Любимая ведьма для инквизитора

Любимая ведьма для инквизитора

Глава 1. Жозефина

В прошлой жизни я очень любила королевские приемы и балы, мне нравились танцы, интересные разговоры, приятные комплименты и аромат свежих цветов, которыми всегда украшали зал. Но сегодня я чувствовала запах гари. Правда, только я одна, остальные гости наслаждались атмосферой праздника и не страдали воспоминаниями о том, что еще не произошло.

Я закрыла глаза и глубоко вздохнула, стараясь прогнать ненастоящее ощущение нестерпимого жара, лизавшего мои босые ступни. Успокойся, Жозефина. Ты жива, и никакого костра нет. Пламя инквизиторского костра сожрало меня в той, прошлой жизни. И на смерть меня отправил мой муж, человек, которому я доверила свою жизнь и свое сердце. Как только он узнал, что в моей крови течет магия, для него я стала просто ведьмой. Чудовищем, подлежащим уничтожению. А ведь я сама этого не знала! И никогда ничего плохого не сделала...

Но Создатель милостив и вернул меня во времени назад, подарив второй шанс. И этот шанс я намеревалась использовать. Я выживу и проживу долгую и счастливую жизнь. А значит, мне надо не повторять событий прошлого. Не посещать балы, чтобы не встретиться с приором Андреасом Валентайном, не выйти за него замуж, научиться использовать магию, чтобы случайно себя не выдать и попасть в застенки инквизиции, а потом и на костер...

Поэтому сейчас я все делала наоборот. Боясь судьбоносной встречи с Андреасом, я целый год не посещала балы, не ездила на светские вечера, а только безвылазно сидела в поместье. И хоть сегодня мне пришлось выйти в свет, но я заранее узнала, что его не будет. Он недавно получил чин приора инквизиции и был занят. Я помнила, как это происходило в прошлой жизни: за неделю до свадьбы его повысили, он кружил меня на руках и говорил, что я приношу ему удачу.

Надеюсь, что моя удача теперь всегда со мной.

На всякий случай, чтобы не привлекать к себе лишнего внимания, я нарядилась в самое скучное платье, а черные волосы, которые Андреас когда-то в порыве безумной страсти наматывал на кулак, целуя мою шею, туго заколола на затылке. Никакой лишней красоты и никакой милой, наивной Жози, которая верила в сказки о любви.

Пока я пряталась за колонной и ждала окончания вечера, атмосфера вокруг неуловимо изменилась. Зал загудел, как растревоженный улей.

— Он приехал! — ликующе заговорила одна из барышень, стоявшая недалеко от моей колонны.

— Неужели? — с придыханием спрашивала ее подруга.

— Вас уже представили?

— Нет, но я уверена, что он пригласит меня на танец. Мой брат лично с ним общался и обещал нас познакомить.

— А я с ним встретилась на вечере у графа Солгера, — вдруг добавила милая девушка в розовом. — Он был очень серьезен, но нашел время для комплимента моей игре на арфе.

Хотелось бы надеяться, что они про принца Кристиана или еще про какого-нибудь завидного жениха. Но даже без ведьмовских способностей, я уже знала, кого скоро увижу.

Конечно, причиной всеобщего ажиотажа стал Валентайн. Он явился на прием и, даже не зайдя в зал, уже произвел фурор. Одернув изумрудный шелк платья и вжавшись в мраморную колонну, я надеялась слиться с интерьером. Уйти мне нельзя, но ведь он может просто пройти мимо?

Когда Андреас зашел в зал, я не могла оторвать взгляд — оказалось, что видеть его куда больнее, чем я предполагала. Валентайн был одет в строгий черный мундир с серебряным шитьем, подчеркивающий его широкую спину и хищную грацию движений. Светлые волосы зачесаны назад и убраны в низкий хвост. Разворот плеч, надменная посадка головы, жесткая линия подбородка и эти невозможные, серые, как сталь, глаза, которые сейчас равнодушно скользили по толпе аристократов.

Мое сердце екнуло и забилось о ребра. Ненавижу. Как же я его ненавижу. Но тело, помнящее его ласки, предательски реагировало мелкой дрожью.

Нет! Я не могу его видеть и даже находиться в одном помещении. Закусив губу до крови, я начала свое отступление. Спрячусь за спинами самых габаритных дам высшего света и мелкими перебежками доберусь до террасы, а оттуда — к спасительным экипажам. И плевать на все, я не могу его видеть! Пусть даже мне ничего не угрожает, ведь мы еще не знакомы.

В качестве моего первого щита выступила маркиза де Валье, дама столь необъятная в своих кружевах и перьях, что за ней мог бы скрыться небольшой кавалерийский полк. Я скользила вдоль стеночки, прикрываясь веером, как щитом. Главное — не смотреть в его сторону. Магия внутри меня, которую я так старательно училась скрывать весь этот год, беспокойно ворочалась, предсказывая угрозу. Конечно, это угроза! Он же меня убил!

Добравшись до дверей, я мысленно похвалила себя. Осталось совсем немного. Всего десять шагов по небольшому коридору до тяжелых бархатных портьер, за которыми скрывался выход на террасу. Я обошла группу хихикающих дебютанток и скользнула в полумрак ниши. Свобода! Прохладный вечерний воздух коснулся моего разгоряченного лица. Я прикрыла глаза…

И в этот момент с размаху врезалась во что-то твердое. Точнее, в кого-то.

— Осторожнее, прекрасная вейла, — раздался сверху низкий, бархатный, с хрипотцой голос. Голос, от которого у меня подкосились ноги и рухнул мой мир.

Я попыталась отскочить, но сильные пальцы уже перехватили меня за локоть, не давая мне сбежать. Пришлось поднять голову и взглянуть своему страху в глаза. Вблизи Андреас казался еще крупнее и опаснее, совсем забыла, какой он сильный.

— Прошу прощения, — тихо сказала я и попыталась вырвать руку, но его хватка была железной. — Я… я не смотрела, куда иду.

— Жозефина, — выдохнул он.

Испуг парализовал меня. Откуда он знает мое имя? Стараясь не заметаться в панике перед инквизитором, я собрала остатки воли и спросила:

— Мы разве были представлены, вейл? Простите, если я не запомнила...

— Нет, — качнул Андреас головой. — Нет, вейла Жозефина. Мы не представлены. Но я знаю обо всех, издержки работы... Вейл Андреас Валентайн, приор инквизиции.

— Рада познакомиться, но прошу меня извинить, мне нужно…

— Не нужно, — спокойно перебил Андреас. Он, наконец, отпустил мой локоть, но лишь для того, чтобы сделать шаг вперед, отрезая мне путь к отступлению в сад. Теперь моя спина впивалась в холодный камень колонны, а надо мной скалой возвышался Валентайн. — Вы сбегаете с приема, вейла Жозефина. И я не могу позволить прекрасной девушке бродить одной в темноте. Это опасно.

— Самая большая опасность сейчас стоит прямо передо мной и не дает мне пройти! — Слова сорвались с губ раньше, чем я успела прикусить язык. В прошлой жизни Андреаса это забавляло, но сейчас могло стоить мне свободы. Я зажмурилась, готовясь к гневу уязвленного инквизитора.

Но услышала тихий смешок.

— Возможно, вы правы, — произнес он, склоняясь ко мне так близко, что его теплое дыхание коснулось моей щеки. — Но я сделаю все, чтобы с вами ничего не случилось. Доверьтесь мне.

Довериться? Тому, кто отдал приказ развести костер? Я едва не расхохоталась ему в лицо. Истерика подкатывала к горлу, и я резко дернулась, вырываясь.

— Спасибо, вейл, но моему жениху это не понравится, — жестко заявила я.

— Простите, — хрипло выдавил он, отступая от неожиданности. — Жениху?

— Да. А теперь позвольте пройти. Меня уже ищут.

Я сделала шаг вправо, намереваясь обогнуть Андреаса и вернуться в зал. Он не сдвинулся с места, но его рука метнулась опять ко мне. В этот раз приор не коснулся меня, а лишь перегородил дорогу, уперевшись ладонью в колонну. Я оказалась в ловушке.

— Жозефина… — опять нарушил он этикет, назвав меня просто по имени. — Не убегайте. Дайте мне шанс познакомиться с вами.

Магия внутри запульсировала, отзываясь на панику. Я знала, что наш разговор не закончится хорошо, а значит, пора его прекращать.

— Мой жених будет против, — прошипела я, разглядывая верхнюю пуговицу его камзола. — Вы ведете себя неподобающе.

Используя его замешательство, я поднырнула под руку и бросилась в зал. Обернулась, когда дверь уже закрывалась. Андреас стоял там же, в полумраке.

Мне стало страшно. Зачем он подошел? Почему? Тогда мы влюбились с первой встречи. Неужели и сейчас ему хватило одного взгляда, чтобы заинтересоваться мной?

Пробираясь сквозь толпу разряженных аристократов, я чувствовала, как мелко дрожат колени, скрытые пышными юбками.

Почти целый год мне удавалось избегать этой встречи! Я безвылазно сидела в глуши нашего родового поместья, сказываясь смертельно больной при любом упоминании столичных празднеств. Расчетливо строила свою новую жизнь, и главным пунктом в моем плане значилось замужество. Только не за Валентайном. За кем угодно, лишь бы перечеркнуть старый сценарий. Мой выбор пал на графа Георга Мортау. Я согласилась стать его женой без капли любви, решив, что меня это спасет.

И я бы с радостью просидела в деревне до самого венчания, но сегодняшний вечер был неминуем, как уплата налогов. Семьи решили официально объявить о нашем союзе.

— Жозефина, дорогая, я тебя еле нашел, — мягкий баритон Георга ворвался в мои мысли.

Он вынырнул из пестрой толпы: статный шатен, с теплой и абсолютно безопасной улыбкой. Я вцепилась в предложенный им локоть с такой силой, что граф удивленно моргнул, но промолчал.

— Пора объявить о нашей помолвке, — прошептал он, увлекая меня в самый центр сверкающего огнями зала.

Музыка стихла, и сотни глаз устремились на нас, догадываясь о причине сегодняшнего приема, ведь маркиза фон Рут являлась родной тетей Георга.

— Сегодня я имею честь представить вам мою невесту, — торжественно объявил Георг. — Вейла Жозефина Мегре оказала мне величайшую милость, согласившись стать моей женой!

Зал ответил вежливыми аплодисментами. Дамы притворно вздыхали, восхищаясь трогательным моментом, а мужчины одобрительно кивали. Я скромно улыбалась, играя роль счастливой невесты и мечтая сбежать отсюда подальше. А потом мой взгляд скользнул поверх голов и наткнулся на него.

Андреас Валентайн стоял позади всех. И он был в ярости. Темный гнев исказил его красивые черты лица. Моя идеальная улыбка дрогнула. Создатель, почему он так злится? Мы же даже не знакомы толком! Почему?

Вечер превратился в изысканную пытку. Я танцевала с Георгом, кожей ощущая тяжелый взгляд Андреаса, который неотрывно следил за каждым моим движением. В ушах шумело от невыносимого напряжения.

— Георг, мне нужно на воздух. Я буду на балконе, — пролепетала я, выскальзывая из объятий жениха и сбегая, не дождавшись его ответа.

Пройдя через тяжелые стеклянные двери на просторный балкон, я оперлась руками о мраморные перила, жадно глотая воздух. Еще немного времени — и мы уедем.

Позади раздался тихий скрип. Я не обернулась, полагая, что это Георг пошел следом за мной.

Но вместо мягких слов графа раздался глухой металлический щелчок. Кто-то только что закрыл нас.

Резко развернувшись, я замерла.

У запертых дверей, отрезая меня от света, музыки и безопасности, стоял Андреас Валентайн. Его грудь прерывисто вздымалась, а в сузившихся глазах полыхало такое отчаяние пополам с бешенством, что я невольно перестала дышать.

— Значит, и правда, невеста, — процедил он, делая медленный шаг в мою сторону.

— Именно так! — вздернула я подбородок, изо всех сил стараясь унять дрожь в коленях. — И если вы немедленно не отопрете дверь, вейл Валентайн, то мой жених поднимет скандал.

— Не думаю, что он рискнет, — горько усмехнулся Андреас. — Зачем вы выходите замуж за нелюбимого, Жозефина? Ради чего? Титул? Деньги?

— Я не обязана вам отвечать! — выплюнула я, вжимаясь спиной в парапет. — А вы ведете себя как бандит. Немедленно откройте дверь!

Он подался вперед, нависая надо мной и заставляя замолчать.

— Я не позволю вам совершить эту ошибку. Вы не выйдете за него.

— Не ваше дело, — прошептала я.

В этот момент стекло жалобно звякнуло, кто-то начал толкать дверь.

— Жозефина, ты там?! — Голос Георга, обычно такой спокойный и размеренный, сейчас звенел от неподдельной тревоги. Дверная ручка отчаянно задергалась.

Валентайн замер. В его серых глазах мелькнуло раздражение. Он нехотя отстранился от меня и с вызывающей небрежностью повернул крючок на двери.

Георг ворвался на балкон, словно разъяренный медведь. Заметив, как я бледна и как отчаянно сливаюсь с мрамором, он тут же оказался рядом, надежно загораживая меня своим широким плечом.

— Что здесь происходит, приор Валентайн? — спросил мой жених уже тише, видимо, он не хотел конфликтовать с Андреасом. — Зачем вы заперлись с чужой невестой?

Инквизитор окинул графа таким презрительным взглядом, словно перед ним была назойливая муха, а не один из влиятельных аристократов королевства.

— Мы просто беседовали, — холодно процедил Андреас.

— Оставьте свои беседы для пыточных подвалов! — отрезал Георг. Я мысленно поаплодировала его смелости. Мало кто смел так разговаривать с приором. Но Георг уже попытался сгладить свои резкие слова. — Ищите своих злых ведьм, инквизитор, а от моей невесты отстаньте, пожалуйста. Я целый год умолял ее выйти в свет, она едва согласилась приехать на этот проклятый бал, а вы пугаете ее до полусмерти.

Вцепившись обеими руками в Георга, я юркнула ему за спину, как испуганный птенец. Мои пальцы до побеления комкали плотный бархат его камзола. Я боялась взбешенного взгляда Андреаса.

— Пойдем, моя дорогая! — Голос жениха смягчился, когда он накрыл мою дрожащую ладонь своей теплой рукой. — Нам здесь больше нечего делать.

Мы двинулись к выходу. Я упорно смотрела в пол, на носки своих туфель, на витиеватые узоры ковра, куда угодно, лишь бы не встретиться взглядом с серыми глазами Андреаса. И уже у самых дверей, когда мне показалось, что мы окончательно спасены, до моего слуха донесся тихий, полный сдерживаемого бешенства шепот инквизитора:

— Это еще не конец.

Глава 2. Андреас

Она сбежала с графом, а я остался стоять на балконе, вцепившись побелевшими пальцами в мраморный парапет. Взгляд Жозефины изменился, в нем больше не было любви, с которой она смотрела на меня раньше… Только страх и ненависть. Жози пряталась за спиной этого лощеного идиота Георга, словно я был монстром.

Впрочем, разве я им не был?

Когда неведомая сила вернула меня в прошлое, отмотав время до нашего знакомства, я решил, что лучше будет отпустить ее. Зная финал, я не хотел ее смерти. Пусть она ведьма, но я не готов еще раз подписать приговор своей любимой. Тот костер забрал и мою душу вместе с ней, а когда всплыла страшная правда, то я больше не мог жить.

Уже после я понял, что в доносе не было и гроша правды. Скорее всего, Жози и сама не знала о магии в своей крови, никогда ей не пользовалась и не служила злу. А я поверил наветам.

Уничтожив любовь всей жизни своими руками, отдав ее инквизиции, я ходил по нашему дому и умирал. А потом, среди ее украшений и духов, нашел записку от семейного врача, которая сожгла меня дотла… Лучше бы я сам погиб. Жозефина носила под сердцем мое дитя и не успела мне рассказать. Я обрек на смерть свою любимую и нашего ребенка.

Темнота — и я вернулся в прошлое.

Первые недели этой новой жизни я держался. Убеждал себя, что так лучше. Пусть она живет и будет счастлива с кем-то другим, вдали от инквизиции, костров и моего проклятого долга. Но месяцы шли, и я сходил с ума. Я стал одержим. Везде искал отблеск ее темных кудрей, мечтал увидеть ее зеленые глаза, веснушки и ямочки от улыбки на щеках. Поцеловать в родинку на шее.

И я не выдержал и начал подстраивать нашу встречу. В прошлом Жози не любила толпу, но обожала танцевать, поэтому не пропускала светские приемы. Когда я впервые ее увидел, она кружилась в вальсе и смеялась болтовне Кристиана, мне так понравилась ее улыбка, что я влюбился с первого взгляда. Потом узнал ее настоящую и влюбился еще больше...

А в этот раз время словно пошло трещинами. Жозефина Мегре исчезла и не появилась ни на одном приеме. Столичные сплетницы злорадно шептались, что старшая дочь барона дурна собой, чахнет от чахотки, а то и вовсе умалишенная, раз семья так тщательно прячет ее в поместье.

Тогда я попытался навязать визит. Искал любые предлоги пересечься с ее отцом, но барон Мегре не попадал под влияние инквизиции. Его семья вела уединенный образ жизни, и раз за разом я бился в глухую стену.

И вот сегодня мне донесли, что она приехала на прием маркизы фон Рут. Я тут же бросил работу, наплевал на срочные отчеты для капитула и примчался сюда. Главное, что я смогу увидеть ее и поговорить. Упаду к ее ногам, моля о прощении за грехи, которых еще не совершил. Мы начнем свою историю заново, только я не предам ее любовь и смогу защитить.

А что в итоге?

Она невеста другого. Ликующие слова графа до сих пор раскаленным свинцом пульсировали в висках. Моя Жози, моя возлюбленная жена, стонавшая в моих руках, вдруг оказалась невестой этого ничтожества. И хуже всего то, что она сама бежала от меня к нему.

Я с силой ударил кулаком по стене. Сорванная кожа на костяшках закровила, и физическая боль немного прояснила рассудок. Что же теперь делать? Отступить? Позволить ей выйти замуж за этого напыщенного индюка?

— Ни за что, — хрипло выдохнул я в пустоту ночного сада. — Я не могу ее вновь потерять.

Жозефина снова меня полюбит. Но сначала надо сорвать эту нелепую помолвку, и я без колебаний готов пойти на крайние меры.

Я решительно вернулся в бальный зал.

Воздух гудел от светской болтовни, шуршания юбок и фальшивых обещаний. Но для меня в этой душной, разряженной толпе существовала только она. И я пошел через весь зал прямо к ней, не обращая внимания на взгляды и пересуды.

Она замерла, едва заметив мое приближение, но сбежать не успела.

— Окажете ли вы мне честь, вейла Жозефина?

Жози сжала губы и неохотно вложила свои ледяные пальцы в мою ладонь. Отказать в танце приору она не могла. Я вывел ее в центр зала. Едва зазвучали первые аккорды вальса, я притянул ее к себе чуть ближе, чем дозволял этикет.

— Вы напряжены, вейла, — негромко произнес я, склонившись к самому ее уху. Музыка скрывала наши слова от любопытных ушей. — Неужели мое общество так неприятно вам?

Жозефина упрямо поджала губы и сверкнула на меня зелеными глазами.

— Я собиралась танцевать сегодня только со своим женихом, приор, — процедила она сквозь зубы, не смея поднять на меня глаз.

Слова хлестнули не хуже удара плети. Жених. Какой-то жалкий граф, возомнивший, что имеет на нее хоть малейшее право! Удушливая ярость мгновенно затопила сознание. Я скрипнул зубами, едва сдерживая порыв сжать крепче ее хрупкую талию. Создатель, как же я хотел, чтобы она смотрела на меня как раньше и не существовало никакого жениха!

— Ваш жених подождет, Жозефина, — твердо сказал я. — Этот вальс принадлежит только мне. И я не привык делить то, что по праву считаю своим.

Ее глаза в ужасе расширились. Жозефина изо всех сил попыталась отстраниться, но у нее не получалось. Я лишь плотнее прижал ее к своей груди.

Поверх ее макушки я безошибочно выцепил в толпе гостей ее хваленого суженого.

Георг неловко топтался у мраморной колонны, бессильно сжимая кулаки и набираясь храбрости для попытки забрать свою невесту. Он опасался меня. К нему подплыла маркиза фон Рут, что-то сказала, указывая на нас.

— Вы ведете себя жестоко, — сбивчиво прошептала Жози. — Пойдут слухи. Нельзя же так...

— Отмените помолвку, и слухов не будет. — Мой ответ прозвучал суше, чем я планировал.

В ту же секунду я возненавидел самого себя. Вместо того чтобы вновь заслужить ее доверие и искреннюю улыбку, я мучил эту самую прекрасную девушку в мире. Ревность выжигала остатки разума и благородства, вытаскивая наружу одержимого монстра. Пусть пока ненавидит, но к алтарю она пойдет только со мной.

— Чего вы добиваетесь, приор? — ядовито прошипела Жозефина, сохраняя на лице безупречно вежливую улыбку для зрителей вокруг.

— Вас, Жозефина, — ответил я предельно откровенно. Я смотрел прямо в ее полыхающие гневом глаза и не собирался лгать. — Только вас.

Она едва заметно сбилась с шага и повисла на моих руках, я же продолжал ее кружить.

— А мое мнение, значит, ничего не стоит? — горько поинтересовалась Жози. — Почему вы решили, что можете так варварски вмешиваться в мою жизнь? Появились и сразу требуете! Ненавижу!

На ее глазах появились слезы, она моргнула, и блестящие бисеринки замерли на длинных ресницах. Не так я представлял нашу первую встречу, но и остановить этот ужас уже не мог.

— Дайте мне шанс... И я докажу свою любовь.

Девушка вздрогнула, отвела взгляд и прикусила нижнюю губу.

— Я обручена и скоро выйду замуж... — тихо напомнила она, и мой мир взорвался.

Глухо выругавшись и наплевав на все правила приличия, я резко притянул ее к себе, вжимая в свое тело так плотно, что между нами не осталось даже крошечного зазора.

Жозефина испуганно ахнула и попыталась незаметно отстраниться.

— Прекратите! Нас сочтут любовниками!

— Пусть, — процедил я, обжигая дыханием ее висок.

И если бы не окончание танца, то я совершил бы какую-нибудь непоправимую глупость прямо на глазах у высшего света. Музыка стихла. Я нехотя разжал пальцы, выпуская Жози из объятий.

Но не успели мы даже отойти друг от друга для традиционного поклона, как рядом появился ее благоверный. Георг подлетел к нам, едва ли не спотыкаясь от спешки на паркете. Он дергано схватил Жозефину за локоть, скомкано пробормотал мне какие-то жалкие слова благодарности за танец и потащил свою бледную невесту к выходу из зала.

Скрестив руки на груди, я с мрачным удовольствием смотрел им вслед. Георг чувствовал угрозу и понимал, что я заберу Жозефину.

Глава 3. Жозефина

Бал не просто напугал меня, а выбил землю из-под ног. До этого вечера мне казалось, что я справлялась, но одна встреча — и все изменилось. Обжигающий взгляд серых глаз переворачивал мою душу. Я помнила каждую черточку его лица, жаркие поцелуи и хриплые признания, звучавшие в темноте нашей спальни в той, другой жизни. Горькая правда заключалась в том, что я продолжала его любить. Но ради своего будущего я должна вырвать это чувство с корнем. Все его слова ничего не значат.

Как только мы оказались в карете, Георг начал настойчиво расспрашивать про приора.

— Почему Валентайн проявляет такой интерес? Моя тетушка тоже обратила внимание...

— Я не знаю, впервые его увидела.

— Но он же явно тебя преследовал! — не удержался граф.

— Может, это потому, что все девушки видят в нем завидного жениха, а я боюсь инквизиторов? — попыталась я найти объяснение. — Приор, видимо, чувствует этот страх...

Ложь прозвучала на удивление правдоподобно, и Георг поверил. Он же помнил, как я дрожала на балконе. Сначала я испугалась интереса Валентайна, а потом разозлилась на него.

Но, оставшись одна, я задавалась вопросом: почему он вообще ко мне подошел?

В прошлой жизни Андреас тоже стремительно ворвался в мою судьбу, сметая все преграды на пути к свадьбе. Выходит, сейчас сценарий повторяется? Он снова бросился ко мне, но, обнаружив статус чужой невесты, пришел в ярость.

Если сравнивать, то тогда он ухаживал за мной, у нас было время стать близкими друг другу...

А здесь я этот год у нас отняла. Но первый же бал — и мы встретились. А значит, больше никаких балов или визитов в столицу мне не нужно. Я буду тихо сидеть в поместье, потом выйду за Георга и избегу костра.

Решение, принятое разумом, шло вразрез с моим сердцем. Каким бы хорошим ни был Георг, скучала я по Андреасу. Первую ночь после встречи на балу я провела в слезах, беззвучно кусая подушку. Зато утром стало осязаемо легче. Днем я сбежала в библиотеку, зарывшись в старинные фолианты. Музицировала, с остервенением ударяя по клавишам фортепиано. До ломоты в пальцах практиковалась в каллиграфии, выводя ровные строчки бесконечных писем. И строгий распорядок помог. Наступил второй день, за ним третий. Я перестала плакать по ночам и нервно вздрагивать от каждого хлопка двери.

А на четвертый день идиллия рухнула.

Горничная радостно прощебетала, что в доме знатные гости и мне велено спуститься к обеду в голубой столовой. Сердце подпрыгнуло в груди: наверное, это Георг, он хотел ускорить нашу свадьбу и приехал сообщить новости об этом! Я поспешно сменила домашнее платье на изящное персиковое, недавно пошитое, заколола свои непослушные темные пряди и с легкой улыбкой впорхнула в столовую.

Моя улыбка разбилась вдребезги.

За большим дубовым столом сидел Андреас Валентайн. Мой отец увлеченно обсуждал с ним торговые пошлины, а мать и младшая сестра просто сияли, то и дело звонко смеясь над его тонкими шутками. Да, Андреас бывал таким. Я хорошо помнила эту его сторону: обаятельный, умный мужчина с чудесными манерами. В прошлой жизни он точно так же очаровал и покорил мою семью и меня. Но что он здесь делает сейчас?!