- -
- 100%
- +
– Так точно, Павел Олегович, больше для видимости атаку имитируют, зато фрегат выйти в море может. Будем атаковать?
– Да, Василий, будем атаковать. Носовым орудиям изготовиться к бою. По готовности пристрелочными – огонь! А позже «кабачками» добавим.
Французы, завидев фрегаты, бросились бежать. Стоящая вдали баркентина уходила, а фрегат принял бой. Вскоре он получил в корму под ватерлинию тротиловый снаряд и медленно, но уверенно погружался под воду. Невов похвалил:
– Артиллеристы, отменная стрельба! Первый «кабачок» и точно под ватерлинию.
– Рады стараться, Павел Олегович. Догонять вторую посудину будем?
– Пускай уходит. Нажалуется своим, глядишь, пираты флот к нам направят, так сразу со всеми и сразимся.
Фрегаты подошли к форту, откуда под парусом отчалил катер. Вскоре на борт первого фрегата поднялся испанский лейтенант:
– Сеньор капитан, начальник охраны порта, лейтенант Мануэль Бакеро. Направлен передать приглашение коменданта форта полковника Морете стать нашими гостями.
Павел на испанском катере отправился в гости коменданту, а фрегаты подошли поближе к крепости и бросили якоря. Хотели зацепить и вытащить на берег подбитый фрегат, да тот слишком быстро ушёл на дно на глубину. Арбалетчики принялись расстреливать плавающих в воде пиратов.
Невов беседовал с Морете, прояснив обстановку и рассказав о бое в Колоне:
– Молодцы. Утопить четыре судна без явных потерь. Куда планируете отправиться далее?
– В Москитию.
– Решили пиратское гнездо разворошить. Ещё на Каймановых островах у них базы есть. Но знайте, губернатор Ямайки Томас Мортон может направить против вас свои корабли.
– Ничего, сеньор полковник, прорвёмся.
Колонские корабельные плотники за пару дней восстанавливали галеоны, а затем принялись за наши трофеи. Им в помощь были направлены наши матросы и плотники. Людей было много, просушенные корабельные доски и брус тоже имелись, так что дело продвигалась быстро. Ожидая очереди, команды проводили генеральную уборку на бывших пиратских судах. Чтобы не прозевать ответный пиратский налёт по две шхуны постоянно находились в море на боевом дежурстве.
На вторые сутки шлюп пиратского капитана Марио Лемьера бросил якорь в бухте городка Пуэрто-Перлас – главной базе французских пиратов москитного братства. На сходе капитанов Лемьер говорил о налёте на них испанских фрегатов, имеющих непонятный флаг на флагштоке:
– Месье капитаны, флаг на гюйсштоке испанский, а на флагштоке полощется какой-то триколор. Непонятно, кого наняли испанцы, но бьют они жёстко. Два выстрела и фрегат Бовиля пошёл на дно.
– Надо рассчитаться. Сколько их?
– Из-за мыса на нас вывалилось три фрегата, но они прошли мимо Колонии. Похоже, атаковавшие крепость парни схлестнулись с другими испанцами. Надо отправить разведчика, чтобы узнать результаты боя.
– Не пыли, Лемьер! Если наши вернутся, значит, победили мы, а если нет – они. Я отправлюсь к бриттам, надо перетереть за совместный рейд.
– Мы поняли тебя, Чёрный Пью.
На следующий день фрегат Чёрного Пью отправился в порт Ваунт, являющийся базой английских пиратов. Капитаны сидели в таверне и разговаривали «за дело».
– Такие дела, адмирал Блэк. В регионе появилась новая сила, которая топит нас.
– Где они?
– Мои капитаны столкнулись с ними в Колонии. Фрегаты шли вдоль берега со стороны Маракайбо. Где они сейчас неизвестно, но есть вероятность, что заявятся к нам в гости.
– Незваные гости нам не нужны. Сколько ты выставишь судов?
– У меня сейчас под рукой 5 шхун и 3 фрегата. Все и выставлю.
– Да моих семь. Пятнадцать вымпелов лихих парней против десятка?
– Если прикинуть, что они отрядили три фрегата в авангард, то получается, что в Колонии у них не меньше пяти судов. Я отправил Лемьера в море наблюдать, когда они появятся в наших широтах.
– Хорошо, Пью, если они не появятся раньше, то через недельку я утрясу этот вопрос с капитанами братства, и выступим. Мы пройдём мимо Перласа, а ты встанешь нам в кильватер.
– Хорошо, адмирал Блэк, договорились. Через неделю я буду ждать твою эскадру и пойду следом за тобой.
– Удачи нам, адмирал Пью.
Через пять дней в Барранкилью ушли заполненные продукцией и золотом галеоны, а ещё через неделю со стапелей на воду был спущен бывший пиратский фрегат. Команду для него собирали со всех судов, капитаном был назначен Огоньков, а Киселёв принял шхуну. Бриги только начали восстанавливать, так что мы приняли решение продолжить поход, а корабли забрать позже. Эскадра, усилившаяся 40-пушечным фрегатом, продолжила путь на север. Через сутки вдали была замечена идущая нам навстречу большая эскадра. Когда марсовый доложил об этом, капитан Кораблёв произнёс:
– Пираты по нашу душу плывут!
– Это точно. Приказываю перестроиться в боевой орден.
Сигнальщики просемафорили приказ на остальные корабли. Если пираты шли в колонне один за другим, то мы перестроились в две колонны, напоминая рыбную вилку. Идея манёвра состояла в том, чтобы сблизившись с флагманом противника, начать расхождение в стороны. Пока он двигался к нам носом, мы подворачивали на угол до 45 градусов, отчего могли атаковать его бортовым залпом.
Пираты переговаривались, наблюдая манёвры:
– Гаррет, их меньше и это радует. Правда, фрегаты опасны.
– Да, адмирал Блэк, их меньше, но они явно лезут в бой.
– Они идут двумя колоннами, намереваясь зажать нас в тиски. Глупцы, половина их ядер будет перелетать через наш фрегат, и они начнут попадать по своим же кораблям!
– Наверно, они не знакомы с английским морским уставом, предписывающим держать кильватерную линию, чтобы такого не произошло.
– Что же, их корабли получат подарки от всех наших судов. Но, чёрт возьми!
– Что такое, адмирал Блэк?
– Они поворачиваются к нам бортами, а мы находимся к ним носом.
– И что?
– Гаррет, ты идиот? Они начнут стрелять всем бортом, а мы только двумя носовыми пушками.
– Коварные испанцы! Артиллерия, к бою!
Как только баркентина и фрегат Невова сблизились с противником до четырёх кабельтовых, я отдал приказ, и корабли стали расходиться, охватывая пиратов с двух сторон. Оказавшись к флагману под углом в 45 градусов, пушкари открыли огонь из носовых и бортовых пушек. Одни ядра падали в воду, другие бились о борт, а третьи попадали палубу или перелетали британца. Пиратский флагман также открыл огонь, но только из носовых пушек на верхней палубе, одновременно начав поворачивать. Нащупав дистанцию уверенного поражения, Донской отдал приказ и канониры стали отгружать по пирату тротиловые и фугасные снаряды.
Вскоре паруса англичанина полыхали ярким пламенем, а следом занялся весь такелаж. Фрегат потерял манёвренность, двигаясь по инерции, а когда получил попадание под ватерлинию, накренился и быстро пошёл на дно. Первая пара продолжила расхождение, а идущая следом за нами вторая пара фрегатов вступила в бой со вторым противником. Мы же начали схождение, атакуя третье пиратское судно.
Из пиратской колонны вышел фрегат, за которым потянулись идущие следом корабли. Они стали перестраиваться уступом, идя наперерез моей группе. Мы также подкорректировали своё движение и приступили к обстрелу флагмана второй группы. Французы только приближались, выстраиваясь гребёнкой, а англичане пока держали строй. Однако после второго утопленного корабля, он рассыпался. Теперь пираты атаковали нас, как привыкли, нападая на жертву с разных сторон, словно стая диких собак. Грохот и дым над полем брани стояли изрядные. Нашим кораблям тоже доставалось от прилетающих ядер, ломающих рангоут и выводящих из строя матросов. Но техническое превосходство тротила и фугаса перед обычным ядром было неоспоримым. Мы топили и палили их суда на подходе, оставаясь при этом относительно целыми.
Идущие последними четыре пиратских корабля попытались сбежать. Пришлось баркентине и шхунам гоняться за ними, но всё равно, в сгущающихся сумерках двум судам удалось уйти. Шхуны гнались следом, а когда стемнело, повернули назад. Полночи полыхало зарево пожаров на пиратских судах. Одни корабли ушли на дно, другие держались на плаву, имея критические повреждения, а третьи просто потеряли команду или возможность управления и дрейфовали по воле волн.
От горящих палуб ночь была светлой, но напряжённой, поэтому вахты назначались удвоенные. Но обошлось без эксцессов, а утром начался сбор трофеев. Как обычно с кораблей собиралось все ценное: железо, оружие, ремкомплект, судовой журнал с кассой и прочие полезные вещи. Лишь один фрегат был признан способным самостоятельно дойти в Колон, где его доведут до ума. Пока абордажники собирали трофеи, высаживаясь на остовы кораблей, палубные матросы меняли, где требовалось, парусную оснастку, заделывали проломы в палубе и бортах.
Пираты были деморализованы. Оказавшиеся среди пленных пиратские адмиралы Гордон Блэк и Чёрный Пью не могли понять, как пришельцы смогли их разбить, не потеряв ни одного корабля. Я не стал рассказывать им, что всё дело в снарядах. Не будь у нас этого аргумента, мы проиграли бы бой, потому что наши команды наполовину состояли из «салаг», а пиратов было больше и многие из них имели хороший опыт морских битв и абордажей. Забрав полезные вещи, матросы покинули разбитые суда, которых море выбросит на берег.
На трофей был определён усечённый экипаж под командованием Маслова и флот отправился в Колонию, как этот город называли французы. В трюмах находились порядка семи сотен пиратов. В Колоне бриги ещё ремонтировались, фрегат поставили в очередь на ремонт, а команды отправились на берег отдохнуть в припортовых тавернах. Уже завтра часть матросов будет помогать плотникам верфи восстанавливать наши суда.
Я допрашивал пиратских капитанов о награбленных ими сокровищах.
– Господа капитаны, обращаюсь к вам, как к храбрым воинам, которые проиграли свою битву. Поэтому пришла пора вам платить по счетам. Где спрятаны ваши сокровища?
– Что нас ждёт? Мы хотим выкупить себя.
– Адмирал Блэк, лукавить не буду. Вас ждёт виселица – это очень лёгкая смерть. В данном случае ожидание гораздо страшнее самой смерти. Я не могу оставить вас на свободе, потому что вы слишком опасны. Но хочу предложить вам сделать перед смертью хоть одно богоугодное дело. Может там, на судилище, оно вам зачтётся. Часть ваших денег пойдёт на содержание сирот, увечных матросов и зарплату рабочим моих мануфактур. Об этом можете поспрашивать у ваших конвоиров – моих матросов. Облегчите свою душу благим делом.
– А если нет?
– А если нет или обманете меня, то вам, когда я вернусь, будет очень больно. Тогда на быструю смерть не надейтесь. Вначале будете долго мучиться на моём корабле, и смерть не будет лёгкой. Например, вас съедят лесные муравьи или сухопутные крабы. В этом деле я дока, каждому найду своё наказание. Поэтому прошу чистосердечно рассказать мне о ваших тайниках. Со своей стороны обещаю вам хорошее питание, ром, оплачу даже женщин лёгкого поведения, которые скрасят ваши последние дни. Если выскажете пожелание, могу сделать небольшие денежные подарки вашим родным, которые остались в Европе или живут здесь в нищенском состоянии.
– Обманешь, виконт.
– Слово офицера.
Мне дали координаты тайников и подробно рассказали о пиратских городах Пуэрто-Перлас и Ваунт. После этого я распорядился перевести 20 капитанов и старших офицеров на вип-содержание. Сведения о сокровищах мы имели, только теперь требовалось к ним добраться и, желательно, без потерь. Одни схроны были в домах, другие в окрестных лесах, а третьи на прибрежных необитаемых островах. Пришлось разрабатывать целую военную операцию по захвату пиратских гнёзд. События последних дней выбили из Пуэрто-Перласа 10 судов и почти две тысячи пиратов, да англичане лишились семи и полторы тысячи матросов. Такие потери существенно уменьшили боевую мощь этих городов.
В итоге девять кораблей двинулись в Москитию, чтобы разорить пиратские города. 20 групп по пять человек имели особую задачу. Они отправлялись в джунгли и по известным приметам искали пиратские схроны. Остальные морпехи участвовали в захвате городов, а кладами на островах займёмся позже. Вход в лагуну Пуэрто-Перласа охраняла пиратская батарея. Не доходя зоны видимости солдат батареи, корабли выбросили боевую группу. В сумерках диверсанты скрытно подобрались к укреплению и, пользуясь расхлябанностью гарнизона, вырезали всю дежурную смену. После этого был подан сигнал и вскоре в очень длинную лагуну стали входить наши корабли, придерживаясь фарватера, указанного в пиратской лоции. Недалеко от города высадили основной десант, который за полночь окружил город. Парни провели рекогносцировку на местности, скорректирован план действий и задачи боевых групп.
Дома в Перласе были деревянными, лишь в центре виднелось окружённые забором несколько каменных зданий. В них проживали три самопровозглашённых пиратских адмирала: Тессье, Бове и Чёрный Пью, а также удачливые капитаны Мартини и Босси. Первые два адмирала плавали со своими эскадрами в 3-4 корабля по просторам Карибского моря, поэтому в сражении не участвовали, а двое последних находились в плену. У причалов стояли четыре шхуны и фрегат. Получалось, что кто-то из адмиралов вернулся из рейда. В тавернах на набережной шло пьяное веселье, а остальной город спал. Днём из рейда вернулся Бове, который со своими капитанами праздновал удачный поход в Луизиану, где он грабил местных плантаторов. Здесь же присутствовали сбежавшие капитаны Лемьер и Труве.
Ни о каких часовых в этом городе речи не шло, поэтому я спокойно перелез через забор каменного форта и изнутри открыл ворота. Следом были вскрыты замки двери домов и сокровищниц. Матросы без лишнего шума будили каменных домов и домов пленных капитанов, сонных сгоняя в подвалы – глядишь, выживут. Из сокровищниц матросы выносили сундуки с дублонами, пиастрами, слитками драгметаллов и дорогую утварь. Я ушёл к окраине города, где находился наш штаб и принимал доклады подчинённых. С золотом стали возвращаться отправленные в лес группы. Никто из пленников-пиратов не обманул, хотя, скорее всего, назвали не все тайники.
Пока мы занимались богатыми домами, на шлюпках третья группа подошла к стоящим у пристани пиратским судам. Пиратов на них не оказалось – все гуляли в тавернах. Так что наши моряки спокойно подняли якоря, поставили обезьяний кливер (апсель) и дрифтер (большой стаксель), и, ловя довольно слабый ветер, стали выводить суда в сторону выхода из лагуны.
Под утро, завершив дела в городе, капитаны остальных кораблей получили отмашку, подошли к городу и открыли огонь фугасными снарядами. Разбегающихся в лес пиратов встречали пули мушкетов сидящих в засаде матросов. За ночь город выгорел дотла, так что к утру над землёй возвышались лишь закопчённые каменные здания. Мы же прошлись сгоревшим остовам таверн и собрали золотые и серебряные монеты, оставленные пиратами за вечер.
Жители расположенного в сотне километров севернее Ваунта даже не подозревали о судьбе города-побратима, так что никаких охранных мероприятий там не проводилось. Добравшись туда через сутки, эскадра провела аналогичную ночную операцию. Правда, сразу всё пошло наперекосяк. На борту нескольких судов находились готовящиеся к рейду пираты, которые засекли наши суда и открыли огонь. Пехота не успела десантироваться и заранее окружить город, делая это во время боя. А фрегатам пришлось сразу обстреливать «кабачками» и «перцами» пиратские суда и город. Многие горожане успели убежать в лес, но для города результат оказался плачевным – деревянные дома сгорели.
Весь следующий день собирали трофеи из тайников в подвалах, лесных схронов, таверн, обследовали остовы домов. Сейчас стало возможным направить шхуны обследовать несколько прибрежных островов, где лежало спрятанное пиратское золото. Одержав победу над вольным морским братством, отряд вернулся в Маракайбо, поставив на ремонт трофейные корабли. По прибытию в Новую Гранаду пленные пираты предстали перед королевским судом. Главарей повесили на центральной площади, а рядовых пиратов заковали в колодки и отправили на рудники добывать так любимое ими золото и серебро. Глава Аудиенсии выкупил трофейные шхуны, отчего проблема нехватки матросов немного отступила.
Себе же мы оставили три пиратских фрегата, один из которых возглавил Медакин, второй – Огоньков, а третий – Надеждин. На бриг «Азов» капитаном взошёл Ярославцев. Капитаны и суперкарго с помощниками провели подсчёты доставшегося нам имущества. В целом с обоих городов было собрано золота и серебра примерно на 20 миллионов рублей. Откровенно говоря, я ожидал большего, так что утаили от нас пираты часть награбленного. А может быть, по нынешним реалиям доходы пиратских главарей были не такими уж и большими.
Глава 4. Заговор
По нашему возвращению в Маракайбо оказалось, что вице-король, наместник, проверяющий из Мадрида и городское начальство озабочены большой проблемой. Представители организации "За свободу Венесуэлы" прислали ультиматум, в котором говорилось, что либо вице-король предоставит провинции Венесуэла автономию, либо пусть готовится к войне. Кортес разорялся так, что было слышно во всём дворце алькальда. Я присутствовал на очередном «разборе полётов», где вожди решали, что делать:
– Я им дам войну! Я отправлюсь в Каракас и накручу хвост наместнику, генералу Хорхе Лопесу.
– А если сам наместник возглавляет хунту?
– Не может быть, Алехандро! Наместника назначил король. Это какие-то мадригалы из плантаторов мутят воду.
– Вам виднее, ваше сиятельство, только я сомневаюсь, что Лопес не в курсе этой авантюры.
Мы ещё поговорили, а выпустив пар, вкусно отужинали. На ужине присутствовали дамы, так что разговор из рабочего плавно перешёл на светские темы. Между тем я не забыл задачу, которую мне подкинул мой капитан. После ужина попросил Аниту выйти в сад. Встретившись наедине в дворцовом саду, завёл с девушкой приватный разговор, однако было видно, что она стеснялась отвечать. Пришлось отказаться от намёков и говорить напрямую:
– Анита, ты уже взрослая девушка. Если тебе нравится Паоло, давай, я переговорю с твоим отцом, а если не нравится, то незачем и затевать сватовство. Тем более, твой отец ищет для тебя гранда, а Павел обычный идальго.
– Да, сеньор Алехандро, я согласна выйти замуж за Паоло. Он очень нравится мне.
– Хорошо. Тогда подключим к этому делу Изабеллу де Вегу.
На следующий день на очередном совещании присутствовали несколько моих капитанов, после которого был ужин. Вместе с капитанами завели разговор, вспоминая бои с пиратами и расписывая подвиги Павла, который лично участвовал в победе над пиратскими фрегатами и разгроме городов. Тут же подключилась Изабелла, воспевая героизм русского капитана, под столом наступив на ногу своему дяде. Дядя философски произнёс, что такому герою надо бы титул пожаловать, например, барона. Супруга вице-короля, не посвящённая в тайну нашего заговора, поддержала неявную просьбу графа де Веги. На следующий день был церковный праздник и Кортес обмолвился, что напишет реляцию на Павла испанскому королю, чтобы утвердить Невову титул барона.
Через пару дней я затеял разговор о торговых делах между нами и Новой Гранадой, включив в деловую цепочку графа Сезара и Изабеллу де Вега, если они захотят заниматься торговлей. Изабелла ничем не захотела заниматься, а дядя очень даже заинтересовался поставками в Мадрид кофе, сахара и испанского хереса, используя наши корабли в качестве перевозчика. Вечером за чашкой кофе разговорились о будущем Аниты и младшего сына Альфонсо. С парнем было проще, он возьмёт замуж местную креолку из богатой семьи, а вот дочку отец хотел отдать только за испанского вельможу из Мадрида.
Видя такое дело, мы перешли к плану «Б». Граф Сезар самоустранился, а я, Изабелла, Павел, Лобов, Медакин и Анита задумали «операцию века». Для этого я и Сергей подготовили парики и усы, приобрели одежду рядового горожанина и телегу с лошадью. Возничим должен был стать Лобов.
Я спросил у Павла:
– Ты в лесу ориентироваться умеешь? Оставленные нами следы найти сможешь?
– Что за следы?
– Веточки обломанные, следы сапог на влажной или пыльной почве и так далее?
– Не очень.
– Ясно, тогда лес отпадает. Поедешь вон к той горе, за которой мы расположимся на очень долгом привале.
В рамках операции несколько вечеров после ужина Анита гуляла в парке, чтобы родители привыкли к такому поведению. И вот наступил день, когда должно было произойти похищение. Павлу не сиделось на месте, отчего он взбаламутил своего друга Алексея, и на час раньше они пришли к заранее выбранному месту напротив парка. Операция начиналась, как солнце только коснётся вершины горы. Однако до этого момента было более получаса времени. Вскоре к ребятам подошла Изабелла, которой тоже не сиделось дома. По плану она вместе с парнями должна была возвращаться из города и увидеть похитителей.
Вся троица наблюдала, как к углу дворца подкатила телега с парусиновым верхом и через забор перелезли три мужика.
– Странно, фургон другой, и почему трое полезли? Кого командор взял в помощники?
– Ты знаешь, Пашка, а ведь возница не Лоб.
– Получается, Михай добавил матроса или офицера, а нам не сказал?
– Получается, что так.
Через некоторое время похитители появилась снова, открыв калитку запасного выхода.
Анита не могла понять, почему похитители не Алехандро с товарищем, а какие чужие люди. Она спокойно дала себя похитить, но, слушая их разговоры, все больше сомневалась в том, что это инсценировка. А мужики говорили друг с другом на местном диалекте испанского языка:
– Барти, а ты говорил, что будет тяжело! Девица сама хотела сбежать из дома.
– Да, Бенито, сам не ожидал такого. Сегодня переночуем на гасиенде Тристана, а завтра повезём груз в Каракас. Сеньор Пулидо будет доволен.
Заговорщики увидели у похитителей шевелящийся мешок. Заговорил Невов:
– Так-с, Аниту вынесли. Что-то, Лёха, не нравится мне это. Пойду, прослежу за ними.
– Давай, а мы идём искать Михая.
Держась на расстоянии, Пашка последовал за похитителями. Где-то он шёл открыто, сливаясь с прохожими, а где-то останавливаясь на углу перекрёстка, дожидаясь, когда фургон проедет дальше.
Алексей и Изабелла вышли из засады на улицу, направляясь к нам на корабль. Тут Надеждин проговорил: «Изабелла, вдруг Пашке потребуется помощь? Я побегу следом, а ты дожидайся Александра».
Лёша побежал следом за повернувшим на соседнюю улицу товарищем, а женщина осталась ждать плановых похитителей. Минут через пятнадцать в загримированном виде появились мы. Я дёрнул калитку, которая открылась.
– Странно, почему она открыта? Пошли, Серж.
Войдя внутрь, подошли к нужной поляне среди деревьев и увидели лежащий на земле платочек. Девушки не было.
– Что за хреновина, Серёга?
– Михай, совершенно не понимаю, в чём дело? Её что, похитили до нас или она передумала?
Через калитку мы вышли на улицу и увидели быстро идущую к нам Изабеллу. Женщина подошла и спросила:
– Ребята, что вы затеяли?
– Ничего, Бэлла, просто Аниты нет на месте.
– Так это не вы были здесь полчаса назад?
– Не мы. А что случилось?
– Мы решили прийти заранее и спрятались в засаде. Полчаса назад в сад залезли какие-то люди, вынесли мешок с Анитой, положили его в фургон и отправились по той улице.
– Белла, похоже, это люди из "Национального фронта". Они угрожали вице-королю.
– Не может быть!? Что же нам делать?
– Где Пашка? Дело приняло опасный оборот. Девицу надо спасать по-настоящему.
– Паоло и Алессио побежали за ними.
– Так, иди к дяде и расскажи, что все поменялось, затем пойдёте к вице-королю. Ему скажешь то самое, что мы договорились – вы гуляли и увидели, как из сада алькальда выбрались злоумышленники. Паоло с Алессио побежали вслед за похитителями, а ты прошла через чёрный вход и нашла на земле платочек Аниты. Возьми его, покажешь губернатору.
– А вы куда?
– Судя по направлению, они везут её на гасиенду сообщника, а утром повезут нанимателю. Мы поедем догонять ребят.
Повозка въехала во двор загородной гасиенды. С девушки сняли мешок и развязали ноги.
Совершенно сбитая с толку Анита смотрела на незнакомых мужчин:
– А где сеньор Алехандро?
– Понятия не имею, крошка. Как тебя зовут?
– Анита Кортес. Я – дочь вице-короля Новой Гранады! Кто вы такие? Вы знаете, что с вами сделает мой отец?
– Ой-ой, нам уже страшно! Если твой отец не согласится дать независимость Венесуэле, ты умрёшь.
– Вас найдут и накажут.
– Конечно, только вначале мы доставим тебя в Каракас.
Павел, спрятавшись за большой кактус, наблюдал, как повозка въехала в ворота гасиенды. Вдруг позади себя он услышал шаги и, развернувшись, выхватил шпагу.
– Тихо, Паша, это я.
– Напугал, Лёха. Слушай, а где Изабелла?