Развод. Первые шаги

Глава 8

Марианна

Остановив машину в тихом дворике, я вышла и обвела взглядом улицу.

– Будто в прошлое попала.

Меня всегда поражало, как менялся вид в зависимости от местонахождения в одном городе. Ближе к центру можно увидеть красивые дома с разноцветными крышами, территории жилых комплексов огорожены и внутри есть всё – от магазинов до тренажёрных залов. А сто́ит отъехать на окраину, оказываешься в прошлом. Когда-то здесь было шумно, я помню, как соседи собирались во дворе вечерами и, сидя на лавочках, лузгали семечки, пока детвора играла на ярко выкрашенной площадке. Сейчас же от былого осталась лишь кривая горка с облупившейся краской и лавочка, на которую сесть страшно.

Я не стала задерживаться во дворе и, повернувшись к серой хрущёвке, пошла к подъезду. Войдя внутрь, я поморщилась от неприятного запаха и, спрятав нос в воротнике костюма, зашагала к лифту. Мне нужно было подняться на шестой этаж, но только сколько бы я ни нажимала на кнопку, в шахте лифта не было никакого движения.

– Не работает.

Ну что же, делать было нечего, мне пришлось подняться на свой этаж по лестнице. Ступая на каждый лестничный пролёт, я отмечала взглядом подтёки и облупившуюся краску на стенах, которая сыпалась от каждого движения.

Пока дошла до квартиры, в моих глазах снова стояли слёзы, и всё из-за того, что я понимала, жить здесь с сыном инвалидом, это означает запереть его дома без возможности выходить на свежий воздух.

Пандусов в доме, естественно, не было, а лифт, даже если и будет работать, маленький, и не факт, что в кабине может поместиться инвалидная коляска.

Перед металлической дверью я остановилась и несколько минут просто глубоко дышала, чтобы успокоиться.

Несмотря на разруху в подъезде, квартира выглядела хорошо, за год до смерти бабушки мы с Андреем сделали здесь косметический ремонт, поменяли сантехнику и заменили деревянные окна на пластиковые. Я хотела ещё и балкон застеклить, но бабуля не разрешила, ей нравилось сидеть там вечерами, смотреть на небо и кроны деревьев.

Пройдя по всем комнатам, отметила, что все поверхности покрылись пылью, прежде чем переезжать сюда, нужно сделать в квартире генеральную уборку.

Только как здесь будет жить Макар без прогулок я всё равно не представляла.

Зайдя в комнату, в которой жила бабушка, я подошла к стене, где висели фотографии родителей, и рукой стёрла слой пыли. Несколько минут я просто стояла и рассматривала лица родных, а потом мой взгляд остановился на фото, где была я вместе с любимой бабушкой, мы стояли на крыльце дома, вернее дачи.

– А дом ведь мы так и не продали.

Бабушка последнее время практически жила на даче, и Андрей даже провёл туда отопление, потом он же уговаривал меня продать этот домик, но он мне был дорог как память и я всё тянула. А потом, после аварии, где пострадал Макар, и вовсе забыла об этом домике.

– Интересно, он ещё не развалился?

Чтобы убедиться в этом, я хотела поехать за город прямо сейчас, но чтобы взять ключи, надо было вернуться домой.

– У бабули всегда был запасной ключик.

И я его благополучно нашла, он, как и раньше лежал в серванте под вазой.

Откладывать поездку я не стала, времени у меня не так много и нужно было решать, где жить. Квартира не годится, и если и дача будет разрушена, то участок можно продать, но сначала нужно посмотреть, что у меня имеется. Выйдя из квартиры и спустившись на первый этаж, я не встретила ни одной живой души и сев в машину, которая смотрелась в этом дворе инородно, выехала из тихого дворика.

Дачный посёлок Зеленоградский находился в пятидесяти километрах от Москвы. Раньше нам с бабушкой приходилось полдня трястись в автобусе, чтобы до него добраться, а сейчас на собственной машине дорога заняла каких-то два часа. И это с учётом, того, что я умудрилась проехать нужный поворот и пришлось возвращаться.

Проезжая по дороге, посыпанной гравием, я не узнавала посёлок. Раньше здесь были малюсенькие дачи, горожане приезжали, чтобы подышать свежим воздухом и вырастить овощи. Но за время, пока я сюда не приезжала, всё изменилось, теперь каждый второй дом был огромный и огородом там и не пахло.

Я целых два раза проехала весь посёлок по кругу, чтобы в итоге остановиться перед покосившимся забором и заросшим бурьяном двором. С обеих сторон от моего дачного домика возвышались двухэтажные дома из сруба.

– Да, мой домик, между этими махинами смотрится как сарайчик.

А если честно, то из-за зарослей травы, сам домик разглядеть было просто невозможно. Я вышла из машины и, сделав пару шагов, открыла калитку, которая громко заскрипела, но к моему счастью, не развалилась.

Раньше вокруг домика росли фруктовые деревья, и бабушка ежегодно ухаживала за каждым, подрезала сухие ветки и белила ствол. Сейчас же деревья сильно разрослись, а некоторые вообще высохли. Аккуратно наступив туда, где по моей памяти должна была быть протоптанная тропинка, ведущая к дому, я шла, цепляя на дорогой костюм репейники.

– Стоит!

Я опасалась увидеть лишь руины на месте дома, но увидела дом с крыльцом, на котором до сих пор стояло бабушкино кресло-качалка.

Сдерживая слёзы, я шагнула ближе и поставила ногу на первую ступеньку, раздался скрип половиц, и я поднялась на вторую ступень. В этот раз мне не повезло, раздался хруст и моя нога провалилась.

– Ой!

Меня испугало не сломанная ступень, а шипение, которое я услышала снизу, где сейчас находилась моя нога. Аккуратно, чтобы не потревожить хищника, который скрывался под полом крыльца, я вытащила ногу и вздохнула с облегчением. Шипение повторилось, я достала телефон, присев на корточки, осветила подпол и, увидев трёх хищников, не смогла сдержать улыбки.

– Кис-кис…

Три маленьких котёнка смотрели на меня с опаской и выходить не желали. Хотелось их достать и рассмотреть, но я не решилась этого сделать, поэтому просто продолжила осмотр своих владений.

Вопреки моим опасениям остальные три ступени оказались крепкими, как и само крыльцо, я несколько минут постояла рядом с креслом и подошла к двери. Замок поддался сразу же, и я попала внутрь домика. Здесь было всё так же, как в моих воспоминаниях. Три небольшие комнаты, кухня и кладовка. Все поверхности, как и в квартире были покрыты больши́м слоем пыли, но это меня не пугало. Увиденным я осталась довольна, здесь можно жить, нужно только привести дом и участок в порядок, а на это у меня было достаточно времени.

Уехала я из дачного посёлка, полна решимости сюда вернуться в ближайшее время и даже пообещала котятам вкусного молока привезти.

Всю дорогу до Москвы я строила планы на будущее. Жить, пока я решила в дачном домике, а квартиру сдавать. Что будет дальше? Я не стала строить планы так далеко, пока нужно заняться уборкой и лечением сына.

Подъехав к жилому комплексу, я сразу же увидела машину супруга, но после разговора с адвокатом встреча с Никитиным меня уже не пугала. Я, наоборот, хотела быстрее разобраться с ним, получить развод и деньги на лечение сына.

Глава 9

Марианна

Проигнорировав лифт, я шагнула на первую ступеньку лестницы. Мне нужно было время, чтобы обдумать, что я сейчас буду говорить своему мужу.

Хоть после консультации у Лавровой я и чувствовала себя уверенной, но всё равно боялась реакции Андрея. Мне нужны были деньги сейчас и нужно давить на то, что если он мне их не даст, я буду биться до последней копейки и выбью больше. Да и развод затянется, а Никитину, скорее всего, не терпится связать себя узами брака со своей Евочкой.

Шаг…ещё один…остался один лестничный пролёт и я буду у двери…вот она…сердце бьётся с бешеной скоростью…вдох…выдох…я готова…

Если в прошлый раз я открывала дверь тихо, то сейчас я старалась наделать как можно больше шума, но Андрей не вышел в прихожую, сняв туфли, прошла вглубь квартиры и обнаружила своего мужа стоя́щего у окна.

Как вчера…

Пронеслись воспоминания вчерашнего дня, и жестокие слова мужа снова зазвучали в моей голове.

Не любовница…

Ева, любимая женщина…

Любимая…любимая…любимая…

Мне хотелось закрыть уши руками, но в этом не было смысла, я ещё долго буду слышать эти слова, увы, любовь из сердца так быстро не вырвать, но я постараюсь сделать это как можно скорее.

– Так и будешь молчать?

Стоять и делать вид, что не знаю, зачем он сюда пришёл, я не собиралась, но и начинать болезненный разговор сама не хотела.

Только после моих слов Никитин повернулся и уставился на меня, как будто впервые увидел.

– Мара? Ты где была?

Я не сразу поняла, что он имеет в виду, но потом я посмотрела на свои брюки, нежная ткань была вся в затяжках, а кое-где до сих пор были репейники. Но рассказывать Андрею о том, что осматривала своё наследство, я не собиралась, ещё попытается отжать.

– Не смей меня так называть, ты мне больше не близкий человек, который имеет на это право.

Марианной меня называли практически все, а вот Марой только родные и близкие.

– Ладно, Марианна, тогда перейдём сразу к делу, я принёс документы, распишись, и через пару недель мы будем разведены.

Андрей рукой показал на журнальный столик, где и правда лежала папка с документами.

– Быстро. Наверное, денег не пожалел, чтобы быстрее избавиться от старой жены. Евочка, наверное, уже платье свадебное выбирает? На торжество хоть пригласишь?

Никитин на мои слова скривился, как будто проглотил кусок болгарского перца, который он терпеть не может.

– Марианна, не язви. Давай разойдёмся по-хорошему.

– Думаешь, у нас получится? Ты веришь в сказки, что после восемнадцати лет брака, супруги могут разойтись и дружить в дальнейшем? Андрей, ты же не настолько наивен.

Муж нахмурился, но промолчал, да и я не стала больше вести беседу, подошла к столу, взяла папку и села в кресло. Вопреки ожиданиям Никитина, я не взяла ручку и не поставила подписи сразу же, а начала внимательно изучать документы. Да, у меня не было никакого юридического образования, да и в законах я мало что понимала, я была обычной домохозяйкой, которая даже коммунальные услуги не оплачивала, во всём полагаясь на супруга, но и дурой тоже не была.

Читая каждый пункт, я только хмыкала, а Андрей нервничал.

– Здесь всё написано также, как я и говорил вчера, недвижимость записана не на меня, ты к ней не имеешь никакого отношения, Марианна, так же как и на бизнес.

– Да, всё так и есть…

Сказала, захлопнула папку и вернула её обратно на журнальный столик.

– Тогда подписывай.

В ответ я отрицательно покачала головой.

– Я не буду подписывать эти документы. Никитин, мы прожили с тобой не один год, я восемнадцать лет была хорошей женой, следила за домом, воспитывала детей. Когда ты возвращался с работы, тебя всегда ждал горячий ужин и безотказная женщина. Так?

Я замолчала, ожидая ответа.

– К чему ты ведёшь, Марианна?

– Тебе сложно ответить?

Телефон Андрея издал сигнал входящего см, но он даже не дёрнулся, всё так же хмуро смотрел на меня.

– Так, Марианна, но это ничего не меняет…

Я не дала ему договорить, встала и подошла к мужу, остановилась, когда нас разделяло расстояние вытянутой руки.

– Ошибаешься, это как раз меняет всё. Думаешь, за всё, что я для тебя сделала, справедливо выставить меня с одним чемоданом? Нет, Андрей, этому не бывать. И ещё ты забыл, что у нас есть с тобой дети и если дочь остаётся с тобой, то сын будет со мной и на него ты обязан платить алименты. Вчера, сказав, мне о том, что я не имею право на твои деньги, ты просто солгал и решил по-быстрому получить мою подпись. Андрей, я сейчас не узнаю́ человека, с которым познакомилась и прожила долгую жизнь. Когда ты успел так измениться?

Я прекрасно понимала, что сейчас мой муж весь во власти блондинке и только качала головой, понимая, как глубоко к нему под кожу забралась милая Ева.

– Сегодня я была у адвоката. Да, не удивляйся, поехала в контору прямо с самого утра, и мне там очень популярно объяснили, что ты обязан оплатить лечение сына и алименты, причём не только сыну, но и мне, пока я ухаживаю за Макаром. И поверь, если мы сейчас не договоримся, то я не отступлю. Будет суд, и я буду биться за каждую копейку, которая должна принадлежать мне по праву. Или…

Я специально смотрела прямо в глаза супругу, чтобы он видел, что я не отступлю.

– Или что?

Я хотела улыбнуться, но сдержалась, теперь я была уверена, что мы договоримся.

– У нас есть два варианта: первый – ты Андрей оплачиваешь реабилитацию сына в клинике Покровского и платишь алименты, а я подписываю документы на развод. Да, чуть не забыла, машину ты переписываешь на моё имя. И второй вариант – это суд, но сам понимаешь это долго, Еве придётся ждать, когда ты окажешься свободным. Ну и в случае если ты захочешь со мной воевать, я тоже молчать не буду, думаю парочку интервью о том, как предприниматель Никитин обманывал жену, изменяя, пока бедняжка практически жила в больнице и не отходила от койки сына. Поверь, эти слухи очень сильно скажутся на твоём процветающем бизнесе.

Конечно, последние сказанные мной слова были лишь импровизацией, вряд ли я бы опустилась до такого.

Как представлю, что моё имя стали бы полоскать на каждом углу, то становилось тошно, но сказанное подействовало на Андрея, он тут же поменялся в лице, и я заметила, как он сжал зубы.

– А ты, оказывается ещё та стерва.

Прошипел муж, и я лишь сильнее улыбнулась.

– Спасибо за комплимент, у меня были хорошие учителя.

Муж первый разорвал наш зрительный контакт, отошёл в сторону, схватил папку со стола и, не сказав ни слова, пошёл на выход.

Мне хотелось прыгать от радости, но я не стала этого делать, вот получу развод, тогда можно будет и отпраздновать, а пока мне нужно было отдохнуть и мысленно приготовиться к новой битве, и не только с мужем, но и с сорняками, которые заполонили мой дачный участок.

Глава 10

Андрей

Выхожу из своей квартиры, сажусь в машину и швыряю папку с ненужными теперь документами на заднее сиденье.

Я совсем не ожидал, что моя покладистая жена, которая толком не знает, как квитанции по коммунальным услугам оплатить именно сейчас покажет свои зубы. Да, я торопился подготовить документы, чтобы Марианна не успела ни в чём разобраться, а она удивила, помчалась к адвокату с самого утра, да ещё и угрожать мне вздумала.

Сегодня я увидел свою жену совсем с другой стороны.

Стоять здесь нет никакого смысла, поэтому завожу автомобиль и сразу же еду в офис, мне нужно переговорить с юристами, чтобы они успели подготовить новые документы.

Пока ехал, продумывал новые пункты, но чтобы я не добавил в новые документы платить за реабилитацию и алименты на сына мне всё равно придётся.

– Чёрт! Ну как не вовремя!

Ударив несколько раз по рулю, я немного успокаиваюсь и без приключений доезжаю до офиса.

Стоило мне войти в офис, как секретарша сразу же подскочила и начала быстро говорить.

– Андрей Фёдорович, как хорошо, чтобы пришли, десять минут назад звонил Литовский, он сказал, что заедет через три часа, он очень недоволен, что вы не перевели всю сумму за партию стиральных машин.

Вот только этого мне не хватало!

Хотелось схватиться за голову, но нужно держать лицо.

– Хорошо, Тамара, как только Литовский приедет, проводи его в мой кабинет. Вызови юриста, и кофе мне сделай покрепче.

Вхожу в кабинет и сразу же сажусь в кресло, включаю компьютер и погружаюсь в дела. Через минут десять приходит юрист, и я описываю ему всю ситуацию.

– Борис, найди любые лазейки, по которым мы сможем уменьшить сумму алиментов. Ну или в крайнем случае сможем отсрочку на пару лет получить.

От произнесённых слов, мне становится тошно, но и сделать ничего не могу, у меня нет сейчас свободных денег, практически всё, что у меня есть, вложено в новое направление бизнеса.

– Понял, Андрей Фёдорович, но я сразу должен вас предупредить: ваша супруга имеет право на выплаты не только на сына, но и на себя, если будет суд, то она выиграет дело. Не лучше ли договориться с Марианной Вячеславовной?

Договориться? Возможно, я и мог бы договориться с ней, но после того, как Мара застала меня с Евой, уверен, слушать меня не станет. И приспичило же её приехать в тот день ко мне домой, просил же этого не делать, пока я сам всё не расскажу жене.

– Я попробую, но и ты, Борис, хорошо подумай, что можно сделать.

Юрист забирает документы и стоит ему только выйти из кабинета, как дверь снова открывается и в него влетает счастливая блондинка.

– Милый! Получилось? Я видела Бориса с документами. Ты теперь свободный?

И прежде чем я успеваю хоть что-то ответить, Ева оказывается на моих коленях и тут же впивается в мои губы поцелуем. Вмиг все мысли о Марианне и разводе улетучиваются из моей головы, остаются только инстинкты и страсть, которую эта женщина будит во мне с первой нашей встречи.

Обнимаю свою любимую блондинку, одной рукой фиксирую голову и углубляю поцелуй, а второй уже расстёгиваю белоснежную блузку и сжимаю грудь.

– М-м-м…

Стонет Ева и выпускает свой язычок на волю. Всё. Больше не могу сдерживаться. Встаю вместе с блондинкой на руках, сажаю её на свой стол и, разведя её ножки в стороны, проникаю рукой под узкую юбку, оглаживаю край чулок и пробираюсь дальше, туда, где горит настоящий огонь.

– Да-а-а-а…

Без лишних прелюдий отодвигаю полоску трусиков в сторону и сразу же проникаю в жаркую глубину влагалища двумя пальцами. Девушка разрывает поцелуй и ложится спиной на стол, сама расстёгивает блузку до конца и сжимает свою грудь двумя ладонями, сведя оба полушария вместе. Смотря, как Ева закатывает глаза, я ускоряю движения пальцами и в награду слышу протяжные стоны любимой.

Как только первые волны оргазма накрывают блондинку, я расстёгиваю ширинку и заменяю пальцы уже возбуждённым членом. Сначала двигаюсь медленно, получая особый кайф оттого, что чувствую, как сокращаются стенки влагалища, плотно обхватывая ствол, а потом срываюсь и начинаю двигаться быстрее и быстрее.

– Да…да…ещё…Андрррей…

Кричит любимая и получает второй оргазм, и я вместе с ней отправляюсь на небеса.

Нам требуется минут десять, чтобы прийти в себя, и столько же, чтобы привести одежду в порядок. Потом я выглядываю из кабинета, чтобы попросить секретаршу приготовить нам с Евой кофе, но в приёмной никого не обнаруживаю.

Молодец. Хорошую я себе работницу нашёл. Тамара всегда уходит, как только видит Еву, знает, что последует. Уверен, что она ждёт где-то поблизости.

– Тамара, свари два кофе.

Как мановению волшебной палочки, секретарша выходит из-за угла.

– Через пять минут всё будет готово.

Киваю и захожу обратно в кабинет, Ева сидит в моём кресле, она уже поправила одежду, но блузку до конца не застегнула, и мне прекрасно видно кружево бюстгальтера.

– Ну, рассказывай. Как всё прошло? Она подписала?

Мне совсем не хочется расстраивать любимую и говорить, что пока мы не можем объявить о наших отношениях и скорой свадьбе, но и молчать не могу.

– Появились проблемы, Марианна отказалась ставить подпись.

Выражение лица Евы меняется с одно мгновение.

– Как отказалась? Она не хочет развода? Даже после того, как ты прямо ей сказал, что больше не любишь и спишь со мной?

Мне приходится помолчать, потому что в это время секретарша приносит кофе, а как только мы снова остаёмся в кабинете одни, произношу на одном дыхании.

– Марианна, согласна на развод, но ей нужны деньги. Она была на консультации у адвоката и теперь требует, чтобы я оплатил ещё одну реабилитацию Макара и алименты на сына.

От одного только упоминания имени сына сердце начинает биться сильнее. Может, я рано сдался? Может, Марианна права?

– А я тебе говорила! Твоя жена не так проста, и поверь это только начало. Используя больного ребёнка, она будет и дальше тянуть с тебя деньги. Нет, смотри, хорошо устроилась. Послушай, наконец-то меня, я уже предлагала устроить твоего сына в прекрасный интернат на берегу моря. В Сочи работает мой знакомый, я там тоже была, делала рекламу, место просто восхитительное. Там твоему сыну будет очень хорошо.

Ева уже не первый раз предлагает этот вариант, но всё внутри сопротивляется. Да, пусть мой сын и не встанет больше на ноги, но он не будет один, с ним будет любящая мать, и я не брошу, буду иногда проведывать. Как бы там ни было, своих детей я люблю и страдаю не меньше Марианны, видя, как мой единственный сын не может встать на ноги.

Это больно.

Сначала после аварии, я старался часто быть с Макаром рядом, но с каждым днём моя надежда на его выздоровление таяла, и я стал приходить реже. За последние полгода я видел сына всего два раза.

– Это исключено, я уже говорил, что не отправлю сына в Сочи. Если Борис не найдёт другого выхода, то я буду платить алименты и насчёт реабилитации договорюсь.

– А как же наш бизнес? Как новое направление? Неужели ты всё остановишь?

Ева надувает свои очаровательные губки и отворачивается.

– Я же ради нас стараюсь, поднимаю все связи, чтобы тебе помочь. Мы не можем сейчас всё бросить, а свободных денег у тебя нет.

– Знаю.

Но и решение нахожу быстро.

– Я продам дом, денег хватит не только на оплату лечения, но и нам останется.

Ева хмурится, видно, что ей эта идея не нравится, но спорить не решается, встаёт и подходит ко мне, обнимает.

– Ладно дорогой, решать тебе, конечно, но я бы на твоём месте не торопилась.

Я бы очень хотел сейчас забрать любимую и уехать с ней домой, но моим желаниям не суждено сбыться, меня ещё ждёт встреча с Литовским.

Глава 11

Марианна

Открыв глаза, я потянулась, и губы сразу же растянулись в улыбке. Несмотря на вчерашний день и неприятную встречу с мужем, спала я просто замечательно, вместе с плюшевым медведем, которого раньше очень любил Макар.

Пока лежала в кровати сына, думала над тем, с чего начать сегодняшний день. Планов было много, но вот как всё успеть я пока не понимала. Начала всё-таки с того, что встала с кровати, и направилась в душ, приведя себя в порядок, я, напевая себе под нос песенку, пошла на кухню.

– Так, так, так, что же приготовить на завтрак.

Открыв холодильник, изучила набор продуктов и сразу же сделала себе мысленную зарубку, нужно купить продукты, жить в этой квартире я собираюсь до тех пор, пока не приведу дачу и свою квартиру в порядок. А понравится это Андрею и Алисе мне как-то вообще неинтересно. Эти двое не считались с моими чувствами, тогда почему я за них должна переживать.

– Значит, будет воздушный омлет с ветчиной и бутерброд с сыром.

Достав нужные продукты, включила маленький телевизор, висящий на стене, нашла канал с зажигательной музыкой и пританцовывая начала готовить завтрак.

Спустя полчаса, я уже сидела прямо на кухне за небольшим столом и с аппетитом уплетала омлет, запивая горячим чаем.

Когда я уже заканчивала утренний приём пищи, услышала, как входная дверь открылась и последний кусочек встал поперёк горла. Неужели Андрей так быстро подготовил новые бумаги на развод? А может, придумал новый способ, как меня обобрать?

– Ты ещё здесь?

На кухню вошла Алиса и скривилась, увидев меня.

Больно.

В груди глупая мышца болезненно сжалась, но я проигнорировала эти ощущения.

Пройдут.

– А где мне ещё быть?

Стараясь не показывать, как мне неприятно отношение дочери, допила остатки чая и, наклонив голову, посмотрела на своё продолжение.

– Не знаю, папа сказал, что ты съедешь.

Усмехнулась и встала из-за стола.

– Съеду, но не сегодня и даже не завтра, а когда точно не знаю.

Алиса недовольно сжала губы в тонкую линию.

Ну а что ты хотела? Чтобы я, поджав хвост, убежала, освобождая жилую площадь для счастливого семейства? Нет, дорогая, раз тебе моя любовь не нужна, то теперь я буду жить только ради себя и сына.

– И где мне жить?

Смотрю на Алису и спокойно отвечаю.

– А тебя, вообще-то, никто не гнал отсюда, сама ушла.

Ответила и отвернулась к раковине. Пока я мыла посуду, спиной чувствовала прожигающий взгляд Алисы. Дочка стояла на месте несколько минут, а потом подошла к холодильнику.

– Есть что покушать?

Господи, почему я раньше не замечала, что вырастила совершенно не приспособленного к самостоятельной жизни человека? Алиса не то что приготовить еду, она толком бутерброд не может себе сделать. Это моё упущение, нужно было приучать девочку к домашнему труду, но мне всегда было её жалко, старалась уберечь и совершила большую ошибку. Но ничего, ещё не поздно всё исправить.