Хорошие убийцы 1. Окраина Катанги
- -
- 100%
- +
Пупс мимоходом проявил на столе перед собой бокал с мохито, отпил немного через трубочку, потом недовольно посмотрел на еще не растаявший лед, почти полностью заполняющий сосуд, отставил коктейль и продолжил:
– Наша группа участвует в испытаниях системы управления реальными кибернетическими телами из виртуала. На первом этапе речь идет о том, что люди, находящиеся в капсулах, через технологию дополнения реальности будут управлять телом робота. На втором – искусственные интеллекты будут обучаться действиям в реале на основании той учебной выборки, которую сформируют люди.
– Минуточку! – поднял руку парень с псевдо «Дедун». – Разве это безопасно – управлять телом робота? Я знаю парней, которые в виртуале любят зависать в теле орка – и то у них крыша капитально едет. Один из знакомых до того привык к персонажу, что в реале встать с кровати не может с первой попытки или стакан воды ко рту поднести, не обляпавшись. И на людей бросается по каждому поводу.
– Хороший вопрос, – улыбнулся Пупс. – Те тела, которые вам предоставят, будут очень точно повторять физические параметры ваших реальных тел. Танцующие собаки, которых используют курьерские и другие роботизированные службы, по сравнению с вашими телами – просто заводная игрушка. Малышка, покажи?
Малышка встала с кресла, проявила рядом с собой тело человекоподобного робота. Потом отшагнула на пару шагов. Повернулась. Замерла на секунду. Робот вздрогнул и принял позу, полностью повторяющую позу девушки. Очевидно, она взяла его под контроль. Я заметил, что лицо робота, хотя и не имело портретного сходства с девушкой, стало неуловимо на нее похожим из-за одинакового выражения.
Малышка повернулась. Спокойно прошла несколько шагов вокруг стола. Андроид шел за ней, полностью дублируя ее движения, даже бедрами слегка покачивал. Никогда не думал, что походка робота, сделанного из металла и пластика, может выглядеть так сексуально. Затем Малышка бросила взгляд на Пупса, подняла руки и начала танцевать, покачивая бедрами, вращая кистями и медленно поворачиваясь. Робот повторял. Это было красиво. После пары оборотов вокруг себя девушка прекратила танец, пробежала несколько шагов, прыгнула и сделала сальто, перейдя в кувырок, поднялась, раскинула руки и замерла в «ласточке». Железное тело послушно повторило и эти движения, соприкасаясь с полом с приглушенными металлическими щелчками.
– Думаю достаточно, – отвлек нас от созерцания Пупс. – Эти тела очень точно передают распределение массы и мышечные усилия, настраиваются индивидуально, так что нарушений координации у вас быть не должно. Как и повышения уровня тестостерона и прочих гормонов. Если какие-то проблемы все же возникнут – вы получите компенсацию. Да, устройства для секса у этих тел не предусмотрены, так что секс в реале вам не светит, – Пупс ехидно усмехнулся.
От того, что я уже увидел и услышал, захватывало дух. Человек через виртуал сможет действовать в реале. Где-то совершенно в другом месте. А потом в реал выйдут искины. И я буду в этом участвовать!
Я налил себе воды из кувшина, стоящего на столе. Выпил. По нёбу щекотно пробежались пузырьки газа. Вода была минеральной. С полной передачей вкуса. Та, что продается в игровых мирах по десятке за стакан. Тут не мелочились.
– Я хочу добавить еще одну вещь, сразу забыл сказать, – привлек к себе внимание Санитар. – У некоторых из вас сейчас стоят капсулы эконом-класса. В нашем проекте потребуются долгие погружения, поэтому компания всем заменит капсулы на служебные, без ограничения длительности. Нам не хочется, чтобы эксперимент прерывался, потому что кому-то срочно требуется стрижка или мытье.
– А как же те деньги, которые уже выплачены за капсулы? – поинтересовался я.
– Их зачтут, как взнос за выкуп служебных.
– Но они же будут в два раза дороже.
– У вас будет очень льготная цена и нулевой процент за рассрочку. А еще – приличная зарплата, боевые выплаты и премии. Вам понравится. А хотите – можете не выкупать, так пользоваться, пока работаете.
Я задумался. Капсула для длительных погружений не так уж нужна для моих потребностей. Пока не нужна. Но если нулевой процент за рассрочку и серьезная скидка – то почему бы и нет? Ведь я уже не безработный, а высокооплачиваемый сотрудник очень непростой компании.
Все помолчали недолго, переваривая новую информацию. Затем опять заговорил Пупс:
– Если по техническим или денежным вопросам появятся предложения, позже решим индивидуально. В разумных пределах. А пока продолжим.
Идея, которую мы отрабатываем, проста: тело-робот получает данные об окружающей среде, переводит их в образы, эти образы шлет по связи оператору. Оператор лежит в капсуле и получает такой же поток образов, как при работе в виртуале. И точно так же мозг оператора дополняет образы деталями, позволяя ему видеть нечто близкое к реальности. Оператор действует, капсула обрабатывает сигналы его мышечных усилий, передает их по связи роботу. Тот воспроизводит движения. За счет очень экономного трафика данных задержки почти нет, при дальности до десяти тысяч километров она меньше времени реакции человека. Так что оператор действует в реальном времени.
Пупс вздохнул.
– Проблема в том, что обычные пользователи привыкли к тому, что «нечто близкое к реальности» и есть реальность. А это не так. Не всегда так. Из-за этого при испытаниях с участием профессиональных военных произошли критически важные ошибки в действиях, погибли люди, и тогда на сцену призвали меня, а теперь и вас.
– А эти военные экспериментаторы – это не те команды, которые выносили всех с турнира? – поинтересовался парень с псевдо «Толстяк», совершенно не толстый, высокий, с покатыми плечами и длинными руками с крупными кистями.
– Они. Из реала их пока убрали, они продолжают эксперимент в виртуале, набирают обучающий материал для тренировки искинов.
– А не проще военных научить заглядывать под дополненную реальность? Нас же ради этой способности выбрали.
– Не проще. У них уже наработаны рефлексы, если они будут тормозить вместо того, чтобы стрелять, станут непригодными к службе. Им и в виртуале много воевать противопоказано, по большому счету, чтобы инстинкт самосохранения не нарушился.
Пупс мимоходом материализовал перед собой большую чашку кофе, до меня донесся его аромат, и я даже сглотнул от желания получить такую же. Парень заметил мой жадный взгляд, и передо мной тоже появилась чашка. Я отпил. Вкусно. Мягкий сорт, без сахара и других добавок. Он знал толк в хорошем кофе.
– Наша задача – отработать правильное восприятие реальности, выявить условия, при которых возникают ошибки. По результатам наших испытаний разработчики дополнят методику. Работать будем в реальных боевых задачах. В тех странах, где не действует Карантин.
– В нецивилизованных?! – не удержался Дедун.
– Ну, насчет критериев цивилизованности я бы поспорил… – вяло возразил Пупс. – Но не в присутствии уважаемого Санитара. Давайте назовем эти страны бедными, так будет точнее.
– По поводу цивилизованности и свободы у вас будет возможность составить собственное мнение, – добавил Санитар и задумался о чем-то своем, выпав из разговора.
– Собственно, основную информацию вы услышали, дальше все подписывают контракты, кому надо – меняем капсулы, потом работаем. Жить в следующие месяца два-три будем в постоянном погружении, если есть какие-то дела в реале – согласуете со мной выходы. Сама работа будет занимать восемь часов в день, остальное время развлекайтесь, как хотите, если не будет форс-мажоров. Можете в телах оставаться и гулять по реалу, можете оставлять тела и находиться в корпоративном пространстве, там будут личные комнаты, столовая, спортзал, бассейн и тропический остров, а хотите – ходите в игровые миры. Кормежка в виртуале будет продуктами с натуральным вкусом, так что пользуйтесь возможностью узнать и запомнить вкусы всякой хорошей еды. Если потом в дополненной реальности вы будете покупать аналогичные блюда, даже из обычного раздела меню, вы будете чувствовать правильный вкус. Что еще…? Пока вы будете находиться в погружении, ваши капсулы будут обслуживать сервисные роботы нашей компании. Есть вопросы?
– Есть. Распределение ролей какое в команде? – поинтересовался я.
– Хотелось бы поработать в разных задачах, так что мы набрали стандартную малую боевую группу: командир я, по второй специализации – снайпер; второй снайпер – Малышка, она же медик; Толстяк – огневая поддержка и второй медик; Санта и Дублон – первая штурмовая пара; Дедун и Бонус – вторая.
– Погодите-ка. Мы же в реале действовать будем? – озадачился Толстяк. – А в реале огневой поддержке нужен второй номер – тяжести таскать. Ну и охранять.
– У меня для вас хорошая новость. Даже две. Во-первых, на нашем объекте стоит автоматизированная система обороны, при операциях в его окрестностях поддержка будет сидеть за ее пультом. Во-вторых – в ваших новых телах будет аналог виртуального подпространственного кармана. В области живота, около центра тяжести тела, будет емкость, куда можно складывать коробки с патронами, гранаты и прочие тяжелые вещи. Они там будут фиксироваться, чтобы не болтались при движении. Автоматика тела будет просчитывать вес и корректировать движения, так что вы его чувствовать не будете. Правда, объем у этой полости не очень большой – автомат туда не поместится, и максимальный груз – всего килограммов пятьдесят. Еще туда нельзя складывать стаканы с пивом – разольются, и скоропортящиеся продукты – испортятся, начнут вонять. Вот. А охранять поддержку и снайперов при необходимости будут штурмовики.
– Обычно у штурмовиков другие задачи бывают. Не опасно без охраны остаться?
– Не забывайте, в случае гибели мы потеряем только робота. Он дорогой, но это не человеческая жизнь. Да и дороговизна относительна: военные говорят, стоимость подготовки оператора на порядок выше, чем цена тела-андроида.
Больше вопросов не возникло, все разбежались по домам – читать и подписывать документы. Контракт, медицинская страховка, пакет документов на обмен капсулы, разрешение на доступ в жилище для сервисных роботов, еще одна подписка о неразглашении, рабочая инструкция, отдельно – инструкция по соблюдению секретности. Всего – около сотни страниц очень важного текста.
3. Знакомство с телами и делами
Первая примерка экспериментального тела прошла буднично. Я утром отправился в корпоративное пространство и на входе мне предложили на выбор два тела – человеческое и механическое. Я выбрал механическое.
Разницы сначала не почувствовал, только увидел перед глазами не свои руки, а подвижные металлические кисти, покрытые мягким пластиком защитного цвета. Потом при движении понял, что чего-то не хватает. Чего-то между ногами. Мы привыкли не обращать внимания на колебания мошонки и члена и их прикосновения к телу или белью, но когда эти ощущения вдруг исчезают – это заметно. Потом еще заметил, что не слышу дыхания. Вот если выдох сделать или втянуть воздух носом – то это слышно ушами, а тут – нет. Потому что это тело не дышит. Но мое родное тело в капсуле дышит, и я это чувствую. Могу вдохнуть полной грудью, почувствовать, как воздух распирает легкие, как поднимаются и опускаются ребра при дыхании, живот увеличивается и сокращается. Мышечные ощущения система исправно передает. А звука выдоха или вдоха – нет. Забавно. И пульса у механического тела нет, но пульс редко заметен, если специально не слушать. А вот легкий шорох от сервоприводов слышен. И к нему пришлось привыкать, вначале он раздражал.
Моя комната в корпоративном пространстве оказалась уютной, обставленной более-менее стандартно. Большая удобная кровать. Пара кресел. Столик. Письменный стол с рабочим креслом. Большой шкаф – так оформили точку доступа к личному хранилищу. Дверь в ванную. Дверь в коридор. На двух стенах – панорамные экраны, которые сейчас показывают вид на какой-то большой город с небоскребами на горизонте и большим количеством зелени на улицах. Я потыкал в настройки и убрал стены, превратив комнату в бесконечное пространство, края которого терялись в темноте.
Вышел через висящую в воздухе дверь. В коридоре – другие двери личных комнат с именами на них. Напротив – входы в общие помещения: спортзал, столовую, зал со стрелковыми тренажерами. Все эти двери – переходы в другие пространства, помещения за ними шире, чем расстояния между входами. На последней двери скромная надпись «Лагуна». Заглянул из любопытства. Действительно, коралловый островок с лагуной и несколькими бунгало.
***
На веранде самого первого домика в шезлонге лежала Малышка в миниатюрном купальнике, на комме что-то смотрела. Расположилась она основательно, сразу понятно – живет она тут, и не первый день. А судя по мужской рубашке, небрежно брошенной на второй шезлонг – не одна живет.
Окликнул ее.
– Заходи, – махнула мне рукой. – Только накинь на себя пустынный камуфляж – на солнце механические тела греются сильно.
Я переоделся.
– А где все? Я думал, рабочий день уже начинается.
– На месте «всех» я бы пришла чуть раньше и сейчас объедалась деликатесами в столовой. Вообще, нам пора идти в комнату совещаний, там Пупс нам лекцию собирался прочитать. Я засмотрелась, фильм интересный прислали.
Девушка отложила комм, встала, потянулась. Поменяла тело на механическое, накинула камуфляж.
Мне по связи пришла записка, Пупс звал всех на совещание.
Мы, утопая подошвами в песке, направились к двери в коридор, которая с этой стороны просто висела в воздухе.
– А не дорого нас деликатесами кормить? – стало мне любопытно.
– Ерунда, – махнула она рукой. – Мы же в виртуале. Деликатесы требуют больше вычислительных мощностей, чем обычные продукты, и их разработка дороже намного, но высокая цена в игровых мирах определяется не этим. Это типичный престижный товар, он продается дорого потому, что люди готовы дорого платить. А вообще у Пупса есть доступ к образцам, он просто по мере надобности воспроизводит нужное количество. И в нашу столовую засунул эти образцы, потому что продавать деликатесы у него права нет, а бесплатно есть самому и кормить всех знакомых – можно.
– Он заботливый начальник.
– Не, не обольщайся. Ему просто удобнее, чтобы все питались вместе, так общаться проще. А он вкусно поесть любит. И я тоже люблю. А начальник он непредсказуемый – сегодня заботливый, а завтра найдет решение задачи, увлечется новой идеей, а о старой – забудет.
***
Мы вошли в комнату последними, но не опоздали – парни еще рассаживались на стульях. Из тех, кого я уже видел, не было только Санитара.
Когда все разместились, встал Пупс. Сначала он довольно долго рассказывал о наших новых телах. Подробно, со схемами. В целом информация сводилась к тому, что тела очень похожи на человеческие – и по весу, и по силе, и по прочности не намного лучше.
С небольшим отличием – в голове у них ничего ценного нет, только маска с мимическими мышцами, видеокамеры и микрофоны. Информация от них по кабелям идет к преобразователю, который находится рядом с потоковыми вычислителями в нижней части груди. То есть «мозг» у тела – в груди. Чуть выше, в верхней части груди, двигательная система рук, в животе – «карман» для тяжелой поклажи, в области таза двигательная система ног и еще один уязвимый и критически важный узел – энергетический блок. Довольно удачная компоновка – если тело получит пулю в голову, то разве что лишится глаза или уха. Да и то – у него кроме «глаз» есть еще и вспомогательная камера на груди. А «мозг» можно прикрыть бронежилетом. Интересно, бронетрусы у нас будут – энергетический узел прикрыть?
– Теперь перейдем к тому, ради чего собрали нашу группу. К ошибкам, – после паузы на чай-кофе Пупс перешел ко второй теме. – Как выглядит типичная ошибка в бою в реальности? Во время операции в условиях плохой видимости где-то мелькнула человеческая фигура. Снайпер думает – враг, и стреляет. А там, скажем, женщина или подросток. Или идет штурм здания, боец врывается в помещение, видит сбоку движение и стреляет. А там – маленькая девочка. Или наоборот – он не стреляет, а там маленькая девочка с пистолетом.
– Или, скажем, военные берут штурмом поселение, убивают полсотни боевиков, – вбросил реплику Дедун. – Потом приходит местная полиция и за ночь переодевает все трупы в гражданское. И вместо уничтожения боевиков получается геноцид мирных жителей.
– Такие вещи тоже бывали, но это не ошибки рядовых. И уж точно не ошибки восприятия реальности. А убить ради провокации сотню гражданских противник и сам может, такие случаи гораздо чаще бывали.
После отступления от темы Пупс продолжил:
– Так вот. В реальности в условиях суеты боя и плохой видимости снайпер или штурмовик знают, что они видят. И летчик, который видит скопление людей, знает, что это могут быть боевики, а может – свадьба или похороны. Или войска союзников, которые заблудились. Все они понимают, что могут ошибиться.
При использовании передачи данных через дополненную реальность всё становится намного хуже. Потому что пользователь в капсуле получает образ, дополняет его деталями и – не понимает, что он видит свои фантазии. В реальности такие случаи тоже бывают. Скажем, человек с плохим зрением в темноте замечает смутный силуэт рядом со своим домом. Он начинает ругаться с ним, думая, что это злоумышленник, который хочет забраться к нему во двор. А потом оказывается, что это просто присыпанное снегом бревно, торчащее вертикально. В реале такие случаи редки и чаще бывают спьяну. С использованием дополненной реальности – они происходят регулярно.
– Слушай, – поинтересовалась Малышка. – Я тут, наверное, хуже всех разбираюсь в совмещении реальностей, объясни – а почему в виртуале нет такой проблемы?
– Потому что в виртуале мы сами становимся соавторами того, что происходит. Картина виртуального мира обрабатывается прямо в нашем мозге. Игрок видит медведя. Он знает, что это опасный хищник и ждет нападения. Его медведь – агрессивен, он нападает. Другой игрок знает о природе больше, понимает, что при правильном поведении медведи практически никогда не нападают на людей летом, им хватает растительной пищи. И когда такой пользователь встречает медведя, тот мирно уходит. Объект «медведь» имеет много вариантов поведения, и выбор зависит от пользователя. А при бое с игроками еще проще – ты видишь метку враждебного клана и стреляешь. Никаких ошибок.
– Так вот почему все медведи, которых я встречаю, постоянно жрут малину!
– Да, тебе стоит, наконец, узнать, что малина – не главное блюдо в их рационе, – улыбнулся Пупс.
Все присутствующие тоже улыбнулись, сложно было удержаться, глядя на мимику этой пары, отражающуюся на пластиковых масках андроидных тел.
Пупс задумчиво добавил:
– Может, еще и из-за этого эффекта военные могли кого-то лишнего убить. Они во время дежурства подсознательно ожидают появления противника. При недостатке информации могли вообразить врага там, где его не было.
– Мы использовали похожий эффект, – вставил я свои пять копеек. – Если показать над травой край шлема или другого круглого предмета, целеуказатель метит его, как противника, так можно снайпера обмануть. И в реале во время войн устраивали ложные цели, чтобы ловить снайперов или обманывать летчиков.
– Да. И человек, и автоматика при распознавании окружающей среды используют упрощенные правила. Если знать эти правила, их легко обмануть. А в случае совмещения реала и виртуала такое часто получается даже без умышленного обмана. Поэтому нам и понадобились люди, которые смогут заглядывать под дополненные образы. Нужно как-то изменить механизм передачи данных, чтобы он стал более устойчивым к ошибкам распознавания.
Пупс задумался на мгновение.
– Ну, пока все. Сегодня побегаете по виртуалу, привыкайте к новым телам. Потом если проблем не будет, пойдем в реал. Нам выделили под испытания место в одной африканской стране. Формально мы будем охранять кобальтовую шахту. Администрация нашего сектора договорилась с местным правительством о добыче сырья. Наш объект не самый заметный, для нас это удобно – будем не на виду. И он полностью под нашим контролем, так что внутри периметра можем делать все, что потребуется.
– А правда, что в Африке люди свободно ходят по улицам и работают на полях? – Дублон не удержал любопытства.
– Правда. А также передвигаются по стране, ходят друг к другу в гости, без защиты занимаются сексом и даже могут залезть через периметр и украсть все ценное, что попадется под руку. Сами все увидите скоро.
– А еще у них средняя продолжительность жизни – тридцать лет, и смертность от болезней – процентов пятьдесят, – добавила Малышка.
– И мы по ним стрелять будем? По живым людям в реале?
– Рано или поздно – будем, – вздохнул Пупс. – Без этого не обойдется, очень там регион нестабильный. Потому туда нас и посылают – нам нужно все проверить не на полигоне, а в реальной обстановке. В том числе – в боевой. А там столько людей гибнет, что десятком смертей больше – никто и не заметит. Даже если будут случайные жертвы.
Потом добавил:
– Если вы по ошибке кого-то не того застрелите – вам ничего не будет. Все понимают, что риск ошибок есть, на то и испытания. Психологи всех вас проверяли очень тщательно, так что людей, способных без оснований устроить стрельбу по живым мишеням, среди вас нет. Но если психологи ошиблись – за убийства придется ответить.
При последних словах ни у кого не возникло желания шутить или сомневаться. И спокойная реакция Малышки подсказывала: «Да, если Пупс сказал, значит, виновный ответит».
– Мы долго проговорили, – завершил лекцию Пупс. – Предлагаю сейчас поменять тела на человеческие, пообедать. После обеда опять наденем механику и самостоятельно побегаем и поплаваем в спортзале и бассейне, потом поиграем в баскетбол – это хороший тест для тела и к тому же весело. Надоест – опять самостоятельно побегаем, поплаваем, можно на острове с лагуной погулять – там кусочек природы, экзотика, вам будет интересно.
***
Обед был вкусным. Я не удержался, взял себе осетрину и черную икру. Очень хотелось попробовать – действительно ли они так вкусны, чтобы стоить столько, сколько они стоят в реале. Осетрина оказалась слишком нежной и безвкусной, как для меня, а черная икра вообще не понравилась. Я их выбросил и взял кусок жареного с луком мяса, с картошкой и острым соусом. Вот это оказалось божественно.
Мысли мои крутились не вокруг новых вкусов, а вокруг Африки.
Все-таки это очень резко меняло всю картину. Мы увидим другую страну, да еще такую, которая живет без Санитарного Контроля и Карантина. Людей местных увидим. И – возможно будем стрелять в них. В живых людей. Не в виртуальные персонажи. В живых. Которые умирают навсегда.
Интересно, задумался я, – кто-то откажется? Многие люди отказались бы, я думаю.
Я – нет. От моего отказа количество смертей в мире не уменьшится. А может и увеличится, потому что мое место займет кто-то другой, и этот другой может оказаться менее щепетильным. Можно сунуть голову в песок, пусть где-то далеко умирают люди, но без меня. А я, такой гуманный, останусь чистым. Но тогда – прощай интересная и высокооплачиваемая работа, здравствуй жизнь на пособие безработного. Да и не по мне это – прятаться от сложных вопросов. Трусливо это.
Наверное, и другие члены группы так же решили. Очевидно, психологи при выборе кандидатов уже проверили нас и заранее знали, что все согласятся. Никто не попытался уйти из группы.
***
Вторая половина дня прошла весело.
Сначала все побегали и позанимались на тренажерах, привыкая к новым телам. Не столько даже привыкая, сколько проверяя – действительно ли нет разницы. Разницы почти не было. Только между ног кое-что отсутствует, а так – все мышцы работают.
В бассейне обнаружилось, что раз нельзя вдохнуть и выдохнуть, то и регулировать плавучесть тела не получается. С другой стороны, она была почти нейтральной, так что проблемы в этом большой не было. Даже проще плавать – не надо высовываться или поворачивать голову для вдоха.
Я так увлекся плаванием с погруженной в воду головой, что не заметил, как начал задыхаться. Остановился, озадачился. Получается, я с опущенным в воду лицом рефлекторно задерживаю дыхание, и мое реальное тело в капсуле не дышит. И в то же время механическому телу безразлично, в воде я или в ядовитом газе – ему воздух вообще не нужен. Парадокс, однако. А если представить, что я дышу водой? Попробовал. Опустил голову в воду и осознанно сделал вдох и выдох. Было страшно, но получилось. Какое-то время контролировал дыхание сознанием, потом само как-то наладилось. Опять стал плавать. Потом нырнул и стал плавать под водой.
Когда закончил развлекаться, всплыл и увидел заинтересованных зрителей на бортике бассейна. Самой любопытной оказалась Малышка. Потребовала объяснить, как у меня такое получается и почему не получается у нее. Объяснил. Она тут же занырнула и начала нарезать круги над дном бассейна. Толстяк с Дублоном к ней присоединились. Толстяку было страшно дышать в воде, не сразу получилось. Но получилось.