Четыре сущности волшебства

На балкон прибежал солдат и сказал, что градоправителя необходимо увести в безопасное место, однако мужчина смело отказывается от игры в прятки и остаётся на балконе. Там, где упал деревенский дом, возник пожар. Поднялся чёрный зловещий дым. Первые сформированные группы нападения были отправлены к первым улицам Унулы, однако легионер уже добрался до этих домов и разнёс их в щепки, только лишь слабо махнув рукой.

Всё дворцовое подземелье потрясывалось и гудело. Ребята смотрели в потолок, с которого сыпался песок, и не понимали, что началось.

– Что это такое? – Быстро испуганно спросила Верда, держась за решётчатую дверь.

– Судя по всему, это та самая опасность, которая уже пришла в Унулу. – Доходчиво ответил Оскид.

– И что же теперь? Мы будет правда сидеть здесь и ждать пока всё разрушится? А потом выйдем на чистую безлюдную землю? – Продолжала девушка.

– Фактически, не безлюдную. Это только нашего города не будет на земле, а так-то люди останутся. – Язвил Оскид, подняв брови. Верда бросила взгляд на него. – А что такого? Мы ведь здесь сидим, закрытые. Ожидаем суда, а в этот момент наверху происходит что-то ужасное. Конечно, мы бы приложили какие-нибудь усилия для спасения города, как сказал наш друг Прик. Верно же, Прик?

Он провоцирующим взглядом посмотрел на другого парня, который уже смотрел на него печальными виноватыми глазами. Прик дал положительный ответ, кивая головой.

Решётка Оскида открылась. Это случилось совершенно неожиданно и странно, потому что сам он сидел под ней. Глаза его в удивлении широко раскрылись. «Конечно, я всё понимаю, но сам ничего не делал, это не я» – протараторил он. Вдруг щёлкнул замок камеры, где находилась девушка. Она сразу отпрянула в глубь неё. Затем невозмутимо открылась железная дверь, за которой стоял Прик и клетка Баданата. Трое охранников, находящиеся в разных углах прохладного помещения, непонимающе приглянулись. Первый указал кивком головы второму, чтобы тот снова закрыл камеру. Второй охранник нахмурился и покосился на самостоятельную дверь.

– Это ты сделал? – Бросил он Прику, чья камера находилась ближе всего.

– Нет. Я ничего не делал. – Ответил Прик. – Это как-то само произошло.

– Само. Само никогда ничего не происходит, запомни это, парень. – Говорил охранник, доставая ключи и помещая один из них в замок камеры. – Знаем мы ваши делишки. Скакать на таком звере не каждый…

Однако охранник неожиданно закрыл глаза и свалился на пол. Все посмотрели на него разными взглядами. самый отличающийся взгляд был у Верды, она смотрела крайне панически на лежащего человека. Третий охранник заворчал и направился закрывать решётки, но тоже упал на полпути. Первый, который сидел за деревянным столом и что-то писал в толстую книгу, резко подскочил, однако тут же в его глазах потемнело. На этот раз его ударила не Верда, а он сам стукнулся о крышку стола и скатился вниз. Все три охранника лежали на полу. Ребята не торопились покидать свои темницы.

– Чтобы это значило? – Невзначай проговорил Оскид.

– Не знаю, но как раз кстати. Это, конечно, жутко и необъяснимо, однако приносит нам пользу. – Оживилась Верда. Она первая выбежала из камеры и уже хотела броситься наверх, как вдруг вспомнила про волка и свернула в направлении его решётки.

– Неужели, нам действительно что-то помогает? – Задумавшись, спросил Прик, как будто бы обращаясь только к себе. – Кому бы мы были нужны?

– Мне кажется, что такие вопросы здесь излишне. Итак, вот и план побега! – Оскид поднялся на ноги и побежал помогать девушке освобождать животное, накрытое сетями и связанное канатами. – Нет ли у тебя желания посодействовать нам, всё же это не наш питомец!

Очнувшийся Прик мигом распахнул решётку и принялся помогать друзьям. Они сняли все верёвки, канаты и сети. Баданат поднялся на ноги и потянулся, выгибая спину. Прик сказал, что нужно подняться наверх и узнать, что происходит в городе. Пока юные люди всем этим занимались, земля время от времени вибрировала.

Поднявшись по ступеням и пробежавшись по коридорам, они оказались в парадном зале дворца. Здесь никого не было, кроме трёх что-то делающих стражников, которые даже их не замечали. Всё здание дрожало, снаружи доносились вопли и строгие крики. Верда всё время спрашивала, что происходит, а Оскид как мог объяснял ей данные обстоятельства. Громкий раскат тяжёлого звука донёсся до ушей трёх ребят. Баданат оглядывался по сторонам.

– Нужно выйти на улицу! – Закричала Верда.

– Нет! – Рявкнул Прик. – Нельзя. Мы не знаем, что там творится. Нас могут схватить или мигом застрелись. Нужно найти место, откуда можно увидеть город. Потому что пока мы во дворце, то находимся под некоторой защитой. Я не думаю, что господин Норвалис не предусматривал случаем нападения и атаки на здание. Оно довольно высокое. Наверное, есть возможность что-нибудь увидеть.

Он первый побежал по коридору к лестнице, которая вела на верхние этажи. Все остальные проследовали за ним, но волк остался сторожить двери. Они остановились у больших окон второго этажа и испугались. Теперь Верда перестала спрашивать о происходящем, она задавала вопросы о том, почему по площади бегают солдаты большими количествами. Внезапно на край просторной местности свалилось необъятное дерево и разрушило окна и фасад дома. Верда воскликнув, отскочила от окна. Прик посмотрел наверх лестницы и бросился через одну ступень подниматься ещё выше, чтобы посмотреть на город с высоты, чуть выше уровня городских крыш. Оскид схватил за руку девушку и потащил её за собой, а сам двигался за Приком. Они вышли на балкон.

Прик увидел градоправителя и дымящиеся крыши. Стражники, находившиеся специально рядом с мужчиной, тут же ринулись хватать детей и заламывать им руки. Градоправитель обернулся. На его лице ясно выражалась отчаяние. Он был растерян и тревожен. Мужчина приказал отпустить юных людей.

– Посмотрите, что происходит. Вы были правы. – Безнадёжно произнёс он. – Опасность, о которой вы говорили, настигла нас, пришла в город и уничтожает его.

– Что происходит? – В смятении спросил Прик, подходя к балконному заграждению.

– Посмотрите, – указал рукой градоправитель в начало Унулы, – вон там. Это нечто необъяснимое.

У Прика, Верды и Оскида пропал дар речи от увиденного. Они ожидали любую опасность, вызванную тёмными магическими заклятиями, но это было чем-то другим. Это то, что уничтожало в действительности, собственными руками.

Легионер Гурджыч шёл по улицам и рушил дома, отталкивая их от себя. Эти игрушечные для каменного великана строения с лёгкостью падали на другие домики и ломались, разлетались на каменные и деревянные кусочки. Однако люди, которые бегали подобно муравьям вопили и рыдали. Армейцы, собравшиеся вокруг него, стали выпускать из больших перевозных арбалетов канатами, привязанными к стрелам. Бесчувственный великан не издал ни звука, только пошатнулся, однако чуть позже всё же замычал. Глаза его ещё сильнее загорелись красным светом, а брови нахмурились. Легионер схватился за одну стрелу, впившуюся в его каменное тело, и вырвал её, а потом рванул в сторону и разрушил одну из военных машин, погубив нескольких солдат.

Трое ребят, стоявшие на балконе и наблюдавшие за этим вместе с градоправителем, были потрясены и находились в состоянии ужаса. Верда вообще закрыла лицо ладонями и припала к плечу Оскида. Градоправитель повернулся к Прику с непонимающим нахмуренным лицом и спросил, как будто бы это имело какое-нибудь важное место при сложившихся событиях: «Как же вы выбрались из темницы? Снова».

Агаран внутри своей пирамиды затянулся алым и синим туманом. Изредка появлялись живые картинки, но невозможно было ничего толком увидеть. Этот фактор слишком мешал Изрэлю следить за своим легионером и предавшим его мальчишкой. Чародей был крайне раздражён.

– Владыка? – Произнёс Бивень, вошедший в зал.

Тот хмуро поглядел на него и снова опустил глаза в магический предмет.

– Не понимаю, что происходит с агараном. Как только Гурджыч достиг города, так устройство затуманилось. Как будто бы кто-то желает помешать мне. – Проговорил низким голосом Изрэль.

– Если это так, то можете ли вы знать, кто это?

Чародей что-то прошептал и ударил посохом в пол. Кристалл вспыхнул синим светом и погас. Агаран на миг прояснился и мужчина видел, что город был охвачен паникой. Однако изображение снова потемнело. Изрэль выругался.

– Не знаю наверняка, но догадываюсь, кто пытается сорвать мои планы.

Он был полон надежд и даже какой-то уверенности, что каменного великана можно одолеть. Он понимал, что теперь это необходимо сделать, ведь это он навлёк тьму на жизнь унульцев. Много людей погибло от нападения легионера, много крайне потрясены его нашествием, остальные лишь находились в растерянности, как остановить война. Именно эти проблемы хотел решить Прик, быстро передвигаясь верхом на волке. Конечно, он бы знал, как справиться с легионером, будь он меньшими размерами. Одновременно его мозг обдумывал десятки тонн информации. Баданат выскочил на улицу, по которой ходил Гурджыч. Парень оглядел его снизу вверх и поразился. Прик понял, что великан состоит из земли и камня, а значит его можно было разрушить, сломать, как кирпичный дом, землю же можно было размыть водой. Прик направил волка к стражникам, пытающимся сдержать его.

– Нужна вода! Много воды под напором! – Сказал громко парень одному из солдат. Но на его фразу никто не ответил, как будто бы не слышал. – Скорее, надо найти воду и тараны!

Кричал в пустую всем. Гурджыч разрушил ещё одно здание и раскидал его по сторонам. Волк, видя, что люди бегают в панике, а стража как-то пытается уничтожить легионера (хотя ничего не происходит полезного), рыкнул и только тогда на них обратили внимание. Прик аж потерялся от такого количества внимания. Казалось, что даже великан посмотрел на него.

– Вода размоет его! Облейте его водой! – Повторял снова парень. – Потом сломайте ноги! Это замедлит его. Быстрее!

Несколько человек бросились на поиски необходимых материалов. Через минуту на улицу съехалось четыре машины с цистернами воды и шлангами. По три человека на каждой машине, и каждый из них выполнял свою работу. Они вытащили шланги, направили их на ноги легионера. Первый человек, который держал шланг приказал подавать воду. Литры воды с огромной силой вырвались из резинового тоннеля, и эта вода впилась в ноги каменного великана. Гурждыч посмотрел вниз и замычал, потом поднял ногу и раздавил одну из машин, а вместе с ней и людей, находившихся на ней. В этот момент прикатили два тарана.

– Разбивайте его ноги! Ноги! – Направлял солдат Прик, который даже не был их главнокомандующим, но взял его обязанности на себя.

Стражники взялись за тараны и покатили их на каждую ногу Гурджыча. Первое нападение оказалось неудачным. Легионер сорвал крышу дома и бросил её под ноги. Все, кто успели, спаслись. Две машины поливали водой, затем было совершено два набега. Великан пошатнулся. Прик заметил, что всё получается. Он подбадривал армейцев продолжать сражаться с легионером. В Гурджыча снова вонзились стрелы с канатами, затем ему связали ноги. Наконец, ноги были разрушены и великан рухнул на землю. Но голова и тело всё ещё было нормальным, поэтому он разносил всё руками лёжа на земле. Солдаты продолжали его поливать и ломать.

Легионер замотал головой и заметил сидящего на спине волка Прика. Тогда и парень увидел в тех горящих глазищах чародея. Великан загудел и потянулся огромной рукой за Приком. Баданат развернулся и бросился прочь.

Верда стояла на балконе дворца, вцепившись рукой в Оскида. Градоправитель распоряжался группами нападения и отрядами помощи гражданам.

– Почему мы ему не помогаем? Он же погибнет там. – Взволнованно произнесла девушка.

– Он сам этого хотел. Это его миссия, спасти всех нас. Теперь он должен справиться, обязан. – Уверенным голосом ответил Оскид.

– Мы были с ним так долго и должны ему помочь.

– Он был долго с нами и вот что произошло. Сама наблюдаешь итог. Не думаю, чтобы он хотел нашей помощи в этом.

– Мы должны.

– Прик может нас спасти. В это я верю. – Неуверенно сказал Оскид.

Гурджыча накрыли сетями и повязали металлическими тросами, однако ничего не помогало. Вода тоннами лилась из машин, и вскоре закончилась, тараны били тело великана и вместе с тем ломались сами. Показалось, что ничего не выйдет, и Гурджыч будет уничтожать город у самого фундамента.

На улицы прикатили катапульты и принялись заряжать. Тем временем, легионер понял, что можно передвигаться с помощью рук и поднялся на них. Выпустили снаряды. От великана откололись большие куски камней, и он снова упал, однако всё ещё двигался. Приехали новые машины с водой. Легионер медленно начинал распадаться. После нескольких выстрелов от того отломились другие глыбы. По дорогам текла грязь, и катился камень. Гурджыч заново поднялся на руки и снова словил два снаряда из катапульт. На этот раз каменный великан загудел и распался на оставшиеся куски. Гурджыч был уничтожен.

Глава АРУКИ22

Агаран полностью затянулся туманом и потемнел. Изрэль произнёс над ним несколько действенных заклинаний, но ничего не помогало. Чародей разозлился так, что его глаза загорелись синим огнём. И потом он замахнулся и с силой снёс магическое устройство наблюдения со своего пьедестала. Стёкла разлетелись, пирамида была в дребезги разбита. Чёрный дым вырвался наружу и поднялся вверх, словно змей. Он клубился, переливаясь всеми цветами. Вся энергия, которая хранилась в этом редком предмете, была бездумно выпущена в воздух, уничтожена понапрасну. И теперь она должна всего лишь слиться с потоками магической мощи, что властвует и даёт способности в мире. Долгие годы, как простые люди, так и люди Чуда стараются заполучить это устройство; и днём, и ночью охранять его, дабы ничего не случилось с ним. Сдувать с него пылинки, протирать специальной чистой тряпочкой, прятать от прямых лучей небесного светила, если считают необходимым. Они бы применяли его с особой осторожностью и некоторой опаской, обращались лишь изредка и соблюдали придуманную самими же инструкцию.

– Владыка Изрэль? – Отозвался эхом голос его помощника.

– Всё к чему я стремлюсь рушится у меня на глазах. – С натиском сквозь зубы прошипел чародей. Он не смотрел на свой теперь разбитый агаран, по вине своей ярости и даже глупости. – Сквозь мои пальцы сыпется песок! Планы сгорают и превращаются в пепел, покрывающий мои внутренние органы. Отчего ничего не получается?!

– Но вы же отправили на город своего легионера. Он преданно служит вам, владыка.

Наверное, как-то так Бивень хотел успокоить разозлённого тёмного чародея. Изрэль глубоко вздохнул и немного успокоился. Его безжалостное сердце с ненавистью ко всем быстро билось в груди, пропуская через себя всё своё прошлое.

– Его разрушили. – Низким вибрирующим голосом ответил малхен.

– Вы создали ещё нескольких.

– Чем они мне помогут теперь?!! – Взвился Изрэль. Пещера затряслась. На ледяной пол обрушилась длинная сосулина.

– Мы поможем вам вместе. Неужели, владыка, вы забыли, что у вас есть помощник, который всегда посодействует любой вашей задумке, всегда сможет встать и защитить вас?

Чародей снова вздохнул и повернулся к нему.

– Нет, я помню. – Спокойно произнёс Изрэль. – И мне отрадно, что у меня есть ты. Мой помощник и друг. Однако я ясно чувствую, что мне хотят помешать. – Мужчина пошёл из одного зала в другой, более просторный. – Чары довольно сильные и мне их не сломать, не пробить ту защиту. Этот человек вероятно тоже малхен. Он пытается отрезать меня от своих целей и их реализаций. Что ему может быть нужно в Унуле? – Задумался он. – Рабы? Драгоценности? Его градоправитель? А может быть сам город с его домами? Тогда возникает вопрос «зачем». Хм. – Чародей остановился. – Бездарная идея.

– Можете сказать, кто этот человек? – Не отставал Бивень.

– Только предположения. Но я не хочу быть уверенным, чтобы зря тратить свою жизнь на лишних людей, поэтому говорить не буду.

– И что теперь предпримете, если вам мешают?

Этот вопрос заставил чародея изменить свой распорядок идей.

– Мы уже достаточно долго живём в промозглой пещере, скрывшись ото всех. Несколько лет назад я покинул Унулу потому что был лишним человеком того места. Никому ненужный. Болезненное пятно на теле города. Но это рана затянулась и стала шрамом. Наверное, пришло время напомнить о боли. Бивень, мы возвращаемся в цивилизацию.

Камни, деревянные балки, стёкла, кирпичи и цемент валялись на земле повсюду. Вокруг летала пыль и клубился в небо едкий безучастный дым. Земля, песок и глина покрыли тротуары и мощёные дороги. Крики, вопли, стенания и плачи охватили улицы города. Людская паника совсем недавно стихла, теперь страдания и боль заняли её место. Под стенами домов лежали люди, они были без сознания. Приходилось идти по грязи и осколкам. С одной стороны женщины сидели на коленях в порванных испачканных платьях над кем-то и рыдали, призывая на помощь, но никто не приходил. С другой стороны люди в специальных одеждах осматривали людей, другим людям они давали указ и те уносили лежачих людей. Страшное жуткое зрелище наблюдал Прик пока шёл по направлению к дому архитектора. Он хотел срочно с ним встретиться, однако даже не понимал для чего и что хотел спросить. В его душе была тяжесть, чувство вины за то, что он сделал, ему казалось, что всё это только его рук дело. Словно бы он является тем разрушителем и убийцей многих унульцев и пригорода. Всё было залито невинной кровью и горячими слезами. В этот день Унула утратила свою красоту и энергию.

Санитары и уборщики быстро принялись за дела. Теперь их у них было больше, чем достаточно. Можно было представить, с какой горечью парень смотрел на происходящее. К его глазам подкатили солёные капли, но он решил сдержаться, закрыв их и продолжая идти дальше, держа руки в карманах. За плечами у него висела сумка, в которой лежал только чертёж, письма и важные архивные документы. Прик жаждал отдать бумаги обратно и никогда не вспоминать про них. После этого дня он хотел забыть или даже отрезать ужасное упущенное прошлое.

Дорога, которая вела к дому Норвалиса была завалена. Её как раз пытались разобрать и освободить путь. Прик огляделся. Найдя другую дорогу через маленькие проулки, парень направился туда. С обратной стороны того пути часть дороги была разрушена. Перевёрнутые кареты лежали, другие горели. Пожарные службы убивали безжалостный огонь в домах и на улицах, бегали врачи и знахари. Рядом с одним разрушенным домом Прик увидел нескольких людей, среди них был Норвалис, он пытался успокоить одну пожилую даму с рассечённым лбом. К ним подошёл врач и принялся лечить женщину. Прик заторопился к архитектору.

– Прик? – Удивился мужчина, глядя на него. – Что ты тут делаешь? Посмотри какое положение в городе.

– Да. Мне пришлось снова выбираться из темницы дворца и что-нибудь предпринимать по отношению к каменному великану. Это всё…

– Чувствуешь, что вина на тебе? – Вздыхая спросил Норвалис, отводя юношу в строну.

– Как вы поняли? – Недоумевал Прик.

– Всё читается по твоему лицу и глазам. Да и вообще на тебя было возложено тяжёлое бремя, а ты его отбросил. После чего произошло нашествие великана. Это причинно-следственная связь, молодой человек. Нечему удивляться.

– Значит у меня верные ощущения. – Задумчиво произнёс юноша, а тот только усмехнулся. – Нас снова схватили и заперли в темницах дворца. – Сообщил Прик, после чего Норвалис удивился.

– И вас отпустили?

– Нет. Не хотели. Мы же являемся преступниками. А когда попытались рассказать, что может произойти, то сразу же перед нами закрылась решётка. Они даже слушать не хотели, пока не увидели. Наши дверные решётки сами открылись. Сторожили перед этим все трое на пол попадали. Они живые, но без сознания.

Архитектор посмотрел на Прика, заводя руки за спину.

– И решётки сами открылись? Без чьей-либо помощи?

– Да. Это правда. Сначала мой замок щёлкнул, затем и остальных. Потом мы все вышли на балкон и уже увидели что происходит. Почему же не пришли на помощь ануары и где они теперь, когда людям нужна помощь?

– Они помогали, ослабляя чары, создавшие каменное существо, а теперь они за городом формируют новую защиту. Все объединили свои силы.

Мужчина задумался, смотря вдаль и вверх. Прик глядел в сторону на бегающих людей. Норвалис решил, что двери сами никак не могли открыться, однако и догадок кто это мог быть тоже не было. Кто угодно мог применить заклинание и стать невидимым или же сделать дистанционно. Странные вещи творятся теперь в городе, решил он. Злобные чародеи нападают, каменные великаны разрушают, двери сами открываются, а люди падают. Изумительные события. Давно такого не было, подумал архитектор и усмехнулся.

Прик снял сумку и протянул её Норвалису.

– Здесь чертежи и документы, верно? – Спокойно поинтересовался он.

– Знаете, для обычного архитектора вы очень проницателен. – Заметил юноша.

– Как же без этого. Здание не построишь, если не просчитаешь всё до самых мелочей и не представишь, как там будут жить или работать люди. Нужно предугадывать действия.

Прик больше не продолжал беседу. Теперь ему было всё равно, главное, что великан уничтожен, дальше надо вернуться в пещеру чародея и расставить всё на свои места. Город будет восстанавливаться и без его участия, а Оскид с Вердой и рады будут оставить этот период в прошлом. Парень коротко попрощался с архитектором и пошёл своей дорогой. Он хотел вернуться во дворец, забрать Баданата и уехать.

Верда оббегала почти каждый дом. Каждый раз у неё возникала в голове одна и та же самая страшная мысль. Её окружало много людей, у которых произошли трагедии. Такая же ситуация могла быть и с ней, поэтому она всеми силами хотела чтобы этого не произошло. Девушка предполагала к каким таким знакомым пошли её родители. Она искала тот дом, однако вот уже несколько долгих минут как не могла найти. Сердце бешено билось под грудиной, а разум рисовал ужасные картины. Наконец, Верда из увидела. Мама с папой стояли вдвоём прижавшись друг к другу, женщина плакала. Девушка бросилась со всех ног к ним.

– Мама! – Крикнула Верда.

Женщина стихла и подняла покрасневшие заплаканные глаза. Пал поступил так же. Дочь чуть ли не врезалась в них и крепко обняла.

– Верда, дочка, что ты тут делаешь? – Заговорила Лора. – Здесь слишком опасно.

– Я искала вас. Мне…

Но она не могла говорить, из глаз полились слёзы и дыхание из-за этого прерывалось. Лора прижала дочку к себе и поцеловала её в голову. Пал стоял рядом наблюдал напряжённую обстановку в Унуле.

– Скорее, вы должны уходить отсюда. – Быстро произнесла девушка, глядя в глаза матери.

– Куда же нам теперь идти? – Спросил Пал.

– Во дворец. Идите туда. Там будет Прик и Оскид. Он тоже пошёл искать своих родителей. Мы так решили. Вы же наше всё. Мама, бери папу и торопитесь во дворец. Вас пустят, не беспокойтесь, только скажите, что вы мои родители.

– Во дворец? Градоправителя? – Не поверил своим ушам Пал. – Что ты там делала, Верда?

– Извини, папа, это не короткая история, требует времени. Вы, на самом деле, не всё знаете, что было за это время. Я обязательно расскажу её, но не сейчас. Сейчас вы должны поторопиться в безопасное место. Скорее!

Она отпустила маму и кивнула отцу. Пал взял за руку Лору и они пошли вместе, а Верда огляделась и направилась в другую сторону. Вдруг Лора остановилась и развернулась.

– А куда идёшь ты? – Спросила она.

– Искать бабушку! Тоже приведу её к вам! – Ответила Верда.

– Будь осторожна, дочка. – Прошептала Лора, а та поняла фразу по губам и ответила «Буду».

На этом семья разошлась. Они направились в одну сторону, а она в другую. Девушка вышла из Унулы и видела разрушенные дома у въезда. Её охватил холодный ужас. Запах смерти витал в воздухе. Верда не в состоянии была смотреть на них и ускорила ход. Деревня была так же разрушена. Дома вырваны из земли. Глубокие следы шагов великана распластались на тёмной и зелёной поверхности. Здесь было ещё больше людей. Тоже плакали, просили помощи. Горько было смотреть на данную картину трагедии. Девушка перешла на бег.

Она замерла на месте, как вкопанная, когда увидела заваленную досками дорогу и часть бабушкиного участка. Дом был тоже обвален наполовину. Внутри девушка всё оборвалось. Она ринулась к дому и пробираясь через доски, камни и балки стала звать бабушку. На земле валялась битая посуда, из-под шифера выглядывала цветастая скатерть, книги были раскрыты в хаотичном порядке, некоторые порваны. Верда шла прямо по деревянным доскам. И вот она нашла её – свою родную бабушку. Женщина лежала под завалом с закрытыми глазами.

– Бабушка! – Громко завопила девушка.

Она упала на колени подле неё и залилась слезами. Верда постаралась приподнять доски, как вдруг заметила, что в живот пожилой женщины были вонзены три длинных гвоздя. Девушка вернула доски на место и рыдала над бабушкой. Звала её, вопила. Горячие огненные слёзы бесконечно и возмущённо выливались из глаз. Верда целовала её в щёки и в лоб, однако женщина не откликалась и не открывала глаз. Она молча лежала на земле под твёрдым сухим одеялом.