Конец всему

Глава 1 В поиске

Светлая копна волос вздрогнула. Солнечные лучики мгновенно заиграли, забегали, весело перепрыгивая с кудряшки на кудряшку. Она обернулась. В её взгляде было столько чистой доброты, столько волнующей нежности, что хотелось прямо сейчас поднять на руки, подбросить в воздух и смотреть, смотреть, как копна волос подлетает, разлетается в разные стороны, а затем медленно опускается. Хотелось слушать её весёлый смех, а в промежутках – «Ещё, ещё, выше».

Она обернулась, увидела его и, радостно вскрикнув, помчалась навстречу. Ей было примерно лет шесть, тот самый возраст, когда всё искренне и всерьёз. Она бежала быстро, но никак не могла добежать. Он протянул вперёд руки, готовясь встретить её. Ещё немного, ещё несколько шагов, и она будет в его объятиях. Волна счастья уже пробежала по телу. Предвкушение прикосновения нежности и доброты переполняло его. А она всё бежит и бежит. И вот она в его руках. Она смеётся, она вскрикивает – «Папа!».

И вдруг что-то рядом громко хлопнуло. Он зажмурился и открыл глаза, молча взглянул по сторонам, ещё не в состоянии понять, что происходит, куда подевалась девочка. Но это длилось не долго, уже через несколько секунд, его взгляд упёрся в щель в стене. Хлопок был оттуда, снаружи, за стеной. Мужчина лежал на куче старого тряпья в углу комнаты. Окна были разбиты, и ветер свободно гулял, поднимая клубы пыли. На улице собиралась гроза, воздух потяжелел и наполнился влагой. Было ещё светло. Новый порыв ветра толкнул открытую створку окна и ударил её об стену. Иных звуков не было, и мужчина, ещё раз оглянувшись по сторонам, плотнее завернулся в полы куртки и попытался уснуть, но сон больше не шёл. Ему хотелось снова вернуться туда, к ней, в тот мир, который остался в прошлом. Хоть на немного, хоть на минуточку, хоть во сне. В последнее время, эти сны приходили настолько редко, что память уже начинала стирать мелкие детали. Но одно он помнил чётко. Её лицо и копну белоснежных волос.

Поворочавшись ещё несколько минут, он не выдержал и сел, негромко выругавшись. Он услышал свой голос и напрягся, затем огляделся, стараясь понять, не выдал ли он себя. Но нет, услышать его сейчас было маловероятно. Ветер крепчал и натужно подвывал далёким раскатам грома.

«В такую погоду они не ходят, сидят по убежищам, прикрывая свои чувствительные уши» – подумал он. Значит надо торопиться. Нельзя упускать такую возможность, он уже и так несколько дней ждал. Главное, чтобы гроза не стихла до темноты, тогда он сможет сегодня добраться до Агеевки.

Он молча достал из рюкзака свёрток, развернул мягкую ткань. Оставалось четыре небольших кусочка. Немного подумав, он взял один, а остальные три бережно завернул и спрятал в рюкзак. Ни наесться, ни утолить голод этим кусочком было невозможно, но это всё что было. Еду надо экономить. Не известно ещё, сможет ли он что-то раздобыть в ближайшее время. Мясо было сухим и, из-за долгой сушки на ветру, безвкусным. Кроме того, оно не пахло, но это было как раз кстати, запах мяса они чувствовали издалека, а человеку не хотелось попадаться им сейчас. Нельзя было раскрываться так рано. Откусывая по чуть-чуть и медленно пережёвывая, твёрдый и сухой кусок мяса, он пытался вспомнить вкус еды. Он сейчас бы всё отдал ради тарелки горячего, вкусно пахнущего супа. Вот уже несколько недель человек был в походе, и не ел горячего. И от этого желание только крепло. Но выдавать себя было нельзя. Он даже огонь не разводил, хотя ночи уже были прохладными. «Вот закончу дело, вернуть и наемся так, что встать не смогу, а потом залезу в тёплую кровать и уйду в спячку на пару дней» – подумал он. От этой мысли он грустно улыбнулся.

Ветер снова ударил створкой окна о стену. Мужчина вздрогнул и посмотрел в окно. Солнце клонилось к закату, а значит скоро в путь. Он не знал, сможет ли дойти и, уж тем более, сможет ли вернуться. Он только одно знал, что это его долг и что, это может быть единственный шанс, пусть не вернуть, но хотя бы попытаться всё исправить.

Спустя полчаса после заката он вышел из своего убежища. Небольшое конторское помещение на окраине городка принадлежавшее ранее металлургическому комбинату он выбрал не зря. Висящие цепи лебёдок, кучи ржавого металла, створки ворот и дверей, которые при встрече с потоками ветра издавали разнообразные скрипы и стоны. А разбросанные в спешке мешки, с какой-то химией, дурно пахли серой. В таком месте его шаги не могли быть услышаны, а запах терялся на фоне окружающей вони. Здесь он мог быть в относительной безопасности. Его трудно было услышать или учуять. Но оставаться надолго было нельзя. То зачем он шёл, вглубь территории Молчания, так её называли выжившие, не могло ждать.

Гроза крепчала, ветер рвал и гнул деревья. Первые капли дождя уже упали на просохшую землю. Судя по всему, будет сильный ливень. Человек поёжился. Идти под таким дождём не лучшая идея, но лучше уж дождь, чем быть разорванным на куски. Городок остался позади. Он шёл вдоль дороги, держась ближе к кромке леса, поросшей мелким кустарником и высокой травой. По дороге идти, конечно же, легче, но на открытой местности, даже в темноте, он рисковал быть замеченным. Сухие, почти без травы участки леса, где возвышались могучие сосны, также приходилось обходить. В таких местах, в непогоду, можно было легко наткнуться на заражённых. Они ещё не смертозомы, но уже и не люди. Все что им нужно в таком состоянии, так это растерзать кого-то и утолить голод, вызванный быстрым ростом мышц и костей, перерождающегося тела. Стать обедом, для этих глупых, гонимых одним лишь голодом неутомимых созданий, не входило в планы человека, и потому он шёл самым неудобным путём, петляя и путая следы.

К полуночи он заметил на поляне, среди леса, небольшой хутор. К тому времени он уже промок до нитки, и его трясло от холода. Как бы не был велик соблазн зайти в сухой дом и обсушиться, он отмёл эту идею. Нужно было за ночь дойти до Агеевки. Вспомнив уже заученную наизусть карту, он понял, что прошёл треть пути. За хутором будет развилка и надо не пропустить отворот от основной дороги, старый тракторный путь. Его сделали лесозаготовители в те времена, когда люди ещё населяли эти места. По нему путь будет длиннее километров на пять, но это необходимая мера. Когда-то он встречался с людьми, бежавшими из этих мест. Они рассказывали, что, убегая из своих домов, несли с собой свои пожитки. А на старом плотбище их настигли. Бойня была страшная. Три зверя настигли людей, всего три, но из пятидесяти сельчан, выжить удалось только троим, да и из тех троих оправиться удалось не всем. Пятнадцатилетнюю девочку нашли под грудой разорванных тел. Её всю, с ног до головы, залило кровью. Запах свежей крови скрыл её собственный запах, поэтому смертозомы не смогли почуять девочку. Позже она была признана сумасшедшей. Её сознание осталось на той поляне. И с тех пор, она ежедневно, вот уже много лет, переживает тот страшный день, и не понимает, что она спаслась. Её восьмилетний братишка пытался встать на пути зверя, защитить маму. Но чудовище было увлечено схваткой и, видя перед собой более крупные цели, просто отмахнулось от ребёнка. Но силы в нем было столько, что мальчишка, потеряв сознание, пролетел по воздуху метров десять и, упав на кучу порубочных остатков, провалился сквозь сгнившие сучья. Запах сероводорода, от гниющих останков деревьев, отпугнул смертозома, и мальчик выжил. Третьим выжившим был взрослый мужчина. Он, наверное, единственный кто имел навыки бойца. До того, как поселиться в Агеевке и заняться фермерством он служил в армии. Десять лет подготовки не прошли даром. Вооружённый обыкновенным плотницким топором, он долго отбивался от превосходящих его по силе монстров. Одному даже смог перерубить шею. Но он бы тоже погиб, если бы не спасательная команда, возвращавшаяся из хутора Бердянского, откуда выводили выживших жителей. Они-то и отпугнули двоих смертозомов, третий же остался лежать на поляне.

Вот к этому третьему сейчас и спешил человек, один в ночи, посреди долины Молчания. Название своё эта местность получила от того, что здесь уже более трёх лет не звучала человеческая речь, а смертозомы вообще не умели говорить. Они могли только выть по-собачьи и рычать. Старый труп монстра, пятилетней давности, должен был разложиться полностью, но была надежда найти хоть частицу плоти, чтобы расшифровать ДНК. Вероятность, что это именно тот, была мизерная, но это все равно был шанс и упустить его человек не мог.

Ночь приближалась к своей середине, когда внезапно дорога кончилась, и он вышел на поляну в лесу. В кратковременном свете молний прорисовывались штабеля полусгнивших брёвен, значит он дошёл. Теперь нужно было найти жилой вагон. Где-то рядом с ним и был убит смертозом. Человек достаточно долго расспрашивал выжившего мужчину, и знал где искать. Минут пятнадцать покружив по поляне, он нашёл нужный вагон. Ещё пять минут блуждания в темноте, и что-то хрустнуло под ногой. Звук был похож на хруст костей. Человек наклонился и достал фонарик. Имитируя вспышку молнии, он несколько раз включил и выключил его. Рассмотреть все подробно было невозможно, но и этого хватило, чтобы увидеть свисавшие на костях кусочки кожи. Достав из рюкзака маленькую коробочку и пинцет, он аккуратно сорвал остатки плоти. Дело было сделано, теперь нужно было спешить, пока темно и гроза, нужно дойти до Агеевки.

Уже почти покинув поляну, он споткнулся обо что-то и, падая, выставил вперёд руки, распространяя вокруг металлический звон. Не смея шевельнуться и поднять голову, он лежал так минут десять, прислушиваясь ко всем звукам вокруг. Времени до рассвета было мало, но и риск, что его заметят после того шума, что он наделал падая, был велик. Любой смертозом в радиусе километра мог услышать непривычный звон металла и за пять минут добежать сюда. Но в этот раз, кажется, повезло. Медленно приподнявшись и, оглядевшись по сторонам, он не заметил никаких движений на поляне. Затем, обшарив рукой место падения, понял, что споткнулся об металлический ящик. Замка на нем не было, но металл сильно заржавел, и крышка не хотела открываться. Подождав пока блеснёт молния, он вместе со звуками грома рванул крышку. Ящик открылся. Внутри лежали какие-то бумаги, мешочек с чем-то походим на семена и металлические банки. Семена не пахли, он попробовал на зуб. Это были зерна риса. В банках должно было быть что-то съестное. Решив, что посмотрит все потом, днём, он переложил всё к себе в рюкзак. Повертев в руках бумаги, не в силах, из-за темноты, понять, что на них, сунул их туда же. «Потом разберусь» – подумал он.

Перед самым рассветом человек вышел к окраине деревни. Тёмные тени брошенных домов, заросшие бурьяном и молодыми берёзами огороды, полусгнившие заборы, это всё что смог различить человек в полутьме. Дождь всё не прекращался. Одежда давно уже промокла до нитки и, прилипнув к телу, сковывала движения. К тому же, к утру похолодало, и мокрая одежда совсем не грела. Страшно хотелось согреться и поесть. Но медлить было нельзя. Ещё полчаса и рассвет, а тогда уже не скрыться. Зрение у этих гадов отменное. Его целью была часовня, расположенная в центре деревни, там человек и хотел переждать день. Но хоть и времени было мало, а спешить всё равно нельзя. На окраине он заметил небольшой здание, скорее всего ранее оно было хлевом для животных, а значит там было много навоза, который перегнивая, выделял газ, неприятный для смертозомов. В таком месте встретить их было большой редкостью. Осторожно ступая, он приблизился к строению, и заглянув в щель окна, втянул носом воздух. Да, запаха псины не было, значит, он всё рассчитал верно. Внутри, он нашёл кучу перепревшего навоза и, ковырнув его палкой поглубже, отпрянул в сторону. В нос ударил резкий запах. То, что надо. Затем он наступил в раскопанную ямку ногой и потёр ботинком, так чтобы и подошва, и боковины пропитались запахом. Затем всё повторил второй ногой. Камуфляж наведён. Можно было идти дальше.

Улочка, на которую вышел человек, вся сплошь заросла крапивой. Если не считать, что каждое прикосновение к ней обжигало, то это было большой удачей. Крапива, высотой почти в полный рост, скрывала человека, и можно было идти не пригибаясь. Он ускорился. По пути попалась пара троп. Кто-то здесь бродил, может быть звери, а может и смертозомы, но тропы были старые, и человек, рассчитывая на непогоду, не думал наткнуться на монстров.

Часовня возвышалась над всеми домами, и найти её было просто. Стены были выложены из камня, а такие места смертозомы, почему-то не любили, предпочитая прятаться в деревянных строениях или в естественных природных укрытиях. Подойдя к дверному проёму, в котором болтались остатки выбитых дверей, он снова принюхался. Да, здесь тоже псиной совершенно не пахло. Другого способа определить есть ли тут враг, он не знал, поэтому приходилось рисковать. Осторожно, чтобы не создать шума он вошёл внутрь. А позади, сквозь пелену дождя и мрачные силуэты туч, небо прорезали первые отблески рассвета.

Поднявшись на второй этаж, он спугнул пару сонных голубей, едва не свалившись от испуга вниз. Поднявшись ещё выше, он попал в звонницу. Несмотря на то, что наверху вовсю гулял ветер, который явно ненастроен на то, чтобы дать просохнуть и согреться, там был очень хороший обзор, во все четыре стороны. Лучшего места, чтобы переждать день найти было невозможно. И тут ему повезло, в углу человек заметил матрас, наверное, звонарь любил прикорнуть тут, спрятавшись от глаз батюшки. Смахнув пыль, он приподнял матрас. Под ним лежало свёрнутое одеяло. О такой удаче можно было только мечтать. Быстро сняв с себя мокрую одежду, и завернувшись в одеяло, человек сел на одну половинку матраса и укрылся второй. Стало немного теплее. «Сейчас бы горячего чаю, но нельзя» – подумал он. Ещё пара минут, и сон накрыл его пеленой беспамятства.

Глава 2 Учёный спор

В просторной, ярко освещённой комнате, было шумно. Человек десять окружили молодого человека в белом халате и бурно спорили о чём-то. Судя по тому, что столы вокруг были заставлены микроскопами, пробирками, различными контейнерами с образцами, журналами с записями, это была лаборатория. На стенах висели пластиковые доски, сплошь исписанные какими-то химическими формулами, результатами и временем тестов. Вокруг виднелся лёгкий хаос разбросанных в спешке вещей. Видно было, что обитатели этого помещения не сильно обращали внимание на уборку, погружаясь полностью в свою высокоинтеллектуальную деятельность.

Молодой человек, который привлёк к себе внимание всего коллектива, стоял в центре. У него был такой вид, словно он только что получил Нобелевскую премию за очень важное открытие в науке. Его расправленные плечи и гордо выпяченная грудь, говорили о том, что он очень горд собой.

– Но позвольте любезнейший Вениамин – возбуждённо говорил низенький человек, лет шестидесяти, с висящим на носу пенсне – весь институт бьётся над этой проблемой уже несколько лет. А вы, не успев даже отработать и одного года, прямо, так сказать, со студенческой скамьи, не имея никакого багажа опыта и знаний, вдруг выделяете нужный ген и получаете нужные компоненты. Да это просто смешно, мой дорогой.

– Но Викентий Степанович, вы можете сами взглянуть. Вот все здесь. – молодой человек протянул старичку в пенсне блокнот – Тут все подробно описано.

– Вздор, все вздор и домыслы недоучившегося студента – не унимался Викентий Степанович. А вокруг одобряюще закивали головами коллеги.

– Но, взгляните сами…

– И даже тратить не буду на это время – Викентий Степанович был крайне возбуждён – Я провёл сотни исследований, а в моем распоряжении была целая лаборатория, с крайне образованными и опытными учёными.

Он обвёл взглядом присутствующих здесь коллег, и они дружно закивали головами и зашумели. Видно было, что они поддерживают Викентия Степановича.

– Но вы же даже не взглянули. Результаты моего исследования говорят, что это возможно.

– Вздор, ещё раз повторяю вам – Старичок поправил сбившееся пенсне, это невозможно, а я, поверьте, не зря заслужил звание доктора наук, не зря возглавляю эту лабораторию. Вот и коллеги мои подтвердят.

– Да, да, все верно говорит Викентий Степанович – загалдели наперебой стоявшие вокруг учёные.

– Вот видите, что говорят вам корифеи науки, вы бы прислушались к авторитетному мнению старших товарищей и впредь не занимались всякой чепухой, а занялись бы своим непосредственным делом. Как кстати продвигаются дела по саранче. Я вам давал неделю, чтобы разобраться с этим вопросом. А?

– Но мне бы лабораторию, только на пару часов, и в нерабочее время…

Викентий Степанович грозно взглянул на Вениамина, его брови сошлись на переносице. Пенсне соскользнуло и, если бы не цепочка, упало бы на пол.

– Что? Вы только посмотрите на этого наглеца, лабораторию ему подавай. Да вы хоть знаете, сколько стоит это оборудование. Вы хоть знаете, для каких важных целей оно приобретено? А если вы его испортите, кто будет отвечать за простой всего института? А? Кто я вас спрашиваю?

– Да я и отвечу – оправдывался Вениамин.

– Вы только посмотрите. Ха-ха. Ответит он. И чем вы ответите, вы что, сможете пойти и купить новое оборудование? Вздор. Даже думать забудьте. И хватит об этом. Окончен спор. И если у меня к пятнице не будет отчёта по саранче, вы мой любезный Вениамин, вылетите из института как пробка. Вы меня поняли? Поняли, я спрашиваю?

– Да понял я – вид у Вениамина был как будто его только что облили помоями.

Викентий Степанович со своей свитой удалился. Последним из кабинета выходил высокий, худощавый человек с седой головой и старым шрамом от уха до подбородка. Все то время пока Викентий Степанович отчитывал молодого учёного, он стоял в сторонке и с серьёзным видом что-то обдумывал.

Глава 3 Охота

Что-то захлопало вокруг, и человек приоткрыл глаза и напрягся. Осторожно взглянув через щёлку в натянутом на голову одеяле, он устремил взор в сторону шума. День был в полном разгаре. Ветер разогнал тучи и в небе ярко светило солнце. На перилах звонницы уселась стайка голубей. Они дружно ворковали и иногда, когда самый наглый голубь пытался прогнать соседа, шумно взлетали и покружившись с минуту в воздухе, садились обратно.

Ничего страшного мужчина не заметил, но и вылезать из своего укрытия не спешил, чтобы не напугать птиц. Лишний шум ни к чему. Ещё полчаса неугомонные голуби сидели тут, но потом улетели куда-то по своим делам. Человек осторожно вылез и огляделся. Одежда уже совсем высохла. Ветер и солнце потрудились на славу. Очень хотелось поесть. Он открыл рюкзак и осмотрел, найденные накануне, припасы. В банках оказалась тушёнка. Немного подумав и решив, что здесь на высоте звонницы запах тушёнки они не должны учуять, мужчина достал нож и осторожно, без лишнего шума, открыл банку. Питаясь долгое время одним только пересушенным мясом, не имевшем ни вкуса, ни запаха, можно принять вкус тушёнки за божественный нектар. Не часто приходится, в последние годы есть что-то вкусное. Он ел с наслаждением, не торопясь, смакуя каждый кусочек.

Перекусив, человек достал пачку бумаг, найденных на поляне. Ничего особенного в них не было. Обычная бухгалтерия сельсовета. Счета, жалобы, сметы на строительство коровника и прочая не нужная теперь макулатура. Он уже готов был выбросить их, когда его внимание привлёк узкий листок телеграммы. В нем было несколько коротких фраз. «Спешу предупредить, в окрестностях замечены волки, нападающие на людей. Движутся в вашу сторону. На отстрел отправил егерей. Организуйте команду, со своей стороны. Воронов». Значит, некто Воронов предупреждает, по всей видимости, главу сельсовета о волках. Но судя по дате телеграммы – это как раз то время, когда в этом районе впервые отмечены появления смертозомов. Люди могли не знать, кто это и принять их за обычных волков. Но интересно не то, что они замечены, а то, что они движутся в направлении Агеевки. Это похоже на организованное перемещение. Значит где-то там и есть тот, или те особи, что способны управлять этими недозверями. Но вот откуда они идут, это загадка. В телеграмме указан только почтовый индекс, а знанием, чтобы идентифицировать его, мужчина не обладал. Надо зайти в сельсовет, может быть там можно найти ответ. Это конечно задержит его на пару дней тут, но игнорировать такую возможность нельзя. Вдруг это именно то, что он ищет. Осталось найти здание сельсовета.

Осторожно подкравшись к краю звонницы, он выглянул через перила. Часовенка, на которой он обосновался, была достаточно высока, с неё просматривалась почти вся деревня. Через некоторое время он обнаружил нужное здание. Его отличало от остальных то, что на крыше болтались остатки флага. Надо дождаться ночи и прокрасться туда. И вдруг.

Он так резко дёрнулся вниз, за перила, что не успел собраться и, пошатнувшись, ударился челюстью о край. В глазах засверкали искры, но он не издал ни звука. На соседней улице человек заметил движение. Разобрать кто там, он не успел, но главное не выдать себя. Переведя дух пару минут, он взглянул в щель и облегчённо вздохнул. По пустынной улице, между часовней и сельсоветом шёл лось. Он был не тем зверем, которого можно бояться. Конечно лось, судя по размеру и количеству отростков на рогах, был взрослым матерым зверем. На такого и медведь остережётся нападать. Но вряд ли он захочет преследовать человека, стоящего на третьем этаже часовни. Удар его копыта запросто перерубит небольшое дерево, но его добыча вся растительного происхождения, и если он и нападёт на человека, то только защищаясь. Лось неторопливо шёл в сторону окраины, не особо смотря по сторонам, да и кого ему тут бояться. Вдруг, впереди что-то хрустнуло и, пошатнувшись, упала доска из подгнившего забора. Лось остановился и настороженно вгляделся, втягивая носом воздух. Он все ещё не ощущал опасности, и как оказалось зря. Впереди, там, где упала доска, медленно поднималось из травы странное существо. Силуэтом оно напоминало человека и стояло на двух ногах, но вот одежды на нем не было, а все тело было покрыто короткой шерстью. На голове не было волос. Череп покрывала шерсть, но чуть более тёмного оттенка, чем та, что росла на теле. Бугристрые формы рук, ног и тела, давали понять о большой силе мышц, скрывавшейся под слоем шерсти. И если тело было похоже на человеческое, то голова скорее напоминала собачью. Схожесть с бультерьером была феноменальной. Длинные когти на пальцах рук тоже скорее были более собачьими, чем человечьими. Такое сочетание человеческого и собачьего тела выглядело неправдоподобным. Как будто существо сошло с древней египетской фрески, изображавшей богов того времени. Но оно не было нарисованным и не было плодом фантазии, наблюдавшего за происходящим, человека.

Лось насторожился и слегка попятился. Разве при его росте и мощи, а он был больше существа раз в пять, стоило бояться этого человека-собаку? Но он, похоже, уже встречался раньше с таким противником и знал, что можно от него ожидать. Лось с шумом выдохнул воздух и, помотав в воздухе головой, наклонил её вниз и, выставив в сторону существа с головой собаки огромные рога, приготовился атаковать. Его бока вздымались и опускались, глаза наливались яростью. Лось с силой ударил копытом по земле, так что комья полетели в разные стороны. Но его странный противник даже не попятился. Он стоял в полный рост и слегка поскуливал, как собака. Внезапно на противоположной стороне улицы, в десяти метрах от первого человека-собаки из травы встал второй. Лось заметил его и начал отступать назад. Но почему? Этот взрослый, матёрый зверь запросто справился бы с пятью волками, но тут видя всего двух человекоподобных собак отступает. Видимо он действительно встречался с ними раньше, и та встреча не была лёгким знакомством. Он знал, что если на пути встречаются такие твари, то лучше отступить. Лось шаг за шагом пятился назад, затем развернулся и быстро побежал. Два существа последовали за ним. Сначала они шли, затем побежали как люди, на двух ногах, постепенно ускоряясь. И когда, казалось, наступил предел скорости в беге на двух ногах, они встали на четвереньки и помчались за лосем уже на четырёх конечностях, как и полагается бегать собакам. При этом, они все время держались на расстоянии от лося, не приближаясь к нему. «Они же, они же его гонят» – подумал человек, наблюдавший за всем с часовни, через щель в перилах.

Лось набирал скорость. Впереди, вдалеке, там, где заканчивается улица, виднелось поле. За полем озеро. Именно туда и рвалось животное. Озеро – это его спасение. Лоси прекрасные пловцы, а его длинные и сильные ноги позволяли бежать там, где даже человеку уже пришлось бы плыть. Догнать его в воде было бы невозможно. Он пробежал ещё шагов пятьдесят и вдруг, неожиданно, впереди него появились три фигуры, и они не были безобидными лесными жителями. Ещё три человекоподобных существа, с похожими на собачьи головами, встали на пути лося. Он, не рискнув прорвать такую оборону, попытался остановиться. Но появление существ было столь неожиданным, что зверь потерял ориентацию. Он не просто останавливался, а ещё и пытался отвернуть, в результате чего его задние ноги скользнули по траве, и он завалился на бок. Но не секунды немедля, громадный лось, точно опытный спортсмен, подскочил на ноги и развернулся. Но инерция сделала своё дело, и он с размаху припечатался к углу дома, по пути разметав хлипкий палисадник. Несмотря на всю свою природную мощь, лось даже не пытался обороняться, хотя прижатые в угол его сородичи успешно атаковали даже медведей. Всхрапнув, он рванул в обратную сторону, но там его уже ждала пара человеко-собак, что гнались за ним. Лось остановился, озираясь по сторонам, ища выход. Глухие заборы, дома и закрытые ворота ограничивали улицу. Выхода не было. Собакоподобные существа медленно приближались с двух сторон, не спеша нападать. И тут животное заметило приоткрытые ворота одного из домов и, мотнув головой, закинув за спину рога рвануло туда. И только оно скрылось в глубине двора, все пять существ с сумасшедшей скоростью последовали за ним. Как только они ворвались во двор, ворота закрылись, и лось оказался в ловушке, наедине с пятью странными существами. Вот теперь выхода нет. Ещё несколько секунд и тишину, безмолвной деревни прорезали хлюпающие звуки разрываемой плоти, а затем хриплый рёв умирающего зверя. Всего за несколько секунд пять мелких, по сравнению с громадным лосём, существ, без особого труда расправились с ним, не издав при этом ни звука.