Геласий

– Днём?

– Ну да, днём, похоже, устал и проспал… Меня разбудили, и я тут.

Кир еще несколько минут поговорил с Зарги, но понял, что все бесполезно: его память была чиста от всех воспоминаний с Яковым, которого тот убил.

«Почему они так поступили?» – задал он себе вопрос, выходя из института.

– Не задавайте лишних вопросов, дело закрыто, – сказала женщина, что сидела на скамейке.

– Вы это мне?

Она встала, подошла к нему и еще раз повторила сказанное:

– Не задавайте лишних вопросов, дело закрыто.

– Какое ещё дело, и кто вы такая?

– Я из Департамента юстиции. Вы завершили свое расследование, можете отдыхать.

– Я об этом ничего не знаю. Извините, мне надо идти.

Он развернулся и пошёл в сторону монорельса. «Закрыто. Да кто ты такая, чтобы закрывать дело? У меня своё начальство. Как оно может быть закрыто, если я ничего не выяснил. Чёрт!» – Кир выругался и присел в кресло.

Напротив него села женщина с ребенком. Кир посмотрел на крутящего головой малыша, старавшегося изо всех сил рассмотреть пролетающие за окном здания. Они с Нонной уже второй год копили деньги, чтобы произвести улучшения в теле. Только в этом случае его допустят к переаттестации, а после он сможет получить новый уровень следователя. И тогда, как и планировали, они заведут ребенка. С женой уже всё продумали: составили карту, какого цвета будут глаза, волосы. Нонна хотела голубые, а ему нравились черные, но он согласился с ней. Ему хотелось, чтобы внешность была европейской, но Нонна настояла на азиатских чертах. Пусть так. Опять согласился с ней. И так буквально во всем, даже пол выбрала его жена, и здесь он не смог ей отказать.

Кир вошёл в кабинет Хромова. Тот внимательно посмотрел на подчинённого.

– Ну ты и натворил.

– Что? – Кир был удивлён этому, поскольку вообще ничего не творил.

– Тело уничтожено.

– Как?! Почему?

– Это я хочу тебя спросить. После твоего разговора с Антоном его доклад кому-то не понравился, и тело со всеми отчётами изъяли.

– Он меня сам вызвал и сказал, что убитый натурал.

– Не кажется ли странным? Натурального человека убивает видоизменённый человек, которому не присуща агрессия и чувство мести. Что это?

– Уже ничего не скажет, – Кир имел в виду убийцу. – Ему стёрли память.

– Вот оно значит как. Вот оно значит… – Хромов встал и подошёл к карте района, за который отвечал его отдел. – Дело не закрыто, и несмотря на юстицию, тебе придётся закончить его.

– У меня ничего нет.

– И не надо.

– И как же мне тогда вести расследование?

– Убийцу нашли, осудили, этому пусть радуется юстиция, но нам надо знать причину, и кто этот натурал, что тут делал и откуда взялся? Вот, – Хромов протянул лист бумаги, – тут есть несколько адресов, где за день побывал Яков. Может, поможет.

Кир ещё вчера думал, откуда взялся натурал. Знал, что в своё время были нелегалы, что скрывались в третьем кольце города. Но еще сотню лет назад была проведена тотальная зачистка. Теперь там обитали только роботы, а новый человек если и появлялся, то только чтобы обслуживать машины.

«Натурал», – эта мысль не давала покоя Киру. Он не мог понять, даже если родился как натурал, в городе законы были мягкими, то почему не стал изменять тело? Ведь это же логично: с новыми органами легче жить. Знал, что есть люди, которые как животные могут улавливать ультразвук, видеть в темноте. Они могут определять запахи не хуже ищеек. А сердце перестаёт болеть, и кожа никогда не шелушится.

– Не могу понять, почему?

Он пришёл в галерею современного искусства, показал своё удостоверение и получил доступ к видеозаписям. Нашел Якова, но тот ни с кем не встречался, по крайней мере, Кир не заметил этого. Мужчина почти два часа ходил по залам, мог остановиться и долго смотреть на картину.

Второй адрес то же мало что дал, но ему сказали, что раньше видели Якова с Миленой и что он работает через дорогу в антикварном магазине.

– У вас тут очень необычно, – сказал Кир, войдя в большой зал, где стояли сотни предметов из прошлого. Он не понимал, кому это всё нужно, ведь большинство приборов не работало.

– Вам нравится? – спросила его невысокая девушка с короткой стрижкой. Кир сперва принял её за юношу, но голос выдал в ней женское начало.

– Даже не знаю, первый раз тут. Откуда это у вас?

– Экспедиционный корпус.

– То есть вы выходили за третье кольцо, верно?

– Да.

– Серьёзно? – Кир впервые видел человека, который побывал там.

– Там много интересного.

– Но там же нельзя жить, – из учебников знал, что за последним кольцом ничего нет. Да и сам в детстве проверил это.

– Это верно, жить нельзя, но там есть это, – девушка показала кресло-качалку. – Потрогайте, это ведь натуральное дерево. Оно когда-то росло, там была зелень.

– Нет, там ничего нет.

– Сейчас да, но я видела сухие корни деревьев, видела окаменевшую почву с сухой травой.

– Не верю.

– Представляете, там, за кольцом, были леса, как в центре города – только везде.

– Вы это серьёзно или шутите надо мной?

– Серьёзно. А вот, смотрите, – девушка показала медный кран. – Он для воды, я его нашла. Эти предметы были буквально в каждом доме. Значит, там было очень много воды.

– Зачем вам это? – всё, на что я смотрел, было похоже на свалку ненужных вещей.

– Это история наших предков.

– А учебников недостаточно?

– Учебники – это буквы, а это история. Прикоснитесь вот к этому чайнику, а теперь представьте, как в нём кипела вода, как он стоял на огне, а после из него разливали кипяток.

Всё это Кир видел в энциклопедиях, сейчас этого нет. Он не знал, откуда в его доме берётся вода, как она нагревается и куда деваются отходы. Не задумывался над этим. Жил с женой, радовался каждому дню и раз в месяц получал блаженство.

– Мне нужна Милена, – вспомнив, зачем сюда зашел, спросил Кир.

– Это я, – тут же сказала девушка.

– Я следователь и мне надо задать вам несколько вопросов относительно…

– Якова?

– Да, именно. Когда вы познакомились, о чём говорили. Понимаете?

– Он не придет? – грустно спросила Милена.

– Боюсь, что уже нет.

– Мы встретились пару лет назад. Я была в пустыне с экспедиционным корпусом.

– У вас лицензия?

– Да, я её продлила. Он тоже изучал руины прошлого, но там мало что осталось: ржавая техника и куча ангаров, которые еще каким-то образом не развалились. Вы когда-нибудь там были?

– В детстве убегал, хотел найти море. Оно там есть?

– Нет, я его не видела, хотя уезжала далеко, на сотни километров. Это так необычно: ехать по дороге, где когда-то были люди.

– И что там?

– Прошлое, вот что там. Никто не верит, что были реки, но видела мосты, они еще стоят и по ним можно проехать. Я видела корабли, но от них почти ничего не осталось. Хотела бы посмотреть, что там дальше, но карантинная зона закончилась, и дальше я не имела права ехать.

– А где вы его встретили?

– На самом краю. Там, где начинается каньон и обрывается дорога.

– А что там дальше?

– Я не знаю. Если поедете, возьмите меня с собой, – сказала девушка и положила на место медный кран.