- -
- 100%
- +
Как же мне всё здесь нравилось! Даже эта наивная история о засахарённых фиалках! Броня точно будет в восторге!
– Мои комнаты, находятся наверху, – продолжала тем временем госпожа Доротея. – Я делю их с сэром Реджинальдом. А вот эта дверь ведёт в пристройку, которая сдаётся.
Хозяйка лавки раздвинула портьеры, демонстрируя мне проход. Пройдя через узкий коридорчик, мы оказались в уютной кухне. В углу буфет с посудой, на аккуратной плите поблёскивает боками начищенный медный чайник, у окна небольшой стол. Господи, это что сон? Мне казалось, что стоит закрыть глаза и постоять вот так минуту – всё исчезнет. Две спальни, примыкающие к кухне, тоже оказались светлыми и чистыми. В каждой из них имелись узкая кровать, комод, платяной шкаф и тумбочка.
– Здесь есть отдельный вход с улицы, – добавила госпожа Доротея, кивнув на закрытую дверь, рядом с очагом. – Нравится?
– Вы даже не представляете насколько! – воскликнула я, поворачиваясь к старушке. – Сколько вы хотите за комнаты?
Названная госпожой Доротей сумма была приличной, но мы с Броней вполне могли себе позволить эту квартирку. Тем более сидеть, сложа руки никто из нас не собирался. Я сразу же дала хозяйке задаток и помчалась обратно в трактир, чтобы обрадовать подругу. Мне не хотелось оставаться в этом ужасном месте ни минуты!
Когда я вернулась в трактир, там разворачивалась настоящая драма. Броня, с пылающими щеками, стояла посреди кухни, скрестив руки на груди, а напротив неё возвышалась грузная фигура хозяйки трактира. Уперев руки в бока, Марта буравила подругу недобрым взглядом.
– Мыться они удумали каждый день! Это ж, сколько мыла на такие-то размеры нужно?! Верни немедленно кусок! Или…
Марта замахнулась на Броню половником, но та, с ловкостью, увернулась и схватила с подноса пустой медный кувшин.
– Ах ты дрянь! – взревела хозяйка, неуклюже бросаясь вперёд.
Броня, как заправский фехтовальщик, отразила атаку половника кувшином. Звон металла эхом разнёсся по залу. Постояльцы, забыв о еде, столпились за моей спиной, пытаясь заглянуть на кухню.
– Получай, зараза! –Броня вдруг сняла с ноги башмак и принялась охаживать Марту почём ни попадя. – Сейчас будет тебе и мыло, и шампунь и скраб с абрикосовыми косточками!
Хозяйка попятилась, шаря рукой по столу и я заметила как она нащупала скалку. Ну, уж нет! Я тут же подставила ей подножку, и, взмахнув руками, Марта приземлилась прямо в бочку с квашеной капустой.
– Помогите! – вопила она, размахивая толстыми ногами в воздухе. –Убивают! Ой, мамочки!
– Собирай вещи, – я повернулась к Броне. –Мы уходим отсюда.
– Было бы что собирать! – подруга растолкала любопытных и бросилась наверх. Вскоре она уже стояла в зале трактира с нашим немногочисленным скарбом.
– Кому вы нужны?! Приживалки! – надрывно кричала из кухни Марта. – Не наши вы! И нет вам места здесь! Под мостом сдохнете!
– Прощай, жадная Марта! – весело крикнула Броня. – Надеюсь, капустный рассол пойдет тебе на пользу! И уж лучше сдохнуть под мостом, чем от грязи в твоём клоповнике!
Под дружный хохот и одобрительные возгласы немногочисленных посетителей мы гордо прошествовали к выходу. Кто-то из матросов даже присвистнул нам вслед.
– Ну и куда теперь? – спросила Броня, когда мы оказались на улице.
– Сейчас увидишь! – я была в предвкушении её реакции. –Обещаю, тебе понравится!
Когда мы вошли в антикварную лавку, Броня застыла на пороге с открытым ртом. Её глаза изумлённо скользили по стеллажам с книгами, витринам с диковинками, потом задержались на роскошной люстре.
– Вот это сокровищница…
Со второго этажа спустилась госпожа Доротея, а за ней вальяжно шёл сэр Реджинальд. Старушка внимательно осмотрела Броню, кося при этом куда-то в сторону, и просияла:
– Боже мой, какое счастье! С такими квартирантками нам теперь нечего бояться в нашем квартале! Да, сэр Реджинальд?
Глава 21
Первые несколько дней в доме госпожи Доротеи ощущались мною как настоящее чудо. Уютные чистые комнаты, в которых пахло старым деревом, лавандой и чем-то неуловимо домашним, чего так остро не хватало в последнее время. После душных мрачных комнат трактира «Сытый гусь» здесь было невероятно тихо и спокойно: только мерное тиканье часов в антикварной лавке и мурчание сэра Реджинальда. Он убедился, что мы не угрожаем его барской жизни, и счёл возможным иногда делать нам одолжение, приходя и требуя порцию поглаживаний.
Мне очень хотелось отблагодарить госпожу Доротею, и я решила приготовить ужин. Броня тут же поддержала мою идею:
– Что-нибудь японское, да? Старушка точно будет в восторге!
– Это у меня получается лучше всего, – усмехнулась я. – Поэтому завтра утром пойдём в магазинчик господина Акиры.
– Нам нужно искать работу. И тянуть с этим не стоит, – вздохнула подруга, задёргивая шторы. – Мне придётся изучить все предложения. Для начала расспрошу нашу хозяйку о жизни в городе. Может, она знает, кому требуются работники. Куплю местные газеты. В них всегда печатают объявления о вакансиях. Ну и, конечно, придётся обойти ближайшие улицы, посмотреть на вывески лавок, мастерских и контор.
– Да, но ты не должна забывать, что мы не имеем права на некоторые вакансии, – напомнила я и полезла в свои вещи. Где-то среди них находилось постановление, выданное нам лордом Демором. – Должности, связанные с обучением детей, работой с документами или секретарскими обязанностями, для нас табу.
Развернув найденную бумагу, я прочла вслух:
– Прислуга, помощница в лавке или магазине, прачка, швея… В общем, всё понятно. И да… здесь написано, что как только мы найдём работу, нам нужно оповестить об этом Канцелярию.
– Здесь вообще реально открыть своё дело? – проворчала Броня, укладываясь в кровать. – Или так и будем до конца жизни кому-то панталоны стирать?
На этот вопрос ответить я не могла. Для начала требовалось изучить местные законы.
Рано утром мы с подругой отправились на рынок. На некоторых лавках висели объявления о работе, но в основном хозяева искали грузчиков и чистильщиков рыбы.
Господин Акира обрадовался, увидев меня.
– О-о-о, вы снова решили заглянуть ко мне? – воскликнул он, выходя из-за прилавка. – И что вам понадобилось на этот раз, мисс?
– Соевый соус, саке, имбирь, рисовый уксус, крахмал и мисо паста, – перечислила я, рассматривая товар. –Надеюсь, всё это имеется в наличии?
– Конечно! – господин Акира с любопытством взглянул на меня. –Мне очень хотелось бы узнать, что вы будете готовить, мисс…
– Антония, – представилась я, улыбаясь. – А приготовить я хочу курицу караагэ.
– Курицу караагэ? – ещё больше удивился хозяин лавки. –Я в первый раз слышу о таком блюде.
Ну, это как раз было и не удивительно. Ведь изначально под термином «караагэ» понималось кушанье, пришедшее из Китая. Обжаренные во фритюре овощи и кусочки тофу. Слово «караагэ» можно перевести как «обжаренное на китайский манер». А само блюдо в Японии появилось в начале двадцатого века.
– Если вы позволите, я угощу вас, – мне нравился этот спокойный мужчина с умными добрыми глазами.
– Не откажусь! – сразу согласился господин Акира, складывая заказанный товар в мою корзину. – Вы первый человек на моём веку, который знает кухню Аматерасу. Но даже для меня курица караагэ —это нечто новое.
Сделав остальные покупки, мы приобрели у разносчика газету и вернулись домой.
Антикварная лавка уже была открыта, и в ней две дамы в атласных шляпках выбирали статуэтки пухленьких ангелочков, с луком и стрелами.
– Пригласим на ужин нашу хозяйку чуть позже, – шепнула я, но тут до наших ушей донесся голос одной из покупательниц:
– Прелестные вещицы… Но цена кажется немного высокой, не так ли? За такие маленькие фигурки…– Да, ты права, – поддержала женщину её спутница. – Разве может столько стоить кусочек фарфора?
– Держи,– Броня сунула мне корзину. – Сейчас я с ними поговорю. – Добрый день, дамы! – энергично поздоровалась она, приближаясь к дамам. – Вы присматриваетесь к этим чудесным ангелам? У вас отличный вкус!
– Да, они очень милые, – ответила одна из них. – Но их стоимость довольно значительна.
– Понимаю ваши колебания! – кивнула подруга. – Конечно, на первый взгляд цена может показаться ощутимой. Но давайте посмотрим на это по-другому.
Она взяла одну из фигурок, и её голос стал вкрадчивым:
– Посмотрите на качество работы. Как тонко вылеплены эти крошечные пальчики, крылья? Это не массовое производство, а ручная работа мастера, которого, возможно, уже нет в живых. С каждым годом такие вещи только растут в цене. Это не трата денег, это, по сути, инвестиция. Антиквариат можно выгодно продать.
Я устроилась в тёмном углу, чтобы не пропустить представления. Дамы явно заинтересовались словами Брони.
– Кроме того, – теперь её голос звучал еще более убедительно. – Такие вещи редко попадаются. Найти комплект в таком отличном состоянии – большая удача. Кто знает, когда в следующий раз появится что-то подобное у госпожи Доротеи… Возможно, это ваш единственный шанс. И да, я слышала, что такие антикварные ангелы очень не любят одиночества. Им обязательно нужна компания! Поэтому и продаются парами, а то и тройками!
Я увидела, как дамы переглянулись. Было ясно, что аргументы Брони попали точно в цель. Мой взгляд переместился на госпожу Доротею, которая стояла за прилавком. На лице женщины играла еле заметная довольная улыбка. Глаза старушки смотрели в разные стороны. Но я была уверена, что она не упустила из речи Брони ни единого слова.
Из лавки дамы вышли с покупками. И когда колокольчик звякнул над закрывающейся дверью, хозяйка лавки громко хмыкнула:
– А ты девка не промах! Можешь заставить людей расстаться с деньгами! Мои ангелочки так быстро упорхнули!
– Обращайтесь, если что, – с улыбкой произнесла Броня, а я добавила:
– Приходите сегодня к нам на ужин, госпожа Доротея. Вместе с сэром Реджинальдом.
– Непременно приду! – старушка пересчитала монеты, лежащие на прилавке, и сунула их в кошель. – В восемь!
Ближе к вечеру я занялась ужином. Сначала убрала с куриных бёдер кожу, вынула косточки и хрящики. А потом замариновала. Для этого мне понадобилось смешать соевый соус, саке, сахар, чеснок и имбирь. Примерно через час я приступила к обжарке, обмакивая каждый кусочек в крахмал, смешанный с мукой. Подавать курицу я решила с омлетом и салатом из капусты, заправленным японским майонезом. В его состав входили только яичные желтки, а ещё мисо паста, горчица, растительное масло, лимонный сок, рисовый уксус, чёрный перец и соль.
Удивлению госпожи Доротеи не было предела. Когда я поставила перед ней тарелку с золотистой хрустящей курицей и пышным омлетом, правый глаз старушки резко сфокусировался на еде.
– Мать честная… Ты это всё сама?.. – она наклонилась ближе, принюхиваясь. – М-м-м…
Хозяйка осторожно взяла вилку и, наколов кусочек курицы, откусила.
– Это просто чертовски вкусно! Чувствую себя сейчас, как будто мне лет на сорок меньше, и я лежу в постели со своим любимым Оливером! Он вытворял такое… Стыдно вспомнить! Наслаждение!
Старушка взяла рюмку с саке и одним махом опрокинула в себя.
– Как же хорошо!
Это был очень уютный вечер. Мы разговаривали обо всём на свете. И когда Броня поинтересовалась о работе, госпожа Доротея задумалась.
– Я, конечно, подумаю, кому здесь требуются работницы… Но вряд ли вы можете рассчитывать на хорошее жалованье.
– На первое время мы согласны на любые деньги, – сказала я. – Иначе нам придётся туго.
– Хорошо. Я помогу, чем смогу, – пообещала старушка и улыбнулась, заметив, что Броня рассматривает вышивку на скатерти. –Нравится?
– Очень. Я только сейчас обратила внимание, какое отличное качество. Такой плотный и мягкий хлопок… – подруга поправила уголок.
– Это наша местная гордость. Хлопок выращивают на острове, что неподалеку. Он имеет особое качество из-за почвы и солнца. Раньше из него ещё и тонкое кружево делали, но теперь это редкость, – ответила госпожа Доротея. – В каждом доме есть вещи из нашего хлопка.
Глава 22
Солнечный луч проскользнул в щель между шторами и вспыхнул золотом на медном чайнике. Настенные часы показывали без четверти десять. Мы до самой полуночи просидели на кухне, разговаривая с госпожой Доротей обо всём на свете. Этот уютный вечер так понравился всем, что было решено устраивать подобные посиделки каждую пятницу.
Мы с Броней пили чай, когда дверь кухни распахнулась, и мы увидели шляпу с покачивающимся пером.
– Доброе утро, девушки! – хозяйка антикварной лавки вошла и поставила на стол корзину с развалившимся в ней сэром Реджинальдом.
Старушка выглядела немного запыхавшейся, но довольной.
– Ох, сегодня столько народу на рынке! Не протолкнёшься! Представляете, сколько навара у торговцев?
Старушка сняла шляпу, сдула с неё несуществующие пылинки и села на стул. Её глаза, смотрящие в разные стороны, замерли в одной точке.
– И вот что я подумала! Курочка у вас вчера была отменная! Пальчики оближешь! Значит, нужно торговать едой! Вкус необычный, а значит, набежит куча любопытных!
– Где же ею торговать? –недоумённо поинтересовалась я.
– На рынке. У меня там место есть. Своё. Личное, – заявила госпожа Доротея. – Я продавала там иногда старинные безделушки да мелочь кое-какую. Раньше это приносило хоть какой-то дополнительный доход. Но потом стало невыгодно держать человека. Платить ему нужно, а торговля антиквариатом – дело непредсказуемое. Сегодня густо, а завтра пусто. Хотела сдать лоток в аренду, но никто брать не хочет. Очень уж он невелик. Для овощей, рыбы и мяса не годится.
Мы с Броней переглянулись. В моей душе затеплилась надежда. Тем временем Доротея подалась вперёд, возбуждённо потирая руки.
– Ходила я, значит, по рынку, ходила, и мне в голову пришла мысль. Почему бы вам не готовить здесь, у меня на кухне, а продавать там, на моём лотке?
Предложение было настолько неожиданным, настолько идеально попадающим в ситуацию, что мы с Броней сидели, открыв рты.
– Я бы могла его вам сдать. За небольшую плату, конечно, – добавила старушка. – И все будут в наваре. А? Как вам идея?
– А как же лорд Демор? – Броня нахмурилась. – Можно ли нам открывать своё дело? Ведь нужно идти в Канцелярию и регистрироваться.
– Я должна изучить местные законы, – ответила я, понимая, что мы не имеем права упустить такой шанс. –А вообще, никто не сможет поймать нас на чём-то противозаконном. Место на рынке принадлежит госпоже Доротее, а мы просто наёмные работницы. Она же может пойти с нами в Канцелярию, чтобы подтвердить это.
– Конечно, схожу! – сразу согласилась хозяйка антикварной лавки. – И что этот Демор вам предъявит? А ничего! Тьфу, чёрт рогатый! Такой же мрачный, как и его отец! Как вспомню его, так в дрожь и бросает!
– Госпожа Доротея, а у вас случайно нет книги с местными законами? – поинтересовалась я.– Как это нет? У меня есть всё! – с гордостью заявила старушка. – Законы в королевстве не менялись уже двести лет! За исключением некоторых самых важных. Антикварное издание «Полное собрание законов королевства Талассия». Третья полка слева.
– Вы позволите мне ознакомиться с этим изданием? –я сложила руки в умоляющем жесте.
– Только очень аккуратно! – госпожа Доротея пригрозила мне корявым пальцем. – Оно стоит, как табун лошадей!
К вечеру у нас с Броней уже был план. Мы должны осмотреть место на рынке и начать изучать законы Талассии. Иначе нам никогда не выбраться из такой жизни.
Несколько часов до сна я посвятила именно этому. Тяжелый фолиант едва помещался на небольшой прикроватной тумбочке, поэтому я положила его перед собой на кровать. После чего, скрестив ноги, углубилась в чтение. Особенно меня интересовал вопрос о продаже готовой еды. Если с местом на рынке всё было гладко, то в этом вопросе могли быть подводные камни. Ага! Вот оно! Глава двадцать пятая «Об Обеспечении Пищевой Безопасности». Там были долгие и нудные параграфы про контроль качества, про гигиену, про разрешение на использование определенных ингредиентов. Но мне нужно совсем не это…
– Нашла! – наконец воскликнула я, поворачиваясь к Броне.
– Что там? – подруга придвинулась ближе.
– Смотри! Параграф сто второй: «Продажа излишков домашней выпечки или готовых блюд в небольших объемах частными лицами на санкционированных рынках не требует отдельной регистрации кулинарного производства при условии соблюдения общих правил гигиены.».
– Это идеально! – широко улыбнулась Броня. – Мы готовим у Доротеи на кухне, как для себя или для гостей, а потом продаем «излишки» на её лотке. Мы не кулинарное производство, не ресторан. Мы просто две девушки, продающие домашнюю еду. А Доротея –владелица лотка!
Нет, я само собой понимала, что это не было стопроцентной защитой. Демор мог придраться к чему угодно. Но, по крайней мере, у нас была основа. У нас был план, который не требовал идти к нему на поклон.
На следующее утро, как только над горизонтом поднялось солнце, мы с Броней и госпожой Доротеей отправились на рынок. Дойдя почти до самого конца рядов, старушка остановилась у небольшого аккуратного деревянного лотка.
– А вот и моя собственность. Ну? Как вам?
Лоток был из тёмного, хорошо обработанного дерева. И выглядел прочным и основательным, несмотря на скромные размеры. У него имелся высокий прилавок, за которым можно было стоять, и две-три полки над ним, вделанные в заднюю стенку. Полки были узкие, явно предназначенные для того, чтобы выставлять небольшие предметы: статуэтки, вазы, шкатулки – то, что раньше здесь продавала госпожа Доротея.
– Места, конечно, – не разгуляешься. Но для начала, думаю, хватит, – старушка хлопнула ладонью по прилавку. А потом добавила: – Пойду сэру Реджинальду куплю домашних колбасок. Он очень просил.
Госпожа Доротея ушла, а мы продолжили рассматривать своё будущее рабочее место.
– Ему бы яркости придать, – задумчиво произнесла я. – Чтобы нас было видно издалека… Например, добавить красного… Бумажные фонарики повесить… Ладно, с этим разберёмся. Но чем мы будем здесь торговать?
– Как что? – удивилась Броня. – Суши! Ну и остальную японскую кухню!
– Сырую рыбу мы не сможем продавать. Она быстро испортится, – напомнила я. – Ты же не хочешь отравить полгорода? Нас тогда точно отправят на рудники.
– Так что, совсем без рыбы?
– Нет, почему же без рыбы, – успокоила я ее. – Есть много японских блюд с вареной, жареной или запечённой рыбой. Или маринованной, засоленной. Вот это мы можем делать.
Мы снова обвели взглядом лоток, пытаясь представить, как он будет выглядеть, заполненный нашей едой. Как разместить готовые блюда, чтобы они выглядели аппетитно и оставались теплыми? Как показать покупателям, что у нас есть выбор? И как умудриться всё это сделать в таком маленьком пространстве?!
– Нам нужно что-то для подогрева, –прищурилась Броня. –Но что? Может, греть еду на свечах?
В условиях отсутствия электричества идея казалась вполне рабочей.
– Нам нужны какие-то подставки, чтобы они стояли над огнём на безопасном расстоянии, – я потёрла переносицу. – Что-то с двойным дном или местом под свечу снизу… Как в фондюшницах. Или что-то вроде мармитов.
– Мы всё придумаем и всё решим, не переживай, – Броня положила руку мне на плечо. – Главное оформить документы, чтобы всё былопо закону. Сегодня же пойдём в Канцеляию. Не будем тянуть.
Когда вернулась госпожа Доротея, мы объявили ей о своих планах.
– Правильно! – деловито произнесла старушка, умудряясь смотреть сразу и на меня, и на Броню. – Без документов мы никто! А так будет спокойнее!
Оставив сэра Реджинальда с колбасками дома, наша троица направилась в Тайную Канцелярию.
– Вот это склеп… – прошептала Броня, когда мы подошли к обители лорда Демора.
От одного вида этого здания становилось неуютно. Оно было построено из тёмного, почти чёрного камня. Высокое и узкое, с редкими окнами, похожими на щели. Казалось, даже солнечный свет обходил его стороной.
У входа стояли двое охранников в одинаковых чёрных мундирах с совершенно непроницаемыми лицами. Они держали в руках палицы, сделанные из полированного тёмного дерева, а в кобуре, пристёгнутой к поясу, явно имелось огнестрельное оружие.
Госпожа Доротея взяла у нас документ и подошла к ним.
– Нам по делу! Это срочно!
Охранники переглянулись. Один из них взял бумагу, внимательно изучил печать, затем пробежался глазами по тексту. Его лицо оставалось равнодушным.
– Проходите, –коротко бросил он, делая шаг в сторону и открывая тяжелую деревянную дверь.
Внутри оказалось ещё мрачнее, чем снаружи. Воздух был затхлым, с удушающим запахом старой бумаги и какой-то казенной пыли. Шаги гулко отдавались в длинном коридоре. Нас вели по лабиринту коридоров с одинаковыми дверями. Потом, наконец, мы остановились у одной из них.
Охранник постучал, дождался, когда из кабинета раздаться: «Войдите!» и пропустил нас в небольшой кабинет. За столом, заваленном бумагами, сидел мужчина. У него было бледное, осунувшееся лицо и, что особенно бросалось в глаза, очень тяжёлый, пристальный взгляд. От чиновника веяло усталостью и какой-то въедливой подозрительностью.
Глава 23
– Присаживайтесь, – голос мужчины был низким, с сухими нотками. Он указал на стулья перед столом.
Мы сели. Госпожа Доротея, несмотря на свой возраст, держалась прямо и спокойно. Мы же с Броней старались не показывать своего волнения.
Чиновник взял наш документ, ещё раз медленно прочитал его, а затем поднял взгляд на хозяйку антикварной лавки.
– Итак, госпожа Пендлтон, – произнес он с интонацией, которая не предвещала ничего хорошего. – Вы собираетесь нанять этих женщин?
Старушка кивнула:
– Так точно. Они будут работать на меня.
– Работать на вас… – повторил чиновник, и его тяжелый взгляд скользнул с Доротеи на нас, затем обратно. Он немного подался вперед. – И чем же именно они будут заниматься, работая на вас, госпожа Пендлтон? Вдвоём стоять за прилавком антикварной лавки? Полагаю, одна из них вполне справится. Или у вас вдруг появилось столько антиквариата, что нужен двойной надзор?
– Ну что вы, господин… – старушка усмехнулась, демонстрируя идеально ровные зубы. – Какой там надзор. Антиквариат – дело пыльное и неблагодарное в последнее время. Зачем молодым девушкам портить глаза, разглядывая старые безделушки? Нет-нет. Они займутся куда более живым и полезным делом.
Доротея выдержала паузу, и взгляд чиновника стал еще более напряженным. Он ждал.
– Девушки будут продавать еду, –наконец объявила она. – С моего лотка на рынке.
– Продавать еду? – переспросил мужчина, прищурившись. – С вашего лотка? Но ведь он предназначен для антиквариата. Не так ли?
– Был предназначен, – легко поправила госпожа Доротея. – Теперь он временно сменит свое назначение. Под другие нужды. Ведь люди всегда хотят есть, верно? А хороший обед, он порой ценнее любой старой вазы.
Она многозначительно посмотрела на нас, потом снова на чиновника.
– Так что да. Будут готовить и продавать. Под моим присмотром, конечно.
– Это совсем другой вид деятельности. Требуется соответствующая регистрация, санитарные разрешения. Это не так просто, как кажется, – чиновник даже слегка скривился, говоря это.
И тут я решила, что пора вступить в разговор.
– Простите, господин. Но мы изучили этот вопрос. Согласно местным правилам… – я сделала небольшую паузу, словно вспоминая точную формулировку, хотя на самом деле просто старалась выглядеть убедительнее. «…продажа излишков домашней выпечки или готовых блюд в небольших объёмах частными лицами на санкционированных рынках не требует отдельной регистрации кулинарного производства при условии соблюдения общих правил гигиены.».
Я смотрела прямо на чиновника, стараясь не отводить взгляд. В его глазах мелькнуло удивление. Он явно не ожидал, что мы в курсе таких деталей местных законов.
– Госпожа Пендлтон – частное лицо, у неё есть лоток на санкционированном рынке, – продолжила я, чуть осмелев. – Мы будем готовить для неё в небольших объемах и продавать именно готовые блюда. И, конечно, мы собираемся неукоснительно соблюдать все правила гигиены.
Чиновник долго буравил нас пристальным взглядом. Но всё же начал заполнять какие-то документы, попутно задавая вопросы. Имя, возраст, место фактического проживания… Он записывал всё медленно, поскрипывая пером и иногда поднимая глаза, чтобы снова пристально на нас посмотреть.
Затем мужчина достал два чистых бланка, похожих на небольшие книжечки.
– Это ваше временное удостоверение личности и разрешение на проживание и трудовую деятельность в пределах городской черты, – сухо произнес он. – Удостоверение действительно в течение одного года. По истечении срока необходимо явиться для переоформления. Утеря или порча влечёт штраф и разбирательство. И не забывайте, ваше положение особенное. Вы здесь оказались не совсем законным путем, и Совет относится к таким ситуациям с особой настороженностью. За вами будет вестись пристальный надзор.