Храни меня на вираже

Очевидно, одновременно приземлились два или три рейса, потому как было многолюдно. Багаж выдали довольно быстро. Серафима ловко выловила свой красный чемодан, а после была стиснута толпой, которая подхватила и понесла её по коридору к выходу. Читать здесь было неудобно, да и побоялась потерять письмо в толпе.

«Выберусь в зал прилёта, найду свободное место, тогда достану…» – решила она.

Наконец коридор закончился, и толпа хлынула в просторный зал. Сима вздохнула: «Свобода!» Как вдруг она вздрогнула, потому что большая серая собака бросилась ей на грудь, а потом стала неистово прыгать, радостно визжать и лаять.

– Волчок?!

Ей показалось, что она сходит с ума, а в нескольких метрах от них стоял Натан Меро. Смотрел и улыбался. У неё сдали нервы, ноги сами собой подкосились, и Серафима осела на пол. Тогда он бросился к ней, поднял её с пола и крепко прижал к груди. Растворяясь в его руках, чувствуя его губы на своих волосах, она до конца не могла поверить, что это не сон…

* * *

Звонок Забелина застал Натана на пути домой в Бельгию.

– Я у телефона. А кто спрашивает?

– Здравствуй, Натан. Это Дмитрий Забелин. Ответь мне, как быстро ты сможешь добраться до Руана?

Меро был крайне удивлён звонку, и отчего-то сильно забилось сердце.

– Если учесть, что я по Чехии еду, то часов за четырнадцать.

– Это много… А быстрее можешь?

– А что там, в Руане? – поинтересовался Меро.

– Ты за рулём?

– Да.

– Машину останови. Остановил? Теперь слушай. Я знаю, что ты любишь Симу, и я отправляю её к тебе. Но она об этом даже не догадывается, она просто летит в Руан. Серафима сейчас в аэропорту. Через час у неё вылет. Прибавь три часа на перелёт, три часа на пересадку в Париже и час на перелёт до Руана. Получается восемь. Если не сможешь, я найду, кто её встретит. Хозяину отеля позвоню.

– Я смогу! – воскликнул Натан, уже разворачивая машину.

* * *

Письмо она открыла только в машине, когда аэропорт остался позади.

«Мой незабвенный ангел! Отпуская тебя к Натану, я спокоен. Он сделает тебя счастливой. Я подумал: зачем уходить сейчас, когда можно не торопиться? Что человеческий век в сравнении с вечностью? Капля в море! Так проживи эту каплю с удовольствием в окружении любящих тебя людей, даря им свою любовь. А когда смерть заберёт их, вот тогда и мы тронемся в путь… Время нашего ухода я оставляю за тобой.

Мои крылья всегда в твоём распоряжении. Я остаюсь в России и буду держать с тобой связь. Раз уж ангелу суждено оказаться на земле, почему бы не использовать этот шанс на всю катушку?!

Всегда твой, Дмитрий Забелин».

Серафима порвала письмо на мелкие кусочки, открыла окно и выпустила их на забаву встречному ветру. «Да будет так!..»

* * *

На французской границе Серафима выгуляла Волчка, и они все трое позавтракали в небольшом ресторанчике.

– Устала? – он нежно приобнял её за плечи.

– Нет, спать только очень хочется.

– Потерпи, скоро приедем. В твоей комнате стоит шикарная кровать.

«У меня будет своя комната!» – эта мысль её приободрила. Радостное потрясение от неожиданной встречи прошло, девушка всё больше ощущала потерянность и робость. Меро смотрел на неё влюблёнными глазами, а ей было не по себе… Её даже охватила лёгкая паника: знает ли она его настоящего? Любить человека и любить своё представление о нём – это разные вещи!

Сейчас Серафима пребывала в глубокой задумчивости. Она вдруг поняла, что ей придётся заново узнавать Натана: каков он в быту, что любит, что готов принять, а с чем никогда не смирится? Одно дело общаться с ним неполных пять дней, другое дело – жить под одной крышей. Сможет ли она привыкнуть к нему? Да и летела она во Францию, чтобы завершить своё пребывание на земле, а не начать новые отношения…

Приятно и легко любить и мечтать на расстоянии – может быть, её и тянуло к Меро потому, что, далёкий, он казался ей идеальным? И вдруг – вот он, реальный живой мужчина, который действует, приглашает тебя в свою жизнь, но который может причинить тебе невыносимую боль, стоит только довериться. И нет никакой гарантии, что твоё сердце снова не будет разбито…

Серафима молчала, пряталась за улыбку, но Натан словно услышал её.

– Сим, не нужно переживать. Ты не заложница обстоятельств, ты просто моя гостья! Долгожданная и желанная. Но если ты захочешь вернуться, одно твоё слово, и я отпущу тебя обратно.

Она доверчиво прижалась лбом к его плечу.

– Просто я сейчас не в лучшей форме. Перепады настроения и всё такое. Не лучший вариант гостьи…

– Ты всё ещё любишь его? – проведя ладонью по её щеке, осторожно спросил Натан.

– Не спрашивай. Я ничего не знаю…

– Хорошо, не буду, – пообещал он. – Поехали?

* * *

В Кортрейке они были в десять утра. Ещё минут двадцать заняла дорога к дому Меро.

– Не люблю жить в городе, – пояснил Натан. – Участок с домом, конечно, дорогое удовольствие, но оно того стоит. А в город мы обязательно выберемся. Там старинные дома, витые улочки – тебе понравится!

Дом был чудесный. Но измученная перелётами Серафима едва держалась на ногах, поэтому Натан помог ей снять пальто и сапоги, взял за руку и привёл в её комнату.

– Ванную ты видела, мы её только что прошли. А это твоя комната. Отдыхай!

Сима наскоро приняла душ и с наслаждением вытянула ноги под одеялом.

«И правда, шикарная кровать!..» – подумала она, хотя сейчас и старенькая скрипучая кровать в её общаге показалась бы ей изысканным ложем.

Проснулась она оттого, что кто-то скрёбся в дверь. Накинув халатик, она распахнула её: довольный Волчок сидел на пороге.

– Привет! Ну заходи!

Но пёс повернул морду в сторону коридора и остался сидеть на пороге. Сима подскочила к нему, потискала, к величайшему удовольствию пса, его серые бока – этакая минутка нежности – и была вознаграждена собачьим «поцелуем» в лицо.

Она вытерла мокрые щёки и засмеялась:

– Кажется, я поняла. Тебя Натан послал за мной? Хорошо, одеваюсь…

Сима шла за Волчком, уверенно вышагивающим по дому. «И когда освоиться успел?!» В большой гостиной с огромными, во всю стену, окнами жарко горел камин. Натан сидел за столом, накрытым для двоих.

Когда она вошла, он встал ей навстречу:

– Как спала наша принцесса? Надеюсь, горошина не сильно беспокоила?

Было так естественно, что он обнял её, вся неловкость сразу улетучилась куда-то, на её душе стало вдруг спокойно и тепло. Она уткнулась в его мягкий свитер и затихла. Подержав в объятиях с минуту, Натан посадил девушку за стол.

– Кормить тебя буду! – решительно заявил он. – Национальными блюдами.

– Ого! Возражения, как я понимаю, не принимаются, – удивлённо-шутливом тоном произнесла она.

– Категорически!

Вдруг она почувствовала себя маленькой девочкой, слабой и нежной.

– Да вы, батенька, тиран! – кокетливо заметила Серафима.

– А то!

Новицкая была поражена: там, в России, он казался одного возраста с Тарасом, Никитой, Антоном и остальными. Сейчас перед ней сидел мужчина гораздо сильнее, старше и мудрее её. Именно так она ощущала. Серафима закусила губу.

– Что-то не так? – тут же отреагировал он.

– Нет-нет, давай твои вкусности.

Тёплый льежский салат и стумп оказались вкусными.

– Сам приготовил?

– Ну что ты, конечно нет, – рассмеялся Натан. – Два раза в неделю приходит помощница. Я только мясо на гриле могу зажарить. Если хочешь, завтра сделаю.

– Хочу!

Красное бургундское вино пила только Серафима, Натан не пригубил ни капли.

– Ты не пьёшь вино? – осведомилась она.

– Я не пью перед тем, как сесть за руль.

– А ты куда-то собрался ехать? – удивилась Сима, бросив взгляд на окно: лиловые сумерки уже затягивали небо.

– Ты уже поела?

– Да, спасибо, всё было очень вкусно. Но ты не ответил на вопрос.

Он помог ей подняться из-за стола и шепнул на ухо:

– Одевайся, мы уезжаем.

– Куда?!

– Секрет, – загадочно качнул головой Меро.

Через десять минут он уже открывал ей дверцу машины.

– А Волчок?!

Пёс ответил за себя сам: гавкнул с заднего сиденья.

Вечерний Кортрейк встретил их сказочной красотой и великолепием. Серафима не могла решить, что ей нравилось больше: церковь святого Мартина, средневековая колокольня Белфорт, башни Бруль у моста Брулбюрг или ратуша на площади Гроте-Маркт. Мягкая подсветка и тени подчёркивали готическое кружево и элегантность величественных строений.

Оставив машину на одной из уличных парковок, они бродили по немноголюдным улочкам и площадям города.

– Странно, так мало народу гуляет, хотя погода отличная и ещё не поздно, – задумчиво произнесла Серафима.

– Все уже по домам сидят, что ты хочешь – Европа! Гуляют только безнадёжные романтики, как мы с тобой.

– А мы с тобой безнадёжные романтики? – слегка удивилась она.

– Я – да! – признался Натан и улыбнулся. – С некоторых пор…

Вдруг он порывисто привлёк Серафиму к себе, обхватив рукой её шею, и медленно поцеловал в полуоткрытые губы. Дыхание остановилось, и всё поплыло перед глазами. Она потерялась где-то во вселенной, а когда вернулась и открыла глаза, то увидела, что он по-прежнему сжимает её в своих объятьях и улыбается загадочной улыбкой.

– Ты удивительная…

Медленно отходя от поцелуя, она опустила глаза. Натан взял её за руку, сплетясь пальцами, и повёл за собой дальше в мерцающую россыпь уличных фонарей.

По возвращении камин разжигать не стали, зажгли только свечи. Натан принёс пирожные и шоколад, налил чаю.

– Ты меня балуешь!

– Даже не начинал, – отшутился Меро и кивнул на шоколад: – Угощайся, настоящий бельгийский.

Потом они перебрались на диван. Натан сел, а Сима вытянула уставшие ноги и положила голову ему на колени. Волчок расположился на полу и тихо посапывал.

– Расскажи, как ты стал гонщиком.

– Это длинная история. Тебе и правда это интересно?

– Да.

Меро стал рассказывать, тихо поглаживая и перебирая её волосы. Сначала Серафима задавала вопросы, потом перестала. Откинув волосы с её лица, Натан увидел, что его прекрасная гостья спит. Подняв девушку на руки, он отнёс Симу в её комнату и осторожно опустил на кровать. Аккуратно, чтобы не разбудить, освободил её от одежды, накрыл одеялом и, вздохнув, ушёл к себе.

* * *

Утром Натана нигде не было. На столе в гостиной она нашла записку:

«С добрым утром, душа моя! Я сегодня весь день тренируюсь. Зато вечером мы уезжаем к моим в Брюгге на два дня. Приготовь какое-нибудь красивое платье – бабушке будет приятно! Она считает брюки неженской одеждой. И они по этому поводу всегда спорят с мамой. Лично я солидарен с бабушкой.

P. S. Извини, не могу не сказать: мне вчера понравилось раздевать тебя! Я всегда знал, что ты прекрасна, но что настолько!.. Натан».

Серафима покраснела и щёлкнула по носу Волчка: «Ты-то куда глядел?!» Пёс всем своим видом показывал, что всё нормально и что он без ума от Меро.

– Предатель! – шутливо потрепала она его за ухо. – Он и тебя очаровал? Это он умеет… Ну, а с платьем-то что делать будем? Весь гардероб остался в России.

Волчок сбегал в её комнату и принёс сумочку.

– Так-то да, – согласилась Серафима. – Платье можно купить. Ты дорогу в город запомнил?

После завтрака, надев кроссовки и лёгкую куртку, она вышла из дома на дорогу.

– Теперь-то куда? Веди!

Натянув поводок, Волчок ринулся налево.

Два часа они уже шли по дороге. Редкие машины пролетали мимо, не притормаживая. Правда, одна машина остановилась, мужчина-водитель что-то спросил по-французски, но, завидев подбежавшую к девушке собаку, тут же поднял стекло и уехал. Одно её успокаивало: знаки на дороге показывали, что они идут правильно. В сумочке ожил телефон, и Серафима поднесла его к уху.

– С добрым утром, спящая красавица! Надеюсь, не разбудил? – услышала она голос Натана.

– Нет, не разбудил.

– Я уже соскучился, – проникновенно сказал он. – Что делаешь? В постельке валяешься или завтракаешь?

– Иду по дороге, – усмехнулась Серафима. – Точнее, пока не иду, а отдыхаю на обочине.

– По какой дороге?! – опешил Меро.

– Ну… – протянула Сима, – ты же мне написал, что мне нужно платье. А все вещи у меня остались в России: взяла с собой только то, что может понадобиться максимум дня на два. Я же не думала, что здесь задержусь…

– И ты пошла в Кортрейк пешком, – догадавшись, схватился за голову он.

– Да. Как я поняла, ближайшие магазины только там.

– Ты с ума сошла! – воскликнул Натан. – Ты одна?

– С Волчком.

Было слышно, как он волнуется, даже путает русские и французские слова.

– Немедленно возвращайся домой! – приказал он.

– Немедленно, боюсь, не получится. Мы уже прошли два часа, – мягко возразила Сима. – Да мы доберёмся, не переживай!

– Стой где стоишь! Никуда не ходи! Слышишь?! Я сейчас приеду.

– Как? – ахнула девушка, но телефон уже отключился.

Минут через десять сине-жёлтая машина пронеслась мимо них, потом вернулась задним ходом. Из машины вылетел Натан в комбинезоне и шлеме. Пока снимал шлем, Волчок радостно вертелся под ногами и ласкался.

Серафима тихо подошла и с виноватым видом встала рядом:

– Не сердись, пожалуйста…

Вдруг на память Натану пришло, как ругался на Серафиму Тарас, когда она вышла из леса.

– В машину садись, – сухо сказал он.

– Натан, я… Я больше так не буду, – сконфузилась она и, опустив глаза, стала царапать ногтем его комбинезон.

Меро не знал, негодовать ему или смеяться.

– В машину, говорю, садись, – повторил он уже с улыбкой.

– Ты не сердишься! – сразу расцвела она.

– Сержусь, я за тебя испугался. Почему мне не позвонила?

– Я не посмела… – робко призналась она. – У тебя важные дела…

– Запомни: самое важное – родные и близкие, остальное потом.

Натан притормозил возле первого бутика, к неописуемому восторгу зрителей, особенно детей.

– У тебя деньги есть? А то мои кредитки дома остались.

– Есть.

– После магазинов зайди в кафе и позвони мне. Пока заказ принесут, пока поешь, там и я подъеду. Советую попробовать картофель фри – ты такой не ела!

С этими словами Меро захлопнул дверцу, машина лихо развернулась и исчезла за поворотом. Теперь зрители таращились на красивую девушку с серой собакой.

* * *

Серафима уже купила невероятную юбку, блузку и ремень к ним и теперь нацелилась на платья. Она хотела три: два нарядных и одно красивое и удобное для дома. Выбор был, но однозначно нужно было мерить. Привязав Волчка у входа за крепкую ветку кустарника, девушка вошла в зал. Выбрав для начала четыре модели, она нырнула в примерочную.

Волчок, как порядочная и верная собака, ждал лёжа, положив морду на лапы. По площади медленно двигалась небольшая группа людей, очевидно экскурсия. Один мужчина говорил, остальные слушали и фотографировали местные красоты.

Вдруг к группе приблизился чернокожий парень, выхватил сумочку у одной из экскурсанток и бросился бежать. Женщина закричала от неожиданности, но даже не сделала попытку догнать.

Волчок сделал мощный рывок, ветка хрустнула и отломилась, и пёс что есть мочи кинулся вдогонку. Настиг вора он очень быстро, бросился на него и сшиб парня с ног. Придавив несчастного сверху, пёс грозно рычал. Жертва замерла и не двигалась, опасаясь, что пёс разорвёт хлипкий намордник. Толпа окружила собаку, прибыли полицейские.

– Чья собака? Нужно оттащить пса.

Никто не сознавался и не приближался, а пёс угрожающе продолжал рычать. Какой-то мальчишка махнул рукой в сторону бутика и, сказав, что знает, кто хозяин собаки, побежал к магазину.

Серафима вертелась у зеркала. Платье ей определённо нравилось: светло-горчичное, в меру нарядное, изящное и элегантное, оно подчёркивало её фигуру, цвет волос и глаз. Громко топая, в магазин ворвался мальчуган и крикнул по-французски: «Madame, votre chien est lа». Серафима с недоумением смотрела, не понимая, кому и что он говорит. Тогда на помощь пришла девушка-продавец, по всей видимости славянка.

– Он говорит, с вашей собакой что-то случилось.

Такой реакции клиентки она не ожидала. Как была, в платье, Сима выскочила из магазина и опрометью бросилась за ребёнком.

– Мадам, вы не оплатили платье! – закричала ей вслед продавщица и кинулась за ней.

Подбежав к месту происшествия, Сима скомандовала:

– Волчок, фу!

Пёс сразу отпустил помятого парня и подошёл к хозяйке: «Я ведь молодец, правда?!» Серафима, не поняв ситуацию, осматривала собаку: всё ли хорошо с её любимцем.

Полицейский подошёл и обратился к ней:

– Как я понял, вы – хозяйка собаки?

Сима беспомощно озиралась, не понимая, чего от неё хотят. Запыхавшись, подбежала девушка из магазина.

– Он спрашивает, ты хозяйка?

Растерянная Новицкая кивнула. Девушка-продавец успокоилась, поняв, что посетительница и не думала похищать платье, и теперь улыбалась и старательно переводила с французского.

– Ваша собака только что предотвратила кражу. Мы должны с потерпевшей и со свидетелями поехать в отделение и оформить этот случай.

– Хорошо, – пожала плечами Серафима, – только мне необходимо забрать сумочку из магазина, там мой загранпаспорт, и оплатить товар. И ещё, Волчок – это моя собака, но официально она сейчас оформлена на другого человека.

– Этот человек в Бельгии?

– Да.

– И кто же он?

– Натан Меро.

У полицейского расширились глаза: «Это та собака из России? Собака нашего гонщика?!»

– Ну вот, Волчок, ты здесь уже знаменитость, как и Натан, – рассмеялась она. – Скоро и у тебя автографы будут брать.

Серафима вернулась в бутик, оплатила два платья, забрала сумочку и покупки и слёзно просила девушку отправиться с ней в отделение, потому как она вообще не знает языка. В отделение полиции их доставили с комфортом. Около получаса ушло на заполнение разных бланков. Телефон зазвонил неожиданно.

– Из какого кафе тебя забирать, душа моя? – голос Натана был весёлым и довольным.

– Натан, ты только не волнуйся! Я сейчас в полицейском участке, но нас уже скоро отпустят, – смущённо пробормотала Серафима.

– Где?! – поперхнулся Меро.

Натан не вошёл – влетел в отделение. Сима и незнакомая девушка сидели в креслах за столом и… пили кофе с конфетами. Довольный Волчок тоже что-то жевал под столом. Мужчины-полицейские стояли – видимо, галантно уступили свои кресла дамам.

Меро выдохнул. Завидев его, Серафима быстро поднялась, подошла к Натану и вцепилась ему в руку. Девушка тоже встала и, попрощавшись, поспешила к напарнице в магазин рассказать, как она помогла подруге титулованного гонщика.

– Ну вот за вами и пришли! – обратился к девушке полицейский, потом кивком поздоровался с Меро. – У вас очень красивая спутница, мсьё Меро! Само очарование!

– Я знаю, – процедил сквозь зубы Натан, потом бросил взгляд на «красивую спутницу», которая не поняла по-французски ни слова. – А с тобой мы дома поговорим!

– Я пообещала, что ты дашь им автограф, – прошептала Сима.

– Что ты им ещё пообещала? – веселился Меро.

– Ну… что, если они посмеют меня обидеть, ты их порвёшь, как Тузик грелку! Шутка!

Натан посмотрел на эту красивую бестию в светло-горчичном платье и решился на маленькую месть.

– Ну, давай, скажи им, что я готов дать автограф, – взял он Симу на слабо, предвкушая, что она не справится.

Новицкая улыбнулась, жестом показала листок и ручку, которая пишет, и кивнула на Меро. Полицейские оживились и полезли за блокнотами.

– Вуаля, как говорят французы!

– Выкрутилась, хитрюга, – хмыкнул проигравший и стал подписывать листки.

Когда они вышли на улицу, Натан забрал у Серафимы поводок, окинул её взглядом и остановился на кроссовках.

– Как я понимаю, до обувного ты не добралась.

– Не-а, не успела. И подарки тоже не купила, – грустно вздохнула она.

– Положим, подарки у меня есть, я их с самой Чехии везу. Пошли за обувью! Надеюсь, на этот раз приключения обойдут нас стороной, правда, Волчок? – обратился он к собаке.

* * *

– Ты дашь мне немного времени передохнуть? – жалобно попросила Сима, едва переступила порог.

Солнце село, когда они подъезжали к вилле Меро, сгущались сумерки, а возле дома уже зажглись фонари.

– М-да, сегодня у тебя выдался не самый лёгкий день.

Натан забрал у неё куртку, повесил, а затем нежно прижал девушку к себе. Она прильнула к нему, обхватив его талию, и вдруг поняла, что никуда не хочет ехать, а хочет провести тихий вечер с ним, Натаном, и Волчком. Чтобы потрескивали дрова в камине, чтобы сидеть рядом, молча, обнявшись, пить вино и смотреть на огонь.

Наверное, её мысли передались и ему, потому что он поцеловал Симу в макушку и сказал:

– Нас, конечно, ждут к ужину, но, если ты не хочешь, можно поехать завтра утром.

– А твои родные не обидятся?

– Если я позвоню и предупрежу, то нет, – успокоил её Натан.

– Давай останемся! Пожалуйста!

Натан кивнул, и обрадованная Серафима с обновками поднялась к себе в комнату. Горячая ванна подарила ей блаженство и сняла усталость. И очень захотелось есть. Спрятав джинсы в шкаф, Серафима надела новое платье и повертелась перед зеркалом: нежно-голубого цвета из мягкого трикотажа, оно сделало её невероятно уютной и домашней.

«То, что надо! – оглядев себя, подумала она. – Красивое и не мнётся, тело просто отдыхает!»

Оказывается, Меро уже пожарил мясо. А она совсем и забыла, что он ей вчера обещал… Волчок, счастливый и, очевидно, уже накормленный, дремал на подстилке у двери. Серафима подошла к камину, положила пару поленьев, бумагу и подожгла.

– Ну что, соответствую я ожиданиям твоей бабушки? – спросила она после и хитро улыбнулась.

Натан пристально посмотрел не неё.

– Главное, ты подходишь мне, бабушка тут ни при чём. Ещё немного, и я начну распускать руки, – шутливо уведомил он. – Садись к столу.

– Спасибо, что предупредил, – кокетливо подыграла она. – Мне начинать бояться?

– Самую чуточку. Вот сейчас мясо съем, инстинкт хищника поутихнет. Потом ещё вина выпью – совсем ручной буду. Потерпишь?

– Ладно, потерплю, – расплылась в улыбке Сима, а сама подумала: «Как же с ним легко!»

И мясо, и красное вино были выше всяких похвал.

– Всё, что ты делаешь, кажется идеальным. Ты разовьёшь во мне комплекс неполноценности, Натан Меро, – заметила Серафима, делая глоток вина.

– Я рад, что тебе угодил, – не сводил он с неё глаз.

Она раскраснелась, то ли от бокала шамбертена, то ли от его проникновенного взгляда. Внутри разлилось тепло, а голова немного кружилась. Поблагодарив за чудесный ужин, Сима сняла тапки и с ногами забралась на диван. Натан подкинул ещё полено, стащил пару подушек с дивана и удобно расположился на полу перед камином.

– Кто-то так до конца и не рассказал мне историю, как он стал гонщиком, – как бы между делом намекнула она.

Услышав реплику, Натан усмехнулся и повернул голову к дивану:

– Кто-то вчера захрапел на середине рассказа.

– Неправда! Я не храплю! – возмутилась она.

– Храпишь, храпишь, – поддразнивал он девушку.

– А вот и нет!

Она сделала вид, что сердится, и свесила ногу в сторону хозяина дома. Натан ухватил её за стопу в белом носочке и стащил с дивана. Она и охнуть не успела, как оказалась на нём сверху.

– Будешь со мной ещё спорить? – веселился он.

– Нет! – пискнула она и была возвращена в вертикальное положение.

Натан посадил её рядом с собой и продолжил рассказ. На этот раз она не заснула – дослушала до конца.

– Здорово! – подытожила Серафима. – Невероятно, как много ты успел! Тебе ведь всего… тридцать два, тридцать три?

– Тридцать пять.

– Вот я и говорю, сколько ещё всего впереди!

– Надеюсь, – просто ответил Натан. – Время покажет.

В Серафиме проснулся игривый ребёнок. С озорным блеском в глазах она посмотрела на Меро, затевая шалость.

– А хочешь, я тебе на будущее по книге погадаю? Мы в детском доме так часто развлекались.

– Где?! – округлились глаза у Меро.

– Да неважно, – отмахнулась Сима. – Загадываешь, например, что ожидает человека, открываешь книгу на любой странице – куда палец попадёт, то и читаешь. Иногда сбывалось. Нужна книга…

Девушка поднялась и стала осматривать гостиную.

– Сима, Сима, погоди, – от души смеялся Натан. – Здесь ты ничего не найдёшь: все книги в библиотеке в моём кабинете.

Но её было уже не остановить. Цепкий взгляд шарил не зря: с полочки рядом с камином из-под старой газеты она выудила книгу и с торжеством помахала ею.

– Ого! Как тебе повезло – фэнтези! «Не время для драконов»!

Только теперь Меро вспомнил: Косов читал её. Читал и забыл.

Довольная Новицкая с находкой снова забралась на диван.

– Ладно, слушаю, – скрестил руки на груди Натан в предвкушении. – Представляю, что ты мне сейчас нагадаешь…