неСтандартный отпуск учителя

Глава 10

«Счастье – это когда горячо в груди и иногда даже хочется плакать от того как горячо.»Света, 6 лет(Просторы интернета)

Сегодня выдался на удивление жаркий денёк. Во всех смыслах. Это лето, не баловавшее нас погожими деньками, внезапно решает выдать +28 в тени, что из-за постоянных дождей ощущается, как будто мы все заперлись в огромном парнике. В довершение всего из-за наступивших погожих деньков резко поспела малина. Несмотря на то что в целом бабулин сад очень ухоженный, малина была в нём редким исключением. Она свободно растёт по краю участка так, что, кажется, будто забора между нами и соседями уже не существует. К тому же именно с этой стороны дом не был жилым.

Наш элитный пригород был заселён ещё в советские времена, и многие дачи уже перешли по наследству к детям, а то и внукам. Кто-то перестраивал под новые дома. Кто-то, как мы, немного улучшал и жил круглый год. Кто-то, действительно, использовал как дачу. А кто-то просто забыл и забил. Вот и наши «малиновые» соседи просто перестали приезжать, их территория была сильно запущена, и малина беспрепятственно захватывала всё новые земли по обе стороны забора. Порой мы с бабулей всё же устраивали карательные меры для кустарника и наводили мало-мальский порядок, но ягода была такая крупная, сочная и вкусная, что корчевать её было попросту грешно.

Потому сегодня, облачившись в сапоги, широкополую шляпу, лёгкие штаны, майку и рубашку, я отправилась штурмовать местные джунгли, настолько заросли были высокими и густыми. Помнится, лет пять назад я надела купальник для сбора этой красной вредительницы, желая заодно красиво загореть. К моему разочарованию вместо загара пришлось неделю красоваться огромными царапинами, будто меня драли дворовые кошки. Больше так не рискую. Сапоги же были извечной предосторожностью против разных ползучих гадов. Гадов этих у нас, конечно, отродясь не встречалось, но каждый год кто-нибудь из соседей обязательно рассказывал, как видел ужа «вот прям на этом месте». Рисковать и проверять на практике наличие прекрасных представителей местной фауны не хотелось, потому сапоги были адекватной мерой предосторожности.

За пару часов я собрала шестилитровое ведро, добросовестно сортируя ягоды на испорченные, хорошие и особо вкусные, которые тут же отправлялись ко мне в рот. Красная спелая малина лопалась на языке, даря кисло-сладкий вкус с древесно-цветочным запахом лета. Особенно сладкой и нежной была жёлтая малина. Её здесь было не так много, зато ягоды вырастали просто огромные, раза в три больше красной. На заготовки такой малины не оставалось совсем. Даже если что-то и проходило мимо жёсткого контроля качества в моём лице и попадало в специально для неё приготовленное майонезное ведёрко, бабуля Ада съедала их на ужин или добавляла к завтраку.

Пот льёт из-под шляпы градом, стекая по лицу и шее, уже промочив насквозь воротник рубашки. Мокрые пряди, выбившиеся из хвоста, липнут к лицу, попадают в глаза, отчего их постоянно приходится убирать. Вокруг периодически кружат гадкие слепни, которые подлетают неслышно, но кусают так больно, что я каждый раз вскрикиваю и со звонким шлепком уничтожаю их прямо на себе. А ещё умудрилась расцарапать нос, неудачно дёрнув особенно высокую ветку. Обобрала только половину кустов, но малина долго не лежит, и её сразу стОит переработать. На сегодня пора было сворачиваться. Впереди меня ждёт вожделенный прохладный душ (слава канализации в доме!), и несколько часов упорного труда по заготовке малины. Совсем немного пущу на варенье, бо́льшую часть перетру с сахаром (моё спасение от всех простуд), а остатки расфасую по пакетикам и заморожу. У бабушки стоит специальная морозильная камера, где всю зиму хранятся дары её сада.

Успеть разобраться малиной, надо бы часов до 5 вечера, потом заедет Влад и мы поедем на какое-то волшебное озеро. Вокруг Новоозёрска было множество как искусственных, так и естественных озёр. Конечно, в выходные не мы одни планировали выехать с ночёвкой, но мест для отдыха хватит всем желающим. Вчера Головин, потративший весь вечер на разбор завалов, чтобы освободить выходные, заехал ко мне всего на несколько минут. Поцеловать, потискать меня и пообещать какое-то невероятное место для отдыха. На секунду я погрузилась в воспоминания вчерашнего вечера.

Мы стоим у патриота, прямо перед воротами бабулиной дачи. Головин своим мощным телом, вжимает меня в пассажирскую дверцу, так что я явственно ощущаю, как он соскучился по мне за этот день. Влад невесомо касается моей щеки, убирая выбившуюся из хвоста прядь волос, касание столь лёгкое и воздушное, что, кажется, будто пёрышком пощекотало. Меня всегда поражает этот контраст как его сильные, огрубевшие от тяжёлой работы руки, так нежно и невесомо касаются меня, при этом его тело однозначно говорит о мощи его желания. Смесь страсти и нежности заставляет откликаться и меня. Где-то в спине зарождается жар, который мгновенно простреливает позвоночник и отдаётся в тут же закружившуюся голову. Этот жар вспыхивает ещё сильнее, когда губы Влада захватывают мои. Сразу сильно, порывисто, мгновенно углубляя поцелуй, лишая меня кислорода и связных мыслей, оставляя лишь сильное желание.

Я мотаю головой, выплывая из воспоминаний. Тело горит. От жары ли или от жарких воспоминаний? Не знаю. Но точно знаю, что мне пора охладиться.

Аккуратно выбравшись из зарослей, подхватываю ведро с малиной, и немного хромая отправляюсь в дом. Похоже, натёрла или отдавила палец. Так, противно ноет. Надеюсь, прохладная вода снимет неприятные ощущения. Придя в дом, убираю малину на кухню, и, закинув одежду стираться, иду в долгожданный душ.

Пока я долго и со вкусом смывала с себя пот и уличную жару, домой вернулась бабуля. В четыре руки с ней, мы за пару часов перерабатываем всю малину, заодно перемываем кости мне, Владу, моим девочкам, Борису Глебычу, соседке напротив. В общем, всем до кого дотягивается наш язык. Когда всё заканчиваем, у нас остаётся время перекусить да собраться. Приедут за нами почти одновременно. Меня похищает Головин, а бабуля едет с какими-то подружками. Как она говорит, у них открылся очередной круг юбилеев, теперь по очереди будут друг к другу ездить до конца года.

- Знаешь, я очень благодарна Владу, — задумчиво произносит бабушка, тщательно пережёвывая очередную порцию греческого салата. Заставив меня этой фразой удивлённо вскинуть брови. – Я уже с трудом помню тебя такой счастливой. Если только когда ты была совсем малышка. Ты не представляешь, бельчонок, как я корю себя за воспитание Иры. Наверное, тогда надо было меньше работать. Быть попроще. Внимательнее. Не знаю я, где всё пошло не так…

Я вижу, как бабушке больно говорить об этом. И тоже не понимаю, почему мать поступала и поступает так, но точно знаю, что, даже если, и была здесь бабушкина вина, то уж точно не главная.

- Бабуль, — я пододвигаюсь к ней и обнимаю её за плечи, — всё же хорошо. Мы с тобой вместе, Ярка с мамой, у каждой есть свой кусочек семьи. Не вини себя. Даже если ты где-то была не права, уверена, ты не учила её быть бесчувственной стервой. Меня же тоже, по сути, воспитывала ты, и эффект абсолютно противоположный.

- На контрасте, ага, — бабуля улыбается и смахивает слёзы со щёк. – Я к чему это. Ты очень счастливая с Владом. Светишься вся. Перестала зависать порой. Комплименты принимать начинаешь. Не теряй это. Как бы там дальше у вас не сложилось.

- Не буду, бабуль. Спасибо тебе. – Сидим с ней вдвоём: обнимаемся и улыбаемся. Мы редко с ней говорим о таком, но иногда накрывает. Вот как сегодня. Наслаждаемся этими минутами вдвоём, ведь роднее у нас никого нет. А потом бегом мчимся собираться, потому что, конечно же, пропустили всё время.

Музыка: «Грею счастье» (Ёлка)

Глава 11

«Любовь тебя найдет, даже если ты пытаешься спрятаться от нее. Я с 5 лет пытался спрятаться, но девчонки меня все время находили!»Дэйв, 8 лет (Просторы интернета)

Озеро, на которое привёз меня Влад, было не очень далеко от города, но дорога к нему была настолько разбитой, что моя Кора здесь просто не проехала бы. Как и большинство других машин. Но патриот Головина был на какой-то там специальной подвеске, которой вот эти ямы размером с половину меня были нипочём. Однако, когда мы приезжаем на место стоянки, я понимаю, что такая красота стоит этих трудностей в пути.

Небольшое озеро спряталось в сосновом лесу, песчаный берег чистый, без лишних кустов и травы. В нескольких местах видны оборудованные из подручных материалов небольшие стоянки с чем-то вроде причалов. На берегу нет никакого мусора, при этом заметно, что сюда приезжают отдыхать, но нечасто. Такое местечко для своих.

Этим вечером озеро безмятежно. Стоит абсолютный штиль, и в тёмной глади воды, как в зеркале отражается алый закат. Выйдя из машины, я не могу сдержать возглас удивления. Красота и уединённость места восхищают. Не сдерживая эмоций, втягиваю воздух полной грудью и кружусь вокруг своей оси смеясь.

Влад, поймав меня, обнимает со спины и целует в висок.

- Нравится?

- Очень, — искренне выдыхаю я. – Никогда здесь не бывала. Слышала от знакомых, но добраться не на чем было. Это какая-то сказка. А запах. Здесь так пахнет хвоей!

- Я рад, располагайся вон там на скамейках, позагорай, отдохни. Минут через сорок – час, стоянка будет готова, пожарим шашлык и поужинаем.

- Так не пойдёт! Чем тебе помочь? – Серьёзно? Я буду сидеть, а он работать?

- Сесть и отдохнуть! Изаида Владимировна заложила твои масштабы заготовок, небось уже руки-ноги отваливаются. Отдохни, прибереги силы на ночь, — сказав это, он быстро, но глубоко чмокает меня в губы и придаёт ускорение в сторону скамеек звонким шлепком по попе.

Ну, если вопрос стоит таким образом, можно и посидеть. Тем более что я и правда устала. Большой палец на левой ноге противно ноет, похоже, передавила его резиновым сапогом, который был мне слегка маловат, и эта боль отдаёт во всю стопу. А ещё я чувствую, как гудят ноги, натруженные за день беготни у бабули в саду, а в районе поясницы периодически стреляет противная боль, как будто кто-то втыкает тонкую иголку прямо в нерв. С наслаждением сажусь на песок и прям так, без коврика, делаю пару упражнений из йоги. «Русалочка» или как-то так она называется. Моя соседка по общежитию была ярой фанаткой йоги и помимо зала каждое утро делала несколько упражнений. Наверное, своей гибкостью она и поразила моего бывшего парня.

Сама я фанатом не стала, но пару приёмов запомнила, использовала их вместо зарядки или гимнастики. Вот этот был моим любимым. С наслаждением наклоняюсь к земле и сантиметр за сантиметром чувствую, как натруженные мышцы сначала натягиваются, распрямляются, а потом расслабляются, принося долгожданное чувство расслабленности. Сделав «русалочку» на обе стороны, я принимаю «позу младенца», с блаженством понимая, что спину отпускает.

Когда заканчиваю свои вольные интерпретации йоги, просто ложусь на спину, раскинув руки в стороны и прочувствовав себя от пяток до макушки. По-моему, такая асана тоже была и даже как-то называлась, но мне так лень вспоминать это название. Усталость отступает, тело расслабляется. Нагретый за день песок приятно греет спину, усиливая эффект от небольшой разминки.

Пытаюсь уловить атмосферу вокруг. Втягиваю полной грудью дурманящий лесной воздух. Пахнет свежей травой, горячим песком, хвоей и лёгкой вечерней сыростью. Открыв глаза, смотрю вверх. Над головой расстилается безоблачное голубое небо, уже слегка поддёрнутое вечерней дымкой, которое обрамляют верхушки корабельных сосен, как будто рама, бережно оберегающая свою картину. В уходящих лучах солнца кружатся невесомые пылинки, в обычное время невидимые нам. Тихонько трещат поленья в костре, который уже успел развести Влад, но их почти неслышно за громким стрекотом сверчков и редким кваканьем лягушек. Казалось, природа замерла в состоянии покоя. Прислушиваюсь к ощущениям тела. Натруженные мышцы гудят, но уже не болят, даже палец перестаёт ныть. Усталость стала приятной. Хорошо. Как же давно я не ловила такого ощущения расслабленности. Покрутив шеей, замечаю странный взгляд Влада.

- Что? – спрашиваю, не поднимая головы, он по-прежнему разгружает машину и не даёт мне делать ничего. Да в общем-то, не очень-то и хочется теперь.

- Не знал, что ты так умеешь… это может пригодиться. – Я не вижу его лица, но узнаю́ эти вкрадчивые кошачьи интонации. Именно таким тоном он любит нашёптывать мне непристойности во время нашей близости. Дрожь проходит по моему телу, меня перетряхивает, будто вдруг подул холодный ветер. Только никакого ветра нет. Перед глазами мелькают самые яркие картинки наших вечеров и ночей. В спальне, в ванной, на кухне. Под блики так и недосмотренного фильма, с запахом свежесгоревшего омлета, с ритмичным звуком стучащей спинки кровати. Меня накрывает предвкушением страсти. Возбуждение, что вместо усталости разливается по мне всё тем же маршрутом: от пяток до макушки.

- Вла-а-ад, — его имя вырывается скорее стоном, чем внятным словом.

- Терпение, малышка, терпение, – в мурлыкающие интонации вплетаются ехидные нотки. Дразнится, кот такой. - Лежи…настраивай связь с космосом.

Головин, действительно, очень быстро обустраивает нашу стоянку. На углях в мангале уже жарится шашлык, отдельно горит костёр, чтобы мы могли греться хоть всю ночь. Палатка собрана, стол накрыт. Я даже не помню, чтобы кто-то так для меня старался. Во всех прошлых отношениях романтика и вот такие сюрпризы всегда инициировались, ну, или и вовсе полностью осуществлялись мной. А здесь мужик сказал, мужик сделал. Как-то незаметно я оказалась накормлена, обогрета, завёрнута в плед и осчастливлена домашним чаем с малиной.

Влад сидит на небольшой скамейке, сооружённой здесь нашими предшественниками из парочки брёвен. Я же, закутанная в плед, устроилась у него между ног, прямо на песке, откинув голову ему на колено. Головин обнимает меня одной рукой, второй играет с моими волосами, собранными в высокий хвост. В наступающих сумерках всё ярче разгорается пламя костра, то взмывая вверх, то вновь опадая и поглощая собой все цвета и звуки. Постепенно смолкают сверчки и лягушки, перестают петь птицы, и на лес опускается тишина, нарушаемая лишь трескающимися поленьями. В этом году лето было прохладным, вот и сейчас я ощущаю, что дневная жара быстро уступает место свежести ночи.

Хотя мне не холодно. Тепло концентрируется у меня в руках, от чая в моей термокружке. В ногах, что вытянуты ближе всего к огню. В шее, что греется о руку горяченного Влада. С ним не нужен никакой костёр. Своими объятиями он будто пуховым одеялом укутывает меня, защищая, как физически, так и ментально от всех бед.

Я ёрзаю, устраиваясь удобнее и сильнее облокачиваясь на Влада. Мне хорошо в эти мгновения. Просто невероятно хорошо. С этим мужчиной я ловлю такие эмоции, которых у меня не было никогда. Будто нашла своё место в жизни. Там, где можно отпустить все печали, и наслаждаться моментом. Такое чувство, будто я целый день ходила с рюкзаком, заполненным проблемами, его лямки впивались в кожу плеч, тянули к земле, нагружали спину, а здесь его взяли и сняли. Спину простреливает болью, плечи немеют и зудят, но в теле такая лёгкость, что при желании пройдёшь ещё столько же и немного сверху. Так вот, Головин снял с меня этот воображаемый рюкзак и повесил невесомые крылья, вроде не делая ничего для этого специально, просто находясь рядом.

Влад, как чувствует, что мои мысли опять улетают в самокопательные дали, отпускает мои волосы и, едва касаясь, проводит костяшками пальцев сзади по моей шее, от основания до самых волос. Всё моё тело вздрагивает от чувственности этого прикосновения.

- Замёрзла? - Влад ещё больше подаётся ко мне и задаёт свой вопрос, едва касаясь губами моего уха, с этими его кошачьими нотками в голосе, что так волнуют. Дрожь вновь охватывает меня.

- Не-е-ет. – Это мой голос? Серьёзно? Что вот это вот за томное придыхание? Откуда оно взялось?

- Жаль. – Головин невесомо целует меня за ухом и продолжая мурчать. – Мы можем согреться в палатке. Я знаю отличный способ, говорят, спасает даже в морозы. – После каждого слова мне достаётся лёгкий укус в шею, который тут же зацеловывают. Чуть прикрыв глаза, я наблюдаю за пламенем костра и погружаюсь в свои ощущения. Так же как под лёгкими порывами ветра разгорается огонь, внутри меня просыпается дикая смесь из жажды, нежности, страсти и любви.

- Вла-а-ад, — меня уже вовсю поглощает возбуждение, так тщательно нагнетаемое в течение этого волшебного вечера. Отставив в сторону кружку, я разворачиваюсь в его руках и ловлю лицо любимого мужчины своими ладонями. Прочувствовав кончиками пальцев лёгкую щекотку от бороды, нежность кожи на щеках, жёсткость волос у виска, я накрываю его губы своими. Моё прикосновение невесомое и лёгкое. Я наслаждаюсь вкусом малинового чая с нотками терпкой смолы, которой, казалось, пропитано всё вокруг. Однако долго нежничать мне не дают. Влад мгновенно перехватывает инициативу, углубляет поцелуй, выбивая из меня сдавленные стоны.