- -
- 100%
- +
Серафима, кстати, оказалась довольно милой старушкой. Выслушала меня, покачала головой, потом сказала:
– Да, есть такой ритуал, связанный с этим днём. Но не на страсть. И счастья он тебе не принесёт. Ты вот что, возьми любое зеркало и направь на своего Костю, но так, чтобы он не видел.
– Зачем? – удивилась я.
– Сделай, как я говорю, и тебе вся правда откроется.
Что мне должно там открыться, я так и не поняла, но сделала, как сказала Серафима. Костя как раз стоял спиной ко мне, когда я достала из сумки косметичку с зеркальцем. Увы, в доме не было ни одного!
И что же? Я так и не увидела Костиного отражения. Его как будто бы не было, хотя стоял он совсем рядом. Опустив глаза, я с изумлением обнаружила, что на полу есть только одна тень – моя. Так вот что имела в виду Серефима!
Теперь я стала понимать, почему Костя всегда назначал мне свидания вечером, почему днём постоянно ходил в тёмных очках, и почему спал в кладовке. В кладовке не было света. И про ритуал в день зимнего солнцестояния мне тоже стало многое понятно. Ещё в детстве слышала от бабушки историю про одного графа, который жил во времена Екатерины Второй и, чтобы продлить себе молодость, в день зимнего солнцестояния пил кровь молодых женщин. Вампира хотели арестовать, но он неожиданно исчез…
Торопливо одевшись, я сказала Косте, что пошла в магазин за хлебом. Сама же отправилась в церковь за святой водой. Больше ты, граф, крови не получишь!
Лучшая часть крыши
– Ах, ты, зараза! – голос Паши звучал угрожающе. – Ты пишешь письма этому иноагенту, правозащитнику недоделанному! Я этого так не оставлю!
Глаза его, прежде такие ласковые, влюблённые, теперь смотрели на меня с какой-то дикой, я бы даже сказала, сумасшедшей злобой. Ох, угораздило же меня, получив на почте письмо от Олега Орлова*, положить его в карман! А ещё – залезть с Пашей на крышу дома. Как не вовремя оно выпало! Я, конечно, знала, что он за Путина, за СВО, но могла ли я подумать, что мы поссоримся из-за того, что он поднимет выпавшее из кармана письмо и увидит, что оно от бывшего сопредседателя Правозащитного центра "Мемориал"**? И что вот это "Так не оставлю!" зайдёт слишком далеко.
Резкий толчок в грудь – и я вверх тормашками… Паша ушёл, не оглянувшись…
– Эй, вы, а ну-ка пошли отсюда! – услышала я ворчливый голос нашего дворника Никиты. – Совсем молодёжь распустилась! Гуляет где не надо!
– С радостью уйду! – подала я голос. – Только помогите мне отцепиться.
Я только что поняла, что сама исполнить его просьбу не смогу, потому что моё пальто зацепилось за торчащий гвоздь, и если я начну двигаться, скорей всего, добьюсь того, что оно вообще порвётся, и тогда я покину крышу совсем другим способом – не тем, которым требовал Никита.
Ох, и громко же вспоминал он и Бога, и душу, и мать, когда отцеплял меня от злосчастного гвоздя. Хотя почему злосчастного? Напротив, это самая лучшая часть крыши!
* Объявлен "иностранным агентом"
** Объявлен нежелательным на территории РФ
Тоннель любви
– Ну, что, вы готовы?
– Да, господин Магистр! – почти в один голос ответили Петя и Кирилл Дмитриевич.
Притом это заветное "да" Петя произнёс бойко и с задором, в то время как в голосе семидесятилетнего Кирилла Дмитриевича слышалось кряхтение.
"Старый хрен, а туда же!" – с неприязнью подумал Петя.
Конец ознакомительного фрагмента.
Текст предоставлен ООО «Литрес».
Прочитайте эту книгу целиком, купив полную легальную версию на Литрес.
Безопасно оплатить книгу можно банковской картой Visa, MasterCard, Maestro, со счета мобильного телефона, с платежного терминала, в салоне МТС или Связной, через PayPal, WebMoney, Яндекс.Деньги, QIWI Кошелек, бонусными картами или другим удобным Вам способом.