послали, возможно, в ответ на мои мольбы, чтоб избавил меня от раздражителя этажом ниже.

Прогулка явно не удалась: начал накрапывать мелкий дождь, соответствующий настроению. Я повела сына в кафе, что было неподалёку, и заказала ему вафли и облепиховый чай. А себе кофе с корицей, который варили только здесь. Латте, капучино и прочие любила, но корица открывала аромат кофе по-особому, тем более в ненастный ноябрьский день это было как раз кстати.

Непогода за окном не унималась, поэтому я вызвала на адрес заведения такси, и мы с Вадимом вышли ожидать машину под козырьком у входа. Разглядывая проходящие авто, я обратила внимание на припаркованный недалеко автомобиль: такой же я видела во сне, в тот момент, когда выглядывала из окна. Побуравив его тонированное стекло пристальным взглядом, я услышала уведомление о прибытии нашего такси, и через секунду прямо к нам подъехал белый седан.

Дома после обеда, когда уложила Вадика на дневной сон, я вошла на кухню, чтоб мыть посуду и наводить порядок. Отопление очень высушивало воздух в квартире, поэтому я регулярно открывала окна для проветривания. Вот и сейчас я взялась за оконную ручку и замерла: под окнами стояла та же машина, которую я видела возле кафе – большой черный внедорожник с заляпанными номерами. Может ли это быть совпадением? Что-то слишком много их стало в моей жизни. Что предпринять я не знала: кому кроме Глеба я могла позвонить? Никому. Да и ему не могла, потому что номер его телефона я не знала. Поэтому я решила пока наблюдать, возможно это действительно моя паранойя. Спустя 15 минут, перемыв посуду, я выглянула снова в окно: во дворе стояли уже совсем другие авто…

Глава 12

Всё же что-то было в Светлане. Я точно знал, что меня надежно скрывает тонировка стёкол, но её серые глаза смотрели прямо на меня, от этого сердце зашлось то ли от радости, то ли от стыда… Я уже готов был выйти из машины, продумывал как объяснить своё внезапное возвращение из командировки, но тут за ними приехало такси. Неведомая сила потащила меня вслед за ними, чтоб еще несколько часов провести под окнами знакомой однушки. Когда Света снова посмотрела в окно, я уже не знал, плакать мне, или смеяться. Эта женщина определённо имела какие-то сверхспособности. Я смотрел на неё и сравнивал со своим сновидением: было ли что-то общее между Светой реальной и её двойником из моих грёз? Мне до боли в зубах хотелось это узнать, но я принял решение иное.

Я зачем-то развил бурную деятельность вокруг их семьи, хотя изначально не собирался сближаться. Или собирался?.. Я уже не мог сам в себе разобраться, в любом случае я должен был взять тайм-аут, чтоб успокоить взбесившиеся гормоны и незнакомые ранее эмоции.

Следующая ночь снова обрушила на меня всю тяжесть моего положения, явив следующий этап наших отношений из параллельной реальности. Я видел наш дом, Свету и Вадика, где мы уже были одной семьёй. Жена увеличилась в размерах раза этак в два, но только в талии. И осознание того, что в её теле сейчас растёт и развивается мой ребёнок, сбило дыхание. Я даже чувствовал движение крошечного существа в утробе Светы, когда ласково гладил её живот и разговаривал с ним. Рядом скакал восторженный Вадик, который готовился к появлению еще одного члена семьи сильнее нас всех, проникшись ролью старшего брата. Следующий кадр показал мне, как я лечу на крыльях счастья домой на своем авто, но над крышей зависли грозовые тучи… Я выскакиваю из салона и бегу через газон, уже видя битые стёкла вокруг и пустые глазницы наших окон. Я мечусь по комнатам, зову хоть кого-то, но нахожу на лестнице лишь фигурку полицейского в страшных бурых пятнах…