Тула. Материалы для истории города

Создание милиции (внутренних войск или ополчения) в 1806 году

Всем интересующимся историей Тульского края хорошо известно о создании Тульского ополчения в 1812 году и его участии в Отечественной войне и заграничном походе в составе русской армии. Создание же подобного ополчения в 18061807 гг. под названием милиции совершенно не освещалось в нашей краеведческой литературе, хотя И.Ф. Афремов и поместил в своей работе «Историческое обозрение Тульской губернии» грамоту Александра I с выражением особой благодарности дворянству Тульской губернии за активное участие в создании милиции в губернии. Факт тем более интересный, что милиция 1806 года значительно превосходила по численности ополчение 1812 года и потребовала на свою организацию значительно больше средств и усилий.

Милиция создавалась специальным Манифестом императора Александра I от 30 ноября 1806 года «О составлении и образовании повсеместных временных ополчений или милиции», в один из самых напряженных моментов борьбы с наполеоновской Францией. События развивались следующим образом. Когда в 1803 году был расторгнут Амьенский мирный договор между Англией и Францией, Наполеон начал готовить армию для высадки в Англии. Для англичан стали повторяться события XVI века, когда Великая Армада приближалась к ее берегам. Королевская дипломатия спешно начала готовить новую коалицию против Франции, которая была уже третьей. Однако, несмотря на все старания, в нее удалось вовлечь только два государства: Австрию и Россию. Союзники выступили в 1805 году, но потерпели страшные поражения. Аустерлиц вынудил Австрию просить мира, а Россия фактически прекратила военные действия против Франции. Скорее всего, под нажимом английской дипломатии осенью 1806 года против Франции выступила Пруссия. Новая катастрофа не заставила себя долго ждать. В один день две прусские армии были уничтожены маршалом Даву и Наполеоном. После этого Пруссия была деморализована и практически не сопротивлялась. Сильнейшие крепости сдавались без боя по первому же требованию. Наполеоновская армия неудержимо приближалась к границам России. В стране не хватало ни денег на ведение войны, ни войск. На скорую помощь из Англии рассчитывать не приходилось.

Конный полк Тульского ополчения. Генерал и штаб-офицер

Создавая милицию, Александр I, по всей видимости, преследовал несколько целей. Во-первых, создавался большой резерв для регулярной армии, который в любой момент можно было использовать в борьбе. Именно так и поступал Наполеон с французской национальной гвардией. Милиция и должна была служить альтернативой французским местным формированиям. Во-вторых, на Россию надвигались войска, несшие революционные идеи свободы, равенства и братства, и можно было ожидать выступлений против крепостнических порядков. Если милиция оказалась бы не в состоянии противостоять наполеоновской армии, то она, во всяком случае, справилась бы с народными выступлениями. В-третьих, все расходы на формирование и содержание милиции ложились не на казну, а на местное население, в первую очередь на дворянство. Именно оно и должно было поставить дополнительным рекрутским наборам подавляющее количество солдат для милиции, а ее офицерский корпус полностью комплектовался из дворянства. Поэтому Манифест и был обращен в первую очередь к дворянству: «Незабвенные опыты любви к Отечеству и верность к престолу, оказанные в отдаленные и настоящие времена дворянством российским и известная готовность его во всякое время, когда служба его общему добру нужна и надобна, по первому позыву от самодержавной власти не щадить ни труда, ни самого живота для Службы государственной, удостоверяют нас сколь усердно, ревностно и сильно содействовать оно нам будет в скорейшем и благоуспешном совершении, необходимостью, предписываемою и на общее спасение устремленного образования внутренних временных ополчений или милиции…».

Во французской национальной гвардии преобладал принцип добровольности. В русской милиции он также присутствовал, но только в отношении офицерства, т. е. дворянства, в соответствии с законом о его вольности. Командующие губернской милицией избирались «дворянством каждой губернии из особ, отличившихся в военной службе и, буде можно, из прибывающих в той губернии». Штаб и обер-офицерский состав избирался «буде можно из тех, которые находились с честию в полевой службе, а за недостатком таковых из неслуживших или из других сословий» (разночинцев, имевших классные чины). Для комплектования милиции рядовым и унтер-офицерским составом сохранялись правила рекрутского набора: «Гражданские губернаторы с предводителями дворянства по спискам сим и по ведомостям о коронных и помещичьих крестьянах и мещанах определяют, сколько в назначенное по росписи количество губернской милиции следует собрать казенных и помещичьих крестьян и мещан», т. е. помещик сам определял, кто именно из его крестьян пойдет служить в милицию. Далее читаем: «Дворянские собрания, получа чрез предводителей сведения о числе следующих к поставке на временную службу Отечеству людей, распределяют по сделанному расчислению сколько кому следует дать их надлежит. По учинении такой росписи каждый помещик и имеющий крепостных людей приготовляет в две недели положенное с него число совсем вооруженных и по возможности снабженным огнестрельным оружием из приобвыкших, где таковые есть, владеть оным, как-то из егерей, охотников и прочих, одев их приличным времени года образом и дав на каждого единовременно по 3 руб., заготовляют притом для них провиант на 3 месяца».

Тульская милиция была отнесена к 4 округу и должна была быть укомплектована 29 тысячами человек. На их содержание с душевладельцев следовало собрать по 20 копеек с души. Подушная подать, основной государственный налог, собираемый ежегодно, составлял 70 копеек с души. Поэтому этот дополнительный сбор следует признать весьма существенным. Кроме того, Манифест объявлял сбор пожертвований для организации милиции как деньгами, так и оружием, а также продовольствием.

В Государственном архиве Тульской области имеется дело об организации милиции, в котором сосредоточены документы, в основном, итоговые, не раскрывающие процесс формирования милиции, или касающиеся его частных фактов. В нем также имеются некоторые второстепенные распорядительные документы и выборочно сохранившаяся переписка с уездами.

Из сохранившихся документов становится ясно, что зимой и весной 1807 года в губернии велась интенсивная работа по формированию милиции, сбору дополнительного душевого налога и пожертвований. Всего в ополчение было принято 28786 ратников. Однако вооруженность ополчения была очень слабой. Основным оружием являлись пики, ружей со штыками было 5726, без штыков – 301, охотничьих – 159. И это не смотря на то, что для закупки вооружения для ополчения были выделены 2 тыс. руб. Значительно больших успехов достигли в сборе дополнительного подушного налога. Только по 10 уездам губернии было собрано 49703 руб. 30 коп. В обычной недоимке оставалось 21322 руб. 50 коп. Полных сведений о частных пожертвованиях не сохранилось. Однако список сбора по Туле и ряд уездных списков показывают, что эти пожертвования поступали весьма активно.

Казак конных полков Тульского ополчения

Весьма значительные денежные средства поступили от церкви и посредством ее. Епископ Тульский и Белевский Амвросий внес 1000 руб. лично, а затем передал еще 3425 руб., собранные, скорее всего, по церквям епархии. Кроме того, от него было доставлено пожертвование неизвестной особы: брильянтовый перстень и серьги, золотая табакерка, осыпанная брильянтами. Среди прочих пожертвований можно выделить следующие: отставной гвардии прапорщик Дмитрий Иванович Загряжский, майор Адам Иванович Челищев, прапорщик Селиверст Селиверстович Муромцев, статский советник Сергей Алексеевич Дуров внесли по 1000 руб.; вице-губернатор

Новиков – 200 руб.; губернский прокурор Гурьев – 300 руб.; помещик Дмитрий Григорьевич Ивашкин – 300 руб.; Екатерина Вельяминова (сестра В.А. Жуковского) и Устинья Петровна Матякина – по 100 руб. Обращает внимание запись «Каширского уезда г-на Каблукова крестьяне Иван Потапов, Дорофей Алентьев сделали пожертвование 20 руб.». Любопытно, что наряду с реальными жертвователями в списке упомянуты и пожелавшие внести деньги, но до окончания сбора 1 января 1808 года не сделавшие этого. Среди них обращают на себя внимание губернатор Н.П. Иванов и граф Илья Андреевич Толстой. Первый собирался внести 1800 руб., а второй – 5000 руб. Тем не менее, итог сбора пожертвований по Туле весьма значителен – 16655 руб.

Из этих денег 2000 руб. были израсходованы на приобретение оружия для ополчения. По расценкам того времени на них можно было приобрести около 600–700 ружей. Остальные средства должны были пойти на обмундирование и провиант. Среди дворян нашлось очень большое количество желающих вступить в милицию. Непосредственным начальником Тульской милиции был избран генерал-лейтенант князь Николай Волконский, тысячными командирами: флота капитан I ранга кавалер Петр Хомутов, полковник Глебов и подполковник Михаил Данилов. Кроме того, были выбраны 12 пятисотенных и 120 сотенных и пятисотенных начальников. В случае невозможности избранными выполнять свои обязанности были выбраны заместители («кандидаты»). Наряду с обычными милицейскими частями в губернии формировался подвижной батальон, состоявший из 6 рот. Его возглавил полковник Родион Крюков. Всего же по стране в милиции было 612 тыс. чел.

Для облегчения сбора пожертвований, формирования милиции, а также для предотвращения возможных антикрепостнических выступлений, что скорее всего и было, Святейший Синод выступил с обращением ко всем православным. Его велено было читать во всех церквях. Академик Е. В. Тарле так прокомментировал это послание: «Синод – неизвестно, по чужому ли внушению или под наитием собственного наплыва мыслей – решился на странный поступок, повергший тогда многих в полное недоумение. Появилось послание ко всем православным христианам от их духовных пастырей, в котором сообщалось, что Наполеон есть предтеча антихриста, что он – исконный враг веры Христовой, создатель еврейского синедриона, что он в свое время отрекся от христианства и предался Магомету (это был намек на Египет и Сирию), что войну с Россией он затеял и ведет с прямой и главной целью: разрушить православную церковь». Не смотря на то, что в послании против Наполеона выдвигались взаимоисключающие обвинения, оно должно было действовать на крестьянскую массу, предостерегая ее от выступлений против правительства на стороне наполеоновских войск. Дальнейшие события поставили Святейший Синод в неловкое положение, когда был заключен не только Тильзитский мир, но и оборонительный и наступательный союз с Наполеоном. О послании постарались забыть и не вспомнили о нем в 1812 году. К сожалению, в настоящее время делаются попытки воскресить это послание, вырывая его из контекста исторических событий.

Зимние сражения при Пултуске и Эйлау не дали решающего преимущества Наполеону. Однако русская армия в обоих случаях отошла. Получив значительные подкрепления, командующий русской армией Беннигсен 4 июня 1807 году начал наступление. Наполеон с армией в 125 тыс. чел. перешел в контрнаступление, угрожая Кенигсбергу, в который англичане доставили все необходимое для действий русской армии. Беннигсен с армией в 85-100 тыс. человек попытался перекрыть французам дорогу к Кенигсбергу. Однако Наполеон атаковал его в излучине реки Алле при Фридланде 14 июня 1807 года. Русской армии не было места развернуться и она была разбита. Потери убитыми, ранеными и пленными превышали 25 тыс. человек. Французы захватили почти всю артиллерию, гвардия потеряла треть своего состава. Через несколько дней был захвачен и Кенигсберг со всеми запасами. Продолжать войну, несмотря на собранную громадную милицию, было невозможно. 8 июля 1807 года был подписан Тильзитский мирный договор. Россия обязывалась разорвать все отношения с Англией и присоединиться к континентальной блокаде.

Заключение мира и вступление в союз с Наполеоном делало существование милиции излишним, и в начале 1808 года она была распущена. И все же Александр I специальной грамотой выразил благодарность дворянству Тульской губернии за его активное участие в создании милиции: «Всем известно, с коликою ревностию и усердием благородное Российское дворянство, по воззванию Нашему, подвизалось в образовании земского войска… В сем общем деле, благородное дворянство Тульской губернии, не щадя ни трудов, ни жертв своего достояния, ознаменовало себя отличным соревнованием ко благу общему. Именем благодарного отечества, воздав в свое время сим достохвальным побуждениям принадлежащую справедливость, признали Мы за благо в вящее оной утверждение сею особенною Нашею грамотою изобразить благородному сословию дворянства Тульской губернии свидетельство Нашей признательности и непременяемого благоволения». Грамота была подписана лично Александром I, и 14 февраля 1808 года в Коллегии иностранных дел к ней была приложена государственная печать. Грамота хранилась в здании дворянского депутатского собрания и, по всей видимости, во время революции была утрачена.

Несмотря на явную неудачу в создании первого ополчения (милиции), полученный опыт был использован в 1812 году, когда ополчение Тульской губернии оказалось одним из лучших в стране.

Далее опубликованы две ведомости о создании милиции, раскрывающие вклад каждого из уездов в ее формировании. Они публикуются в соответствии с «Правилами издания исторических документов в СССР» (М., 1990).

Сотрудник Г осархива Н.К. Фомин

Ведомость количества ратников Тульской милиции и их вооружения. 1807 г.

ГАТО, ф. 39, оп. 1, д. 144, л. 13. Отпуск

Ведомость

сколько по желанию дворянства следовало собрать денег на жалованье недостаточным чиновникам, сколько иных собрано и затем остается в недоимке

Карл Кнорринг

Правитель канцелярии Садовников

ГАТО, ф. 39, оп. 1, д. 144, л. 82. Подлинник

Туляки – герои войны 1812 года

Вот уже 200 прошло с тех героических дней, когда вся страна встала на борьбу с французскими завоевателями. И вроде все правильно рассчитал Наполеон, он всегда все скрупулезно рассчитывал, войск у него больше, подготовленность их лучше, вооружение лучше. Его войска имели опыт ведения современной войны, а, следовательно, эффективность войск выше. Имея 400-тысячную армию, у него и в мыслях не было, что его разгромит 200-тысячная русская армия, которая теоретически слабее его войск по всем параметрам. Но! Гладко было на бумаге, но забыли про овраги, а по ним ходить. Я не хочу сказать, что вот наши молодцы даже в таком слабом состоянии победили такого сильного врага и это хорошо. Да, опять но, свою армию, своего солдата нужно всегда обучать, вооружать и обеспечивать всем необходимым, не только для ведения боя, но и для ведения войны по самым высшим стандартам, чтобы не прикрывать героизмом одних преступную беспечность других. Даже очень хороший солдат, хорошо вооруженный и обученный, идя в бой должен понимать: «Для чего мне это надо? Почему я должен рисковать жизнью?» Если такого понятия нет, то боеспособность войска существенно падает. И наоборот, если есть понятие цели, то боеспособность резко возрастает. Поэтому французы и удивлялись, как дивизия может сдерживать натиск целого французского корпуса с кавалерией. А когда в бою сталкиваешься с такими солдатами, то уныние войск нарастает еще больше.

Во время Отечественной войны 1812 года жители Дедилова активно помогали армии (вносили деньги в фонд обороны, поставляли провизию, возили руду на тульский железоделательный завод). В Тульской губернии было собрано 700 тыс. рублей, 29258 четвертей муки, 2740 четвертей круп, 37797 четвертей овса, 2000 лопат, 1000 топоров, 20000 полушубков и 20000 пар сапог. Многие дедиловские казаки, к тому времени расказаченные, вошли в сформированный конный казачий полк Тульского народного ополчения, который в составе регулярной армии дошёл до Парижа. За что император Александр I наградил Крестьянское общество Тульской губернии иконой «Святая Троица» размером 1 х 0,75 м, в раму которой было вмонтировано 70 рубинов. Чеканная по серебру оклада надпись гласила: «Дадеся сия икона повелением Благочестивейшего Великого государя императора Александра 1-го самодержца Всероссийскаго приписному к Тульскому оружейному заводу Тульской губернии крестьянскому обществу в ознаменование добровольных их пожертвований в 1812–1814 годах для награждения ежегодно них поступивших на службу жителей Тульской губернии, которые отличились при поражении врагов отечества, также на дачу пенсии раненым воинам и награждение жен и детей оставшихся после убиенных на сражениях». Икона хранилась в алтаре Троицкой церкви Дедилова и исчезла после ее закрытия в 1928 году.

В той войне, где героизм был массовым, хорошо проявили себя и командиры. По указу царя от 18 июля 1812 года было сформировано Тульское народное ополчение в 15 тыс. человек, оно состояло из четырех пеших казачьих, егерского, двух конных казачьих полков и конно-артиллерийской роты. Первоначально ополчение защищало рубежи губернии от вражеского вторжения. Впоследствии оно присоединилось к основным силам Тарутинского войска и участвовало в контрнаступлении всей Кутузовской армии, которое завершилось разгромом Наполеона. Тульские ополченцы участвовали в заграничном походе и весной 1814 года вступили Париж, своей храбростью и воинским умением прославив навеки свои имена.

Среди командиров Тульского ополчения был Ю.П. Лермонтов, отец великого русского поэта, офицер суворовской школы. В Московском ополчении состоял наш земляк, поэт – поручик В.А. Жуковский.

Вспомним же имена туляков героев своего времени.

Арсеньев (Арсентьев) Михаил Андреевич (1779–1838), генерал-майор. Происходил из дворян Тульской губернии. В 1781 году был записан вахмистром в лейб-гвардейский Конный полк. Начал службу в июне 1796 года рядовым Кавалергардского корпуса. В 1797 году был переведен в лейб-гвардейский Конный полк. В 1799 году Арсеньев был произведен в корнеты, в 1802 году – в штабс-ротмистры, в 1804 году – в ротмистры. В 1807 году – в полковники.

Войну 1812 года он встретил командиром лейб-гвардии Конного полка. Отличился в Бородинском сражении при защите центра боевого порядка российских войск, был контужен в левое плечо картечью. За мужество был удостоен орденом Св. Георгия 4-й степени. В дальнейшем участвовал в сражениях под Тарутином, при Малоярославце и Красном. Был произведен в генерал-майоры. С 1813 года Арсеньев был командиром лейб-гвардейского Конного полка и командиром 1-й бригады 1-й кирасирской дивизии. В 1813–1814 гг. был командиром бригады кирасиров, принимал участие во многих боях. Под Фер-Шампенуазом его бригада отбила у неприятеля 12 орудий.

С 1819 года Арсеньев командовал 1-й драгунской дивизией, затем «состоял по кавалерии за болезнью». Был членом комитетов «для сочинения воинского устава кавалерийской службы» и «для соображения штатных цен на все вещи, долженствующие по силе табели приготовляться попечением гвардейских и армейских кавалерийских и пеших полков, саперных и пионерных батальонов и артиллерийских рот». В конце 1830 года он был назначен «попечителем по принятию предварительных мер от холеры по Тульскому уезду».

В 1833 году был уволен в отставку «за ранами, с мундиром и пенсионом полного жалованья». Скончался от воспаления легких в своем тульском имении.

Награжден также российскими орденами Св. Анны 1-й степени, Св. Владимира 3-й степени; прусским орденом Красного Орла 2-й степени; австрийским орденом Леопольда 2-й степени, баварским Военным орденом Максимилиана Иосифа 3-й степени; крестом за Кульм; знаком отличия «За XV лет беспорочной службы».

Арсеньев Николай Михайлович (1764–1830), генерал. Из дворян Тульской губернии. Воспитание получил в 1-м Сухопутном кадетском корпусе, из которого в 1785 году был выпущен в армию в чине поручика. Военной коллегией «был вытребован к генерал-прокурорским делам», переименован в коллежские асессоры и определен в Иркутск обер-прокурором. В 1791 году вновь был принят на военную службу с чином майора. В 1794 году был ранен в обе ноги и «за отличие противу польских мятежников» награжден чином подполковника. В 1797 году Арсеньев был произведен в полковники, в 1799 году – в генерал-майоры. В 1804 году «за незнание неистовых поступков подчиненных» получил отставку. Был возвращен на службу в 1805 году и назначен шефом Навагинского мушкетерского полка. В 1806–1807 гг. сражался с французами под Пултуском и Прейсиш-Эйлау, где был ранен в ногу. Участвовал в десанте у Данцига и в обороне Кенигсберга. В сражении при Гейльсберге за храбрость награжден орденом Св. Георгия 4-й степени. В 1808 году Арсеньев воевал против шведов. В 1809 году «за отягчением» ран он был уволен по собственному прошению. В 1812 году Арсеньев сформировал 7-й пехотный полк Московской военной силы и командовал дивизией Московского народного ополчения в сражениях при Бородине, Тарутине, Малоярославце и Красном, затем был оставлен в Орше «для отправления в армию выздоравливающих». В 1816 году был опять определен на службу окружным генералом 7-го округа Внутренней стражи и уволен с этой должности в 1825 году с мундиром и полной пенсией.

Награжден орденами Св. Анны 2-й степени с алмазами, Св. Владимира 3-й степени, Св. Георгия 4-й степени, Мальтийским крестом, золотой шпагой «за храбрость».

Ахлестышев Михаил Федорович (1778–1829), генерал-лейтенант. Происходил из дворян Епифанского уезда Тульской губернии. В 1797 году поступил подпрапорщиком в лейб-гвардейский Преображенский полк и в 1798 году получил чин прапорщика. В 1805 году Ахлестышев участвовал в походе в Австрию и был ранен пулей в правое плечо при Аустерлице.

Сражался с французами в 1807 году под Гейльсбергом и Фридландом. В 1810 году был произведен в полковники с переводом в Нарвский пехотный полк, в составе которого участвовал в боях с турками на Дунае. Во время неудачного штурма Рущука войсками генерала Н.М. Каменского был ранен пулей в левую ногу. 26 августа 1810 года Ахлестышев отличился в сражении при Батине и был награжден золотой шпагой «за храбрость». Затем участвовал в осаде и взятии крепостей Систово и Никополь. В том же 1810 году он был назначен командиром 41го егерского полка. В 1811 году участвовал в сражении под Рущуком и при блокаде турецкого лагеря под Слободзеей. За отличие был назначен шефом 39-го егерского полка. В 1812 году сражался с французами под Ковелем, Любомлем и Головней, Горностаевичами и Волковыском. В 1813 году участвовал в сражении под местечком Хелм, при взятии Люблина и при осаде и взятии Ченстохова. В сражении под Бауценом получил сильную контузию в грудь от картечи. После Плесвицкого перемирия участвовал в сражении под Кацбахом. Был тяжело ранен под Лейпцигом пулями в левый бок и правую ногу и увезен на лечение в Галле. За оказанную храбрость был произведен в генерал-майоры. В 1814 году находился при осаде французской сильно укрепленной крепости Мец и во время отражения неприятельской вылазки 22 февраля был контужен картечью в правый бок. После возвращения в строй был назначен командиром егерской бригады 10-й пехотной дивизии. В 1819 году Ахлестышев стал командиром 3-й бригады 9-й пехотной дивизии. Затем, был назначен помощником командира 20-й пехотной дивизии. В 1828 году вышел в отставку по болезни от ран и поселился в Москве, где и скончался. Похоронен на кладбище Спасо-Андроньевского монастыря.

Награжден орденами Св. Анны 2-й степени с алмазами, Св. Георгия 4-й степени, Св. Владимира 3-й степени, Мальтийским крестом, прусским орденом Pour le Mérite, французским орденом Почетного легиона, а также золотой шпагой «за храбрость».

Балашов Александр Дмитриевич (13.07.1770 – 8.05.1837), генерал от инфантерии. Происходил из дворян Тульской губернии. Родился в Москве в семье сенатора и тайного советника. В 1790 году закончил Пажеский корпус. В 1791 году был пожалован в поручики гвардии и зачислен в лейб-гвардейский Измайловский полк, где командовал ротой. В 1798 году был произведен в полковники сформированного им гарнизонного полка. В 1799 году произведен в генерал-майоры с назначением комендантом Омской крепости и шефом Омского гарнизонного полка.