Синдром авокадо

…

Москва. Октябрь

– Пиши четко и разборчиво, – кто-то с силой ударил его сзади, и Альберт пошатнулся. Свободной рукой он приложил полотенце к разбитой губе и попытался сосредоточиться на написанном.

Буквы плясали перед глазами. «Я, Костецкий Альберт Андреевич, добровольно передаю права на владение компанией… Отказываюсь от любых форм наследования… Претензий не имею…»

– Ну, написал? Чего ты тянешь?! Или мне с ней поговорить?! – Костецкий-старший с силой стукнул по столу, и Альберт молча протянул ему мятый листок.

– Нет, так дело не пойдет, – елейным голосом запел юрист Иван Янович, которого Альберт знал, кажется, всю жизнь, – пишите еще раз, четко и разборчиво.

– Ты оглох, нет? Пиши, – его снова ударили. Когда взгляд удалось сфокусировать, Альберт увидел новый – очередной – листок.

– Пишите, Альберт Андреевич, я продиктую, – юрист был вежлив и невозмутим. Будто не при нем уже второй час бьют парня, знакомого еще с пеленок. Будто не при нем разносят квартиру и угрожают насилием девушке. Будто не при нем…

Альберт оторвался от бумаги, удобнее переложил полотенце, чтобы кровь не капала на стол, и нашел глазами Инну. Последний час она сидела, вжавшись в стул, не шевелясь, хотя охранники перестали обращать на нее внимание. Ее взгляд был холодным, лицо не выражало эмоций. Почему, почему Инна переехала к нему? Почему он не поселил ее в отеле? Какой шанс, что она выйдет живой из этой квартиры? В том, что сам он живым не выйдет, Альберт уже не сомневался. Или его выведут, посадят в машину и отвезут – в ближайший лес…

– Эй, ты, – боль вернула его к действительности. Нужно писать. Может, эти бумаги – шанс на спасение Инны.

– Альберт Андреевич, пишите, – Янович был любезен как никогда, – иначе мне придется пожаловаться вашему папе.

Отец ушел вглубь квартиры, иногда слышался его хохот. Кажется, Костецкому-старшему доставляло удовольствие копаться в вещах сына. С грохотом падали чашки, картины со стен и книги с полок. Ценное – деньги, часы, антиквариат – отец предлагал охранникам, те брали. Остальное просто кидал на пол. Какая-то часть сознания Альберта прислушивалась, не дошел ли отец до полки, где было спрятано кольцо. Кольцо, которое Альберт долго выбирал, но потом так и не решился подарить Инне. Кольцо, которое уже никогда не увидит и не подарит…

Шелестели бумаги. Альберт, наконец, справился с дарственной. Теперь перед глазами мелькали множество контрактов: отказ от собственности, от машины, от банковских счетов, доверенности на снятие наличных. И ворох рабочих договоров. Их подписывать было опасно: вдруг его оставят в живых, чтобы назавтра обвинить в финансовых махинациях фирмы? И он ставит подписи на будущем тюремном сроке? Альберт медлил и пытался вчитываться, пока охранник отца не приставил к виску пистолет.

– Будешь рыпаться, пойдем к твоей девке, – сказали ему на ухо. – И не важно, что нам Андрей запретил.

Альберт дернулся было, но его снова ударили.

– Что такое? – Отец заглянул на кухню. – Хулиганит?

– Уже не хулиганит, Андрей Васильевич, – охранники засмеялись.

– Ах, Инна-Инна, – голос отца звучал даже ласково. – Зачем ты связалась с этим слизняком? Что ты в нем нашла? Поедем со мной в клуб, отвлечешься, развеешься…

Этот разговор повторялся уже раз четвертый. Инна холодно говорила «Нет, спасибо», и у Альберт внутри все обрывалось. Он знал, как отец обращается с девушками. И то, что Инну просто привязали к стулу, а не отвели на кровать в спальню, уже было чудом.

– Эх, Инна, я думал, ты умнее, – вздохнул отец. – Если бы не твой брат, ты бы у меня сейчас так себя не вела. Ты бы у меня в ногах валялась и молила тебя отпустить. Хотя, может, тебе бы и понравилось.

Андрей Васильевич захохотал, довольный своей шуткой. Лицо Инны, кажется, стало еще бледнее. Альберт видел совсем плохо: оба глаза заплыли от отека, разбитые очки помочь не могли. Скорей бы это закончилось. Только бы ее отпустили. Все, что угодно, только бы ее отпустили.

– Если бы не твой брат, красотка, – отец будто ответил мыслям Альберта, – если бы не Игорь, мы бы с тобой беседовали в другой плоскости. Так что вернешься домой, его благодари. Без твоего брата я работать не смогу. Кто же мне контракты заключать будет, Игорь только. На сына родного надежды больше нет.

Отец резко пошел к Альберту, который как раз закончил подписывать последнюю бумагу из огромной стопки.

– Ну, что, парни, все сделали?

– Все готово, Андрей Васильевич.

– Пусть еще пару пустых листов подпишет, на всякий случай. И пора с этим цирком заканчивать. Ночь на дворе. Слышите? Шустрее, шустрее. И чтоб без лишнего шума.

Альберт отложил ручку и посмотрел в глаза охраннику. Тот спокойно достал пистолет.

Часть 1. Кирилл

Три месяца назад. Санкт-Петербург. Июль

Девушка опаздывала. Кирилл не любил, когда опаздывают и не предупреждают. Он выпрямился, посмотрел в окно – снова этот мелкий дождь начался – и потянулся к карману, где всегда были сигареты. И тут же одернул руку. Курить он бросил две недели назад. Инна с Игорем делали ставки, сколько он, Кирилл, протянет. Поэтому все пачки Кирилл выбросил, твердо решив, что Ивановым проигрывать не собирается.

Он посмотрел в окно: нет девушки. Обошел стол и в другое окно посмотрел для разнообразия. Его фирма арендовала несколько корпусов старого приборостроительного завода на Петроградке. Чтобы дойти от проходной до его офиса, требовалось время. Да и заблудиться можно, если идешь в первый раз. Поэтому опоздание простить пока еще можно, но настроение у Кирилла с утра было скверным.

Он еще раз пробежался глазами по резюме: Анна Дмитриевна Никифорова, 23 года, вуз закончила пару недель назад, диплом, конечно, красный. Без опыта в продажах, без практики в консалтинге. Никогда в финансовых компаниях не работала. И еще миллион «не». В отделе кадров даже посмеялись, когда увидели отклик Анны на вакансию. Но Кирилл резюме забрал, решив сам провести собеседование. Они с Игорем любили брать на работу начинающих специалистов: «под себя» обучить проще, чем потом переучивать. Была еще одна причина в этом резюме, уже личная. С фотографии девушка улыбалась немного наивно, глаза светились. И почему-то её взгляд зацепил Кирилла. Хотя мысли эти Кирилл сразу отогнал: какая симпатия может быть к соискателю? Только деловые отношения! Но резюме пролежало у него на столе несколько дней на видном месте, фотографией вверх. И вот теперь она опаздывает. Конец истории.

Кирилл вернулся в кресло, взял бумаги. У него совещание через два часа, а он не подготовился толком. Конечно, можно строго смотреть на подчиненных и слушать доклады, но хотелось чего-то более конструктивного. А если эта Анна Никифорова вообще не придет? Кирилл еще раз взглянут на фотографию девушки и убрал резюме в стол. Через пять минут в дверь робко постучали.

***

Аня опоздала на собеседование! Как такое вообще могло с ней произойти? Когда ей позвонили из кадровой службы и пригласили в офис, Аня от радости прыгала и визжала так, что вся коммуналка слышала. Еще бы, такие крупные фирмы редко рассматривают резюме «вчерашних студентов». Аня раз десять прорепетировала речь, будто к экзамену готовилась. И вот теперь она стоит среди кирпичных корпусов, не понимая, где вход, где выход. Ноги промокли, туфли жмут, аккуратная укладка рассыпалась из-за начавшегося дождя.

Нет, в кадровую службу Аня приехала вовремя. Там на нее посмотрели надменно, переглянулись, закатили глаза. Сказали, что собеседования проходят в другом месте: одноэтажном офисе-пристройке, пройти через двор направо, потом налево. И посоветовали не торопиться: собеседования идут все утро, так что шансов у девушки без опыта маловато. Но Аня отправилась на поиски.

– Здравствуйте, можно? – Аня робко постучала в дверь, когда опоздание стало совсем катастрофическим. – Прошу прощения, я…

Ей навстречу вышел молодой мужчина. Темно-синий пиджак и белая рубашка прибавляли ему строгости, улыбка была сухой, но вот серо-голубые теплые глаза делали обаятельным. «Приди в себя», – шепнул Ане внутренний голос. – Какие глаза? Ты на собеседование пришла, не на свидание». Некстати вспомнилось, что на свиданиях Аня давно не была, но эту мысль девушка быстро отогнала.

– Анна Дмитриевна? – Голос был строг, но не надменен, как у его коллег из отдела кадров. – Рад с вами познакомиться, я – Кирилл.

Мужчина пригласил ее внутрь, уточнил, что время на собеседование осталось мало, а потом … запер входную дверь на ключ? Или Ане показалось? В кабинете было довольно темно, горела только настольная лампа. Аня покосилась на диван: зачем такой большой диван в обычном офисе? И тут ей вдруг стало страшно.

– Вы хотите пересесть? – проследил за ее взглядом внимательный собеседник.

– Пока я останусь здесь.

– Пока? – Кирилл пожал плечами. – Я хотел показать вам небольшую презентацию о нашей фирме. Чтобы потом ответить на ваши вопросы. И с дивана, действительно, презентацию смотреть удобнее.

– Нет, благодарю, – Аня вспыхнула. Почему в его словах звучат намеки?

Кирилл включил презентацию на проекторе и сел за спину Ане. Дыхание можно почувствовать, вот как близко. Он минут пять увлеченно рассказывал о компании, но Аня не могла сосредоточиться.

– Мне кажется, вы дрожите. Замерзли? – Вдруг спросил он. – Я могу предложить вам чай? Кофе?

– Мне ничего не нужно. Я просто немного волнуюсь.

– Я вас волную? – Уточнил он мягким голосом.

Щеки Ани снова вспыхнули:

– Не вы. Ваше поведение.

– А что не так с моим поведением? – Кирилл выглядел удивленным.

– В вашем кабинете темно. Вы говорите мне про какой-то диван. И дверь на ключ закрыли. Такое собеседование мне не подходит, – голос Ани прозвучал громче, чем следовало. Но мужчина неожиданно улыбнулся.

– Если Вам темно, могли бы просто попросить меня включить свет, – он щелкнул переключатель, и лампы на потолке моментально загудели. – Дверь открыта, можете в этом убедиться. Ключ был в замке, но чуть не выпал. И я просто его поправил. Про диван я, кажется, не говорил ничего определенного. Теперь вы уверены в своей безопасности?

– Да, спасибо, – да что с ней происходит, что она тут устроила.

– Можем продолжать?

Кирилл задал несколько вопросов, и на каждый Аня ответила нечетко, путаясь в словах. Ей было стыдно за свое поведение, голова гудела. Кажется, это провал, а не собеседование.

– Так дело не пойдет, – Кирилл тоже заметил ее смятение. – Позвольте, я отведу вас к Игорю Анатольевичу Иванову? Именно в его отдел мы ищем нового сотрудника. Думаю, он справится с собеседованием лучше меня.

Игорь Анатольевич оказался мужчиной средних лет в строгих очках и черном костюме. До корпуса, в котором располагался его офис, Аня с Кириллом шли минут пять. И не проронили ни слова.

– Игорь Анатольевич, я нашел вам нового сотрудника. Если Анна Дмитриевна вас устроит, можно оформлять на работу, – и Кирилл вышел из кабинета.

Аня неловко села на стул, заметив, что господин Иванов проводил уходящего Кирилла лукавым взглядом. Но сразу же стал серьезен и деловит.

– Рад с Вами познакомиться, Анна Дмитриевна. Давайте я заварю нам чай? Погода сегодня не радует, – он отошел к шкафам, которыми, как показалось Ане, была заставлена большая часть его кабинета. – Если у вас с собой есть резюме, покажите, пожалуйста. Наш общий знакомый мне ваше резюме не оставил.

Запоздало поняв, что общий знакомый – тот самый Кирилл, Аня быстро достала листок из папки. Руки немного дрожали, и еще несколько экземпляров ее резюме соскользнули на пол. Игорь Анатольевич помог собрать разлетевшиеся страницы.

– Вы часто ходите на собеседования? – Кивнул он, бегло просматривая Анины достижения. – Я понимаю: сейчас начинающим специалистам трудно найти работу. Но в нашу компанию вы пришли по адресу. Мы ценим молодые кадры и всегда идем навстречу. Сейчас я расскажу вам о функционале, но сначала решайте, какой чай: черный или зеленый?

Минут сорок спустя Аня вышла из кабинета Игоря Анатольевича. От былой паники не осталось и следа. Конечно, Аня терялась в ответах, но ее начальник – а об этом теперь можно было думать с уверенностью – оказался располагающим к себе человеком. Он взял ее на работу! Без опыта, нужных знаний и уверенности в себе. Ее, вчерашнюю выпускницу! Поверить было сложно, но Аня снова и снова крутила в голове слова: «Жду Вас завтра к одиннадцати». Ей почему-то казалось: они сработаются. Несмотря на строгий костюм и проницательный взгляд Игорь Анатольевич Иванов говорил искренне и обещал, что научит работать с цифрами и бумагами.

Ане хотелось лететь вприпрыжку, такой одухотворенной она себя чувствовала. Мысли прыгали в голове, словно веселый детский мячик: что завтра надеть, как себя вести, как влиться в новый коллектив (Аня успела увидеть двух серьезных девушек в рабочем кабинете и немного смутилась). Обежав очередную лужу, Аня чуть не споткнулась об крыльцо того самого домика, где с ней проводил первое собеседование … Кирилл, кажется. На самом деле, Аня прекрасно помнила, что смуглый красавец с серо-голубыми глазами – именно Кирилл, а не Федор или, к примеру, Иван. Она вообще запомнила его слишком хорошо, и это пугало. Каким же неловким и странным вышло их общение! Почему рядом с ним, этим Кириллом, Ане не удалось сохранить холодный рассудок? Почему его взгляд так магически на нее подействовал? Аня даже головой встряхнула, чтобы избавиться от навязчивых мыслей. И поняла: она уже пару минут стоит на крыльце его одноэтажного офиса. Вот он, наверное, удивляется, если смотрит на нее в окно. Аня переступила с ноги на ногу: новые туфли мешали ужасно. И дождь опять начинается. Она нерешительно потянула на себя ручку двери.

– И что это было?

– А что было? – Голос в трубке был невозмутим, и это позабавило Игоря. Все-таки Кирилла он знал со школы, и все его «актерские» интонации раскусывал сразу.

– Я про потенциального сотрудника, с которым ты пришел.

– Что, совсем плохо? – Теперь в голосе послышалось разочарование, Игорь усмехнулся.

– Наоборот. Девочка хорошая. Умненькая. Только молодая и совсем без опыта.

– Не берешь?

– Беру-беру. Ты сказал «Бери», я и беру. Научим всему…

– Я не настаивал. Только если тебя устраивает…

– Не настаивал он, – Игорь сказал в сторону, но так, чтобы собеседник точно услышал. – Девочку берем на испытательный с завтрашнего дня. Сегодня уволиться должна со своей текущей работы…

– А кем работает? – Кирилл перебил, что было вообще на него не похоже.

– Консультант в магазине одежды, кажется. Что-то такое… Кем сейчас студенты работают? Она же только вуз окончила.

В трубке было шуршание, и Игорь вздохнул:

– Я вот спросить хотел…

– Спрашивай.

– Почему ты ей ничего про контору нашу не рассказал? Ты же всем презентации показываешь и соловьем поешь…

– Это потом. Я сейчас занят.

– А я и не сомневался, что именно сейчас ты занят, – договорить Игорь не успел, потому что лучший друг уже бросил трубку.

«Что за провокационные вопросы?» – Кирилл отложил телефон со смеющимся Ивановым и вернулся к собеседованию. Теперь перед ним сидела дородная женщина средних лет – настоящий подарок от кадровой службы. За пятнадцать минут она перечислила все свои достижения и смотрела почти с обожанием. Видимо, коллеги из главного офиса намекнули ей, что Кирилл – не просто менеджер по подбору персонала. Резюме у дамы и правда выглядело блестяще, но что-то настораживало.

Они почти обо всем договорились, когда уличная дверь скрипнула, и на пороге появилась Аня.

– Анна Дмитриевна? – Голос остался ровным и строгим, хотя – Кирилл почувствовал – щеки начали краснеть. Впрочем, скрывать свои эмоции он умел виртуозно, поэтому попросил Аню присесть в приемной. И еще десять минут разговаривал со второй соискательницей – и почти не слушал ее ответов. Наконец, даму он отпустил – та явно вздохнула с облегчением – и повернулся к Ане.

– Проходите, – сказал сухо, – что у вас случилось?

– Я…, – Аня растерялась: идея зайти сюда уже не казалась ей разумной, – я просто хотела сказать вам «спасибо». Я очень растерялась на собеседовании с вами, но…

Аня снова сбилась: Кирилл внимательно ее рассматривал, и по лицу было совсем не понятно, о чем он думает.

– Вот, – Аня шагнула к спасительной двери, – меня, кажется берут на работу, на испытательный. Спасибо. Я пойду.

– Я рад, – сказал он после недолгой паузы. – Провожу вас до выхода, чтобы снова не заблудились.

Они вышли на крыльцо, Кирилл запер дверь и раскрыл над Аней зонт:

– Снова дождь, Анна Дмитриевна. Кажется, осень в этом сезоне придет к нам раньше обычного.

Аня невнятно пожала плечами. Она читала, что разговоры о погоде начинаются тогда, когда сказать больше нечего. Вот зачем она зашла? Чтобы еще раз посмотреть на смуглого красавца со светлыми глазами? Он и думать о ней забыл, провел собеседование – и ладно. А она теперь навязывается.

Кирилл монотонно рассказывал, как найти дорогу от проходной и не заблудиться, а потом вдруг остановился:

– Идите ближе под зонт, не то промокните. Не бойтесь, – он вдруг улыбнулся, став раз в пять обаятельнее и моложе, – не съем же я вас, в самом деле.

– Спасибо. И за то, что проводили, спасибо, – они уже подошли к турникетам.

– Пропуск на ваше имя я закажу. Вы завтра к десяти придете? – Аня кивнула. – Вот и славно. И возьмите мой зонт.

– Нет, что вы…

– Возьмите, я настаиваю.

– А как же вы?..

– Аня, я разберусь, – он кивнул и посмотрел в ее глаза чуть дольше, чем того требовали правила. – Всего доброго.

Аня вышла за турникет, щеки ее пылали. Забыть о нем! Сразу же забыть! Думать только о работе и ни о чем кроме. Оставить в прошлом всех обаятельных красавцев.

Строгий костюм, не самый удобный каблук, прямая спина и уверенный взгляд – Аня шагнула в отдел кадров в свой первый рабочий день. До этого она пару часов провела в кабинете Игоря Анатольевича. Он показывал ей бумаги, много бумаг, ворох бумаг. Всевозможные должностные инструкции, программы, отчеты и документы. Ни разу не сбился, все только по делу, строго и монотонно. Когда перед глазами Ани начали плыть строчки, он вдруг открыто улыбнулся, поставил перед девушкой кружку чая и объяснил: бумагами хотел напугать, вдруг Аня передумает. Она замотала головой: нет уж, работать здесь – ее мечта, особенно когда рядом адекватный начальник. И господин Иванов отправил ее в отдел кадров за трудовым договором.

Аня была уверена – там ее будет ждать Кирилл. Настроила себя, что будет держаться независимо и излишнего внимания проявлять не будет. Но зря. В кабинете ее встретила только надменная кадровичка. Она цокала языком, делая копию Аниного диплома, поминутно вздыхала и бубнила, мол, ясно, зачем такие молодые к ним в фирму устраиваются.

– Только на роман с начальником особо не надейся, – буркнула она, когда Аня подписывала очередной документ, – здесь и без тебя все схвачено.

Аня пожала плечами: есть ли смысл спорить? Про себя она точно знала, что не приемлет отношений на работе. Она радуется, что ее взяли и всему научат, но если будет повышенный интерес со стороны начальника – уйдет сразу. Некстати вспомнился объект её повышенного интереса: Кирилл не выходил из головы весь вчерашний вечер. Она хотела поискать на сайте фирмы его фамилию и должность – просто так, из любопытства, но про кадровую службу там ничего сказано не было. Ну и ладно!

Щеки некстати запылали, и тут в кабинет вошел он, именно он, о ком Аня так старательно не думала.

– Доброе утро, – сказал Кирилл сухо и тут же ответил на телефонный звонок. Кадровичка протянула ему какие-то бумаги. Где-то он расписался, но большинство забрал с собой. Аня искоси посмотрела: там было несколько резюме. Интересно, сколько собеседований он проводит в день? Наверняка, не пять и не десять. Значит, Аня для него – просто одна из серой массы, и вряд ли Кирилл ее вспомнит.

– Анна Дмитриевна, все в порядке? – вдруг спросил он тихо (в его трубке что-то тараторили без остановки).

Аня кивнула, чувствуя, как щеки пылают, и Кирилл вышел из кабинета.

– О чем я и говорю, – презрительно фыркнула кадровичка. Аня не нашлась, что ей ответить.

***

Это было глупо, и Аня это прекрасно понимала. Это было глупо, но зонт же нужно было отдать. И вовсе она не ищет повод для встречи, как могло показаться со стороны! Просто Игорь Анатольевич отпустил ее пораньше – нужна была справка с прежней работы – и Аня решила по дороге вернуть зонт владельцу. На крыльце его офиса-домика она снова помедлила. Навязчиво или допустимо вот так зайти, якобы по делу? Вроде ничего такого, и не надо себя накручивать. Аня решительно толкнула дверь.

Кирилл был один, сидел в полумраке, снова только лампа на столе. Он поднял голову от бумаг – взгляд был холодным и таким строгим, что Аня поежилась. И вдруг приветливо улыбнулся и встал из-за стола.

– Анна…, – начал он, и Аня резко перебила.

– Я принесла Ваш зонт, он меня вчера выручил, спасибо, – затараторила она, – то есть вы выручили. Я положу куда-нибудь сюда…

Кирилл уже оказался рядом, и руку с зонтом перехватил, на секунду коснувшись Аниных пальцев:

– Как ваш первый рабочий день? – он стоял слишком близко, и Аня вздрогнула.

– Да, все нормально, я… – мысли путались, как и в первый раз в этом кабинете.

– Вы торопитесь?

– Нет. То есть да.

– Может быть, у вас найдется минут десять? Я сварю нам кофе?

– Нет, что вы, я…

– Я хотел перед Вами извиниться. Я все прокручивал наш с Вами вчерашний разговор, и, мне кажется, я сильно вас напугал. Неосознанно. Давайте выпьем кофе в знак примирения. Нам предстоит с вами много работать вместе, и мне не хочется, что вы считали меня монстром.

– Я… Нет… Я… Я сама повела себя глупо вчера… И мне правда нужно идти. Мне нужно забрать с прошлой работы справку для отдела кадров, и нужно успеть до шести, потому что иначе…

– Мы можем выпить кофе после шести часов? Я могу за вами заехать.

– Я не уверена, что я могу пить кофе с коллегой после первого рабочего дня…

– Не можете или не хотите? – Кирилл улыбнулся той улыбкой, которой – он знал – отказать было невозможно. – Поверьте, это ни к чему не обязывает. Просто пообщаемся немного, раз у нас вчера не получилось. И я отвезу Вас домой. Кусаться не буду.

Анин взгляд на секунду остановился на его губах. И почему она хочет, чтобы он … кусался?

– Если только недолго, – сказала она нерешительно.

– Куда за вами заехать?

– Я буду на Сенной.

– Хорошо, тогда до вечера.

– Всего одна чашка кофе? – Аня смотрела в пол.

– Или всего один ужин? Подходит?

Всего один ужин, а Кирилл нервничал, как мальчишка. И что вообще на него нашло? Почему он вдруг приглашает на ужин свою подчиненную? Он никогда не давал даже намека на отношения с коллегами. После того, как его личная жизнь вдребезги развалилась, он встречался с девушками – так, для удовольствия – в зарубежных поездках или, на худой конец, в Москве. И уж никак не в своем офисе. Аня – очень молодая, очень серьезная, очень по-своему понимающая жизнь. Странно, что она вообще согласилась с ним встретиться после работы. Нужно быть осторожным, чтобы ее не напугать и не наделать глупости.

– Ты помнишь, что у тебя через пятнадцать минут совещание? – Ему позвонила всегда веселая Инна Иванова.

– Черт…

Кирилл быстро собрал бумаги. Секретаршу он уволил месяца три назад, и никак не мог найти замену – времени не было, да и особой необходимости. Кофе варить он умел, почту проверял тоже сам, мелкие поручения направлял по отделам, а на звонки отвечал только в плохом настроении. Правда, иногда что-то да забывал, и тогда Инна вместе с Игорем начинали учить нерадивого начальника уму-разуму.

Кирилл вздохнул, выбежал на крыльцо и запер дверь. Теперь нужно идти – быстро, но с достоинством, чтобы не думали, что он чуть не прогулял совещание. Зачем он вообще его собрал, вспомнить бы. Уже в главном офисе, на пороге своего кабинета – кабинета директора фирмы – Кирилл вдруг осознал: «Неужели я и правда пригласил ее на свидание?». Подумал над словом «свидание» и усмехнулся.

Кажется, она ничего не успевает. Будет неловко, если пунктуальная Аня снова опоздает! Аня сама не понимала, почему ей так важно провести на Кирилла хорошее впечатление. Зачем она согласилась выпить кофе после работы? И следует ли что-то из этого?

Аня в последний раз взглянула на себя в зеркало: да, ничего особенного, но и у них не настоящее свидание. Девушка приводила себя в порядок в туалете торгового центра, поэтому на многое рассчитывать не приходилось. Обычно Аня не красилась, но в сумке, к ее радости, осталась косметичка: использовала перед вручением диплома, да так и не выложила. Тени, немного туши – и вот следы дневной усталости исчезли. Она позволила себе распустить тугой пучок и собрала волосы в незамысловатую прическу. Кажется, всё, пора бежать. Кирилл уже отправил сообщение, что ждет ее на парковке за торговым центром. Спросил, куда подойти, но Аня заверила, что выйдет к нему сама.