Паранойя. Апокалипсис

Потом были еще две волны ракетных ударов. Ярких звезд на севере я больше не видел, но ПВО работало с полной нагрузкой. Большие ракеты парами, потом мелкие веерами. При их срабатывании в небе расцветала небольшая вспышка. Иногда доносился глухой удар взрыва. Изредка появлялись вспышки на земле, это какая-то ракета попадала в цель. Большинство ракет были не ядерными. Ядерный гриб я тоже видел еще раз, но очень далеко.

После второй волны ракет на несколько часов исчезла проводная сеть. Потом восстановилась.

Мы до утра копались в сообщениях, пытаясь понять, что происходит. Информация шла сплошным потоком.

* * *

Началось всё с обращения президента, которое мы благополучно проспали.

Он был печален и собран. Это обращение было единственным, в котором он говорил простым понятным языком, без всех этих многословных округлых конструкций, которые потом неделями разбирают всяческие аналитики, пытаясь понять, что же он сказал на самом деле.

Если упростить сообщение до предела, президент заявил, что эпидемия, вызывающая психические отклонения, вызвана искусственно, это достоверный факт. Это – биологическая война.

До сих пор биологическое оружие применялось в экономических целях. Сначала – болезни птицы и скота, потом – короновирусная пандемия, ставшая генеральной репетицией смертельного удара. Теперь последняя линия пройдена, начата война на уничтожение значительной части человечества и большинства государств.

Кто виноват в нападении – известно. Это политические круги Великобритании и часть государственного аппарата США.

Есть основания считать, что у тех, кто устроил нападение, имеется вакцина. Если эта вакцина и данные исследований не будут переданы России – будет объявлена война США.

Также Россия требует выдачи для международного суда всех виновных в нападении и доказательств их действий.

В подтверждение серьезности намерений объявляется война Великобритании.

Россия, в соответствии со своей военной доктриной, наносит по ней превентивный ядерный удар. В этот удар входит подводный подрыв нескольких автономных термоядерных торпед, которые направленной волной смоют всё, что находится на территории Англии и в прибрежных районах Шотландии, Ирландии и Уэльса. Также от побочных волн пострадают Нидерланды, Дания, северные районы Франции, Бельгии, Германии. Приносим свои извинения.

Кроме этого Россия наносит удары возмездия по местам, где пытаются спрятаться инициаторы нападения, а также по зарубежным биологическим лабораториям США.

«Я верю, что Бог покарает убийц. Но сейчас ему нужна наша помощь, чтобы встретиться с ними быстрее», – закончил он выступление.

* * *

Вскоре после обращения в сети появился доклад медиков. В принципе, ничего нового они не сказали. Болезнь начинается с высокой температуры. Если не лечить – человек умирает. Если температуру сбивать до нормы – болезнь затягивается, высокий риск тяжелых последствий для психики. Мы с Викой прошли посередине – температуру сбивали только когда она совсем зашкаливала. В результате у нас сформировался иммунитет и есть надежда, что психические последствия будут небольшими. Хотя всё равно будут. Как станет развиваться болезнь дальше – неизвестно, есть надежда, что выжившие, не получившие сильных повреждений мозга, восстановятся, в будущем могут быть периодические рецидивы.

* * *

После медиков на главных телеканалах показали два занимательных документальных фильма.

В первом – вид из космоса на красивый тропический остров с высокими обрывистыми скалами.

Голос за кадром объясняет, что на вот этот вот остров две недели назад началась массовая миграция американских политиков и членов правительства. На отдых. Вместе с семьями, друзьями, любовницами, слугами и любимыми собачками. Так как в совпадения мы не верим, а доказательства для суда нам тоже без надобности, все эти туристы признаны соучастниками и приговорены к смерти.

Рядом с островком вспухает громадный, выше скал, горб воды, который заливает все побережье, вместе с красивыми пляжами и стоянками роскошных яхт, и переливается через горы. А потом на вершине острова раскрывается кратер вулкана, который разносит весь остров на куски.

Во втором фильме – вид на берег Англии. Вспухают несколько бугров воды, от них распространяется волна. По мере расширения кольца волны она становится ниже. В море кажется пологой и неопасной, но когда подходит к берегу, ее высота вырастает в несколько раз. Громадная волна накрывает берег. Небоскребы Лондона выглядят карликами на ее фоне. Она их смывает. Просто смывает – такие здания не рассчитаны на боковые нагрузки. Голос за кадром рассказывает, что скорость волны в океане доходила до тысячи километров в час, на суше – меньше, всего километров триста. Вода пройдет над всей территорией равнинной Англии, кроме немногих холмистых мест на севере провинции. Все города будут уничтожены.

– Это беспредел какой-то… – растерялась Вика.

– Ну, биологическая война на всей планете – тоже не комильфо. От нее жертв побольше будет, чем население всей Британии. В десятки раз больше.

– Такая мелкая страна и так напакостила…

– Угу. Я считаю, каждый народ отвечает за то правительство, которого оказался достоин.

* * *

Политики США долго спорили, что делать. В конце концов, победила та группа, которая потребовала ответить ударом на удар. Вряд ли их так затронула гибель Англии, скорее дело было в том тропическом острове, который исчез с карты, и на котором погибли их коллеги с семьями. А может, они просто не могли выполнить требования России – или вакцины было не так много, как требовалось, или выдача виновников на международный трибунал показалась невозможной. Один сенатор прямо заявил: «Любой, кто проголосует за выполнение ультиматума, не будет переизбран на следующий срок». Эти оптимисты реально думали о том, что следующий срок будет.

В странах НАТО привели в боевую готовность систему ПРО. А так как Россия била по лабораториям, расположенным в этих странах, начался обмен ударами. Зенитные ракеты по крылатым. Крылатые и беспилотники – по системе ПВО. Крылатые ракеты по целям в России. Массированный удар всеми средствами по объектам НАТО в ответ.

На устранение целей в Европе и Турции США ответили полномасштабной ядерной атакой.

Российская система ПРО справилась неплохо. Большая часть американских баллистических ракет не долетела до цели. Бомбардировщики с ядерными зарядами тоже были уничтожены. Крылатые ракеты с подводных лодок и кораблей частично прошли через системы ПВО. К счастью, Москва и большая часть страны находились за пределами досягаемости таких ракет.

В ответ был нанесен полномасштабный ядерный удар по территории США.

Были подорваны термоядерные торпеды у берегов Калифорнии и вдоль восточного побережья США. Нью-Йорк, Вашингтон, Бостон, Филадельфия, Лос-Анжелес перестали существовать. Обратной волной досталось побережью Испании и Франции.

В океанах флоты охотились друг за другом.

В космосе уничтожались военные спутники.

Крылатые ракеты с кораблей уничтожали систему ПРО США, которая была рассчитана на нападение с севера. Когда ее уничтожили, по маршруту через полюс прилетели баллистические ракеты.

В этот момент хитроглазые китайцы вступили в войну и нанесли удары по тихоокеанскому флоту, базам и побережью США.

Дальше начался хаос. Северная Корея обстреляла ракетами Японию, начала массированный артиллерийский обстрел Южной Кореи и двинула войска на ее территорию.

Китайские войска двинулись на спорные острова.

Вьетнамские атаковали Китай.

Индия обменялась ядерными ударами с Пакистаном.

Арабы и Иран двинули войска в Израиль.

Турция начала войну с Грецией.

Сербы вооружили ополчение и пошли на албанцев и хорватов, армии которых без поддержки США просто разбежались.

В Германии и Франции начались массовые беспорядки мусульман с резней белых.

В Африке на пандемию безумия и ядерную войну просто не обратили внимания. Там и до нее было неспокойно. На фоне эпидемий и постоянных войн за природные ресурсы между бандами мировая война прошла незамеченной. Безумие органично дополнило длинный список из малярии, тропических лихорадок, СПИДа, туберкулеза, серповидной анемии и многих других болезней, прочно обосновавшихся на этом континенте. Конечно, чуть позже африканцы заметят, что никто больше не покупает их медь, кобальт, тантал, бериллий и прочие редкие и ценные металлы. Заметят и станут заниматься выращиванием бататов и маниока.

* * *

К утру стало ясно, что ядерная война в целом закончилась. Количество боеголовок и их мощность оказались не так велики, как об этом когда-то писали фантасты. Во многом это оказалось следствием разоружения, проведенного в конце прошлого века. Свой вклад внесла и хорошая работа систем ПРО.

Конечно, удары не прошли бесследно. В Москве ядерный взрыв произошел на северо-востоке города. Один из промышленных районов и кусок МКАДа стали радиоактивными, ближайшему спальному району тоже досталось. Пострадали от ударов несколько других городов, где система ПВО была не такой насыщенной, как в столице. В общей сложности на территории страны взорвалось несколько десятков ядерных зарядов. И несколько сотен неядерных, в основном – на юге, куда добивали ракеты с баз и кораблей США. Большинство ударов было направлено на военные объекты. Не из гуманизма, просто в такой краткосрочной версии войны нет смысла тратить ограниченные ресурсы на уничтожение населения.

Самым удивительным оказалось то, что на утро после ядерной войны нормально работала сотовая связь и сеть, хотя часть сайтов и легла.

* * *

В промежутке между второй волной ракетных ударов и утром где-то недалеко от нас, похоже в квартире на этаж выше, страшно кричали дети. Я подхватился, чтобы бежать на помощь, потом остановился. Вот прибегу я, за железной дверью квартиры кричат. И что? Ломиться в нее? Стрелять в замок?

От беспомощности опустились руки. Это раньше, если грабители ворвались в квартиру или буянит пьяница, они могут испугаться прихода соседей и полиции. А безумцу в приступе бреда без разницы, что происходит за дверью. Он не думает о будущем. Если безумец – мать или отец этих детей, их уже не спасти.

Пока я стоял задумавшись, крики прекратились. Я отложил автомат, который успел схватить, и сел, свесив руки между колен. Вика подошла, прижала мою голову к себе. Стало легче.

– Наверное, утром там не будет никого живого. Если кто-то из родителей напал на своих детей, он и сам жить не станет, скорее всего, – сказала она.

– Сходим утром, посмотрим. Если дверь открыта – зайдем, глянем, а если нет – вскрывать не имеет смысла. После этой ночи квартир с мертвецами внутри останется много.

Мы оказались правы. Дверь той квартиры утром оказалась заперта. Внутри – тихо, на звонок и стук никто не отозвался. В ту ночь у многих не выдержала психика и они решили уйти из жизни. Некоторый – в одиночку, а некоторые прихватили всю семью.

* * *

Восход солнца мы встретили на балконе.

Утро наступило, обмен ядерными ударами закончился, а мы всё еще были живы. Это внушало надежду.

Панический страх, который сидел в глубине души в последние дни, ушел. Казалось бы – вокруг война, всё рушится. Но самое плохое уже случилось, теперь можно попытаться разобраться в этом хаосе, в будущем станет лучше.

Еще несколько часов мы отслеживали информацию о происходящем в мире.

Обмен ракетными ударами действительно прекратился.

У России своих проблем хватало, ее происходящее в других странах больше не волновало. И чужие территории не интересовали. Каждый человек, способный жить в обществе и выполнять приказы, превратился в ценность и отправлять таких людей на захват каких-то объектов за границей никому не интересно.

США за одни сутки из мощной страны превратились в кучку разрозненных штатов. Федеральные органы, которые скрепляли разнородные регионы в одно целое, были смыты волной вместе с Вашингтоном. Конечно, политики и самые богатые люди успели спастись на вертолетах, но опереться им было не на кого. Аппарат чиновников, офисы, документы, базы данных – исчезли. Одновременно Штаты, вместе с Нью-Йорком, лишились верхушки финансовой системы и руководства крупнейших корпораций. А гибель Калифорнии унесла с собой главный кластер высокотехнологических компаний. На территории страны развернулся передел сфер влияния. В крупных городах вспыхнули беспорядки и войны банд. Южные штаты вооружались. Психованные стрелки расстреливали десятки людей в кампусах и супермаркетах. Через границу рвались мигранты, испуганные эпидемией, которая уже развернулась в Латинской Америке. Латиносы несли с собой заражение, и процесс этот шел гораздо быстрее, чем планировали организаторы биологической войны.

Китай, пораженный вирусом еще сильнее, чем Россия, не мог себе позволить войну. Он занял несколько островов, позволяющих контролировать Тихий океан, и захватил плацдарм в Японии. На этом остановился.

Приграничные войны, вспыхнувшие в разных странах, выродились в столкновения разрозненных отрядов, потерявших общее управление.

Северная Корея захватывала территорию Южной, но при этом ее армия устилала путь своими трупами. Чем это кончится – было непонятно, да и неважно.

Евреи панически бежали из Израиля. Успели не все. А потом оказалось, что и бежать некуда. Они во всех СМИ говорили о геноциде, но всему миру было плевать. На землях, которые арабы вернули себе, началась резня.

В Европе уличные столкновения перешли в войну национальных банд.

Скоро стало ясно – никому нет дела до нас, а нам нет дела до мира. Каждому человеку в первую очередь надо думать о том, что его окружает, а не о других городах и странах.

В какой-то момент мы с Викой насытились информацией, приготовили зеленый чай и отложили мобильники.

– А ведь армия еще работоспособна, судя по тому, как прошла ядерная война, – сделала вывод из прочитанного Вика.

– Сложно сказать. В ПВО и стратегических войсках не так много людей. Там высокая степень автоматизации, жесткие регламенты, служат профессионалы, которые привыкли всегда поддерживать готовность. Потому и смогли сохранить дееспособность. В обычных частях всё может оказаться по-другому.

– Как думаешь, у нас государство еще существует?

Я пожал плечами.

– Думаю, да, но не уверен, что стоит на него надеяться. Интересы государства и наши личные интересы – это две большие разницы.

– Но электричество и связь всё еще есть.

– Это да. Но на большее рассчитывать не стоит. Электричество, связь, вода обеспечиваются оборудованием, с небольшим участием людей. А вот порядок поддерживают конкретные люди, полиция. И эти люди безумны, каждый по-своему. То же самое с медициной. Плюс к этому – у властей сейчас много срочных забот. Замена безумцев на высоких постах, передел власти и контроля над ресурсами, перехват тех организаций, которые еще работают, удержание от развала жизненно важных направлений. До нашего уровня их внимание опустится нескоро.

– Значит, спасение утопающих – дело рук самих утопающих?

– Пока да. А когда мы себя спасем, придут дипломированные спасатели и потребуют, чтобы мы им подчинились.

– Я вообще не представляю, как оно всё будет, – призналась Вика.

– И я не представляю. Никто не представляет. На первом этапе надо просто выжить.

* * *

За окнами послышались гулкие выстрелы. И визг.

Мы метнулись на балкон. По дороге я прихватил автомат.

Внизу у соседнего подъезда стоял какой-то мужик с помповым ружьем.

– Предатели! – орал он.

Около подъездов стояли машины. Много машин. Некоторые жильцы решили бежать из города на дачи. Загружали вещами багажники. Из-за одной машины торчали чьи-то неподвижные ноги. На дорожке лежал труп. Что он мертв, было понятно по позе – лежит на спине, руки раскинуты, а ноги неудобно согнуты. Живой так лежать не станет.

За невысокими кустами от стрелка прятались две женщины. За машиной присел пожилой мужчина.

Мужик с ружьем шагнул вперед. Он сильно покачивался, похоже – пьян в дымину. Он повернул в сторону женщин. Заметил их через листву, поднял ружье.

Мой автомат уже давно сам собой лег цевьем на перила балкона. Я отслеживал стрелка в прицел. Оставалось только нажать на спуск. Я нажал. Автомат дернулся, удар одиночного выстрела прокатился эхом между домами.

Стрелок упал.

* * *

– Я сбегаю за ружьем, пока не утащили! – спохватилась моя практичная девушка.

– Нет!! – схватил я ее за руку.

Мне было страшно выпускать ее одну наружу.

– Вот, держи автомат, прикрывай меня сверху.

Вика кивнула. Я передал оружие, а сам метнулся в коридор. По дороге схватил пистолет и ключи.

На площадке было пусто. Я сбежал по лестнице.

Внизу перед закрытой дверью подъезда жались люди. Семья из нашего подъезда, я их узнал, и еще пара незнакомых лиц.

– В сторону!

– Нет! Там убийца! – встала мощной грудью на защиту запертой двери женщина лет сорока.

– Убийца – это я. А там – труп. В сторону!

Я вытащил из кармана пистолет, потому что сейчас непонятно, чего ожидать от людей, даже с виду нормальных.

Люди шарахнулись в сторону.

– Не бойтесь, всё нормально. Я сейчас выйду и вернусь, – успокоил я их.

Проходить вплотную к людям было страшновато. Вдруг у кого-то переклинит мозги, станет за руки хватать? Но обошлось.

Я выскочил из подъезда, быстро огляделся и бросился к трупу стрелка.

Подбежал почти вплотную и замер.

Труп не был трупом. Он поднял голову, посмотрел на меня. Его рука с толстыми волосатыми пальцами ухватила цевье ружья. На груди, на футболке, было пятно крови.

Я направил пистолет ему в голову и выстрелил. Спуск оказался неожиданно жестким. Рука качнулась, пуля ушла куда-то в сторону, мимо головы.

Мужик приподнялся, ствол ружья повернулся в мою сторону.

Я выстрелил ему в туловище. Дважды. Теперь спуск оказался легким. Обе пули попали в человека и отбросили его на землю. Он замер.

Я осмотрелся. Вроде всё тихо. Те, кто прятался, вылезать не торопились. Правильно делали.

Я ногой отодвинул ружьё, поднял его, повесил себе на плечо стволом вниз. Быстро обшарил тело умирающего мужчины. Нашел ключи от машины и квартиры, бумажник с правами. Прихватил – вдруг понадобится. Кошелька не было. Через плечо мертвеца была надета сумка, в ней перекатывались патроны к ружью. Стащил ее, надел на себя. Вроде всё.

Ушел в свой подъезд.

* * *

Из двери выглядывал отец семейства, которое пряталось от стрелка.

– Всё, можно выходить, – успокоил я людей.

– Молодой человек, а вы не можете посторожить, пока мы грузимся? – попросила женщина. – Вдруг опять кто-то станет стрелять?

Я вздохнул. У добрых дел всегда бывают последствия. Стоит совершить доброе дело, и окружающие навесят на тебя обязанность им помогать. Стоять у подъезда я точно не планировал. Но и не помочь семье, которая в полном составе сохранила вменяемость, не мог. Особенно если в семье два ребенка.

– Я с балкона посторожу. Так будет даже лучше.

Мать семейства вздохнула с облегчением.

– А вы не продадите мне ружье? – поинтересовался незнакомый парень.

– Нет. Самому мало.

Я уже развернулся, чтобы уходить, тут в голову пришел интересный и важный вопрос:

– Простите, а как дети перенесли болезнь?

Женщина погрустнела.

– Болели тяжело, мы боялись, умрут. Потом у них начались приступы паники. Но если во время приступа плотно обнять и пошептать что-то спокойное, он проходит.

– Ну, приступы паники – не самое страшное, что могло произойти… может, еще вылечатся от них.

Я попрощался и поднялся наверх.

В квартире на меня набросилась Вика. Она стучала меня в грудь кулачками и ругала:

– Ты зачем меня наверху оставил? Прикрывать тебя? А сам? Ты встал так, что закрыл от меня этого урода, я выстрелить боялась, чтобы по тебе не попасть!

– Всё хорошо, милая. Всё хорошо, – я прижал ее к себе. – В будущем буду учитывать, постараюсь не перекрывать тебе выстрел.

Вика была права. Бойцом я оказался неопытным. Хорошо, это не привело к фатальным последствиям. В следующий раз буду чуть умнее.

Потом мы пошли на балкон. Сторожить двор, пока наши соседи грузятся. Уехало четыре семьи из нашего подъезда и три из соседнего.

Пока мы там сидели, во двор въехала грузовая газель, какие-то угрюмые люди, не задавая вопросов, забросили в нее трупы и увезли. Их охраняли двое военных с автоматами.