Парадикрит. Остров заблудших

– И что ты предлагаешь? – спросил я его.

– Нужно пойти в лес и поискать там еды, – фыркнул носом толстяк.

– Нет, нет, Идж не ходить в лес. Нет, нет, нет… – тут же стал испуганно бормотать чернокожий.

– Да и толку нам в этот лес переться, ты хоть одну живность там за всё это время видел? – возмутился Бобби.

– Да-да, зверь пожрал тут уже всех, кого можно. Нечего в лесу делать, – поддакивал своему товарищу Кевин.

– Хорош трепаться, народ! – успокоил поднявшийся галдеж Честер. – Глянь, Патрик, там, кажись, из-за холма какая-то труба торчит! Надо глянуть!

Честер указал в сторону равнины, которая в паре сотен метров от нас приобретала очертания огромного оврага, из которого и вправду что-то едва заметно торчало. И не будь у нас зоркого глаза Честера, вероятно, никто бы даже не обратил внимания на столь непримечательную деталь. У всех, даже у извечно стонущего Мэтью тут же открылось второе дыхание, и мы все направились прямиком к подозрительному объекту. Причём, надо признаться, то, что мы увидели далее, превзошло даже самые оптимистичные ожидания.

В огромном овраге прямо перед нами раскинулся самый настоящий город с множеством многоэтажных домов, соединенных десятками асфальтированных улиц. Труба, которую приметил издалека Честер, высилась от небольшого цеха, а от города тянулась ещё одна дорога, уходящая, по всей видимости, к морскому порту. Лишь одно смущало и настораживало меня: улицы города были абсолютно пусты – там не было ни людей, ни машин, но также не было и никаких следов бедствий или погромов, словно вся жизнь просто мгновенно оборвалась в нём.

С первого взгляда становилось ясно, что это место покинули люди, причём сделали они это уже очень давно. Сквозь асфальтированные дороги стали прорастать трава и деревья, облезлые стены панельных зданий были испещрены множеством пустых оконных проёмов, за которыми зиял лишь таинственный незыблемый мрак, хранивший в себе нечто пугающее, а высившаяся над прочими постройками безликим монументом труба стала потихоньку разваливаться. Это зрелище, несомненно, имело жуткий вид, однако мы всё равно решили спуститься к покинутым улицам заброшенного города, ведь там могли остаться какие-никакие запасы еды и воды, да и к тому же, больше нам идти было попросту некуда.

– Смотрите, т-там к-к-кто-то стоит! – вскрикнул Френки, как только мы начали спускаться в овраг, и указал на холм, где стояло пятеро парней, наблюдавших за нами.

– Эй! Здорова, чуваки! Айда к нам! Мы это, не кусаемся типа! – закричал незнакомцам Честер, размахивая руками, и те стали спускаться нам на встречу.

Все они были одеты в ту же одежду, что и мы. Впереди всех уверенной походкой шагал блондин с зализанными назад волосами и вечной не сползающей с его лица предвзятой ухмылкой. Следом за ним шагало двое коренастых парней, презрительно щуривших глаза и выглядевших практически под копирку: здоровенные загорелые амбалы, как минимум на голову выше Бобби и Кевина и в несколько раз шире их. Следом за этой свитой плелись ещё двое невысоких щуплых пареньков с самодельными вещами за плечами.

– Кто у вас за главного? – сходу спросил блондин.

– У нас демократия, – ответил ему Мэтью.

– Я не с тобой говорю, жиробас. Вот ты! – блондин указал на меня. – Может, ты расскажешь нам, какого хрена тут происходит?

– Меня зовут Патрик, и здесь никто не знает, что происходит. Мы направляемся в город в поисках припасов, – ответил я ему.

– Паршиво… – протянул блондин, задумчиво расхаживая взад-вперед, после чего соизволил представиться. – Я Джон. Это мои соратники – Крек и Дарт. А этих двух мы подобрали на пляже, зовём их Чукча и Косолапый.

– А твои дружки походу не любят болтать, а? – с улыбкой отметил Честер. – Они чё, все язык проглотили?

– Просто они знают, когда нужно заткнуться, – злобно бросил блондин. – Мы тоже собирались наведаться в город. Думаю, вы не будете против, если мы составим вам компанию.

– Валяйте, – кивнул я, и мы продолжили путь к городу всем скопом, хоть эта компания и не особо нам нравилась, но всё же держаться вместе было куда безопаснее.

– Эй, Патрик! – поравнялся со мной блондин, который почему-то предпочитал говорить именно со мной. – Расскажи мне, как вы тут такой толпой очутились.

– Очнулись вчера среди обломков на восточном пляже, потом встретили других, кто очнулся среди леса, вот и всё, – ответил я ему. – Говорят, здесь водится какой-то зверь, мы видели его следы. Слышали рычание этой ночью?

– Рычание? – осклабился блондин. – Нет, мы ночевали неподалеку и ничего не слышали. Вот, что я тебе скажу, Патрик: бредни это всё, нет никакого зверя. Просто твои ребята глюки ловят и разводят панику понапрасну, а паника – это всегда опасно… Тёлка с вами, кстати, ничё такая. Спорим, сегодня вечером я уложу её на лопатки?

– Да пошёл ты, – огрызнулся я. Разговор этот всё больше выводил меня из себя. Слишком уж противный был этот Джон, гнилой по своей натуре.

– Да ладно тебе, Патрик, со мной лучше не ссориться. Не любишь спорить, так и скажи. В любом случае эта сучка будет сегодня стонать подо мной, так и знай.

К этому моменту мы уже дошли до первых панельных зданий, изувеченных множеством огромных трещин и покрытых толстым слоем многолетнего мха. К счастью, теперь мы могли разделиться, и я отделался от неприятного мне разговора. Мы остановились перед заржавевшей, едва читаемой железной табличкой с надписью: «Добро пожаловать в Парадикрит», и оттуда уже разбрелись в разные стороны, условившись позже встретиться на этом самом месте. Группа блондина отправилась куда-то вглубь города, а мы решили прочесать ближайшие окрестности, разделившись на группы по несколько человек.

Мы с Честером отправились первым делом в магазин радиотехники, чтобы отыскать батарейки для фонарика и, надо признаться, сильно удивились, когда обнаружили, что большое количество товара стояло на прилавках нетронутым. Так что мы нашли не только годовой запас батареек, но ещё и десяток фонарей, которые бесспорно были незаменимой вещью, когда тебе приходится шарить в сумраке пыльных заброшенных прилавков. В строительном магазинчике через дорогу, где тоже оставалось много товара и куда мы проникли точно так же, через разбитую витрину, мы тоже смогли обзавестись парой топоров и ломиков, с которыми стали чувствовать себя уже намного спокойнее.

– Надо бы в какой-нибудь бутик наведаться, сто пудов там рюкзаки должны быть, а то эти самодельные переноски уже того и гляди развалятся, – предложил Честер, когда мы вышли наружу, и мы отправились в сторону стройных рыночных рядов.

– Слушай, Честер, ты когда-нибудь слышал о таком городе? Какое-то уж больно странное у него название: Парадикрит, – поинтересовался я.

– Не припоминаю, чувак. Да и ваще, в мире дохрена и больше мелких городков, о названии которых никто никогда не слышал. Меня вот чё больше интересует: с фига ли люди побросали столько добра и попросту отсюда смылись?

– Наверное, собирались в спешке и брали только самое необходимое, – предположил я.

– Во-во! Вот только чё у них такого стряслось, что все захотели так быстро свалить? Я сначала подумал, чума или вирус какой-нибудь опасный, но где тогда все трупы? Короче, я так пораскинул репой и решил, что они зверя испугались, вот и решили слинять. Видать, опасный какой-то зверь, раз вселил страх и ужас в целый город!

– По-твоему, зверь настолько опасен, что из-за него с острова сбежали все люди? – переспросил я.

– Да, звучит бредово, но прикинь, вдруг это какое-то исчадье ада или типа того, которое живёт вечность и ничем его убить нельзя. Вдруг на острове случилось землетрясение, после которого эта тварь из-под земли вылезла, – стал выдумывать очередную легенду Честер, и самое страшное в данной ситуации было, что он обладал странным даром убеждения, и я постепенно начинал верить в его пусть даже противоречащие здравому смыслу байки.

– Ты бы не увлекался со всей этой мистикой, Честер, а то так можно крышей поехать. Джон вообще считает, что нет никакого зверя, и мы это всё выдумали.

– Да болван этот Джон! Ты же сам следы видел, и рев этот противный много кто слышал. Да и ваще, у этого придурка рожа какая-то бандитская! Негативный тип, не нравится он мне… – высказался Честер, когда мы уже подходили к закрытым на замок железным воротам.

Естественно, подобная преграда не могла нас остановить, и мы попросту перемахнули через забор, оказавшись на рынке. Дальше мы прошлись мимо закрытых задвижными воротами бутиков, пока не увидели на одном из них вывеску «Одежда». Ловким движением ломика Честер сбил заржавелый замок, после чего мы оттянули ворота и пробрались внутрь. Здесь, в тесном пыльном помещении, нас ожидал целый склад одежды, начиная от женских пальто и плавок и заканчивая зимними пуховиками и шапками.

Рюкзаки здесь, конечно же, тоже были. Среди них мы выбрали самые большие и скинули в них весь скопившийся у нас хлам, после чего прихватили еще пару теплых курток, ведь ночи были уже холодными, и тёплая одежда нам не помешает. И я уже собирался выйти на улицу, потому что начинал беспрерывно чихать от такого толстого слоя пыли, скопившегося здесь за многие годы отсутствия людей, как Честер вдруг поманил меня к себе и показал старую выцветшую газету со статьей об исчезновении людей.

Текст гласил следующее: «На сегодняшний день продолжаются поиски двадцати пропавших человек. К полиции стали присоединяться отряды добровольцев. Прошлой ночью в лесу был найден растерзанный труп одного из жителей города, личность пострадавшего опознать так и не удалось. Сержант полиции считает, что данные преступления дело не человеческих рук. Расследование продолжается». Честер глядел на меня с таким воодушевленным видом, мол, он был прав, что все сбежали отсюда из-за зверя, вот только я искренне не понимал, чему тут радоваться.

После рынка мы вернулись обратно к знаку, где условились встретиться с остальными. Большинство из ребят уже ждало нас, и все в основном притащили с собой воду и тушенку из продуктовых магазинов, потому что кроме тушенки там практически ничего и не сохранилось. Мы с Честером раздали всем найденные фонарики и тоже приступили к трапезе. Спустя полчаса к нам подошёл блондин со своей бандой, которые тем временем разграбили полицейский участок и вынесли оттуда целую гору оружия.

Правда, большую часть оружейной составляли старые однозарядные винтовки времен первой мировой войны и барабанные пистолеты, но была ещё и пара автоматов Калашникова, которые здоровяки Крек и Дарт уже повесили себе на шеи и явно не собирались с ними расставаться. С нами эти парни тоже поделились оружием, или, вернее, малой его долей, спихнув пару барабанных пистолетов, что забрали себе мы с Честером и ещё несколько однозарядных винтовок, которые взяли себе Кевин, Бобби, Идж и Мэтью.

– Как на счёт организовать базу вон в том здании, Патрик? – спросил Джон, который всё так же предпочитал говорить лишь со мной, указав пальцем на обветшалый четырехэтажный дом, расположенный в самом центре города.

– Слышь, а чё это ты только Патрика вечно спрашиваешь? – предъявил ему Бобби, но Джон его проигнорировал.

– Д-да, у нас во-о-бще-то т-т-тоже мнение есть! – заикаясь поддакивал Френки.

– А ты ваще варежку не разевай, очкозавр! Мнение у него, блин, есть, – послал его Джон, и я решил, что нужно срочно урегулировать ситуацию, пока не начался вооруженный конфликт.

– Да, это хороший стратегический пункт. Оттуда будет проще добраться до любой точки города, – согласился я прежде, чем кто-либо ещё успел хоть что-то сказать.

На этом мы и сошлись, после чего отправились с собранными припасами обживать предложенное Джоном здание. У Джона была очень странная логика: говорить наравне он удосуживался только с избранными, которые ему чем-то понравились, и этим избранным, почему-то, оказался именно я. Других он просто не замечал, будто их и не существовало. А когда с ним пытались говорить третьи, он и вовсе впадал в бешенство, словно его чем-то оскорбили. Ещё мне было не понятно, чем он так полюбился этим двум верзилам Креку и Дарту, что молчаливо таскались за ним всюду, как податливые щенки. В общем, странным парнем был этот Джон – явно у него не всё в порядке было с головой. Такие моральные уроды как он вообще мало кому нравятся.

Первый этаж здания мы на всякий случай оставили не жилым, на втором этаже несколько комнат были выделены под склад, а в остальных расположились Френки, Мэтью, Идж и двое парней из банды Джона, которых он именовал Чукчей и Косолапым. На третьем этаже забронировали комнаты все остальные из нашей компании, а Джон со своими бугаями забил себе местечко на самом верху. На самом деле места в доме было ещё очень много, и потому оставалось множество пустующих квартир. Мы все вполне спокойно могли уместиться на одном этаже, но Джон настаивал на подобном расселении, и никто не хотел с ним спорить, чтобы лишний раз не провоцировать этого неуравновешенного отморозка.

Остаток дня мы бродили по окрестностям, стаскивая к нашему новому жилищу запасы провизии, одежды и прочего полезного барахла, которое нам удавалось отыскать в брошенных лавках. Когда начало темнеть, мы вернулись обратно в дом, где развели прямо в квартирах в пустых бочках костры, топливом для которых служила мебель, которой здесь было в достатке. Дым выходил через оконные проемы, так что задохнуться угарным газом никто не боялся, и мы спокойно сидели в своих комнатах, травя байки и попутно отъедаясь до отвала сухарями и тушенкой. Вскоре мы с Честером услышали, как на лестничной клетке кто-то оживленно спорит и вышли посмотреть. Как оказалось, это были Джон и Идж.

– …Зверь придёт! Надо охрана ставить! – обеспокоенно заявлял Идж.

– Да иди ты к чёрту, сраный нигер! В сотый раз тебе говорю, нет никакого зверя, мать твою за ногу! – кричал на него в ответ Джон, но тут внезапно их спор прервал голодный всепроникающий рёв, доносившийся откуда-то издалека, после которого блондин тут же переменился в лице. – Ладно, чёрт с вами. Вы на втором этаже живёте, вот и будете тогда нас охранять. Стволы у вас есть. Всё, вали отсюда, черножопый, пока я тебе башку не продырявил! – После того, как Идж спустился обратно на свой этаж, проклиная по пути светловолосого грубияна всеми известными ему оскорблениями, Джон заметил наше присутствие. – О, Патрик! Не хотите присоединиться к нам наверху?

– Да как-то нет особого желания, – хмуро отозвался я.

– Да ты подожди отказываться, – возразил Джон, вытащив из-за пазухи стеклянную бутылку со спиртным. – У нас наверху ещё целый ящик, так что если вдруг надумаете, то поднимайтесь, познакомимся по-нормальному. И девушку не забудьте с собой захватить.

На этой ноте мы распрощались с Джоном, который отправился заплетавшейся походкой обратно на свой этаж, а мы, в свою очередь, вернулись обратно в квартиру. Кевин и Бобби продолжали разламывать шкаф, чтобы подкинуть топлива в почти прогоревший костер; Кристи сидела на матрасе, который валялся на полу, и разглядывала старые, пожелтевшие от времени фотографии прошлых жильцов этой квартиры.

– Ну что, узнали, кто там ссорился? – без особого энтузиазма поинтересовалась она.

– Да так, Идж и Джон спорили на счёт дежурства. Ну и мудак конечно этот белобрысый, – ответил я, усевшись на матрасе рядом с ней.

– Угу, ещё выпивкой нас к себе заманить пытался, – подхватил Честер.

– У них там есть что выпить?! – тут же оживилась Кристи. – Так чего мы тут сидим и мёрзнем понапрасну? Может, у них и сигареты есть. Страсть как хочу курить, вы бы знали!

– Что ж, видимо всё-таки придётся пойти, потому что одну тебя я туда не отпущу, – вздохнул я, осознавая тот неприятный факт, что этот гад Джон вечно получает то, что хочет.

– Значит, и мне придётся идти. Кто-то же должен следить, чтобы Патрик не напился до такого состояния, когда ему захочется вывалиться из окна, – усмехнулся Честер, после чего обратился к Бобби и Кевину. – Вы как, парни, пойдёте с нами?

– Да ну его к чёрту, вашего Джона! И так за день уже заколебал всех… – проворчал Бобби, не отрываясь от крушения мебели.

– Чертовски с вами согласен, парни. Но долг перед другом зовёт, так что спешу, блин, откланяться. До скорого, короче! – попрощался Честер, и мы втроём отправились на верхний этаж.

Дверь в квартиру была открыта, и в первой же комнате, на старой койке у костра сидел Джон с практически опустошенной бутылкой спиртного в одной руке и дымящейся сигаретой в другой. В соседней комнате у такого же костра сидели здоровяки Крек и Дарт, которые увлеченно играли в нарды, не обращая ни на кого внимания и потягивая на двоих одну толстую сигару. Уж не знаю, где они откопали эту игру. Из их комнаты доносился лишь стук шашек – здоровяки играли напряженно и молча, что не удивительно, я вообще за весь день не услышал от них ни единого слова.

– Я знал, что вы придёте, ребят! – воскликнул подобревший от градуса Джон и указал на ящик, полный бутылок с алкоголем. – Угощайтесь!

– А сигарету можно попросить? – возбужденно покусывая губу с ходу спросила Кристи.

– Ну конечно! – Джон вытащил из пачки сигарету и протянул её Кристи, после чего дал прикурить с рук.

В эту же секунду ударил гром, от внезапных раскатов которого Кристи звонко взвизгнула. С неба полил дождь, постепенно перерастающий в безудержный ливень, колотящий по крыше беспрестанным градом барабанной дроби. Залетавший с улицы воздух пропитался холодом и сыростью, но, поскольку в квартире горело сразу два костра, нам всё равно было тепло. Два часа пролетели как несколько минут. За это время мы успели опустошить несколько бутылок спиртного, под действием которого шуточки Джона перестали казаться настолько мерзкими, да и вообще атмосфера стала куда более расслабленной и непринуждённой.