Гражданин чужих миров

Глава 3 Немного ясности

«Вставай!»

Легкий толчок.

Я вздрогнул, открыл глаза. Сразу вспомнил, что со мной произошло, повернулся к спутнице. Она смотрела на меня и улыбалась. Утреннее солнце запуталось в ее волосах своим нежным сиянием и казалось, что вокруг Элальли танцует мягкий свет. Какая же она красивая! Осторожно дотронулся губами до ее лба и улыбнулся в ответ. Жара нет. Надеюсь, самое страшное позади.

– Как ты? – спросил тихо, любуясь ее очаровательной улыбкой.

– Хорошо. Спасибо, Тим.

– Доброе утро, Тимурка, – услышал я приветственный голос Коновалова. – Поздравляю, ты проспал свое первое дежурство!

– Черт, – я с трудом поднялся, сражаясь с затекшими мышцами, – прости, Борис.

– Да ладно, чего с тебя, салаги, брать. – Коновалов сидел, прислонившись спиной к дереву, устало прикрыв глаза. – Ночь прошла без происшествий. Хочешь совет, Тимурка?

– Какой? – безразлично спросил я.

– В следующий раз, когда будешь валить в другие миры, бери с собой пожрать.

Вэллас сидел на том же месте и взирал на нас сквозь щелки совсем заплывших глаз. Разбитое лицо опухло и превратилось в один сплошной синяк. Говорить, наверное, он будет с трудом. Если будет. Стараясь не кряхтеть и не особо хромать, подошел к эльфу, встал перед ним, нависая горой. Схватил за волосы, угрожающе спросил:

– Говорить будешь?

Элальли тут же перевела, тот кивнул. Согласен? Батюшки, вот спасибо-то!

– Мне нужно, – тихо произнес он, едва шевеля разбитыми губами. – Мне нужно… по моим делам.

Понял. В этом я солидарен. Схватил его и потащил в кусты. Развязал ремень. Рученьки у него порядком затекли. Сработал я на славу. Пристроился неподалеку, почему-то уверенный, что пленник не сбежит.

– Я не собираюсь убегать – подтвердил он мои ожидания.

– Только попробуй, сука…

Вскоре привел его обратно, снова скрутил и заставил сесть.

– Я не собираюсь убегать. Я хочу понять.

Я тоже. Кивнув на его лицо, спросил:

– Кто тебя так разукрасил?

Элальли перевела.

– Я никуда не денусь, – повторил он, оборачиваясь к девушке. – Скажи ему. Я хочу понять, что происходит.

– Нас оболгали, – устало ответила Элальли. – Я ничего не знаю о похищении принца.

– Зачем ты притащила к нам этих? – злобно прошипел эльф, уставившись на девушку как на злейшего врага.

– Он спас мне жизнь, – с болью произнесла она. – И согласился помочь. Он верит мне! А второй… Я случайно…

– Случайно? Хватит врать! Ты знала их раньше?

– Отвечай на его вопросы, – с раздражением бросила Элальли. – Рассказывай все, что знаешь!

– После того, как ты убежала, – начал он, выдавливая каждое слово сквозь сжатые в бешенстве зубы, – меня обвинили в содействии твоему побегу. Избили и выкинули на границе. Назад мне дороги нет.

Элальли перевела.

– Ты еще легко отделался, – усмехнулся я. – Тебя не казнили и не отдали Сноубэлу.

– Меня изгнали!

«Его все равно убьют. Только не эльфы».

И тебе доброго утра.

– Эй, ребятки, что вы там воркуете? – Коновалов подошел ближе, пихнул эльфа носком сапога. – Что ты за урод такой, гнида, так над девушкой издеваться?

– Она его невеста, – добавил я драматизма. – Бывшая…

– Ни хрена себе, поворот, – он присел, схватил эльфа за подбородок, заставил посмотреть себе в глаза. – Я б тебя, утырка, за это живьем закопал. И если ты, урод, сейчас не сольешь нам всю инфу, я так и сделаю. Понял, мразь?

Элальли поначалу пыталась подобрать слова ко всему, что говорил Борис, но вскоре сдалась. Перевод получился не таким угрожающим, как хотелось бы, но свое дело сделал.

«Браки в Доме ведьм запрещены».

Погоди. Они же хотели пожениться. Значит…

«Значит, они хотели все бросить и бежать!»

Интересно… И что же так повлияло на нашего влюбленного? Я внимательно посмотрел на него, он не опустил глаз. Изгнание, как я понял, сродни смерти. Они готовы были пожертвовать жизнями?

«Нет. Они бы оказались по другую сторону чистокровных. Дома полукровок. Ниже некуда».

Значит, у него были доказательства вины Элальли?

«Может быть».

– Так, Тимурка, хватит меня игнорить, давай, вводи в курс дела. И ответь мне на самый главный вопрос: когда мы вернемся домой?

– Простите, – Элальли стыдливо опустила глаза. – Я пока не могу вас вернуть. У меня не хватит сил. Мне нужна помощь…

Коновалов хотел ругнуться, я прямо видел, как он готовится выдать рулады на могучем и прекрасном, но он только сжал кулаки и натужно улыбнулся.

– Чья помощь, милая? – процедил он сквозь зубы. – И где ее взять?

– Простите…

– Ладно, – осадил я Бориса. – Выбора у нас все равно нет. Нам нужно добраться до этой самой помощи и чем быстрее, тем лучше. Дела такие, Борис: мы в чужом мире на землях эльфов. Тут идет нехилая война между народами. Элальли – государственная преступница, обвиненная в похищении наследника трона.

– Ты больной, Добролюбов? – Коновалов беспомощно сел на землю, провел ладонью по вспотевшей лысине. – Ты, сука, на всю башку больной! Нахера ты сюда поперся тогда?

– Она не виновата, – я осторожно обнял дрожащую Элальли. – Ее подставили и приговорили к казни. Ты как хочешь, но я ее не брошу.

– Тоже мне, рыцарь сраный!

– Да пошел ты, – я не стал продолжать бесполезную перепалку и переключился на пленника. – Ты был уверен, что Дом ведьм замешан в похищении?

– Да.

– Какие доказательства?

– На месте преступления был найден осколок Камня Жизни.

Элальли вздрогнула, я успокаивающе пожал ей руку. Картинка проясняется.

– Значит, ты, – сказал я, в то время, как мой пленник неотрывно смотрел на наши руки, – не найдя у Элальли Камня, решил, что она виновна?

Вместо ответа он с иронией спросил:

– Где твой Камень, Элальли?

Я сунул руку в карман и достал свое приобретение. Камень мрачно сверкнул и продолжил сердито светиться. На его гранях с равной периодичностью вспыхивали странные надписи на незнакомом мне языке.

Вэллас остолбенел. Я покрутил перед ним рубином, показывая, что он цел и невредим.

– Она не виновна, – сказал тихо и злобно. – Она жертва. Это ты ее предал!

Элальли перевела, но говорить ей было тяжело. Не от ран.

– Почему твой Камень Жизни у него? – прохрипел Вэллас.

– Это плата, – шепнула Элальли. – Плата за мою жизнь.

Вэллас беспомощно уронил голову на грудь и затих.

Коновалов все же заматерился, но больше для снятия напряжения, чем со злости.

– Мля, ее и вправду жалко, Тимурка. Ладно, я тебя понял. Спасай свою зазнобу. Только меня в это дело не втягивайте, а просто отправьте обратно, как только будет можно. Лады?

– Спасибо! – пискнула Элальли, уткнулась мне в плечо, дрожа от беззвучных рыданий.

– Прости меня, – с отчаянием выдохнул Вэллас, – прости меня, сердце мое…

– Чего он там? – поинтересовался Коновалов.

– Извиняется, похоже, – ответил я.

– Давай его закопаем, а?

– Уходим, – Я спешно бросился собрать вещи, пока знакомое чувство возникшей тревоги не превратилось в бешеный страх. Элальли испуганно оглянулась, прислушиваясь.

– Тимурка, ты чего?

– Предчувствия у меня, Борис. Очень нехорошие. Поверь и давай отсюда убираться.

– Вопросов нет. Валим.

Набросил на спину рюкзак, рывком поднял пленника на ноги. Он послушно пошел впереди.

– Быстрее, – казалось, нас вот-вот схватят. Меня гнало не чувство страха, а почти дикая паника. – Нужно прятаться, срочно!

Элальли охнула, повисла на моих руках. Я подхватил ее и понял, что не знаю, куда бежать. Время шло на секунды. Эльф быстро просек ситуацию, покрутился на месте и, кивнув нам, бросился в сторону ближайшего дерева, шепнул что-то, что я разобрать не смог.

«Заклинания. Слишком сложно».

Да и не надо. Чего он там делает?

«Смотри».

Корни дерева расступились, открыв небольшой лаз. Вэллас толкнул меня плечом. Я схватил Элальли в охапку и прыгнул вниз. Коновалов, красочно ругаясь, скатился следом. Эльф юркнул за нами, продолжая что-то шептать. Корни сомкнулись, осыпав нас сухой землей и пылью. Элальли, тяжело дыша, уткнулась в мое плечо, приглушая хрипы.

Сначала мы услышали тяжелую поступь и едва различимый лязг стали, через пару мгновений мимо нас прошагал целый отряд, обутый в грязные кожаные сапоги. Если бы не мое обостренное чувство опасности – столкнулись бы с этими товарищами нос к носу.

В этот момент я остро ощутил реалии происходящего. Это не романтическая вылазка ради благородных целей, это настоящее, полное опасности сумасшествие. Нас могли убить и хорошо, если бы это произошло быстро…

Я посмотрел на Коновалова и только теперь понял, что имел ввиду бывший вояка. Он прекрасно оценил ситуацию, а повелся на красивую мордашку…

«Даже не думай отступать!»

Заткнись.

Вэллас снова что-то шепнул, заставляя корни дерева выпустить нас. Ловко выскочил сам, несмотря на связанные за спиной руки. Может, стоит его развязать? Я выбрался не так грациозно, помог Элальли, подал руку Коновалову, тот благодарно принял помощь.

– Орки на границе! – взвился эльф. – Вооруженные! Очередной коварный план! – Мне нужно во дворец. Срочно!

– Тебя убьют, – спокойно сказала Элальли. – И ты дурак.

– А мне нужно! – отрезал эльф.

Я подошел и развязал его. Похоже, голову ему отбили знатно, раз он решил поиграть в самоубийцу. Да и опасности от него я не чувствовал. Скорее мне было его жаль. Попал паренек знатно.

– Это кто был? – Коновалов внимательно сканировал пространство.

– Орки.

– Я в ауте, в натуре…

–Похоже, они намутили что-то очень грандиозное. Вон, наш вояка рвется во дворец. Понял, что к чему.

– И к чему?

– Орки украли наследника, – Элальли потянула меня за руку. – Идемте. Если они смогли такое проделать во дворце, значит, там завелся предатель. Дом Короля в опасности. Нам нужно всех предупредить.

– И ты туда же, – заворчал я. – Ваш патриотизм похвален, но…

– Это дело чести, Тимур. Мы по-другому не можем.

– На хрена тогда тебя спасать? – задал резонный вопрос Коновалов. – Сама в петлю лезешь.

– Я что-нибудь придумаю, – упрямо прошептала Элальли.

– Ладно, – сдался Борис. – Мы хоть куда идем?

– К гномам.

– …

Примерно через полчаса мы подошли к границе эльфийских земель. Ничего особенного. Там, где кончался лес, чернела пустынная, метров в двадцать, полоса, а за ней начинались горы. Вотчина гномов. Осталось только незаметно пересечь это пространство.

– А там что? – спросил я. Ох не нравилась мне эта ровненькая, без единого камушка, земля.

– Пограничная полоса, – с облегчением ответила Элальли. – Пошли?

Я пожал плечами. Больше нам ничего не остается. Ждать чего-то здесь, под носом у орков смысла нет.

Мы смело вступили на ничейную территорию.

Глава 4 В гости в горы

Пока мы шли по открытой местности, я осматривался, прислушивался к своим ощущениям, но никакой опасности не учуял. Возможно, эти самые орки были слишком заняты, чтобы глазеть на равнину, возможно, они ушли в лес – все играло нам на руку. Немного успокоившись, я в который раз вспомнил фокус с деревом, который продемонстрировал Вэллас. Его колдовство произвело на меня огромное впечатление, и я невольно проникся симпатией к обманутому стражнику. Наверняка, это только малая часть того, что умеют делать с растениями этот народец. Магия! Обалдеть…

– Тимурка, как твоя чуйка? – поинтересовался Борис. Бывший вояка ощетинившейся псиной сканировал окрестности. Как все-таки меняет людей опасная ситуация.

– Пока тихо.

– Люблю хорошие новости.

Внезапно накатила очередная волна паники, такая, что меня всего передернуло. Вэллас, заметив мое состояние, резко завертелся, оглядываясь по сторонам. Коновалов подобрался, подступил к нам поближе.

– Сглазил, мля! Тимурка, какого хера?

– Да не знаю я…

– Смотрите под ноги! – пискнула Элальли, дернула меня за руку, заставляя бежать.

Вэллас тихо матюкнулся (я перевел этот набор проклятий именно так), и мы помчались в сторону гор под смачные рулады Коновалова. Я так материться не умею.

Зверьки – черные, покрытые гладкой блестящей кожей, похожие на змей, только с ногами и маленькими горящими глазами выбирались из земли и шустро ползли к нам. Элальли споткнулась, мы с Вэлласом подхватили ее под руки, прибавили шагу.

«Беги!»

Да бегу я!

Движения. Слева, справа…

– Они кусачие? – задыхаясь, спросил я эльфов.

– Они ядовитые! – пискнула Элальли. – Не дай себя укусить!

– Наколдуй что-нибудь!

Элальли словно очнулась. Сунула руку мне под майку, схватила свой оберег, зашептала что-то. И в этот момент стая окружила нас. И даже не это было жутко, а то, что красноглазые твари вели себя совершенно бесшумно. Ни тебе шипения, ни писка – ничего. Мы словно очутились в аду среди злобных душ грешников.

– Идемте, – шепнула Элальли, когда стая замерла, – не наступите…

Я подхватил Элальли на руки, понимая, что последние силы она тратит на колдовство. Ее рука, сжимающая кулон, холодела с каждой секундой, я, ярый атеист, молился всем богам, чтобы дойти до безопасного места.

И вот под ногами зашуршала каменная крошка, мы забрались на возвышенность и дружно посмотрели вниз. Никого.

– В гробу я видел такие приключения! – выдохнул Борис, растекаясь по камням.

– Что это было? – спросил я, с трудом переводя дыхание.

– Это саламандры, – измученно вымолвила Элальли. – Раньше их тут не было, гномы, наверное, подселили для устрашения. Боятся чего-то. Как же нам повезло!

Она тяжело дышала, держалась за живот. Опять двадцать пять. Только начало подживать.

Нужно найти убежище или кого-то, кто нам его предоставит.

– Я знаю дорогу, – подал голос эльф. – Я вас отведу.

Я поудобнее устроил Элальли на своих руках, коротко бросил эльфу:

– Веди!

Он понял, пошел вперед по узкой тропке, петляющей среди валунов, убегающей вверх, в горы.

– Ты уверен в провожатом? – Борис спросил больше для успокоения, чем для точного ответа. Выбора у нас все равно не было.

– Нет, – честно ответил я.

– Я могу идти сама, – упрямо сообщила Элальли.

– Конечно, можешь, – ответил я, продолжая шагать. – Как только перестанешь тяжело дышать и дрожать, пойдешь сама.

Она затихла, попыталась успокоиться. Я, если честно, впервые встретил такую девушку, которая не ноет и заботиться о ближнем даже в полуобморочном состоянии. Я к такому не привык, но упорство и самообладание этой малышки невольно вызывало уважение.

Попытался осмотреться – все-таки не каждый день попадаешь в другие миры, но ничего особо отличительного в этих горах не нашел. Серо, уныло, тихо. У нас лучше – хотя бы никто не вылазит из земли и не пытается сожрать.

Узкая тропинка вскоре уперлась в широкую, но не глубокую пещеру. Другой дороги не наблюдалось и мы, не раздумывая, вошли внутрь.

Нас тут же окутал полумрак, эхо разнесло шаги в пустоте и меня, почему-то, посетило отвратное чувство калустрафобии. А я этим не страдаю. Еще паники не хватало. Моей.

Усадил Элальли на камушек, осторожно приподнял рубашку у нее на животе – бинты чистые. Хорошо. И тут же вздрогнул от внезапного чувства тревоги, с трудом сдержав стон отчаяния. Да сколько же можно?! Я так с ума сойду!

Вэллас уже все понял, встал в боевую стойку, Коновалов, по обыкновению, выдал ступенчатую мысль. После тех тварей на равнине я думал, меня мало чем можно напугать, но разъяренный бородатый мужик с огромным топором, выскочивший прямо из камня, превзошел даже их! С грозным рычанием он бросился на Вэлласа. Миг – и маленький эльф будет разрублен пополам. Я невольно дернулся к выходу, но сообразил, что оставляю Элальли одну, замер. Испугался. И мне в тот момент совсем не было стыдно, особенно после того, как в голове пронеслась яркая картина разрубленного пополам юного эльфа. Но воин на то и воин. Вэллас легко уклонился, мужик пронесся мимо, но тут же развернулся и сделал очередной смертоносный замах.

– Стоять! – заорал я зачем-то, задним умом понимая, что привлекаю к себе внимание. И вообще, на что надеюсь? На топор во лбу?

Мужик даже не остановился, тараном наступая на эльфа, но вдруг неуклюже свалился, поверженный мастерской подсечкой Коновалова. Борис оседлал противника, отобрал у того топор и только потом зло спросил:

– Доволен, Тимурка? Доверился, сука, чуть не порешили нас тут!

– Убежища!!! – закричала Элальли, кинулась к поверженному мужичку. – Убежища!!! Борис, умоляю, отпустите стражника! Гномы иногда так пугают, никого убивать он не собирался!

– Зашибись! – Борис немного подумал, но все же слез с поверженного гнома, хотя топор не отдал. – Охрененное приветствие, вашу мать!

Элальли кинулась к гному, помогла ему подняться, не переставая суетливо извиняться. Гном обиженно молчал, слушал, разглядывал нас внимательно, хмуря пышные брови и поводя колючими усами. Потом подошел к Коновалову, протянул руку, требуя свой топор. Борис немного помялся, но под строгим взглядом Элальли оружие вернул.

– Добро, – сказал басовито оживший сказочный персонаж. – За мной.

Элальли с облечением выдохнула, махнула нам, чтобы не отставали. Я пожал плечами на вопросительный взгляд Коновалова – а что еще остается? Мой друг по несчастью красноречиво выпучил глаза, но все же пошел следом.

Гном. Обычный низкорослый дядька, одетый в короткие сапоги, серые шаровары, широкую черную рубаху и телогрейку. Мой сосед, дед Митрич, по осени ходил именно так. И даже телогрейку, почти такую же, из овечьей шерсти, какая была сейчас на гноме, накидывал на плечи, когда холодало. Вот только топора у Митрича никогда с собой не было.

Там, где только что стояла стена, открылся широкий проход. Мы смело ступили в чертоги гномьих угодий и зашагали по длинному широкому коридору с гладкими стенами и удивительно ровным полом. Шли долго. Гном, на мое удивление, ни разу не обернулся.

И вроде, опасности нет, но чувство напряжения давит.

«Не дрейфь».

Как же у тебя все просто! Я просто шел, держа Элальли за руку. Мне было страшно. Очень. Но моя малышка, по-видимому, думала, что это я ее так успокаиваю – вцепился в ладонь и держу – улыбнулась мне:

– Здесь мы найдем убежище, Тим. Здесь нам помогут. Не беспокойтесь за меня. Я справлюсь.

Я улыбнулся в ответ, проглотил ком в горле. Хорошо тебе говорить! А я вот ни в чем не уверен! Все идут, и я иду. На всякий случай, чтобы Элальли не почувствовала дрожь испуга в моих руках, отпустил ее руку и сунул ладони в карманы джинсов.

Потом мы долго спускались по широким ступеням, затем поднимались, затем… Вскоре я запутался в системе лабиринтов и бросил запоминать дорогу. Единственное, что меня заинтересовало – откуда в этих катакомбах свет? Вроде нет ни окон, ни лампочек, но достаточно светло, чтобы идти и не спотыкаться. Магия? Чудеса прогресса?

Мы шли, шли, шли, и, наконец, вышли. Вернее, вошли в одну из очередных пещер.

На ровных, отполированных до блеска стенах горели факелы, на полу лежали пушистые шкуры. Приятное ощущение тепла и уюта меня немного успокоили.

Гном остановился, мы замерли за его спиной.

– Сейчас! – раздалось из соседней комнаты. – Я иду!

И вышла. Высокая, жилистая блондиночка, лет, приблизительно, тридцати, одетая в короткие серые шорты и белую майку, на ногах – горные ботинки на протекторах со шнуровкой. Это к какой расе сие очарование относится? И я понял, что сражен. И еще, что дурак. Больше думать мне не о чем?

– Вот тебе люди! – представил нас гном. – И эльфы. Этого, – он указал на Коновалова топором, – я вечером заберу. На гульню.

– Ого! – Красавица с изумлением уставилась на Бориса. – Вы тут постоянный гость?

– Чего? – насторожился Коновалов.

– Русские! – Блондиночка широко улыбнулась, легко перейдя на наш язык. – Здравствуйте! Гном зовет вас на гульню. Вы давно знакомы?

– Я тут первый и, надеюсь, последний раз, – изображая вселенское спокойствие, ответил Борис. – И что такое гульня? Куда мне от нее бежать?

– Это приглашение на пир, – чаровница продолжала улыбаться, я млел. – Высшая честь для гостя. Чем вы так себя проявили?

– Он меня завалил, – тихо признался гном, видимо догадываясь, о чем идет речь. – Уважаю! Все, до вечера!

Гном стукнул себя кулаком в грудь, кивнул Коновалову и ушел.

Незнакомка бегло оглядела моих спутников, остановила взгляд зеленых, почти изумрудных глаз на мне.

– Человек с двумя сердцами, – произнесла она. – Ну, расскажи мне, как такое возможно?

Элальли тихо вздохнула за моей спиной.

– У меня одно сердце, – честно ответил я.

– Садитесь. Будем знакомы. Меня зовут Оксана.

– Меня зовут Тимур, Тимур Добролюбов, – я протянул ей руку, нежно пожал мягкую ладонь.

– Борис, – Коновалов галантно поцеловал протянутую ему ладошку.

– Наверное, вы голодны?

– Не то слово, – тут же отозвался я. – И очень устали. Нас гнали орки, потом твари в долине, потом этот мужик с топором прибавил адреналину. Аппетит я точно нагулял…

Она тихо засмеялась, и я кожей почувствовал, как обмер вместе со мной Борис. Непривычное чувство ревности я постарался загнать поглубже. Не время сейчас всякими дамочками увлекаться. Хотя…