Метель. Сорок лет вперед…
- -
- 100%
- +
Я тихонько прикусила его шею. Облизала капельку крови. То же самое Куп проделал со мной.
– Ни одна женщина мне не сможет этого дать…
– Как мы будем дальше?
– Так же, как были после той ужасной линьки. Вся комната пропахла тобой. Вся квартира. А эти ваши с Зилем крики по ночам… Тогда вы про это предпочли забыть. Хотя отчасти помог твой приступ. Я, правда, думал, что тебе стало плохо из-за меня. И сорок лет не пытался тебя домогаться, потому что видел, как тебе тогда было плохо.
– Так это и было отторжением.
– Почему сейчас этого нет? Я после первой ночи боялся, что тебя начнет выворачивать, но этого не происходит.
– Я тоже об этом подумала. А еще мне нравится твой запах, хотя во время линьки я еле преодолела …э… – я попыталась подобрать слова.
– Отвращение? – предложил Куп.
– Ну, это сильное слово. Просто мужчины, кроме Зиля, у меня вызывают неприятные ощущения: отвратный запах, не нравится внешний вид. Ты был исключением и тогда, ну, в общем, как-то так…
– Короче, не объяснить. И не надо. Я принял правильную тактику – выжидание.
– Запомнил? У драконов главный союзник – время.
– Ты такое говорила? Не помню.
– Рассказывала, что это говорила тётушка Тинг. Главный союзник драконов – время. Можно дождаться исполнения любого желания. Смерти врага, изменения природных условий и много другого, – сказала я по-китайски.
– Я не очень в китайском, но сейчас понял.
Я поцеловала его, вдувая знание китайского.
– Я дождался тебя. Но не буду разрушать вашу жизнь с Зилем, не бойся. У меня есть некоторые идеи. Хочу с тобой посоветоваться. – Он оперся на локоть и навис надо мной, глядя в лицо. – Я собираюсь продвигаться дальше в органы власти. Для этого мне нужно либо жениться, либо объявить себя геем. Что скажешь?
– Ты об этом вчера так долго разговаривал в кабинете?
– Да. Говори сразу, спонтанно у тебя всегда правильно выходит.
– Жениться. Геем быть уже немодно. Это ведь обычные отношения, но тебе придется завести друга, иначе устанешь отбиваться от претендентов на твое сердце и попу, – я засмеялась. – Если спонтанно, то… тебе нужно жениться на иностранке. Чтобы из далекой страны с чужим языком. Россия или Австралия.
– Австралия. И, наверно, Китай. Ты сбежала от Зиля в Китай и говорила, что там ломку не чувствовала.
– Ломку?
– Да, а что ты думаешь, я буду чувствовать, когда ты вернёшься к Зилю? Твой запах в постели, твой запах в квартире. Надо было везти тебя в гостиницу. Не догадался. Правда, тогда я вообще не мог ни о чем думать, кроме тебя подо мной.
Он взял пачку сигарет, смял, очевидно, была пустая, резко встал с кровати и вышел из комнаты. Полежав несколько минут в одиночестве, я надела его футболку и пошла следом. Обнаружила голого Купа, дымящим сигарету перед открытым окном на кухне.
Прижалась к спине, отобрала сигарету, затянулась.
– Прекращай курить, – сказал Куп, оборачиваясь ко мне и обнимая, – беременным женщинам вредно курить.
– Что? Ты о чем?
– А ты не почувствовала? – Он положил ладонь на низ моего живота. – В тебе бьется маленькая искорка от меня, искорка движется… О, да! Она уже у тебя в матке! Всё, моя милая, частичка меня теперь в тебе! – Подхватил меня на руки и закружил. – Правда, там уже у тебя есть маленький огонёк от Зиля, но я с ним договорился, чтобы не обижал мою искорку и заботился о ней. За это я поделился с ней своей силой и пообещал помощь в дальнейшем.
– Вот проныра! Как?!
– Что – как? Произошло зачатие? А чем мы с тобой занимались четыре ночи и три дня?!
– Нет! Я не про это! Это я поняла. Как меня угораздило связаться с драконами?
– Ты сама дракон.
– Ну, это как посмотреть. Я все же была человеком, пока не встретила вас с Зилем.
– Все предопределено драконьей судьбой. Сама же говорила. Надеюсь, теперь я смогу свободно от тебя сбежать. Зилька вернется страшно виноватый и будет с тебя пылинки сдувать ближайшие лет двадцать.
– Так, почему виноватый? Что ты знаешь? Вы опять меня развели?
– Ничего я не знаю про Зиля, кроме того, что его понесло в этот Ванкувер. Он там решил почитать лекции. Еще у него мысль перебраться туда на ближайшие сто лет. Он тебе не говорил? Наверное, скажет, если ему там понравится. Он боялся, что это очень далеко и связь между вами может прерваться.
– Попросил тебя побыть со мной?
– Нет. Проследить, чтобы ты не скучала. Я справился?
– Гад!
– Извини, в следующий раз оставлю тебя курить и пить в одиночестве!
– Слушай, я с тобой забыла про Зильберыча! Поставь меня!
Оказавшись на полу, я стала искать по кухне гаджет, который нашёлся на столе и был выключен.
– Твоих рук дело!? Гаджет отключил!
– Ну, не нужно мне приписывать лишнего! Возможно он отключился случайно, когда мы тут резвились.
Я включила гаджет, и тут же пришло сообщение, что детей привезут сегодня. Просили забирать от школы в 14:30.
– Сегодня! Блин! Сколько времени? Двенадцать! Ку-уп! Нам нужно Зильберыча забрать.
– Так, сейчас завтрак! Беременным женщинам нужно хорошо питаться.
– Это забота?
– Это забота, и опека, и все, что хочешь! – Он уже поставил чайник и принялся вынимать из холодильника продукты, а из шкафчика пакет с круассанами.
Круассаны теплые. Теплые?!
– Не понимаю, почему они теплые?
– У меня в доме кафе. Я сходил в девять утра.
– Спасибо! Помнишь, что я люблю по утрам круассаны с кофе.
– Кофе? Или уже нельзя?
– Сегодня последний раз, можно? И дальше здравствуйте, девять месяцев скучной полезной диеты…
– Договорились. – Куп заправил кофе-машину. – Капучино?
– Да! – Обняла за спину, поцеловала в плечо. – Спасибо! Не уезжай. Может, ломка не будет сильной? Зиль говорил, что во время моей первой беременности в начале срока чувствовал ослабление нашей связи. – Я усмехнулась. – Вроде как даже на сторону сходил, и у него получилось.
– Он что, тебе рассказал?
– А тебе рассказал? Значит, было… А и фиг! Теперь мне не так стыдно, что мы тут творили… Нет, он не рассказывал, я почувствовала. Я же его чувствую. Радость, тоску, боль. А сейчас не чувствую ничего. Вообще. Это меня и выбивало. Ощущение, как будто ушёл, и нет его – пустота. Страшное чувство…
– Он вернется, а я уеду. Женюсь и вернусь, – Куп усмехнулся. – Я без вас не могу, без Зиля и тебя, а теперь еще и ребенок.
После завтрака мы действительно все успели. Куп вывел меня в шлеме в гараж. На мотоцикле я помчалась домой, а он поехал за мной на машине.
Дома я быстро приняла душ и переоделась. Куп повез меня к школе. Пока ехали, я просмотрела поступившие сообщения, среди которых было уведомление, что Зиль в сети (пришло, когда я переодевалась). Звонить не стала, во-первых, это он уехал и четыре дня от него не было вестей. Во-вторых, мне не хотелось говорить с мужем в присутствии Купа.
20.12.2050, 14:33:15
Показывали часы на панели, когда автомобиль припарковали у школы.
Автобус с детьми уже приехал, и я поспешила забрать ребенка.
– Мама! Мама! – Зилька бросился ко мне.
Подхватила, вернее, поймала, обоим удалось удержаться на ногах. В свои десять Зиль уже был мне до уха, так что едва устояла.
– Ты с Купом?
– Да. Хорошо. Что вы решили насчет моего участия в школьном ансамбле?
– Что? В школьном ансамбле? Это будет просто школьный ансамбль?
– Да, – в мохнатых темных глазенках удивление и недоумение.
Я выдохнула.
– Если это только школьный ансамбль, то без вопросов – я согласна!
Зилька побежал к учительнице.
– Фрау Мария, фрау Мария! Мама согласилась!
Я подошла к группе учителей и поздоровалась.
– Добрый день, фрау Хелена! Вы даёте свое согласие на участие Зильбе в ансамбле? Уверяю вас, занятия только в свободное от учебы время.
– И никаких гастролей и концертов?
– Ну, что вы, это исключено. У нас будут показательные выступления, участия в отчетных концертах, но это обязательно – артистам нужны зрители, нужен творческий обмен. Ансамбль будет состоять из четырех человек. Зильбе – солист и гитарист, Гюнтер – гитарист и клавишник, Алекс – ударник, Борис – бас-гитара. Гюнтера вы знаете. А с остальными мальчиками познакомитесь, после новогодних каникул у нас будет родительское собрание, там-то со всеми и увидитесь.
– Я согласна, если не будет коммерческих концертов и отрыва от учебы. Всего доброго! Мы пойдем, а то нас дядя Зиля ждет, еще на работу нужно…
– Да-да, всего доброго, о собрании я проинформирую уже ближе к дате. Мы еще с ней не определились.
Я раскланялась, и мы пошли с Зилькой к машине. К нам подбежал Гюнтер.
– Здрасьте, тетя Лена! Вернее, фрау Хелена. Разрешите Зилю участвовать в ансамбле! Пожалуйста! – И он изобразил самую жалостливую мордочку. – Папа говорит, что без Зиля нам и начинать нечего.
– Ах, это папа говорит?! Так-так. Я уже дала согласие фрау Марии, но с твоим папой я тоже поговорю. Вернее, натравлю на него Зильбе-старшего!
– Ура! Тёть Лена, спасибо! Папа с Зилем-старшим разберется. Нам было главное ваше согласие получить! А-а-а, Зильбе, мы поем!
– Гюнт, я не знаю других ребят. Кто они?
– Алекс у нас новенький, приехали откуда-то с юга, – начал мальчишка, а я отрицательно замотала головой. – А, вы имеете в виду, драконы ли они? Да.
– Летающие?
– Наверное, с крыльями…
– Значит, судьба. Все, я согласна.
Мальчишки запрыгали. К нам подошёл какой-то паренек. Маленький, сутуленький, худенький, с черными кудряшками и мохнатыми карими глазками.
– Теть Лена, знакомьтесь – это Алекс Векслер. Он наш ударник.
– Очень приятно.
Мальчик кивнул.
– Ты давно на ударных? – задала вопрос, потому что нужно что-то спросить.
– Уже пять лет! – ответил мальчик неожиданно чистым и звонким голосом. – Мама хотела, чтобы я играл на пианино, но я сказал, что либо барабаны, либо ничего.
– И она согласилась?
– Попыток не оставила.
– А почему ты не солируешь? С твоим голосом?
– Я? Петь? А какой у меня голос?
Я оглядела ребят.
– Я что, одна это слышу?
– Нет. Тёть Лена, он очень стесняется.
– Прячется за барабанами?
– Видимо, – вздохнул Гюнтер.
– Сколько тебе лет, Алекс?
– Двенадцать.
Все запущено… Парень ниже Зиля, хотя, может быть, из-за сутулости?
– Фрау Мария пообещала мне, что концертов не будет, так что у тебя есть время справиться со своей застенчивостью и начать солировать. – Я потрепала его по плечу. – Ребята, всего доброго, мы спешим! Пока.
Взяла Зиля за руку и потащила к машине. На ходу он попрощался с друзьями.
20.12.2050, 14:34:11
Высветилось на дисплее гаджета, когда поступил вызов.
– Привет! Ну, наконец-то отозвался!
– Привет! Я тут в такую переделку попал. Трое суток в ледяном плену. Еле добрался до Ванкувера. Здесь гаджет разбился.
– Случайно встретился со стеной?
– Не совсем случайно, но да…
– Первым делом позвони Зильке, у него там какой-то ансамбль намечается, он тебе звонил, а ты вне зоны…
– А Лена?
– Очень обижена. Рыдала все пять дней. Так что не знаю, как ты со мной расплатишься, – Куп засмеялся.
– Так плохо? Черт! Как я здесь извелся… Даже песню написал, даже музыка пошла, но тут эта сука, якобы дорогая проститутка, решила мне сделать минет. Прикинь, она полезла ко мне своим поганым ртом. Стала возбуждать. Подумала, что у меня не стоит из-за слабости. Блин, меня чуть не стошнило прямо на её голову. Я её прогнал…
– И тут гаджет встретился со стеной?
– Да. Лене не проговорись, я купил такой же, пока подключил… Здесь оказалось очень сложно найти такой же. Я сейчас тебе скину текст, у меня даже ноты кое-где есть, но после того, как эта тварь меня выбесила, не могу попасть в то настроение и музыка уходит. У тебя получится написать. Я уверен!
– Не поверишь, здесь тоже сложно найти похожий гаджет, – Купа рассмешил рассказ брата.
– Ты что, тоже свой разбил?
– Не я – Лена. Её гаджет позавчера после того, как ты не звонил трое суток, встретился со стеной. Вернее, с углом комода, но летел к стене.
– Промазала… Лена… Как я безумно скучаю. Это не передать. К черту этот Ванкувер! К черту эту конференцию. Я сегодня читаю последнюю лекцию и завтра с утра вылетаю! Послезавтра уже буду дома. К черту всех этих чужих теток. Пахнут противно, заливаются духами. Одна, проспав со мной две ночи, решила, что я на ней хочу жениться. Была уверена, что сможет сделать меня счастливым. Жене бы мы выплатили компенсацию, ребенка бы устроили в закрытую школу. И жила бы она со мной долго и счастливо.
Куп почти катался по машине.
– Ты так это рассказываешь, как мальчишка, с таким удивлением.
– Почему ты мне не рассказал, что это так? Удовольствия никакого, кроме того, что стояк на каждую юбку. А когда юбку заманишь в номер, то разрядки не получается, потому что одна как бревно, другая, наоборот, изображает из себя секс-машину. Результат не понравился.
– Я тебе говорил, что количество не означает качество. Ты просто не понял, о чем я.
– Я не думал, что такое простое дело не умеют делать даже дорогие шлюхи. Короче, послал всех. Дрочу на Ленкину фотку. Стояк замучил, потому что я стал открыт к женским феромонам.
– Ты попробуй или маску надеть, или ватку в ноздри вставить, – продолжал гоготать Куп.
– Тебе шуточки! Накажу!
– Ты капризный мальчишка, привык получать качественный секс с семнадцати лет. Решил попробовать новых ощущений. К твоим годикам пора бы выучить, что не все в красивой упаковке можно есть. Это как после дорого ресторана идти в общепит.
– Слушай, ты, бедолага, а сам-то как справляешься?
– Вот так и мучаюсь… – прорыдал Куп. – Ну, ты же знаешь, у меня было несколько постоянных связей. Более или менее терпимых партнёрш, но всё равно приходилось расставаться. Если помнишь, я даже был женат.
– Я это помню. А еще помню, что ты очень хотел избавиться от зависимости от Лены и меня.
– Ладно, нас тогда ловко поймали и разыграли втемную. – Куп перевел тему разговора: – Надеюсь, теперь ты поймешь, какое чудо с тобой живет столько лет?
– Да я уже понял. Особенно когда попал в аэропорту Оттавы в метель. Вьюга сыплет снегом. Все занесло. Я пытаюсь с вами связаться. По телефону не получилось – нет связи. Мысленно – вообще тишина. Как будто вас нет. Ленки нет! Просто дыра – пустота. Жуть! Как тогда, в 2019… Только до Зильки дотянулся, но он спал и пел во сне! Представляешь, он пел во сне! Я думал, чокнусь от одиночества. Написал слова. Самолет выпустили. В Ванкувере вообще вакуум.
– Я сегодня улетаю.
– Ты? Куда? Зачем?
– Лена посоветовала. Мне нужно жениться.
– Что, опять? Твоя предыдущая женитьба нам дорого обошлась! Что вы теперь с Леной придумали?
– Ничего такого, – Куп хохотнул. – Не переживай, в этот раз брак нужен для карьеры. Решили, что нужно жениться на чужестранке, фиктивно. Поэтому улетаю в Австралию.
– Подожди! Это же, получается, что я тебя не увижу?! Ты меня дождись! Хотя бы провожу.
– У тебя хватит забот. Будешь Лену успокаивать. Зиль, я должен уехать. Не спрашивай и не проси остаться.
– У тебя что-то случилось с Леной?
– Это называется утешение. Пока ты там пробовал на вкус шлюх и сходил с ума, я пять суток поил её успокоительными, отбирал сигареты, курил вместе, варил кофе, катал на байке и все эти дни и ночи вытирал слезы и сопли.
– Подожди, а где в это время был ребенок? Я же её с Зилькой оставлял. Она когда материнский инстинкт включает, остальное выключается.
– Зильку отправила в музыкальный лагерь.
– Черт! Я все понял. Почему она согласилась?
– Ну, это выяснишь сам. Я тоже удивился. Говорит, учительница очень просила, она не смогла отказаться.
– Подожди, так вы были вдвоем? Гад, и ты получил вкусный и качественный секс? Поэтому сбегаешь? И еще требуешь, чтобы я с тобой расплатился? Да ты и так взял чужое! Я перед тобой раскрываюсь, а ты!
– Остановись! Если ты знаешь другой способ успокоить Лену, то в следующий раз, когда побежишь от неё пробовать шлюх, поделись со мной. И только посмей изводить её ревностью. Сам виноват. Все, звони сыну. Потом Лене. Они идут.
– Вали в свою Австралию! Сука! Убью!
В ответ гудки.
20.12.2050, 14:39:15
Светилось на дисплее машины, когда радостный и взволнованный Зиль-младший подбежал к открытой дверце и закричал, протягивая руку для пожатия:
– Куп! Привет! Мама дала согласие на моё участие в ансамбле! Фрау Мария пообещала, что никаких концертов и гастролей. Только школьные выступления, а иногда межшкольные.
– Хорошо, что Лена не знает, что нашей маме тоже это обещали.
– И что, потом запрягли? Почему тогда она не забрала вас?
– Ну, нас не так просто было забрать. Нас было двое, и нам это нравилось, – Куп улыбнулся и подмигнул. – Решающим был фактор денег. Мы стали приносить в дом деньги. И у нашей мамы не было сил от этого отказаться. У вас другая ситуация в материальном плане. Но даже если бы не деньги, мы все равно бы не оставили это дело. Хотя очень хотелось иногда. К моменту встречи с Леной мы уже были приличные раздолбаи с сильно подорванным здоровьем. У обоих гастрит, у обоих по несколько нервных срывов. У Зиля вообще киста на связках, хотели делать операцию, и он мог после этого не заговорить.
В это время зазвонил гаджет Зильки.
– Папа! – воскликнул мальчишка. – Папа, привет! Да. Не. Мама согласилась! Все в порядке!
Куп вышел из машины, оставляя сына беседовать с отцом. Лена стояла, прислонившись к капоту, и курила. Руки снова дрожали.
– Что опять случилось? Зиль прозвонился Зильке, видимо, связь с ним наладилась, ты сейчас его эмоции тянешь. Перестань. – Поднял её лицо и посмотрел в глаза, – Затянись, а теперь выдохни в меня с дымом все эмоции.
Лена выдохнула.
– Ого, – Куп качнулся, – он очень злится. – Приобнял, как будто защищая от окружающего мира. – Легче?
– Да. Спасибо!
– Включай материнский инстинкт, тебе сейчас нужно беспокоиться об искорке и огоньке. Мы взрослые драконы и разберемся в своих эмоциях. Зиль прилетит через сутки и не слезет с тебя неделю. Я в это время буду уже далеко. Как бы он ни злился на тебя и на меня, больше всего злится на себя, а увидев тебя, растает, присмиреет. Так уже было. Все успокоится.
***
Мы с Купом сели в машину.
– Мам, звонил папа. Он завтра уже вылетает. Сказал, номер рейса сбросит сообщением. Хочет, чтобы мы его встретили.
– Хорошо, обязательно, – ответила я, проверяя гаджет на предмет сообщений и отключая его.
В этот момент Куп выводил машину с парковки, но я заметила, что от него не укрылись мои манипуляции с гаджетом.
– Он сказал, что чуть не чокнулся в ледяном плену и написал песню – Метель. Посмотри, мне кажется, здорово. Он даже начал придумывать музыку, но тут объявили посадку, и он потерял мелодию, говорит, никак не может настроиться снова. ― Куп передал мне гаджет с раскрытой на экране фотографией текста песни, записанной Зилем, как обычно в блокноте.
Подчерк у мужа за прошедшие сорок лет не изменился, буквы ровный, округлые, как будто записывал не на коленке в аэропорту, а за партой в школе. У первого куплета были ноты, потом они оборвались.
Somewhere outside the window
Winter roams,
Где-то там за окном бродит зима…
Sprinkles snow white snow,
by night and day.
Сыплет снег, белый снег, ночью и днем.
The silence and emptiness making me insane
and I can't sleep in an empty house again.
Тишина и пустота сводят меня с ума
и опять не уснуть в доме пустом.
Blizzard, quiet white shroud
cover my house.
Вьюга, саваном белым дом мой укрой
Somewhere you fall asleep,
Где-то ты засыпаешь,
Somewhere, but not with me.
Где-то, но не со мной
Со второго куплета написаны примечания о том, что нужно сделать тональность выше. Видимо, под конец он хочет вообще истерично кричать.
Somewhere in silence
December roams
Где-то там, в тишине бродит Декабрь
And he, like me,
Sleep not find
И ему, как и мне, сна не найти
Somewhere in the distance.
You'll never understand
Где-то там, вдалеке, никогда ты не поймешь,
Somewhere out there, not with me,
So you do not know.
Где-то там, не со мной, не знаешь ты…
White blizzard whirls,
Кружит белая вьюга,
And winter is quiet.
И тиха зима,
Do you hear how I freeze
again without you.
Слышишь, как я замерзаю, снова без тебя…
Quietly white shroud
Blizzard, cover my house.
Вьюга, саваном белым, дом мой укрой,
Somewhere you fall asleep,
Somewhere, but not with me.
Где-то ты засыпаешь, где-то но не со мной.
White blizzard whirls,
Winter is quiet.
do you hear how I freeze
again without you.
Кружит белая вьюга,
И тиха зима,
Слышишь, я замерзаю снова без тебя.
Я пропела по тем нотам, которые были на первом куплете. Потом придумалась мелодия для припева. И вот мы едем по Берлину и втроем поем:
Bli-i-izzard quiet shroud white
Сover house my-e-e.
Somewhere you fall asleep,
Somewhere, but not with me-e-e.
– Да, нужно будет поработать над ритмом, но, по-моему, уже понятно, что шикарная песня, – сказал Куп. – Включи гаджет. Зиль мне мозг разрывает.
– Заблокируйся. Это моя маленькая месть за то, что пропал на пять дней.
– Я специально дал песню, чтобы ты поняла, что он там терзался.
– Я поняла: «Somewhere I fall asleep, somewhere, but not with him3».
Когда мы подъехали к дому, с неба начали медленно падать пушистые хлопья снега.
– Отвезёшь меня в аэропорт? – Спросил Куп.
– Отвезу, без вопросов! Во сколько? Мне нужно будет договориться с кем-то, чтобы побыл с Зилем-младшим.
– Вылет на 21:10. Так что заезжай за мной к шести, как раз успеем.
Я пошла в дом. Зилька остался в машине, вероятно, прощался с дядей.
***
– Почему ты уезжаешь?
– Так будет правильно.
– Я же видел, как ты на неё смотрел, возле машины.
– Как?
– Так на неё смотрел папа, потом сказал мне, что она беременная и у нас будет ребенок.
– И уехал… Я тоже сегодня узнал, что она беременна…
– У мамы будет ребенок от тебя?
– Этого никто не может знать. Может быть, и будет. Драконы долго живут, может быть, когда-нибудь Зиль отпустит её ко мне.
– А сам будет смотреть в окно и замерзать. Вряд ли. Я бы не отпустил. Просто ты же знаешь, у меня должен был быть близнец, но он не смог родиться. Он говорит, что может родиться и его отцом будешь ты.
– Значит, я женюсь и рожу тебе брата! – Куп попытался отшутиться, ему было не по себе от этого разговора с малышом-Зилем, еще неприятней, чем разговор с братом.
– Ты не понял. Он мой близнец, значит, должен родиться от моей мамы.
– Так, ты запутался сам и запутал меня. Близнецы, они от одних родителей. А я не твой родитель, поэтому и мой сын не может быть твоим близнецом.
– Но ты же близнец моего папы.
– Так, Лена права. Тебе нужно учиться, хотя бы основы биологии нужно пройти, – сказал Куп, открывая дверь перед Зилькой. Куп обнял племянника, подкинул, целуя в щеку. – Все, пока! Не забивай себе голову сложными проблемами биологии. Звони иногда. Мне тебя будет не хватать.
– Мне тоже!
16:54, 20.12.2050
Показывали комнатные часы, сделанные под старину.
Набрала номер нашей приходящей домработницы, чтобы попросить её посидеть с Зилькой, пока я отвожу Купа в аэропорт. Пришлось просить её переночевать у нас, потому что самолет в 21:10 и я могу поздно вернуться. Она с радостью согласилась.
Не дожидаясь прихода домработницы, я поехала к Купу. Снег кружил на дорогах, но пока еще не создавал помех движению. Припарковала машину рядом с подъездом и поднялась к нему в квартиру. В прихожей уже стояла гитара в чехле, какие-то связанные между собой коробки, очень напоминающие усилители. Куп метался по комнате, сбрасывая в чемодан вещи.
– Помочь? – спросила, входя в комнату и снимая по пути пальто и сапоги.
– Собрать вещи я и сам могу.
– Ну, смотри. Проверяй: трусы, майки, футболки…
– Положил.
– Носки, обувь? – Заглянула в чемодан. Два мешка с обувью лежали, обложенные нижним бельем, футболками, джинсами. – Куртки свои любимые положил?
Куп снял с плечиков и бросил в чемодан две куртки: джинсовую и кожаную, затем туда полетели толстовка и бейсболка.